Библиотека
Исследователям Катынского дела

II.3. Горькие плоды политического плюрализма. Парламент в 1991—1993 гг.

Итоги выборов свидетельствовали о несомненной утрате доверия общества к политикам, связанным с «Солидарностью». И в целом сейм этого созыва не пользовался слишком большой популярностью в обществе: иногда уровень доверия к нему был ниже, чем по отношению к сейму, сформированному в результате выборов 4 июня 1989 г. и получившему название «контрактного».

В новом сейме действовало 18 депутатских фракций, что делало его трудно управляемым. Две фракции (Союза демократических левых сил и Демократического союза) находились на положении изгоев — с ними никто не хотел вступать в коалиции. Особенно нелегким было положение левых: представители этой фракции не были избраны вице-спикерами, никто из них не стал также председателями парламентских комитетов. Социал-демократы ассоциировались с ненавистным коммунистическим прошлым, а ДС — с соглашениями «круглого стола».

Большинство в сейме имели правоцентристские партии, но согласия между ними не было, что отразилось, в частности, в сложностях при формировании правительства. Именно при попытках решения этого вопроса окончательно разошлись пути президента Л. Валенсы и Я. Качиньского, решительно выступавшего за проведение радикальных преобразований. В этой борьбе преимущество оказалось на стороне Я. Качиньского. Он сумел создать коалицию из пяти партий и провести на пост спикера сейма В. Хжановского (ХНО), представитель этой партии стал и спикером сената.

Напряженная борьба развернулась вокруг поста премьера. Валенса до последнего сопротивлялся активно поддерживаемой Качиньским кандидатуре Я. Ольшевского, стремясь сохранить этот пост за Я.К. Белецким. Но в конце концов возглавил правительство Ольшевский, которого Я. Качиньский рассматривал как единственного человека, способного сплотить лагерь «Солидарности». В своем экспозе новый премьер решительно высказался за декоммунизацию. Он рассматривал деятельность своего правительства, как «начало конца коммунизма».

Буквально с первых шагов Ольшевский вступил в конфликт с Валенсой: он не поприветствовал президента, начиная произносить свое экспозе в сейме, что, естественно, обидело Валенсу. Примечательно, что Я. Качиньский также всячески демонстрировал свою неприязнь к недавнему соратнику по борьбе: и он сам, и члены его фракции не вставали при появлении президента. Конфликтами президента и премьера изобиловал весь недолгий срок пребывания Ольшевского у власти. В основе этих конфликтов была борьба за компетенции президента и правительства. Валенса не склонен был мириться с тем, что некоторые вопросы, которые он считал важными, решались без него.

В конце концов дело дошло до кризиса, и 26 мая 1992 г. Валенса уведомил спикера сейма о том, что утратил доверие к правительству. Ольшевский нанес ответный удар. 28 мая депутат Я. Корвин-Микке (Союз реальной политики) с подачи министра внутренних дел А. Мачеревича внес предложение о принятии закона о люстрации, сама идея которой возникла значительно раньше и активно использовалась в предвыборной борьбе представителями некоторых политических сил.

Предложение прошло, и 28 мая был предложен проект закона о люстрации, совершенно не проработанный и не соответствующий Конституции страны. 4 июня 1992 г. А. Мачеревич представил председателям парламентских фракций список из 64 фамилий депутатов сейма, сенаторов, работников канцелярии президента, обвиняемых в сотрудничестве со спецслужбами. Высшему руководству страны был предъявлен еще один список, в котором фигурировали Валенса и Хжановский.

Валенса попытался оправдаться, обратившись с письмом к Ольшевскому и с заявлением для прессы, в котором заявил: «Меня арестовывали несколько раз. Во время первого ареста в декабре 1970 г. я подписал 3 или 4 документа. Наверное, я подписал бы тогда все, кроме согласия предать Бога и Отчизну, чтобы только выйти на свободу и продолжать борьбу. Но я не сломался и никогда не предавал своих идеалов и своих коллег»1.

Но очень скоро, оправившись от шока, Валенса перешел в наступление и внес предложение об отставке правительства Ольшевского. Президент специально отправился в сейм, чтобы лично поспособствовать претворению в жизнь своего решения.

Ближе к полуночи 4 июня Ольшевский выступил по телевидению с обращением к польскому народу, в котором заявил, что его правительство стремилось к разоблачению тех людей, которые были связаны с прежней властью. Премьер выразил убежденность в том, что лица, находившиеся в контакте со спецслужбами, могут представлять опасность для независимой Польши. Но пока Ольшевский из здания телецентра обращался к народу, в сейме уже шли консультации по поводу формирования нового правительства. Вернувшись в сейм, Ольшевский стал свидетелем вынесения его правительству вотума недоверия. Валенса обвинил премьера в попытке государственного переворота и захвата власти, о признаках государственного переворота в его действиях говорили Геремек и Куронь. Мачеревича обвиняли в дестабилизации обстановки в стране.

Короткая (с декабря 1991 по июнь 1992 г.) и бурная история правительства Ольшевского стала свидетельством кризиса и отсутствия консенсуса в лагере политических группировок и партий, ведущих свое происхождение от «Солидарности».

На место премьера Валенса назначил В. Павляка, но тому не удалось сформировать правительство в разобщенном и амбициозном сейме. Однако сам факт занятия столь важного поста представителем крестьянского движения, что произошло в пятый раз в истории Польши (трижды правительство возглавлял Витос и один раз Миколайчик), способствовал укреплению авторитета и ПСЛ, и самого Павляка, политические позиции которого значительно окрепли даже после неудачной попытки возглавить правительство.

В июле 1992 г. главой правительства, в состав которого вошли представители семи партий, стала Х. Сухоцкая (ДС). Крайне неоднородный партийный состав обусловил неустойчивое положение правительства, обладавшего минимальным большинством голосов в сейме. Принятие решений часто висело на волоске и зависело от случайных обстоятельств.

Обострилась и политическая борьба. Шел процесс дальнейшего дробления правых партий. Из Демократического союза выделилась фракция А. Халля, создавшего Консервативную партию, не ставшую, правда, значимой политической силой. А. Мачеревич, покинув ряды ХНО, создал свою партию Христанско-национальное движение «Польское действие», Я. Парыс, занимавший некогда пост министра обороны и конфликтовавший с Валенсой, стал лидером Движения III Речи Посполитой. Эти партии решительно выступали за люстрацию и декоммунизацию, сделав объектом своей критики прежде всего президента и ДС.

Из состава СЦ выделилось Движение во имя Речи Посполитой (ДВП), состоявшее из сторонников Я. Ольшевского и придерживавшееся христианско-демократической ориентации. ДВП пользовалось довольно большой популярностью. Оно декларировало себя как «партию независимости», идеология которой основана на социальном учении церкви, призывало к воссозданию Польши «от основ» и к декоммунизации. Придерживаясь в международной политике европейской ориентации и выступая за интеграцию в европейские структуры, партия вместе с тем решительно акцентировала необходимость защиты польской собственности и польских национальногосударственных интересов.

Отказавшись от коалиции с другими политическими силами, ДВП в 1997 г. не добилась серьезного успеха на парламентских выборах, что привело к расколу в партии, уходу из нее таких достаточно ярких политиков, как Я. Качиньский и А. Мачеревич (последний создал свою партию — Католическо-национальное движение). Тогда же из ДВП выделились Движение верности Речи Посполитой, Польский экономический союз, Патриотическое движение «Родина».

Я. Качиньский, борясь за чистоту рядов, легко шел на избавление от недостаточно лояльных, по его мнению, членов партии. Вся его недюжинная политическая энергия была сосредоточена в этот период на борьбе с президентом Валенсой. В своих публикациях и выступлениях он неустанно разоблачал связи президента со спецслужбами, организовывал акции протеста, в которых участвовали противники недавнего политического кумира, неся лозунги типа «Болек — в Москву», «Люстрация». Дело дошло до того, что перед президентским дворцом сожгли куклу, изображающую Валенсу.

Президент не оставался в долгу, при каждом удобном случае стараясь оскорбить братьев Качиньских. Бесконечная борьба в сейме, происходившая на фоне постоянных взаимных разоблачений, отнюдь не способствовала его авторитету среди поляков: к 1993 г. уровень доверия к парламенту едва достигал 20%. Невысоким был и рейтинг президента, деятельность которого позитивно оценивало менее четверти поляков.

В этой ситуации очевидной стала необходимость урегулировать отношения между исполнительной и законодательной ветвями власти, что могло быть достигнуто принятием новой конституции. Ведь несмотря на происшедшие в 1989 г. перемены, страна жила по конституции 1952 г.* В результате достаточно напряженной работы, в ноябре 1992 г. была принята так называемая «малая конституция» (инициатором был Валенса). Она расширяла сферу президентских полномочий, хотя и не в той степени, как этого желал президент.

Деятельность правительства Х. Сухоцкой разворачивалась в весьма неблагоприятных условиях. Поляки еще не ощутили преимущества рыночных реформ, но уже очень хорошо почувствовали трудности, с ними сопряженные. Уровень доверия к правительству неуклонно падал. Именно на время его пребывания у власти пришелся пик забастовочного движения в Польше в период после 1989 г. Бастовали работники бюджетной сферы, учителя, крестьяне, железнодорожники. организатором забастовок выступала «Солидарность», поддержка которой правительственного курса слабела день ото дня. В мае 1993 г. ситуация стала критической: правительство, ссылаясь на недостаток средств, отказалось от ожидаемого повышения зарплаты бюджетникам. В ответ «Солидарность» выдвинула ультимативные требования, грозя кабинету министров вотумом недоверия.

Примечательно, что забастовки протеста сочетались с антиправительственными акциями правых партий. Почва стремительно уходила из-под ног правительства Сухоцкой. Но глава правительства, очевидно, уверенная в прочности своих позиций, не шла ни на какие уступки. она отказалась пересмотреть бюджет, что дало повод для постановки вопроса о вотуме доверия правительству. 28 мая 223 из 455 депутатов сейма проголосовали против доверия. Положение мог спасти один голос. и такой голос был и принадлежал депутату от ХНО, который как раз выступал в поддержку правительства. Но именно этот депутат на несколько секунд опоздал на голосование «из-за проблем с желудком». Валенса мгновенно воспользовался своим конституционным правом и распустил парламент.

Так закончилась бурная история польского сейма, впервые после 1945 г. избранного демократическим путем. Недолгая история «короткого» парламента со всей очевидностью показала незавершенность процесса становления польской партийной системы и сложность путей поиска идейной идентичности политическими партиями в условиях демократического развития.

Примечания

*. Работа над новой конституцией началась еще в «контрактном» сейме, в конституционной комиссии под руководством Б. Геремека. В сейме первого созыва эта работа была продолжена. Валенса, став президентом, выдвинул в 1991 г. свой проект конституции. Различные варианты основного закона предлагали и политические партии.

1. Dudek A. Pierwsze lata... S. 264.

 
Яндекс.Метрика
© 2018 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты