Библиотека
Исследователям Катынского дела

Отношения с Францией: почти у нуля

Отношения СССР с Францией были еще хуже, чем с Англией. Французская реакция вела дело фактически к разрыву. Пребывая в антисоветском ослеплении, в Париже, как и прежде, не видели главного — нависшей военной угрозы. Характеризуя политику французских правящих кругов в период «странной войны», Ш. де Голль в своих мемуарах подчеркивал, что в тогдашнем Париже «были больше озабочены тем, как нанести удар России — оказанием ли помощи Финляндии, бомбардировкой ли Баку или высадкой в Стамбуле, чем вопросом о том, каким образом справиться с Германией»1. В свою очередь, в дневниковых записях за период 1939—1973 гг. известный французский дипломат Э. Альфан реалистически отмечал, что тогдашнее правительство Франции обрекло страну на поражение 1940 г. в том числе и потому, что не имело могущественного союзника в лице СССР. «Следует признать, — пишет Альфан, — что по разным причинам Сарро, Блюм и Даладье занимали непоследовательную позицию и пренебрегли заключением с русскими военного соглашения, которое, несомненно, могло избавить нас от войны»2.

Вместо отказа от политики антисоветизма, сближения с СССР французское правительство усиливало нажим на СССР по всем линиям. Так, в связи с осуществлением национализации в Западной Украине и Западной Белоруссии, которые вошли в состав СССР, еще 28 декабря 1939 г. председатель трибунала Сены по требованию «Французского общества по производству и торговле нефтью» («Группа Малопольска») вынес постановление о наложении ареста на сумму около 1 млрд, франков на счета и ценности торгового представительства СССР во Франции. На следующий день полпредство СССР заявило МИД Франции решительный протест и потребовало немедленно принять меры к отмене этого решения, нарушающего статус торгпредства, определенный еще временным торговым соглашением от 11 января 1934 г.3

В соответствии с обязательствами по действовавшему в 1939 г. торговому соглашению между СССР и Францией советская сторона готовилась разместить во Франции заказов на общую сумму более 9 млн руб. Однако французская сторона отказалась продлить торговое соглашение, а с 15 марта 1940 г. лишила товары советского происхождения режима наибольшего благоприятствования (за исключением отдельных видов нефтепродуктов). Правительство Франции реквизировало изготовленное по советским заказам оборудование и вооружение, отказало в выдаче лицензий на вывоз в СССР ряда товаров. Советский Союз нес значительные убытки.

5 февраля 1940 г. французская полиция совершила беспрецедентный по беззаконию налет на помещение советского торгпредства в Париже. Около 100 полицейских, одетых в штатское, ворвались в торгпредство и заняли все помещения. Обыск сопровождался изъятием документов. Сотрудники торгпредства были задержаны, доставлены под охраной полиции на свои частные квартиры и отпущены лишь после окончания обыска. Допуск сотрудников в помещение торгпредства был прекращен. Был также произведен обыск в помещениях «Интуриста» и бывшей советской школы в Париже. Полпредство СССР во Франции охарактеризовало полицейский налет как «вопиющий враждебный акт, применяющийся лишь к вражеским странам».

На шестой сессии Верховного Совета СССР нарком иностранных дел СССР подчеркивал, что «фактов враждебности французской и английской политики в отношении СССР за последние месяцы было немало.

Достаточно указать, что французские власти не нашли ничего лучшего, как устроить два месяца тому назад полицейский налет на наше торгпредство в Париже. Произведенный в торгпредстве обыск, несмотря на все придирки, не дал никаких результатов. Он лишь оскандалил инициаторов этого безобразного дела и показал, что никаких реальных поводов для этого враждебного в отношении нашей страны акта не имелось. Как мы видим из обстоятельств дела, связанных с отзывом нашего полномочного представителя во Франции тов. Сурица, французское правительство ищет искусственных поводов, чтобы подчеркнуть свою недружелюбность в отношении Советского Союза. Чтобы было ясно, что Советский Союз не больше заинтересован в отношениях между обеими странами, чем Франция, мы отозвали тов. Сурица с поста полпреда во Франции»4.

Советско-французские отношения в целом оказались замороженными. В 1940 г. товарооборот Советского Союза с Францией сократился почти в 11 раз по сравнению с предыдущим годом, составив всего 4,3 млн руб.5

Мерой нежелания правящих кругов страны улучшить отношения с СССР, в частности, служило то, что агреман на нового посла Франции в СССР Эрика Лабонна французское правительство запросило лишь 4 июня — в разгар немецкого наступления. И только 22 июня 1940 г., в день капитуляции Франции, посол вручил верительные грамоты в Москве.

Даже бывший французский премьер-министр П. Рейно, который несет прямую ответственность за поражение своей страны, вынужден признать в мемуарах, что французские правящие круги сами отвергли союз с СССР и Франция вступила в войну с Германией «без союза с Россией». Это поражение, по словам Рейно, стало «французским дипломатическим Ватерлоо», за которым последовал военный крах французской армии6.

Германскому фашизму было предоставлено достаточно времени, чтобы подготовиться к решающему удару на Западе, который и был нанесен. Французская армия потерпела поражение.

Охваченное отчаянием, французское правительство в конце мая 1940 г. обратилось к Советскому Союзу. 25 мая 1940 г. министр авиации М. Лоран-Эйнак пытался выяснить у Советского правительства возможность продажи Франции военных самолетов. Для переговоров в Москву предполагалось послать известного левого деятеля, сторонника дружбы с СССР П. Кота7. Советский Союз согласился вести переговоры. Но французские реакционеры при содействии посла США во Франции Буллита сорвали поездку П. Кота в Москву.

Суммируя различные проявления антисоветской линии англо-французской коалиции в период «странной войны», на шестой сессии Верховного Совета СССР В.М. Молотов подчеркивал, что «все эти враждебные действия со стороны Англии и Франции проводились, несмотря на то что Советский Союз не предпринимал до сих пор никаких недружелюбных действий в отношении этих стран... Пора бы этим господам понять, что Советский Союз не был и никогда не будет орудием чужой политики, что СССР всегда проводил и будет проводить свою собственную политику, не считаясь с тем, правится это господам из других стран или не нравится»8.

Примечания

1. Де Голль Ш. Указ. соч., т. 1, с. 61.

2. Alphand H. Létonnement Détre. Tournai 1939—1973. Paris, 1977, p. 112.

3. АВП СССР.

4. Шестая сессия Верховного Совета СССР. 29 марта — 4 апреля 1940 г., с. 27.

5. АВП СССР.

6. Reynaud P. La France a sauvé l'Europe, vol. 1, p. 16, 23.

7. Bouvier I., Gacoti J. La Vérité sur 1939. Paris, 1953, p. 244.

8. Шестая сессия Верховного Совета СССР. 29 марта — 4 апреля 1940 г., с. 28—29.

 
Яндекс.Метрика
© 2018 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты