Библиотека
Исследователям Катынского дела
Главная
Новости
Хроника событий
Расследования
Позиция властей
Библиотека
Архив
Эпилог
Статьи
Гостевая

На правах рекламы:

Образец доверенности на представление интересов в суде kdzp.ru.

http://klumba55.ru/ купить цветы в омске.

Отказ Англии и США открыть второй фронт в 1943 г.

К концу 1942 г. прошло уже более трех лет со времени вступления во вторую мировую войну Великобритании и год со времени участия в войне США. Одно это означает, что они безусловно достаточно подготовились к тому, чтобы быть в состоянии принимать эффективное участие в войне. Тем не менее в Лондоне и Вашингтоне продолжали уклоняться от активных военных действий против Германии.

В своих воспоминаниях Черчилль доказывает, что Великобритания и США не располагали силами, чтобы открыть второй фронт. Так в течение многих лет писали также английские и американские буржуазные историки. Но за последние годы на Западе вышло немало книг, авторы которых уже не считали нужным скрывать истину, то есть тот факт, что Черчилль и Рузвельт продолжали затягивать открытие второго фронта вовсе не из-за того, что Англия и США были не в состоянии сделать это, а исключительно потому, что открытие второго фронта в 1943 г., как они считали, не соответствовало интересам — разумеется, империалистическим — этих держав.

Черчилль, конечно, понимал, какую реакцию в Москве вызовет нарушение Великобританией и США обязательства открыть второй фронт в Европе в 1943 г. В записке начальникам штабов он отмечал, что вряд ли можно «предполагать, что русские примирятся с тем, что мы будем бездействовать, как обычно, в течение всего 1943 г., в то время как Гитлер нанесет им третий удар»1. Но Черчилль цинично шел на то, чтобы поставить Советский Союз перед фактом срыва открытия второго фронта и в 1943 г.

Для согласования планов ведения войны англо-американским блоком 14—23 января 1943 г. в Касабланке состоялась очередная встреча Рузвельта и Черчилля. В заключение ее они утвердили доклад, подготовленный Объединенным комитетом начальников штабов. Главной запланированной операцией был захват в июле Сицилии2.

Рузвельт, как и Черчилль, был сторонником того, чтобы в 1943 г. действия англо-американских войск осуществлялись в бассейне Средиземного моря3. 18 января 1943 г. Черчилль телеграфировал в Лондон: «Я рад, что президент решительно выступает за то, чтобы на первое место были поставлены действия в Средиземноморье»4.

Принципиальные решения по вопросу о втором фронте в Европе были изложены в документе, одобренном Объединенным комитетом начальников штабов 22 января 1943 г. В первом пункте этого документа говорилось, что США и Англия не в состоянии осуществить крупномасштабную высадку на континент в течение 1943 г. Высадка предусматривалась только на 1944 г.5

В ходе дискуссий неоднократно затрагивался вопрос о поставках Советскому Союзу. При этом констатировалось, что в связи с операцией по высадке в Сицилии снова придется прекратить отправку конвоев северным морским маршрутом. В то же время поставки военных материалов Советскому Союзу считались все же желательными. Так, Черчилль отмечал, что «никакие инвестиции не могли бы дать лучших военных дивидендов». Рузвельт был такого же мнения: «Снабжение России — это стоящая инвестиция»6. Начальник имперского генерального штаба А. Брук заявил, что поставки необходимы для того, «чтобы выжать из России максимальную пользу»7.

Эти высказывания показательны, в частности, в том плане, что на Западе немало написано о чуть ли не филантропической «помощи» США и Англии Советскому Союзу. На самом же деле американское и британское правительства, как уже говорилось, преследовали поставками свои корыстные цели.

На встрече признавалась та роль, которую играли в войне против Германии советские войска. Участники конференции исходили из того, что следует возлагать на них основное бремя войны и в будущем. Первым подробно изложил такие взгляды Дж. Маршалл. Главнокомандующий американскими военно-морскими силами Э. Кинг констатировал, что дело сводится к тому, чтобы «максимально» воспользоваться людскими ресурсами России, причем «для главных действий» против Германии. Американские представители ограничивали роль США поставками Советскому Союзу военных материалов8. Кинг говорил, что речь идет о том, чтобы «использовать русских в наших собственных интересах»9.

На пресс-конференции после встречи Рузвельт заявил, что он считает необходимым добиваться «безоговорочной капитуляции» Германии, Италии и Японии10.

Участники встречи понимали, что необходимо информировать о принятых решениях Советское правительство. Совместное послание Рузвельта и Черчилля главе Советского правительства об итогах встречи началось с лицемерного заявления, что намеченные ими операции вместе с мощным наступлением советских войск «могут, наверное, заставить Германию встать на колени в 1943 году. Нужно приложить все усилия, чтобы достигнуть этой цели». Что касается конкретных планов США и Англии, то сообщалось, что они намерены «очистить Северную Африку от сил держав оси» и «предпринять широкие комбинированные операции сухопутных и военно-морских сил в Средиземном море». По вопросу об открытии второго фронта в послании говорилось, что западные союзники намерены сконцентрировать в Соединенном Королевстве значительные американские сухопутные и военно-воздушные силы, которые совместно с британскими вооруженными силами «подготовятся к тому, чтобы снова вступить на континент Европы, как только это будет осуществимо»11.

Посланное Рузвельтом и Черчиллем Советскому правительству сообщение об их встрече было, однако, не информацией, а преднамеренной дезинформацией. На самом деле на конференции и речи не было о том, чтобы разгромить Германию в 1943 г. Авторы послания скрывали, что решено второго фронта в 1943 г. не открывать, а действовать исключительно в бассейне Средиземного моря, да к тому же осуществить всего-навсего высадку в Сицилии.

Разумеется, авторы этого послания понимали, что оно не удовлетворит Советское правительство. Тем не менее они заранее решили, что англо-американский блок должен поступать исключительно в соответствии со своими империалистическими интересами, не считаясь с союзническими обязательствами перед СССР и его неизбежными протестами. 26 января Черчилль телеграфировал по этому поводу военному кабинету: «Ничто на свете Сталин не одобрит как альтернативу высадке нами весной этого года 50 или 60 дивизий во Франции. Я думаю, что он будет разочарован и взбешен нашим совместным посланием... Но в конце концов мы можем с этим не считаться»12.

Отвечая на приведенное послание Черчилля и Рузвельта, глава Советского правительства просил сообщить о конкретно намеченных операциях и намечаемых сроках их осуществления13.

9 февраля Черчилль направил Сталину новое послание, указав, что оно согласовано с Рузвельтом. Он сообщал, что американские и британские войска намерены в течение апреля, если не раньше, изгнать немцев и итальянцев из Восточного Туниса. В июле или раньше США и Англия намерены захватить Сицилию, Далее в послании говорилось: «Мы также энергично ведем приготовления, до пределов наших ресурсов, к операции форсирования Канала (Ла-Манша. — В.С.) в августе, в которой будут участвовать британские части и части Соединенных Штатов... Если операция будет отложена вследствие погоды или по другим причинам, то она будет подготовлена с участием более крупных сил на сентябрь»14.

Это послание было обещанием правительств Великобритании и США, их обязательством осуществить высадку в Северной Франции, то есть открыть второй фронт, в крайнем случае в сентябре 1943 г. На самом же деле, как свидетельствуют решения встречи в Касабланке, англо-американский блок намеревался открывать второй фронт только в 1944 г. Так что Черчилль и Рузвельт в этом послании главе Советского правительства давали обещания, которые заведомо не собирались выполнять. Этот циничный, преднамеренный обман стал одной из самых одиозных страниц в политике британского и американского империализма в годы второй мировой войны.

16 февраля глава Советского правительства в посланиях Черчиллю и Рузвельту настаивал на том, чтобы второй фронт был открыт весной или в начале лета 1943 г. Он отмечал, что с конца декабря немцы перебросили из Франции, Бельгии, Голландии и самой Германии на советско-германский фронт 27 дивизий, в том числе 5 танковых15.

В новом послании (11 марта) Черчилль пытайся выкрутиться из созданного им самим для себя щекотливого положения. Он уже не писал, что Англия и США откроют второй фронт в августе или сентябре 1943 г. Правда, он и не признавая, что они не откроют его, а отделывался общими фразами. Главный смысл его послания заключался в следующем: «Подавляющая часть британской армии находится в Северной Африке, на Среднем Востоке и в Индии, и нет никакой физической возможности перебросить ее морем назад на Британские острова». Там находятся 38 дивизий, а на Британских островах всего 19. Американских войск в Англии, писал Черчилль, всего одна дивизия, и в течение двух месяцев других войск не ожидается. Вместе с тем принципиальное значение имело и то, что было сказано в самом конце послания британского премьера. «Когда я заявляю, — писал он, — для Вашего личного сведения о наших намерениях... меня не следует понимать так, что я ограничиваю нашу свободу в принятии решений»16.

Таким образом, суть нового послания Черчилля заключалась в том, что открытие второго фронта в 1943 г. невозможно, так как для этого нет-де необходимых сил. А то, что он писал ранее, было, мол, не обязательством, не обещанием открыть второй фронт в августе — сентябре 1943 г., а лишь информацией о «намерениях», которые он и Рузвельт, правительства Англии и США, вольны менять когда и сколько угодно. Предельный цинизм!

Германия по-прежнему располагала мощными силами. Предстояли еще долгие, ожесточенные бои. Поэтому вопрос о том, придется ли Советскому Союзу и впредь воевать против основных сил Германии в одиночку или же в военных действиях примут участие также Англия и США, имел для Советского Союза принципиальное значение.

Британское и американское правительства понимали, что продолжавшееся бездействие Англии и США, тогда как Советский Союз вел ожесточенные бои с главными силами Германии, ставило их как союзников СССР в крайне неудобное положение. Так, Черчилль констатировал в телеграмме Гопкинсу, что в апреле, мае и июне «даже ни единый американский и британский солдат не будет убивать ни одного немецкого или итальянского солдата, в то время как русские преследуют около 185 дивизий»17. Но активизировать свое участие в военных действиях англо-американский блок считал преждевременным.

Таким образом, хотя у СССР, США и Англии была важнейшая общая цель — одержать победу над врагом, в то же время между ними были существенные расхождения по ряду важных вопросов, прежде всего об открытии второго фронта. В вопросе об организации второго фронта в Европе наглядно проявилась «империалистическая сущность политики правящих кругов США и Англии»18.

Наряду с нежеланием Англии и США открывать второй фронт в Западной Европе на отношениях СССР с ними отрицательно сказывалась в это время и их позиция по вопросу о поставках Советскому Союзу северным морским маршрутом. За зиму 1942/43 года этим Путем в СССР прибыло несколько конвоев, доставивших военные и другие материалы на основе второго протокола о взаимных поставках19.

По согласованию между английским и американским правительствами намеченный на март 1943 г. конвой снова был отменен. В Вашингтоне и Лондоне понимали, что в условиях срыва открытия второго фронта отказ отправлять в СССР еще и конвои с поставками не мог не вызвать в Москве естественного недовольства. Но Черчилль заранее был готов к этому. «В конце концов, семь бед — один ответ»20, — писал он.

30 марта Черчилль сообщил в Москву об отмене мартовского конвоя, равно как и о том, что следующий конвой предполагается направить только в сентябре21. На самом же деле в поставках северным путем наступил 9-месячный перерыв. Сталин отправил британскому премьеру краткий ответ, в котором говорилось: «Я понимаю этот неожиданный акт как катастрофическое сокращение поставок сырья и вооружения...»22

Таким образом, западные союзники СССР снова продемонстрировали свое отношение к выполнению взятых на себя обязательств. В официальной истории британской внешней политики в годы второй мировой войны признается, что в 1942—1943 гг. северным маршрутом было отправлено только 10% поставок, которые намечалось послать этим путем, а в целом программу поставок выполнили только на 66%23.

Проведя тотальную мобилизацию своих людских и материальных ресурсов, Германия развернула активную подготовку к новому крупному наступлению на советско-германском фронте. Предстояли ожесточенные бои. Поэтому Советский Союз по-прежнему был заинтересован в скорейшем открытии Англией и США второго фронта в Европе.

К середине мая англо-американские войска наконец закончили свои действия в Северной Африке, заняв весь Тунис. Для сравнения масштабов сражений в СССР и в Северной Африке можно отметить, что англо-американские союзники потеряли за всю кампанию убитыми всего 10 290 человек24.

Для обсуждения дальнейших планов действий англо-американского блока Черчилль снова направился в Вашингтон, где с 12 по 25 мая 1943 г. вел переговоры с Рузвельтом. Переговоры закончились утверждением решения о военных операциях американских и английских войск на 1943—1944 гг. Для разгрома стран оси в Европе предусматривалось, во-первых, «авиационное наступление» с территории Великобритании. Во-вторых, намечалась «операция по форсированию Ла-Манша», но не в 1943 г. Предварительный срок ее был установлен 1 мая 1944 г. Высадку планировалось осуществить силами 9 дивизий, после чего на захваченный плацдарм намечалось перебросить еще 20 дивизий. В-третьих, после захвата Сицилии считалось необходимым осуществить новую операцию, которая способствовала бы выходу Италии из войны25.

Из Вашингтона Черчилль отправился в Северную Африку, где продолжал обсуждение военно-стратегических вопросов с А. Бруком, Дж. Маршаллом, Д. Эйзенхауэром и другими английскими и американскими военными деятелями. Речь шла, в частности, о роли советских и англо-американских войск в разгроме Германии. Англичане исходили в этих переговорах из того, что «русская армия была единственной сухопутной силой, которая может достигнуть решающих результатов. Любые англо-американские войска, которые могут быть посланы на континент, — это лишь небольшое подспорье». Черчилль отмечал, что русские удерживают на своем фронте 218 немецких дивизий, а даже к 1 мая 1944 г. в Великобритании будут для высадки всего 29 дивизий26.

Как свидетельствует этот документ, в Великобритании и США понимали, что решающую роль в разгроме Германии Играл и будет играть Советский Союз. Вместе с тем из него видно стремление и впредь перекладывать на СССР главную тяжесть этой борьбы, так как при желании Великобритания и США могли внести в разгром германских войск гораздо больший вклад.

4 июня Рузвельт информировал Советское правительство о принятых решениях (текст его послания был согласован с Черчиллем). О втором фронте президент США писал: «Согласно теперешним планам на Британских островах весной 1944 года должно быть сконцентрировано достаточно большое количество людей и материалов, для того чтобы позволить предпринять всеобъемлющее вторжение на континент в это время»27. Но Рузвельт скрыл намеченную дату начала операции — 1 мая 1944 г.

Глава Советского правительства в ответном послании президенту США подчеркивал, что принятые в Вашингтоне решения находятся в противоречии с полученными им ранее сообщениями, что второй фронт будет открыт в 1943 г. «Это Ваше решение, — писал Сталин, — создает исключительные трудности для Советского Союза, уже два года ведущего войну с главными силами Германии и ее сателлитов с крайним напряжением всех своих сил, и предоставляет советскую армию, сражающуюся не только за свою страну, но и за своих союзников, своим собственным силам, почти в единоборстве с еще очень сильным и опасным врагом.

Нужно ли говорить о том, какое тяжелое и отрицательное впечатление в Советском Союзе — в народе и в армии — произведет это новое откладывание второго фронта...»28

Это послание отражало — разумеется, лишь частично — резкое и вполне обоснованное недовольство, которое вызвал в Москве отказ правительств США и Великобритании открыть второй фронт в Европе в 1943 т. Отношения между тремя союзными державами переживали серьезный кризис.

Р. Шервуд отмечает, что содержание этого послания Сталина нельзя было понять иначе, как «обвинение в преднамеренном вероломстве» со стороны западных союзников29.

В послании Черчиллю от 24 июня Сталин напомнил о всех полученных от английского правительства заверениях, что высадка будет произведена в 1943 г., причем крупными силами. Послание было выдержано в еще более сильных обличительных тонах, чем прежние. «Нечего и говорить, — писал Сталин, — что Советское правительство не может мириться с подобным игнорированием коренных интересов Советского Союза в войне против общего врага.

Вы пишете мне, что Вы полностью понимаете мое разочарование. Должен Вам заявить, что дело идет здесь не просто о разочаровании Советского правительства, а о сохранении его доверия к союзникам, подвергаемого тяжелым испытаниям»30.

Копия этого послания была направлена Рузвельту.

Этот эпизод с исключительной наглядностью характеризует действительное отношение Великобритании и США, то есть империалистического англо-американского блока, к Советскому Союзу.

В создавшихся условиях Советское правительство сочло дальнейшую переписку по вопросу об открытии второго фронта беспредметной. Не принося какой-либо пользы, она могла бы лишь привести к дальнейшему ухудшению и так серьезно осложнившихся отношений СССР с его западными союзниками. Советское правительство оставило последнее послание британского премьера без ответа. Впрочем, это тоже было своего рода ответом.

Наиболее последовательным противником, открытия второго фронта в Северной Франции был именно Черчилль. Даже А. Гарриман, находившийся в те дни в Лондоне, писал, характеризуя его позицию: «В конце концов премьер-министр был последовательным империалистом, который уже отличился как враг большевистского режима, открыто выступив в 1918 г. за союзную интервенцию с целью удушения революции»31.

Американский историк Г. Колко констатирует, что вопрос о втором фронте стал в то время главным испытанием для коалиции трех держав. Отказ Великобритании и США открыть второй фронт, «безусловно, должен был вызвать в Кремле серьезные вопросы об истинном значении и надежности коалиции»32.

Свидетельством серьезного ухудшения отношений между СССР, Великобританией и США было отозвание в конце июня 1943 г. советских послов в Лондоне и Вашингтоне (И.М. Майского и М.М. Литвинова).

Советское правительство сочло необходимым публично изложить свою позицию по вопросу о втором фронте. В опубликованном 22 июня 1943 г. сообщении Совинформбюро «Два года Отечественной войны Советского Союза» говорилось по этому вопросу: «Отсутствие второго фронта в Европе спасло гитлеровскую Германию от поражения в 1942 году. Как известно, эту передышку гитлеровцы использовали для нового, широкого наступления против Советского Союза летом и осенью прошлого года. Упустить создавшиеся благоприятные условия для открытия второго фронта в Европе в 1943 году, опоздать в этом деле — значит нанести серьезный ущерб нашему общему делу. Откладывание второго фронта в Европе против фашистской Германии привело бы к затягиванию войны, а значит, к колоссальному увеличению жертв. И наоборот, организация второго фронта в Европе в текущем году привела бы к скорому окончанию войны...»33 В советской периодической печати начали появляться статьи, в которых давался анализ политики Великобритании и США по вопросу об открытии второго фронта в Европе34.

Примечания

1. Churchill W.S. The Second World War, vol. 4, p. 582.

2. См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь 1943. М., 1980, с. 422.

3. См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкипс, т. 2, с. 303; Dallek R. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy, p. 367—368, 370, 371.

4. Churchill W.S. The Second World War, vol. 4, p. 606.

5. Public Record Office, Cab. 99/24, C.C.S. 164.

6. FRUS. The Conferences at Washington, 1941—1942, and Casablanca, 1943. Washington, 1968, p. 708, 710.

7. Ibid., p. 538 (курсив мой. — В.С.).

8. Ibid., p. 581—582, 587, 590, 596.

9. Цит. по: Яковлев Н.Н. Франклин Рузвельт: человек и политик, с. 364.

10. См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь 1943, с. 203.

11. Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 104—105.

12. Public Record Office, Prem. 3/420/3.

13. См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 108.

14. Там же, с. 112—113 (курсив мой. — В.С.). Послание было получено Советским правительством 12 февраля.

15. См. там же, т. 1, с. 115; т. 2, с. 54—55.

16. Там же, т. 1, с. 121—123.

17. Dallek R. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy, p. 380.

18. История внешней политики СССР, т. 1, с. 433.

19. См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь 1943, с. 233—234.

20. Там же, с. 234.

21. См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 133.

22. Там же, с. 134.

23. Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 569.

24. См.: История второй мировой войны, т. 6, с. 225.

25. См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь 1943, с. 430.

26. Public Record Office, Cab. 99/22, протокол заседания 29 мая 1943 г.

27. Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2, с. 68.

28. Там же, с. 70.

29. Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 411.

30. Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 164—167 (курсив мой, — В.С.).

31. Harriman W.A. and Abel S. Special Envoy to Churchill and Stalin, p. 216.

32. Kolko G. The Politics of War, p. 15, 20.

33. Правда, 1943, 22 июня.

34. См., например: Война и рабочий класс, 1943, 1 и 15 августа; Правда, 1943, 6 августа.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты