Библиотека
Исследователям Катынского дела

Политика оккупантов в национальном вопросе

В основе политики гитлеровцев в Бельгии было их стремление использовать и углубить разногласия между двумя этническими группами, населяющими страну, — фламандцами и валлонами.

Фламандцы населяют провинции Западная Фландрия, Восточная Фландрия, Антверпен, Лимбург и говорят на нидерландском языке, который здесь по традиции именуется фламандским. Несколько десятков тысяч фламандцев проживают также в северо-восточных департаментах Франции и около 1,5 миллионов — в южных провинциях Нидерландов. Валлоны занимают южную половину страны — провинции Эно, Намюр, Льеж и Люксембург. Район Брюсселя, расположенный на границе между этими территориями, имеет смешанный национальный состав и его население двуязычно. Валлоны говорят на валлонском диалекте французского языка, являющегося наравне с фламандским государственным языком Бельгии. По языку и этническим особенностям они заметно отличаются от своих сограждан фламандцев. По происхождению фламандцы — потомки преимущественно германского племени франков, смешавшихся с фризами, саксами и кельтскими племенами. В средневековой Фландрии они составляли основное население. Валлоны происходят от кельтских племен белгов, которые в I в. подверглись сильной романизации, а также некоторому влиянию франков.

Германские власти предоставили право политического убежища многим фламандским сепаратистам, бежавшим из Бельгии после первой мировой войны. С целью активизации изучения фламандской проблемы при Кельнском университете в 1931 г. был открыт Нидерландский институт, директором которого несколько лет спустя стал Ф. Петри. В годы второй мировой войны он стал главным консультантом немецкой администрации в Бельгии.

Большую ставку в осуществлении своей раскольнической национальной политики в Бельгии немецко-фашистские оккупанты делали на немецкое население, проживавшее в трех районах — Эйпен, Мальмеди и Сен-Вит. По референдуму 20 сентября 1920 г. эти районы были присоединены к Бельгии и позже включены в провинцию Люттих. В ходе переписи, которая состоялась в 1930 г., 90% населения районов Сен-Вит, Эйпен и больша́я часть населения Мальмеди признали родным языком немецкий. Среди немцев Эйпен—Мальмеди действовала культурная организация «Отечественный союз», которая подвергалась преследованиям со стороны правительства Бельгии1. После прихода Гитлера к власти в Германии нацистская агентура в Бельгии развернула активную деятельность по созданию в районах Эйпен и Мальмеди национал-социалистской организации, которая к весне 1939 г. уже насчитывала 500 членов и располагала печатным органом тиражом в 3 тыс. экз.2

Установление «арийского происхождения» по форме носа

По немецким данным на июнь 1940 г. в районах Эйпен и Мальмеди насчитывалось около 10 тыс. валлонов, в том числе в г. Мальмеди — 4 тыс. человек; остальные жили в нескольких валлонских общинах. Сразу же после прекращения военных действий и оккупации Бельгии в этот район стали прибывать немецкие колонисты. По утверждению местных оккупационных властей, прогерманские настроения сильнее чувствовались среди населения Мальмеди, нежели в Эйпене. Поэтому валлонов Мальмеди часто называли «прусскими валлонами». Влияние бельгийской католической церкви было здесь слабым. В конце 1939 г. здесь возникло немногочисленное движение во главе с католическим священником аббатом Петкиным, выступавшее за присоединение к Германии. Однако, как отмечалось в одном из донесений гестапо, если старые люди еще помнят немецкий язык, то молодежь говорит только по-французски3.

Аннексия Эйпена, Мальмеди, а также небольшого района Морена провозглашалась указом Гитлера от 18 мая 1940 г., который послужил основой для декрета от 23 мая 1940 г. о присоединении этих бельгийских районов к Германии. С сентября того же года здесь начали управлять германские власти, были учреждены германские участковые и окружные суды. Взамен бельгийского кассационного суда все кассационные вопросы рассматривал высший немецкий суд в Кельне.

Кроме Эйпена и Мальмеди, немцы жили в районах Арель и Лимбург, отдельные колонии имелись также в Брюсселе, Люттихе, Антверпене. 30 тыс. немцев проживали в бельгийской провинции Люксембург. Немцы Лимбурга были тесно связаны с немцами, живущими в Южной Голландии4.

Задолго до войны в Берлине тщательно изучали национальные отношения в Бельгии. Еще тогда некий Вальтер Бранд составил справку «Современное положение во Фландрии», в которой отмечал, что ни фламандцев, ни валлонов нельзя считать самостоятельными нациями, но важно использовать автономистское движение фламандцев. По мнению автора, в этом движении существует три направления: минималисты стоят на почве единства бельгийского государства, но требуют допущения фламандского языка в армии, в судопроизводстве и в административной деятельности; максималисты выступают за политическое и культурное самоопределение Фландрии; наконец, сторонники третьего направления выступают за воссоединение с Нидерландами.

Реедер заявил как-то, что в Бельгии немецкая «национальная политика является не самоцелью а средством к достижению победы Германии»5. И это было действительно так. Гитлеровцы стремились использовать в своих интересах национальные разногласия между фламандцами и валлонами, которые они совместно с местными националистами поддерживали и разжигали. Подобные попытки поссорить друг с другом эти две этнические группы бельгийского народа были предприняты оккупантами уже при решении вопроса об освобождении военнопленных. Если военнопленные — фламандцы, так же как и нидерландцы и норвежцы освобождались немедленно, то все пленные — валлоны отправлялись в лагеря непосредственно в Германию. В соответствии с директивой начальника ОКВ фельдмаршала Кейтеля от 26 января 1942 г. военнослужащим вермахта запрещалось жениться как на фламандках, так и на валлонках. Однако несколько месяцев спустя, когда соответствующие расовые органы пришли к выводу, что фламандцев можно считать германцами, 26 ноября 1942 г. Борман отменил этот запрет, и для фламандок было сделано исключение.

Документы свидетельствуют о том, что гитлеровцы планировали расчленить Бельгию на фламандскую и валлонскую части. Еще во время встречи с королем Леопольдом III в ноябре 1940 г. Гитлер прямо заявил, что после окончательной победы Германии возврата к старой Бельгии не будет. Она будет либо частично аннексирована, либо разделена, либо будет находиться в тесной зависимости от Германии. В октябре 1941 г. Гитлер отдал распоряжение начальнику имперской канцелярии подготовить проект соответствующего указа о разделе Бельгии. Предполагалось, что Фландрия будет присоединена к Нидерландам под управлением Зейсс-Инкварта, а рейхскомиссаром Валлонии станет гаулейтер Кельна-Ахена И. Гроге. Однако Риббентроп и Геринг выступили против подобных планов. Первый опасался создания объединенной «фламандско-нидерландской империи», которая может стать противовесом концепции «великой Германии», а второй доказывал экономическую нецелесообразность такой меры.

Особенность оккупационного режима в Бельгии состояла в том, что из-за стратегических и экономических соображений компетенция немецкой военной администрации в Бельгии распространялась и на два соседних департамента северо-восточной Франции — Нор и Па-де-Кале. Несмотря на свое принципиальное решение установить в Бельгии именно военную администрацию, в первые годы войны некоторых главарей гитлеровской Германии все же не покидала идея превратить Бельгию в самостоятельный имперский комиссариат. Впервые эта идея была высказана Гитлером 25 мая 1940 г., т. е. за несколько дней до капитуляции бельгийской армии. Однако начальник ОКВ генерал Кейтель настоял на необходимости создания для операции против Великобритании плацдарма, который охватил бы Бельгию и часть северо-восточной Франции и на котором хозяином должен быть только вермахт6. Вторично идея об организации имперского комиссариата была высказана летом 1941 г., когда операция по вторжению в Англию была на неопределенный срок отложена и внимание агрессоров было обращено на Восток. Однако и на сей раз противникам этой идеи удалось обосновать нецелесообразность раздельного использования мощных соседних промышленных районов Бельгии и Северной Франции. Вопрос о создании в Бельгии имперского комиссариата и о раздельном управлении территориями Бельгии и Северной Франции активно обсуждался в Берлине в течение нескольких лет.

Выступивший за отделение Северной Франции от Бельгии статс-секретарь министерства внутренних дел Германии Штуккарт привел два, по его мнению, важных соображения: во-первых, расчленение Бельгии будет означать конец королевству, что в свою очередь может вызвать «политический и психологический кризис» среди населения и отказ от сотрудничества с немцами бельгийской администрации, которая до сих пор работала «усердно и спокойно»; во-вторых, включение двух северофранцузских департаментов в «имперский комиссариат Бельгию» явится ударом по так лояльно относящемуся к Германии правительству Виши. С другой же стороны, передача этих департаментов военной администрации во Франции может быть истолкована как незаслуженный «подарок» Франции, и Германия таким образом может потерять важный козырь при будущих мирных переговорах с Францией. Если же фюрер сочтет возможным, продолжал Штуккарт, рассматривать Бельгию как имперский комиссариат, то ни в коем случае нельзя назначать сюда «начальника гражданской администрации», ибо предполагалось, что занятые страны с подобной формой управления до и после заключения мирного договора будут включены в состав рейха. В данном случае только Фландрия может тесно сотрудничать с Германией, тогда как Валлонии можно предоставить особый статус.

Целесообразнее было бы, предлагал далее Штуккарт, рассматривать Бельгию в качестве имперского комиссариата, ибо таким образом Германии будет легче привязать к себе Фландрию и проводить здесь свою «национальную политику». Для управления раздельно Фландрией и Валлонией могут быть созданы два отдела, а для контроля над деятельностью бельгийской администрации в провинциях следует создать институт уполномоченных имперского комиссара. В качестве альтернативы Штуккарт предлагал в городах Гент, Антверпен, Люттих и Моне поставить генеральных комиссаров, а для управления двумя северофранцузскими департаментами ввести «особого гражданского комиссара»7.

В мае 1942 г. обсуждение проблемы о судьбе Бельгии продолжалось. В беседе с Геббельсом Гитлер заявил тогда, что в будущем на территории этой страны следовало бы образовать две имперские провинции — Фландрию и Брабант. Свой особый план разработал и Гиммлер. Он предлагал учредить должность «уполномоченного фюрера для Бельгии и Северной Франции» и назначить им имперского комиссара в Норвегии Тербовена, тем более что тот уже давно просит перевести его из Норвегии. На его место в Норвегию следует направить Кальтенбруннера. Аннексионистские планы Германии в отношении бельгийской территории недвусмысленно выразил начальник главного управления СС Бергер. Выступая на съезде «Фламандского национального союза» в конце августа 1943 г., он откровенно заявил: «Мы снова вернем себе Фландрию»8.

Определенное влияние на характер мероприятий оккупационных властей в Бельгии оказывала политическая программа бельгийских фашистских партий, хотя Гитлер далеко не во всем соглашался с ними. В своей политике по отношению к Бельгии гитлеровцы руководствовались прежде всего интересами Германии. Рассчитывая на помощь Германии в осуществлении своих сепаратистских планов сразу же после оккупации Бельгии, лидер Союза Ст. де Клерк направил генералу Фалькенхаузену доклад, в котором была зафиксирована программа фашиствующих националистов: 1) В стране необходимо установить точную языковую границу, севернее которой ввести только один язык; 2) в Брюсселе, где проживает большинство фламандцев, их язык должен иметь преимущество; 3) в правительстве, которое будет создано, фламандцы должны быть представлены своими министрами; 4) Фландрии предоставляется административная и культурная автономия. В заключение де Клерк подчеркнул, что «фламандцы на деле доказали свою готовность сотрудничать с немцами», и просил «учесть это на будущей мирной конференции».

Однако подобные планы фламандских националистов Бельгии и Нидерландов не вполне соответствовали интересам Германии. Как подчеркивалось в докладной записке имперского комиссара в Гааге 13 июня 1940 г., границу между Голландией и Фландрией следует провести вдоль Соммы, что будет выгодным в геополитическом и стратегическом отношениях. Далее предлагалось изгнать всех французов севернее Соммы, а фламандцев вернуть к нидерландскому языку, благодаря чему они станут важным элементом при «регерманизации Северной Франции». Предлагалось также прекратить эмиграцию из бельгийской Фландрии в Северную Францию, ибо таких переселенцев для «воликогерманского сообщества» можно считать потерянными. Наоборот, следует вернуть всех фламандцев, живущих южнее Соммы, и всех нидерландских колонистов, живущих в Нормандии и в других областях Франции.

Взгляды сторонников де Клерка вызвали в Берлине еще большее неудовольствие в 1944 г. В частности, о них крайне отрицательно отозвался Гиммлер. Проповедуемую фламандскими националистами идею «велико-дитской империи», в которую войдут 15 млн жителей Нидерландов и Фландрии, он охарактеризовал как противоречащую идее фюрера о «великогерманской империи». Далее Гиммлер высказал неудовольствие и по поводу изменения концепции Дегреля. Если раньше рексисты выступали за создание «Великогерманской империи», то в 1944 г. они вдруг выдвинули концепцию так называемого «Великобургундского государства валлонов», — идею, шедшую вразрез с планами главарей гитлеровской Германии. «Что же касается утверждения Дегреля о том, что «валлоны являются романизированными германцами», — писал далее Гиммлер, — то мы можем использовать его в своих интересах: мобилизация лишь одного их возраста дала бы нам 30 тыс. человек»9.

Наряду с попытками обострить национальный вопрос, инспирируя разногласия между фламандцами и валлонами, гитлеровцы в Бельгии и Северной Франции, как и в других оккупированных странах, начали также и антиеврейскую кампанию. Евреи были исключены из экономической, культурной и научной жизни. Распоряжением начальника военной администрации от 28 октября 1940 г. возвращение евреев, эвакуированных из Бельгии, запрещалось. Все оставшиеся в стране евреи в возрасте старше 15 лет должны были стать на особый учет, а их имущество переходило под государственное управление. Затем в мае 1942 г. евреям было приказано носить желтую «звезду Давида», а в сентябре 1942 г. все их имущество было, по существу, реквизировано. Оккупационные власти и местные фашисты стремились посеять раздор между бельгийцами и евреями, но, как свидетельствуют очевидцы, результат был прямо противоположен: протестуя против акции оккупантов, бельгийцы старались оказывать евреям всяческую помощь10.

Уточнением принципов германской оккупационной политики в Бельгии занималось совещание у Гитлера, состоявшееся 12 июля 1944 г. На нем было объявлено о создании государственного комиссариата Бельгии и Северной Франции. Назначенному комиссару группенфюреру СС И. Грое и командующему войсками генералу Гразе было указано, что германская политика в Бельгии должна состоять в том, чтобы крепко держать эту страну в своих руках, хотя самым лучшим решением было бы преобразовать ее в фламандскую и валлонскую имперские области с включением их в состав Германии. Далее главари гитлеровской Германии потребовали от своих представителей в Бельгии последовательного и беспощадного проведения оккупационной политики в интересах Германии, опираясь при этом в основном на фламандское население Бельгии11. В конце 1944 г. по распоряжению из Берлина был сформирован «Фламандско-валлонский комитет» во главе с Дегрелем, объявленным «областным фюрером валлонского народа», и ван де Виде, ставшим «областным фюрером фламандского народа». Однако все эти меры уже не имели никакого значения.

После покушения на Гитлера вся гражданская и военная власть в Бельгии фактически сосредоточилась в руках ставленника Гиммлера Р. Юнгклауса. Это был период особого разгула террора оккупантов. В течение нескольких недель было расстреляно больше заложников, чем за предыдущие четыре года12.

2 сентября 1944 г. на территорию Бельгии вступили войска союзников. На следующий день гитлеровцы оставили Брюссель, а затем и Антверпен. Таким образом, уже в начале сентября 1944 г. большая часть территории Бельгии была освобождена от немецко-фашистских оккупантов. Одновременно бельгийские партизаны очистили от противника все левобережье р. Маас в районе Льежа. 8 сентября 1944 г. из Лондона в Брюссель вернулось правительство Пьерло-Спаака. Однако в декабре 1944 г. в ходе Арденнского контрнаступления войска вермахта вновь вторглись в южную часть Бельгии. Полное и окончательное освобождение страны произошло лишь в феврале 1945 г.

* * *

Таким образом, применительно к Нидерландам, Люксембургу и Бельгии гитлеровские оккупанты так же, как и в отношении Дании и Норвегии, внешне проводили «либеральную» германизаторскую политику. Они допустили деятельность центральных и местных органов власти, заигрывали с народами этих стран, как с «расовополноценными», в первый период оккупации избегали применять террор и массовые репрессии. В последующие же годы оккупационный режим в Нидерландах, Люксембурге и Бельгии приобретал все более жесткие формы.

В проведении своей политики гитлеровские оккупанты особые надежды возлагали в Бельгии на углубление разногласий между фламандцами и валлонами, а в Люксембурге — на разжигание ненависти к французам, всячески поощряли сепаратистские движения, поддерживали стремление профашистских кругов среди немецких нацменьшинств присоединиться к Германии.

Коммунистические партии и другие демократические силы Нидерландов, Люксембурга и Бельгии разоблачали коварную тактику гитлеровских оккупантов, направленную на раскол народа по национальному признаку, и мобилизовывали всех патриотов на борьбу за национальное освобождение.

Примечания

1. См.: Bundesarchiv Koblenz. R 58/151. Meldungen vom 27.5.1940. Bl. 42.

2. См.: Bundesarchiv Koblenz. R 58/717, Bl. 83.

3. См.: Bundesarchiv Koblenz. R 58/151, Bl. 240.

4. См.: Bundesarchiv Koblenz. R 58/184. Meldungen vom 20.5.1940. Bl. 129—130.

5. Jonghe A. de. Op. cit., p. 77.

6. См.: Wagner W. Belgien in der deutschen Politik während des zweiten Weltkrieges, S. 235—237.

7. См.: Kwiet K. Reichskommissariat Niederlande..., S. 65—66.

8. С.М.: Jonghe A. de. Op. cit., p. 95.

9. Annexe. — Cah. d'histoire de la seconde guerre mondiale. 1970, № 1, p. 128.

10. См.: Luchie G.-H. Op. cit., p. 81.

11. См.: Annexe. — Cah. d'histoire de la seconde guerre mondiale, p. 126.

12. См.: Wagner W. Op. cit., S. 292.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты