Библиотека
Исследователям Катынского дела

Генетический дубликат

«Клонирование — миф или реальность?». Так заканчивалась моя статья, опубликованная семь лет назад. Скажу откровенно, что я не думал, что мои «теоретические» рассуждения станут явью так быстро! Уже через год весь мир буквально «взорвался», узнав из средств массовой информации о рождении в том же Рослине овечки Долли.

Долли была уже полноправным клоном, поскольку ядро для пересадки в щитом было взято от соматической клетки взрослого организма, а именно из эпителия млечных протоков вымени овцы. Подобно кишечному эпителию клетки млечных протоков активно делятся в период синтеза молока. Долли была самым здоровым и активным ягненком, родившемся в результате многих попыток. Надо помнить, что в 1997 году ученые еще многого не знали о клонировании, поэтому столько попыток было безуспешных.

На следующий год ученые университета на Гавайях «создали» мышиный клон. До этого во всем мире мыши клонировались в течение многих лет из эмбриональных клеток. Делалось это, чтобы «выключить» тот или иной ген. В Гонолулу для получения клонированных мышат взяли ядро клетки из «кумулюса» — клеточной массы, окружающей яйцеклетку. Клонированную мышь поэтому назвали Кумулина.

А потом сообщения о клонировании посыпались как из рога изобилия. В феврале 2001 года Грег Уальс, владелец скотоводческой фермы в Уильямспорте, штат Мэриленд, что неподалеку от Вашингтона, объявил о клонировании своей коровы Зита, которая уже в 2 года давала по 40 литров молока в день! Что в 2 раза больше, чем обычные коровы. К тому же молоко Зиты отличалось повышенной жирностью и содержанием казеина (основной белок молока).

Зита была дочерью выдающегося бы-ка-производителя Блэкстара — «Черная звезда». Однако у Зиты была снижена плодовитость. Для клонирования были взяты клетки кожи с уха коровы, из которых в лаборатории получили культуру. Близлежащая бойня снабдила Уальса яйцеклетками. Шести-семидневные зародыши помещали в матку гормонально «подготовленной» суррогатной матери. Из 20 отобранных здоровых эмбрионов для имплантации было отобрано 10. Суррогатные коровы получали инъекции лекарства, повышающего плодовитость.

Через месяц после имплантации УЗИ показало, что 8 зародышей вполне жизнеспособны и развиваются нормально. Однако через 4 месяца в живых осталось только три телка. Шестого февраля специалисты ветеринарного факультета Пенсильванского университета «приняли» Сиагру. Неделей позже родился Джинезис (что переводится с англ. как «Творение»). Их генетическая мать Зита тихо умерла 2 марта, то есть почти через месяц после рождения Сиагры...

О клонировании поросят уже говорилось выше. А в начале февраля 2002 года пришло сообщение о клонировании кошки. Операцию провели специалисты ветеринарной физиологии и фармакологии Техасского университета совместно с учеными Калифорнийского университета в г. Дэвио. Ветеринары и биологи провели 188 ядерных трансферов, в результате чего получили 82 клонированных зародыша. Их перенесли 7 кошкам, у одной из которых беременность пришлось прервать после 44 дней беременности. Через 66 дней после имплантации эмбриона у одной из кошек кесаревым сечением был получен 22 декабря 2001 года котенок. Суррогатной матерью была обычная темно-серая кошка с более темными «тигровыми» полосами на шкурке. Котенок же родился белогрудый и трехцветный, как его генетическая мать. Анализ ДНК показал, что котенок является клоном белогрудой трехцветной кошки.

На фоне победных реляций из самых разных регионов мира пришло и несколько обескураживающее сообщение из Рослина. Сначала ученые с помощью ДНКового анализа определили, что у Долли весьма почтенный генетический возраст: их теломеры укорочены намного больше, чем это следовало бы для ее лет.

Поясним, что теломеры — это концевые участки хромосом (от греч. «телос» — конец, далекий и т. д., отсюда телефон и телевизор, имя сына Одиссея Телемах, который родился тогда, когда отец его был вдали от родной Итаки). Теломеры представляют собой концевые участки ДНК, которые при каждом делении клетки укорачиваются на 200—300 нуклеотидов, или букв генетического кода. Таким образом, теломеры являются самыми настоящими молекулярными часами жизни клеток. По достижении теломерами определенного порога длины концевой ДНК клетка подвергает апоптозу и умирает. В раковых клетках, которые делятся бесконечно, теломеры не сокращаются...

Поскольку ядра для клонирования берутся от взрослых животных, их теломеры сохраняют «возраст» донора. Удлинения теломер — как это происходит при половом размножении, — при клонировании не происходит (этого ученые делать еще не научились). Вот и получилось, что Долли была на самом деле генетически — по ДНКовому «паспорту» — старше, чем прожила в действительности.

В прошлом году пришло сообщение о том, что у нее начались аутоиммунные расстройства в виде сильного артрита. И в канун наступления года Овцы по восточному календарю было вынесено решение об усыплении первого истинного клона животного...

Но Долли почила в бозе под гром совершенно иных литавр. Накануне Рождества 2002 года весь мир узнал, что мы вступили в эру клонирования человека. Об этом с помпой было заявлено сектой раэлитов в США, которая воспользовалась услугами компании «Клон-Эйд» — «Помощь при клонировании», которой руководит "весьма миловидная дама по имени Брижит Буаселье. Первую родившуюся клонированную девочку естественно назвали Евой.

Рождение Евы сопровождалось столь милым для СМИ, особенно электронных, скандалом. Масла в огонь подливало имя итальянского врача Северино Антинори, прославившегося несколько лет назад тем, что «помог» родить 62-летней женщине, имплантировав в ее матку «ребенка из пробирки».

Второй причиной скандала было то, что все рождения, а после 8 марта 2003 года было объявлено о рождении 4-го клонированного ребенка, произошли вопреки многочисленным запретам самых разных легислатур — законодательных собраний: конгрессов и парламентов, кортесов и национальных ассамблей. Даже наша Дума успела «отметиться» своим пятилетним мораторием, хотя у нас и дети-то из пробирки рождаются не так уж и часто.

Здесь необходимо внести некоторую ясность. Дело в том, что на самом-то деле парламентарии разных стран понимают, что прогресс не остановить и поднимать общественную бурю, сопровождавшую появление первых детей из пробирок, а также суррогатное материнство, никто не собирался. Запретительные «билли» касались лишь федеральных и иных государственных средств. Мы в конце концов живем в свободном мире технологических и информационных революций, где даже марихуана разрешена в Голландии. И никто не может запретить проведение копирования, пусть и человека. Просто такие лаборатории не будут получать государственного финансирования. А поскольку, надеялись законодатели, проведение таких операций весьма дорого, то никто не отважится выбрасывать деньги на ветер.

Но поют осанну отваге смелых, к тому же в мире уже достаточно мест, в которых сконцентрирован большой капитал. Поэтому находятся люди, способные «оторвать» от себя полмиллиона долларов, чтобы получить собственную генетическую копию. А там, глядишь, и государственные больницы примутся за дело. В канун развязывания антииракской войны, в которую мог быть вовлечен и Израиль, Буаселье предложила клонировать палестинцев и израильтян, которые были убиты в ходе многолетней интифады. То есть она заявила о возможности клонирования человека от умершего (или умершего, не знаешь даже, как и сказать).

Стоит также подчеркнуть, что клонирование человека не является самоцелью науки. Просто первые сообщения несут на себе отпечаток хорошо срежиссированной пиаровской акции рекламного характера, призванной привлечь начальный капитал и повысить капитализацию компании. Этому способствуют и запреты, которые привлекают общественное внимание. Ведь широкие народные массы не понимают, чем клонирование отличается от получения тех же детей из пробирки, к которому все давно уже привыкли.

Также никто не понимает, чем репродуктивное клонирование отличается от терапевтического. В первом случае клонированный эмбрион имплантируется в матку женщины — суррогатной матери даже в случае вынашивания собственного клона — через 1—2 дня после «оплодотворения» цитома яйцеклетки донорским ядром.

При терапевтическом же клонировании предполагается получать эмбриональные стволовые клетки. Для этого зародыш необходимо культивировать в течение недели, в результате чего накапливается достаточная масса стволовых клеток. Их, разрушая эмбрион, забирают для дальнейшего культивирования и получения необходимых органов и тканей.

А как же стволовые клетки из пупочной вены родившегося младенца? Их ведь тоже можно собирать и хранить в специализированных депозитариях-банках, чтобы при необходимости получать необходимые «запчасти» людей. В принципе подобная работа уже проводится банками крови. Но, как уже говорилось выше, клетки даже только что родившегося младенца уже довольно далеко ушли по пути дифференцировки и из них не все клеточные типы можно получить.

Эмбриональные же стволовые клетки «мультипотентны», то есть из них можно получить любую клетку. Вот для этого и необходимо терапевтическое клонирование. Оно позволит получать органы и ткани конкретного человека, в результате чего будет преодолена такая проблема, как отторжение. Ведь гены-то таких клонированных клеток свои! Напомним, что отторжения нет у однояйцевых близнецов, которые формируются в результате полного деления оплодотворенной яйцеклетки, в результате чего получаются полные генетические копии одного генома.

Сегодня все клонирование «поголовно» запрещено практически во всей Европе и Австралии. Однако терапевтическое не запрещено в Мексике и Южной Америке, Индии, ЮАР и Японии. Вот почему четвертый клонированный ребенок родился у граждан Саудовской Аравии. Тайны и детективные обстоятельства до сих пор сопровождают рождение таких детей. Пора бы уже перестать играть в агентов ее Величества...

В свое время методы искусственного оплодотворения и получения детей из пробирок отрабатывали... ветеринары. Сейчас ситуация почти сходная; сначала Долли, потом Ева. Но для всего человечества и медицины в целом гораздо важнее не это. Клонирование сельскохозяйственных и иных животных открывает огромные перспективы в деле укрепления здоровья населения земного шара. Поясним это на нескольких примерах.

Выше уже рассказывалось о клонировании «безыммунных» поросят. Разведение таких свиней позволит декриминализовать такую область, как получение донорских органов и тканей. Сейчас довольно часто приходится слышать о раскрытии очередной «сети», которая построила свой бизнес на «разборе» людей на органы. Когда недостатка в органах не будет, этот преступный бизнес умрет сам по себе. К тому же получаемый биологический материал будет свободен от того же СЖДа и многих других возбудителей, с чем приходится сталкиваться сейчас сплошь и рядом. А в результате оказываются инфицированными реципиенты, которым и своих болячек хватает, раз они обратились к врачам по поводу пересадки той же почки.

То же касается и коров, которых уже клонируют для того, чтобы они «выдавали» на гора чисто человеческие белки. В одном случае были клонированы четыре теленка, несущие в своем геноме «внесенный» человеческий ген иммуноглобулинов. Напомним, что иммуноглобулины — это всем известные белковые защитные антитела. Их нужно в современной медицине десятки, если не сотни тонн, чтобы лечить самые разные болезни, вплоть до рака.

В другом случае клонировали коров с повышенным содержанием казеина молока, что крайне важно для молочной промышленности и производства сыров. Ген-модифицированное молоко имеет 8—20-процентную прибавку казеина, что позволяет снизить расходы на выпас коров, их содержание, а также тот экологический ущерб, который они приносят. Достаточно сказать только о тех проблемах, которые приходится решать каждую весну, когда навоз стекает с полей в реки и водоемы.

Клонированный шелкопряд уже «производит» помимо своего «родного» шелка коллаген человека. Коллаген крайне важен для хирургов, поскольку позволяет делать швы, которые затем нс надо снимать, так как ферменты наших клеток попросту «съедают» его. Сегодня хирургам приходится пользоваться коллагеном, добываемым из шкур крупного рогатого скота.

Но после того как мир потрясли сообщения о передаче человеку губчатой энцефалопатии (болезни бешенства коров), о таком источнике пришлось призадуматься. Можно также напомнить и об ящуре, а также о сибирской язве, которые также передаются милыми коровками. Или о той же форме болезни бешенства коров у людей, которых заразили в ходе инъекций гормона роста, выделявшегося из гипофизов трупов...

Все знают такое выражение, «как пауки в банке». Оно отражает знакомую биологическую закономерность: пауков нельзя скрещивать для получения потомства. Вот почему их приходится клонировать, чтобы получать от них в достаточных количествах белок фиброин их шелка, из которого они плетут свою паутину. Протеин этот весьма перспективен для современных технологий, поскольку паутинная пить в пять раз прочнее стальной того же сечения, да к тому же эластична, растягиваясь до 40% исходной длины.

Бронежилеты из паутинного фиброина будут легки и эластичны, но в то же время прочны и не сковывать движений. Солдаты, одетые в паутинные «доспехи», будут практически неуязвимы для обычного стрелкового оружия, что также немаловажно. Ведь сегодня войны выигрывают технологии, в том числе и биотехнологии. А в сложном современном мире это немаловажное преимущество, тем более, что в нем таится столько угроз...

Генетический дубликат

 
Яндекс.Метрика
© 2017 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты