Библиотека
Исследователям Катынского дела

Фашистские партия и государство — орудия монополий в подготовке страны к агрессивной войне

Установление фашистского режима в Германии в январе 1933 г. — диктатуры наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее агрессивных элементов финансового капитала — было важнейшим событием в политической жизни капиталистических государств межвоенного периода, проложившим путь ко второй мировой войне. Вместе с тем это было одной из крупнейших попыток германской и международной империалистической реакции найти выход из общего кризиса, до крайних пределов обострившего все противоречия империализма. «Для нас совершенно ясно, — говорил Эрнст Тельман, — что ближайший ход развития в Германии принесет с собой не только углубление всего кризиса, но и быстрое обострение классовых противоречий, колоссальное обострение классовой борьбы»1.

В этих условиях наиболее шовинистическое, реваншистское крыло германского монополистического капитала решило использовать фашистскую партию для подавления демократического и революционного движения, для подготовки к новой войне за передел мира2. «...Установление фашистской диктатуры в Германии свидетельствовало о том, что империализм искал выход из своих противоречий в уничтожении демократии, в применении методов открытого насилия во внешней и внутренней политике, в фашизме, милитаризме и подготовке войны... Противоречия между империалистическими державами обострились и привели ко второй мировой войне»3. Значительная вина за установление фашистской диктатуры в Германии лежит на международных монополиях и монополиях США, Англии и Франции, надеявшихся погреть руки на милитаризации Германии и получить огромные барыши с капиталовложений в ее экономику, направить германскую агрессию против СССР.

С приходом фашизма к власти достиг своего апогея процесс слияния фашистской государственной власти и партийной бюрократии с немецкой финансовой олигархией. Процесс слияния государственной власти с монополиями наблюдался еще в годы первой мировой войны, на что указывал В.И. Ленин. «Империалистская война, — писал он, — чрезвычайно ускорила и обострила процесс превращения монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм. Чудовищное угнетение трудящихся масс государством, которое теснее и теснее сливается со всесильными союзами капиталистов, становится все чудовищнее. Передовые страны превращаются — мы говорим о «тыле» их — в военно-каторжные тюрьмы для рабочих»4.

По существу германский империализм не внес ничего принципиально нового в политику государственно-монополистического капитализма по сравнению с той, которую охарактеризовал В.И. Ленин. Однако в связи с углублением общего кризиса капитализма имелись и некоторые особенности в политике государственно-монополистического капитализма в Германии. Они состояли в том, что, во-первых, система военно-государственного монополистического капитализма в фашистской Германии в отличие от Германии периода первой мировой войны стала складываться еще задолго до начала военных действий; во-вторых, государственное «регулирование» и другие формы государственной регламентации носили еще более всеобъемлющий характер; в-третьих, ведущие монополии оказывали еще более сильное влияние на государственный аппарат нередко посредством занятия их представителями важнейших постов в системе государственного регулирования экономики, что придавало монополиям еще большую силу; в-четвертых, экономическое и политическое угнетение трудящихся масс государством и монополиями приняло еще более чудовищные размеры5.

С установлением фашистской диктатуры монополии стали полновластными хозяевами экономической и политической жизни страны. Именно в целях усиления темпов милитаризации, в первую очередь экономики, фашистский режим всячески способствовал развитию государственно-монополистического капитализма. Неограниченную власть в Германии приобрели предпринимательские союзы, которые подготовили и установили фашистскую диктатуру. Изданным фашистским правительством законом от 27 февраля 1934 г. «О подготовке органического построения германской экономики»6 предпринимательские союзы наделялись большими правами и превращались в своеобразные надгосударственные учреждения. Ряд статей закона предусматривал карательные меры, вплоть до тюремного заключения, в случае невыполнения правил и распоряжений, устанавливаемых этими союзами. Статьи закона, предоставлявшие министру экономики диктаторские полномочия в своей области, по существу являлись только формой маскировки такого переплетения власти монополий и фашистского государства и той действительной власти, которая была предоставлена этим союзам.

Глава крупнейшего концерна «И.Г. Фарбениндустри» К. Бош, которого ныне буржуазные историки пытаются представить как покровителя К. Герделера и других представителей так называемой верхушечной оппозиции гитлеровскому режиму, в конце 1933 г. писал, что захват власти фашистами явился могучим фактором «в оживлении германского предпринимательского духа»7.

Положение, создавшееся в Германии после захвата власти фашистами, являлось ярким подтверждением слов В.И. Ленина: «монополия, раз она сложилась и ворочает миллиардами, с абсолютной неизбежностью пронизывает все стороны общественной жизни, независимо от политического устройства и от каких бы то ни было других «частностей»»8.

С момента установления фашистской диктатуры вся деятельность гитлеровцев как в области экономической, так и политической была направлена на подготовку страны к агрессивной войне. С этой целью они приспособили правительственную систему Германии к требованиям войны, превратив страну в военно-полицейское государство.

Был издан ряд законов, предоставлявших фашистскому правительству неограниченную власть, формальное основание для кровавого террора, насилий, пыток и убийств противников фашистского режима9, для произвола в области внутренней и внешней политики. Рабочие партии были разгромлены, буржуазные партии были распущены или слились с фашистской партией, которая превратилась в правящую партию в стране.

Происходило сращивание партийного, государственного аппарата и аппарата монополий.

В целях подготовки Германии к войне гитлеровцы были призваны монополистами самыми беспощадными, кровавыми методами подавлять протест широких народных масс, в первую очередь деятельность Коммунистической партии.

Террор наряду с фашистской демагогией являлся одним из орудий подготовки страны к войне. Объясняя причину применения террора, Геринг писал в 1934 г.: «Мы должны были безжалостно расправиться с этими врагами государства (т. е. антифашистами. — В.Ф.). Не следует забывать, что в тот момент, когда мы захватили власть, свыше 6 млн человек официально голосовали за коммунизм и около 8 млн — за марксизм во время выборов в рейхстаг в марте 1933 г.»10

Уже весной 1933 г. страна покрылась концентрационными лагерями, куда бросались без суда и следствия десятки тысяч антифашистов. Были созданы: государственная тайная полиция (гестапо), являвшаяся одним из важнейших террористических инструментов фашистской диктатуры, организации профессиональных убийц и погромщиков — СС, СА (штурмовые отряды), СД (служба безопасности), которые стали важнейшим орудием гитлеровской диктатуры11.

Именно фашистские головорезы из этих организаций создали конвейеры смерти: покрыли Германию, а затем почти всю Европу сетью концентрационных лагерей и крематориями, из которых стлался едкий дым.

В целях усиления террористической деятельности — кровавой расправы с противниками фашистского режима — имперский руководитель СС Генрих Гиммлер 17 июня 1936 г. был назначен главой германской полиции, объединив в одних руках германскую полицию и отряды СС12.

Ядром фашистской тирании являлась национал-социалистская (фашистская) партия. Преступный корпус так называемых политических руководителей фашистской партии включал во главе с фюрером 14 рейхслейтеров (имперских руководителей управлений и главных управлений), 40 гаулейтеров (областных руководителей), затем крайслейтеров (окружных руководителей), целленлейтеров (районных руководителей), ортгруппенлейтеров (местных руководителей) и, наконец, блоклейтеров — этих маленьких «фюреров», которые осуществляли надзор за группами домов в количестве от 40 до 60. Всего же этот корпус включал вместе со служебным аппаратом до 600 тыс. человек13.

Этот костяк фашистской партии посредством террора и безудержной демагогии выполнял социальный заказ монополистического капитала, обеспечивал ему максимальную прибыль и готовил страну к агрессивной войне за установление мирового господства германского империализма.

Руководящий состав нацистской партии был тесно связан с гестапо, СС и другими террористическими организациями нацистской партии. 26 июня 1935 г. начальник партийной канцелярии и заместитель фюрера издал декрет, в котором говорилось: «Для того чтобы осуществить более тесный контакт между органами партии и ее организациями и руководителями государственной тайной полиции (гестапо), заместитель фюрера предлагает приглашать руководителей гестапо на все крупные официальные собрания партии и ее организаций»14. Заместитель фюрера и начальник штаба штурмовых отрядов были введены в состав правительства для обеспечения тесного сотрудничества отделов партии с учреждениями государственной власти. Программа и устав национал-социалистской партии были объявлены «основным политическим законом государства»15.

Один из важнейших пунктов этой программы гласил: «Мы требуем земли и территории (колоний) для поддержания нашего народа и колонизации нашим излишним населением»16. Эта программа империалистической агрессии требовала от всех немцев полного подчинения национал-социалистскому движению.

С захватом власти гитлеровцы осуществили ряд преобразований органов государственной власти Германии.

Рейхстаг был низведен до роли регистратора законов, издававшихся правительством, и трибуны, где Гитлер произносил свои демагогические речи.

Наряду с рейхсрегирунгом, т. е. имперским кабинетом — этим основным орудием власти фашистов, в Германии был создан тайный государственный аппарат, облеченный чрезвычайными полномочиями, основной задачей которого было руководство мобилизационными мероприятиями в целях подготовки страны к войне. За семь лет фашистской диктатуры, предшествовавших началу второй мировой войны, этот аппарат претерпел многократные преобразования. Это объяснялось также и тем, что гитлеровцы, особенно в первые годы своего господства, в связи с международной обстановкой вынуждены были особенно тщательно маскировать мероприятия, проводившиеся ими в целях подготовки войны.

Однако следует отметить, и это признавал на Нюрнбергском процессе над главными немецкими военными преступниками генерал Томас, бывший начальник Управления военной экономики германского верховного командования вооруженных сил, основы централизованного управления страной для подготовки к войне были заложены еще до прихода гитлеровцев к власти17, когда был создан Комитет по вопросам обороны из представителей различных министерств.

Вскоре после захвата власти, 4 апреля 1933 г., был создан секретный Имперский совет обороны18, председателем которого являлся Гитлер, а его заместителем — военный министр генерал Бломберг19. Уже сам факт создания военного кабинета в условиях мирного времени имел большое значение для активизации военных приготовлений во всех государственных учреждениях фашистской Германии.

Важнейшее значение в подготовке фашистской Германии к войне имел 1935 год, когда была введена всеобщая воинская повинность, изданы основные законодательные акты и созданы важнейшие учреждения, ведавшие непосредственной военной подготовкой.

21 мая 1935 г. был издан закон «Об обороне империи»20, который нацистские лидеры характеризовали в качестве краеугольного камня подготовки нацистской Германии к войне. Закон определял обязанности вооруженных сил и всех имперских властей и учреждений при подготовке и в период войны.

В целях координации усилий монополий, а также государственных учреждений по переводу экономики страны на военные рельсы учреждалась специальная должность — генеральный уполномоченный по военной экономике (Generalbevolmächtigte für die Kriegswirtschaft). На этот пост был назначен член Имперского совета обороны, министр экономики, президент Рейхсбанка Яльмар Шахт, а начальником его штаба — доверенное лицо монополий Вольтат.

В 1938 г. в период завершения подготовки агрессии против Австрии, а затем против Чехословакии были приняты новые важные законы и созданы новые правительственные учреждения. 4 февраля 1938 г. был опубликован декрет об изменении в организации высшего руководства вермахта. Упразднялось военное министерство, а вместе с ним и пост военного министра. Гитлер, являвшийся главой государства, стал и верховным главнокомандующим всеми вооруженными силами Германии. Было также образовано верховное командование вооруженных сил (ОКВ), начальником штаба которого был назначен генерал Кейтель. Создавалось командование видов вооруженных сил: сухопутных войск — главнокомандующий генерал Браухич, военно-воздушных сил — главнокомандующий генерал-полковник Геринг, военно-морских сил — главнокомандующий адмирал Редер. Каждое главное командование видов вооруженных сил имело свой генеральный штаб. Имелось также самостоятельное командование войск СС, подчиненное Гиммлеру. Все эти командования подчинялись верховному главнокомандованию вооруженных сил.

Так произошла концентрация руководства вооруженными силами, во главе которых стал фашистский фюрер — глава государства и партии.

Происходила также подготовка германской дипломатии в целях внешнеполитического обеспечения предстоящих актов агрессии. В связи с этим 4 февраля 1938 г. министром иностранных дел вместо Нейрата был назначен Риббентроп. Был заменен ряд глав дипломатических миссий в важнейших странах. «Для помощи мне советами по вопросам внешней политики, — говорилось в декрете Гитлера, — я создаю Тайный совет»21. Членами Тайного совета были Геринг, Риббентроп, Гесс, Геббельс, начальник имперской канцелярии Ламмерс, начальник штаба верховного командования вооруженных сил и главнокомандующие видами вооруженных сил. Его председателем являлся бывший министр иностранных дел Нейрат.

Тайный совет разрабатывал формы и методы дипломатических диверсий и камуфляжа, которыми гитлеровцы прикрывали свои агрессивные акты в Европе.

4 февраля 1938 г. был назначен генеральный уполномоченный по имперской администрации, которым стал министр внутренних дел Фрик; ему был подчинен ряд министерств.

Еще более усиливалась роль в подготовке германской экономики к войне созданного в 1936 г. ведомства по осуществлению четырехлетнего плана, возглавляемого Герингом. Он получил право давать указания всем имперским учреждениям, в том числе и генеральному уполномоченному по военной экономике.

Подверглось реорганизации также министерство экономики, которое фактически объединялось с ведомством генерального уполномоченного по военной экономике. Во главе его был поставлен в начале 1938 г. один из авторов фашистской экономической программы — доверенное лицо монополий Функ. Все эти ведомства, занимавшиеся военной мобилизацией экономики, были подчинены непосредственно Герингу, а через него — Имперскому совету обороны.

Таким образом, перед началом нового тура агрессивных актов в Европе, которые были чреваты угрозой перерастания в крупные военные конфликты и войну, в Германии была осуществлена концентрация органов государственной власти. Как признавал Гитлер в своем выступлении в рейхстаге 20 февраля 1938 г., «изменения, произведенные 4 февраля в имперском кабинете и военной администрации, имели своей целью в самый короткий срок привести к усилению военной власти, что отвечало требованиям момента»22.

На решающие посты в административном аппарате, в армии, в экономике, в иностранном ведомстве были поставлены более последовательные сторонники авантюристической политики монополий. Это были убежденные фашисты в генеральских гестаповских и дипломатических мундирах.

С такой структурой военного и государственного аппарата с небольшими изменениями Германия и вступила в развязанную ею вторую мировую войну.

Примечания

1. XII Пленум ИККИ. Стенографический отчет, т. III. М., 1933, с. 94.

2. Гинцберг Л.И. На пути в имперскую канцелярию. М., 1972.

3. Очерк истории немецкого рабочего движения. М., 1964, с. 138.

4. Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 33, с. 3.

5. Файнгар И.М. Очерк развития германского монополистического капитала. М., 1958, с. 133—162.

6. «Reichsgesetzblatt», 1934, Teil I, S. 185.

7. Цит. по кн.: Генри Э. Гитлер против СССР. М., 1937, с. 53—54.

8. Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 27, с. 355.

9. Das Dritte Reich in Dokumenten. Frankfurt a/M., 1957, S. 20.

10. ЦГАОР СССР, ф. 7445, оп. 1, д. 10, л. 347.

11. СС в действии. Документы о преступлениях СС. М., 1960, с. 23—33.

12. Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками. Сборник материалов в семи томах, т. I, М., 1957, с. 692.

13. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в семи томах, т. VI. М., 1960, с. 2—3.

14. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в семи томах, т. VI, с. 21—22.

15. Там же, с. 24.

16. Там же.

17. Nazi Conspiracy and Aggression, vol. I. Washington, 1946, p. 350.

18. Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии. 1933—1945 гг., т. I. М., 1956, с. 126.

19. Meinck C. Der Reichsverteidigungsrat. — «Wöhrwissenschaftliche Rundschau», 1956, № 6, S. 417.

20. Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии, т. I, с. 30, 102—103.

21. «Reichsgesetzblatt», 1939. Teil I, S. 112.

22. «Völkischer Beobachter», 5.II.1938.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты