Библиотека
Исследователям Катынского дела

Итальянский фашизм и отношения Италии с Германией

Фашистская Италия являлась активной союзницей гитлеровской Германии во второй мировой войне. Предпосылки для такого союза складывались еще задолго до войны.

Начало 20-х годов под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции было отмечено в Италии мощным революционным подъемом. Для его подавления крупные итальянские монополии перешли в контрнаступление, для чего блокировались с фашистским движением, которое в 1919 г. возглавил Муссолини. Италия, по существу, явилась «родиной» фашизма.

В 1922 г. фашисты почувствовали себя достаточно сильными, чтобы захватить власть в стране. С этой целью 30 октября 1922 г. они организовали так называемый «поход в Рим», а на следующий день правящие круги буржуазии пожаловали Муссолини пост премьер-министра. Через три года было сформировано однопартийное фашистское правительство, и вскоре в стране произошло окончательное оформление фашистской диктатуры.

Используя государственную власть и средства массовой информации, фашисты развернули активную и всестороннюю подготовку к внешнеполитическим авантюрам. Особое значение они придавали воспитанию итальянцев в духе антикоммунизма, национализма и шовинизма, воинственности и презрения к другим народам. В 30-е годы широкое распространение получил миф о возрождении «священной Римской империи на указанных судьбой холмах Рима», как любил повторять сам Муссолини. Популяризировалась расистская теория, которая в своей основе совпадала с немецкой. Группа фашистских «специалистов» по расовой проблеме в июле 1938 г. опубликовала манифест, состоявший из 10 пунктов. В этом документе, в частности, утверждалось, что итальянцы «в своем большинстве» относятся к арийской расе. Вместе с тем признавалось, что существует «чистая итальянская раса», к которой принадлежат не все итальянцы и которую нужно оберегать от влияния чужеродных элементов.

Идеологи фашизма возводили расовый вопрос чуть ли не в ранг первостепенного принципа их внутренней политики и мировоззрения. Так, выступая в Триесте в сентябре 1938 г., Муссолини заявил: «Во внутренней политике наиболее злободневной проблемой является проблема расы... Те, кто хочет заставить думать, что мы кого-то имитируем или, хуже того, действуем по наущению, являются попросту дегенератами, и мы не знаем, следует ли их презирать или жалеть»1. Именно тогда в Италии были приняты первые антиеврейские законы, усилилось преследование славянских и других нацменьшинств.

Итальянские, как и германские, фашисты с первых же дней своего существования важнейшим принципом своей политики провозгласили агрессию против соседних стран. Как выражался один из популяризаторов фашистской идеологии П. Орано, «поход в Рим» должен иметь естественным продолжением «поход из Рима», т. е. агрессию против других стран.

Наиболее влиятельными союзниками итальянских фашистов в Европе в 30-е годы стали германские нацисты. Однако отношения с ними не всегда были безоблачными. Когда Гитлер еще не был у власти, но уже провозгласил претензию «германской расы» на мировое господство, Муссолини неоднократно напоминал ему, что «германцы еще ходили в шкурах, когда римляне создали замечательную цивилизацию». В последний раз Муссолини посмел сделать критическое замечание по поводу расистской теории гитлеровцев в 1934 г.2 В статье, написанной Муссолини под псевдонимом и опубликованной в мае в «Пополо д'Италия», резко критиковалось стремление гитлеровской партии создать в Германии свою особую церковь. Муссолини называл это стремление «стопроцентным расизмом», который выступает против всего и против всех: вчера против христианской цивилизации, сегодня против латинской цивилизации, завтра, возможно, против цивилизации во всем мире»3.

В последующие годы идеологи итальянского фашизма вынуждены были признать германских нацистов своими «равноправными» партнерами. Один из таких фашистских теоретиков Л. Поллини в 1941 г. в книге «Два народа — одна судьба» писал, будто все содержание человеческого прогресса заключается в тесном сближении Италии и Германии. «Италия и Германия принадлежат к индо-арийской, самой цивилизованной расе среди человеческих существ... — отмечал Поллини. — Они стоят над всеми другими расами, которые легко подпадают под их влияние и несут отпечаток этих двух цивилизаций»4.

Что же касается межгосударственных отношений, то фашистская Италия по воле ее правителей была не только верным союзником гитлеровской Германии по империалистическому разбою в Европе и Северной Африке, но и инициатором ряда агрессивных актов против соседних народов. Отношения между Италией и Германией были закреплены несколькими договорами. До 1940 г. Муссолини и его клике казалось, что его отношения с Гитлером строятся на равноправной основе. Вскоре, однако, итальянских правителей постигло разочарование. Более сильная в экономическом и военном отношениях Германия все активнее претендовала на единоличное господство не только в Европе, но и во всем мире, не считаясь и даже игнорируя интересы фашистской Италии. Так, Гитлер, как уже упоминалось выше, явно не желал совместно с Италией подписывать перемирие с Францией. Он не поставил Муссолини в известность о своих агрессивных акциях против Дании и Норвегии. Лишь в последнюю минуту проинформировал его о своем решении напасть на Советский Союз. Муссолини в своей политике на Балканах поступал так же.

Демократические силы Италии и особенно итальянские коммунисты постоянно напоминали своему народу, что по вине правящих кругов Рима страна превратилась в гитлеровского вассала и что в будущем итальянцам грозит полная ликвидация их государственности, превращение в рабов «арийской расы», а то и физическая ликвидация.

Правящие круги в Риме тяготились зависимостью от Берлина, однако вскоре вынуждены были примириться с ней. Муссолини неоднократно высказывал своему зятю графу Чиано тревогу по поводу будущего Италии в «новой» Европе. Еще в октябре 1941 г. в редкие минуты откровенности он говорил Чиано, как он представляет себе будущую Европу под господством немцев: «Побежденные государства станут настоящими колониями, а союзники Германии — союзными провинциями, и наиболее значительной из них будет Италия. Мы должны довольствоваться и этим, так как всякая попытка выйти из него приведет нас к еще более худшему положению колонии. Если даже они захотят в один прекрасный день присоединить Триест к немецкому жизненному пространству, нам придется уступить»5.

В Италии помнили те далекие времена, когда еще в XIX в. со страниц многих немецких газет не сходила фраза, имевшая целью ущемить национальное самолюбие итальянцев о том, что «итальянцев вечно били даже вечно битые австрийцы». Позже в XX в. ту же мысль высказал прусский генерал Сект: «Кто является союзником Италии, тот обязательно проигрывает войну». А французский генерал Гамелен сказал однажды: «Имея Италию союзником, ей надо помогать; имея ее нейтралом, за ней надо следить; если же она — противник, то ее бьют, оккупируют и используют». Итальянцам была также известна острота, имевшая хождение в германских военных кругах накануне вторжения в Советский Союз: «За два месяца мы закончим войну с Россией, за четыре недели — с Англией и за четыре дня — с Италией». Им также было известно и то, что германские солдаты нередко называли Муссолини «нашим гаулейтером в Италии».

С осени 1941 г. соответствующие итальянские уполномоченные неоднократно жаловались в Рим на то, что с итальянскими рабочими в Германии обращаются как с военнопленными, охрана издевается над ними и даже спускает на них сторожевых собак. Тогда же посольство Италии в Берлине вынуждено было протестовать против того, чтобы германские власти в Южном Тироле подвергали арестам многих итальянских граждан6.

К итальянскому народу Гитлер относился с превеликим презрением. С точки зрения «расовой чистоты» он ставил итальянцев где-то рядом со славянами, в частности с чехами. Когда в Эльзасе в 1940 г. началось выселение неугодных с «расово-политической точки зрения» лиц, то для проживающих здесь итальянцев не было сделано никакого исключения. С итальянками, как и с представительницами других негерманских народов, немцам запрещалось вступать в брак.

Итальянцы платили немцам той же монетой. Один из сотрудников службы безопасности фон Нейрат, который в мае 1943 г. был послан в Италию для изучения обстановки, в докладной записке Гитлеру, а затем и в личной беседе с ним жаловался, что немецких солдат в Италии ненавидят. Их оскорбляют различными прозвищами, обвиняют во всех бедах, которые сейчас переживает Италия, и, что самое опасное, продолжал Нейрат, «власти не пресекают эти безобразия»7.

Нацистские правители Германии не допускали и мысли о том, чтобы делить власть над странами Европы с каким-либо из своих союзников, в частности с Италией. По этому поводу Геббельс записал в дневнике следующее высказывание Гитлера: «Мы должны быть довольны тем, что нам не приходится сталкиваться на Европейском континенте с японцами. Хотя итальянцы доставляют нам сейчас очень много забот и трудностей, мы должны благодарить судьбу, что они не могут быть для нас серьезными конкурентами при последующей реорганизации Европы. Ныне... мы являемся практически единственной руководящей силой на Европейском континенте»8.

Большое недовольство итальянского народа вызывала массовая мобилизация итальянских рабочих в Германию. По данным итальянского агентства Стефани, на 5 июня 1942 г. их там насчитывалось 300 тыс. человек, из них 8% составляли женщины9. Практически вся итальянская военная промышленность работала на Германию. Тяжелое продовольственное положение в стране усугублялось тем, что Италию наводнили многочисленные немецкие войска, отступавшие из Северной Африки или прибывшие из Германии. Стремительно падало влияние фашистской партии и лично Муссолини. Резко активизировалось движение Сопротивления трудящихся.

Экономическое и внутриполитическое положение Италии резко обострилось в связи с тем, что Муссолини объявил войну Советскому Союзу, послал на Восточный фронт экспедиционный корпус, а затем и армию, которая зимой 1942/43 гг. была наголову разгромлена на Дону. Авантюра итальянского империализма на Востоке кончилась тем, что остатки итальянских войск были возвращены в Италию, принеся с собой ненависть к фашизму и разбойничьей войне.

В начале 1943 г. и на отношения между Римом и Берлином пала тень Сталинграда. Усилились взаимные подозрения, в том числе и по территориальным вопросам. Гитлера привели в бешенство поступавшие в Берлин сведения о том, что итальянцы укрепляют прилегающий к Бреннерскому перевалу участок границы. Взаимное недоверие партнеров по блоку особенно обострилось после того, как в Риме выдвинули идею опубликовать так называемую Европейскую хартию. Один из авторов этой идеи заместитель министра иностранных дел Италии Бастианини обосновывал ее как противовес Атлантической хартии союзников. Он считал, что в Европейской хартии должны быть провозглашены основные права малых народов оккупированных стран Западной Европы, Балканского полуострова и Восточной Европы, должны быть также сформулированы принципы взаимоотношений между странами «оси», с вишистской Францией и т. д.10 Но Гитлер расценил идею Европейской хартии как попытку Италии подорвать престиж Германии и завоевать симпатии малых народов Европы.

К лету 1943 г. не только продолжали ухудшаться отношения Италии с Германией, но и в самой Италии быстро созревал внутренний общеполитический кризис, результатом которого 25 июля 1943 г. стало свержение Муссолини. И свое 60-летие 29 июля бывший «дуче» вынужден был отмечать не в фешенебельном дворце Рима, а в изолированном от внешнего мира домике далеко от столицы под охраной итальянских органов безопасности. Главой нового итальянского правительства стал в прошлом опальный маршал П. Бадольо. Это означало, что правящие классы Италии пытались переориентироваться с скомпрометировавшей себя фашистской диктатуры на военно-монархическую диктатуру.

В это же время произошли перемены в составе германского дипломатического представительства в Италии. В конце августа были отозваны посол А. Маккензен, поверенный в делах князь Бисмарк и военный атташе генерал Э. Ринтелен. Новым послом был назначен Р. Ран. Бывший статссекретарь министерства иностранных дел Германии Э. Вейцзеккер стал послом в Ватикане.

Правительство Бадольо вело закулисные переговоры с западными союзниками, которые к тому времени высадились в Сицилии, о заключении соглашения о перемирии, но и не порывало связей с Германией. Такое неопределенное состояние продолжалось до 3 сентября 1943 г., когда представитель итальянского правительства генерал Кастеллано и главнокомандующий англо-американскими войсками генерал Эйзенхауэр подписали наконец соглашение о выходе Италии из войны.

Берлин реагировал на этот акт быстро и весьма энергично. Германские войска в Италии, усиленные после переворота 25 июля, сразу же стали занимать итальянские населенные пункты. После бегства правительства Бадольо в г. Бриндизи войска вермахта захватили никем не защищенный Рим. В эти дни многие итальянские антифашисты проявили героизм и самоотверженность. Так, 27 сентября 1943 г. в Неаполе, через некоторое время после его захвата немецкими войсками, вспыхнуло вооруженное восстание. В течение четырех дней в городе шли бои, и 30 сентября он был освобожден итальянскими патриотами, а на следующий день жители встречали войска 5-й американской армии11.

Вскоре продвижение союзников задержалось на так называемой линии Густава, проходившей между Неаполем и Римом, и Италия оказалась разделенной надвое: южная ее часть была занята англо-американскими войсками, а центральная часть и весь север — гитлеровским вермахтом. В руки немецко-фашистских оккупантов непосредственно перешла высокоразвитая промышленность Северной Италии. С помощью директора «Банка д'Италия» им удалось также захватить весь золотой запас страны.

В условиях растерянности и предательства профашистски настроенного итальянского командования немцам удалось довольно быстро разоружить всю итальянскую армию. Трагически сложилась судьба итальянских гарнизонов, расположенных на островах Ионического моря и отказавшихся сдаться. Немецкая авиация подвергла их беспощадным бомбардировкам, в результате чего погибло несколько тысяч солдат и офицеров. На греческом острове Кефалония гитлеровцы казнили 8400 солдат и офицеров дислоцированной здесь итальянской дивизии «Аква», обвинив их в «предательстве»12. Немецкая группа армий «Б» на территории самой Италии разоружила и взяла в плен 82 генерала, 13 тыс. офицеров и 402 600 итальянских солдат, из которых 183 300 человек до 20 сентября были отправлены в Германию13. Всего же с учетом итальянских войск на Балканах было разоружено и пленено 640 тыс. итальянских солдат и офицеров14.

Судьба пленных итальянских военнослужащих сложилась трагически. Согласно приказу ОКВ от 15 сентября 1943 г. многие из них были распределены по лагерям Польши. Из отдельных немецких трофейных документов явствует, что в конце 1943 — начале 1944 г. десятки тысяч интернированных итальянских военнослужащих находились и в лагерях Белоруссии15. Тысячи других были заключены в лагерях на Львовщине и в других районах Украины. Гитлеровцы заставляли их выполнять тяжелые работы, нормы питания были крайне низкими. Сотни итальянцев умирали ежедневно от голода и непривычного холода. Местное население чем могло помогало итальянцам.

В документах управления по делам военнопленных ОКВ сохранилась сводная таблица численности интернированных итальянцев. В ней говорится о том, что на 1 мая 1944 г. их было 585 677 человек. К 1 сентября того же года число их сократилось до 458 645 человек, а еще через месяц их осталось только 179 570 человек. В отчете на 1 ноября приводится уже цифра — 96 882 человека. Таким образом, в течение полугода бесследно исчезло около 500 тыс. итальянских интернированных16. Не подлежит сомнению, что они были физически уничтожены гитлеровцами. Это же подтверждают многие могилы, обнаруженные в Польше, Белоруссии и на Украине, и многочисленные показания очевидцев из местных жителей. Так гитлеровские изверги мстили своему бывшему союзнику.

Примечания

1. Цит. по: Филатов Г.С. Крах итальянского фашизма. М., 1973, с. 30.

2. См.: Филатов Г.С. Указ. соч., с. 99.

3. Faschismus — Nationalsozialismus. Ergebnisse und Referate der 6. italienisch-deutschen Historiker — Tagung in Trier. Braunschweig, 1964, S. 65.

4. Цит. по: Филатов Г.С. Указ. соч., с. 284.

5. Ciano Diary. London, 1948, p. 119.

6. См.: Исраэлян В.Л., Кутаков Л.Н. Дипломатия агрессоров. Германо-итало-японский фашистский блок: История его возникновения и краха. М., 1967, с. 190.

7. См.: Hitlers Lagebesprechungen: Die Protokolfragmente seiner militärischen Konferenzen 1942—1945. Stuttgart, 1962, S. 221—222.

8. Goebbels J. Tagebücher. Zürich, 1948, S. 325.

9. См.: Gibelli A. Robotnicy włoscy i niemiecka gospodarka... — Przesiedlenia ludności przez III Rzeszę..., s. 335.

10. См.: Исраэлян В.Л., Кутаков Л.Н. Указ. соч., с. 271.

11. См.: Комолова И.П. Движение Сопротивления и политическая борьба в Италии. 1943—1947 гг. М., 1972, с. 54—55.

12. См.: Faschismus — Nationalsozialismus. Ergebnisse und Referate..., S. 91.

13. См.: Schräder J. Italiens Kriegsaustritt 1943. Die deutschen Gegenmaßnahmen im italienischen Raum: Fall «Alarich» und «Achse». Göttingen, 1969, S. 285.

14. См.: Mammarella G. L'Italia dopo il fascismo. Bologna, 1972, p. 42.

15. См.: Михайлов В., Романовский В. Нельзя простить. Минск, 1967, с. 24.

16. См. там же, с. 61.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты