Библиотека
Исследователям Катынского дела

2. Фашистская агрессия против Польши и «странная» война западных держав

Нападение на Польшу последовало неожиданно и осуществлялось крупными силами. В соответствии с планом операций, разработанным в апреле—мае 1939 г.

генеральным штабом, командование вермахта ввело в бой большое количество сухопутных и военно-воздушных сил, а также все моторизованные и танковые дивизии, чтобы достигнуть максимального военного превосходства.

На западных границах гитлеровской Германии остались лишь незначительные военные силы. Генеральный штаб мог пойти на это только потому, что правительства западных держав после официального объявления войны Германии по-прежнему остались верны своей политике выжидания и не приняли никаких мер к наступлению.

План операции против Польши являлся открытой агрессией. Фашистские генералы знали, что Польша была недостаточно вооружена, ее армия не развернута и не готова к длительному сопротивлению и тем более не способна к наступательной войне против фашистской Германии и, таким образом, не могла начать превентивную войну. Военное командование гитлеровской Германии в боевых действиях против Польши впервые применило ряд оперативных и тактических принципов концепции «молниеносной» войны.

Из Силезии тремя армиями наступала группа армий «Юг» под командованием фон Рундштедта. Она наносила главный удар в направлении Варшавы, с задачей соединиться там с частями группы армий «Север», состоящей из двух армий, наступающей под командованием фон Бока с направления Восточная Пруссия, Померания.

Западнее Вислы фашисты собирались окружить и уничтожить польскую армию. Внезапное нападение, как показал ход трехдневной битвы на границе, захватило ее врасплох. Немецким войскам удалось прорвать польскую оборону, атаковать подвижными соединениями польские войска в глубоком тылу и захватить господство в воздухе. Военно-воздушные силы Польши в первые же дни войны были подавлены. Фашистские люфтваффе (ВВС) бомбардировали не только военные объекты, узлы путей сообщения, но и города, деревни и колонны беженцев.

Тяжелое поражение польской армии нарушило планы верховного командования, которое надеялось сдержать удар фашистского агрессора на границе, а затем планомерно отступить на главную линию обороны длиной 1600 км между Наревом и польско-словацкой границей. На этой линии войска должны были закрепиться до обещанного наступления западных держав. Из-за внезапного нападения не удалось даже провести мобилизацию. Единое руководство польскими войсками было потеряно уже в эти дни. Отданную 5 сентября верховным главно командующим Рыдз-Смиглы директиву всем армиям в порядке отступить за Вислу осуществить было невозможно.

Фашистское руководство, опасаясь, что польские войска могут сконцентрироваться за Вислой, 9 сентября отдало распоряжение подготовить кроме операции на окружение Варшавы второе кольцо окружения к востоку от Вислы. Через неделю фашистские войска находились в глубине Польши. Их соединения, расположенные в Восточной Пруссии, сомкнулись на севере у Вислы и Буга и заняли на юге Верхнюю Силезию и Краков. Еще 8 сентября, после бегства польского правительства, 4-я немецкая танковая дивизия продвинулась до Варшавы, где ее, правда, остановили польские войска и население рабочих окраин города.

Поспешность, с которой фашистское высшее командование приводило в движение свои соединения, чтобы быстрее окончить «молниеносную» войну в Польше, и неудовлетворительная разведка дали возможность польскому командованию нанести удар из района Познани во фланг группировки армий «Юг». В ночь на 10 сентября польские соединения под руководством генерала Кутшеба перешли в наступление между Вислой и Бзурой. 8-я немецкая армия после этого вынуждена была прекратить свое наступление. Развернулось ожесточенное сражение, в ходе которого усиленная группировка польской армии после первоначального успеха была разбита фашистами. Тем не менее до 17 сентября польская армия увеличилась вдвое. Даже после бегства польского правительства в Румынию, 17 сентября, при отсутствии военной помощи западных держав и безнадежном военном положении воля к сопротивлению польских солдат и патриотов оставалась несокрушимой.

Варшаву, блокированную с 13 сентября, защищали героически сражавшиеся польские солдаты и добровольческие отряды трудящихся, в первых рядах которых боролись коммунисты, освобожденные из тюрем. Защитники Варшавы капитулировали лишь 27 сентября после варварских воздушных бомбардировок и артиллерийского обстрела города. В отдельных районах сопротивление продолжалось до октября.

Главными причинами поражения Польши явились, с одной стороны, военное превосходство фашистской Германии и отсутствие поддержки западных держав, с другой — тогдашняя внутренняя и внешняя политика господствующих кругов Польши. Угнетение рабочих и крестьян, преследование революционного движения и порабощение национальных меньшинств, прежде всего девяти миллионов западных украинцев и белорусов, воинствующая антисоветская внешняя политика и ориентация на политиков Мюнхена в Лондоне и Париже — вот основные причины, которые привели к катастрофе.

Антисоветская политика польского правительства накануне войны, несмотря на усилия Советского Союза, направленные на создание системы коллективной безопасности и обороны от агрессора, привела к напряженным отношениям между СССР и Польшей. И когда после крушения обороны и бегства правительства из страны фашистская оккупация угрожала всей Польше, советские войска 17 сентября освободили белорусские и украинские области восточнее линии Керзона, предложенной еще в 1919 г. в качестве польско-советской границы, где ⅚ населения были непольской национальности, и тем самым не дали захватить эти области германским фашистским империалистам. Одновременно СССР получил выгодные оборонительные позиции против вероятного нападения гитлеровской Германии.

Близорукость ориентации господствующих кругов Польши на западные державы и предательство ими национальных интересов страны не соответствовали настроениям масс польского народа. Еще перед началом войны патриотические круги требовали решительной политики правительства против угрожающей фашистской агрессии. После начала войны рабочие, крестьяне и представители других слоев народа объединились для защиты родины. Оборонительная борьба за Варшаву, Модлин, Радом и крепость Хель является символом героизма многих польских солдат, офицеров, а также членов рабочей милиции. В этой борьбе и сопротивлении фашистскому режиму оккупации было доказано, что польский народ с самого начала вел справедливую войну против германского империализма за свою национальную независимость.

Война, которую начало фашистское руководство под демагогическим лозунгом устранения «несправедливостей Версаля» и за мнимое освобождение немцев в Польше, имела с самого начала цель ликвидировать польское государство и уничтожить польский народ. Это сказалось уже с первых дней в разбойничьем методе ведения войны и в преступлениях по отношению к польским военнопленным и гражданским лицам. Так, фашистские военно-воздушные силы уже 1 сентября напали на незащищенный город Велюнь и уничтожили его на 60%. В Варшаве вследствие бомбардировки и артиллерийского обстрела погибло 20 тыс. жителей. Уже в первый месяц войны фашисты провели в Польше 394 массовые казни. 9 сентября 1939 г. недалеко от Домброва солдаты 15-го моторизованного пехотного полка 10-й армии под командованием капитана Весселя расстреляли около 300 военнопленных из мести за собственные потери в тяжелых боях. Оккупанты арестовывали уважаемых польских граждан и представителей интеллигенции. Около 10 тыс. из них было убито во время германо-польской войны в сентябре 1939 г.

Быстрая победа фашистских армий в Польше с относительно небольшими потерями дала возможность заглушить недовольство войной широких кругов немецкого народа, проявлявшееся в начале ее. Нацистская пропаганда представила военные достижения как доказательство «непобедимости» фашистской армии и «превосходства» немецкой «расы господ».

В то время как Польша истекала кровью и там утверждался жестокий режим оккупации, западные державы по-прежнему не проявляли военной активности. Несмотря на то что гитлеровский генеральный штаб авантюристически все силы перебросил в Польшу и оставил на западных границах лишь незначительную их часть, французские передовые отряды и небольшие подразделения почти без борьбы проникали в немецкие области только до 18 км. После захвата немцами Польши французские отряды отступили и бои с этих рубежей на Западе не имели военного значения. Однако пресса и западные правительства преувеличивали их, чтобы замять постыдное предательство в отношении Польши. Так началась «странная» фаза войны, в которой обе стороны в Западной Европе фактически не вели боевых действий и выясняли друг у друга возможности решения своих противоречий за счет СССР. Эта фаза войны охватывает период с 3 сентября 1939 г. до начала фашистского наступления весной 1940 г. В литературе она известна как «смешная и забавная», «сидячая война» или «война в тени», «комическая война» и т. д.

Фашистское руководство использовало эти месяцы для подготовки мощного удара против Западной Европы. Его участие в официальных и неофициальных переговорах об улаживании империалистических противоречий путем компромисса ни на один момент не останавливало подготовки к наступлению в Западной Европе и было предпринято как часть маскировки планов военного нападения. После быстрой победы над Польшей германские империалисты твердо решили подчинить себе британский и французский империализм, даже силой оружия.

Несмотря на это, реакционные силы западных держав настаивали на том, чтобы сохранять в силе «странное» состояние войны с Германией. Господствующие круги Франции и Великобритании надеялись создать фронт всех империалистических держав для войны против Советского Союза. При этом фашистский вермахт и Красную Армию они стремились по возможности так взаимно ослабить, чтобы западные державы вышли победителями. Таким путем правительства в Лондоне и Париже намеревались избавиться от своих империалистических соперников и одновременно достичь классовой цели всех империалистических держав: уничтожения первого в мире социалистического государства. Подобную политику проводил также и американский империализм. Он поддерживал западноевропейские державы, так как видел в германском империализме и его партнере Японии своих главных соперников. Нейтралитет США, официально объявленный 5 сентября, монополии намеревались использовать в корыстных целях, чтобы в качестве поставщиков военного снаряжения заработать на длительной войне. В ней должны были взаимно столкнуться как их немецкие соперники, так и англо-французские конкуренты, чтобы мир в Америке обеспечил господство американского империализма во всем мире. Концепция «странной» войны была, таким образом, прямым продолжением мюнхенской политики в условиях войны.

Проведению этой политики служили различные тайные переговоры, которые проводились с сентября 1939 г. по март 1940 г. Шведский промышленник Биргер Далерус, близкий к Герингу, майор британского министерства авиации и знакомый Розенберга барон де Ропп, французский дипломатический курьер Генри Бланш, Ватикан, немецкие дипломаты Теодор Кордт, Эрнст фон Вейцзеккер и североамериканские бизнесмены В.Р. Дэвис и И.Д. Муни, а также помощник государственного секретаря США Саммнер Уэллс были видными персонами, которые принимали участие в этих переговорах. Смысл их становится ясным из диалога между президентом «Дженерал моторс оверсиез корпорейшн» Джеймсом Муни и Герингом, в котором американские специальные интересы — торпедировать ось Берлин—Токио — были признаны второразрядными. «Мы когда-то считали, — сказал Муни Герингу, — что осуществится соглашение с Англией. Были бы вы тогда готовы напасть на Россию и Японию?» Не размышляя, Геринг ответил: «Конечно, почему же нет? Мы могли бы сегодня заключить с Англией соглашение, а завтра мы бы бросили Россию и Японию за борт».

Все официальные и неофициальные переговоры тех месяцев показывают стремление западных держав без военного столкновения с Германией удовлетворить фашистские претензии за счет Советского Союза, сохранить собственные империалистические интересы и престиж у своего народа, который был настроен против компромисса с фашизмом. Правительства в Лондоне и Париже попытались с декабря 1939 г. использовать военный конфликт с СССР, спровоцированный 30 ноября воинствующими финскими реакционерами, которых политически и материально поддерживали западные державы. Они возложили все надежды на то, чтобы расширить этот конфликт и направить войну между Германией и западными державами из «фальшивого русла» в «правильное». Вместо того чтобы подготовиться к отражению фашистского нападения, западные генеральные штабы уделили наибольшее внимание планам интервенции против Советского Союза из Финляндии или Турции. Шарль де Голль в своих мемуарах метко охарактеризовал эту политику господствующих кругов западных держав. Он писал: «Имелись очень влиятельные люди, которые открыто выступали за то, что войну нужно кончить. Должен сказать, что некоторые круги хотели бы видеть противника скорее в Сталине, чем в Гитлере. Они активно занимались изысканием возможности, как лучше подступиться к России: или путем помощи Финляндии, или бомбардировкой Баку, или высадкой десанта в Стамбуле, но не вопросами обуздания Германии». Де Голль не видит в этом классовых причин, но факты оценивает правильно.

«Странная» война была не только попыткой превратить империалистическую войну в «крестовый поход» всех империалистических держав против СССР. Она была еще поводом для усиления внутренней реакции. В эти месяцы правительства империалистических держав направляли один удар за другим против всех демократических и патриотических сил. Коммунистическая партия, профсоюзы и социалистические газеты были запрещены, их деятели заключены в тюрьмы. Многие немецкие политические эмигранты подверглись репрессиям. Буржуазно-демократические свободы были ограничены во всех капиталистических странах. Крупная буржуазия использовала военное и чрезвычайное положение для того, чтобы разбить революционное рабочее движение, помешать мощной деятельности народа за решительное ведение борьбы против немецкого фашизма. Политика западных держав во время «странной» войны имела, таким образом, двойную функцию. С одной стороны, они должны были за счет Польши и на антисоветской основе добиться сговора с германским империализмом. С другой — усиленно подавлять демократическое движение в собственных странах и препятствовать образованию Народного фронта. Последний был главным тормозом на пути к такому сговору и мог заставить правительства, по крайней мере формально, выполнить обещания, данные Польше и другим странам, которым угрожала гитлеровская Германия.

Попытка примирения фашистской Германии с западными державами и стремление создать единый антисоветский фронт потерпели неудачу. При этом решающими были империалистические противоречия. Соглашение между обеими империалистическими коалициями оказалось невозможным. С другой стороны, захватнические цели войны германского империализма, ее варварское ведение в Польше, начавшиеся массовые казни и переселения способствовали тому, что в западных странах часть буржуазии наряду с трудящимися также увидела в германском империализме не только конкурента, но и главного врага. Ее наиболее видными представителями были Уинстон Черчилль, Шарль де Голль и другие политические и военные деятели. Сторонники умиротворения, такие, как Чемберлен, Галифакс и Даладье, не могли отважиться при этих условиях вступить на путь «нового Мюнхена». Заключение мира между Советским Союзом и Финляндией 12 марта 1940 г. имело также огромное значение для международной обстановки.

Для усиления фашистского военного потенциала в первые полгода после поражения Польши осуществлялась попытка полного подчинения ее промышленности, сельского хозяйства и населения гитлеровской Германии. В конце сентября — начале октября 1939 г. потерпели неудачу очень осторожные меры фашистского правительства по использованию мнимого остатка «самостоятельности Польши» как объекта спекуляции для переговоров с западными державами. Польское государство было расчленено. Его западные провинции присоединены к рейху как «германская область Вартеланд» и «германская область Данциг — Западная Пруссия», а области от Катовице до Циханова отошли как новые административные округа к Силезии и Восточной Пруссии. Таким образом, к фашистскому государству было присоединено около 7,8 млн поляков, составлявших 80% населения этих областей.

Остальные области Польши в октябре 1939 г. были объявлены генерал-губернаторством. С 26 октября обязанности генерал-губернатора исполнял палач польского народа Ганс Франк. Генерал-губернаторство, названное позднее вспомогательной областью Германии, являлось своего рода немецкой колонией, главной задачей которой, по замыслам нацистского руководства, было поставлять дешевую рабочую силу для концернов и сельского хозяйства Германии.

 
Яндекс.Метрика
© 2018 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты