Библиотека
Исследователям Катынского дела

1. Поражения вермахта на германо-советском фронте (декабрь 1941 г. — апрель 1942 г.)

Во время боев немецко-фашистских войск под Москвой советское командование подтягивало резервы, готовясь к контрнаступлению. К 5 декабря 1941 г., когда окончательно иссяк наступательный порыв группы армий «Центр», под Москвой находились готовые к наступлению три советских фронта: Калининский, Западный и Юго-Западный.

Следует подчеркнуть, что утверждения некоторых историков о том, будто к этому времени соотношение сил в значительной степени изменилось в пользу Красной Армии, являются по меньшей мере заблуждением. Чтобы доказать это, достаточно привести следующие данные: к началу декабря 1941 г. немецко-фашистские войска на московском направлении насчитывали 800 тыс. человек, около 10,4 тыс. орудий и минометов, 1 тыс. танков и более 600 самолетов. В составе советских фронтов, оборонявших Москву, имелось 719 тыс. человек, 5908 орудий и минометов, 415 установок ракетной артиллерии, 667 танков, 762 самолета. Иначе говоря, соотношение сил было в пользу противника: по людям — 1,1:1, по орудиям и минометам — 1,6:1 и по танкам — 1,5:1. Лишь по самолетам Советские Вооруженные Силы имели превосходство над противником — 1,3:11.

5—6 декабря, несмотря на отсутствие превосходства в силах, началось наступление советских войск, что совершенно ошеломило руководство гитлеровского вермахта. Незадолго до этого, оценивая боевые возможности Красной Армии, ставка верховного командования германских вооруженных сил заявила, что русские, не имея существенных резервов, не способны к крупному наступлению.

Однако теперь немецкие танковые армии, которые пытались охватить Москву с севера и юга, сами были зажаты в клещи.

Образовались два основных направления: одно севернее Москвы, у Клина, который был освобожден Красной Армией 15 декабря, и у Калинина, освобожденного 16 декабря, несмотря на то что группа армий «Центр» ввела в бой свои последние резервы; второе направление — южнее советской столицы, где фашистские армии отступали перед войсками Юго-Западного и частично Западного фронтов и 9 декабря оставили Елец, а 30 декабря — Калугу, чем была ликвидирована непосредственная угроза Туле, крупному центру оборонной промышленности СССР.

Западный фронт начал наступление 1 и 13 декабря между Москвой и Дмитровом. Линия фашистских войск была прорвана, их коммуникации поставлены под угрозу. 4-я армия гитлеровского вермахта, которая стояла западнее Москвы, начала отступление с большими потерями в направлении Гжатск, Вязьма. У Тулы Советским Вооруженным Силам удалось прорвать линию фронта противника.

В течение трех недель советского наступления под Москвой фашистские войска были отброшены на запад на 100—250 км. С 6 по 27 декабря они потеряли свыше 120 тыс. человек, около 3 тыс. орудий, 1 тыс. минометов, 1300 танков, а также 18 тыс. автомашин.

Группа армий «Центр», изнуренная сильным сопротивлением советских войск в октябре—ноябре 1941 г., была частично деморализована внезапной мощью советского наступления. Ее фронт начал рушиться.

Под влиянием такого катастрофического развития событий в руководящих кругах гитлеровского вермахта начались серьезные разногласия. Дискуссии шли, во-первых, вокруг поисков «виновников» провала «молниеносной» войны и тяжелых поражений на германо-советском фронте; во-вторых, они касались вопроса, какие меры следует предпринять, чтобы стабилизировать положение. Часть генералов, которые до этого полностью были согласны с Гитлером, стояла за стратегическое отступление за Днепр, надеясь, что это отступление предотвратит уничтожение более крупных соединений. Кроме того, они намеревались сократить пути снабжения. С Днепра весной 1942 г., по их мнению, должно было начаться новое наступление. Гитлер и ставка верховного командования, напротив, опасались, что отступление, однажды начатое, может привести к потере инициативы, разрыву линии фронта и паническому бегству.

Поэтому 6 декабря Гитлер запретил любое отступление. 16 декабря он повторил в резкой форме свой приказ — защищать позиции до последнего человека: «Никакого отступления быть не может. Оно ведет к полной потере тяжелого оружия и техники».

Фашистские генералы, чьи соединения отступали под мощными ударами советских войск, были отстранены от командования. Командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Рундштедт, который после взятия Ростова Красной Армией 29 ноября самовольно приказал отойти на позиции Миуса, был заменен генерал-фельдмаршалом Рейхенау.

18 декабря командующий группой армий «Центр» Генерал-фельдмаршал Бок «по состоянию здоровья» сдал командование генерал-фельдмаршалу Клюге, бывшему командующему 4-й армией. На следующий день ушел в отставку главнокомандующий сухопутными войсками Генерал-фельдмаршал Браухич. Гитлер взял на себя главное командование сухопутными силами. Усыпанные до этого лаврами командующий 2-й танковой армией Гудериан и командующий 4-й танковой армией Хепнер были сменены вследствие самовольного отступления. Хепнер даже был уволен из армии. 15 января 1942 г. последний командующий группой армий на Востоке Генерал-фельдмаршал Лееб подал в отставку. Назначенный командующим группой армий «Юг» Рейхенау вскоре умер. После его смерти только что отстраненный от командования Генерал-фельдмаршал Бок должен был вновь принять ату должность. С декабря 1941 г. по апрель 1942 г. в целом свыше 30 генералов было освобождено от занимаемых ими постов.

В буржуазной, и прежде всего западногерманской, историографии существуют разногласия, касающиеся в основном оперативных и тактических вопросов ведения войны, а также причин отставки ряда генералов. Эта отставка драматически переоценивается, чтобы извратить объективно закономерные факторы краха «молниеносной» войны. В частности, некоторые буржуазные историки пытаются доказывать, что Гитлер, взяв на себя обязанности главнокомандующего сухопутными силами, все больше и больше обрекал «компетентных военных» на бессилие и это якобы явилось решающей причиной поражения фашистской Германии во второй мировой войне. В действительности же с декабря 1941 г. гитлеровские военачальники просто были бессильны предотвратить объективное развитие хода событий, ведущее к неминуемому поражению немецко-фашистских войск.

В начале января 1942 г. Красная Армия перешла к всеобщему наступлению на фронте шириной около 2 тыс. км.

Особенно важными были бои войск Волховского фронта против 18-й армии гитлеровского вермахта севернее озера Ильмень. Они велись для облегчения положения советских войск, оборонявших Ленинград.

В начале февраля 1942 г. войска Северо-Западного фронта нанесли крупное поражение 16-й армии гитлеровцев и окружили семь ее дивизий.

Калининский фронт нанес удар в направлении Холм, Великие Луки, Велиж, Белый. Это наступление слилось с наступлением Западного фронта в направлении Вязьмы на 9-ю армию и поставило 4-ю танковую армию в критическое положение. Линия фронта группы армий «Центр» была прорвана.

Юго-Западному и Южному фронтам удалось с 18 по 31 января 1942 г. глубоко вклиниться в линию фронта фашистской группы армий «Юг» в районе Изюма, к югу от Харькова.

Наконец, войска Закавказского фронта, которые 26 декабря 1941 г. высадились в Крыму, вели тяжелые бои на Керченском полуострове и тем самым облегчили на некоторое время оборону Севастополя.

Лишь после того как командование гитлеровской Германии ввело новые резервы из Западной Европы и Германии, фашистские войска смогли временно стабилизировать фронт. Они перешли на отдельных участках в контрнаступление и создали в начале апреля 1942 г. новую линию обороны.

Вооруженные силы фашистской Германии потерпели тяжелое поражение. Они были отброшены на 150—400 км. С 22 июня 1941 г. по 30 марта 1942 г. армия, по данным Гальдера, потеряла 1 107 830 человек убитыми, пропавшими без вести и ранеными (не считая больных), что составило 34,61% всех сил, введенных в войну против СССР.

С 1 октября 1941 г. по 15 марта 1942 г. фашистский вермахт потерял 74 183 автомашины, а также 2340 танков и бронированных автомобилей.

Из 162 дивизий, введенных на германо-советском фронте по состоянию на 30 марта 1942 г., только 8 находилось в полной боевой готовности. 16 бронетанковых дивизий имели лишь 140 танков, то есть меньше, чем одна нормально оснащенная бронетанковая дивизия.

Тяжелые людские и материальные потери на Восточном фронте нанесли существенный ущерб боевой силе вермахта, который больше уже не мог быть возмещен. Уже 23 ноября 1941 г. в дневнике Гальдера появилась тревожная запись: «Армии, какой она была до июня 1941 г., больше никогда не будет в нашем распоряжении»

Советская Армия достигла значительных стратегических и оперативных успехов. В декабре 1941 г. она впервые захватила стратегическую инициативу, которую удерживала до весны 1942 г. Битва под Москвой стала первым шагом для дальнейших успехов Советской Армии в сражениях на Волге и Курской дуге, в Заполярье и на Северном Кавказе, на Днепре, Висле, Одере и Шпрее.

В ходе советского зимнего наступления были освобождены полностью Московская и Тульская области, многие районы Ленинградской, Калининской, Смоленской, Орловской, Курской, Харьковской, Донецкой областей и Керченский полуостров. Общая площадь освобожденных районов составляла 150 тыс. кв. км.

На многих участках фронта советская авиация завоевала господство в воздухе. В тяжелых битвах она нанесла авиации Геринга, одному из главных инструментов фашистской стратегии «молниеносной» войны, тяжелый ущерб в истребителях, бомбардировщиках и транспортных самолетах. С 7 декабря 1941 г. до 8 апреля 1942 г, фашистская авиация потеряла на германо-советском фронте 859 самолетов, кроме того, 636 было повреждено. Общие потери с 22 июня 1941 г. по 8 апреля 1942 г. составили 2951 уничтоженных и 1997 поврежденных самолетов.

Как известно, после 1945 г. многие бывшие сотрудники фашистского генерального штаба при поддержке реакционных историков и публицистов пытались оспорить истинные причины советских успехов. Для того чтобы как-то объяснить причины поражения немецко-фашистской армии, они свалили ответственность за ее разгром в декабре 1941 г. — марте 1942 г. на «генерала зиму», а также на ряд других второстепенных факторов.

Когда Гитлер попытался свалять вину за провал намеченной «молниеносной» войны на генералитет, началась определенная активизация оппозиционно настроенных его кругов. Ряд офицеров в штабе командующего группой армий «Центр» генерал-фельдмаршала Клюге после отставки генерал-фельдмаршала Бока стали центром офицерской оппозиции. В нее входили полковник Хеннинг Тресков, его адъютант Фабиан Шлабрендорф, граф Харденберг, граф Лендорф и другие. Впоследствии установилась непосредственная связь между этими военными и теми кругами в Берлине, во главе которых стояли Бек и Герделер. Во время поездки на Германо-советский фронт летом 1942 г. Герделер попытался склонить главнокомандующих группами армий «Север» и «Центр» генерал-фельдмаршалов Кюхлера и Клюге присоединиться к ним. Он обсуждал с Тресковым планы свержения Гитлера. В дальнейшем руководители будущих заговорщиков, деятельность которых в то время состояла в основном в установлении контактов и в составлении планов и меморандумов, рассчитывали установить связи с западными государствами, чтобы прозондировать возможность сепаратного мира.

Правда, когда фашистские войска летом 1942 г. успешно наступали на Сталинград и Кавказ, оппозиционное настроение вновь стихло.

Примечания

1. См. 50 лет Вооруженных Сил СССР, стр. 295.

 
Яндекс.Метрика
© 2018 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты