Библиотека
Исследователям Катынского дела

Недовольство Советского правительства позицией Англии

Между тем положение на советско-германском фронте резко обострилось. 30 сентября 1941 г. германские войска снова перешли в решительное наступление с целью захвата Москвы (операция «Тайфун»), Имея крупный перевес в силах, они прорвали фронт и по нескольким направлениям стали продвигаться вперед. Создалась крайне тяжелая обстановка, чреватая опасностью прорыва войск противника к Москве.

Положение было настолько опасным, что в середине октября из Москвы в срочном порядке эвакуировалась часть государственных учреждений. 16 октября покинули Москву и переехали в Куйбышев английское, американское и другие посольства, но советские руководители остались в Москве, принимая все возможные меры для защиты столицы.

В связи с крайне тяжелой обстановкой на фронте с особой остротой для Советского Союза стоял вопрос о продолжающемся бездействии британского союзника. Прошло уже более трех месяцев со времени нападения Германии на СССР, а Великобритания оставалась союзником, по существу, только на бумаге. Более того, она оказалась таким союзником, который внушал больше подозрений, чем доверия. В реакционной британской печати то и дело продолжали появляться высказывания, сводившиеся к тому, что Британская империя оказалась в состоянии «неправильной войны», так как в войне между Германией (государством капиталистическим) и Советским Союзом (государством социалистическим) она была на стороне последнего.

Поскольку не оставалось сомнений в том, что Англия не намерена открывать в ближайшее время второй фронт на Западе, Сталин еще 13 сентября поднял в послании Черчиллю вопрос об отправке 25—30 дивизий британских войск на советско-германский фронт1. Месяц спустя Советское правительство напомнило Криппсу, что пока не получено ответа на это предложение. Касаясь этого вопроса, Криппс телеграфировал в Лондон, что русские удручены заявлениями гитлеровской пропаганды, что Великобритания готова «воевать до последней капли русской крови»2.

8 ноября И.В. Сталин направил У. Черчиллю послание, в котором со всей откровенностью поставил вопрос о необходимости внести принципиальные изменения в советско-английские отношения. Глава Советского правительства писал: «...Нужно внести ясность, которой сейчас не существует во взаимоотношениях между СССР и Великобританией. Эта неясность есть следствие двух обстоятельств: первое — не существует определенной договоренности между нашими странами о целях войны и о планах организации дела мира после войны; и второе — не существует договора между СССР и Великобританией о военной взаимопомощи в Европе против Гитлера. Пока не будет договоренности по этим двум главным вопросам, не только не будет ясности в англо-советских взаимоотношениях, но, если говорить совершенно откровенно, не обеспечено взаимное доверие».

Сталин выразил недовольство отклонением британским правительством советского предложения об объявлении Англией войны Финляндии, Венгрии и Румынии и развернутой по этому вопросу полемикой в британской печати.

Наконец, в послании говорилось о первых поставках из Англии военных материалов: «...Танки, артиллерия и авиация приходят в плохой упаковке, отдельные части артиллерии приходят в разных кораблях, а самолеты настолько плохо упакованы, что мы получаем их в разбитом виде»3.

11 ноября это послание было обсуждено на заседании британского военного кабинета. Оно было сочтено резким. Черчилль играл роль обиженного и не отвечал на послание две недели. Но оно все же возымело действие.

Начальник Северного департамента Форин оффиса Х. Уорнер подготовил в связи с посланием главы Советского правительства специальную записку, в которой подчеркивал: «Мы нуждаемся в том, чтобы русские сотрудничали с нами в различных областях, например в Персии и Афганистане, а тем более в случае войны с Японией иди. в случае если немцы стабилизируют фронт в России и повернутся против нас. Поэтому представляется, что мы должны сделать все, что можем, чтобы устранить их подозрения, даже если мы не можем удовлетворить их желания». Вместе с тем Уорнер считал необходимым откладывать переговоры с Советским правительством о целях войны4.

Был обеспокоен и Криппс. Он внес предложение, чтобы Иден и начальники штабов британских вооруженных сил прибыли в Москву для переговоров с советскими представителями. Отвечая 17 ноября Криппсу, Иден писал, что в случае улучшения обстановки в англо-советских отношениях он готов через несколько недель отправиться в Москву5. Вопрос о поездке в Москву британских начальников штабов был обойден молчанием.

Между тем положение на фронте под Москвой становилось все более критическим. В середине ноября германские войска начали новое наступление. Красная Армия продолжала оказывать упорное сопротивление.

В таких условиях Черчилль наконец 22 ноября отправил Сталину послание, составленное в примирительном тоне. В нем говорилось: «Наше намерение состоит в том, чтобы вести войну в союзе и в постоянной консультации с Вами при максимальном напряжении наших сил и сколько бы она ни продлилась. Когда война будет выиграна, в чем я уверен, мы ожидаем, что Советская Россия, Великобритания и США встретятся за столом конференции победы как три главных участника и как те, чьими действиями будет уничтожен нацизм. Естественно, первая задача будет состоять в том, чтобы помешать Германии и в особенности Пруссии напасть на нас в третий раз. Тот факт, что Россия является коммунистическим государством и что Британия и США не являются такими государствами и не намерены ими быть, не является каким-либо препятствием для составления нами хорошего плана обеспечения нашей взаимной безопасности и наших законных интересов». Черчилль сообщал, что готов направить в ближайшем будущем в Москву министра иностранных дел Идена для Обсуждения этих вопросов6.

На следующий же день Сталин сообщил о своем согласии с этими соображениями и желательности прибытия в Москву Идена. «Я согласен с Вами также в том, — писал он, — что различие в характере государственного строя СССР, с одной стороны, и Великобритании и США, с другой стороны, не должно и не может помешать нам в благоприятном решении коренных вопросов об обеспечении нашей взаимной безопасности и законных интересов»7.

В ходе переписки по этим вопросам был урегулирован, кроме того, один немаловажный политический вопрос. Несмотря на неоднократные требования советской стороны, британское правительство под разными предлогами уклонялось от объявления состояния войны с Финляндией, Румынией и Венгрией, напавшими на СССР вместе с Германией. Наконец 5 декабря Великобритания объявила им войну.

Примечания

1. См. там же.

2. Barker E. Churchill and Eden at War, p. 234.

3. Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 42—43.

4. Public Record Office, FO 374/29471/6242.

5. Ibidem.

6. См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 44—45.

7. Там же, с. 45—46.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты