Библиотека
Исследователям Катынского дела

Предложения СССР — гарантия болгарского суверенитета

Во время приема народным комиссаром иностранных дел СССР болгарского посланника 20 сентября 1939 г. В.М. Молотову был задан вопрос: может ли Болгария в случае необходимости рассчитывать на помощь Советского Союза? «Может, — ответил нарком, — но на условиях взаимности»1. Готовность строить отношения с Болгарией на равноправных взаимовыгодных условиях вплоть до помощи этому государству в трудных обстоятельствах определяла подход СССР к советско-болгарским отношениям. Важнейшим проявлением этого курса было предложение СССР правительству Болгарин в сентябре 1939 г. заключить договор о взаимопомощи. В этом же направлении развивались и другие советские инициативы в отношении Болгарии. Так, в директиве НКИД советскому полпреду в Софии А.И. Лаврентьеву2 от 12 ноября 1939 г. предлагалось заявить болгарскому правительству, что «если болгары попадут в какую-либо беду, то они могут рассчитывать на то, что Советский Союз не покинет их и, при желании болгар, будет готов оказать им эффективную помощь»3.

Однако болгарские правящие круги не проявили готовности пойти навстречу своевременным советским предложениям. Такая позиция монархической Софии вызывала глубокое возмущение в народных массах страны. Правительству было направлено более 340 тыс. индивидуальных и коллективных посланий примерно от 1,5 млн человек с требованиями заключить пакт о взаимопомощи с СССР4. Прогрессивные общественно-политические силы страны хорошо понимали, что обеспечение независимости и суверенитета Болгарии неразрывно связано с задачей установления дружественных отношений с Советским Союзом. Настроения в пользу дружбы и сотрудничества с СССР приобретали широкий размах. Эти настроения основывались на глубоком уважении к СССР, на понимании огромных преимуществ для Болгарии улучшения отношений с Советской страной.

В частности, внимание советских дипломатов в Софии не могло не обратить характерное выступление в парламенте еще 10 мая 1939 г. депутата Тодора Полякова, который заявил: «Мы, болгарский народ, имеем друга — это могучий великий Союз Советских Социалистических Республик. Нам нужно понять — наши интересы требуют от нас, чтобы мы как можно скорее искали помощи СССР. Это мы должны сделать, во-первых, потому, что СССР силен в хозяйственном и военном отношении, он — величайшая сила. Во-вторых, потому, что он дал тысячу доказательств, что он стоит за свободу и независимость народов. В-третьих, СССР стоит за мир между народами, это нейтральная страна. В целях защиты мира нам нужно заключить с Советским Союзом пакт о взаимопомощи... Каждый знает, что весь наш народ ориентируется на СССР. Нас связывает с ним история. При проведении внешней политики необходимо считаться с настроениями народных масс. А эти настроения, несомненно, на 100% за Советскую Россию»5.

Симпатии болгарского народа к Советскому Союзу звучали в отзывах посетителей в советских павильонах на международных ярмарках в Пловдиве и Варне. Ежедневно павильон в среднем посещали 15—20 тыс. человек. Особенно тепло болгарские трудящиеся выразили свое отношение к СССР во время приезда советских футболистов в Софию — около 100 тыс. человек встречали спортсменов Страны Советов. Не могли не обращать на себя внимание лозунги приветствовавших: «Да здравствует советская Болгария»6.

В конце 1939 — начале 1940 г. в советско-болгарских отношениях были достигнуты определенные результаты. 11 декабря 1939 г. была заключена воздушная конвенция. Что касается торгово-экономических отношений между Союзом ССР и Болгарией, то до начала 1940 г. они не имели договорной основы. Первый советско-болгарский договор о торговле и мореплавании, а также торгово-платежное соглашение между Болгарией и СССР на 1940 г. были подписаны 5 января и вступили в силу с 5 февраля 1940 г. В соответствии с договором о торговле СССР обязывался импортировать из Болгарии товаров на сумму почти 1 млрд, левов, что составляло более 15% всего болгарского товарооборота. Большое значение для экономики Болгарии приобретали советские поставки остродефицитных товаров, в особенности нефти и хлопка.

Торговые переговоры с СССР совпали с предвыборной кампанией в Народное собрание Болгарии в январе 1940 г. По оценке советского полпредства в Софий, «вопрос об отношениях к Советскому Союзу стал сейчас в Болгарии одним из важнейших вопросов политической борьбы не только между классовыми партиями, на и между различными течениями болгарской буржуазии, борющимися за власть. Во время выборной кампании с лозунгами об установлении более тесных и дружественных связей с СССР выступали как правительственные, так и оппозиционные депутаты»7.

Однако, заключив торговый договор с СССР, болгарское правительство определенно не стремилось идти дальше экономических связей.

Экономическая зависимость Болгарии от Германии быстро увеличивалась. 11 октября 1939 г. между Болгарией и Германией был подписан ряд секретных экономических и политических соглашений, по которым Германия на основе клиринга обеспечивала себе право вывоза из Болгарии продовольственных товаров в больших количествах. К концу 1940 г. болгарская задолженность Германии достигла 1,2 млрд, левов.

Стремление правящей верхушки страны тормозить советско-болгарские отношения, ограничивая их лишь экономической сферой, было непосредственно связано с ее политикой антисоветского лавирования, а также с враждебной СССР деятельностью империалистических государств в Болгарии. По сообщению советского полпредства в Софии от 28 марта 1940 г., «во внешнеполитической жизни Болгарии за прошедший март месяц обращает внимание усиление англо-французского нажима на Болгарию с целью подчинения болгарской внешней политики англо-французским стремлениям... Одновременно, по некоторым сведениям, англичане угрожают болгарскому правительству, что если оно пойдет на большее сближение с Советским Союзом, то английское правительство денонсирует кредитное соглашение и потребует от Болгарии уплаты всех долгов»8.

Советское полпредство, обобщая свои выводы о политике монархической Софии в первые месяцы 1940 г., информировало НКИД: «Болгарское правительство усилило свою политику маневрирования между англо-французским блоком и Германией... Политика выжидания сейчас является символом внешней политики болгарского правительства... В данный момент болгарское правительство хочет сохранения лишь экономических связей»9.

Политика маневрирования между двумя империалистическими коалициями в значительной мере служила правящим кругам Болгарии в качестве прикрытия для их германофильских настроений, которые пока не особенно афишировались в расчете на дальнейшее прояснение военно-стратегической обстановки в Европе. В контактах с Германией, однако, болгарская сторона не скрывала своих подлинных симпатий. Так, в мае 1940 г. в ходе встреч германского представителя К. Клодиуса с рядом руководящих болгарских деятелей (министр иностранных дел И. Попов, военный министр Г. Даскалов, министр финансов Д. Божилов и др.) последние в один голос заверяли посланника Берлина в том, что единственным «естественным» союзником Болгарии является Германия. «Общее впечатление заключается в том, — писал К. Клодиус в своем отчете об этих встречах, — что ответственные политические деятели, и прежде всего царь, в качестве единственно возможного курса своей внешней политики рассматривают линию на союз с Германией»10. Монархическая София постоянно заверяла представителей держав «оси» в своем намерении игнорировать заинтересованность трудящихся страны в развитии дружественных отношений между Болгарией и СССР.

Примерно с сентября 1940 г., т. е. после военных побед Германии в Западной Европе, руководители болгарского правительства открыто повели речь о готовности Болгарии сотрудничать с государствами «оси». Во второй половине 1940 г. участились визиты болгарских государственных деятелей в Германию. В Германии побывали царь Борис III, премьер-министр Б. Филов (дважды), министры иностранных дел, земледелия, торговли и промышленности. Еще с весны 1940 г. в Болгарию начали прибывать германские специальные части под видом «туристов». К осени 1940 г. число таких «туристов» достигло 30 тыс. человек. Размещались они группами по 300—400 человек в основных городах страны. На болгарских военных заводах, в авиации, в механизированных частях, в противовоздушной обороне находилось минимум 1000 германских офицеров11.

Усиление темпов сближения правящих кругов Болгарии с фашистской Германией весной — летом 1940 г. все больше противоречило настроениям трудящихся масс, выдвигавших свою альтернативу действиям правящей верхушки — установление отношений дружбы и взаимопомощи с СССР. Рассказывая об отношении населения Болгарии к СССР, профессор П. Стайнов в беседе с советским полпредом 7 апреля 1940 г. отмечал: «Симпатии всего болгарского народа к Советскому Союзу сейчас велики, как никогда. Объясняются эти симпатии не сентиментальными причинами вроде исторического и кровного родства, а реальной действительностью. Болгарский народ связывает с Советским Союзом понятие о свободе и материальном благополучии. Сейчас Болгария почти колония Германии. Немцы стремятся превратить ее окончательно в свою колонию, болгарский народ этого не хочет. Правительство Болгарии не формулирует определенно своего отношения к СССР, потому что оно раболепствует перед дворцом и боится народа. Дворец и правительственная верхушка не хотят сближения с СССР по личным корыстным соображениям, но они этого не скажут, так как боятся народа»12. О симпатиях болгарской армии к СССР говорил советскому полпреду болгарский публицист Ганковский 2 марта 1940 г.: «Часть офицеров думает, что только сближение с Советским Союзом даст действительно гарантию независимости Болгарии»13.

Движение за сближение с СССР, включая заключение пакта о взаимопомощи, во второй половине 1940 г. приобретало в стране массовый характер. В Софии распространялись соответствующие листовки, призывы. 48 членов Народного собрания направили правительству письмо с требованием выступить за пакт о взаимопомощи с СССР14. Аналогичное заявление пыталась передать премьер-министру Филову группа представителей болгарской интеллигенции. В начале ноября 1940 г. парламент, ряд министерств посетили шесть рабочих делегаций от различных кварталов Софии — рабочие требовали от правительства практических действий по улучшению отношений с СССР. Несмотря на преследование полиции, на здании министерства внутренних дел почти ежедневно обновлялись лозунги о заключении советско-болгарского пакта о взаимопомощи.

Примечания

1. АВП СССР.

2. А.И. Лаврентьев прибыл в Болгарию 30 сентября 1939 г., верительные грамоты вручил 6 ноября 1939 г.

3. АВП СССР.

4. См.: Аблова Р.Т. Сотрудничество советского и болгарского народов в борьбе против фашизма (1941—1945 гг.). М., 1973, с. 40.

5. АВП СССР.

6. Там же.

7. АВП СССР.

8. АВП СССР.

9. Там же.

10. DGFP. Series D, vol. 9, p. 287.

11. АВП СССР.

12. Там же.

13. АВП СССР.

14. Там же.

 
Яндекс.Метрика
© 2018 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты