Библиотека. Исследователям Катынского дела.

 

 

МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДОКУМЕНТЫ
ВНЕШНЕЙ
ПОЛИТИКИ
22 июня 1941 - 1 января 1942
МОСКВА
«МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ»
2000

ТОМ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТЫЙ

 

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие

1. Выступление по радио заместителя Председателя Совета Народных Комиссаров и народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова. 22 июня 1941 г.

2. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народной комиссариат иностранных дел СССР. 22 июня 1941 г.

3. Из телеграммы посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 22 июня 1941 г.

4. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в Великобритании И.М. Майскому. 22 июня 1941 г.

5. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с временным поверенным в делах Великобритании в СССР Г.Баггаллеем. 22 июня 1941 г.

6. Запись телефонного разговора заведующего Отделом балканских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 22 июня 1941 г.

7. Запись беседы заведующего Центрально-европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР В.Н.Павлова с бывшим послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом и бывшим советником посольства Германии в СССР Вальтером. 23 июня 1941 г.

8. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с маршалом Китая Фэн Юйсяном. 23 июня 1941 г.

9. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром коммуникаций Китая Чжан Цзяао. 23 июня 1941 г.

10. Запись беседы советника посольства СССР в Китае Г.Ф.Резанова с директором Западно-азиатского департамента МИД Китая Цзоу Шаню. 23 июня 1941 г.

11. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с посланником Венгрии в СССР Ж.Криштоффи. 23 июня 1941 г.

12. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с посланником Словакии в СССР Шимко. 23 июня 1941 г.

13. Из записи беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С. А Лозовского с посланником Дании в СССР Л.Болт-Иоргенсеном. 23 июня 1941 г.

14. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в Дании А.И.Плахина в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 23 июня 1941 г.

15. Запись беседы заведующего Отделом скандинавских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР И.С.Зотова с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 23 июня 1941 г.

16. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 24 июня 1941 г.

17. Из дневника посла СССР в Японии К.А.Сметанина. 24 июня 1941 г.

18. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Турции в СССР А.Актаем. 24 июня 1941 г.

19. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с посланником Румынии в СССР Г.Гафенку. 24 июня 1941 г.

20. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 24 июня 1941 г.

21. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром иностранных дел Китая Ван Чунхоем. 25 июня 1941 г.

22. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Италии в СССР А.Россо. 25 июня 1941 г.

23. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Венгрии в СССР Ж.Криштоффи. 25 июня 1941 г.

24. Запись телефонного разговора заведующего Отделом балканских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 25 июня 1941 г.

25. Донесение военного атташе посольства СССР в Японии Гущенко начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 25 июня 1941 г.

26. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США К.А.Уманскому. 26 июня 1941 г.

27. Из телеграммы посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 26 июня 1941 г.

28. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с послом Великобритании в Китае А.Керром. 26 июня 1941 г.

29. Письмо посла СССР в Китае А.С.Панюшкина народному комиссару иностранных дел СССР В.М.Молотову. 26 июня 1941 г.

30. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Турции в СССР А.Актаем. 26 июня 1941 г.

31. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 26 июня 1941 г.

32. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 26 июня 1941 г.

33. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 27 июня 1941 г.

34. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с помощником начальника Генерального штаба Китая генералом Бай Чунси. 27 июня 1941 г.

35. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 27 июня 1941 г.

36. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 28 июня 1941 г.

37. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 28 июня 1941 г.

38. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 28 июня 1941 г.

39. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 28 июня 1941 г.

40. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Болгарии в СССР. 28 июня 1941 г.

41. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Болгарии в СССР. 28 июня 1941 г.

42. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Болгарии в СССР. 28 июня 1941 г.

43. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 28 июня 1941 г.

44. Запись беседы народного комиссара внешней торговли СССР А.И.Микояна с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 28 июня 1941 г.

45. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США К.А.Уманскому. 29 июня 1941 г.

46. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 29 июня 1941 г.

47. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 29 июня 1941 г.

48. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР посольству Японии в СССР. 29 июня 1941 г.

49. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Японии в СССР И.Татекавой. 29 июня 1941 г.

50. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Турции в СССР А.Актаем. 29 июня 1941 г.

51. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 29 июня 1941 г.

52. Запись беседы заведующего Отделом балканских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарин в СССР И.Стаменовым. 29 июня 1941 г.

53. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Франции в СССР Г.Бержери. 29 июня 1941 г.

54. Из записи беседы заведующего Отделом скандинавских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР И.С.Зотова с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 29 июня 1941 г.

55. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 29 июня 1941 г.

56. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел С.А.Лозовского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 30 июня 1941 г.

57. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 30 июня 1941 г.

58. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 30 июня 1941 г.

59. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с членами военной и экономической миссий Великобритании. 30 июня 1941 г.

60. Из телеграммы посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 30 июня 1941 г.

61. Донесение военного атташе посольства СССР в Японии Гушенко начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 30 июня 1941 г.

62. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с председателем законодательного юаня Китая Сунь Фо. 30 июня 1941 г.

63. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с премьер-министром Ирана А.Мансуром. 30 июня 1941 г.

64. Запись беседы заведующего Отделом балканских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 30 июня 1941 г.

65. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 1 июля 1941 г.

66. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром иностранных дел Китая Го Тайци. 1 июля 1941 г.

67. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 1 июля 1941 г.

68. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 2 июля 1941 г.

69. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 2 июля 1941 г.

70. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 2 июля 1941 г.

71. Запись беседы советника посольства СССР в Китае Г.Ф. Резанова с директором Западно-азиатского департамента МИД Китая Цзоу Шаню. 2 июля 1941 г.

72. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Болгарии в СССР. 2 июля 1941 г.

73. Выступление по радио Председателя Государственного комитета обороны СССР И.В.Сталина. 3 июля 1941 г.

74. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 3 июля 1941 г.

75. Телеграмма Народного комиссариата иностранных дел СССР послу СССР в Великобритании И.М. Майскому. 3 июля 1941 г.

76. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 3 июля 1941 г.

77. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР посольству Японии в СССР. 3 июля 1941 г.

78. Запись беседы заведующего Отделом скандинавских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР И.С.Зотова с советником миссии Швеции в СССР Л.Нюландером. 3 июля 1941 г.

79. Телеграмма Председателя Президиума Верховного Совета СССР М.И.Калинина Президенту США Ф.Рузвельту. 4 июля 1941 г.

80. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 4 июля 1941 г.

81. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с маршалом Китам Фэн Юйсяном. 4 июля 1941 г.

82. Письмо народного комиссара внешней торговли СССР А.И.Микояна Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину и народному комиссару иностранных дел СССР В.М.Молотову. 4 июля 1941 г.

83. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 5 июля 1941 г.

84. Из дневника посла СССР в Иране А.А.Смирнова. 5 июля 1941 г.

85. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 7 июля 1941 г.

86. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 7 июля 1941 г.

87. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 8 июля 1941 г.

88. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М.Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 8 июля 1941 г.

89. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США К.А.Уманскому. 8 июля 1941 г.

90. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Ирана в СССР М.Саедом. 8 июля 1941 г.

91. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 9 июля 1941 г.

92. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с премьер-министром Ирана А.Мансуром. 9 июля 1941 г.

93. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 10 июля 1941 г.

94. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 10 июля 1941 г.

95. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 10 июля 1941 г.

96. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 10 июля 1941 г.

97. Из дневника поверенного в делах СССР в Словакии С.А.Афанасьева. 10 июля 1941 г.

98. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 11 июля 1941 г.

99. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 11 июля 1941 г.

100. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Ирана в СССР М.Саедом. 11 июля 1941 г.

101. Телеграмма Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Правительству Монгольской Народной Республики. 11 июля 1941 г.

102. Соглашение о совместных действиях Правительства Союза ССР и Правительства Его Величества в Соединенном Королевстве в войне против Германии. 12 июля 1941 г.

103. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 12 июля 1941 г.

104. Из телеграммы посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 13 июля 1941 г.

105. Запись телефонного разговора заведующего Отделом балканских стран Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 13 июля 1941 г.

106. Письмо народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова посланнику Болгарии в СССР И.Стаменову. 13 июля 1941 г.

107. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 14 июля 1941 г.

108. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 15 июля 1941 г.

109. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 15 июля 1941 г.

110. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Японии в СССР И.Татекавой. 15 июля 1941 г.

111. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром иностранных дел Китая Го Тайци. 15 июля 1941 г.

112. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США К.А.Уманскому. 17 июля 1941 г.

113. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 17 июля 1941 г.

114. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 17 июля 1941 г.

115. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Болгарии в СССР. 17 июля 1941 г.

116. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 17 июля 1941 г.

117. Личное послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 18 июля 1941 г.

118. Соглашение между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Чехословацкой Республики. 18 июля 1941 г.

119. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 18 июля 1941 г.

120. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 19 июля 1941 г.

121. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 20 июля 1941 г.

122. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 20 июля 1941 г.

123. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США К.А.Уманскому. 22 июля 1941 г.

124. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 22 июля 1941 г.

125. Соглашение между Союзом Советских Социалистических Республик и Монгольской Народной Республикой о порядке возмещения Правительству Союза ССР расходов по содержанию и обучению граждан Монгольской Народной Республики в гражданских учебных заведениях Союза ССР. 22 июля 1941 г.

126. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 24 июля 1941 г.

127. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 25 июля 1941 г.

128. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 26 июля 1941 г.

129. Народный комиссариат иностранных дел СССР о клеветническом и провокационном характере сообщений о приземлении советских парашютистов в Болгарии и о бомбардировке болгарских городов советскими самолетами. 27 июля 1941 г.

130. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 27 июля 1941 г.

131. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР Министерству иностранных дел Японии. 27 июля 1941 г.

132. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 28 июля 1941 г.

133. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 29 июля 1941 г.

134. Письмо посла СССР в Китае А.С.Панюшкина народному комиссару иностранных дел СССР В.М.Молотову. 29 июля 1941 г.

135. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с личным представителем Президента США Г.Гопкинсом. 30 июля 1941 г.

136. Соглашение между Правительством СССР и Правительством Польской Республики о восстановлении дипломатических отношений и о создании польской армии на территории СССР. 30 июля 1941 г.

137. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 30 июля 1941 г.

138. Из дневника посланника СССР в Венгрии H И.Шаронова. 30 июля 1941 г.

139. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского и главы советской военной миссии в США Ф.И.Голикова Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину. 31 июля 1941 г.

140. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с личным представителем Президента США Г.Гопкинсом. 31 июля 1941 г.

141. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США К.А.Уманскому. 1 августа 1941 г.

142. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского и главы советской военной миссии в США Ф.И.Голикова Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину. 1 августа 1941 г.

143. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 1 августа 1941 г.

144. Нота посла СССР в США К.А.Уманского исполняющему обязанности государственного секретаря США С.Уэллесу. 2 августа 1941 г.

145. Нота посла СССР в США К.А.Уманского исполняющему обязанности государственного секретаря США С.Уэллесу. 2 августа 1941 г.

146. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Президенту США Ф.Рузвельту. 4 августа 1941 г.

147. Письма посла СССР в Великобритании И.М. Майского министру иностранных дел Норвегии Т. Ли об обмене дипломатическими представителями между СССР и Норвегией. 5 августа 1941 г.

148. Телеграмма посла СССР в США К. А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 5 августа 1941 г.

149. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 5 августа 1941 г.

150. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 5 августа 1941 г.

151. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 6 августа 1941 г.

152. Сообщение о восстановлении дипломатических отношений между СССР и Бельгией. 7 августа 1941 г.

153. Донесение Р.Зорге. 7 августа 1941 г.

154. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 8 августа 1941 г.

155. Нота Правительства СССР посольству Соединенных Штатов Америки в СССР. 8 августа 1941 г.

156. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром иностранных дел Китая Го Тайци. 8 августа 1941 г.

157. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 8 августа 1941 г.

158. Заявление Советского правительства об уважении территориальной неприкосновенности Турецкой Республики. 10 августа 1941 г.

159. Письмо посла СССР в Иране А.А.Смирнова народному комиссару иностранных дел СССР В.М.Молотову. 10 августа 1941 г.

160. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 11 августа 1941 г.

161. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 12 августа 1941 г.

162. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 12,. 15 августа 1941 г.

163. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина правительству Тувинской Народной Республики. 12 августа 1941 г.

164. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 13 августа 1941 г.

165. Военное соглашение между Верховным командованием СССР и Верховным командованием Польши. 14 августа 1941 г.

166. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с послом США в СССР Л.Штейнгардтом и послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 15 августа 1941 г.

167. Письмо народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу Великобритании в СССР С.Криппсу. 15 августа 1941 г.

168. Соглашение между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии о взаимных поставках, кредите и порядке платежей. 16 августа 1941 г.

169. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 19 августа 1941 г.

170. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром экономики Китая Вэн Вэньхао. 19 августа 1941 г.

171. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Чехословакии в СССР З.Фирлингером. 19 августа 1941 г.

172. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел А.Я.Вышинского с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 21 августа 1941 г.

173. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 21 августа 1941 г.

174. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Чехословакии в СССР З.Фирлингером. 21 августа 1941 г.

175. Запись телефонного разговора заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с секретарем миссии Болгарии в СССР Тилевым. 22 августа 1941 г.

176. Договор между Правительством Союза ССР и Правительством Монгольской Народной Республики об условиях эксплуатации и управления железной дорогой, построенной силами и средствами Союза Советских Социалистических Республик на территории Монгольской Народной Республики между пунктами Эрен—Цаб—Баин—Тумен. 23 августа 1941 г.

177. Донесение Р.Зорге начальнику разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии. 23 августа 1941 г.

178. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в Великобритании И.М. Майскому. 24 августа 1941 г.

179. Нота Правительства СССР Правительству Ирана. 25 августа 1941 г.

180. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Японии в СССР И.Татекавой. 25 августа 1941 г.

181. Письмо народного комиссара внешней торговли СССР А.И.Микояна послу Великобритании в СССР С.Криппсу. 26 августа 1941 г.

182. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 27 августа 1941 г.

183. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с поверенным в делах Польши в СССР Ретингером и секретарем посольства Польши в СССР Арлетом. 28 августа 1941 г.

184. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 29 августа 1941 г.

185. Телеграмма Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина послу СССР в Великобритании И.М. Майскому. 30 августа 1941 г.

186. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 30 августа 1941 г.

187. Запись беседы посла СССР в Турции С.А.Виноградова с министром иностранных дел Турции Ш.Сараджоглу. 30 августа 1941 г.

188. Дополнительное соглашение к заключенному 16 августа 1941 г. между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенным Королевством Великобритании и Северной Ирландии соглашению о взаимных поставках товаров, кредите и порядке платежей, ниже называемому «Основное соглашение». 1 сентября 1941 г.

189. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 1 сентября 1941 г.

190. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с шахом Ирана М.Реза Пехлеви. 1 сентября 1941 г.

191. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 3 сентября 1941 г.

192. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР миссии Швеции в СССР. 4 сентября 1941 г.

193. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину. 5 сентября 1941 г.

194. Письмо Председателя Президиума Верховного Совета СССР М.И.Калинина Президенту Чехословакии Э.Бенешу. 5 сентября 1941 г.

195. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Польши в СССР С.Котом. 8 сентября 1941 г.

196. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину. 9 сентября 1941 г.

197. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом США в СССР Л.Штейнгардтом и послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 9 сентября 1941 г.

198. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 10 сентября 1941 г.

199. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР В.Г.Деканозова с посланником Тувинской Народной Республики Мандарой. 10 сентября 1941 г.

200. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 10 сентября 1941 г.

201. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 12 сентября 1941 г.

202. Письмо генерального секретаря Народного комиссариата иностранных дел СССР А.А.Соболева посланнику СССР в МНР И.А.Иванову. 12 сентября 1941 г.

203. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 13 сентября 1941 г.

204. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 13 сентября 1941 г.

205. Телеграмма посла СССР в США К.А.Уманского Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину. 13 сентября 1941 г.

206. Запись беседы заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 13 сентября 1941 г.

207. Донесение Р.Зорге. 14 сентября 1941 г.

208. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 15 сентября 1941 г.

209. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М.Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 17 сентября 1941 г.

210. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с посланником миссии Болгарии в СССР И.Стаменовым. 17 сентября 1941 г.

211. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с министром иностранных дел Китая Го Тайци. 17 сентября 1941 г.

212. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М.Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 19 сентября 1941 г.

213. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с премьер-министром Ирана М.Форуги. 19 сентября 1941 г.

214. Нота народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова временному поверенному в делах Норвегии в СССР И.Люнде. 20 сентября 1941 г.

215. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С. Котом. 20 сентября 1941 г.

216. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с министром иностранных дел Ирана А.Сохейли. 20 сентября 1941 г.

217. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с временным поверенным в делах Норвегии в СССР И.Люнде. 22 сентября 1941 г.

218. Декларация Правительства СССР на Межсоюзнической конференции в Лондоне. 24 сентября 1941 г.

219. Запись беседы сотрудника посольства СССР в Китае Н.Т.Федоренко с политическим советником Чан Кайши г-ном Латимором. 25 сентября 1941 г.

220. Запись беседы временно исполняющего обязанности заведующего 1 Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.А.Рыбакова с временным поверенным в делах Норвегии в СССР И.Люнде. 25 сентября 1941 г.

221. Запись беседы заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Болгарии в СССР И.Стаменовым. 25 сентября 1941 г.

222. Запись беседы генерального секретаря Народного комиссариата иностранных дел СССР А.А.Соболева с посланником Тувинской Народной Республики Мандарой. 26 сентября 1941 г.

223. Донесение Р.Зорге. 26 сентября 1941 г.

224. Письмо генерального секретаря Народного комиссариата иностранных дел СССР А.А.Соболева посланнику СССР в МНР И.А.Иванову. 26 сентября 1941 г.

225. Письмо посла СССР в Великобритании И.М. Майского председателю Национального комитета «Свободной Франции» Ш. де Голлю. 26 сентября 1941 г.

226. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с генеральным секретарем Высшего совета государственной обороны Китая Ван Чунхоем. 29 сентября 1941 г.

227. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с главами делегаций Великобритании лордом У.Бивербруком и США А.Гарриманом на Московской конференции представителей трех держав. 29 сентября 1941 г.

228. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с главами делегаций Великобритании лордом У.Бивербруком и США А.Гарриманом на Московской конференции представителей трех держав. 30 сентября 1941 г.

229. Речь главы делегации СССР народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова на заключительном заседании Московской конференции представителей СССР, США и Великобритании. 1 октября 1941 г.

230. Секретный протокол Московской конференции представителей СССР, США и Великобритании. 1 октября 1941 г.

231. Запись беседы заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Чехословакии в СССР З.Фирлингером. 1 октября 1941 г.

232. Коммюнике о Московской конференции представителей СССР, США и Великобритании. 2 октября 1941 г.

233. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Президенту США Ф.Рузвельту. 3 октября 1941 г.

234. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 3 октября 1941 г.

235. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 3 октября 1941 г.

236. Донесение Р.Зорге. 3 октября 1941 г.

237. Запись беседы заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Чехословакии в СССР З.Фирлингером. 7 октября 1941 г.

238. Запись беседы заведующего 1 Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР П.Д.Орлова с поверенным в делах посольства Норвегии в СССР И.Люнде. 9 октября 1941 г.

239. Телеграмма первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского временному поверенному в делах СССР в США А.А.Громыко. 9 октября 1941 г.

240. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в США А.А.Громыко в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 10 октября 1941 г.

241. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 10 октября 1941 г.

242. Запись беседы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова с премьер-министром Афганистана Хашим Ханом. 11 октября 1941 г.

243. Запись беседы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова с посланником Великобритании в Афганистане Ф.Уайли. 11 октября 1941 г.

244. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 13 октября 1941 г.

245. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с посланником посольства Великобритании в Иране Р.Буллердом. 13 октября 1941 г.

246. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С. Котом и 1-м секретарем посольства Арлетом. 14 октября 1941 г.

247. Запись беседы посла СССР в Турции С.А.Виноградова с министром иностранных дел Турции Ш.Сараджоглу. 15 октября 1941 г.

248. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 16 октября 1941 г.

249. Запись беседы посла СССР в Турции С.А.Виноградова с министром иностранных дел Турции Ш.Сараджоглу. 16 октября 1941 г.

250. Запись беседы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова с министром иностранных дел Афганистана А.М.Ханом. 16 октября 1941 г.

251. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 17 октября 1941 г.

252. Из дневника посла СССР в Иране А.А.Смирнова. 17 октября 1941 г.

253. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 18 октября 1941 г.

254. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом и послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 22 октября 1941 г.

255. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Польши в СССР С. Котом. 22 октября 1941 г.

256. Телеграмма посла СССР при союзных правительствах в Лондоне А.Е.Богомолова в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 23 октября 1941 г.

257. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 25 октября 1941 г.

258. Письмо посланника СССР в МНР И.А.Иванова генеральному секретарю Народного комиссариата иностранных дел СССР А.А.Соболеву. 25 октября 1941 г.

259. Сообщение об Англо-советском профсоюзном комитете. 26 октября 1941 г.

260. Из телеграммы посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 26 октября 1941 г.

261. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 27 октября 1941 г.

262. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 28 октября 1941 г.

263. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в США А.А.Громыко в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 28 октября 1941 г.

264. Запись беседы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова с министром иностранных дел Афганистана А.М.Ханом. 28 октября 1941 г.

265. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 1 ноября 1941 г.

266. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР В.Г.Деканозова с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 1 ноября 1941 г.

267. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С.Котом. 2 ноября 1941 г.

268. Письмо посла СССР в Китае А.С.Панюшкина народному комиссару иностранных дел СССР В.М.Молотову. 3 ноября 1941 г.

269. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Великобритании в СССР С.Криппсом и директором департамента Министерства информации Великобритании Монктоном. 4 ноября 1941 г.

270. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Президенту США Ф.Рузвельту. 4 ноября 1941 г.

271. Доклад Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина на торжественном заседании Московского совета депутатов трудящихся с партийными и общественными организациями г. Москвы. 6 ноября 1941 г.

272. Выступление Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина на Красной площади по случаю военного парада, посвященного 24-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции. 7 ноября 1941 г.

273. Личное послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 8 ноября 1941 г.

274. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в США А.А.Громыко в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 8 ноября 1941 г.

275. Телеграмма Председателя Президиума Верховного Совета СССР М.И.Калинина Президенту США Ф.Рузвельту. 9 ноября 1941 г.

276. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в США А.А.Громыко в Народный комиссариат иностранных дел СССР и Народный комиссариат внешней торговли СССР. 9 ноября 1941 г.

277. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 10 ноября 1941 г.

278. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом США в СССР Л.Штейнгардтом. 11 ноября 1941 г.

279. Запись беседы заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 11 ноября 1941 г.

280. Запись беседы заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Н.В.Новикова с посланником Югославии в СССР Гавриловичем. 12 ноября 1941 г.

281. Личное послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Президенту США Ф.Рузвельту. 14 ноября 1941 г.

282. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с послом Польши в СССР С.Котом. 14 ноября 1941 г.

283. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Польши в СССР С.Котом. 15 ноября 1941 г.

284. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 16 ноября 1941 г.

285. Народный комиссариат иностранных дел об отношении Советского правительства к Финляндии и о предательской позиции правителей Финляндии. 18 ноября 1941 г.

286. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 19 ноября 1941 г.

287. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 19 ноября 1941 г.

288. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 19 ноября 1941 г.

289. Справки о воздушных налетах английской авиации на Германию и германской авиации на Англию в августе—октябре 1940-1941 гг. 21 ноября 1941 г.

290. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР посольству Великобритании в СССР. 22 ноября 1941 г.

291. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Чехословакии в СССР З.Фирлингером. 22 ноября 1941 г.

292. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Польши в СССР С.Котом. 22 ноября 1941 г.

293. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 23 ноября 1941 г.

294. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 24 ноября 1941 г.

295. Письмо посланника СССР в МНР И.А.Иванова генеральному секретарю Народного комиссариата иностранных дел СССР А.Соболеву. 24 ноября 1941 г.

296. Нота народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова посольствам и миссиям, аккредитованным в Москве. 25 ноября 1941 г.

297. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С.Котом. 25 ноября 1941 г.

298. Телеграмма посла СССР при союзных правительствах в Лондоне А.Е.Богомолова в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 25 ноября 1941 г.

299. Из телеграммы временного поверенного в делах СССР в США А.А.Громыко в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 27 ноября 1941 г.

300. Памятная записка Народного комиссариата иностранных дел СССР посольству США. 28 ноября 1941 г.

301. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 30 ноября 1941 г.

302. Запись беседы посла СССР в Иране А.А.Смирнова с шахом Ирана М.Реза Пехлеви. 30 ноября 1941 г.

303. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 1 декабря 1941 г.

304. Вербальная нота посольства СССР в Японии Министерству иностранных дел Японии. 1 декабря 1941 г.

305. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с политическим советником Чан Кайши Латимором. 2 декабря 1941 г.

306. Запись беседы заместителя заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Г.М.Пушкина с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 2 декабря 1941 г.

307. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с Председателем Совета министров Польши В.Сикорским. 3 декабря 1941 г.

308. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с генералом Чжан Цзюньмаем. 3 декабря 1941 г.

309. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Швеции в СССР В.Ассарссоном. 3 декабря 1941 г.

310. Декларация Правительства Советского Союза и Правительства Польской Республики о дружбе и взаимной помощи. 4 декабря 1941 г.

311. Телеграмма посла СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 5 декабря 1941 г.

312. Вербальная нота миссии СССР в Болгарин Министерству иностранных дел и культов Болгарии. 5 декабря 1941 г.

313. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР при союзных правительствах в Лондоне А.Е.Богомолову. 7 декабря 1941 г.

314. Телеграмма посла СССР в США М.М.Литвинова в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 8 декабря 1941 г.

315. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с главнокомандующим Вооруженными силами Китая, председателем исполкома Гоминьдана, председателем исполнительного юаня Китая генералиссимусом Чан Кайши. 8 декабря 1941 г.

316. Запись беседы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова с министром иностранных дел Афганистана Али Мухаммед Ханом. 8 декабря 1941 г.

317. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 9 декабря 1941 г.

318. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с поверенным в делах США в СССР У.Торстоном. 9 декабря 1941 г.

319. Телеграмма посла СССР при союзных правительствах в Лондоне А.Е.Богомолова в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 9 декабря 1941 г.

320. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР в США М.М.Литвинову. 11 декабря 1941 г.

321. Телеграмма посла СССР в США М.М.Литвинова в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 11 декабря 1941 г.

322. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Китая в СССР Шао Лицзы. 1. 1 декабря 1941 г.

323. Запись беседы заместителя заведующего IV Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР Г.М.Пушкина с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 11 декабря 1941 г.

324. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с генералиссимусом Чан Кайши. 12 декабря 1941 г.

325. Запись беседы заведующего I Европейским отделом Народного комиссариата иностранных дел СССР П.Д.Орлова с поверенным в делах посольства Норвегии в СССР г-ном Люнде. 12 декабря 1941 г.

326. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с посланником Чехословакии в СССР З.Фирлингером. 13 декабря 1941 г.

327. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С.Котом. 16 декабря 1941 г.

328. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с министром иностранных дел Великобритании А.Иденом. 16 декабря 1941 г.

329. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Президенту США Ф.Рузвельту. 17 декабря 1941 г.

330. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с посланником Греции в СССР Пипинелисом. 17 декабря 1941 г.

331. Запись беседы посла СССР в Китае А.С.Панюшкина с маршалом Чан Кайши. 17 декабря 1941 г.

332. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с поверенным в делах США в СССР У.Торстоном. 17 декабря 1941 г.

333. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 17 декабря 1941 г.

334. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с министром иностранных дел Великобритании А.Иденом. 17 декабря 1941 г.

335. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с министром иностранных дел Великобритании А.Иденом. 18 декабря 1941 г.

336. Нота Советского правительства миссии Болгарии в СССР. 18 декабря 1941 г.

337. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с временным поверенным в делах США в СССР У.Торстоном. 19 декабря 1941 г.

338. Нота Народного комиссариата иностранных дел СССР посольству США в СССР. 19 декабря 1941 г.

339. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 19 декабря 1941 г.

340. Запись беседы Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина с министром иностранных дел Великобритании А.Иденом. 20 декабря 1941 г.

341. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с первым секретарем посольства США в СССР Диккерссоном. 22 декабря 1941 г.

342. Запись беседы советника миссии СССР в Швеции М.С.Ветрова с болгарским посланником Антоновым. 22 декабря 1941 г.

343. Письмо народного комиссара внешней торговли СССР А.И.Микояна Председателю Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталину и народному комиссару иностранных дел СССР В.М.Молотову. 22 декабря 1941 г.

344. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 26 декабря 1941 г.

345. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 26 декабря 1941 г.

346. Послание Председателя Совета Народных Комиссаров СССР И.В.Сталина Премьер-министру Великобритании У.Черчиллю. 27 декабря 1941 г.

347. Телеграмма посла СССР в США М.М.Литвинова в Народный комиссариат иностранных дел СССР. 27 декабря 1941 г.

348. Телеграмма народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова послу СССР при союзных правительствах в Лондоне А.Е.Богомолову. 27 декабря 1941 г.

349. Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР С.Криппсом. 28 декабря 1941 г.

350. Письмо первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского народному комиссару иностранных дел В.М.Молотову. 28 декабря 1941 г.

351. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С.Котом. 28 декабря 1941 г.

352. Англо-советское коммюнике о беседах Председателя Совета Народных Комиссаров И.В.Сталина и народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с министром иностранных дел Великобритании А.Иденом. 29 декабря 1941 г.

353. Письмо заместителя начальника Генерального штаба Красной Армии генерал-лейтенанта А.М.Василевского и военного комиссара оперативного управления Генерального штаба Красной Армии бригадного комиссара Рыжкова генеральному секретарю Народного комиссариата иностранных дел СССР А.А.Соболеву. 29 декабря 1941 г.

354. Запись беседы заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с временным поверенным в делах США в СССР У.Торстоном. 31 декабря 1941 г.

355. Соглашение о займе, предоставляемом Правительством СССР Правительству Польши для оказания денежной помощи польским гражданам, проживающим на территории СССР. 31 декабря 1941 г.

356. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского с послом Польши в СССР С.Котом. 31 декабря 1941 г.

357. Запись беседы первого заместителя народного комиссара иностранных дел СССР А.Я.Вышинского и заместителя народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовского с послом Японии в СССР И.Татекавой. 31 декабря 1941 г.

358. Декларация Объединенных Наций. 1 января 1942 г.

Примечания.

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

Двадцать четвертый том фундаментальной серии «Документы внешней политики» охватывает период с 22 июня 1941 г., с нападения фашистской Германии на СССР, по 1 января 1942 г.

Это чрезвычайно важный и переломный период в системе международных отношений, сложившихся к началу гитлеровской агрессии против Советского Союза. Германия и СССР, имевшие до этого дружественные отношения, оказались в состоянии войны. Великобритания и Соединенные Штаты стали налаживать пути сотрудничества с Советским Союзом. Для советского правительства начался период трансформирования внешней политики применительно к условиям и задачам военного времени. Именно в эти первые месяцы войны закладываются основы внешнеполитического курса Советского Союза военного времени, которые сохранялись и развивались в период Великой Отечественной войны и послевоенного мирного урегулирования.

Документы, представленные в XXIV томе, свидетельствуют о следующих основных направлениях внешней политики СССР военного времени:

1. Эвакуация на родину советских граждан, оказавшихся на территории вражеских государств; защита интересов и собственности советского государства, граждан, учреждений и организаций СССР на территории стран-агрессоров.

2. Освободительные цели Советского Союза в войне против фашистской Германии и ее союзников; борьба Советского Союза за восстановление суверенитета оккупированных Германией государств.

3. Налаживание сотрудничества СССР с Англией и США в борьбе с фашистской коалицией; настойчивые требования советской дипломатии открытия союзниками второго фронта (в Европе) против Германии.

4. Деятельность советской дипломатии с целью удержать Японию и Турцию от вовлечения в войну на стороне Германии.

5. Мобилизация усилий европейских народов в борьбе против фашистской Германии; налаживание сотрудничества правительства СССР с правительствами союзных стран в Лондоне; роль советской дипломатии в создании и укреплении антигитлеровской коалиции.

6. Отношения Советского Союза с нейтральными европейскими государствами.

7. Отношения СССР с дружественными Монгольской Народной Республикой и Тувинской Республикой.

 

5

 


 

8. Отношения Советского Союза с Китаем, Ираном и Афганистаном. Пресечение подрывной деятельности германской агентуры в Иране и Афганистане.

9. Роль советской дипломатии в мобилизации мировой общественности на борьбу с фашизмом. Материальные пожертвования зарубежных деловых, культурных, общественных, религиозных и других организаций Советскому Союзу на борьбу с фашистскими агрессорами.

10. Инициатива советской дипломатии в постановке вопросов об ответственности фашизма за злодеяния на оккупированных территориях.

11. Послевоенное устройство мира.

Большинство документов XXIV тома ранее не публиковалось. Те же документы, которые ранее были опубликованы, в настоящее время в основном стали библиографической редкостью. К тому же без этих важнейших документов, касающихся, например, переписки председателя Совета народных комиссаров И.В.Сталина с премьер-министрами Великобритании и президентами Соединенных Штатов, XXIV том не давал бы полной и правильной картины внешней политики Советского Союза того времени.

В томе впервые публикуются документы, раскрывающие деятельность Народного комиссариата иностранных дел СССР, советских представительств за границей по защите советских граждан во вражеских государствах и их эвакуации на родину.

Впервые публикуются документы об отношениях Советского Союза с нейтральными европейскими странами и странами Среднего и Дальнего Востока. Большой интерес представляют документы, раскрывающие консультации и совместные действия правительств Советского Союза и Великобритании в целях прекращения подрывной деятельности германской агентуры в Иране и Афганистане, а также удержания Турции от вступления в войну на стороне Германии.

Публикуемые впервые документы свидетельствуют о тонкой, деликатной политике советского правительства в отношении Японии с целью воспрепятствовать ее вступлению в войну на стороне Германии.

С большим интересом читаются также не публиковавшиеся ранее документы об отношениях СССР с Китаем, в том числе переписка И.В.Сталина с Чан Кайши.

Впервые публикуется записка наркома внешней торговли СССР А.И.Микояна И.В.Сталину о ходе выполнения США и Великобританией Протокола Московской конференции за период с 1 октября по 15 декабря 1941 г.

В XXIV томе содержатся тексты посланий председателя Совета народных комиссаров СССР И.В.Сталина, телеграммы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова, записи их переговоров с государственными деятелями иностранных государств, послами, аккредитованными в Москве, переписка НКИД с загранучреждениями СССР, телеграммы, политические письма, записи бесед чрезвычайных и полномочных послов и посланников СССР и другие документы.

Для удобства изучения советских документов тома в примечаниях даются отдельные иностранные документы — послания глав государств и правительств, ноты, памятные записки и др.

Основную часть сборника составляют документы, хранящиеся в архиве Министерства иностранных дел Российской Федерации (Архив внешней политики Российской Федерации). Кроме того, в сборник включен ряд доку-

 

6

 


 

ментов из архива И.В. Сталина, хранящегося в Архиве Президента Российской Федерации, Центрального архива Министерства обороны Российской федерации и Историко-внешнеэкономического отдела управления делами Министерства торговли Российской Федерации.

Правила публикации и оформления документов указаны в предисловии к XXII тому «Документов внешней политики».

XXIV том «Документов внешней политики» подготовлен Историко-документальным департаментом МИД России.

В подготовке сборника принимали участие В.Н. Баврин, С.А. Барсуков, Л.В. Внукова, Е.А. Караогланова, В.С. Лавров, О.В. Мельникова, Ю.И. Стрижов.

Выражается признательность за помощь при подготовке сборника И.А.Кондаковой, ответственной сотруднице Архива Президента Российской Федерации, В.Г. Шабаевой, ответственной сотруднице Историко-внешнеэкономического отдела управления делами Министерства торговли Российской Федерации, и сотрудникам Архива внешней политики РФ Н.А.Абрамову, И.А.Сидоровой, И.Н.Рахновской.

 

 

 

1. ВЫСТУПЛЕНИЕ ПО РАДИО ЗАМЕСТИТЕЛЯ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ И НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА

22 июня 1941 г.

ГРАЖДАНЕ И ГРАЖДАНКИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА!

Советское правительство и его глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление:

Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолетов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территорий.

Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то что между СССР и Германией заключен договор о ненападении и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то что за все время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей.

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 час. 30 мин. утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы.

В ответ на это мною от имени Советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной.

 

8

 


 

По поручению правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчет несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.

Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины.

Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы.

Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы советской авиации с честью выполнят долг перед Родиной, перед советским народом и нанесут сокрушительный удар агрессору.

Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за Родину, за честь, за свободу.

Правительство Советского Союза выражает твердую уверенность в том, что все население нашей страны, все рабочие, крестьяне и интеллигенция, мужчины и женщины отнесутся с должным сознанием к своим обязанностям, к своему труду. Весь наш народ теперь должен быть сплочен и един, как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, достойной настоящего советского патриота, чтобы обеспечить все нужды Красной Армии, флота и авиации, чтобы обеспечить победу над врагом.

Правительство призывает вас, граждане и гражданки Советского Союза, еще теснее сплотить свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии, вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего великого вождя товарища Сталина. Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами.

Известия. — 1941. — 24 июня.

 

 

2. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

22 июня 1941 г.

1. Сегодня в 8 час. 30 мин. утра секретарь Идена позвонил в посольство И просил меня быть у Идена в 11 час. 30 мин. Однако за несколько минут до того, как мне надо было ехать в Форин офис, я узнал из сообщения мос-

 

9

 


 

ковского радио о предстоящем выступлении Молотова. Я просил Идена поэтому отсрочить наше свидание на полчаса с тем, чтобы иметь возможность предварительно прослушать речь Молотова. В 12 час. я был у Идена. Он начал с расспросов о содержании речи Молотова*. Я его подробно информировал. Далее он заявил, что только сегодня утром беседовал с Черчиллем и на основании этой беседы считает нужным заявить, что объявление Германией войны Советскому Союзу ни в какой мере не меняет политику Англии, что ее действия в борьбе с Германией сейчас не только не ослабеют, но, наоборот, усилятся. Вчера британская авиация совершила крупный налет на Францию, во время которого было сбито 29 немецких машин. Сегодня также были предприняты мощные налеты. Вообще британское правительство теперь до максимума усиливает воздушную войну на западе с тем, чтобы отвлечь известное количество германских воздушных сил с востока и одновременно завоевать господство в воздухе над Северной Францией. Далее британское правительство готово оказать нам содействие во всем, в чем оно может, и просит лишь указать, что именно нам нужно. В частности, военная и экономическая миссии, о которых мне вчера говорил Криппс, могут вылететь в любой момент, если мы того пожелаем. Иден просил меня выяснить также, не нужна ли нам какая-либо помощь в морских делах? Например, не надо ли нам экспертов по постановке и вылавливанию мин? У англичан на этот счет имеется громадный опыт. Вообще, подчеркивал Иден, нам нужно только сообщить, что мы хотим, а британское правительство постарается, поскольку это в его силах, исполнить всякое наше желание. Я ответил, что по понятным причинам не могу сейчас дать ответ на вопросы Идена, но обещал снестись с советским правительством и после этого вновь его повидать. Жду от Вас по этому поводу указаний.

2. Иден сообщил мне, что сегодня в 9 час. вечера премьер выступит по радио и выскажется в том же духе, в каком Иден только что сделал мне заявление. Я заметил, что, учитывая слухи и разговоры, которые в последние недели велись вокруг прилета Гесса, «мирной кампании» немцев в США и так далее, было бы хорошо, если бы Черчилль в своей речи ясно и определенно заявил, что Англия тверда в своей решимости вести войну до конца. Иден обещал переговорить об этом с премьером и добавил, что совершенно спокоен за позицию своей страны: ни о каком мире с Гитлером не может быть и речи. В свою очередь, он спросил, какова наша линия. В ответ я процитировал из только что прослушанной речи Молотова те слова, которые говорят о нашей решимости вести войну до победы. Затем я поинтересовался мнением Идена об американской реакции на совершившиеся события. Идеи ответил, что только вчера вечером имел длинную беседу с Вайнантом, который вчера прилетел из США на бомбардировщике, и в предчувствии того, что совершилось, как раз поставил перед американским послом аналогичный вопрос. Вайнант ответил, что, по его впечатлению, война Германии с СССР не должна расхолодить США в их стремлении поддержать Англию и другие державы, борющиеся против Германии. Со своей стороны, Иден добавил, что, поскольку нападение Германии на СССР носит характер самой явной и оголтелой агрессин, реакция Америки должна быть более благоприятной для СССР и Англии, чем это имело бы место в других условиях. Я указал на важность обеспечения такой благоприятной реакции в настоящий момент, и Иден по

_____________
* См. док. 1.

 

10

 


 

своей инициативе заявил, что он немедленно же увидится с Вайнантом и попросит его предпринять необходимые шага для достижения указанной цели (любопытно, что Иден не упомянул в этой связи имени Галифакса, хотя, казалось бы, по такому делу прежде всего он должен был бы обратиться к своему послу в США).

3. Затем Иден перешел к вопросу о Криппсе. Он хотел бы, чтобы Криппс как можно скорее вернулся в Москву, однако ввиду инцидента с коммюнике ТАСС* и болезненной реакцией на него со стороны Криппса Иден хотел бы знать, является ли Криппс для нас «персона грата»? Иден считал бы нецелесообразным в такой момент менять посла, но он готов это сделать, если бы мы того пожелали. Я заверил Идена, что подозрение Крип-пса ни на чем не основано, что отношение лично к нему у нас хорошее и что если у Криппса раньше были в Москве известные трудности, то это вытекало совсем из других, хорошо известных Идену причин. Иден был очень доволен моим ответом и заявил, что постарается срочно отправить Криппса в Москву.

4. Иден интересовался поведением Турции и Японии, но я не мог ему сообщить ничего нового. В заключение я поставил Идену прямой вопрос: могу ли я сообщить советскому правительству, что ни о каком мире между Англией и Германией не может быть и речи, что Англия не только не ослабит, а, наоборот, усилит свою энергию в борьбе с Германией и что Англия твердо будет продолжать войну? Иден ответил: да, можете это сообщить. И добавил, что сегодня вечером о том же скажет премьер. Когда я прощался, Иден в раздумье произнес: «Это начало конца для Гитлера». Я ответил: «Война делает поворот всемирно-исторического значения».

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 352, д. 2402, л. 259-263.

Опубликовано в сборнике: «Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945». — М., 1983. — Т. 1. — С. 45—47 (далее — Советско-английские отношения...).

 

 

3. ИЗ ТЕЛЕГРАММЫ ПОСЛА СССР В США К.А. УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

22 июня 1941 г.

Буквально вся Америка живет только вопросами германского нападения на нас. Однако картина первой реакции значительно более пестрая, чем в Англии:

1. В широкой среде трудящихся и мелкобуржуазной публики, настроенной в основном изоляционистски, но искренне антифашистски, явный подъем нашей популярности, которому за истекшие с момента нападения 18 часов имеем десятки примеров в виде дружественных обращений к посольству, включая ряд просьб о принятии добровольцами в Красную Армию. В этих широких массах в связи с изменением характера войны после нападения на нас следует ожидать быстрого падения изоляционистских настроений, что от-

_____________
* См. Документы... — Т. XXIII, док. 861.

 

11

 


 

части диктуется и иллюзией, что фашистская опасность для Англии уменьшилась, следовательно, и перспектива прямого включения США в войну отдалилась. Это падение изоляционизма укрепляет внутриполитические позиции Рузвельта [...].

2. Реакционные изоляционисты Гувер, Линдберг и вся антирузвельтовская фашиствующая группировка сразу показала свое лицо, например, заявление Уиллера, что советско-германской войне надо радоваться, а коммунизму помогать нечего. Эта группа республиканцев и отдельных демократов плюс группа наших профессиональных врагов типа Буллита — Бэрли плюс католическая иерархия уже начали, судя по ряду признаков, осуществлять давление на Рузвельта и взбешены выступлением Черчилля. Агентура этих людей крепко сидит в аппарате госдепартамента, влиятельного морского министерства, имеет влияние в прессе, например, скриппс-говардовской. Но хотя это и оппозиционное меньшинство внутри господствующих сил, у него имеются фашиствующие массовые организации, широкие связи, мощный аппарат пропаганды. Именно от этой группы и исходит основное тормозящее давление на Рузвельта по вопросу о сотрудничестве с нами в духе речи Черчилля. Рузвельт с этими кругами борется, но с ними считается, и в его непосредственном окружении имеются агенты этой клики, которые в недавнем прошлом сумели закрепить его на антисоветских позициях. В частности, Рузвельт боится влиятельных католиков.

3. Относительно прогрессивное крыло американского правительства (Икес, Моргентау, Гопкинс) взяло благоприятную для нас линию — распространение на нас закона о снабжении вооружением взаймы и в аренду, фактически союзные отношения в духе заявления Черчилля. Выражением этой линии являются известные Вам по сообщению ТАСС заявления сенатора Пеппера (с ним у нас хорошие отношения). Но и эта группа, хотя и очень близка к Рузвельту и давит на него, является меньшинственной. Ставлю своей задачей немедленно использовать все имеющиеся добрые отношения с деятелями этого типа, конечно, не в порядке каких-нибудь «просьб о помощи», а для того, чтобы нейтрализовать влияние враждебной группы госдепартамента и морского министерства и добиться получения тех конкретных военных предметов, в частности в области авиации, по которым Вы мне дадите задание.

4. Рузвельт, правительственный лагерь в целом и рузвельтовское большинство в конгрессе заняли сегодня по вопросам германского нападения на нас молчаливую, выжидательную позицию, которая, наверное, завтра прояснится, но пока что, на фоне как нельзя более полезного, адресованного прямо США выступления Черчилля, еще более бросилась в глаза как доказательство колебаний, вытекающих из указанных групповых противоречий. Уэллес, возглавляющий сейчас госдепартамент в связи с болезнью Хэлла, дал прессе, без права ссылки на него, известное Вам пустое заявление, что нападение немцев на нас доказывает их стремление к мировой гегемонии; он дал понять, что ждет выступления Черчилля, а после этого выступления снова замолчал, сказав прессе, что сделает заявление лишь после встречи со мной завтра (о которой он пока со мной не договорился). [...]

Сегодняшнее молчание американского правительства отражает стоящий перед Рузвельтом нелегкий выбор: слишком явного разрыва между линией своей и Черчилля он никак допустить не может, а стать целиком на черчиллевскую позицию боится по внутриполитическим соображениям.

 

12

 


 

Перспектива победы немцев для него неприемлема, ибо угрожает Англии и в конечном счете планам США, перспектива же нашей «слишком» сокрушительной победы и влияние на всю Европу его пугают с классовых позиций. Весь Рузвельт и его политика состоят сейчас из зигзагов между этими противоречиями. А запасы классовой ненависти к нам в США очень велики. Отсюда возможность типично рузвельтовского компромисса: продолжать помощь англичанам в полном объеме, а если англичане готовы-де уступать нам как своим союзникам из своей брони ту или иную часть самолетов или иного вооружения, то передавать нам таковую после английской контрассигновки, прячась за спину англичан. Другими словами, формально на нас не распространять действие закона о снабжении оружием взаймы и в аренду, а, по существу, договориться с англичанами и нами об определенной доле. Тот же факт, что по этому закону оружие поставляется в счет бюджетных ассигнований США, играет второстепенную роль. Даже при готовности той или иной страны платить наличными решает не бюджетная схема, а производственная программа, а затем наличие тоннажа для перевозок. По-видимому, Рузвельт прежде всего издаст формальную прокламацию о применении к советско-германской войне закона о нейтралитете. Это пустой жест, которому можно не придавать никакого значения. Он не объявит наши дальневосточные зоны боевой зоной, значит, американские пароходы смогут туда заходить, а Мурманск уже объявлен подобной зоной, в которую Рузвельт сейчас подавно американские суда не пустит. По ряду мелких вопросов, как-то: аннулирование применения к нам декрета о замораживании фондов, возврат нам задержанного необоронного (бурильного и иного) оборудования, ликвидация арестных дел и т.д., американское правительство наверняка пойдет на немедленные уступки. Обсуждение с госдепартаментом сегодня ряда текущих дел, связанных, например, с поездками сотрудников посольства и т.д., эту тенденцию уже подтвердило. Но это мелочь, и совершенно ясно, что после предстоящей завтра встречи с Уэллесом и в зависимости от ее содержания мне нужно пойти к Рузвельту с прямым поручением от имени Сталина и Вашего для серьезного развернутого разговора на все темы, включая широкую постановку дальневосточного вопроса, о позиции Японии, о политике США по отношению к ней, о судьбе Китая. На это необходима директива от Вас, и не исключено, что если Уэллес попытается затянуть встречу или сведет ее ко всяким мелочам, то надо будет идти к Рузвельту сразу, независимо от вызова Уэллеса. Очень важно для встречи с Рузвельтом иметь нашу архиконкретную оптимальную заявку на то, что нам нужно от американцев в области снабжения всех видов, от авиации, разной аппаратуры до сырья включительно, с тем чтобы деловым образом приступить к обсуждению того, что и в какие сроки американцы дадут. Чтобы проталкивать эти вопросы, использую все имеющиеся связи в правительственных и сенаторских кругах в обход враждебных групп.

Докладываю, что весь советский коллектив в США работает с замечательным подъемом, как настоящие советские патриоты.

К. Уманский

АВП РФ. ф. 059, on. 1, п. 345, д. 2363, л. 193-199.

Опубликовано в сборнике: «Советско-американские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945». — М., 1984. — Т. 1. — С. 42-44 (далее — Советско-американские отношения...).

 

13

 


 

 

 

 

4. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОМУ

22 июня 1941 г.

Если заявление Криппса о присылке военной миссии и экономических экспертов действительно отражает позицию британского правительства, советское правительство не возражает, чтобы эти две группы английских представителей были присланы в Москву. Понятно, что советское правительство не захочет принять помощь Англии без компенсации, и оно, в свою очередь, готово будет оказать помощь Англии.

Молотов

АВП РФ, ф. 059. on. 1, п. 365, д. 2487. л. 31-32.

Опубл.: Советско-американские отношения. — Т. 1. — С. 47.

 

 

5. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ВРЕМЕННЫМ ПОВЕРЕННЫМ В ДЕЛАХ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР Г. БАГГАЛЛЕЕМ

22 июня 1941 г.
Секретно

По просьбе Баггаллея я принял его в 12 час. дня. Баггаллей, сославшись на сообщения английского радио о нападении Германии на СССР, попросил меня информировать его о ходе событий.

Я кратко информировал Баггаллея.

1. Баггаллей заявил, что он еще не получил инструкций от своего правительства, но, учитывая изменившуюся обстановку, заявил он, можно было бы установить сотрудничество в известной мере, до получения инструкций от его правительства.

На мой вопрос, в чем это сотрудничество могло бы выразиться, Баггаллей сослался на беседу Идена с Майским, во время которой Иден заявил, что в случае, если Германия нападет на СССР, английские воздушные силы могли бы оказать помощь СССР путем бомбардировки германских вооруженных сил на Ближнем Востоке. Английское правительство могло бы оказать помощь в снабжении СССР через Владивосток или Персидский залив, а также для оказания помощи советскому командованию послать в СССР английских офицеров, имеющих опыт борьбы против германских танков.

Я заявил Б[агталлею], что его сообщение передам своему правительству и, если получу соответствующие указания, то поставлю Б[агталлея] в известность.

2. Баггаллей заявил, что в дипломатических кругах в Москве обсуждается вопрос о том, что советское правительство предполагает выехать из Москвы. Лично Б[аггаллей] не верит этим слухам, но если бы в действительности возник вопрос об эвакуации советского правительства из Москвы, то он вы-

 

14

 


 

ражает уверенность в том, что английское посольство будет своевременно информировано для того, чтобы сделать необходимые приготовления для отъезда вместе с советским правительством.

Я заявил Б[аггаллею], что впервые слышу о слухах, распространяемых в дипкорпусе об имеющемся якобы намерении советского правительства эвакуироваться из Москвы. Советское правительство не собирается уезжать из Москвы.

3. Сегодня утром поездом № 29 из Москвы выехали в Баку для проследования в Иран жены и дети служащих английского посольства. Вместе с ними выехали 2-3 служащих посольства. Этот поезд направляется через Харьков, Ростов в Баку. Жены служащих посольства обеспокоены тем, что поезд может подвергнуться бомбардировке, что в связи с этим нельзя ли договориться с железнодорожным ведомством о направлении этого поезда в более восточном направлении в тот же пункт назначения.

Я ответил Б[аггаллею], что, по-видимому, поезд может проследовать безопасно по своему маршруту до пункта назначения, что мы можем установить наблюдение за прохождением этого поезда.

4. Баггаллей заявил, что в настоящих условиях было бы крайне желательно в интересах СССР и Англии установить между Москвой и Лондоном радиотелеграфную связь. В настоящее время в Тегеране находится крупный английский специалист радиотелеграфного дела Корригол, который может быть вызван посольством для технической помощи в установлении радиотелеграфной связи между Москвой и Лондоном.

Я обещал Б[аггаллею] выяснить технические возможности установления радиотелеграфной связи и поставить его в известность.

5. Баггаллей заявил, что в настоящих условиях он считал бы необходимым познакомиться и установить контакт с т. Молотовым.

Я обещал Б[агталлею] довести его просьбу до сведения т. Молотова.

В конце беседы Баггаллей заметил, что из сообщений английского радио он не мог точно установить, находятся ли Финляндия и Румыния в состоянии войны с СССР или Германия напала на СССР одна?

Я ответил Б[аггаллею], что нападение на советские границы было с территории Румынии и Финляндии*.

Во время беседы с Баггаллеем началось выступление по радио т. Молотова. Баггаллей попросил разрешения прослушать выступление т. Молотова. В моем кабинете Баггаллей прослушал речь т. Молотова; его переводчик перевел основные положения речи т. Молотова. Баггаллей попросил, не могу ли я предоставить ему полный текст речи т. Молотова.

Я ответил Б[аггаллею], что сейчас не имею полного текста речи т. Молотова, но что по радио будет еще передаваться речь т. Молотова и что она будет напечатана.

При беседе присутствовал т. Гусев.

А. Вышинский

АВП РФ. ф. 06, on. 3, п. 3, д. 29, л. 60-62.

_____________
* См. т. XXIII, прим. 266.

 

15

 


 

 

 

6. ЗАПИСЬ ТЕЛЕФОННОГО РАЗГОВОРА ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ БАЛКАНСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В.НОВИКОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И. СТАМЕНОВЫМ

22 июня 1941 г.
Секретно

Сегодня в 2 час. дня позвонил мне Стаменов и сообщил, что германский посол Шуленбург просил его, Стаменова, взять на себя защиту германских интересов в СССР. Стаменов тут же запросил Софию о соответствующих инструкциях по этому поводу, но до сих пор он не имеет из Софии никакого ответа. Поэтому он не может официально известить Наркоминдел о принятии им на себя обязанностей защищать германские интересы. Тем не менее германское посольство уже сейчас просит его помочь в следующем вопросе:

Сегодня из Сибири в Москву прибыли 30 немецких женщин и детей, которые были на вокзале задержаны советскими властями. Германское посольство хотело бы, чтобы этим женщинам и детям разрешили отправиться в здание германского посольства.

Я заявил Стаменову, что, по моему мнению, Наркомат не может рассматривать его как представителя германских интересов без официального с его стороны извещения об этом. Поэтому я сомневаюсь в том, что уже сейчас мне следует вести с ним официальные переговоры по вопросу, который поставило германское посольство. Я, однако, обещал Стаменову доложить о его просьбе руководству Наркоминдела и информировать о том, как будет решен этот вопрос.

Заведующий Отделом балканских стран
Н.Новиков

АВП РФ. ф. 074. on. 26. п. 110, д. 5. л. 11.

 

 

7. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО ЦЕНТРАЛЬНО-ЕВРОПЕЙСКИМ ОТДЕЛОМ НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.Н.ПАВЛОВА С БЫВШИМ ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ И БЫВШИМ СОВЕТНИКОМ ПОСОЛЬСТВА ГЕРМАНИИ В СССР ВАЛЬТЕРОМ

23 июня 1941 г.
Секретно

В вестибюле меня встретил Вальтер и провел в кабинет посла к Шуленбургу. Шуленбург сказал, что в событиях, которые так внезапно развернулись, они здесь, в Москве, не виновны. Но сейчас он не желал бы говорить об этом. В данный момент он хотел бы переговорить о порядке выезда персонала германских консульств, посольства и представителей германских учреждений. В связи с этим у посольства имеется несколько вопросов. Шуленбург предоставил слово Вальтеру. Вальтер заявил, что 8 дней тому назад он был командирован в Берлин. В Берлине в беседе с одним чиновником протокольного отдела министерства иностранных дел он, Вальтер, получил заверение, что если что-нибудь случится, то к персоналу советского посольства и торг-

 

16

 


 

предства будет проявлено самое благожелательное отношение. Персонал посольства и торгпредства будет размешен в специально отведенном хорошем отеле Берлина. Будут приняты меры к обеспечению выезда в СССР всего состава торгпредства и посольства в количестве 325 человек. Будет разрешено также выехать соответствующему количеству советских приемщиков, которых насчитывается в настоящее время 700 человек. Я спросил Вальтера, что значит «соответствующее»? Он ответил, что вообще в международной практике не принято, в случае состояния войны между двумя странами, передавать другой стороне всех ее граждан. Обычно эвакуация ограничивается рамками посольства и консульства. В этот момент в разговор вмешался Шуленбург и заявил, что в данном случае речь идет о приемщиках — советских гражданах, которые были командированы в Германию и которых нельзя считать частными лицами. Он, Шуленбург, будет ходатайствовать о выезде из Германии всех находящихся там приемщиков.

Я заметил, что приемщики — это те же сотрудники торгпредства и, следовательно, они также подлежат эвакуации. Вальтер начал говорить, что это небольшой вопрос. Он уверен, что все приемщики, вероятно, будут выпущены.

Германское посольство, в свою очередь, просит о том, чтобы было разрешено выехать в Германию 70 германским гражданам, представителям германских фирм, находящимся в Ленинграде; 30 германским гражданам, транзитным пассажирам, которые были задержаны вчера на Ярославском вокзале; 32 германским гражданам, которые находятся в пути в транссибирском экспрессе, и еще некоторым германским гражданам.

Шуленбург подтвердил еще раз, что он будет ходатайствовать, чтобы в обмен на 150-160 указанных Вальтером германских граждан были выпущены все 700 человек советских приемщиков.

Далее Шуленбург спросил, куда предположено выпроводить германское посольство, и сказал, что советское посольство и торгпредство будут, очевидно, доставлены на турецкую границу. Шуленбург заявил, что важно согласовать время прибытия на границу советского и германского посольств.

Я ответил, что я не знаю порядка выезда посольств.

Шуленбург спросил, имеем ли мы связь с нашим посольством в Берлине.

Я ответил отрицательно.

Шуленбург сказал, что, как мне известно, они здесь, в Москве, тоже не имеют связи с Берлином.

Затем Вальтер заявил, что сейчас печатаются списки тех лиц, о выезде которых ходатайствует посольство. Эти списки он передаст через охрану в НКИД.

Я выразил свое согласие с этим порядком передачи нам списков.

Вальтер подчеркнул, что в списках указаны только те лица, которые по германскому праву считаются германскими гражданами. В числе последних находится Юнеман, которая несколько месяцев тому назад подала заявление о выходе из советского гражданства, но не получила ответа. Юнеман был выдан германский паспорт, и она считается германской гражданкой.

Далее Вальтер заявил, что они намерены взять с собой только ручной багаж, и просит предоставить для его перевозки багажные вагоны.

Я ответил, что в этом вопросе не предвижу трудностей.

Далее Вальтер и Шуленбург интересовались, где будет производиться таможенный осмотр багажа, если таковой вообще будет иметь место. При этом Вальтер заявил, что багаж посла, очевидно, досматриваться не будет.

Я обещал выяснить этот вопрос.

 

17

 


 

Вальтер просил разрешить вывезти каждому сотруднику посольства личные деньги в долларах или в другой инвалюте. Я также обещал выяснить этот вопрос.

Шуленбург просил назначить представителей НКИД и НКВД, которые могли бы сопровождать персонал германского посольства в пути следования. Желательно было бы, чтобы эти люди имели достаточно высокий ранг. В этом случае для сопровождения советского посольства и торгпредства в пути будут также назначены соответствующие чины от министерства иностранных дел и от гестапо.

Вальтер просил разрешить посольству оставить в каждом доме в качестве сторожа кого-нибудь из бывших сотрудников посольства — советских граждан. Вальтер просил вывезти из здания посольства 1500 л бензина во избежание несчастных случаев. Вальтер и Шуленбург заявили, что они готовы передать все оружие, находящееся в распоряжении сотрудников посольства. В настоящее время это оружие собрано в одном месте в здании посольства.

Я ответил, что все эти пожелания посольства будут рассмотрены благожелательно и с должным вниманием. В свою очередь, мы надеемся на подобное же отношение со стороны германского правительства к нашей колонии в Германии.

Вальтер и Шуленбург поблагодарили меня и заверили, что в Берлине будет обеспечено самое благожелательное отношение к нашей колонии. Далее Шуленбург сказал, что, по указанию Берлина, он должен был передать защиту германских интересов в СССР болгарскому посланнику, но тот не является, возможно потому, что Болгария порвала отношения с СССР, о чем он, Шуленбург, не знает. Поэтому Шуленбург принял решение передать заботу о зданиях посольства, а также различные другие поручения иранскому посольству в Москве. Для этой цели Шуленбург просил разрешить иранскому послу в Москве посетить германское посольство.

Я ответил Шуленбургу, что эту просьбу я доложу т. Вышинскому.

В заключение беседы Шуленбург просил передать самые добрые пожелания т. Молотову В.М., заявил, что он не повинен в событиях настоящего времени. Прощаясь, Шуленбург прослезился.

Следует отметить, что все сотрудники германского посольства, с которыми я виделся в момент посещения посольства, в том числе Шуленбург и Вальтер, производили впечатление подавленных и испуганных людей.

При беседе присутствовал сотрудник НКГБ т. Космаков.

Зав. Центрально-европейским отделом
В.Павлов

АВП РФ. ф. 06. on. 3. п. 13. д. 148. л. 121-125.

 

 

8. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С. ПАНЮШКИНА С МАРШАЛОМ КИТАЯ ФЭН ЮЙСЯНОМ

23 июня 1941 г.
Секретно

После обмена приветствиями, вопросов и ответов протокольного характера г-н Фэн сказал мне, что он только что пришел от генералиссимуса Чан Кайши, который проводил секретное совещание по вопросу международного

 

18

 


 

положения. На этом совещании присутствовали: Хэ Инцин, Ван Шицзе, У Тьечэн, Чжу Цзяхуа и другие. Г-н Фэн выступил на совещании последним и заявил, что с самого начала военных действий между Китаем и Японией СССР заключил с Китаем пакт о ненападении* и на протяжении ряда лет оказывал Китаю моральную и материальную помощь. Но после заключения пакта о нейтралитете между СССР и Японией многие не поняли позиции СССР и начали строить различные предположения. Тем не менее генералиссимус Чан Кайши правильно оценил сложившуюся обстановку и заявил тогда, что этот шаг СССР нужно понимать как стремление Советского Союза обезопасить себя с востока для того, чтобы подготовиться к ответу Германии на Западном фронте, и что это не может оказать какого-либо влияния на советско-китайские отношения.

Г-н Фэн заметил, что эта оценка Чан Кайши правильна и в настоящее время. Далее Фэн сказал, что в конце совещания выступил Чан Кайши, заявив, что:

1) Стремление Китая к еще большему сближению с СССР является твердой политикой правительства Китая.

2) Вследствие того, что СССР подвергся нападению агрессора, Китай должен тем более сочувствовать Советскому Союзу.

3) Китай очень хотел бы, чтобы СССР, Англия, США и Китай образовали единую линию борьбы против стран-агрессоров — Германии, Италии и Японии.

4) Отныне Китай должен умножить свои старания и работу.

5) Все газеты не должны помещать статьи, направленные против СССР (помещение антигерманских статей не запрещать).

Кроме того, Фэн сообщил, что Чан Кайши заявил также, будто на основании информации, полученной из различных источников, Япония готовится выступить в течение одного месяца против СССР в Сибири. В связи с этим, Чан Кайши просил присутствующих (в том числе Фэн Юйсяна) поставить в известность об этом советское правительство.

В заключение своего выступления Чан Кайши подчеркнул, что победа СССР над Германией будет победой Китая. Поражение СССР будет одновременно и поражением Китая.

Затем я спросил г-на Фэна о том, как США и Англия относятся сейчас к Китаю, на что он ответил, будто Англия готова помочь Китаю, но она связана войной против Германии, а что до США, то они пока что отличаются только обещаниями, причем эти бесконечные обещания продолжаются на протяжении четырех лет.

На мой вопрос о внутреннем положении в Китае г-н Фэн заметил, что Хэ Инцин и прочие продолжают стряпать всякую клевету на КПК, готовя, вероятно, какие-либо неприятности. Я спросил, не может ли повториться Аньхойский инцидент (Н.4 А.)**. Фэн ответил, что до этого дело не дойдет.

На беседе присутствовал Н. Федоренко.

Посол СССР в Китае
А. Панюшкин

АВП РФ. ф. 06. on. 3, п. 17, д. 215. л. 171-172.

_____________
* См. т. XX, док. 300.
** Новая 4-я армия Китая.

 

19

 


 

 

 

9. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С. ПАНЮШКИНА С МИНИСТРОМ КОММУНИКАЦИЙ КИТАЯ ЧЖАН ЦЗЯАО

23 июня 1941 г.
Секретно

После приветствий и краткого разговора на общие темы министр сообщил мне, что, по наведенным им справкам, скопившиеся в Хами около 2320 кг посылок и 2300 кг товаров, адресованных советским организациям в Чунцине, будут доставлены компанией «Евразия» в Чунцин в течение ближайших двух недель.

Что касается вопроса расчетов за проезд от Хами до Чунцина на самолетах «Евразии», то он положительно разрешен. Все расчеты будут производиться в Чунцине через советское посольство. Советские пассажиры, едущие в Чунцин через Хами, должны иметь соответствующую справку от советских организаций, по которой смогут получать билеты в Хами без наличных расчетов.

Затем министр заявил мне, что в связи с началом военных действий между Германией и Советским Союзом возможно, что японцы выступят сейчас против СССР.

Я ответил ему, что пока нет никаких оснований утверждать, что японцы намерены выступить против СССР и тем самым нарушить пакт о нейтралитете. Что касается Советского Союза, то он всегда честно и в полной мере выполнял и выполняет те обязательства, которые он брал на себя в результате заключенных договоров с другими государствами. Однако если кто-либо попытается напасть на нас, мы не дадим себя в обиду. СССР сумеет постоять за себя и за правду.

Министр снова спросил меня, сможет ли СССР вести войну на два фронта, т.е. против Германии и Японии одновременно? Я заявил ему, что мы не хотели бы воевать вообще, а тем более на два фронта. Мы стремились и стремимся к миру. Но если на нас нападут, то СССР сможет бороться и наносить поражения противнику на любом участке нашей границы.

Министр заметил, что этот вопрос был вызван тем, что японцы якобы всегда мечтали о захвате части советской территории, что некоторые японские военные никогда не отказывались от мысли захватить Владивосток, являющийся авиабазой СССР, что японцев более всего пугают силы Красной Армии на советском Дальнем Востоке, что поэтому японцы ждут удобного момента, чтобы выступить против СССР в направлении Байкала.

Затем министр спросил меня, смогут ли Китай, СССР, Англия и США объединиться для борьбы против агрессивных стран? Я ответил, что очень трудно судить о намерении правительств других государств.

Затем я спросил министра об отношении США к Китаю. Он заметил, что США помогают Китаю всем, что только последний заказывает. США готовы увеличить свою помощь, если Бирманская дорога сможет справиться с перевозкой грузов. О самой дороге министр сказал, что пропускная способность дороги в среднем достигает 8000 т в месяц, но Китай стремится довести погрузку до 15 000 т в месяц.

На беседе присутствовал Н. Федоренко.

Посол СССР в Китае
А. Панюшкин

АВП РФ. ф. 0100. on. 25, п. 200, д. 8. л. 147-148.

 

20

 


 

 

 

10. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ СОВЕТНИКА ПОСОЛЬСТВА СССР В КИТАЕ Г.Ф.РЕЗАНОВА С ДИРЕКТОРОМ ЗАПАДНО-АЗИАТСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА МИД КИТАЯ ЦЗОУ ШАНЮ

23 июня 1941 г.
Секретно

После обмена взаимными приветствиями, вопросов и ответов протокольного характера г-н Цзоу сказал, что он пришел по поручению министра иностранных дел Ван Чунхоя выразить сочувствие от имени китайского правительства советскому правительству по поводу нападения германских агрессоров на территорию Советского Союза, просил меня передать об этом советскому правительству и послу.

Я поблагодарил за выраженное сочувствие китайского правительства и обещал г-ну Цзоу немедленно доложить послу об этом.

Г-н Цзоу поинтересовался, как развивались события, приведшие к столкновению СССР с Германией.

Я ответил ему на его вопрос в духе речи В.М.Молотова от 22 июня с.г., выразив уверенность, что Советский Союз в борьбе с агрессором одержит победу, т.к. он ведет борьбу за правое дело. Г-н Цзоу согласился со мной, при этом добавил, что Китай уже 4 года ведет войну с японским агрессором, который никак не может разрешить китайский инцидент.

На этом беседа закончилась. На беседе присутствовал 1-й секретарь посольства тов.Матюшин.

Советник посольства СССР в Китае
Г.Резанов

АВП РФ, ф. 0100, on. 25, п. 200, д. 8, л. 144.

 

 

11. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ ВЕНГРИИ В СССР Ж.КРИШТОФФИ

23 июня 1941 г.
Секретно

Тов. Молотов заявляет, что он пригласил посланника для того, чтобы проинформироваться у него о текущих событиях. Посланнику известно о нападении Германии на СССР и о том, что началась советско-германская война. В связи с этим возникает вопрос, какова позиция Венгрии по отношению к этой войне. Желательно, чтобы позиция Венгрии была выяснена. Примыкает ли Венгрия к той или другой воюющей стороне или стоит на позиции нейтралитета?

Тов. Молотов говорит, что он может добавить, что Советский Союз не имеет никаких спорных вопросов в своих отношениях с Венгрией и не имеет к Венгрии никаких претензий. Советский Союз не имеет возражений по поводу осуществленного за счет Румынии увеличения территории Венгрии.

Криштоффи отвечает, что на вопрос о позиции Венгрии, занятой ею в связи с вооруженным конфликтом между Германией и СССР, он не может

 

21

 


 

ничего ответить, т.к. не имеет по этому вопросу инструкций от своего правительства. Посланник уже запрашивал свое правительство о позиции Венгрии, но никакого ответа до сего времени не получил. Как кажется посланнику, телеграфная связь между Москвой и Бухарестом не действует. Посланник немедленно телеграфирует своему правительству о вопросе, поставленном перед ним т. Молотовым. Вместе с тем он просит, чтобы т. Молотов дал указание об облегчении для него телеграфной связи с Будапештом. В течение последних 48 час. посланник не имеет с Будапештом никакой связи.

Касаясь вопроса об отсутствии у СССР каких-либо претензий к Венгрии, посланник выражает т. Молотову благодарность за сказанные им слова, которые он считает выражением доброй воли и которые, по его мнению, соответствуют хорошим отношениям, существовавшим между Венгрией и СССР до сего времени.

Таков официальный ответ, который может дать посланник. Однако в качестве «частного лица» он может добавить, что, судя по высказываниям прессы и по передачам будапештского радио, нельзя предполагать, что венгерское правительство имеет враждебные намерения по отношению к Советскому Союзу в связи с войной, которая началась между Германией и СССР.

Тов. Молотов говорит, что он даст указания об облегчении посланнику связи с Будапештом. С технической точки зрения это не встретит больших трудностей. Однако стоит отметить, что советское правительство тоже не имеет никакой связи со своим посланником в Венгрии т.Шароновым. Связь прервана не по нашей вине. По-видимому, тут играют роль какие-то другие обстоятельства. Что же касается позиции Венгрии по отношению к возникшей войне, то т. Молотов просит посланника ее выяснить и немедленно, по получении ответа от своего правительства, его об этом известить. Тов. Молотов выражает надежду на то, что ответ он получит незамедлительно, учитывая, что события развиваются очень быстро.

Посланник благодарит за обещанное ему содействие в установлении связи с Будапештом и обещает по получении ответа от своего правительства сообщить о нем т. Молотову.

Записал
Подцероб

АВП РФ, ф. Об, on. 3. п. 11. д. 132. л. 1-2.

 

 

12. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ СЛОВАКИИ В СССР ШИМКО

23 июня 1941 г.
Секретно

Шимко заявляет, что согласно информации, полученной им по радио, словацкое правительство прервало дипломатические отношения. Он, Шимко, сообщая об этом т. Молотову, исполняет эту горькую обязанность, тем более горькую, что он только три недели тому назад приехал в СССР и получил от своего правительства заверения, что не предвидится никаких угрожающих

 

22

 


 

событий. Одновременно он, Шимко, имеет честь сообщить, что шведское правительство дало согласие принять на себя защиту интересов Словакии в СССР[1]. Шимко просит на это согласия советского правительства. Он объясняет разрыв Словакией дипломатических отношений с СССР тем, что, как известно т. Молотову, Словакия приняла защиту Германии и обязалась координировать свою политику с политикой Германии. Шимко просит оказать содействие в деле выезда на родину словацкой миссии и выделить представителя НКИД для урегулирования всех вопросов, связанных с отъездом миссии. По вопросу условий отъезда т. Молотов заявляет, что будут обеспечены обычные условия отъезда и он не предвидит здесь затруднений. Далее т. Молотов говорит, что дело Словакии — решать вопрос об отношениях с СССР. Тов. Молотов говорит, что все же он хотел спросить, имеются ли у Словакии поводы для недовольства в отношении СССР.

Шимко отвечает, что, по его сведениям, таких поводов нет, и он объясняет действия словацкого правительства договором с Германией от 17 марта 1939 г., по которому Словакия обязалась координировать свою внешнюю политику с внешней политикой Германии.

Тов. Молотов спрашивает, можно ли понять заявление Шимко так, что Словакия вынуждена предпринять этот шаг, хотя она и не имеет претензий к СССР. Тов. Молотов говорит, что, как он понимает, и до нападения Германии на Советский Союз и после этого нападения у Словакии не было поводов для недовольства в отношении СССР. Поскольку т. Молотов мог выяснить, поводов к разрыву отношений Советский Союз не давал.

Шимко заявляет, что такие факты ему не известны. Он не получал также инструкций из Словакии о недовольстве Словакии в отношении СССР. Он не располагает дальнейшей информацией. Пока он имеет сообщение о разрыве отношений Словакии с СССР по радио из Берлина и Словакии и сообщение от шведского посланника о том, что шведское правительство приняло на себя защиту интересов Словакии в СССР.

В конце беседы Шимко вручил ноту о разрыве Словакией дипломатических отношений с СССР.

Беседу записал
Павлов

АВП РФ, ф. 06, on. 3. п. 21, д. 275, л. 2-3.

 

 

13. ИЗ ЗАПИСИ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ДАНИИ В СССР Л.БОЛТ-ИОРГЕНСЕНОМ

23 июня 1941 г.
Секретно

Я принял датского посланника Болт-Иоргенсена по его просьбе.

Посланник сообщил, что он только что вернулся из поездки в Данию, куда он выехал из Москвы 18 числа. В Москве его застали события чрезвычайной важности. Посланник не имеет никаких официальных поручений от своего правительства для передачи правительству СССР, но он хочет сделать от

 

23

 


 

своего имени заявление, что датское правительство придерживается политики нейтралитета и что такая позиция, как он полагает, не противоречит точке зрения советского правительства.

Я сказал посланнику, что я передам моему правительству сделанное им заявление.

Далее посланник передал мне для сведения список датских граждан, недавно приехавших в Москву и в настоящий момент не имеющих возможности выехать в Данию. [...]*.

Я сказал посланнику, что, если возникнут какие-нибудь вопросы в связи с пребыванием этих граждан в Москве, посланник может всегда обратиться в консульский отдел.

Уходя, посланник сказал, что он был очень тронут добрыми чувствами, выраженными т. В.М.Молотовым по отношению к его стране во вчерашнем выступлении по радио.

С.А.Лозовский

АВП РФ. ф. 06. on. 3. п. 4. д. 36. л. 76-77.

 

 

14. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ДАНИИ А.И.ПЛАХИНА В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР**

Из Стокгольма
23 июня 1941 г.

Германское правительство сообщило датскому правительству, что Советский Союз находится в войне с Германией[2]. Датское правительство приняло меры, чтобы территория миссии была оцеплена датской гражданской полицией. Представитель датского министерства иностранных дел, которое обещало нам всевозможное содействие, сообщил мне устно, что, по требованию германского правительства, прямая связь нашей миссии с Москвой отрезана; с датским министерством иностранных дел миссия, однако, имеет связь через этого представителя. Мне так же, как и всем, запрещено оставлять здание миссии. Против этого я направил протест. Потребовал официального сообщения нотой и получил. Ожидаю инструкций. Телеграфируйте открыто через датскую миссию в Москве датскому Министерству иностранных дел в Копенгаген.

Поверенный в делах СССР в Дании
Плахин

АВП РФ. ф. 06. on. 3. п. 14, д. 171. л. 3.

_____________
* Не публикуется.
** Передана в НКИД СССР через миссию Дании в Москве 25 июня 1941 г.

 

24

 


 

 

 

15. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ СКАНДИНАВСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР И.С.ЗОТОВА С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

23 июня 1941 г.
Секретно

С разрешения зам[естителя] наркома т. Вышинского сегодня, в 3 час. 30 мин., принял шведского посланника Ассарссона.

В начале беседы Ассарссон спросил о новостях в связи с германо-русской войной, и после моего ответа, что я не располагаю какими-либо сведениями, кроме уже известных, он сказал, что советник германского посольства в Москве Хильгер рассматривает германское нападение на СССР как величайшую глупость.

Я знаю, сказал А[ссарссон], что среди сотрудников финской миссии в СССР имелись крупные разногласия по вопросу о будущей финско-советской войне. Советник финской миссии Хюннинен говорил, что Финляндия не вступит в войну с СССР, если последний не нападет на Финляндию, потому что финскому народу нужен мир. Военный атташе финской миссии, наоборот, утверждал, что Финляндия обязательно должна воевать за свои бывшие территории. На этой почве между Хюнниненом и военным атташе постоянно был крупный спор. Для Швеции выступление германских войск было неожиданным. Еще совсем недавно, во время визита шведского министра иностранных дел Понтера в Финляндию, президент Финляндии и министр иностранных дел Финляндии заверили Гюнтера, что Финляндия не вступит в войну с СССР, если Советский Союз не нападет на Финляндию. То же самое говорил и финский министр обороны. Но за последнее время, сказал А[ссарссон], стало видно, что германские войска просачиваются в Финляндию в больших размерах, не менее пяти — шести дивизий. Стало ясным, что столкновение между Советским Союзом и Германией неминуемо.

Военные круги Финляндии, продолжает А[ссарссон], стали развивать бешеную пропаганду о том, что СССР готовится к выступлению против Финляндии, что якобы Ленинград, Выборг и все прочие железнодорожные станции по пути в Финляндию заполнены красноармейцами. Финский народ не хочет воевать, и он, как и шведский народ, давно не воевал. На эту войну финский народ пойдет против своей воли. Напасть на СССР мог только Гитлер — самый лучший друг вчера и самый худший враг сегодня.

Затем А[ссарссон] передал мне ноту шведской миссии с извещением о том, что правительство Швеции приняло на себя защиту словацких интересов в Советском Союзе и что надлежащие формальности в этом отношении были совершены совместно со словацкой миссией в Москве*.

Ознакомившись с содержанием ноты, я обещал передать ее руководству Наркомата.

А[ссарссон] спросил, кто будет защищать немецкие интересы в Москве. Я ответил ему, что мне ничего не известно.

А[ссарссон] спросил, не имею ли я каких-либо сообщений от т. Орлова** о позиции финского правительства.

_____________
* См. док. 12, прим. 1.
** П.Д.Орлов — посланник СССР в Финляндии с 11 апреля 1941 г. по 22 апреля 1941 г.; верительные грамоты вручены 23 апреля 1941 г.

 

25

 


 

Ответил ему, что сведений из Хельсинки нет, так как Орлов никуда не ходит.

А[ссарссон] сообщил, что, начиная со вчерашнего дня, он не имеет никаких сообщений из Швеции.

В конце беседы А[ссарссон] рассказал о своей дипломатической карьере, подчеркнул, что в Москве он был дважды: в 1932 г. и в 1940 г., когда он прибыл в Москву как посланец организации мира. А[ссарссон], по его словам, очень любит Москву, восхищается ростом Советского Союза и его столицы; он очень не хотел бы видеть в небе германские самолеты, разрушающие Москву. В этой связи он заметил, что советник германского посольства Хильгер пригласил его жить на свою дачу, и поэтому А[ссарссон] хотел бы просить НКИД разрешить ему проживать на даче Хильгера.

Я ответил, что этими вопросами ведает протокольный отдел НКИД, и по выяснении этого дела я сообщу шведской миссии.

Беседа велась на английском языке. Переводил референт т. Мальгин.

Заведующий Отделом скандинавских стран
И.Зотов

АВП РФ, ф. 06, on. 3, п. 26, д. 357, л. 24-26.

 

 

16. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

24 июня 1941 г.
Секретно

Я вызвал Ассарссона и заявил ему, что прошу его передать шведскому правительству просьбу советского правительства о том, чтобы посланник Швеции в Берлине взял на себя защиту интересов СССР и советских граждан в Германии, Венгрии и Словакии.

Ассарссон ответил, что он сейчас же отправит телеграмму по этому вопросу своему правительству.

Затем Ассарссон начал сразу говорить о многих вопросах, и прежде всего о советско-германской войне и о своих разговорах с членами дипкорпуса в Москве. Для Шуленбурга и Хильгера война была, по его мнению, неожиданностью. Шуленбург ему рассказывал, что когда он был у Гитлера 29 апреля на приеме, то Гитлер ему сказал: «Это было бы сумасшествием, я не хочу войны с русскими». Шуленбург верил в это заявление Гитлера и неоднократно говорил ему (Ассарссону), что слухи о войне между Германией и СССР ни на чем не основаны. Он встретил своего старого друга Хильгера 20 июня и поразился растерянному и удрученному виду Хильгера. Хильгер ему говорил о том, что ни он, ни Шуленбург ничего не знают, что если бы война началась между Германией и СССР, то это была бы самая непопулярная война в Германии и такая война кончилась бы катастрофой. Он, Ассарссон, верит в искренность Шуленбурга и Хильгера и считает, что для них обоих, особенно для Хильгера, это личная катастрофа, поскольку вся их многолетняя работа, посвященная сближению между Германией и СССР, превратилась в прах. Он имеет основание думать, что военные атта-

 

26

 


 

ше Ашенбреннер и Браумбах знали о готовящемся выступлении против СССР. Россо* , которого он видел 21 июня, говорил ему о том, что он совершенно не понимает Гитлера. Выступление Германии против СССР было бы сумасшествием, сказал ему Россо.

Затем он перешел к Финляндии, отметив, что министр иностранных дел Швеции, будучи с визитом в Хельсинки, слышал от всех министров, что финское правительство хочет быть в мире со своим северным соседом, ничего не предпринимает и ничего не будет предпринимать против СССР. За этот короткий срок многое изменилось, и сегодня утром советник финского посольства Хюннинен сказал советнику шведского посольства, что финское правительство ищет какого-нибудь повода, чтобы оправдать перед финским народом свое военное выступление против СССР. Дальше он длинно говорил относительно того, что Паасикиви удавалось довольно долго удерживать финское правительство от авантюр, но именно поэтому он, очевидно под влиянием немцев, был снят со своего поста.

Ассарссон далее перешел к позиции Швеции. Когда он несколько дней тому назад был в Стокгольме, министр иностранных дел Швеции ему сказал, что слухи об уступке немцам Готланда и вообще о больших уступках немцам, особенно по вопросу о железной руде, ни на чем не основаны. Швеция будет драться до конца при малейшей попытке Германии ограничить в чем бы то ни было ее суверенитет. Он думает, что изложенная министром иностранных дел позиция Швеции не изменится в связи с началом военных действий между Германией и СССР. Дальше он начал возмущенно говорить о декларации Гитлера и о ноте Риббентропа. Он помнит хорошо свои разговоры с Шуленбургом и с Россо после возвращения т. Молотова из Берлина и поэтому может с категоричностью утверждать, что Гитлер просто лжет. Особенно ему ясна ложь, когда дело идет о Криппсе. Несчастный Криппс, который жаловался, что его не принимают, что не отвечают на его предложения, вдруг оказывается организатором англо-советского соглашения против Германии.

Здесь он прервал свои лирические излияния и как бы мимоходом спросил меня, заключен ли уже пакт между Англией и СССР. Я ответил, что мне об этом ничего неизвестно.

Ассарссон далее заявил, что Гитлер просчитался. Он надеялся вызвать симпатии в Англии и в Соединенных Штатах своим нападением на Советский Союз, а в ответ получил декларацию Черчилля. Гитлер надеялся и надеется на блицкриг, но уже видно, что из этого ничего не выйдет. Германские войска заняли некоторые позиции, но это преимущество небольшое.

Я отметил, что это преимущество предательства, ибо неожиданное нападение из-за угла и удар в спину ножом дают нападающему некоторое преимущество, но это преимущество небольшое и в данном случае явно невыгодное для Гитлера.

Дальше Ассарссон начал говорить о том, что, по полученным сведениям, население чрезвычайно спокойно и дисциплинированно вело себя в эту ночь в связи с воздушной тревогой. Потом он перескочил на вопрос о шведско-советских отношениях, начал говорить о том, что мы дружески разрешили все вопросы, несмотря на то что были разногласия. Потом он начал жаловаться на трудность связи со Стокгольмом и тут же мимоходом сказал, что

_____________
* Посол Италии в СССР.

 

27

 


 

он хотел бы взять дачу его друга Хильгера в Серебряном Бору. Затем он спросил, может ли он нанести визит своим друзьям Хильгеру, Шуленбургу, Россо и другим.

Я ответил, что это невозможно, так как они в порядке взаимности изолированы от внешнего мира.

После этого он начал рассказывать, кто из жен дипломатов уехал в Стокгольм, а затем начал выражать сочувствие своему другу Гафенку. Гафенку ему клялся, что он не вернется в Румынию до тех пор, пока там у власти легионеры и генерал Антонеску, а теперь ему придется поехать в Румынию. Сможет ли Гафенку, спросил меня Ассарссон, поехать в какую-либо другую страну?

На это я ответил, что это дело самого г-на Гафенку.

На этом беседа закончилась.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.Лозовский

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 4. д. 36, л. 80-83.

 

 

17. ИЗ ДНЕВНИКА* ПОСЛА СССР В ЯПОНИИ К.А.СМЕТАНИНА

24 июня 1941 г.
Секретно

(...) Вчера в 3 час. 30 мин. дня я вместе с т.Маликом был у Мацуоки. На этот раз он принял нас в МИДе, а не в своей официальной резиденции. Я заметил у Мацуоки одну особенность: наиболее интимные и важные беседы он проводит у себя на квартире, за чашкой чая. Официально — торжественные встречи или подчеркнутые с целью угодить тому или иному послу и стране им представляемой — Мацуока устраивает прием в своей официальной резиденции, все же остальные встречи проводит в МИДе, часто поручая проведение их своему заместителю или начальнику департамента. До сих пор я встречался с Мацуокой или у него на квартире, или в официальной его резиденции. Сегодня впервые он принял меня в казенной обстановке МИДа.

Правда, он начал нашу беседу с приветствий, справляясь о моем здоровье, заявляя, что он никак не ожидал сегодня меня встретить, предполагая, что я еще болен.

Я выразил личную благодарность за внимание, за помощь, а также просил это передать его заместителю Охаси и сотрудникам МИДа, оказывавшим мне содействие во время моей болезни.

Мацуока подчеркнул, что он лично добивался, чтоб разрешили нашему самолету вместе с нашими врачами прибыть в Японию, но «военные власти Японии этого не разрешили», закончил Мацуока.

После этих вступительных слов я сообщил ему, что пришел выяснить один вопрос.

Перед этим я спросил Мацуоку, знаком ли он с полным содержанием заявления** нашего наркома иностранных дел т. В.М.Молотова по поводу

_____________
* Остальная часть материала, не вошедшая в том, повторяет уже представленные документы или носит второстепенный характер.
** См. док. 1.

 

28

 


 

начала военных действий со стороны Германии против СССР. Мацуока сообщил, что он с полным текстом не знаком. Тогда я попросил переводчика МИДа Нагучи перевести Мацуоке это заявление, которое я захватил с собой. На это Мацуока заметил, что он имеет по поводу этого заявления информацию от своего посла в Германии Осимы и от Татекавы и с основным содержанием заявления г-на Молотова он знаком, но просил оставить текст этого заявления для последующего ознакомления с ним.

Я задал Мацуоке основной вопрос о позиции Японии в отношении этой войны и будет ли Япония соблюдать нейтралитет так же, как его соблюдает СССР в соответствии с пактом о нейтралитете между СССР и Японией от 13 апреля с.г.

Мацуока уклонился от прямого ответа и заявил, что его позиция по этому вопросу была изложена в свое время (22 апреля с.г.) в его заявлении после возвращения из Европы. И тут же Мацуока подчеркнул, что основой внешней политики Японии является тройственный пакт и, если настоящая война и пакт о нейтралитете будут находиться в противоречии с этой основой и с тройственным пактом, то пакт о нейтралитете «не будет иметь силы». Но что окончательно позиция Японии выявится после завтрашнего (25 июня) заседания кабинета. (Подробно о заявлении Мацуоки я изложил в спец. телеграмме.)

Вслед за этим Мацуока стал подробно говорить о том, что он не ожидал такого оборота, и стал защищать позицию Германии, в частности подчеркнув, что в связи с внезапным отъездом английского посла Криппса из Москвы у него самого возникла мысль «о сговоре СССР с англо-саксонским блоком».

Я подробно объяснил нашу позицию в этом вопросе, подчеркивая, что советское правительство до последней минуты соблюдало условия пакта с Германией и у последней не было никаких оснований обвинять СССР в несоблюдении этого пакта.

Я указал Мацуоке, что из факта внезапного отъезда Криппса из Москвы нельзя делать таких выводов, которые делает сам Мацуока.

Мацуока в ответ заявил, что ему трудно сейчас разобраться и выявить, «кто прав и кто виноват», и что он снова подробно ознакомится со всеми материалами, в частности с заявлением т. Молотова, и после этого будет иметь свое суждение.

Я просил Мацуоку быть объективным в своих анализах настоящих фактов, «как подобает деятелю, которого советский народ принимал у себя, считал и считает как сторонника улучшения дружественных отношений между СССР и Японией».

В заключение я высказал пожелание, чтоб Мацуока меня пригласил сразу же, как только правительство решит этот вопрос.

В ответ Мацуока заявил: «Я так и сделаю».

На этом беседа закончилась. Вся она, за исключением первых минут, проходила в сухом тоне со стороны Мацуоки (не то, что было недавно). [...]

Посол СССР в Японии
К.А. Сметанин

АВП РФ, ф. 0146. оп. 24. п. 224, д. 7, л. 341-342.

 

29

 


 

 

 

18. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ТУРЦИИ В СССР А.АКТАЕМ*

24 июня 1941 г.
Секретно

Тов. Молотов заявляет, что он пригласил к себе посла для того, чтобы узнать, имеет ли посол официальные указания о позиции турецкого правительства по отношению к войне между Советским Союзом и Германией.

Посол отвечает, что он, к сожалению, уже четыре дня не имеет никаких сообщений от своего правительства. Он хотел даже обратиться к т. Баркову с тем, чтобы выяснить, не были ли задержаны его телеграммы. Посол слышал вчера по радио из Анкары, что турецкое правительство заявило о своем решении соблюдать строгий нейтралитет по отношению к обеим воюющим державам. Сегодня турецкое радио передавало содержание ряда статей из турецкой печати, посвященных войне между СССР и Германией. В статьях также говорится о решении правительства Турции придерживаться позиции нейтралитета по отношению к обеим воюющим странам. Посол считает, что турецкое правительство будет сохранять строгий нейтралитет по отношению к Советскому Союзу, единственному государству, оказавшему помощь турецкой республике в ее борьбе за независимость. Турецкое правительство всегда сохраняет чувство глубокой и самой искренней признательности к Советскому Союзу.

Посол повторяет, что он не имеет официальных инструкций из Анкары, но он немедленно запросит свое правительство по этому вопросу и по получении ответа тотчас же сообщит его т. Молотову.

Тов. Молотов заявляет послу, что его как представителя советского правительства интересует вопрос, придерживается ли правительство Турции позиции нейтралитета или же оно примыкает к той или иной воюющей стороне.

В части, касающейся телеграфной связи между посольством и Турцией, т. Молотов обещает принять все меры к тому, чтобы связь была обеспечена.

Посол благодарит т. Молотова и вторично заявляет о том, что он немедленно запросит свое правительство по интересующему советское правительство вопросу.

Прощаясь с т. Молотовым, посол пожелал Советскому Союзу успеха в настоящей войне.

Записала
Чумакова

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 5. л. 32-33.

_____________
* Помета на документе: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 30.VI.41».

 

30

 


 

 

 

19. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ РУМЫНИИ В СССР Г.ГАФЕНКУ

24 июня 1941г.
Секретно

Тов. Молотов заявляет, что советское правительство до сего времени не имеет официального сообщения о позиции, занятой Румынией по отношению к войне между СССР и Германией. Однако ясно, что у Советского Союза с Румынией не просто старые отношения. Румыния участвует в разбойничьем нападении Германии на СССР. Своим нападением на СССР Румыния связала себя с Германией. Может ли посланник официально информировать правительство СССР о позиции, которую занимает Румыния?

Посланник отвечает, что он не имеет от своего правительства никаких инструкций для ответа на поставленный вопрос. Он вообще не имеет телеграфной связи с Бухарестом. Судя по тому, что он слышал по радио, отношения между СССР и Румынией, как ему кажется, порваны. Не известило ли румынское правительство о своей позиции непосредственно миссию СССР в Бухаресте?

Тов. Молотов отвечает, что у него нет никаких сообщений из Бухареста, но ему известно, что Румыния открыла фронт на границе с Советским Союзом и участвует в разбойничьем нападении на нашу страну. Мы сделали из этого вывод и отвечаем на нападение. Тов. Молотов говорит, что он хотел бы узнать о позиции румынского правительства, которая спрятана, так как румынское правительство спряталось и втихомолку присоединилось к германским фашистам. Мы считаемся с фактами. Выводы нами сделаны из факта нападения на СССР.

Посланник отвечает, что он не знает ничего, кроме тех фактов, о которых уже говорилось. Из них можно сделать вывод, что дипломатические отношения между нашими странами порваны. Это — вывод из фактического положения. Посланник полагает, что дипломатические отношения должны быть прекращены общепринятым в таких случаях путем. Посланник уверен, что его советский коллега в Бухаресте получит от румынского правительства свои паспорта. Он, Гафенку, ожидает, что будут даны распоряжения о том, чтобы как он, так и члены его дипломатической миссии получили свои паспорта.

Далее посланник говорит, что в личном порядке он хочет сказать следующее. Он прибыл сюда 10 месяцев тому назад. По прибытии он был принят т. Молотовым и сказал ему о своем большом желании и о своей твердой воле работать на пользу мира между обеими странами. Он считает, что он лояльно выполнял то, что считал своим долгом. Лично он очень затронут констатацией неудачи своих искренних усилий. Он считает своим долгом поблагодарить т. Молотова и советское правительство за вежливое и любезное отношение к нему в Москве.

Есть обстоятельства, которые более сильны, чем воля отдельного человека.

Тов. Молотов заявляет, что он может добавить к своим словам следующее: после разрешения вопроса о Бессарабии у советского правительства нет никаких претензий к Румынии, у советского правительства было только желание иметь с Румынией хорошие отношения. Советское правительство заявило в свое время Германии, что оно считало нарушением добрых отношений между Советским Союзом и Румынией дачу Румынии так называемых гарантий. Советское правительство поняло эти гарантии так, что Румыния была поставлена в зависимость от Германии, была подчинена воле германских национал-социалистов. Вступление германских войск в Румынию советское прави-

 

31

 


 

тельство рассматривало как оккупацию Румынии германскими войсками. Теперь мы видим, что Румыния пошла дальше по этому пути и участвует в разбойничьем нападении на Советский Союз. Мы сделали все выводы из этого факта, хотя Румыния и не решилась открыто объявить войну Советскому Союзу и заявить, чего она хочет от СССР. Румыния участвует в разбойничьей войне против СССР, и наша позиция будет вытекать из этого факта.

Гафенку, волнуясь, говорит, что затронутая проблема является проблемой международных сил, которые более могущественны, чем воля малой страны. Румыния была вовлечена в «мировой шок».

Гафенку подчеркивает, что он говорит об этом не как политический деятель, а как дипломат. Как политик он может иметь то или иное мнение о происходящих событиях, но как дипломат он является солдатом своей страны. Он сожалеет, что захват Бессарабии был осуществлен Советским Союзом в столь насильственной форме и сопровождался занятием Буковины и района старой Румынии — Герца. В Румынии это событие породило опасения, что гигантская Россия «перешагнет через все». Реакцией на это настроение было то, что в Румынии стали искать опоры, стали искать покровителя вовне. Он, Гафенку, не может сказать, плохо это или хорошо. Сейчас он рассуждает об этом не как политик, а как дипломат.

Будучи министром иностранных дел, он занимал по отношению к СССР искреннюю и благожелательную позицию и заявлял то, что он повторял на посту посланника в Москве: независимость Румынии и ее границ является залогом спокойствия и безопасности для ее соседей. Если бы неприкосновенность Румынии не была затронута, то Германия не захотела бы пройти через Румынию, так как последняя была бы поддержана своими соседями. Когда Советский Союз занял Бессарабию, Буковину, район Герца и даже мелкие острова на Дунае, то в Румынии возник страх за свое национальное существование. В страхе Румыния искала гарантий. Гафенку не знает, хорошо ли поступила Румыния, — об этом пусть скажет история. Он полагает, что в обстоятельствах, о которых он говорил, лежит причина достойного сожаления события: разрыва отношений между Румынией и СССР.

Тов. Молотов отвечает, что он имеет свое мнение по вопросу о Бессарабии. К решению вопроса о Бессарабии Румыния должна была прийти раньше, не доводя этого дела до конфликта. В настоящий момент вопрос уже идет не о той или иной территории Румынии, а о существовании самой Румынии как государства. Германия не церемонится с малыми государствами и не допускает их независимости.

Мы не угрожали Румынии, и после ликвидации вопроса о Бессарабии ни на что в Румынии не претендовали. Румыния напала на страну, которой она обязана в прошлом своим существованием. Румыния может пожалеть об этом. Следует учитывать, что даже победа Германии опасна для Румынии. Румыния ничего не выиграет от германской победы. Однако румынские правящие крути и генерал Антонеску пошли по этому пути. Пусть об этом судит история.

Гафенку слушает слова т. Молотова в сильном волнении и не скрывает своих слез. Прощаясь, он пожимает т. Молотову руку и еще раз благодарит за хорошее отношение к нему в Москве. Я этого никогда не забуду, говорит Гафенку.

Записал
Подцероб

АВП РФ. ф. 06. on. 3, п. 20, д. 256. л. 1-5.

 

32

 


 

 

 

20. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВЫМ

24 июня 1941 г.
Секретно

Сегодня в 21 час я принял болгарского посланника Стаменова по его просьбе.

Стаменов, сказав, что он уже послал в Наркоминдел сегодня днем ноту по этому вопросу, заявил мне, что, согласно полученному от болгарского правительства уведомлению, болгарская миссия в Москве уполномочена принять на себя защиту германских интересов на территории Союза ССР*. Стаменов просил меня передать об этом правительству СССР.

Я ответил Стаменову, что передам правительству сделанное им заявление, после чего дам ответ.

Далее Стаменов сказал «в порядке простой информации», как он выразился, что 22 июня в Москву прибыли с сибирским поездом 30 германских подданных. Они просят разрешения обратиться в посольство за получением виз на выезд из СССР.

Тут же Стаменов перешел к вопросу о Румынии. Он хотел бы довести до моего сведения, что Гафенку обратился к нему по телефону с просьбой принять на себя заботу об интересах Румынии в СССР. Стаменов спросил Гафенку, имеет ли он официальное уведомление своего правительства на этот счет и каково отношение Румынии к конфликту между СССР и Германией, на что Гафенку заметил, что ему это не известно, официальных указаний он не получал, но газеты передавали, что румынское правительство предложило советскому посланнику покинуть Румынию. На это Стаменов якобы ответил, что он не понимает, как Гафенку может ставить такой вопрос, не выяснив предварительно отношение своего правительства к конфликту. Стаменов отказался принять предложение Гафенку, заявив, что он не получал никаких указаний от своего правительства.

С аналогичной просьбой обратился к Стаменову также и словацкий посланник, правда, в порядке зондирования почвы. Стаменов ответил словацкому посланнику, что он не имеет инструкций о принятии на себя защиты интересов Словакии в Советском Союзе.

Стаменов справился, может ли болгарская миссия в прежнем порядке посылать в Софию шифрованные телеграммы.

Я ответил, что шифртелеграммы могут посылаться миссией в том же порядке, как они посылались до настоящего времени.

Стаменов далее обратился с просьбой оказать содействие в выезде из Москвы пяти болгарских гражданок с маленькими детьми. Сейчас как раз собираются выезжать турецкие женщины, может быть, можно будет болгаркам присоединиться к ним?

Я ответил Стаменову, что не вижу препятствий в выдаче этим болгарским гражданкам выездных виз, и рекомендовал ему обратиться в соответствующий отдел НКИД.

Прощаясь со мной, Стаменов сказал, что ему очень не хочется принимать на себя такое тяжкое бремя, как защита германских интересов в Совет-

_____________
* См. док. 24, прим. 4.

 

33

 


 

ском Союзе, с другой же стороны, он рад этому поручению, так как оно свидетельствует о том, что он останется в том же положении, в каком он находился до конфликта между СССР и Германией. Затем он сказал: «До чего дожили...» — и привел начало латинской пословицы: «Кого бог хочет погубить...» (имея, очевидно, в виду пословицу: «Кого бог хочет погубить, того он лишает разума»).

Беседа продолжалась 15 мин. в присутствии т. Чумаковой.

А.Вышинский

АВП РФ, ф. Об, оп. 3, п. 3. д. 29, л. 66-67.

 

 

21. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ КИТАЯ ВАН ЧУНХОЕМ

25 июня 1941 г.
Секретно

После взаимных приветствий, вопросов и ответов протокольного характера министр провозгласил тост в честь победы СССР над германским агрессором, вторгнувшимся на территорию СССР.

Я, в свою очередь, пожелал Китаю успеха в его борьбе.

Затем министр заявил, что правительство и народ Китая выражают свое сочувствие и полную солидарность правительству и народам СССР, подвергшимся нападению агрессора. Я поблагодарил министра за высказанное, заметив, что СССР всегда точно и неизменно выполняет все договоры и соглашения, которые он заключал с другими странами, и не давал никакого повода для упреков его в нарушении или отступлении от взятых на себя обязательств. Мы стоим за правое дело, мы уверены в победе Красной Армии над немецким агрессором.

Министр сказал, что он прочел воззвание Гитлера и пришел к убеждению, что в нем нет ни одного веского основания для оправдания объявления войны СССР. Заявление же г-на Молотова отличается точностью и неоспоримостью логических выводов в отношении этой войны. Я согласился с тем, что у Гитлера действительно нет никаких оснований для оправдания агрессивных действий против СССР. За словесным покровом трудно обнаружить какое-либо содержание или смысл в его выступлении. Гитлер войдет в историю как агрессор и зачинщик войн.

Затем я спросил министра о нынешнем положении на Дальнем Востоке. Он сказал, что Япония, по его мнению, может пойти по трем путям:

1. Экспансия на юг.

2. Экспансия на север.

3. Временный нейтралитет в отношении войны СССР с Германией и нажим на Китай. Однако более вероятным вариантом, подчеркнул министр, может оказаться выступление Японии на север, т.е. против СССР. Япония ожидает удобного момента для того, чтобы выступить против СССР и разрешить все назревшие у нее вопросы на наиболее выгодных для нее условиях.

Я согласился в общем с анализом министра, заявив, однако, что сейчас нет еще оснований, чтобы говорить о том, что Япония выступит против СССР в ближайшее время. СССР твердо выполняет взятые на себя обязательства, но

 

34

 


 

он готов дать отпор всяким попыткам нарушить свои государственные границы. В этой связи министр поинтересовался, сможет ли Восточный фронт СССР вести самостоятельные операции. Я сказал, что в силу отдаленности Западного и Восточного фронтов трудно говорить о их взаимодействии, поэтому два этих фронта, по существу, должны проводить самостоятельные операции.

На мой вопрос, как будут вести себя здесь США, министр сказал, что они будут еще активнее и интенсивнее в своей политике на Дальнем Востоке. Это видно из того, что в Маниле также объявлено эмбарго на большое количество товаров, среди которых немало предметов невоенного характера. Кроме того, США стали активнее помогать Китаю.

Затем министр передал мне, что, по сообщению Кларка Керра, британское правительство заявило СССР о своей готовности помочь СССР, хотя последний не очень, кажется, нуждается в этом, и что правительство СССР как будто уже приняло это предложение.

На мой вопрос, какую позицию займет Китай в свете создающейся на Тихом океане обстановки, министр заявил, что Китай будет продолжать борьбу, что отношения Китая с СССР должны крепнуть, что Китай считает Германию Японией на западе.

Я спросил министра, не знает ли он причин, почему японское правительство до сих пор не заявило об его отношении к развернувшимся на западе событиям. Он ответил, что Япония, в сущности, совсем прекратила так называемую экспансию на юг именно потому, что не хочет рисковать своим морским флотом. Выступление на север может обойтись без этого риска, поэтому она, вероятнее всего, выжидает удобного момента. Тем более что еще до войны Германии против СССР Мацуока неоднократно заявлял о том, что Япония будет выполнять свои обязательства, взятые ею в связи с пактом трех держав.

Таким образом, Япония сейчас занята проблемой, как ей поступить в настоящее время, выжидая разворота событий на западе.

На беседе присутствовали Цзоу Шаню, Г.Ф.Резанов, Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ. ф. 06. оп. 3, п. 17, д. 215, л. 178-180.

 

 

22. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ИТАЛИИ В СССР А.РОССО

25 июня 1941 г.
Секретно

Посол, явившийся на прием в сопровождении атташе посольства Релли, заявил, что 22 июня он слышал по радио, что будто бы итальянское правительство сделало послу СССР в Риме сообщение об объявлении войны Советскому Союзу. Однако итальянское посольство в Москве до сего времени не имеет от своего правительства сообщения об его отношениях с СССР. Посол высказал предположение, что он не имеет сообщения от своего правительства по причине отсутствия телеграфной связи между Москвой и Римом. Не было ли сообщения от посла СССР в Риме Горелкина об официальном

 

35

 


 

заявлении итальянского правительства? Может быть, советское правительство само сделало какое-либо заявление итальянскому правительству, но посол этого не знает?

Я ответил, что такого сообщения от Горелкина мы не имеем, и посоветовал послу запросить Рим. Что касается второго вопроса, то послу должно быть известно, что советское правительство никаких заявлений не могло делать, так как войны не объявляло.

Россо ответил, что он уже 3 раза запрашивал Рим, но никакого ответа не получил. Дважды он телеграфировал сам и один раз, опасаясь, что его телеграммы не доходят по назначению, через посредство миссии одной нейтральной державы. Однако ответа нет.

Россо обещал немедленно сообщить мне, если он получит телеграмму от своего правительства, об отношении последнего к СССР.

Посол пояснил, что целью его визита ко мне было:

1. Узнать, нет ли в распоряжении Наркоминдела официального уведомления о позиции Италии, поступившего помимо посольства.

2. Выяснить, следует ли принимать меры к отъезду итальянского посольства. В заключение Россо, волнуясь и краснея, заявил, что еще 10 дней тому

назад он не думал, что ему придется обращаться в Наркоминдел с такого рода вопросами. Он весьма сожалеет, что его миссия в Москве оканчивается столь неудачно. Уходя, Россо откланялся издали, не делая попытки подать руку. Я ответил сухим кивком головы и вышел из приемной, не подав, разумеется, руки в свою очередь.

На беседе присутствовал т. Подцероб.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. 06, оп. 3, п. 3, д. 29. л. 71-72.

 

 

23. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ВЕНГРИИ В СССР Ж.КРИШТОФФИ

25 июня 1941 г.
Секретно

Криштоффи заявил мне, что он должен сделать следующее сообщение:

«Как, по-видимому, уже известно г-ну Вышинскому, венгерское правительство 23 июня решило порвать дипломатические отношения с Советским Союзом, о чем в тот же день было нотифицировано советскому посланнику в Будапеште г-ну Шаронову[3]. Поэтому мне остается лишь отметить этот акт и констатировать, что моя миссия в Москве считается оконченной. Я надеюсь, что советское правительство даст возможность венгерской миссии покинуть территорию Советского Союза. В тот момент, когда я смогу покинуть советскую территорию вместе со всем персоналом венгерской миссии, советской миссии в Будапеште будет предоставлена возможность покинуть пределы Венгрии».

Я ответил Криштоффи, что мы готовы выполнить просьбу г-на Криштоффи на основе взаимности.

Криштоффи добавил к своему сообщению, что он сможет лишь в том случае покинуть Советский Союз, если вместе с ним будут находиться все

 

36

 


 

сотрудники венгерской миссии. В настоящее же время четыре женщины, являющиеся сотрудницами венгерской миссии в Москве и выехавшие в Венгрию через Берлин 21 июня, задержаны советскими властями в Минске. Криштоффи уже сделал два демарша перед протокольным отделом по поводу этих четырех женщин, но его демарши до сих пор не дали никакого результата. Поэтому он вынужден просить меня принять энергичные меры к возвращению этих женщин в Москву.

Я заявил Криштоффи, что приезд их в Москву невозможен, но что они будут эвакуированы вместе со всей миссией.

Криштоффи высказал также пожелание о том, чтобы миссии было разрешено выехать в Венгрию через Турцию. Он считает, что, может быть, следовало бы просить турецкое правительство осуществить этот взаимный обмен советской и венгерской миссиями. Я не возражал.

Затем Криштоффи информировал меня о том, что болгарский посланник получил из Софии указание взять на себя обязанности защищать венгерские интересы в СССР. Поэтому венгерская миссия просит советское правительство дать ей возможность поддерживать контакт с болгарской миссией для обсуждения всех деталей предстоящего обмена.

На это я ему заметил, что от Стаменова мы соответствующего представления не имеем. Далее я попытался уточнить заявление Криштоффи о разрыве дипломатических отношений с СССР, имея в виду заявление, полученное Шароновым от венгерского МИДа о разрыве отношений без объявления войны.

Криштоффи и после повторных моих вопросов не дал на этот вопрос внятного ответа. Сначала он сказал, что в сделанной нотификации ничего не говорится о войне и лично он полагает, что Венгрия не будет принимать участия в войне, но затем сослался на то, что не имеет на этот счет никаких инструкций от своего правительства, хотя он и запросил их после беседы с т. Молотовым.

Уходя, К[риштоффи] заметил, что лично он весьма огорчен всем тем, что произошло.

Я не поддержал эту его попытку обмена личными впечатлениями. При беседе присутствовал т. Новиков. Беседа продолжалась 10 мин.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 3. д. 29. л. 68-70.

 

 

24. ЗАПИСЬ ТЕЛЕФОННОГО РАЗГОВОРА ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ БАЛКАНСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В.НОВИКОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВЫМ

25 июня 1941 г.
Секретно

По поручению т.Вышинского я позвонил Стаменову и сообщил ему, что Наркомат получил ноты болгарской миссии о принятии болгарской миссией на себя обязанностей защищать интересы Германии, Румынии и Венгрии в СССР[4]. Я добавил ему, что НКИД принимает эти сообщения миссии к сведению и будет иметь их в виду при дальнейших сношениях с болгарской миссией.

 

37

 


 

Стаменов, со своей стороны, сказал мне, что он не знает, каким образом он сможет осуществить защиту германских интересов, поскольку он не имеет никакого контакта с бывшим германским посольством. С венграми и румынами он может сноситься по телефону. Что касается бывшего германского посольства, то, по американским сообщениям, весь состав последнего переведен в какую-то местность на Транссибирской железной дороге, о чем он не был уведомлен. Он просил меня передать т. Вышинскому о том, что без возможности поддерживать контакт с бывшим германским посольством он не в состоянии будет выполнять свою миссию защиты интересов Германии. В частности, до сих пор он не имеет никаких сведений о том, как обстоит дело с 30 германскими гражданами, о которых он мне сообщал 22 июня.

Стаменов просил также, чтобы т.Вышинский выделил какое-либо лицо, может быть, из числа работников протокольного отдела, с которым он мог бы регулярно связываться по вопросам зашиты интересов Германии, Румынии и Венгрии.

Я ответил ему, что мне ничего не известно о положении бывшего германского посольства и я не могу ему сейчас сообщить какие-либо сведения по этому поводу. Я обещал ему передать т.Вышинскому его просьбу об установлении контакта с бывшим германским посольством и о том, чтобы один из сотрудников протокольного отдела был намечен в качестве лица для сношения со Стаменовым по вопросам защиты германских, румынских и венгерских интересов.

Заведующий Отделом балканских стран
Н. Новиков

АВП РФ. ф. 06, on. 3. п. 10, д. 121. л. 9-10.

 

 

25. ДОНЕСЕНИЕ ВОЕННОГО АТТАШЕ ПОСОЛЬСТВА СССР В ЯПОНИИ ГУЩЕНКО НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По телеграфу
25 июня 1941 г.

Из разговоров, моих и работников, с японцами установил:

1. Для простого народа и интеллигенции выступление Германии против СССР было полной неожиданностью. Они рассказывали, что когда банковские служащие Иокогамы узнали об этом событии, то многие из них говорили: «Пришло такое время, что если призовут в армию, то не будем знать, на кого направлять ружье, ибо непонятно, кто враг, а кто друг».

2. Эта категория людей ясно понимает, что наступающей стороной является гитлеризм, порвавший договор, как простую бумажку, а отсюда — верить Гитлеру нельзя.

3. Оценивая взаимоотношения Японии и СССР, простой народ и интеллигенция говорят: Япония не может воевать против СССР, от этой войны она не может получить ничего, следовательно, воевать в пользу Германии могут только дураки. Мы получили экономические выгоды от торговли на основании заключенных договоров. Мы воюем уже четыре года, мы устали. Денег нет, все дорого, и ничего нет, зарплата уже почти не обеспечивает прожи-

 

38

 


 

точного минимума. Это ярко показала иокогамская демонстрация в мае против закрытия порта, где было арестовано 300 человек.

4. На усиленно развернувшуюся пропаганду немцев, которая заполняет газеты до 75% всех статей, простые люди читают и удивляются: «Как Германия сильна — 2000 самолетов сбила!», верят в написанное. Люди, способные мыслить, говорят: «Здесь правды от 50% до 5%».

Немецкая ложь и демагогия проводятся на основе зашиты интересов всего мира против коммунизма.

5. Генералы Араки и Сида с прогнозами современной войны по-детски заявляют, что Германия разобьет СССР в два-три месяца. Соотношение сил строится арифметически, без политического анализа, без анализа запасов стратегического сырья и промышленных мощностей, следовательно, прогнозы звучат неубедительно и наивно, но народ, читая их, верит, что немцы сильнее.

6. Правительство уже три дня совещается и не может принять решение по вопросу своего отношения к войне, есть слухи, что они хотят протянуть недели три и приглядеться к войне, какое она примет направление. В правительстве сейчас идет очень сложная борьба — проангличане и проамерикан-цы были ярыми противниками СССР, под впечатлением речи Черчилля как будто меняют свои взгляды. Определить позицию правительства сейчас очень трудно. Народ верит, что будет принято решение в войну не вступать.

7. Военщина не высказывает своего мнения по этому вопросу.

8. Американцы и англичане рады сложившейся обстановке и заявляют, что «теперь мы с вами будем сотрудничать по всем вопросам».

9. Немцы нервничают, недовольны неопределенностью позиции правительства. Всеми силами стремятся втянуть Японию в войну. В ход пущены все средства фашистской клеветы и демагогии.

Вывод: народ всем своим существом не хочет войны и будет бороться против, несмотря на жестокий полицейский режим. Правительству доверять нельзя, оно может пойти на самые неожиданные шаги, даже вопреки здравому учету внутренней обстановки.

Гущенко

ЦАМО РФ, ф. 23. оп. 24127, д. 2, л. 475-478.

 

 

26. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В США К.А.УМАНСКОМУ

26 июня 1941 г.

Вам следует немедленно пойти к Рузвельту или Хэллу, а при его отсутствии — к Уэллесу и, сообщив о вероломном нападении Германии на СССР, запросить, каково отношение американского правительства к этой войне и к СССР. Вопросов о помощи сейчас не следует ставить. О результатах беседы телеграфируйте. К кому именно обратиться, к Рузвельту или Хэллу, решите по обстановке.

В. Молотов

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 365, д. 2485, л. 31.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 45.

 

39

 


 

 

 

27. ИЗ ТЕЛЕГРАММЫ ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

26 июня 1941 г.

Сегодня, 26 июня, вечером был у Уэллеса. Он уже в течение месяца исполняет обязанности госсекретаря ввиду болезни Хэлла. Рузвельт сегодня уехал до понедельника из Вашингтона. Ясно, что следующая встреча будет с Рузвельтом, возможно, в присутствии Уэллеса.

Еще до того, как я успел сделать свое сообщение, Уэллес заявил, что американское правительство выражает Советскому Союзу свое чувство сожаления по поводу «грабительского, трусливого и предательского нападения нацистской Германии на СССР». После этого я официально нотифицировал Уэллеса о вероломном нападении немцев и процитировал ряд мест из Вашего заявления от 22 июня, в частности об уверенности советского правительства в том, что наши вооруженные силы нанесут сокрушительный удар агрессору, о том, что весь наш народ встал «за честь, за свободу». После этого я попросил Уэллеса официально сформулировать отношение американского правительства к этому нападению, к СССР, к будущему советско-американских отношений. Уэллес ответил мне следующее: «Американское правительство считает СССР жертвой неспровоцированной, ничем не оправданной агрессии. Американское правительство далее считает, что тот отпор этой агрессии, который дается сейчас народом и армией СССР, не только продиктован, выражаясь словами г-на Молотова, борьбой за честь и свободу СССР, но соответствует историческим интересам Соединенных Штатов Америки. Поэтому, в соответствии с заявлениями, уже сделанными президентом, американское правительство заверяет советское правительство, что оно готово оказать этой борьбе всю посильную поддержку в пределах, определяемых производственными возможностями США и его наиболее неотложными нуждами. Свою решимость проводить эту линию американское правительство уже доказало двумя актами: отменой блокирования советских финансовых операций и, что более важно, решением не применять к СССР ограничений, предписанных актом о нейтралитете. Американское правительство, естественно, будет консультироваться о своей помощи СССР с британским правительством в связи с теми обязательствами, которые США взяли на себя перед Великобританией. В свою очередь, британское правительство уже держит американское правительство в курсе тех вопросов тесного сотрудничества, которые обсуждаются между СССР и Великобританией. Американское правительство сейчас ничего не может сказать точно о видах и объеме помощи, пока советское правительство не заявило конкретно о своих пожеланиях. Чем скорее и точнее советское правительство заявит об этом, тем лучше, ибо предстоит большая работа по координации этих нужд с англо-американской программой. Однако уже сейчас американское правительство может заверить советское правительство, что все заявки будут рассмотрены американским правительством немедленно и дружественно».[...]

К.Уманский

АВП РФ. ф. 059, on. 1. п. 345, д. 2363. л. 243-251.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 45—46.

 

40

 


 

 

 

28. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В КИТАЕ К.КЕРРОМ

26 июня 1941 г.
Секретно

После приветствий, вопросов и ответов протокольного характера посол заметил, что сбылось в некоторой степени то, о чем он говорил со мной два месяца назад. Он подчеркнул, между прочим, что около месяца тому назад Чан Кайши просил его передать британскому правительству о том, что в двадцатых числах июня Германия должна объявить войну СССР. Посол не сообщил тогда своему правительству об этом, так как счел заявление Чан Кайши нерезонным, а теперь лишь сожалеет, что допустил оплошность...

Затем остановился на том, что отныне наши отношения должны быть более тесными, хотя он затрудняется пока точно определить, как мы здесь, в Китае, смогли бы помогать нашим странам в сотрудничестве и взаимопомощи, кроме, скажем, обмена информацией. Я также согласился, что нам нужно поддерживать более тесный контакт в работе, обмениваясь информацией. Затем я попросил личного содействия Кларка в получении от своего правительства лицензии на вывоз грузов (вольфрама, тунгового масла и др.) из Рангуна в СССР.

Кларк сказал, что он уже получил сообщение из Лондона о том, что британское правительство отдало распоряжение рангунским властям разрешить погрузку и отправку указанных грузов, и что максимум через 2 дня это указание будет получено соответствующими властями в Рангуне.

На мой вопрос, каково будет дальнейшее поведение Японии, посол ответил, что она может сделать одно из четырех:

1) Ничего.

2) Выступить против СССР.

3) Усилить нажим на Китай.

4) Начать южную экспансию.

Причем он заметил, что самым вероятным, скорее всего, может быть второй вариант, т.е. выступление против СССР.

Затем он рассказал о своем впечатлении от посещения Сингапура. Посол подчеркнул, что он был необыкновенно поражен успехами в вооружении и укреплении Сингапура. Сегодняшний Сингапур является первоклассной крепостью и совершенно исключительным сооружением военной техники.

На беседе присутствовал Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ, ф. 0100, оп. 25, п. 200, д. 8. л. 155-156.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. I. — С. 47.

 

 

29. ПИСЬМО ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВУ

26 июня 1941 г.
Сов. Секретно

Сообщение о нападении Германии на нашу Родину не было неожиданным Для Чан Кайши, как он заявил в узком кругу приближенных ему лиц 22 июня с.г.

 

41

 


 

Из достаточно точной информации своего посла в Берлине Чан Кайши знал примерную дату выступления Германии против СССР — 20-26 июня. Поэтому весь июнь месяц до момента взрыва войны Чан Кайши пребывал в состоянии предвкушения начала военных действий между Германией и СССР. Еще 15 июня на секретном совещании правительства Чан Кайши доказывал, что война между Германией и СССР неизбежна, и в самое ближайшее время. Между прочим, ряд китайских генералов, в том числе зам.нач.генштаба Бай Чунси доказывали обратное. От чрезмерного удовлетворения своим «гениальным» прогнозом Чан Кайши сейчас ходит петухом.

Отношение китайского правительства к Советскому Союзу характеризуется заявлением Чан Кайши на секретном заседании правительства 22 июня с.г. Из сообщения Фэн Юйсяна и данных соседей оно следующее:

1. Стремление Китая к еще большему сближению с Советским Союзом является твердой политикой правительства Китая.

2. Вследствие того что СССР подвергся нападению агрессора, Китай должен тем более сочувствовать Советскому Союзу.

3. Китай очень хотел бы, чтобы СССР, Англия, США и Китай образовали единый фронт борьбы против стран-агрессоров — Германии, Италии и Японии.

4. Все китайские газеты не должны помещать статей, направленных против СССР.

Солидаризируясь в данное время с Советским Союзом, ведущим войну с агрессором, и заявляя, что переход СССР от мирной политики нейтралитета к вооруженной борьбе с фашизмом является выгодным для Китая фактором, Чан Кайши, по нашему мнению, в дальнейшем займет выжидательную позицию наблюдения за развитием германо-советской войны. В зависимости от разворота военных действий на западе и действительного отношения правительств США и Англии к Советскому Союзу, Чан Кайши и будет строить свои взаимоотношения с Советским Союзом.

Сейчас же, не доверяя и в то же время побаиваясь Советского Союза, Чан Кайши направляет в наше посольство своих помощников (Фэн Юйсяна, Ван Чунхоя и др.) с заявлениями о сочувствии и симпатии Китая к Советскому Союзу, а в то же время его доверенные лица, как, например, Холлингтонг Тонг, заявляют германцам в Чунцине: «...как бы нам хотелось слышать о том, что немецкие танки уже проходят по Красной площади Москвы». О том, что Чан Кайши выжидает, говорит и тот факт, что китайское правительство до сего времени не сделало официального заявления о его отношении к германо-советской войне.

Что касается поведения Китая в войне против Японии, то китайцы прямо заявляют, что самостоятельно, без помощи СССР и США, они выбить японцев из Китая не сумеют. Открыто и в один голос крича об антисоветских планах Японии о том, что Япония непременно выступит против Советского Союза и что поэтому Советскому Союзу нужно опередить это выступление, чунцинские газеты тем самым пробалтывают сокровенные мысли и надежды Чан Кайши. Воспользовавшись японо-советской войной (о которой мечтает Чан Кайши), Китай должен, по мнению наиболее реакционной части китайцев, поправить свои международные и внутренние дела.

Буквально на сегодня китайцы добиваются создания на Дальнем Востоке единого фронта демократических стран в лице Англии, США, СССР и Китая. Но, понимая, что США и Англия вряд ли пойдут на осложнение взаимоотношений с Японией, через так называемых левых в Китае (Фэн Юйсян и дру-

 

42

 


 

гие) опять навязывают Советскому Союзу военный союз с тем, чтобы сейчас же, немедленно, не ожидая удара со стороны Японии, СССР вместе с Китаем должен начать военные действия против дальневосточного агрессора.

Ожидая нападения Японии на СССР, Чан Кайши совершенно бездействует и, видимо, будет бездействовать и в дальнейшем в борьбе с Японией. От использования нашего вооружения, в частности авиации, Чан Кайши отказался. Наши самолеты он приказал разобрать.

ВЫВОДЫ:

1. Следуя по стопам правительств Англии и США, Чан Кайши внешне проявляет сочувствие Советскому Союзу. В то же время, не имея намерения портить взаимоотношения с Германией, он не торопится с официальным заявлением о позиции китайского правительства к германо-советской войне, выжидая развития военных событий на западе, а в зависимости от этого фактора и политики правительств Великобритании и США к Советскому Союзу и будет строить свои взаимоотношения с СССР.

2. В случае начала японо-советских военных действий Чан Кайши будет в борьбе против японцев пассивным, также ожидая результатов военных действий на западе.

3. «Левые» в китайском правительстве (Фэн Юйсян и др.) вынашивают план создания военного союза с СССР с целью немедленных и совместных военных действий против Японии.

О взаимоотношениях Гоминьдана и Компартии Китая

Разрешение «коммунистической проблемы» Чан Кайши сейчас отложил до более подходящего времени — прояснения международной обстановки. Переговоры об удовлетворении известных Вам 12 требований КПК на сегодня законсервированы. Чан Кайши этих требований, безусловно, не удовлетворит. Наоборот, после 22 июня на страницах газет Гоминьдан, в осторожном тоне, начинает «прощупывать» дальнейшее поведение КПК, намекая на то, что в связи с началом германо-советской войны ПК в своих требованиях к Гоминьдану должна быть более уступчивой с тем, чтобы показать готовность бороться против общего врага СССР и Китая — Японии.

За последние 15-20 дней репрессии к коммунистам ослаблены, массовых арестов не наблюдается. Также значительно сократились случаи запрещения продажи газеты «Синьхуажибао».

Восстановив «мир» с коммунистами в тылу (после событий в провинции Аньхуэй), Чан Кайши в то же время не отказался от вооруженной угрозы КПК на севере, для чего он сохранил вокруг особого района провинций Шэньси, Ганьсу, Нинься существующую в данное время группировку своих войск Ху Цзуннаня, доходящую до 350 тысяч. По этому вопросу на заседании правительства 23 июня Чан Кайши заявил примерно следующее: «...в связи с тем, что в данное время Япония занимает выжидательную позицию к германо-советской войне, а поведение КПК в прошлом и настоящем не отличается ясностью и характерно колебаниями, Центральное правительство Китая вынуждено сохранить группировку своих войск на севере».

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ, ф. 06, оп. 3, п. 17, д. 214. л. 76-79.

 

43

 


 

 

 

30. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ТУРЦИИ В СССР А.АКТАЕМ

26 июня 1941 г.
Секретно

Посол заявил, что третьего дня т. Молотов запросил его о позиции турецкого правительства по отношению к советско-германской войне. Тогда посол не мог немедленно ответить на поставленный вопрос. Однако спустя некоторое время он получил клерную телеграмму о том, что 22 июня турецкое правительство провозгласило «нейтралитет Турции по отношению к обстановке, создавшейся вследствие начала германо-советской войны». Об этом посол известил Наркоминдел нотой.

Одновременно т. Молотов поставил вопрос о характере нейтралитета, которого может придерживаться Турция.

Посол получил от своего правительства инструкции ответить советскому правительству, что Турция будет придерживаться строгого и абсолютного нейтралитета. Посол подчеркнул, что это сообщение является совершенно официальным и он его делает по поручению своего правительства. Я пытался добиться от Актая уточнения формулы его заявления, получить разъяснение, что должно означать выражение «нейтралитет по отношению к обстановке». Актай ничего ответить не мог. На последующий мой вопрос о том, что именно следует понимать под абсолютным нейтралитетом, Актай пояснил, что абсолютный нейтралитет означает, что Турция будет стремиться установить абсолютно одинаковые отношения с обеими воюющими сторонами.

Я спросил, вносит ли этот нейтралитет какие-либо изменения в ту позицию, которую Турция занимала до сего времени.

Актай ответил, что никаких изменений в позиции Турции нет, и просил довести его заявление до сведения советского правительства. Я обещал это сделать.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 3, д. 29. л. 73-74.

 

 

31. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

26 июня 1941 г.
Секретно

Я принял Ассарссона по его просьбе.

А[ссарссон] заявил, что шведское правительство согласно взять на себя заботу об интересах СССР и советских гражданах в Германии и Венгрии*.

_____________
* См. док 16.

 

44

 


 

Так как Швеция не имеет представителя в Словакии, то она не в состоянии удовлетворить нашу просьбу о представительстве интересов СССР в Словакии.

Я просил посланника передать благодарность шведскому правительству за его любезное согласие защищать интересы СССР и советских граждан в Германии и в Венгрии.

Я просил А[ссарссона] снестись со своим правительством, чтобы оно через своих посланников в Германии и в Венгрии установило контакт с нашим посольством и миссией и выяснило у МИД Германии и Венгрии время отправки советских граждан в одну из нейтральных стран, куда будут доставлены работники немецких посольств и консульств из СССР.

Я высказал предположение, что лучше всего направить советских граждан из Германии и германских граждан из СССР в Турцию. Окончательный путь можно будет установить только после выяснения данного вопроса шведским посланником в Министерстве иностранных дел Германии.

Затем я задал вопрос [Ассарссону], известно ли ему, что агентство Стефани передавало сообщение о том, что шведское правительство разрешило транзит германских войск в Норвегию и в Финляндию.

А[ссарссон] смутившись, сказал, что советник шведского посольства слышал такое сообщение стокгольмского радио, но никаких сведений от своего правительства по этому вопросу не получил. Как только он получит какие-нибудь сведения, он об этом сообщит.

Сказав несколько слов о военных действиях, А[ссарссон] откланялся.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.Лозовский

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 4, д. 36, л. 85-86.

 

 

32. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ*

Токио

По радио

26 июня 1941 г.

Выражаем наши лучшие пожелания на трудные времена. Мы все здесь будем упорно выполнять нашу работу.

Мацуока сказал германскому послу Отту, что нет сомнений, что после некоторого времени Япония выступит против СССР**.

Инсон

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127, д. 2. л. 526.

_____________
* Донесение было направлено и в Государственный комитет обороны.
** Эта фраза в тексте обведена.

 

45

 


 

 

 

33. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

27 июня 1941 г.

27 июня Молотов имел две беседы с Криппсом.

На первой встрече Криппс представил Молотову всех приехавших и весь дипсостав своей миссии, торжественно прочитав в их присутствии целую декларацию с выражением сочувствия СССР, подвергшемуся нападению, и с довольно неопределенным обещанием помощи. После этого остался один Криппс с переводчиком.

На вопрос Молотова, как представляет себе английское правительство сотрудничество миссий с СССР, Криппс заявил: члены военной миссии должны войти в контакт с представителями советских военных кругов, причем английская военная миссия будет независима от Криппса. Экономическая миссия должна будет установить контакт с Микояном и будет работать под руководством Криппса. Никаких политических предпосылок для предстоящих бесед военной и экономической миссий Криппс не затронул. Молотов пообещал быстро дать ответ и просил оказать влияние на английскую печать, чтобы последняя не устраивала шумихи вокруг приезда в Москву английских миссий. Криппс обещал принять меры.

Отвечая на просьбу Молотова проинформировать его о деле Гесса, Криппс заявил, что в прошлом Гесс был связан с пронацистски настроенными молодежными кругами Англии и рассчитывал, что с этой группировкой можно договориться и заключить мир. Криппс считает, что Гесс прибыл в Англию не без ведома Гитлера. В настоящий момент Гессом в Англии не интересуются. Английское правительство поддерживало различные слухи о Гессе и не делало официальных заявлений для того, чтобы не прояснять умы в Германии. Коснувшись Америки, Криппс заявил, что за неделю до возникновения войны между СССР и Германией он побудил Черчилля переговорить с Рузвельтом о возможности возникновения такой войны. Криппс по секрету сообщил, что вернувшийся из Америки Вайнант, сам Криппс и Черчилль составили для последнего речь, которую он и произнес по радио. Вайнант полностью был удовлетворен выступлением Черчилля, так как оно, по его мнению, отражало взгляды Рузвельта. Криппс решительно отрицал предположение Молотова, что Гесс предупредил английское правительство о возможности ближайшего нападения Германии на СССР.

Вечером Молотов снова принял Криппса и сообщил, что после того, как он доложил советскому правительству и лично И.В.Сталину о предложениях посла, возник вопрос, каковы будут масштабы и размеры помощи, которую могут оказать страны друг другу. Предложение Криппса об установлении контакта между представителями английских миссий и соответствующими представителями советских властей Молотов считает вполне понятным и естественным. Совершенно очевидно также, что у этих представителей в процессе переговоров возникнет вопрос о том, каковы будут масштабы и размеры взаимной помощи. Молотов считает, что необходимо обеим сторонам определить размеры помощи до начала переговоров. Отметив, что советское правительство всемерно приветствовало выступление Черчилля, Молотов спросил Криппса, правильно ли он понял из выступления премьер

 

46

 


 

министра, что английское правительство желает создать широкую военно-политическую базу для развития взаимного сотрудничества между обеими странами. В настоящий момент возник вопрос, о какой степени военно-политического сближения с СССР думает английское правительство, так как без этого представителям миссий будет трудно обсуждать конкретные вопросы.

Отвечая на вопрос Молотова, Криппс затронул историю англо-советских отношений и заявил, что в прошлом обстановка не благоприятствовала развитию сотрудничества между обеими странами. В настоящий момент обстановка изменилась и британское правительство поняло важность сотрудничества между СССР и Англией. Криппс считает правильным замечание Молотова, что базой взаимной помощи является наличие общего врага. Посол с уверенностью может сказать, что британское правительство готово сделать все, что окажется в его силах, чтобы прийти к сотрудничеству между обеими странами. Криппс заявил, что он-де не видит причин, которые ограничивали бы размеры возможной экономической помощи. Криппс выражает надежду, что всякое сотрудничество, которое будет выработано сейчас, останется сотрудничеством и на будущее время.

Приводя пример, свидетельствующий о важности, которую придает правительство вопросу помощи Советскому Союзу, Криппс в конфиденциальной форме заявил, что Черчилль хотел ввести Криппса в военный кабинет. Однако вопрос был решен отрицательно, и Криппс приехал обратно в СССР.

Криппс далее заявил, что он не видит предела помощи в деле достижения обеими странами общей цели. Чтобы определить, какая помощь потребуется той и другой стране, Криппс предложил немедленно установить военно-экономический контакт. В военной области Англия может предоставить СССР некоторую информацию и техническую помощь, учитывая ее опыт войны с Германией. Глава военной миссии Макфарлан принимал участие в военных операциях во Франции, находится в контакте с генеральным штабом и знает все ошибки и оплошности, которые были допущены, методы, которых придерживается германская армия в своих военных действиях. В экономической области Англия может предоставить СССР необходимые материалы, которые у нее имеются и которые могут быть ввезены в СССР при существующих транспортных ограничениях. Для политического же соглашения время еще не созрело, так как накопилось немало взаимного недоверия от прошлого да это могло бы и задержать немедленные меры практической помощи. Криппс заверил Молотова в том, что английское правительство абсолютно уверено в своем после в Москве в итоге тех советов, которые оно от него, Криппса, получило.

Молотов ответил Криппсу, что в настоящий момент обстановка по сравнению с осенью прошлого года изменилась и он считает, что к прошлому лучше не возвращаться, так как вряд ли оно облегчит разрешение настоящего вопроса. Сейчас создалась такая обстановка, при которой обе страны имеют одного и того же врага. Советский Союз не скрывает, что он не хотел быть втянутым в войну и, несмотря на то что он желал поддерживать со всеми странами мирные дружественные отношения, Германия навязала СССР войну. В настоящий момент вопрос об отношениях между Англией и СССР стоит по-иному. Английское правительство предложило начать переговоры о помощи как по военной, так и по экономической линиям.

 

47

 


 

На замечание Молотова, что раньше сам Криппс предлагал сначала договориться об обшей политической установке во взаимоотношениях между Англией и СССР, чтобы этим облегчить разрешение отдельных интересующих стороны вопросов, Криппс ответил, что теперь не следует откладывать разрешение конкретных вопросов о помощи друг другу и что он надеется на общую договоренность с СССР на будущей мирной конференции.

Молотов заметил, что Иден в беседе с Майским об отношении к странам Среднего и Ближнего Востока указывал на желательность общей политической линии обоих правительств в отношении Ирана, Ирака, Афганистана и, кажется, Турции, то есть вопрос сводился не к узким техническим военным переговорам, а к более широким. Теперь, когда речь идет о контакте по военной линии и об оживлении англо-советских военных и экономических переговоров, возникает вопрос о том, в каких масштабах обе страны будут оказывать друг другу помощь: будет ли эта помощь малой, средней или большой. Будет ли вопрос о помощи разрешаться в узком смысле слова или в более широкой форме. Обеим сторонам нечего доказывать друг другу, что оба правительства имеют свою самостоятельную политику. Однако обе стороны имеют одного врага и у них есть общие вопросы и общие интересы. Военные и экономические специалисты не могут установить военные и политические интересы обоих государств. Поэтому необходимо обусловить взаимную помощь каким-то соглашением на определенной политической базе, на которой было бы возможно осуществить военное и политическое сближение между обеими странами. Молотов заявил, что он не сомневается, что такое компетентное лицо, как посол, сможет ответить на этот вопрос.

Криппс заявил, что он согласен с тем, что правительства должны следовать общей политической линии в отношении Ирана, Ирака и Афганистана, и считает это желательным. Что же касается Турции, то это вопрос особый, так как отношения между обеими странами определяются англо-турецким пактом. Криппс добавил, что английское правительство считало Турцию базой обеспечения спокойствия на Балканах. Поэтому-то оно и проявило интерес и участие в улучшении отношений между Турцией и Советским Союзом, что привело, как известно, к совместному советско-турецкому коммюнике*. Криппс выразил пожелание, чтобы у Советского Союза и Турции были такие же хорошие отношения, как у Турции и Англии.

Криппс добавил, что кроме Ближнего и Среднего Востока имеется еще другая линия для политического сотрудничества, а именно Китай и Дальний Восток. Было бы желательно установить общую политическую линию обеих стран во всех этих районах. В настоящий момент целью как Англии, так и СССР является предотвращение проникновения Германии или кого-либо из ее партнеров по тройственному пакту на Балканы, в страны Среднего, Ближнего и Дальнего Востока. Особенно это важно в отношении Ирана.

Молотов согласился с последним замечанием Криппса и заявил, что данный вопрос является актуальным.

Коснувшись размера экономической помощи, Криппс заявил, что она обусловливается лишь транспортными затруднениями. Криппс подробно их перечислил. В тех пределах, в которых действует транспорт, английское правительство предоставит СССР все необходимое для ведения войны. Если

_____________
* Опубл.: Известия. — 1941. — 25 марта.

 

48

 


 

понадобится, то Англия постарается уговорить США, чтобы последние поступились дефицитными материалами в пользу СССР. Что касается промышленной продукции, то в этом отношении придется обратиться к США, так как промышленность Англии работает на свою оборону. Однако сам Криппс перед отъездом из Англии договорился, чтобы Англия отложила для СССР 25 тыс. т каучука и 5 тыс. т олова.

Коснувшись военного сотрудничества, Криппс заявил, что английские военные силы весьма малочисленны и полностью заняты в Англии, Африке и на Ближнем Востоке. Воздушные силы Англии также заняты на Ближнем Востоке и в Англии и в интересах СССР могут лишь усилить воздушные налеты на Германию. Военно-морская помощь может быть оказана Англией только лишь Арктике и на Белом море. В Черном море английский флот помочь не сможет, так как, очевидно, Турция будет возражать против прохода английского флота через Дарданеллы. Основное военное сотрудничество, по мнению Криппса, должно свестись к обмену военным опытом и военной информацией. Если появятся какие-нибудь другие возможности в оказании помощи, то эти вопросы нужно будет обсудить.

Касаясь создания политической базы для сотрудничества между обеими странами, Криппс заявил, что в настоящий момент ощущается большая необходимость в военном и экономическом сотрудничестве, нежели в политическом. Криппс считает, что не нужно ждать заключения политического соглашения, а нужно немедленно перейти к военно-экономическому сотрудничеству. Криппс считает, что после установления военно-экономического сотрудничества, которое устранит взаимные подозрения прошлого, обе стороны смогут прийти к сотрудничеству политическому.

Уточняя предложения Криппса, Молотов задал послу вопрос, правильно ли он понял, что английское правительство считает, что в настоящий момент необходимо прийти к сотрудничеству по специальным вопросам и не ставить вопроса о военно-политическом сотрудничестве. Следует ли понимать заявления посла в том смысле, что он считает вопрос о военно-политическом сотрудничестве вопросом не сегодняшнего дня, а будущего.

Криппс заявил, что английское правительство хочет установить всяческое сотрудничество. Однако в настоящий момент, когда необходимо достигнуть победы в ближайшие дни и недели, Криппс считает более необходимым и благоразумным достигнуть сотрудничества по военным и экономическим вопросам, что создаст базу для сотрудничества политического. Экономическое и военное сотрудничество даст больший эффект, нежели какое-либо политическое соглашение. По мнению Криппса, общей основой для достижения соглашения по военным и экономическим вопросам является общий враг. В то же самое время общий враг является недостаточной базой для сотрудничества политического. Криппс считает, что после того, как Англия и СССР достигнут сотрудничества по военным и экономическим вопросам и добьются в этой области успеха, будет создана основа для достижения политического сотрудничества между обеими странами.

В связи с этим заявлением Криппса Молотов заметил, что, следовательно, на данной стадии английское правительство считает необходимым ограничить сферы сотрудничества экономическим сотрудничеством, военной и технической информацией и помощью.

На это Криппс заявил, что английское правительство не желает ограничивать сотрудничество между обеими странами, но оно считает, что будет

 

49

 


 

трудно прийти к политическому соглашению и это явится лишь задержкой в оказании помощи обеими странами.

Уточнив заявление Криппса, Молотов обещал сообщить разъяснение Криппса советскому правительству и дать ответ послу немедленно.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1, д. 6. л. 11-19.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 47-52.

 

 

34. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С ПОМОЩНИКОМ НАЧАЛЬНИКА ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КИТАЯ ГЕНЕРАЛОМ БАЙ ЧУНСИ

27 июня 1941 г.
Секретно

После приветствий, вопросов и ответов протокольного характера генерал Бай сообщил мне, что тотчас после объявления Германией войны СССР генералиссимус Чан Кайши созвал совещание постоянного комитета ЦИК Гоминьдана, на котором была обсуждена обстановка, сложившаяся в результате этого шага Германии. Генералиссимус заявил, что Китай на стороне СССР, который был и остается другом Китая, Китай глубоко солидарен с той борьбой, которую ведет Красная Армия против германского агрессора, Китай убежден в победе СССР над его врагом. Бай Чунси сказал также, что он твердо верит в разгром германского агрессора Красной Армией, так как для этого имеются все возможности.

Я спросил генерала Бая, чем объяснить то обстоятельство, что китайское правительство до сих пор не объявило своей официальной декларации в связи с германо-советской войной.

Бай ответил, что заявление генералиссимуса и соответствующий тон китайских газет, в частности «Чжунянжибао», орган ГМД, являются, фактически, декларацией Китая. Что касается официального заявления правительства, то ему пока ничего не известно по этому поводу.

Далее я спросил Бая, почему все китайские газеты заявляют о том, что Япония чуть ли не сегодня-завтра должна выступить против СССР, точно им известно об этом намерении Японии, или они располагают неопровержимыми доказательствами.

Бай сказал, что они просто хотят обратить внимание советского друга на возможное выступление Японии против СССР, не на основании, конечно, какой-то достоверной информации, но по собственному убеждению и опыту.

На мой вопрос, какую позицию займет Япония в отношении германо-советской войны, Бай ответил, что Япония находится на распутье. Она не может решиться на южную экспансию в силу параллельных действий Англии и США на Тихом океане; она не в состоянии разрешить китайский вопрос, хотя и прилагает все силы к этому на протяжении четырех лет; она также временно воздерживается от борьбы против СССР, следя за тем, как СССР будет справляться с германской агрессией. Однако, как бы там ни было, японское радио ежедневно поет хвалебные гимны своему западному партнеру якобы за его успехи в борьбе против СССР. Не случайно также и то, что наиболее непримиримый антикоммунист и противник СССР Хуанму (китай-

 

50

 


 

ская транскрипция), бывший военный министр, «заговорил» недавно после очень длительного «молчания»... Япония, несомненно, постарается выступить против СССР в наиболее трудный и напряженный момент ее борьбы на западе.

На мой вопрос, какое количество войск Япония может выставить против СССР, Бай ответил, что Япония держит в Китае 36 дивизий, из них 16 — на севере и 20 — на юге от реки Хуанхэ, 10 дивизий — в Маньчжурии и 12 дивизий — собственно в Японии. В Маньчжурии, кроме того, имеется около 250 ООО марионеточных войск. Из этого количества войск Япония может набрать около 25-30 дивизий и бросить их против СССР. Ясно, что она будет вынуждена ослабить фронт в Китае.

Я спросил генерала Бая, как отнесется Китай к тому, если Япония начнет переброску своих сил. Бай заявил, что Китай будет бить японцев не после того, как они будут переброшены на антисоветский фронт, но при малейшей попытке к переброске. Китай готов стать в одну шеренгу с СССР и единым антиимпериалистическим фронтом выступить в борьбе против германского и японского агрессоров.

Затем я спросил Бая, какие части японцы могут перебросить в Маньчжурию на границу с СССР. Бай ответил, что, скорее всего, они снимут часть войск, находящихся на западе от Нанкина, стремясь сохранить за собой прибрежную полосу Китая с Шанхаем, Тяньцзином, Бэйпином и т.д.

В конце беседы Бай Чунси заверил меня в том, что Китай будет твердо продолжать борьбу против японцев и что он глубоко уверен в окончательной победе Красной Армии над своим врагом.

Бай поинтересовался положением на германо-советском фронте, и я рассказал ему об этом то, что мне известно из текущей информации.

На беседе присутствовал Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 17, д. 215. л. 186-188.

 

 

35. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

27 июня 1941 г.
Секретно

Я вызвал Ассарссона и заявил ему, что советское правительство просит правительство Швеции взять на себя защиту интересов СССР и советских граждан в Италии, Румынии и Финляндии.

Ассарссон ответил, что он немедленно передаст об этом в Стокгольм своему правительству.

Затем Ассарссон вручил мне две ноты, в которых излагаются беседы шведского посланника в Берлине с Деканозовым по вопросу об эвакуации советских граждан из Берлина[5]. По Москве и за границей, сказал Ассарссон, распространились слухи, что немецкое посольство и немецкие граждане от-

 

51

 


 

правлены во Владивосток. Источником этих слухов является Штейнгардт. Шведский посланник из Берлина пишет, что отправка немецких граждан во Владивосток могла бы создать трудности по эвакуации советских граждан из Германии.

На это я ответил, что слухи эти явно фантастические и ни на чем не основаны. Немецкое посольство и немецкие граждане вывезены в один из городов Московской области. Когда будет условлено с германским МИДом о времени и месте эвакуации, все германские граждане, подлежащие эвакуации, будут доставлены на соответствующую границу. Я просил Ассарссона немедленно через Стокгольм сообщить шведскому посланнику в Берлине, что слух об отправке немецкого посольства из Москвы во Владивосток является провокационным вымыслом.

Одновременно я просил Ассарссона сообщить своему правительству, чтобы оно через шведского посланника в Берлине предложило произвести эвакуацию через Турцию. О точном времени и месте доставки эвакуируемых с обеих сторон надлежит особо договориться через шведских посланников в Берлине и в Москве.

Ассарссон обещал немедленно сообщить об этом своему правительству и выразил удивление, что Штейнгардт является распространителем этих фантастических слухов.

Затем Ассарссон спросил, может ли он установить сейчас контакт с итальянским посольством, тем более что итальянцы просили шведское правительство поручить представительство их интересов в Москве шведской миссии.

Я ответил, что вопрос этот можно будет рассмотреть после того, как окончательно будет решен вопрос о том, кто будет представлять интересы СССР в Италии и интересы Италии в СССР.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.А.Лозовский

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 4. д. 36. л. 92-93.

 

 

36. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

28 июня 1941 г.

В ответ на ноту Шведской Миссии от 27-го июня с.г.*, Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь сообщить, что Правительство Союза ССР приняло к сведению заявление Миссии о том, что она взяла на себя соблюдение финляндских интересов на территории Союза ССР.

Москва, 28 июня 1941 г.

АВП РФ. ф. 140. оп. 25. п. 33. д. 2. л. 24.

_____________
* См. док. 35, прим. 6.

 

52

 


 

 

 

37. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

28 июня 1941 г.
Секретно

Принятый по его просьбе посланник сообщил, что шведское правительство готово принять на себя заботу о советских интересах в Италии, Германии, Румынии, Словакии, Венгрии и Финляндии*.

Я просил посланника передать шведскому правительству благодарность от имени правительства СССР. Одновременно я просил посланника послать телеграмму в Стокгольм с тем, чтобы министерство иностранных дел Швеции предупредило своих посланников в этих странах о принятии мер по эвакуации советских граждан из упомянутых выше стран. Я сказал посланнику, что мне сейчас представляется трудным определить, каким путем могли бы они проехать из этих стран в Советский Союз. Путь через Венгрию невозможен. Единственный осуществимый маршрут — это через Турцию. Советские граждане, находящиеся в Германии и Италии, могут проехать в Турцию через Стамбул, а оттуда через советско-турецкую границу в СССР. Хуже дело обстоит с советскими гражданами, которые находятся в настоящий момент в Финляндии, их будет очень трудно провезти в связи с военными действиями.

Посланник спросил меня, где находится сейчас датская миссия в Москве.

Я ответил А[ссарссону], что персонал датской миссии находится в помещении миссии, но к нему применяется тот же режим, какой применен к советской миссии в Копенгагене. Безусловно, датское правительство поступает таким образом в отношении советских граждан только под давлением немцев, но мы будем поступать так же в отношении датских граждан до освобождения наших граждан.

Посланник заявил, что отношение датского правительства к советским гражданам объясняется только давлением немцев. Посланник выразил сожаление по поводу того, что датский посланник Болт-Иоргенсен находится под арестом, ему должно быть крайне тяжело, так как его жена серьезно больна. Посланник сказал, что он хотел бы повидаться с Болт-Иоргенсеном.

Затем посланник передал мне меморандум относительно обмена дипломатического персонала миссии Союза ССР в Братиславе на персонал словацкой миссии в Москве. Посланник сказал, что персонал словацкой миссии в Москве мог бы присоединиться к проектируемой отправке состава германского посольства к советско-турецкой границе. Посланник предложил назначить 3 июля днем отъезда к советско-турецкой границе упомянутых граждан.

Я сказал посланнику, что этим вопросом займется соответствующий отдел, он определит день и пункт выезда.

Далее посланник, вручив мне прилагаемый к беседе меморандум, передал просьбу финляндского правительства об обмене дипломатического и консульского персонала между Советским Союзом и Финляндией. Одновременно посланник передал от имени финляндского правительства, что оно согласно произвести обмен остальных проживающих в Финляндии граждан, если правительство СССР, со своей стороны, согласно произвести обмен на проживающих в Советском Союзе финляндских подданных. Посланник просил меня

_____________
* См. док. 35.

 

53

 


 

дать ответ в возможно короткий срок. Он сказал также, что он хочет встретиться с персоналом финляндской миссии.

Я ответил посланнику, что поручу соответствующему отделу заняться технической и юридической стороной этого вопроса.

В конце беседы посланник сказал, что шведская миссия желала бы занять помещение, в котором находится словацкая миссия. В настоящее время шведская миссия испытывает квартирные затруднения, в связи с чем посланник и позволяет себе обратиться с этой просьбой.

Я обещал посланнику поручить Бюробину* заняться этим вопросом и посоветовал ему практически связаться с шефом протокольного отдела.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.А.Лозовский

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 4. д. 36. л. 104-106.

 

 

38. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

28 июня 1941 г.

1. Я вчера вечером обедал с Бивербруком, который вновь и вновь заверял, что готов всемерно поддерживать в кабинете идею максимально возможного сближения с СССР. Бивербрук в общем доволен ходом событий на нашем фронте. Известную потерю территории он считает делом второстепенным. Главное — это то, что Красная Армия показала себя боеспособной организацией и что, судя по всем признакам, народ полон патриотических настроений. Однако Бивербрук подчеркивал важность надлежащей постановки пропаганды с нашей стороны.

2. Далее Бивербрук заявил, что британское правительство готово принять все возможные меры для ослабления нажима немцев на СССР. В частности, в качестве «личного предложения» Бивербрук высказал мысль о том, что Англия могла бы не только еще усилить бомбежку Западной Германии и Северной Франции (что она в значительной степени уже сейчас делает), но также направить часть своего флота в район Мурманска и Петсамо для морских операций против немцев. Бивербрук говорил также о возможности крупных рейдов на северный французский берег, то есть временного захвата таких пунктов, как Шербур, Гавр и тому подобное. Если советское правительство поставило бы перед британским правительством вопрос о более тесной кооперации в военной области, британское правительство охотно обсудило бы, что можно сделать.

3. Между прочим, Бивербрук передавал, что немцы сняли из Франции почти всю свою авиацию. Там осталось лишь небольшое количество «Мессер-шмиттов-109» и совершенно «зеленые» летчики. Это, между прочим, подтверждает его собственный сын-летчик. Сын Бивербрука последние дни участвовал в налетах на Францию, и по тому, как нелепо и неудачно маневрировали в

_____________
* Бюро по обслуживанию иностранцев НКИД СССР.

 

54

 


 

боях с ним немецкие истребители, он совершенно убежден, что в них сидят совсем сырые пилоты. Очевидно, все брошено сейчас на Восточный фронт.

Майский

АВП РФ. ф. 059. оп. I. п. 352. д. 2402, л. 348-349.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 52-53.

 

 

39. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР И.ТАТЕКАВОЙ

28 июня 1941 г.
Секретно

Посол заявил, что он приехал ко мне по поводу защиты итальянских интересов в СССР и в связи с получением ноты В.М.Молотова, в которой советское правительство не возражает, чтобы Япония взяла на себя защиту интересов Италии в СССР.

Посол хотел бы связаться с итальянским послом. Можно ли это сделать?

Я дал положительный ответ.

Посол спросил — где находится в настоящее время итальянский посол, в Москве или в другом каком-либо пункте.

Ответил послу, что итальянский посол находится сейчас в г. Мичуринске, по Ленинградской жел[езной] дороге, в расстоянии 400 километров от Москвы.

На вопрос Т[атекавы] о том, есть ли у советского правительства какой-либо план по взаимному обмену сотрудников миссий, я ответил послу, что мы считаем необходимым возвращение в СССР следующих категорий советских граждан: 1) дипломатических и консульских работников, 2) сотрудников торгпредства, 3) командированных и 4) частных советских граждан.

Всех лиц, подлежащих эвакуации, можно было бы разбить на 2 группы. К 1-й группе отнести: дипломатических и консульских работников, сотрудников торгпредства и командированных; ко 2-й группе — частных граждан.

Со своей стороны мы предоставим такие же возможности для выезда из СССР итальянцев.

Посол спросил, какой намечается путь выезда для обеих сторон.

Я ответил, что наиболее приемлемым является путь въезда и выезда через иранскую или турецкую границу.

Далее Т[атекава] затронул вопросы: о количестве эвакуируемых с той и другой стороны; о том, будет ли дана возможность выехать из СССР тем итальянцам, которые оказались задержанными вне Москвы; сколько лиц второй группы; обязательно ли обе группы обменять разновременно; как будут извещены о праве выехать из СССР.

По всем этим вопросам я дал разъяснения, по-видимому удовлетворившие Т[атекаву]. Я разъяснил, что мы готовы обменять всех, никого не задерживая, но, разумеется, при обязательном условии взаимности. Я назвал приблизительное число эвакуируемых, подчеркнув, что в данном случае количество не должно иметь значения, так как здесь должен действовать принцип: итальянцы возвращают нам всех наших граждан указанных категорий, а мы возвращаем всех итальянцев.

 

55

 


 

После этого посол заявил, что, так как итальянский посол сейчас находится в Мичуринске, поездка куда потребует много времени, то ему едва ли представится возможность лично самому установить контакт с итальянским послом. Он просил бы нашего согласия послать в Мичуринск одного из членов миссии. Я не возражал.

Посол спросил — с кем впредь можно будет говорить по этим вопросам.

Я назвал Генерального секретаря Народного комиссариата иностранных дел т. Соболева.

Беседа продолжалась около 30 мин. в присутствии с нашей стороны т. Павлычева.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. Об. оп. 3. п. 3. д. 29. л. 75-77.

 

 

40. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ БОЛГАРИИ В СССР

28 июня 1941 г.

Народный комиссариат иностранных дел, свидетельствуя свое почтение болгарской миссии, имеет честь сообщить, что правительство Союза Советских Социалистических Республик, желая быстрее произвести обмен советских граждан, находящихся в Венгрии, на венгерских граждан, находящихся в СССР, считает необходимым осуществить эвакуацию из Венгрии в СССР следующих категорий советских граждан:

а) членов дипломатического представительства,

б) сотрудников торгового представительства и командированных советских государственных служащих,

в) частных лиц.

Вместе с тем советское правительство считает, что эвакуации из СССР подлежат венгерские граждане — члены дипломатического представительства и частные лица.

Наиболее удобным местом обмена, по мнению советского правительства, мог бы служить один из пунктов Турции.

Москва, 28 июня 1941 г.

АВП РФ. ф. 74, оп. 23. п. 12, д. 1, л. 22.

 

 

41. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ БОЛГАРИИ В СССР

28 июня 1941 г.

Народный комиссариат иностранных дел, свидетельствуя свое почтение болгарской миссии, имеет честь сообщить, что правительство Союза Советских Социалистических Республик, желая быстрее произвести обмен советских граждан, находящихся в Румынии, на румынских граждан, находящихся

 

56

 


 

в СССР, считает необходимым осуществить эвакуацию из Румынии в СССР следующих категорий советских граждан:

а) членов дипломатического представительства,

б) сотрудников торгового представительства и командированных советских государственных служащих,

в) частных лиц.

Вместе с тем советское правительство считает, что эвакуации из СССР подлежат румынские граждане — члены дипломатического представительства и частные лица.

Наиболее удобным местом обмена, по мнению советского правительства, мог бы служить один из пунктов Турции.

Москва, 28 июня 1941 г.

АВП РФ, ф. 74, оп. 23, п. 12. д. I, л. 23.

 

 

42. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ БОЛГАРИИ В СССР

28 июня 1941 г.

Народный комиссариат иностранных дел, свидетельствуя свое почтение болгарской миссии, в ответ на ноту миссии № 679-1 относительно обмена советских граждан, находящихся в Германии, на германских граждан, находящихся в Союзе ССР, имеет честь сообщить, что правительство Союза Советских Социалистических Республик со своей стороны, также желая быстрее осуществить вышеуказанный обмен, не имеет возражений против предложения правительства Германии об эвакуации германских граждан следующих четырех категорий, а именно:

а) членов дипломатического представительства,

б) членов консульских представительств,

в) лиц со специальной миссией,

г) частных лиц.

Вместе с тем советское правительство считает, что эвакуации должны подлежать советские граждане следующих четырех категорий, а именно:

а) члены дипломатического представительства,

б) члены консульских представительств,

в) сотрудники торговых представительств и командированные советские государственные служащие,

г) частные лица.

Правительство СССР согласно с предложением германского правительства осуществить эвакуацию германских и советских граждан двумя группами, причем в первую группу с обеих сторон должны быть включены, соответственно, первые три из вышеуказанных категорий, а во вторую — четвертая категория.

Исходя из этого, советское правительство считает необходимым, чтобы была предоставлена возможность эвакуации в первой группе всем советским гражданам — государственным служащим, являющимся сотрудниками советского посольства и торгпредства в Берлине, консульств в Кёнигсберге, Вене, Праге и Париже; постоянным и временно командированным сотрудникам

 

57

 


 

Народного комиссариата внешней торговли и других наркоматов, находящимся в Германии, протекторате Чехия и Моравия, Бельгии, Голландии, Норвегии; сотрудникам банка Гаркребо в Берлине; сотрудникам ТАСС, представителю Главного управления гражданского воздушного флота СССР, управляющему домом бывшего советского полпредства в Варшаве, советским дипломатическим курьерам, а также членам их семей.

В свою очередь, советское правительство согласно на эвакуацию в первой группе всех сотрудников германского посольства в Москве, консульств в Ленинграде, Батуми и Владивостоке, представителей германской прессы, германских фирм и учреждений, а также германских транзитных пассажиров, находящихся в данное время на территории СССР.

Наиболее удобным местом обмена, по мнению советского правительства, мог бы служить один из пунктов Турции.

Что касается поставленного в ноте миссии вопроса относительно места и режима пребывания сотрудников германского посольства в СССР, а также других германских представительств в СССР, Народный комиссариат иностранных дел сообщает, что никто из указанных выше германских граждан в Японию не направлялся. В настоящее время все эти сотрудники находятся в Костроме, в специально отведенных им помещениях, и обеспечены необходимым обслуживанием и должным вниманием.

Москва, 28 июня 1941 г.

АВП РФ. ф. 74, оп. 23, п. 12, д. 1. л. 24-26.

 

 

43. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ*

Токио

По радио

28 июня 1941 г.

Решение о движении на Сайгон было принято под давлением радикальных элементов, которые требовали действий, но при условии избежания конфликта с Америкой и, во-вторых, чтобы выиграть время в течение германо-советской войны.

Источник Инвест утверждает, что как только Красная Армия потерпит поражение, Япония выступит на север, но указал, что Япония желает купить Сахалин мирным путем, как случай (два слова искажены)... политики в период советско-германской войны.

Германский посол Отт подтверждал в отношении первой части этого, но Мацуока на вопрос Отта в отношении второй части сказал, что Япония выступит против СССР, как он об этом всегда заверял его. Затем Мацуока сказал послу Отту, что император согласился на движение в Сайгон еще некоторое время тому назад и что это не может быть изменено в данное время. Поэтому Отт понял, что Япония не выступит на север сейчас.

_____________
* По указанию начальника Генерального штаба Голикова донесение Р.Зорге было разослано И.В. Сталину и В.М. Молотову.

 

58

 


 

Инвест сказал, что прибытие генерала Ямаситы будет иметь большое влияние на выступление Японии на юг или север, но само решение о выступлении даже Ямасита изменить уже не сможет.

Прибытие Сигемицу и переговоры в Вашингтоне будут также иметь некоторое влияние на дальнейшие решения.

Американский ответ в отношении сближения прибыл удовлетворительный, он еще не известен, но утверждают, что ответ, в общем, касается Китая и что Япония получит большое экономическое преимущество в Китае, если она не будет претендовать на южные моря и расторгнет пакт трех держав.

Инвест скоро будет иметь более полную информацию.

Инсон

ЦАМО РФ, ф. 23, оп. 24127, д. 2, л. 530-531.

 

 

44. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ СССР А.И.МИКОЯНА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

28 июня 1941 г.

Г-н Криппс заявил, что он рад встретиться с т.Микояном и хотел бы сделать все возможное, чтобы помочь общему делу.

Непосредственно экономическими вопросами будет заниматься Кадбери, который является одним из директоров Английского банка и имеет большой опыт в промышленных вопросах.

Кадбери в курсе всех материалов, которые могут быть полезными для СССР. Желательно сразу приступить эффективно к делу.

Г-н Кадбери: Английское правительство может поставлять в СССР шерсть, кожсырье и кожу, шеллак, джут, каучук и олово. Для того чтобы максимально использовать транспорт, английское правительство желало бы, чтобы правительство СССР представило список крайне необходимых товаров с указанием количества и пунктов их назначения.

Правительство Англии сделало бы все возможное, не нарушая общего положения в отношении снабжения страны и оказания помощи Соединенным Штатам, для того чтобы поставлять эти товары в СССР. Англия может также дать сапоги.

Г-н Кадбери вручает товарные списки следующим порядком:

1. Шерсть.

2. Кожа и кожсырье, подошвенная кожа.

3. Шеллак, джут, каучук, олово.

Вручая списки, Кадбери заявляет, что в них включены товары, готовые уже к отправке.

Британское правительство не желает вызвать какие-либо затруднения, связанные с оплатой товаров, но оно хотело бы получить лен, платину, иридий, если советское правительство располагает этими товарами.

С другой стороны, платеж можно было бы производить в фунтах или в долларах.

 

59

 


 

Кроме этого, плодотворной почвой для сотрудничества является обмен информацией. Английская блокада и бомбардировки требуют информации о товарах, в которых противник ощущает недостаток. Выбор пункта бомбардировки определяется министерством экономической войны и военным министерством.

Английское правительство весьма желало бы получить данные о количестве германского импорта военных материалов с начала войны, о запасах, заменителях, о дефицитных товарах, о ценах. Правительство интересуют запасы Германии: нефти, олова, меди, вольфрама, ферровольфрама, хромовой руды, феррохрома, асбеста, каучука. Английское правительство интересуется также местонахождением специфических заводов по производству вооружения и военных материалов. СССР покупал в Германии большие количества товаров, главным образом станки, и поэтому ему известно относительно изменения спецификаций и цен, что характеризует недостаток тех или иных товаров в Германии.

Английское правительство также имеет очень много полезной информации для СССР.

Далее г-н Кадбери просил т.Микояна предоставить возможность полковнику Дэвису войти в контакт с соответствующими экспертами советской стороны.

Тов.Микоян поблагодарил за готовность английского правительства оказать немедленную помощь. Касаясь потребностей Советского Союза, т.Микоян заявил, что правительство СССР хотело бы получить следующие товары:

Каучук — 50-60 тыс. т

Г-н Криппс заявил, что находящиеся возле Малайи советские пароходы могли бы немедленно взять в Сингапуре 10 тыс. от каучука. Медь — 40-50 тыс. т

Олово — 8-10 тыс. т

Алюминий — 30-40 тыс. т

Свинец — 30-40 тыс. от

Молибденов. концентрат — 4 тыс. т

Латунный прокат — 15-20 тыс. т

Шерсть — 15-20 тыс. т

Джут — 25 тыс. т

Шеллак — 1 тыс. т

Алмазы технические на 2 млн. ам. долларов

Кобальт — 150-200 т

Кожа подошвенная — 5-6 тыс. т

Обувь(сапоги) — 3 млн. пар

Сукно — 10 млн. м

Станки и прессы для авиазаводов.

Г-н Криппс заявил, что если советская сторона снабдит его сведениями о невыполненных заказах СССР в США, то это могло бы ускорить их выполнение.

Возвращаясь к списку советского импорта, т.Микоян заявил, что в целях разгрузки Транссибирской ж.д. мы хотели бы получить для Дальнего Востока пшеницу, сахар, мясо и мясные консервы, рис.

Г-н Криппс заявил, что пшеницу можно будет дать, если будет тоннаж.

 

60

 


 

Касаясь вопроса о транспорте, г-н Криппс заявил, что желательно максимально использовать Трансиранскую железную дорогу, а также шоссейные дороги.

Г-н Дэвис сообщил, что в настоящее время по Иранской железной дороге можно ежедневно перевозить 400 т грузов. Если же оборудовать порт Бендер-Шахпур и увеличить подвижной состав и тягу, то этот грузооборот можно будет увеличить до 800 т. Кроме того, от Зенджана до Тавриза идет хорошая шоссейная дорога, которая может пропустить около 800 т ежедневно. Однако имеются большие затруднения с доставкой грузов в Зенджан в связи с ограниченностью железной дороги и порта Бендер-Шахпур.

Помимо перевозок через Иран грузы можно перевозить через Ирак в количестве 300 т в день по железной дороге Багдад — Мосул и от Мосула шоссейной дорогой через Ирбиль в Тавриз.

Тов. Микоян спросил, сколько потребуется времени для оборудования порта Бендер-Шахпур и пополнения подвижного состава.

Г-н Дэвис определил срок в 1-1,5 месяца.

Он добавил, что подвижной состав можно пополнить за счет вагонов (около 1000), которые Англия предполагала поставить в Иран. В настоящее время Иранская железная дорога имеет 450 открытых вагонов и 900 закрытых. Грузоподъемность вагона составляет 15-20 т. Однако при перевозке военных материалов вагон может взять не более 12 т.

Г-н Криппс спросил, в какой степени можно будет использовать Северный путь, в частности порт Архангельск.

Тов. Микоян высказал свое личное мнение о том, что лучше было бы восстановить самый короткий довоенный путь Мурманск — Лондон, что связано с вытеснением немцев из Норвегии.

Г-н Криппс сказал, что он обсуждал это в Лондоне с Адмиралтейством, которое не видит пока такой возможности.

Г-н Дэвис спросил, может ли советская сторона использовать пароходы для перевозки грузов из Архангельска.

Тов.Микоян ответил, что это невозможно без конвоирования этих судов английским флотом.

Г-н Криппс ответил, что английский флот занят конвоированием судов в Атлантическом океане.

Тов.Микоян, касаясь вопроса о платежах, высказал пожелание получить от английской стороны кредит на 5 лет.

Г-н Криппс, заметив, что английская сторона имеет в виду получить от советской стороны ответные товарные поставки, обещал поставить вопрос о кредите перед своим правительством.

Г-н Криппс просил т.Микояна сообщить ему конкретно, какие суда смогут взять готовые к отправке товары.

Тов.Микоян обещал дать ответ завтра.

Условились, что следующая встреча состоится завтра, 29 июня, в 9 час. вечера.

Беседа продолжалась с 21 час. до 22 час.

Записали
Солодкин, Смоляниченко

Историко-внешнеэкономический отдел УД Министерства торговли (далее — ИВЭО МТ РФ), ф. 413. оп. 12с, д. 4462. л. 236-241.

 

61

 


 

 

 

45. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В США К.А.УМАНСКОМУ

29 июня 1941 г.

Вам следует теперь пойти к Рузвельту или Хэллу (Уэллесу) и поставить перед ним вопрос о возможности оказания Советскому Союзу помощи следующими поставками: 1) самолеты-истребители одномоторные — 3 тысячи, 2) самолеты-бомбардировщики — 3 тысячи, 3) станки, прессы и молоты для авиазаводов — на 30 млн. долларов, 4) зенитные пушки от 25 до 47 миллиметров — 20 тыс. штук с боекомплектами, 5) крекинг и другие установки для выработки высокооктанового авиагорючего и установки для выработки авиамассы, б) толуола — 50 тысяч, 7) оборудование для заводов по выработке толуола, 8) оборудование для шинного завода, 9) оборудование для завода по производству проката легких сплавов. Желательно, чтобы был предоставлен кредит на пять лет по этим товарам. Результаты телеграфируйте.

В.Молотов

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 365, д. 2485. л. 33.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 46.

 

 

46. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л.ШТЕЙНГАРДТОМ

29 июня 1941 г.

Пригласив Штейнгардта, Молотов выразил благодарность за заявление, сделанное Уэллесом о позиции американского правительства в отношении Советского Союза в свете советско-германской войны.

Далее Молотов заявил, что Уманский в своей первой беседе не ставил перед госдепартаментом вопроса о помощи Америки различными товарами, необходимыми Советскому Союзу, так как Советский Союз не знал позиции американского правительства. Теперь же ясно видно, какова позиция американского правительства по отношению к СССР в свете войны, возникшей между Германией и Советским Союзом.

Штейнгардт спросил Молотова, читал ли он полный текст заявления Рузвельта.

Молотов ответил, что, насколько он знаком с заявлением Рузвельта, оно ему кажется не вполне ясным и что, согласно этому заявлению, Америка может помочь Советскому Союзу лишь ботинками и носками.

Штейнгардт заявил, что декларация Рузвельта и отношение американского правительства сводятся к выражению желания готовности дать всякую возможную помощь Советскому Союзу, которая окажется в силах США, чтобы Советский Союз победил Гитлера при условии, если и когда Советский Союз попросит такой помощи.

Молотов заявил, что, после того как выяснилось отношение американского правительства к СССР, который вынужден вести войну с Германией, несмотря на свое нежелание, Уманскому были даны указания обратиться к

 

62

 


 

американскому правительству и выяснить размеры и характер помощи, начиная от оборудования и кончая самолетами и зенитными орудиями и прочими предметами вооружения.

Штейнгардт просил сообщить, что именно желало бы получить советское правительство из Америки.

Молотов в общих чертах перечислил предметы вооружения и оборудования, необходимые Советскому Союзу.

Штейнгардт начал пространно объяснять затруднения, которые могут возникнуть при выполнении поставок требуемого Советским Союзом оборудования, сырья и других промышленных изделий. Штейнгардт предложил, чтобы Советский Союз закупал в Америке готовую продукцию и сырье, а не оборудование, что, по его мнению, явится более быстрой и эффективной помощью.

Молотов разъяснил Штейнгардту, что Советский Союз сам производит необходимые ему продукты, но вопрос в настоящий момент сводится к тому, чтобы обеспечить промышленность резервным оборудованием на случай уничтожения или разрушения существующих заводов.

Штейнгардт заявил, что он не может дать конкретного ответа о возможности получения требуемых Советским Союзом материалов, так как не получал соответствующей информации. Он хочет лишь выяснить, есть ли на севере Советского Союза порты и аэродромы, в которые можно было бы доставлять материалы и пользуясь которыми американские истребители могли бы переправляться в Советский Союз воздушным путем.

Молотов ответил, что если рассматривать пути перевоза оборудования и материалов в Советский Союз, то следует учесть, что существует путь через Персидский залив и Иран, который работает круглый год. Что же касается аэродромов на севере, то при необходимости их можно будет построить.

Штейнгардт просил Молотова информировать его о положении на фронтах и высказать свое мнение.

Молотов коротко изложил обстановку на фронтах в объеме сообщений Информбюро и заявил, что, конечно, советское правительство недовольно ходом действий, поскольку военные действия развертываются на территории Советского Союза.

После небольшой дискуссии о возможных военных действиях Штейнгардт просил Молотова дать заблаговременно указания владивостокским властям, чтобы последние приняли необходимые меры к приемке товаров из США и оказали всяческое содействие американскому консульству во Владивостоке.

Несмотря на заверения Молотова в том, что он не видит никакой опасности, которая угрожала бы Москве, Штейнгардт несколько раз повторил одну и ту же просьбу — сообщить ему заранее, куда будет эвакуироваться в случае необходимости советское правительство.

В заключение Молотов пообещал, что просьбы посла будут рассмотрены в благоприятном смысле, и просил Штейнгардта содействовать быстрейшему и практическому выполнению материальной помощи, обещанной американским правительством.

Штейнгардт обещал сообщить просьбу Молотова американскому правительству.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3, п. 21, д. 282. л. 11-13.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 47-48.

 

63

 


 

 

 

47. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

29 июня 1941 г.

Вызвав Криппса и зачитав ему сообщение Майского о беседе с Бивербруком. Молотов заявил, что все предложения Бивербрука советское правительство считает правильными и актуальными. Учитывая эти предложения, Молотов заявил, что ввиду происходящего сейчас мощного наступления германских и финских частей в районе Мурманска, не говоря уже о том, что имеется крупный нажим и на всех остальных фронтах, советское правительство специально отмечает актуальность участия английских военных кораблей и авиации в этом районе. Военно-морская помощь со стороны Англии в районе Петсамо и Мурманска была бы как раз своевременной. Однако, разумеется, желательны всемерное усиление действий английской авиации против Германии и на западе, а также десанты на побережье Франции. Молотов отметил заявление британского правительства, что если возникнут какие-либо вопросы о помощи, то оно всегда будет готово их обсудить. В настоящий момент советское правительство такой вопрос ставит и, ввиду его актуальности, желало бы иметь положительное решение.

Криппс заявил, что вопрос об английской помощи в северных морских водах у Мурманска он обсуждал перед отъездом из Англии и может заверить Молотова, что британское правительство приняло решение о необходимости оказания всякой возможной помощи СССР в войне против Германии. Криппс также сообщил, что он осведомлен о намерениях английского правительства произвести десантную операцию во Франции. Что же касается перевода части английского флота в район Мурманска, то, заявил Криппс, для этого необходимо, чтобы представители военно-морской миссии вошли в контакт с соответствующими представителями советских военно-морских сил. Встретившись, обе стороны обсудят этот вопрос для координации действий как военно-воздушных, так и военно-морских сил, а также для выяснения конкретных вопросов участия английского флота в операциях у Мурманска. Если возможно организовать такую встречу, то Криппс обязуется немедленно же послать соответствующую телеграмму в Лондон и информировать английское правительство о решении военно-морской миссии.

Молотов заявил, что если Криппс в принципе выражает согласие с поставленным вопросом, то он доложит об этом советскому правительству.

Криппс ответил, что в принципе английское правительство согласно сделать все для того, чтобы помочь советскому правительству. Однако английский флот не может взяться за какую-либо операцию, не зная, в чем, собственно, она будет состоять, и, следовательно, он не может дать согласия уже сейчас признать, хотя бы в принципе, что английские вооруженные силы примут участие в указанных Бивербруком действиях, облегчающих положение на русском фронте. Вопрос, по мнению Криппса, в данном случае заключается не в принципе, а в практическом выполнении. Необходимо получить сведения от представителей военно-морской миссии. Криппс добавил, что он не может сказать, что англичане могут выполнить именно эту операцию, но английское правительство в принципе согласно сделать все для того, чтобы

 

64

 


 

помочь Советскому Союзу. Также не может Криппс гарантировать, что эксперты, рассмотрев вопрос операции в районе Мурманска, вынесут определенное и положительное решение.

Молотов заявил, что высказывания Криппса он принимает к сведению и в ближайшие часы постарается дать ответ.

Криппс тогда спросил, может ли он послать своему правительству телеграмму со ссылкой на разговор Майского с Бивербруком касательно операции в районе Мурманска, а также сообщить своему правительству, что положение на фронтах серьезное, требующее неотложной помощи.

Молотов, согласившись с предложением Криппса, в свою очередь дал обещание немедленно связаться с соответствующими властями и сообщить послу время встречи представителей военно-морской миссии с представителями Военно-Морского Флота СССР. Молотов добавил, что Мурманская операция представляет интерес как для Англии, так и для Советского Союза. В связи с этим Молотов просил бы английское правительство учесть фактор времени.

Далее Криппс просил Молотова проинформировать его о положении на фронтах.

Молотов заявил, что противник в настоящий момент оказывает большое давление по всему фронту. Советские части, успешно отражая атаки немцев, наносят им большие потери.

Сообщенное Молотовым Криппс обещал передать британскому правительству и указать на целесообразность диверсии в Западной Германии и в оккупированной части Франции.

Молотов согласился с предложением Криппса и заявил, что в настоящий момент немцы сняли с французской территории всю свою авиацию и там остались лишь «зеленые» летчики. Усиление налетов на эти районы со стороны Англии принесло бы пользу не только Советскому Союзу, но и самой Англии.

В заключение беседы Молотов еще раз повторил, что пожелание Криппса он сообщит советскому правительству и незамедлительно даст ответ.

АВП РФ, ф. Об, оп. 3. п. 1, д. 6. л. 20-22.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 53-55.

 

 

48. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР ПОСОЛЬСТВУ ЯПОНИИ В СССР

29 июня 1941 г.

Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь сообщить, что правительство Союза Советских Социалистических Республик, желая быстрее произвести обмен советских граждан, находящихся в Италии, на итальянских граждан, находящихся в СССР, считает необходимым осуществить эвакуацию из Италии в СССР следующих категорий советских граждан:

а) членов дипломатического представительства;

б) сотрудников торгового представительства и командированных советских государственных служащих;

в) частных лиц.

 

65

 


 

Вместе с тем советское правительство считает, что эвакуации из СССР подлежат итальянские граждане — члены дипломатического представительства и частные лица.

Наиболее удобным местом обмена, по мнению советского правительства, мог бы служить один из пунктов Турции.

Москва, 29 июня 1941 г.

АВП РФ. ф. 146. оп. 24. п. 75. д. 1. л. 30.

 

 

49. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР И.ТАТЕКАВОЙ*

29 июня 1941 г.
Сов. Секретно

1. Татекава передает т. Молотову личную ноту (приложение № 1)[6], в которой сообщается, что японское правительство по просьбе итальянского правительства решило принять на себя защиту итальянских интересов в СССР.

В добавление к ноте Татекава передает т. Молотову приложение из 3 пунктов, в котором ставится вопрос о маршруте и способе выезда итальянцев из пределов СССР (приложение № 2)[7].

Тов. Молотов, не детализируя, в обшей форме говорит Татекаве, что такие вопросы, которые затрагиваются в приложении к ноте, могут быть решены на основе взаимности. Поскольку в отношении представителей СССР в Италии будет соблюдаться соответствующее обращение, постольку и советское правительство будет соответствующим образом обращаться с итальянскими представителями.

Татекава обращается к т. Молотову с просьбой, чтобы он оказал ему содействие в том, чтобы он мог связаться с итальянским послом, чтобы он мог с ним встретиться.

Тов. Молотов отвечает Татекаве, что соответствующие меры и распоряжения будут даны и что связь Татекавы с итальянским послом будет обеспечена. Эту связь либо непосредственно может установить сам Татекава, или же через кого-либо из представителей японского посольства.

На вопрос Татекавы, когда можно ожидать ответа на поставленные им вопросы, т. Молотов отвечает, что не позже завтрашнего дня.

Затем Татекава интересуется, где сейчас находится итальянский посол — в Москве ли?

Тов. Молотов отвечает Татекаве, что он не ручается, что итальянский посол находится в Москве, так как персонал итальянского посольства должны были перевести в другой город, так же как и персонал германского посольства.

2. Видя, что Татекава больше ни о чем говорить не собирается, т. Молотов спрашивает его, может ли он информировать т. Молотова о позиции Японии в отношении войны между СССР и Германией.

_____________
* На документе помета: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 30/VI-41».

 

66

 


 

Татекава отвечает т. Молотову, что он еще не имеет об этом сообщения от своего правительства. Если же говорить о мнении министра иностранных дел Мацуоки, то он искренне и сердечно думал о создании блока держав — СССР, Япония, Германия и Италия — и всячески хотел избежать возникновения этой войны. Татекава далее говорит, что японское правительство находится в трудном положении, так как, с одной стороны, оно имеет тройственный союз, а с другой стороны — пакт о нейтралитете с СССР. Татекава говорит, что сейчас японский кабинет ежедневно заседает, стараясь найти какое-либо решение, и посол думает, что, возможно, через несколько дней о позиции японского правительства в данном вопросе будет сообщено либо через Тате-каву в Москве, либо через Сметанина в Токио. Татекава при этом поясняет, что японское правительство находится в затруднительном положении в связи с тем, что возникла неожиданная и нежелательная для японского правительства ситуация.

Тогда т. Молотов спрашивает у Татекавы, что Мацуока, следовательно, вовсе не был информирован во время его поездки в Европу о возможности возникновения войны между СССР и Германией. Значит, добавляет т. Молотов, Мацуоку там оставили в неведении о существовании такого рода планов.

Татекава на это отвечает т. Молотову, что ему самому это кажется странным, так как является совершенно бесспорным фактом, что 5 апреля Мацуока, покидая Берлин, не был ни о чем информирован. Правда, добавляет Татекава, в конце апреля Осима из Берлина сделал некоторый намек в этом смысле, но в тот момент, говорит Татекава, они этому не поверили. Однако эти слухи в дальнейшем стали распространяться все упорнее, что, говорит Татекава, заставило его обратиться к т. Молотову. Однако т. Молотов тогда ответил, что это только слухи, и не придал им значения. Такой ответ т. Молотова в тот момент успокоил Татекаву. Татекава затем высказывает т. Молотову такую мысль, что если японскому правительству и стало известно об общих планах Германии в отношении СССР, то это лишь за 2-3 дня до событий. В подтверждение высказанной им мысли, что Япония не была осведомлена о таком обороте дела, говорит еще и то, что последний дипломатический курьер отправился из Токио в Германию 20 июня, а Татекава отправил своих двух секретарей в Германию в отпуск и вот, говорит Татекава, они теперь там застряли. Наконец, говорит Татекава, 21 июня он отправил в Иран одного секретаря посольства и атташе, о которых вот уже несколько дней нет никаких сведений, несмотря на телеграфные запросы в Ростов и Баку о том, чтобы они вернулись в Москву. Татекава, пользуясь случаем, обращается к т. Молотову с просьбой, чтобы было дано распоряжение разыскать местонахождение этих двух сотрудников японского посольства и оказать им содействие, чтобы они быстро могли вернуться в Москву. Таким образом, заключает Татекава, японское правительство, очевидно, не было точно информировано. Татекава добавляет, что хотя ему об этом ничего не говорили, но он полагает, что Мацуока в какой-то форме дал понять немцам о нежелательности для Японии войны между Германией и СССР.

Тов. Молотов, касаясь ссылки Татекавы на тройственный пакт, говорит ему, что в этом пакте оговорено, что он не затрагивает отношений каждого из участников этого пакта с СССР. Следовательно, заключает т. Молотов, надо полагать, что Япония по тройственному пакту не взяла на себя каких-либо обязательств против СССР. Затем т. Молотов выражает пожелание, чтобы Япония и СССР, как две соседние страны, считались бы как с интересами

 

67

 


 

данного момента, так и с интересами будущего и не делали бы каких-либо шагов к ухудшению отношений, которые, замечает т. Молотов, за последнее время, несомненно, стали улучшаться.

Татекава в ответ на это заявляет т. Молотову, что он и лично, и как посол, аккредитованный при правительстве СССР, а так же как один из тех, кто подписал пакт о нейтралитете, ожидает, что японское правительство будет соблюдать этот пакт, и что он, Татекава, целиком присоединяется к высказанному т. Молотовым мнению, чтобы обе стороны воздерживались от шагов, способных ухудшить отношения между обеими странами.

3. Татекава увязал эту заключительную часть своего высказывания с вопросом о предоставлении рабочей силы для нефтеконцессионера. Татекава говорит, что японские концессионеры обратились к соответствующим советским властям с вопросом о завозе советских рабочих и, в соответствующей пропорции, японских рабочих на концессии. Далее Татекава говорит, что пароход, везущий товаропродукты на концессию, уже нагружен, но без рабочих он не может уходить, так как по прибытии в Оху, на Северном Сахалине, он не может быть разгружен. Татекава добавляет, что давно уже относительно предоставления рабочих ведутся переговоры также и с НКИД, но ответа до сих пор нет. Татекава говорит, что пароход «Оха-мару» должен был уехать в Оху еще 25 июня. В связи с тем что вопрос о рабочих не разрешен, отход этого парохода перенесли на 29 июня. Вопрос этот, добавляет Татекава, маленький и хорошо было бы ускорить его разрешение.

Татекава просит т. Молотова, чтобы японским рабочим были в Токио выданы визы для въезда их на Сахалин или же чтобы был найден какой-либо другой способ, который разрешал бы этот вопрос.

Тов. Молотов отвечает Татекаве, что он примет меры к ускорению ответа.

4. В конце беседы Татекава, сославшись на слухи, обращается к т. Молотову с вопросом, правда ли что до начала войны СССР и Великобритания намеревались якобы заключить союз.

Тов. Молотов отвечает Татекаве категорически, что это ложь, что об этом даже не начиналось никаких переговоров с англичанами. Но теперь, говорит т. Молотов, другое дело. Сейчас к нам приехали английские военная и экономическая делегации, и мы будем вести с ними переговоры. Но, добавляет т. Молотов, вопрос этот встал только после 22 июня, в результате нападения Германии на СССР.

Записал
Царапкин

АВП РФ, ф. 06, оп. 3. п. 1, д. 5, л. 34-38.

 

 

50. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ТУРЦИИ В СССР А.АКТАЕМ

29 июня 1941 г.
Секретно

Я заявил послу, что пригласил его для того, чтобы окончательно выяснить вопрос о перелете посла СССР т.Виноградова в Анкару. По полученным нами

 

68

 


 

от Виноградова сведениям, турецкий пограничный комиссар заявил ему о том, что получено разрешение пропустить Виноградова через границу. Однако когда т.Виноградов пожелал выехать в Анкару поездом, то турецкий пограничный комиссар воспротивился этому, ссылаясь на то, что им получено разрешение на пересечение турецкой границы т.Виноградовым не в поезде, а на самолете. В связи с этим я просил посла выяснить окончательно этот вопрос и телеграфировать в Анкару о том, чтобы экипажу советского самолета, который не имеет, естественно, въездных виз в Турцию, было разрешено кратковременное пребывание в Турции впредь до возвращения в СССР без виз.

Посол ответил, что пограничный комиссар не имел права поступать таким образом и что не комиссар решает вопросы въезда в Турцию. Он, посол, только что перед отъездом в Наркоминдел узнал, что в посольстве получена срочная телеграмма из Анкары, которая сейчас расшифровывается. Может быть, в этой телеграмме идет речь о перелете Виноградова. Посол обещал сообщить мне содержание этой телеграммы, если его предположение окажется правильным. Если же телеграмма получена по другому вопросу, то он протелеграфирует о моей просьбе в министерство иностранных дел и о результатах не преминет меня известить.

Далее Актай заявил, что он получил от своего министерства иностранных дел телеграмму о том, что в последнее время происходили многочисленные перелеты советских самолетов через турецкую территорию. Послу поручено привлечь внимание к этому обстоятельству советского правительства и просить дать экипажам советских самолетов указание не нарушать территории и территориальных вод Турции. Актай вручил мне памятную записку по этому вопросу.

Я ответил, что, по-видимому, здесь какое-то недоразумение и перелеты, если они и имели место, могли быть только случайными. Я обещал дать указания о проверке перечисленных в записке фактов и о результатах сообщить послу.

Поблагодарив меня за ответ, Актай сказал, что он имеет еще одно поручение от своего министерства. Ему предложено МИДом сделать, в порядке информации, следующее сообщение:

1) Турецкое министерство иностранных дел получило сообщение, что в Токио распространяются слухи о том, что будто бы генеральный секретарь турецкого министерства иностранных дел в день начала советско-германской войны поздравил по телефону германского посла в Турции Папена с началом войны и заявил, что эта война является наказанием Советскому Союзу за нарушение им советско-германского торгового соглашения. Актаю поручено заявить, что эти слухи являются чистым вымыслом.

Отвечая на мой вопрос, были ли эти сведения опубликованы в японской печати, Актай сказал, что эти слухи распускает германское посольство в Токио и не исключено, что они могут появиться и в газетах.

2) Турецкие дипломатические миссии за границей сообщают, что из различных источников распространяются слухи, согласно которым последний германо-турецкий договор имеет какие-то секретные статьи и секретные приложения. Посол уполномочен заявить, что упомянутый договор не имеет никаких неопубликованных статей и что вместе с этим договором не было подписано никаких секретных документов, никаких к нему секретных приложений.

 

69

 


 

Актай добавил, что все эти разговоры являются «немецкими комбинациями», которые ему поручено опровергнуть.

На беседе присутствовал т. Подцероб. Должен отметить, что Актай произвел на меня и т. Подцероба впечатление человека явно «не в своей тарелке»: делая заявление о перелетах границы нашими летчиками, он заметно волновался и раза два подчеркнул, что такие случаи отмечаются со стороны СССР впервые.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 3. д. 29, л. 83-85.

 

 

51. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

29 июня 1941 г.

В ответ на ноту Шведской Миссии от 29-го июня с.г.[8] Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь сообщить, что Правительство Союза Советских Социалистических Республик приняло к сведению заявление Миссии о том, что она взяла на себя соблюдение датских интересов на территории Союза ССР.

Москва

АВП РФ, ф. 140, оп. 25. п. 33. д. 2. л. 35.

 

 

52. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ БАЛКАНСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В.НОВИКОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВЫМ

29 июня 1941 г.
Секретно

Я просил Стаменова еще вечером в субботу (28 июня) посетить меня, чтобы переговорить об условиях обмена нашего посольства в Германии на германское посольство в СССР и наших миссий в Румынии и Венгрии на румынскую и венгерскую миссии в СССР. Однако Стаменов, сославшись на то, что он провожает в 11 час. вечера на вокзал свою жену, отъезжающую в Болгарию, просил меня перенести разговор на воскресенье в 11 час. утра. Соответствующие ноты* Стаменову были посланы еще с вечера, поэтому, когда он явился ко мне, он уже был в курсе дела и задал лишь немногие вопросы, касающиеся обмена.

Прежде всего он сообщил мне, что уже информировал болгарское правительство о содержании наших трех нот для передачи заинтересованным правительствам. Затем он спросил, как можно поддерживать контакт с представительствами стран, интересы которых он защищает, и где сейчас находятся румынская и венгерская миссии.

_____________
* См. цок. 40-42.

 

70

 


 

Я ответил ему, что болгарская миссия может поддерживать с ними контакт через представителя, которого она выделит из своего состава. По поводу местопребывания румынской и венгерской миссий я ему обещал сообщить дополнительно. В свою очередь, я просил его уточнить нынешнее местопребывание советских миссий в Венгрии и Румынии, так как имеются сведения, позволяющие предполагать, что их эвакуировали куда-то из Будапешта и Бухареста. Стаменов записал мою просьбу и обещал еще сегодня же запросить Софию по этому вопросу.

Далее Стаменов сообщил, что он сам намерен поехать в Кострому для свидания с Шуленбургом, так как он не доверяет своему секретарю Тилеву, который якобы завел какие-то подозрительные связи с немцами (в частности, с Перцгеном) еще до начала войны Германии против СССР. Стаменов считает, что будет лучше, если он поедет в Кострому в сопровождении одного из сотрудников НКИД.

Я ответил ему, что выделение миссией того или иного представителя для контакта со своими подзащитными, равно как и мотивы этого, чисто внутреннее дело миссии. Что касается практических условий поездки Стаменова в Кострому, я сообщу ему о них сразу, как только это выяснится.

В заключение Стаменов просил, чтобы ему было сообщено о местопребывании и судьбе 30 германских подданных, прибывших в Москву 22 июня, и 4 женщин — сотрудниц венгерской миссии, выехавших из Москвы в направлении Венгрии.

Я обещал ему уточнить оба эти вопроса и своевременно информировать.

Прощаясь, Стаменов сказал, что он благодарит за вчерашнее сообщение Информбюро по поводу Болгарии. Он сказал также, что и Болгария не питает враждебных намерений в отношении СССР. Он не получил от правительства никакого изменения своих инструкций по поводу болгаро-советских отношений в связи с германо-советской войной. «Если кто-нибудь думает, — добавил он, — что встречи царя с Гитлером привели к какой-то договоренности между ними, то это ошибка. Скорее, наоборот».

Я сказал, что мне приятно слышать о том, что Болгария не изменила своего отношения к СССР в связи с последними событиями.

На этом беседа закончилась. Прием продолжался 20 мин.

Заведующий Отделом балканских стран
Н.Новиков

АВП РФ, ф. 06, оп. 3. п. 10, д. 121, л. 11-13.

 

 

53. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ФРАНЦИИ В СССР Г.БЕРЖЕРИ

29 июня 1941 г.
Секретно

По поручению т. Молотова в 22 час. я принял французского посла Бержери.

Посол сказал, что ему поручена печальная миссия довести до сведения советского правительства, что французское правительство решило порвать

 

71

 


 

дипломатические отношения между Францией и Советским Союзом. Мотивом этого разрыва является то, что французскому правительству стало известно, что дипломатические и консульские представители СССР во Франции занимались деятельностью, являвшейся посягательством на общественный порядок и государственную безопасность.

Лично от себя посол добавил, что он выражает сожаление, что его миссия, начавшаяся уже в достаточно трудных обстоятельствах, заканчивается таким образом.

Я ответил Б[ержери], что доведу до сведения моего правительства его заявление.

Я не могу, однако, не заявить в свою очередь, что посол, видимо, сам понимает всю искусственность и надуманность изложенных им мотивов разрыва наших дипломатических отношений; я считаю эти мотивы не имеющими под собой никакой почвы и явно ложными, так как никаких действий, которые являлись бы посягательством на общественный порядок и государственную безопасность Франции, советские дипломатические и консульские представители не допускали.

Б[ержери] на это ответил, что он действительно в настоящее время не имеет никаких данных, которые позволили бы ему подтвердить заявление его правительства, и что поэтому он лишен возможности дискутировать на эту тему. Мой ответ он доведет до сведения своего правительства.

Уточняя формулировку моего ответа, Б[ержери] сказал, что, как он понимает, я считаю мотивы, выставленные французским правительством, несправедливыми.

На это я вновь заметил, что о справедливости говорить не приходится, и поэтому я мотивы эти не характеризовал как несправедливые, а охарактеризовал как выдуманные, ложные.

Посол заметил, что, употребляя слово «несправедливый», он имел в виду то же выражение, что употребил и я, но по-французски эта же мысль выражается более вежливо — не словом «ложный», а словом «несправедливый». Слово «ложный» по-французски означает, что имеются какие-то другие обстоятельства (в данном случае — мотивы), о которых французское правительство не желает говорить.

Я подтвердил, что именно в этом смысле и я употребил слово «ложный» и что если посол считает это неправильным, то пусть он представит мне какие-либо данные в подтверждение заявления своего правительства.

Посол ответил, что таких данных у него нет.

Тогда я еще раз заметил, что у него их и не может быть, так как их нет в природе.

Далее с довольно развязным видом Б[ержери] заявил, что советские представители смогут покинуть Францию лишь в том случае, если персонал французской миссии в Москве сможет в безопасности выехать за границу.

На это я ответил, что мы руководствуемся принципами международного права и в данном случае будет поступлено в соответствии с международными обычаями. Я добавил при этом, что французское посольство сможет выехать за границу лишь в том случае, если советские граждане благополучно покинут Францию. Затем беседа перешла на технические вопросы.

На вопрос Б[ержери], не будет ли возможным оставить в Москве для охраны французского имущества кого-либо из французов, я ответил, что это было

 

72

 


 

бы возможно на началах взаимности, так как во Франции, в Париже, имеется наша недвижимость.

Впрочем, добавил я, Виши не хозяин Парижа; я сомневаюсь в возможности получить от французского правительства согласие на оставление в Париже наших людей для охраны советской собственности. При таких обстоятельствах говорить о взаимности невозможно. Тем самым, очевидно, отрицательно должен быть разрешен и вопрос, поднятый Б[ержери]. Что касается вещей посольства, то они могут быть сданы на хранение представителям той державы, которая будет защищать французские интересы в СССР.

Оговорившись, что он не желает дискутировать по вопросу о том, кто является хозяином Парижа, Б[ержери] просил выслушать его по ряду второстепенных вопросов.

Я предложил ему с этими вопросами обратиться в протокольный отдел или к тому лицу, которое будет уполномочено на эти переговоры. На этом беседа закончилась.

Мы разошлись, не подав друг другу руки. Б[ержери] держался хладнокровно, самоуверенно и даже несколько нагло.

Сопровождавший его советник французского посольства Пайяр сидел, прикрыв лицо рукой, и участия в беседе не принимал.

На беседе присутствовал т. Подцероб.

А.Вышинский

АВП РФ, ф. 06, оп. 3. п. 3. д. 29. л. 87-89.

Опубликовано в сборнике: Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. — М.. 1983. — Т. 1. — С. 44—46 (далее — Советско-французские отношения...).

 

 

54. ИЗ ЗАПИСИ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ СКАНДИНАВСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР И.С.ЗОТОВА С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

29 июня 1941 г.
Секретно

По поручению руководства сегодня я вызвал к себе шведского посланника Ассарссона на 2 час. дня.

Ассарссон, предупредив по телефону о задержке, приехал в 3 час.

Я извинился перед А[ссарссоном] за беспокойство в воскресный день, на что он живо отозвался, сказав, что извиняться должен он, так как задержался из-за спешного заготовления нескольких меморандумов, которые и привез с собой с тем, чтобы передать их мне.

А[ссарссон] передал мне:

1) меморандум относительно условий обмена дипломатическим и консульским персоналом миссий СССР и Германии[9];

2) меморандум с сообщением о запросе Наркоминделу посланника СССР в Будапеште относительно порядка обмена[10].

Ознакомившись с меморандумами, я сказал А[ссарссону], что содержание их доведу до сведения руководства Наркоминдела.

 

73

 


 

Затем А[ссарссон] вручил мне ноту с извещением о том, что шведское правительство по просьбе датского правительства уполномочило шведскую миссию в Москве представлять датские интересы* .

Ознакомившись с нотой, я спросил посланника, можно ли рассматривать это уведомление шведской миссии и как сообщение датского правительства о разрыве дипломатических отношений с СССР.

Посланник выразил недоумение по поводу отсутствия у нас этого официального заявления датского правительства и сказал, что немцы насильно заставили Данию разорвать отношения с СССР.

На мой повторный вопрос о том, следует ли это его сообщение считать передачей официального заявления датского правительства о разрыве с нами, А[ссарссон] слегка заколебался и ответил, что лучше он по этому вопросу запросит телеграфно свое правительство.

Кроме того, посланник просил разрешить ему завтра повидаться с датским и финским посланниками с тем, чтобы уведомить их о своих полномочиях по защите интересов Дании и Финляндии.

Затем А[ссарссон] просил дать ответ на меморандум относительно обмена дипломатического и консульского персонала СССР и Германии сегодня же**. Он подчеркнул, что Деканозов просил поторопиться. А[ссарссон] добавил, что, согласно уведомлению шведского посланника в Берлине, немцы обращаются с нашими представителями и сотрудниками весьма корректно.

Заметив посланнику, что и у нас с немцами обращаются прекрасно, я сказал ему, что доведу до сведения руководства НКИД все поставленные им вопросы.

Затем я сказал А[ссарссону], что вызвал его для того, чтобы передать ему несколько нот по вопросам условий обмена представителей СССР, сотрудников совучреждений и частных совграждан со следующими странами: Италией, Венгрией, Словакией и Румынией[11].

Кроме того, передал ему ноту с просьбой довести до сведения шведского правительства содержание нашей ноты, врученной Болгарской миссии 28 июня с.г. об условиях и порядке эвакуации советских граждан, находящихся в Германии***. Я отметил, что желательно ускорение всех операций по обмену и эвакуации.

А[ссарссон] выразил полное свое согласие относительно желательности для заинтересованных сторон закончить дело как можно скорее и обещал довести до сведения своего правительства все обращения правительства СССР****. [...]

Беседа на этом закончилась. Еще раз извинившись друг перед другом за неурочное беспокойство в воскресенье, мы разошлись. Беседа велась на норвежском языке. Переводила ст. референт Жданова.

Зав. Отделом скандинавских стран
И.Зотов

АВП РФ, ф. Об. оп. 3, п. 26, д. 357. л. 28-30.

_____________
* См. док. 51, прим. 8.
** См. док. 55.
*** См. док. 42.
*** Опущена часть беседы, касающаяся частных вопросов.

 

74

 


 

 

 

55. ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

29 июня 1941 г.

В ответ на меморандум шведской миссии от 29 июня с.г.* Народный комиссариат иностранных дел имеет честь сообщить следующее:

По вопросу об очередности и категории эвакуируемых советских и германских граждан Народный комиссариат иностранных дел сегодня, 29 июня, вручил шведской миссии вербальную ноту, в которой изложены предложения советского правительства. Народный комиссариат просит шведскую миссию обратить внимание на то обстоятельство, что советское правительство считает совершенно необходимым произвести обмен всех сотрудников торгпредства и других командированных советских граждан одновременно с дипломатическим и консульским персоналом.

Что же касается сроков порядка передачи эвакуируемых, то Народный комиссариат считает более целесообразным обмен произвести одновременно в любой из указанных в меморандуме сроков. В случае если по каким-либо основаниям германская сторона сочтет более целесообразным произвести обмен в 2 срока, то Народный комиссариат готов согласиться и с этим, при условии что эвакуация будет произведена в 2 срока как в отношении советских, так и германских граждан и что в списки эвакуируемых будут включены все советские граждане, перечисленные в вербальной ноте Народного комиссариата иностранных дел от 28 июня**.

Москва, 29 июня 1941 г.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3, п. 26. д. 357. л. 44.

 

 

56. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ШВЕЦИИ В СССР В.АССАРССОНОМ

30 июня 1941 г.
Секретно

Принятый по его просьбе, Ассарссон сообщил, что он только что получил ответ на телеграмму по вопросу об эвакуации советских граждан из Берлина. Он передал мне прилагаемый к беседе меморандум, в котором говорится, что германское правительство принимает предложение правительства СССР о том, чтобы все эвакуируемые лица были обменены в один раз***. Обмен может состояться 4 июля в 18 час. Посланник просил сегодня же ответить, находит ли правительство СССР возможным отправить эвакуируемых германских граждан, с тем чтобы они смогли прибыть в Ленинакан к 4 июля с.г.

Я ответил посланнику, что поручу этот вопрос т.Солоду. Он поставит посланника в известность о нашем ответе.

_____________
* См. док. 54, прим. 10.
** См. док. 42.
*** См. док. 55.

 

75

 


 

Посланник передал мне меморандум от 30 июня с.г., в котором излагается, что датское правительство приняло все меры к улучшению положения персонала советской миссии в Копенгагене. Все сотрудники миссии и торгпредства находятся в здании миссии. Датское государство заботится о снабжении их продовольствием. Поверенный в делах СССР в Дании имел беседу с министром иностранных дел Скавениусом, который изъявил согласие снова принять его, когда он этого пожелает.

Далее посланник вручил мне меморандум, передающий просьбу датского правительства сообщить, к какому государству правительство СССР предполагает обратиться в отношении защиты интересов Советского Союза в Дании*.

Я ответил посланнику, что правительство СССР просит правительство Швеции принять на себя заботу о советских интересах в Дании.

Посланник сказал, что он немедленно пошлет телеграмму своему правительству с изложением просьбы правительства СССР.

Посланник вручил меморандум, излагающий заявление итальянского правительства о том, что члены посольства в Риме (157 чел.) находятся в двух домах, которые защищены и охраняются. Шведский посланник может посещать советского посла.

Я поблагодарил посланника за сделанное им сообщение.

Затем посланник передал мне меморандум, заявив, что он получил уведомление правительства Венгрии о заявлении, сделанном посланником СССР в Будапеште. Советский посланник заявил, что с персоналом советской миссии при эвакуации из Будапешта в деревню Альсо Гоэд обращались во всех отношениях корректно и предупредительно.

Я также поблагодарил посланника за его сообщение и заметил, что здесь речь также идет об урегулировании вопроса об обмене дипломатическим и консульским персоналом.

На вопрос посланника, каким путем мы предполагаем эвакуировать советских граждан, находящихся в Венгрии, я ответил, что мы думаем эвакуировать их через Турцию.

Посланник сказал, что он хотел бы поскорее разрешить вопрос о доме, в котором до сих пор находилась словацкая миссия. Шведская миссия крайне нуждается в помещении.

Я просил посланника обратиться по этому вопросу к тт. Гришину и Зотову.

В свою очередь, я сделал посланнику следующее заявление:

Посланнику, вероятно уже известно, что правительство Виши порвало отношения с СССР. Правительство Советского Союза просит правительство Швеции принять на себя также и заботу о советских интересах во Франции**.

Посланник обещал тотчас же послать телеграмму шведскому правительству о сделанном мною заявлении.

Я условился с Ассарссоном, что еще сегодня или завтра утром с ним свяжутся те товарищи, которые занимаются эвакуацией, чтобы ускорить вопрос об обмене советских граждан на граждан соответствующих государств.

Посланник сослался тут же на некоторое затруднительное положение, в котором находится шведская миссия в связи с приказом о прекращении движения после 24 час. Посланник просил меня оказать содействие в получении

_____________
* См. док. 67.
** См. док. 57.

 

76

 


 

возможности попасть на телеграф, с тем чтобы он смог сегодня же послать телеграмму в Стокгольм.

Я обещал посланнику поручить Протокольному отделу и Отделу скандинавских стран подумать над этим вопросом.

Заместитель народного комиссара
иностранных дел
Лозовский

АВП РФ, ф. 06. оп. 3, п. 4. д. 36. л. 108-110.

 

 

57. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

30 июня 1941 г.

В связи с сообщением Французского Правительства о разрыве дипломатических отношений с Союзом Советских Социалистических Республик Народный Комиссариат Иностранных Дел СССР по поручению своего правительства имеет честь просить Шведское Правительство о принятии на себя защиты интересов СССР во Франции.

Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь сообщить Шведской Миссии, что Правительство Союза Советских Социалистических Республик желает произвести быстрейший обмен советских граждан, находящихся во Франции, на французских граждан, находящихся в СССР. Народный Комиссариат Иностранных Дел считает необходимым осуществить эвакуацию из Франции в СССР следующих категорий советских граждан:

а) членов дипломатического представительства;

б) сотрудников торгового представительства и командированных советских государственных служащих;

в) частных лиц.

Вместе с тем Советское Правительство считает, что эвакуации из СССР подлежат французские граждане — члены дипломатического представительства и частные лица.

Наиболее удобным местом обмена, по мнению Советского Правительства, мог бы служить один из пунктов Турции. Советские граждане должны быть направлены в Турцию через Италию и Болгарию.

Москва, 30 июня 1941 г.

АВП РФ, ф. 140, оп. 25, п. 33, д. 2, л. 36.

 

 

58. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

30 июня 1941 г.

Получив Ваши телеграммы о двух беседах с Криппсом, я решил, что будет Целесообразно сразу же повидать Идена и определить положение. Свидание состоялось сегодня после обеда.

 

77

 


 

Иден мне заявил, что помощь и сотрудничество Англии, о которых говорил Черчилль, надо понимать в самом широком смысле. Британское правительство готово сделать все, что в его силах, для содействия СССР в борьбе с Германией. Более конкретно:

1. В области экономической и военной (подчеркиваю — военной) нет никаких границ для сотрудничества, кроме границы возможного.

2. В области политической британское правительство охотно будет обсуждать с нами все вопросы, затрагивающие интересы обеих стран, в частности и в особенности проблемы Ближнего и Дальнего Востока; далее такого обсуждения и координации линий британское правительство пока не считает возможным идти с учетом позиции США и своих твердолобых. Касаясь специально военного сотрудничества, Иден подчеркивал, что британское правительство готово доброжелательно рассмотреть всякий план или предложение, сделанные с нашей стороны, и, в свою очередь, само готово выработать любой проект, который мог бы оттянуть германские силы в другую сторону. В частности, по поводу мыслей Бивербрука, которые он мне высказывал 27 июня, Иден заявил, что сегодня же поставит вопрос официально на заседании кабинета и затем сообщит мне ответ. Вообще со стороны Идена чувствуется желание пойти на действительное сближение, чего нельзя сказать про некоторых других министров, а особенно их аппараты.

Майский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 352. д. 2402. л. 357-358.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. I. — С. 55-56.

 

 

59. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ЧЛЕНАМИ ВОЕННОЙ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МИССИЙ ВЕЛИКОБРИТАНИИ

30 июня 1941 г.

Молотов заявил, что, как наверное известно всем членам миссий, в беседе, имевшей место между ним и английским послом Криппсом*, обсуждался вопрос о возможностях оказания Англией военной помощи Советскому Союзу путем отвлечения германских военных сил с Восточного фронта. Конкретно шел разговор об усилении воздушных налетов на Западную Германию и оккупированную часть Франции, о возможности десанта на Северном берегу Франции, а также о помощи Советскому Союзу английского военно-морского флота и авиации в районе Петсамо и Мурманска.

Отвечая Молотову, глава миссий Макфарлан заявил, что единственным желанием как британского правительства, так и самого Макфарлана, а также всех членов делегации является помощь Советскому Союзу всеми возможными средствами. Для того чтобы правительство решило предпринять какие-либо действия для оказания помощи Советскому Союзу, оно должно получить информацию от соответствующих членов миссий. Макфарлан считает, что члены миссий должны дать детальную и подробную картину всей обстановки, существующей сейчас повсеместно на Восточном фронте.

_____________
* См. док. 47.

 

78

 


 

Молотов разъяснил, что он не собирается вдаваться в подробности существующей сейчас на фронте обстановки и не считает, что это входит в задачи собравшихся здесь. Общее положение на фронтах уже известно. Сведения опубликованы в советских газетах, в сводках Информбюро, из которых совершенно ясно вытекает, что обстановка на фронте весьма серьезная. Речь идет в настоящий момент не о деталях, а о серьезных вопросах, и помощь со стороны Англии весьма ослабила бы это напряженное положение. Кроме того, ослабление и оттяжка немецких войск с Восточного фронта являются вопросом актуальным, выгодным как для Советского Союза, так и для Англии. Если, заявляет Молотов, Бивербрук прав, что Англия может усилить активность своей авиации в Западной Германии и на оккупированной территории Франции и даже высадить десант в упомянутых Бивербруком городах, то именно настоящий момент и является наиболее подходящим для подобного рода действий. В этом смысле сейчас и встает вопрос, могут ли военные силы Англии каким-либо образом помочь своими действиями.

Макфарлан повторил опять сказанное им о необходимости получения подробных сведений, без которых, по его мнению, Генеральный штаб не сможет решить вопрос о помощи и не сможет определить пути ее оказания. Макфарлан заявил, что он не хочет получить конкретные сведения о расположении советских войск и линии фронта на карте, он лишь хочет получить соответствующие необходимые сведения от советского Генерального штаба, которые он мог бы сообщить в Англию.

Молотов ответил, что 30 числа днем будет опубликована подробная сводка, подводящая итоги и детально обрисовывающая положение на фронте. Из этой информации ясно будет видна вся серьезность положения. Поскольку же инициатива помощи исходит от британского военного кабинета, то, естественно, встает вопрос, может ли Англия предпринять что-либо во Франции, в Западной Германии или же вообще в отношении основных промышленных районов Германии. Могут ли военные силы Англии оттянуть занятые на Восточном фронте германские части? Если, заявил Молотов, генерал Макфарлан не может рассмотреть этого вопроса, то, возможно, будет более целесообразным передать его на рассмотрение в Англию, в военный кабинет.

Макфарлан еще раз выразил свое желание помочь Советскому Союзу. Он представил доводы, согласно которым Генеральный штаб Англии можно уговорить принять какие-либо операции лишь после того, как будет дана ясная и полная картина обстановки на фронтах, после того как будет известно положение Советских Вооруженных Сил. Что же касается вопроса об операции в районе Петсамо и Мурманска, то Макфарлан мог бы сообщить в Лондон план, если таковой имеется у советского командования. Макфарлан добавляет, что помощь Англии Советскому Союзу представляет интерес для обеих стран.

Молотов согласился, что действительно это является общим интересом как Англии, так и Советского Союза. Действия Англии против Германии облегчили бы положение и оттянули силы немцев от Советского Союза. Молотов добавил, что он не считал целесообразным отвлекать начальника штаба от его работы для участия в настоящем совещании. Основной целью данной встречи является выявление возможностей оказания помощи как вообще, так и в отдельных случаях.

Коснувшись общего положения, Молотов заявил, что не следует напрасно терять время на рассмотрение вопроса помощи в деталях, так как из послед-

 

79

 


 

ней сводки Информбюро ясно видно, что события серьезные и продолжают разворачиваться. Детали положения на фронте и военных действий не имеют значения в решении Англии заявить, готова ли она помочь Советскому Союзу. Общее же положение на фронте остается серьезным, и в интересах обеих стран принять какие-либо меры для улучшения этого положения.

Макфарлан заявил, что посол уже телеграфировал о серьезности положения на фронте и просил Макфарлана выяснить детали этого положения. Макфарлан добавил, что он также пошлет телеграмму в Лондон, в которой опишет серьезность положения на фронте, с целью убедить английское правительство и Генеральный штаб в необходимости принятия соответствующих мер.

Молотов одобрил решение Макфарлана обрисовать положение в районе Петсамо и Мурманска. Молотов отметил, что немцы начали наступление на Мурманск, и спросил Макфарлана, могла бы Англия принять участие в операциях в этом районе и атаковать районы скопления войск противника. Это возможно сделать, например, при помощи военного флота, военных кораблей. Советский Союз со своей стороны может помочь в этом деле своими сухопутными частями, а также авиацией.

Макфарлан заявляет, что для решения этого вопроса необходимо собраться представителям обеих сторон и подробно его обсудить.

Молотов согласился, что, действительно, если Англия готова в принципе принять участие в проведении операций в районе Мурманска, то вопрос должен быть рассмотрен более конкретно. Вопрос заключается в том, согласна ли Англия предпринять что-нибудь для оказания помощи советским войскам.

Макфарлан на вопрос Молотова заявил, что нельзя говорить конкретно в отношении какой-нибудь операции без знания особенностей местности и специфических деталей. Английский Генеральный штаб не может пойти на осуществление этой операции, не зная деталей.

Молотов задает вопрос, какие детали конкретно интересуют миссии.

Члены делегации говорят, что англичан в районе Мурманска интересует количество и расположение аэродромов, противовоздушная оборона этих аэродромов, возможность ведения наблюдения, наличие топливных баз, защита военных судов в гаванях, снабжение высококачественным бензином и маслом, радиооборудование для посадки и радиопеленгаторы.

Молотов, принимая к сведению сказанное членами миссий, предложил закончить совещание и результаты сообщить в Лондон. Если английское правительство в принципе сочтет возможным принять участие в операциях в Мурманске и Петсамо, то после этого можно будет перейти к уточнению вопроса. Молотов просил обратить внимание английского правительства на те основные данные, которые он сообщил. Необходимо выяснить позицию английского правительства, хочет ли оно и согласно ли оно принять участие в активных военных действиях против финляндских и германских войск в районе Петсамо и Мурманска.

Макфарлан заявил, что он немедленно сообщит результаты переговоров в Англию, причем укажет на тяжелое положение, требующее быстрой помощи. Макфарлан обещал указать на конкретное желание советского правительства получить содействие и помощь военно-морскими силами Англии в районе Петсамо. Макфарлан обращает внимание на тот факт, что он весь день хотел передать весьма важные сведения, полученные из Генерального штаба Англии, но, ввиду отсутствия возможности, до сих пор их не передал в штаб советских войск. Макфарлан добавил, что он хотел бы обменяться инфор-

 

80

 


 

мацией и сверить имеющиеся у него сведения, чтобы получить точные и полезные для обеих сторон материалы. В таком же положении находится и генерал авиации, который до сих пор не был представлен ни одному из представителей Воздушных Сил Советского Союза.

Молотов обещает установить этот контакт.

На этом прием заканчивается.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1, д. 6. л. 23-28.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. I. — С. 56-59.

 

 

60. ИЗ ТЕЛЕГРАММЫ ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

30 июня 1941 г.

Сегодня утром был у Уэллеса, выполнив Ваше поручение. Рузвельт задержал свое возвращение в Вашингтон, возможно, на целую неделю, Хэлл болен и, видимо, надолго вышел из строя. Уэллес обещал передать Рузвельту содержание врученного мною списка*, к деловому обсуждению которого американское правительство приступит, по словам Уэллеса, безотлагательно. Уэллес пока высказал мне следующее свое личное мнение: предметы, названные в пунктах 1, 2 и 4, могут быть даны нам в количестве, которое он не берется предрешать, в зависимости от того, сколько из этих же предметов готовы уступить нам англичане, ибо для внутренних нужд по этим статьям понадобится лишь самый необходимый минимум, а основная масса производимого идет в Англию. Эту группу вопросов, заявил Уэллес, надо предоставить на усмотрение президента, который свяжется с англичанами. Мне лично кажется, что уже на данной стадии мы должны связаться по этому вопросу с англичанами, ознакомиться с графиком и количеством поступления к ним этих видов снабжения из США и заручиться их согласием на забронирование за нами соответствующего количества; если договоримся с англичанами в этом направлении, это колоссально облегчит преодоление наверняка предстоящего скрытого сопротивления враждебных элементов внутри американского госаппарата, умеющих саботировать такие дела, даже когда получают директивы сверху. Уэллес далее заявил, что по третьему пункту производственное положение напряженное, но возможности имеются. Он указал на необходимость скорейшего представления ему конкретного списка по третьему пункту с названием оборудования, количества, сроков, возможных американских поставщиков, назначение и т. д. Чем скорее представим эти данные, тем скорее начнется размещение. По шестому пункту Уэллес не информирован, в Вашей телеграмме было сказано «50 тысяч», я добавил «тонн» и, наверное, не ошибся. По пятому, седьмому, восьмому, девятому пунктам Уэллес препятствия не предвидит, но тоже рекомендует немедленно дать американскому правительству те же точные данные, как по третьему. На мое заявление о желательности пятилетнего кредита Уэллес реагировал благоприятно, ибо, когда я начал договариваться с ним, что мы ответим на возможные расспросы прессы о содержании сегодняшней беседы, он с явным сочувствием предложил

_____________
* См. док. 45.

 

81

 


 

следующую формулировку, с которой я согласился: «Советский посол поставил перед временно исполняющим обязанности госсекретаря вопрос о размещении в США некоторых новых советских заказов; вопроса о применении к СССР закона о займе-аренде не возникало». На вопрос Уэллеса, ставим ли мы вопрос о пятилетнем кредите также в отношении изготовленного оборудования, которое я обсуждал с Ачесоном, я ответил отрицательно, напомнив, что это оборудование целиком уже оплачено. Уэллес обещал поставить вопрос о пятилетнем кредите перед Рузвельтом, который примет меня сразу по возвращении в Вашингтон. Финансовая сторона закона о займе-аренде такова, что президенту предоставляется право самому определять условия расчета, колеблющиеся от должных кредитов и займов до фактического «подарка» в форме аренды вооружения; ясно, что подведение под поставку нам кредитной, коммерческой базы для Рузвельта внутриполитически удобнее, чем применение к нам в полном объеме закона о займе-аренде; в случае принятия нашего предложения, по-видимому, финансирование снабжения будет передано экспортно-импортному банку США, которому, однако, потребуется ассигнование конгресса на увеличение его фондов. По этому вопросу можно в самые ближайшие дни ожидать конкретного предложения американского правительства. Во всяком случае, поставив вопрос именно о пятилетнем кредите, Вы облегчили дело. Ответ президента по врученному списку Уэллес обещал дать мне на днях.

Остальные вопросы сегодняшней беседы с Уэллесом:

1. Уэллес попросил меня дать оценку военному положению. Я сделал это по материалам вечерней сводки от 29 июня с ответом на измышления германского командования, сделав упор на заключительной части сводки, то есть о провале расчетов немцев на успех молниеносного удара, о подрыве взаимодействия германских фронтов и других выводов нашей сводки. Уэллес ответил, что эта оценка соответствует мнению наиболее авторитетных военных специалистов США. Доподлинно зная, что это далеко не так, ибо доходящие до смешного мрачные оценки и предсказания в прессе инспирируются работниками разведывательного управления армии, я сказал Уэллесу, что если отдельные газеты и ссылаются на противоположные мнения военных экспертов, то, по-видимому, не имеют на то права, ибо к некоторым фантастическим рассуждениям в прессе, которые с серьезным видом рассуждают о немецкой опасности с Камчатки, мы относимся с должной дозой юмора, зная, что факты сильнее всего. Уэллес сослался на безответственность «некоторых газет».

2. Уэллес заявил, что американское правительство срочно нуждается в более углубленной существенной информации о ходе военных действий и что военный министр весьма разочарован, что американский военный атташе в Москве Итон изолирован от действительности. Я попросил Уэллеса уточнить, в чем же заключается просьба военного ведомства в отношении Итона. Уэллес в моем присутствии позвонил начальнику генерального штаба генералу Маршаллу, который, по словам Уэллеса, ответил ему следующее: генеральный штаб надеется, что в режиме Итона произойдут существенные изменения, и предоставляет на усмотрение военных органов СССР, какую конкретную форму этому придать; генеральный штаб был бы особо благодарен за допуск Итона на фронт, если же это невозможно, то за установление для него такого контакта в Москве, который дал бы Итону возможность более глубокого ознакомления с ходом военных действий и с армией. Обещал Уэллесу передать просьбу Маршалла в Москву.

 

82

 


 

3. Уэллес поднял вопрос о тоннаже. Он заявил, что для правильного использования тоннажа, как советского, так и тоннажа США и других стран, он рекомендует нам установить жесткую очередность грузов, извещать американские органы о количестве накопленных в портах грузов, сделать своевременные заявки на те или иные интересующие нас виды сырья, учесть, что положение с тоннажем настолько напряженное, что сплошь и рядом американские органы выдают приоритет на получение грузов с заводов той стране, которая дает гарантию, что грузы не залежатся и что для них имеется тоннаж. Если СССР заинтересован в горючем, то и на это надо дать заявку с уточнением, сколько горючего заберут наши нефтеналивные суда, сколько нам нужно американских. Желательно также точнее знать, какие сырьевые грузы мы собираемся забрать в Южной Америке. Все увязать в едином плане, учитывая, что ряд таких видов сырья Южной Америки, как медь, олово, контролируется североамериканскими компаниями. Ответил Уэллесу, что не сомневаюсь в предстоящем получении Амторгом соответствующих наших заявок, пока же желал бы сосредоточиться на быстром продвижении врученного ему сегодня по поручению советского правительства списка.

По заявлению Уэллеса о тоннаже указал ему, что рассчитываем на принятие американским правительством немедленных и решительных мер к предоставлению в наше распоряжение прибалтийских пароходов (курсирующих сейчас между портами США и Южной Америкой) и надеемся, что американское правительство прекрасно понимает, что люди, распоряжающиеся этими пароходами, включая бывших прибалтийских посланников, являются также нацистскими подголосками, как и финны, в какие бы проамериканские и продемократические одежды они ни рядились. Рекомендовал Уэллесу поинтересоваться с этой точки зрения подозрительной деятельностью в США самозваных прибалтийских представителей. Уэллес заявил, что обсуждение позиции американского правительства по прибалтийскому вопросу он откладывает на некоторое недолгое время, что же касается прибалтийских пароходов, он готов пересмотреть этот вопрос под практическим углом зрения использования тоннажа в общих интересах СССР и США. [...]

К.Уманский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 345. д. 2363. л. 290-295.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 49-52.

 

 

61. ДОНЕСЕНИЕ ВОЕННОГО АТТАШЕ ПОСОЛЬСТВА СССР В ЯПОНИИ ГУЩЕНКО НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По телеграфу

30 июня 1941 г.

Известняк имел неофициальную встречу 29 июня с подполковником Хая-си — начальник[ом] русского бюро 2-го отдела генштаба. Хаяси имел задание от начальника генштаба прощупать нашу позицию в отношении Японии. Начав беседу, сказал: «Начальник генштаба очень обеспокоен последними переле

 

83

 


 

тами через границу Ваших самолетов в районе Ворошилова, причем люки дотов были открыты, не означает ли это подготовки войны СССР против Японии?». Перелет японского летчика — полковника Аоки — в этот район имел целью проверить, не подготавливается ли здесь угроза против Японии. Все военные в Японии думают, что правительство Японии должно занять нейтралитет по отношению [к] СССР. Договор с Германией для нас не имеет реальной силы. Мы должны закрепиться в Китае. Мы воюем 5 лет, воевать нам хватит.

В заключение сказал: «Я передам начальнику генштаба, что СССР воевать против Японии не намерен. Перелеты через границу являются результатом беспокойства за соседа, не собирается ли он напасть».

Вывод: Хаяси правильно отразил настроение основной массы офицерства, но есть среди военщины много сторонников [того, чтобы] ввязаться в войну. Доверять ни в коем случае нельзя, ибо сейчас даже Коноэ не может сказать, как разовьются события в ближайшее время. Немцы приводят всю систему японского государственного аппарата в лихорадочное состояние. Могут соблазниться обещаниями немцев и объявить нам войну.

Икар*

Резолюция НУ: «Разослать тт. Сталину, Молотову, Тимошенко, Вышинскому. Подпись».

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 2. л. 504-505.

 

 

62. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО ЮАНЯ КИТАЯ СУНЬ ФО

30 июня 1941 г.
Секретно

После приветствий, вопросов и ответов протокольного характера Сунь Фо, отвечая на мой вопрос, заявил, что внимание всех приковано сейчас к Японии, которая до сих пор не может определить своего агрессивного курса. В отличие от почти установившегося мнения о том, что Япония непременно выступит на север, против СССР, Сунь Фо заявил, что он ожидает от Японии усиления нажима на Китай с привлечением, возможно, маньчжурских сил, содержать которые там нет никакой необходимости в связи с германо-советской войной. С другой стороны, он считает также возможной агрессию Японии на юг, где она может использовать свой морской флот, который до настоящего времени остается совершенно нетронутым.

Отвечая Сунь Фо на тот же вопрос, я заявил, что да, китайская пресса с самого начала германо-советской войны усиленно старается доказать неизбежность выступления Японии против СССР в самые ближайшие дни. Но мне кажется, что эти сообщения и «доказательства» не имеют под собой на сегодня почвы, так как еще нет прямых фактов, говорящих о том, что Япония непременно и скоро выступит против СССР. Наоборот, в связи с неясностью для Японии обстановки в Европе японское правительство, видимо, будет выжидать.

_____________
* Псевдоним военного атташе посольства СССР в Японии Гушенко.

 

84

 


 

Согласившись в основном с Сунь Фо, с его оценкой обстановки на Тихом океане, в свою очередь высказал свое мнение, что, судя по той шумихе, которая была поднята в Токио в связи в визитом Ван Цзинвея, японцы, видимо, активизируют свои действия по усилению лже-правительства Ван Цзинвея и разрешению китайского «инцидента» в целом и что это, в свою очередь, должно бы предполагать необходимость активизации китайцев на фронтах борьбы.

На мой вопрос, как США относятся к Японии, Сунь Фо заметил, что США «внимательно наблюдают» за Японией, не собираясь, однако, активно действовать.

Затем я спросил о том, какую позицию занимают США в отношении Китая. Сунь Фо сказал, что США усиливают помощь Китаю: так, например, утверждена первая партия товаров США, предназначенных для Китая, общей стоимостью в 45 млн. ам. долларов, весом около 16-200 тыс. т. Однако для того, чтобы доставить этот груз из Рангуна в Китай, понадобится около 2 лет при условии, что по бирманской дороге можно перевозить 300 т в сутки. Правда, китайское правительство намерено асфальтировать эту дорогу, увеличить количество грузовиков до 10-20 тыс. шт. (4 тыс. грузовиков прибывает в ближайшее время из США) и довести погрузки до 500-600 т в сутки.

Я спросил, будут ли использованы транспортные самолеты для переброски американских грузов из Рангуна в Китай. Сунь Фо ответил, что США занимаются этим вопросом.

Затем я задал вопрос о результатах работы финансовой конференции и о финансовом положении Китая. Сунь Фо ответил, что структура финансовой системы изменяется. Теперь не будет финансовых департаментов при провинциальных правительствах. Местные финансовые органы будут непосредственно подчиняться Центральному правительству. Одним из важнейших решений финансовой конференции является утверждение законоположения о передаче функции по сбору земельного налога от провинциальных правительств Центральному правительству. Предусматривается также сбор земельных налогов натурой (рисом), а не деньгами, как это было раньше. В связи с этим земельный налог увеличивается приблизительно в 15 раз. Если, таким образом, земельный налог провинции Сычуань составлял раньше .70 млн. ам. долларов, то теперь он будет равняться 1 050 000 000 ам. долларов. Доходы от земельного налога по всему Китаю составят в год приблизительно 5 млрд. ам. долларов, то есть 50% годового бюджета Китая.

Я спросил, удастся ли провести в жизнь это мероприятие, Сунь Фо ответил, что если проведение этого мероприятия не встретит особых трудностей в Сычуани, то успех обеспечен. Что касается Сычуани, то, как ожидает правительство, это мероприятие осуществимо.

Затем я поинтересовался оценкой Сунь Фо положения на фронтах Китая. Он заявил, что сейчас наблюдается почти полное затишье на всех фронтах. Это частично объясняется тем, что японцы не могут усилить наступления, а китайцы еще не подготовились к контрнаступлению.

После этого Сунь Фо спросил меня о военной обстановке на западе. Отвечая в объеме данных Советского информационного бюро, я заявил, что перед народами Советского Союза стоит трудная задача, но разрешимая. Гитлер, бросивший все свои вооруженные банды против СССР, будет иметь некоторый военный успех в начале войны, но конечная победа будет за нами, за Советским Союзом, так как мы боремся за правое дело, за свое отечество, честь и независимость.

 

85

 


 

В свою очередь Сунь Фо также заявил, что фашистская агрессия Германии, направленная на СССР, вызывает у китайского народа гнев против агрессора и искренние симпатии советскому народу, защищающему свое отечество.

В конце беседы Сунь Фо поинтересовался моим мнением о том, каким образом и что именно КСКО* должно сделать в связи с началом германо-советской войны. Я ответил Сунь Фо, что применять какие-то особые формы работы КСКО, мне кажется, не следует и что лучшим проявлением симпатий к СССР будет активная работа КСКО в целом, на основе тех планов, которые приняты президиумом. Нужно, в общем, развернуть и усилить культурную работу среди членов КСКО.

Отметив как положительный факт, что в последних номерах журнала «Культура Китая и СССР» помещен переведенный материал об СССР, в то же время заявил, что библиотека КСКО работает еще очень слабо.

Беседа состоялась по инициативе Сунь Фо.

На беседе присутствовали Г.Резанов и Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ. ф. 0100. оп. 25, п. 201. д. 9. л. 2-5.

 

 

63. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В ИРАНЕ А.А.СМИРНОВА С ПРЕМЬЕР-МИНИСТРОМ ИРАНА А.МАНСУРОМ

30 июня 1941 г.
Секретно

30 июня через два часа после прибытия в Тегеран я попросил приема у премьер-министра Мансура. Позднее время и совершенно необычный случай, когда вновь прибывший посол до визита в МИД и до вручения верительных грамот просит о приеме премьер-министра, вызвали у строгих к протоколу иранцев замешательство. Прошло некоторое время, когда было получено согласие Мансура принять меня.

Я посетил Мансура в 10 час. 10 мин., перед самым началом заседания Совета министров.

Мансур принял меня очень любезно. После взаимного обмена приветствиями я сказал Мансуру, что в СССР с большим удовлетворением принято заявление иранского правительства о сохранении полного нейтралитета. На это Мансур ответил, что иранское правительство на протяжении многих лет всегда стремилось к сохранению дружественных отношений с Советским Союзом.

Я изложил затем Мансуру текст заявления советского правительства о расширении товарооборота с Ираном и о транзите через Иран наших грузов.

Мансур, выразив благодарность за готовность советского правительства к расширению товарооборота, сказал, что это полностью отвечает желаниям иранского правительства. Со своей стороны, заявил Мансур, иранское правительство даст соответствующие указания министерствам уделить особое внимание вопросу расширения товарооборота с СССР. Мансур благодарил также за готовность СССР принять немедленные меры к доставке в Иран транзитных

_____________
* Китайско-советское культурное общество.

 

86

 


 

грузов, в том числе и вооружения. Мансур заявил, что иранское правительство учитывает транспортные трудности СССР военного времени, надеется, однако, что будет сделано все необходимое в отношении транзита иранских грузов.

Далее Мансур подтвердил, что иранское правительство согласно оказать всяческое содействие транзиту через Иран советских грузов. Однако он сделал оговорку, что в числе этих грузов не будут находиться такие, которые могли бы нарушить нейтралитет Ирана, который иранское правительство строго соблюдает.

Я указал Мансуру, что советское правительство не намерено ставить под угрозу нейтралитет Ирана. Я спросил Мансура, транзит каких товаров он считает опасным для нейтралитета Ирана. Мансур сказал, что только оружие.

На мое замечание, что мы намерены ввозить сырье и различные промышленные изделия и машины, Мансур ответил: «Все что хотите, кроме оружия, а что касается сырья, так Вы его все время провозили».

Желая окончательно убедиться, что Мансур подтверждает согласие на транзит наших грузов через Иран, я спросил его, могу ли я сообщить своему правительству о готовности иранского правительства оказать содействие транзиту через Иран наших грузов, которые в значительном количестве будут поступать через Персидский залив, Мансур ответил утвердительно, но вновь заметил: «За исключением оружия».

Я сказал Мансуру, что транзит большого количества грузов в СССР будет представлять также некоторый экономический интерес для иранских дорог. На это Мансур ответил, что они готовы способствовать расширению транзита даже при незначительном интересе, так как это направлено на дело укрепления дружбы с СССР.

У меня создалось впечатление, что Мансур принял заявление советского правительства с удовлетворением. Он обещал немедленно доложить его правительству.

В заключение беседы я выразил надежду, что в своей работе буду встречать с его стороны поддержку и содействие. Мансур ответил, что он всегда в моем распоряжении.

При прощании я сказал, что навещу его после выполнения своих протокольных обязанностей, которые, думаю, долго не затянутся. Мансур сказал, что он доложит шаху и мой прием будет в самый кратчайший срок.

Посол СССР в Иране
А.Смирнов

АВП РФ, ф. 094, оп. 26. п. 331. д. 5, л. 299-300.

 

 

64. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ БАЛКАНСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В.НОВИКОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВЫМ

30 июня 1941 г.
Секретно

Стаменов сказал мне, что он получил от своего правительства указание о порядке и сроках обмена германских граждан на советских граждан. Но это указание не является ответом на предложение, сделанное советским прави

 

87

 


 

тельством в ноте от 28 июня*, так как сообщение Стаменова в Софию о нашем предложении и только что полученная им телеграмма разошлись. Он оставляет мне копию ноты, содержащей это указание, лишь для сведения, так как для решения вопроса необходимо будет подождать ответа из Софии на советское предложение.

Я подтвердил Стаменову, что, по мнению НКИД, необходимо получить ответ на наше предложение.

Далее Стаменов спросил: нельзя ли вместо того, чтобы посылать в Мичуринск какого-либо болгарского представителя для установления контакта с румынской миссией, поручить это дело едущему туда на днях по делам финской миссии шведскому атташе для получения необходимых указаний от миссии о защите ее интересов.

Я заметил Стаменову, что, на мой взгляд, это не может быть нами допущено, так как мы можем разрешить установление контакта с румынской миссией лишь болгарской миссии, которая официально уведомила нас о принятии ею на себя защиты румынских интересов**.

Стаменов согласился с этим и сказал, что в таком случае придется послать кого-либо из работников болгарской миссии, кому он и просит оказать необходимое содействие.

В заключение Стаменов, вернувшись к вопросу об обмене немцев, спросил, приемлемы ли для нас сроки для обмена (4 и 10 июля), предложенные немцами.

Я ответил, что поскольку еще не внесена ясность в вопрос о порядке обмена (т.е. совершать ли эвакуацию в одну или в две очереди и в какую очередь какую группу лиц эвакуировать) и переговоры об этом еще ведутся, то, возможно, 4 июля придется заменить другим сроком, который мы сможем уточнить немедленно по достижении договоренности по основному вопросу, то есть о порядке обмена. При этом я добавил ему, что, по мнению НКИД, целесообразнее было бы обменять всех советских граждан на всех немецких граждан одновременно. Однако если другая сторона будет настаивать на обмене в 2 очереди, то мы согласны и на это при условии, если группировка граждан по очередям будет соответствовать сделанному нами в ноте от 28 июня с.г. предложению.

Заведующий Отделом балканских стран
Н.Новиков

АВП РФ. ф. 06, оп. 3. п. 10, д. 121. л. 14-15.

 

 

65. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ КИТАЯ В СССР ШАО ЛИЦЗЫ

1 июля 1941 г.
Секретно

После взаимных приветствий посол, принятый по его просьбе, сказал, что, как только стало известно о нападении Германии на Советский Союз, он хотел было выразить свои личные чувства в связи с этим т. Молотову или мне

_____________
* См. док. 42.
** См. док. 41.

 

88

 


 

в тот же день. Однако, учитывая занятость т. Молотова и мою, он поручил это сделать советнику китайского посольства Лю Цзечжуну через т. Лифанова.

Справившись о том, было ли мне об этом доложено, и получив от меня удовлетворительный ответ, посол заявил, что несколько дней назад Чан Кайши имел беседу с нашим военным советником. После беседы маршал прислал телеграмму, в которой просит посла передать от имени китайского правительства и китайского народа симпатии Советскому Союзу и пожелание скорейшей победы над врагом.

Я ответил, что как советское правительство, так и советский народ не сомневались в симпатиях китайского правительства и китайского народа к СССР в его борьбе, и просил посла передать китайскому правительству благодарность за выраженные чувства.

Сказав, между прочим, о том, что цель его сегодняшнего визита состоит в том, чтобы передать от имени Чан Кайши выражение симпатии и пожелание победы советскому народу, посол спросил, не располагаю ли я временем, чтобы поговорить с ним и по другим вопросам.

Я ответил, что охотно выслушаю посла.

Посол сказал, что хотел бы поделиться со мной одной новостью, которая, может быть, уже известна в НКИД, а именно что Германия решила признать ванцзинвеевское правительство.

В ответ я заметил, что от этого «признания» ванцзинвеевское правительство не станет сильнее. Германия делает это для того, чтобы задобрить Японию и получить от нее кое-что взамен.

Согласившись со мной, посол спросил мое мнение, не указывает ли это признание на желание Германии еще более сотрудничать с Японией.

На это я ответил, что до последнего времени германское правительство воздерживалось от признания правительства Ван Цзинвея и этот шаг является уступкой Японии. Что бы там ни случилось, можно с уверенностью сказать, добавил я, что такие народы, как китайский и советский, завоевать и покорить нельзя. Я лично смотрю на гигантскую борьбу этих народов с большим оптимизмом, хотя одного оптимизма здесь недостаточно: нужно крепче драться — это главное.

Посол ответил, что, по-видимому, беседа Чан Кайши с нашим советником именно и заключалась в том, чтобы обсудить вопрос о том, как крепче драться. Касаясь далее позиции Японии в отношении к советско-германской войне, посол спросил, как, по моему мнению, будет вести себя японское правительство.

Я ответил, что если судить по японской прессе, то можно сказать, что в настоящее время в японских правительственных кругах идет борьба. В Японии имеются сторонники вмешательства в советско-германскую войну, сторонники и противники США и Англии и сторонники нейтралитета. Во что выльется все это — сказать сейчас трудно, поскольку положение до сих пор неясно.

На заданный послом вопрос, слыхал ли я, что Ван Цзинвей и Коноэ выпустили коммюнике по поводу совместной борьбы с коммунизмом, я ответил, что об этом коммюнике я слыхал, но самого коммюнике не читал. Поэтому сказать что-либо определенное в этой связи я затрудняюсь.

Посол далее поднял вопрос о возможности продажи Китаю бензина, о чем речь шла в предыдущей беседе. Он сказал, что, несмотря на то что возникли новые события, желательно, чтобы Советский Союз оказал Китаю помощь в приобретении бензина.

 

89

 


 

Я обещал просьбу посла довести до сведения т.Микояна. Я добавил к тому же, что сложившаяся за последнее время обстановка не особенно благоприятствует экспорту вообще и поставкам бензина Китаю. Однако еще раз заверил посла, что просьбу его об этом я передам т.Микояну.

В этой же связи посол заявил, что, хотя обстановка и усложнилась, однако она в некотором отношении может создать и облегчение в вопросе поддержания товарообмена между СССР и Китаем. При этом он сослался на тот факт, что до возникновения германо-советской войны Англия препятствовала вывозу через Бирму грузов, закупленных Советским Союзом у Китая, в то время как теперь англичане этих препятствий не чинят. В этих условиях, заметил посол, может быть, было бы важно усилить обмен товарами между нашими странами и тем самым в какой-то мере облегчить борьбу.

На высказанную послом мысль я ответил, что не могу сказать, о каких товарах могла бы идти речь, и обещал послу поговорить об этом с т.Микояном.

Посол сказал, что он не желает отнимать у меня дорогое время, пожелал как мне, так и членам советского правительства бодрости и здоровья, на что я ответил, что у нас у всех есть бодрость, здоровье и полная уверенность в том, что советский народ разобьет германский фашизм.

Я сказал, что занятие германскими войсками нескольких наших городов не решает дела; наше преимущество в борьбе с врагом заключается в первую очередь в том, что Германия борется за мировое господство и за превращение людей в своих рабов, в то время как Советский Союз ведет борьбу за свою независимость и свободу. Я еще раз выразил уверенность в том, что фашистская шайка будет нами разбита и от нее останется лишь исторический смрад.

На сказанное мною посол заявил, что цели борьбы китайского народа и советского народа совпадают, так как Япония хочет того же, что и Германия.

Я, в свою очередь, сказал, что нет никакого сомнения в том, что мы помешаем германским фашистам превратить их мечты о мировом господстве в действительность.

При беседе присутствовал врио зав. 1-м Дальневосточным отделом т.Лифанов.

Лозовский

АВП РФ, ф. 0100, оп. 25. п. 200, д. 6, л. 32-35.

 

 

66. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ КИТАЯ ГО ТАЙЦИ

1 июля 1941 г.
Секретно

После официального представления министру, вопросов и ответов протокольного характера я попросил его поделиться впечатлениями, полученными во время его путешествия из Лондона в Чунцин. Го Тайци сказал, что ему удалось разрешить ряд вопросов в США относительно взаимоотношений Америки и Китая, обменяться соответствующими документами и этим самым еще более укрепить существующие отношения двух стран.

Касаясь германо-советской войны, министр заявил, что еще три месяца тому назад в Лондоне были уверены в неизбежности столкновения Германии

 

90

 


 

и СССР. Получаемая в то время информация позволяла утверждать, что Германия должна выступить в ближайшее время. Однако советский посол в Англии Майский не придавал значения указанной информации, несмотря даже на то, что его неоднократно предупреждали об этом. Но теперь, когда началась война, следует говорить о том, как быть дальше... Министр подчеркнул, что он всегда был сторонником сотрудничества. Англии, США, СССР и Китая, которые должны создать антиагрессивный фронт и бороться против агрессии и войны. Анализ советской мирной политики, отношение и участие СССР в разрешении польского вопроса, финского инцидента, прибалтийской проблемы позволяют, заметил министр, сделать вывод о ее последовательности и неизменности. Именно теперь наступил самый удобный случай для создания антиагрессивного фронта указанными четырьмя странами.

Затем министр спросил меня, какие реальные шаги приняли США для оказания помощи СССР. Я ответил, что пока не известно ни о каких практических мерах США в этом отношении.

Касаясь высказанной Го Тайци мысли об антиагрессивном фронте, я заметил, что СССР всегда строго выполнял все обязательства, которые он брал на себя при заключении договоров и пактов, что Советский Союз и впредь будет строго соблюдать их, если, конечно, речь идет о честном сотрудничестве. Я остановился также на том, что СССР с самого начала борьбы Китая за независимость и свободу и до настоящего времени неослабно помогает ему, несмотря на всякие разговоры о том, что в связи с пактом о нейтралитете СССР и Японии эта помощь якобы может прекратиться.

Затем министр поинтересовался положением на фронтах германо-советской войны; я рассказал ему в общих чертах то, что мне было известно из текущей информации ТАСС.

В заключение беседы я выразил надежду, что министр окажет мне поддержку и помощь в моей практической работе и что у нас будет тесный деловой контакт и сотрудничество, направленное на развитие и укрепление дружественных отношений между нашими странами.

Го Тайци в свою очередь также выразил надежду на взаимный деловой контакт и необходимость крепить дружественные взаимоотношения между нашими странами.

На беседе присутствовали Цзоу Шаню и Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ, ф. 06, оп. 3, п. 17, д. 215, л. 196-197.

 

 

67. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР*

1 июля 1941 г.

Народный Комиссариат Иностранных Дел СССР по поручению своего Правительства имеет честь просить Шведское Правительство о принятии на себя защиты интересов СССР в Дании.

_____________
* Ответная нота миссии Швеции в СССР о согласии правительства Швеции принять на себя защиту интересов СССР в Дании была направлена 2 июля 1941 г. в НКИД СССР.

 

91

 


 

Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь сообщить Шведской Миссии, что Правительство Союза Советских Социалистических Республик, желая произвести быстрейший обмен дипломатическим и консульским персоналом обеих сторон, считает необходимым осуществить эвакуацию из Дании в СССР следующих категорий советских граждан:

а) членов дипломатического представительства;

б) сотрудников торгового представительства и командированных советских государственных служащих.

Вместе с тем Советское Правительство считает, что эвакуации из СССР подлежат датские граждане — члены дипломатического представительства.

Наиболее удобным местом обмена, по мнению Советского Правительства, мог бы служить один из пунктов Турции. Советские граждане должны быть направлены в Турцию через Германию и Болгарию. О времени обмена предлагается договориться особо.

Народный Комиссариат Иностранных Дел заранее благодарит Шведское Правительство и Миссию за содействие в благоприятном осуществлении пожеланий Советского Союза.

Москва, 1 июля 1941 г.

АВП РФ. ф. 140. оп. 25. п. 33. д. 2, л. 38.

 

 

68. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

2 июля 1941 г.

Молотов принял Криппса по его личной просьбе. Прибыв в сопровождении начальника военной миссии Макфарлана и 3-го секретаря посольства Денлопа, Криппс сообщил о решении английского правительства послать в СССР еще одну группу военных экспертов. Состав группы уже утвержден, и стоит вопрос лишь об организации перелета двух английских самолетов в Советский Союз. В состав делегации, по заявлению Криппса, входят: два эксперта по ПВО, о которых просил Вышинский; журналист Верт, три клерка — авиационный, военный, морской; один морской офицер-техник, если Криппс не ошибается, специалист-подводник; один офицер из разведки, имеющий последнюю информацию о германской армии; один офицер-шифровальщик; один офицер-воздушник, приезжавший с военной делегацией два года тому назад; один сержант стенограф-машинист. Криппс добавил, что посольство рассчитывает послать с прилетающими самолетами информацию в Лондон, а если советское правительство пожелает воспользоваться услугами англичан, то посольство с готовностью окажет свое содействие в пересылке материалов в советское посольство в Лондоне.

Молотов, пообещав рассмотреть вопрос и немедленно дать ответ, спросил Криппса, получил ли последний ответ от английского правительства на поставленные им вопросы. На заявление Криппса, что вопросы все еще обсуждаются. Молотов заметил, что время в настоящий момент очень дорого и быстрейшее оказание Англией помощи СССР в интересах как Советского

 

92

 


 

Союза, так и самой Англии. Однако до сих пор незаметно ни по английским сообщениям, ни по другим фактам усиления деятельности английских военных сил против Германии. На заявление Криппса, что англичане увеличили бомбардировку как в вечернее, так и в дневное время, Молотов указал, что Советский Союз надеется, что английское правительство сделает больше, чем оно делает сейчас. Англия уже давно воюет и знает, какая в настоящий момент обстановка на западе Германии. Молотов заявил, что он не может предположить, чтобы Англия не делала соответствующих выводов из создавшегося положения.

Стараясь оправдать действия английского правительства, Криппс опять начал пространно объяснять, что, мол, у английской миссии в Москве было очень мало времени для установления контакта с советскими военными представителями, с тем чтобы скоординировать действия советских и английских военных сил. Что же касается операции в районе Мурманска, то посол надеется на согласованность и достаточный обмен информацией, который, возможно, произойдет между морскими представителями обеих сторон. Английское правительство и английские морские власти не могут прийти к заключению о возможности операции до тех пор, пока не получат детальной информации от своих морских представителей.

Молотов указал на то, что посольство, очевидно, имеет основные сведения об обстановке в районе Мурманска. В настоящий момент встает только вопрос, хочет ли британское правительство воспользоваться предоставившимися ему возможностями и проявить активность как в районе Мурманска, так и в районе северной Норвегии.

Криппс опять начал рассуждать, что возможности операции теперь должны рассматривать эксперты, что в настоящий момент все зависит лишь от технических решений, без которых английское правительство не может предпринять ту или другую операцию. С политической точки зрения решение о помощи Советскому Союзу принято. Дело теперь только в фактическом выполнении, что невозможно без решения экспертов. Дальнейшее политическое обсуждение не даст прогресса.

Молотов указал, что различные технические переговоры слишком затягиваются и что они могут вообще происходить без конца. Такая постановка вопроса может сделать всю операцию в районе Мурманска совершенно непрактичной. Время в настоящий момент очень дорого, заявил Молотов, и встает вопрос о том, может ли английское правительство сделать что-либо безотлагательно для помощи советским войскам. До сих пор советское правительство не получило ответа на вопрос, готовы ли английские военные силы принять участие в операции в районе Мурманска.

Криппс опять повторил, что английское правительство не может принять решения без ознакомления с деталями операции. В современной сложной обстановке английский флот не может рисковать своими силами в районе Мурманска, в районе незнакомых вод. Совещание же экспертов-моряков создаст базу для принятия решения английским правительством.

Молотов согласился с тем, что специалисты должны обсудить детали операции, однако нельзя превращать обсуждение в бесконечные расспросы. Пусть английская авиация действует более активно там, где подробные сведения ей не нужны.

Криппс заявил, что он, конечно, понимает возникновение трудностей при обмене информацией, которые, по его мнению, объясняются недоверием обеих

 

93

 


 

сторон друг к другу в прошлом. В последней беседе Криппс почувствовал, что имелись какие-то недомолвки.

Молотов отверг заявление Криппса и заявил, что посол ошибается. Всякие недомолвки и неясности вредны. Также вредны и различные мелочные решения и мелочное детальное рассмотрение вопросов.

На замечание Криппса, что он будет говорить теперь с Молотовым вполне откровенно, Молотов заявил, что в настоящий момент дело не в откровенности, а в перемене обстановки. В данный момент обе стороны имеют общего врага, вследствие чего они имеют и общие интересы. Если мы, заявил Молотов, не понимаем друг друга, то наносим ущерб обеим сторонам. Если раньше, как представитель советского государства, заявил Молотов, он вел с Крипп-сом сдержанные разговоры, то это делалось с целью удержать Советский Союз от вступления в войну и не провоцировать нападение. Теперь же обстановка другая, и обе стороны должны действовать совместно.

Молотов выразил надежду, что британское правительство приложит все усилия, чтобы оказать такую помощь, которую можно было бы почувствовать и которая облегчила бы положение на фронте. В настоящий момент нужны быстрые решения и действия широкого масштаба, так как противник оказывает сильное давление по всему фронту.

Криппс заявил, что как он, так и Макфарлан сделают все для того, чтобы представить британскому правительству полную картину создавшегося положения и указать на необходимость немедленной широкой помощи.

АВП РФ. ф. Об. оп. 3. п. 1. д. 6. л. 29-32.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. I. — С. 60-62.

 

 

69. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ США В СССР Л.ШТЕЙНГАРДТОМ

2 июля 1941 г.
Секретно

Штейнгардт прежде всего заявил с довольным видом, что во время последней беседы он дал мне хорошее предупреждение. Немцы, мол, начали наступление только на 3 часа позже того, что он предсказывал. Он знал это потому, что американцы получили сведения из источника, который никогда еще не подводил. Немцы заявляли, что не будут предъявлять никаких требований, а сразу начнут наступление по всему фронту, вынудив финнов и румын выступить с ними.

На мое замечание о том, что тогда он не сообщил мне ни даты выступления немцев, ни таких подробностей, Штейнгардт возразил, что он не мог этого сделать, так как все это могло оказаться неправдой. Но, во всяком случае, теперь все, касающееся нас, что он узнает из этого источника, он сообщит мне. Сейчас же пока он не имеет ничего нового.

На мой вопрос, идет ли эта информация от их дипломатов, Штейнгардт ответил, что их дипломаты якобы совсем не занимаются этим и что данная информация исходит из частного источника.

Затем Штейнгардт перешел непосредственно к тем вопросам, из-за которых пришел ко мне.

 

94

 


 

I. Он получил сегодня телеграмму из Вашингтона, в которой сообщается, что советский посланник в Хельсинки просил американского посланника в этом же городе передать советскому правительству следующее сообщение:

«Связь советской миссии в Финляндии с советскими консульствами прервана с 20 июня, а с советским правительством — с 24 июня. Посланник опасается, что персонал советского консульства в Петсамо захвачен немцами, так как он не имеет от консульства никаких сообщений. Он три раза писал в финляндское министерство иностранных дел о том, чтобы персонал консульства в Петсамо был прислан в Хельсинки, но до сих пор никакого положительного ответа не получил. Он полагает, что советское правительство должно настаивать на этом. Персонал советского консульства в Марианха-мине приехал в Хельсинки в сопровождении финской полиции и жалуется на то, как с ним обращались в пути финские власти. Миссии в Хельсинки разрешено пользоваться только местным телефоном. Финская полиция арестовала в советской миссии советского не то приемщика, не то кого-то другого (Штейнгардт сослался на пропуск в телеграмме госдепартамента), посланного в Финляндию в связи с приемом барж и буксирных пароходов по торговому соглашению 1940 г. За исключением работников консульства в Петсамо все остальные советские представители в Финляндии находятся в Хельсинки в полном здравии».

Я просил Штейнгардта передать через госдепартамент советскому посланнику в Хельсинки следующее:

1. Наши интересы в Финляндии представляет Швеция, и ему нужно связываться со шведским посланником в Финляндии, через которого он будет информироваться советским правительством.

2. Если работники нашего консульства в Петсамо будут задержаны, то мы, в свою очередь, не выпустим отсюда финских представителей.

II. Американский посол в Виши сообщил в Вашингтон о том, что советский посол выехал из Виши 30 июня в 11 час. 30 мин. вечера в порт Вандр. Перед отъездом он обратился с просьбой к американскому послу, чтобы тот попросил британское правительство послать в порт Вандр британское судно, которое взяло бы на борт 88 человек из советского посольства, включая детей. Американский посол имел личное свидание с Дарланом, во время которого получил от него гарантию неприкосновенности этого британского судна во французских водах.

Я попросил Штейнгардта передать через госдепартамент Богомолову, чтобы состав советского посольства ехал железной дорогой через Италию и Турцию, потому что их судно может быть торпедировано. Итальянцы не могут не выдать им транзитных виз, поскольку итальянское правительство хочет получить своих людей, находящихся в СССР. Я сообщил Штейнгардту, что в последней телеграмме, полученной нами от нашего посла в Виши, говорится, что он просил американского посла в Виши представлять там наши интересы. Я просил Штейнгардта запросить об этом госдепартамент и сообщить нам ответ американского посла в Виши*.

III. Штейнгардт предложил, чтобы советское и американское правительства взаимно отменили введенные в последнее время ограничения в передвижении американских дипломатов в СССР и советских — в США.

_____________
* Негативный ответ был передан Штейнгардтом в беседе с С.А.Лозовским 7 июля 1941 г.

 

95

 


 

Я обещал довести об этом до сведения правительства.

IV. Два очень известных американских корреспондента — Сайрус Сольцбергер и Джон Витакер добиваются виз на въезд в СССР, чтобы давать сообщения о войне. Сольцбергер представляет «Нью-Йорк Таймс», а Витакер — «Чикаго Дейли Ньюс». Оба они пользуются большой известностью среди читателей. Американский читатель всегда читает то, что они пишут. Они не то, что, скажем, Кэссиди, который не пользуется таким авторитетом. В такое время, как сейчас, Советскому Союзу было бы важно заполучить таких корреспондентов, как Сольцбергер и Витакер.

Я обещал сообщить это правительству.

V. Штейнгардт пожаловался на то, что наш телеграф обслуживает корреспондентов лучше, чем [американское] посольство. Телеграммы корреспондентов приходят в США раньше, чем его телеграммы, в результате чего они скорее попадают в прессу. Между тем корреспонденты могут не всегда послать правильную информацию и тем самым могут принести вред Советскому Союзу. Он просил, чтобы телеграммы посольства отправлялись в первую очередь.

Я обещал уладить этот вопрос.

VI. С пропусками на право проезда по Москве после 24 час. дело доходит до курьезов. Любой американский корреспондент может получить такой пропуск, для членов же посольства гораздо труднее получить пропуска. Например, в Москве есть корреспондентка журнала «Кольерс Уикли», которая даже фактически не является корреспонденткой и журнал ее совсем не пользуется никаким влиянием, но ей дали пропуск. Между тем его советник Торстон вот уже три дня добивается пропуска и до сих пор безрезультатно. Просил оказать содействие в выдаче Торстону пропуска. Вообще он хотел бы, чтобы я как-нибудь поговорил с ним о находящихся здесь американских корреспондентах. Он считает, что не всем из них можно доверять, а сейчас, когда «мы вместе против Гитлера», он тоже заинтересован в том, чтобы в американскую прессу поступали хорошие вести. Советовал не обращаться с корреспондентами слишком хорошо. Хорошо отзывался о супругах Колдуэлл, как о серьезных людях.

VII. Цензор отдела печати не пропустил телеграмму Кэссиди, в которой тот сообщал, что посольство в Москве подготовилось к возможным бомбардировкам. Это ставит его, Штейнгардта, в неудобное положение, так как в Соединенных Штатах ожидают, что он принял какие-то меры к защите членов посольства и отдельных американских граждан. Вообще он хотел бы, чтобы и в будущем все сообщения, касающиеся работы посольства здесь, пропускались бы беспрепятственно (текст телеграммы прилагается)*.

VIII. Правительство Соединенных Штатов берет обратно свое требование об отзыве из Соединенных Штатов двух помощников советского военного атташе (Березин и Овчинников). Департамент морского флота Соединенных Штатов изъявил желание направить в СССР двух морских атташе и двух помощников атташе. Одного атташе департамент хотел бы оставить во Владивостоке «наблюдать за японцами», а трех прислать в посольство в Москву.

IX. Далее Штейнгардт высказал мнение и просил передать об этом т. Молотову, что японцы едва ли предпримут сейчас наступление на Советский Союз, потому что они боятся Соединенных Штатов, которые не замедлят выступить

_____________
* Не публикуется.

 

96

 


 

против них, если они выступят против Советского Союза. Однако не исключена такая возможность, что под нажимом Германии Япония могла бы в угоду ей пойти на такой шаг, как разрыв дипломатических отношений с СССР, не имея в то же время намерения вслед за этим вступать в войну. Но этим жестом она все же добилась бы того, что Советский Союз все равно вынужден был бы держать наготове большие силы на Дальнем Востоке, что ослабило бы Западный фронт.

Я выразил сомнение в том, что Япония поступит так же, как правительство Виши, потому что в то время как с последним у нас нет экономических отношений, с Японией мы связаны целым рядом деловых вопросов (торговые отношения, рыболовное соглашение и др.).

Штейнгардт вновь начал доказывать, что японцы сейчас не имеют намерения воевать с Советским Союзом. Татекава говорил ему несколько раз, что его народ устал от войны и не хочет ее. Если же Япония все-таки совершит эту ошибку, то американский флот, почти вдвое более сильный, чем японский, немедленно выступит с Гавайских островов и Филиппин. В Америке давно уже многие настаивают на том, что США должны начать с уничтожения японского флота. Японцы знают это и боятся этого.

X. Штейнгардт поднял вопрос об ускорении расследования дела арестованной жены американского корреспондента Габихт и, если возможно, о ее освобождении. Она в настоящее время находится в Саратове, а Габихт, вынужденный возиться с двумя детьми, совершенно не может работать и каждый день ходит к нему и не дает ему покоя.

Я обещал выяснить этот вопрос.

XI. Штейнгардт хвастливо заявил, что он принадлежит к разряду людей, которые всегда заглядывают в будущее и стараются быть готовыми ко всему. Он полагает, что нет ничего невозможного в том, что Красная Армия скоро отступит к Москве, так как германские моторизованные колонны продвигаются очень быстро. Не было бы разумно с его стороны, если бы он перевел часть своих служащих в восточную часть СССР — в Казань или Свердловск, чтобы в случае, если бы пришлось перебираться туда всему посольству, то было бы уже все подготовлено. Он не видел бы ничего особенного, если бы советское правительство переехало куда-нибудь из Москвы в более спокойное место. Когда англичане вторглись в Америку, правительство покинуло Вашингтон через две недели. Он считает, что британское правительство поступило глупо, не выехав из Лондона.

На мое замечание о том, что нет никаких оснований для переезда из Москвы, Штейнгардт ответил, что он все же хотел бы, чтобы его предупредили о такой возможности заранее, а не в тот же день, когда это может случиться. К тому же Москва может подвергнуться очень интенсивным и тяжелым бомбардировкам, так что все равно будет очень трудно работать.

XII. Затем Штейнгардт привел уже известные цифры о быстро возрастающем выпуске истребителей и тяжелых бомбардировщиков в Соединенных Штатах и заявил, что Германия будет общими силами быстро разгромлена. По словам Штейнгардта, президент Соединенных Штатов решил проучить немцев и показать им, что значит бомбардировка. Заводы Соединенных Штатов заняты сейчас усиленным производством бомб и самолетов, а Англия собирается бомбить Германию день и ночь.

XIII. Я спросил Штейнгардта, как обстоят сейчас дела в районе Южных морей.

 

97

 


 

Штейнгардт ответил, что японцы боятся выступить и в этом направлении, так как им было заявлено, что имеется англо-американо-австралийско-голландское соглашение, которое войдет в действие, если Япония двинется на Филиппины, Сингапур, Малайю или Голландскую Индию.

По его словам. Соединенные Штаты не хотели войны с Японией несколько месяцев тому назад, потому что это помешало бы снабжению Англии вооружением, а теперь они не хотели бы этого потому, что это помешает снабжению Советского Союза. Сейчас для Соединенных Штатов важно не иметь неприятностей с японцами.

На этом беседа закончилась.

На приеме присутствовала референт Отдела американских стран т.Кудрявцева.

Заместитель народного комиссара
иностранных дел
Лозовский

АВП РФ, ф. 013, оп. За, п. 15, д. 15. л. 112-118.

 

 

70. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР И.ТАТЕКАВОЙ

2 июля 1941 г.
Секретно

Сегодня я принял Т[атекаву] по его просьбе. Как оказалось, Т[атекава] пришел по вопросу об эвакуации итальянского дипломатического и консульского состава, а также частных лиц из СССР в Италию.

Т[атекава] сообщил, что итальянское правительство согласно с нашим предложением об обмене и предлагает установить днем обмена 7 июля с.г.

Я, со своей стороны, предложил 8 июля ввиду отдаленности пункта обмена (Ленинакан) от места нынешнего пребывания итальянцев.

Т[атекава] согласился с этим. Таким образом, условлено обмен провести 8 июля в 18 час.

Уточняя вопрос о лицах, подлежащих обмену, Т[атекава] указал, что итальянское правительство надеется на эвакуацию итальянцев — частных лиц.

Я против этого не возражал, напомнив, что в свое время мы выдвинули то же предложение и что на основе взаимности готовы его провести в жизнь. Я добавил, что частных лиц у нас имеется всего 5 человек. Если их окажется больше, то мы готовы будем передать их в обмен на частных лиц — советских граждан.

Т[атекава] возбудил вопрос о разрешении находящимся в Мичуринске итальянцам приехать на некоторое время в Москву для получения своих вещей.

Я разъяснил Т[атекаве], что в связи с военным положением в Москве это не представляется возможным, и обещал доставить в Мичуринск личные веши итальянцев, оставшиеся у них в Москве.

 

98

 


 

Ввиду того что один из итальянцев оказался задержанным на станции Отпор, мы условились, что он будет передан через советско-маньчжурскую границу.

В заключение Т[атекава] поставил вопрос о доме, занятом итальянской миссией в Москве. Он просил до истечения арендного срока этот дом оставить за итальянцами и, кроме того, разрешить для охрани итальянского имущества, не подлежащего вывозу из СССР, оставить в Москве одного из итальянских граждан.

Я ответил Т[атекаве], что оставление в Москве итальянца для охраны итальянского имущества возможно лишь в том случае, если в Риме останется советский гражданин для охраны советского имущества.

При беседе присутствовал т. Павлычев.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. Об, оп. 3, п. 3, д. 29, л. 92-93.

 

 

71. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ СОВЕТНИКА ПОСОЛЬСТВА СССР В КИТАЕ Г.Ф.РЕЗАНОВА С ДИРЕКТОРОМ ЗАПАДНО-АЗИАТСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА МИД КИТАЯ ЦЗОУ ШАНЮ

2 июля 1941 г.
Секретно

После взаимных приветствий, вопросов и ответов протокольного характера г-н Цзоу сказал, что он пришел по поручению министра Ван Сунхоя поставить в известность советское посольство о том, что китайское правительство решило отозвать всех своих дипломатических представителей из Германии и Италии в связи с тем, что указанные страны признали так называемое «правительство» Ван Цзинвея и далее добавил, что сегодня в 2 час. дня китайское правительство опубликует официальную декларацию по этому вопросу.

Я поблагодарил за информацию и спросил г-на Цзоу, есть ли какие-либо решения китайского правительства относительно дальнейшего пребывания в Чунцине германской и итальянской миссий.

Г-н Цзоу ответил, что эти миссии в ближайшее время будут выдворены из Чунцина.

Далее он спросил меня, какое положение на фронте СССР с Германией. Я познакомил его с последними коммюнике Советского информационного бюро и рассказал отдельные боевые эпизоды бойцов Красной Армии. Далее в заключение я сказал, что весь советский народ уверен в своей победе над фашистскими налетчиками. Гитлеровская армия будет разбита. Г-н Цзоу согласился со мной, сказав, что война против СССР — это Гитлеру не войны против мелких стран, в этой войне он сломает себе голову.

На этом беседа закончилась.

Советник посольства СССР в Китае
Г.Резанов

АВП РФ, ф. 0100. оп. 25. п. 201. д. 9. л. 10.

 

99

 


 

 

 

72. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ БОЛГАРИИ В СССР

2 июля 1941 г.

Народный комиссариат иностранных дел имеет честь сообщить болгарской миссии, что передача властям Маньчжоу-Го персонала германского консульства во Владивостоке будет произведена на станции Пограничная в то же время, что и обмен персонала германского посольства в Ленинакане, то есть 5 июля 1941 г. в 18 час. по московскому времени.

В связи с вышеизложенным Народный комиссариат иностранных дел просит миссию принять соответствующие меры для согласования с правительством Маньчжоу-Го вопроса о принятии властями последнего на станции Пограничная персонала германского консульства во Владивостоке.

АВП РФ. ф. 74, оп. 23. п. 12, д. 1, л. 33.

 

 

73. ВЫСТУПЛЕНИЕ ПО РАДИО ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ СССР И.В.СТАЛИНА

3 июля 1941 г.

Товарищи! Граждане!
Братья и сестры!
Бойцы нашей армии и флота!

К вам обращаюсь я, друзья мои!

Вероломное военное нападение гитлеровской Германии на нашу родину, начатое 22 июня, продолжается. Несмотря на героическое сопротивление Красной Армии, несмотря на то, что лучшие дивизии врага и лучшие части его авиации уже разбиты и нашли себе могилу на полях сражения, враг продолжает лезть вперед, бросая на фронт новые силы. Гитлеровским войскам удалось захватить Литву, значительную часть Латвии, западную часть Белоруссии, часть Западной Украины. Фашистская авиация расширяет районы действия своих бомбардировщиков, подвергая бомбардировкам Мурманск, Оршу, Могилев, Смоленск, Киев, Одессу, Севастополь. Над нашей родиной нависла серьезная опасность.

Как могло случиться, что наша славная Красная Армия сдала фашистским войскам ряд наших городов и районов? Неужели немецко-фашистские войска в самом деле являются непобедимыми войсками, как об этом трубят неустанно фашистские хвастливые пропагандисты?

Конечно, нет! История показывает, что непобедимых армий нет и не бывало. Армию Наполеона считали непобедимой, но она была разбита попеременно русскими, английскими, немецкими войсками. Немецкую армию Вильгельма в период первой империалистической войны тоже считали непобедимой армией, но она несколько раз терпела поражения от русских и англофранцузских войск и, наконец, была разбита англо-французскими войсками. То же самое нужно сказать о нынешней немецко-фашистской армии Гитлера. Эта армия не встречала еще серьезного сопротивления на континенте Европы. Только на нашей территории встретила она серьезное сопротивление.

 

100

 


 

И если в результате этого сопротивления лучшие дивизии немецко-фашистской армии оказались разбитыми нашей Красной Армией, то это значит, что гитлеровская фашистская армия так же может быть разбита и будет разбита, как были разбиты армии Наполеона и Вильгельма.

Что касается того, что часть нашей территории оказалась все же захваченной немецко-фашистскими войсками, то это объясняется главным образом тем, что война фашистской Германии против СССР началась при выгодных условиях для немецких войск и невыгодных для советских войск. Дело в том, что войска Германии, как страны, ведущей войну, были уже целиком отмобилизованы, и 170 дивизий, брошенных Германией против СССР и придвинутых к границам СССР, находились в состоянии полной готовности, ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как советским войскам нужно было еще отмобилизоваться и придвинуться к границам. Немалое значение имело здесь и то обстоятельство, что фашистская Германия неожиданно и вероломно нарушила пакт о ненападении, заключенный в 1939 году между ней и СССР, не считаясь с тем, что она будет признана всем миром стороной нападающей. Понятно, что наша миролюбивая страна, не желая брать на себя инициативу нарушения пакта, не могла стать на путь вероломства.

Могут спросить, как могло случиться, что Советское Правительство пошло на заключение пакта о ненападении с такими вероломными людьми и извергами, как Гитлер и Риббентроп? Не была ли здесь допущена со стороны Советского Правительства ошибка? Конечно, нет! Пакт о ненападении есть пакт о мире между двумя государствами. Именно такой пакт предложила нам Германия в 1939 году. Могло ли Советское Правительство отказаться от такого предложения? Я думаю, что ни одно миролюбивое государство не может отказаться от мирного соглашения с соседней державой, если во главе этой державы стоят даже такие изверга и людоеды, как Гитлер и Риббентроп. И это, конечно, при одном непременном условии — если мирное соглашение не задевает ни прямо, ни косвенно территориальной целостности, независимости и чести миролюбивого государства. Как известно, пакт о ненападении между Германией и СССР является именно таким пактом.

Что выиграли мы, заключив с Германией пакт о ненападении? Мы обеспечили нашей стране мир в течение полутора годов и возможность подготовки своих сил для отпора, если фашистская Германия рискнула бы напасть на нашу страну вопреки пакту. Это определенный выигрыш для нас и проигрыш для фашистской Германии.

Что выиграла и что проиграла фашистская Германия, вероломно разорвав пакт и совершив нападение на СССР? Она добилась этим некоторого выигрышного положения для своих войск в течение короткого срока, но она проиграла политически, разоблачив себя в глазах всего мира как кровавого агрессора. Не может быть сомнения, что этот непродолжительный военный выигрыш для Германии является лишь эпизодом, а громадный политический выигрыш для СССР является серьезным и длительным фактором, на основе которого должны развернуться решительные военные успехи Красной Армии в войне с фашистской Германией.

Вот почему вся наша доблестная армия, весь наш доблестный военно-морской флот, все наши летчики-соколы, все народы нашей страны, все лучшие люди Европы, Америки и Азии, наконец, все лучшие люди Германии клеймят вероломные действия германских фашистов и сочувственно относятся к Советскому Правительству, одобряют поведение Советского Правитель-

 

101

 


 

ства и видят, что наше дело правое, что враг будет разбит, что мы должны победить.

В силу навязанной нам войны наша страна вступила в смертельную схватку со своим злейшим и коварным врагом — германским фашизмом. Наши войска героически сражаются с врагом, вооруженным до зубов танками и авиацией. Красная Армия и Красный Флот, преодолевая многочисленные трудности, самоотверженно бьются за каждую пядь советской земли. В бой вступают главные силы Красной Армии, вооруженные тысячами танков и самолетов. Храбрость воинов Красной Армии — беспримерна. Наш отпор врагу крепнет и растет. Вместе с Красной Армией на защиту Родины подымается весь советский народ.

Что требуется для того, чтобы ликвидировать опасность, нависшую над нашей Родиной, и какие меры нужно принять для того, чтобы разгромить врага?

Прежде всего, необходимо, чтобы наши люди, советские люди поняли всю глубину опасности, которая угрожает нашей стране, и отрешились от благодушия, от беспечности, от настроений мирного строительства, вполне понятных в довоенное время, но пагубных в настоящее время, когда война коренным образом изменила положение. Враг жесток и неумолим. Он ставит своей целью захват наших земель, политых нашим потом, захват нашего хлеба и нашей нефти, добытых нашим трудом. Он ставит своей целью восстановление власти помещиков, восстановление царизма, разрушение национальной культуры и национальной государственности русских, украинцев, белорусов, литовцев, латышей, эстонцев, узбеков, татар, молдаван, грузин, армян, азербайджанцев и других свободных народов Советского Союза, их онемечение, их превращение в рабов немецких князей и баронов. Дело идет, таким образом, о жизни и смерти Советского государства, о жизни и смерти народов СССР, о том — быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение. Нужно, чтобы советские люди поняли это и перестали быть беззаботными, чтобы они мобилизовали себя и перестроили всю свою работу на новый, военный лад, не знающий пощады врагу.

Необходимо, далее, чтобы в наших рядах не было места нытикам и трусам, паникерам и дезертирам, чтобы наши люди не знали страха в борьбе и самоотверженно шли на нашу отечественную освободительную войну против фашистских поработителей. Великий Ленин, создавший наше Государство, говорил, что основными качествами советских людей должны быть храбрость, отвага, незнание страха в борьбе, готовность биться вместе с народом против врагов нашей родины. Необходимо, чтобы это великолепное качество большевика стало достоянием миллионов и миллионов Красной Армии, нашего Красного Флота и всех народов Советского Союза.

Мы должны немедленно перестроить всю нашу работу на военный лад, все подчинив интересам фронта и задачам организации разгрома врага. Народы Советского Союза видят теперь, что германский фашизм неукротим в своей бешеной злобе и ненависти к нашей Родине, обеспечившей всем трудящимся свободный труд и благосостояние. Народы Советского Союза должны подняться на защиту своих прав, своей земли против врага.

Красная Армия, Красный Флот и все граждане Советского Союза должны отстаивать каждую пядь советской земли, драться до последней капли крови за наши города и села, проявлять смелость, инициативу и сметку, свойственные нашему народу.

 

102

 


 

Мы должны организовать всестороннюю помощь Красной Армии, обеспечить усиленное пополнение ее рядов, обеспечить ее снабжение всем необходимым, организовать быстрое продвижение транспортов с войсками и военными грузами, широкую помощь раненым.

Мы должны укрепить тыл Красной Армии, подчинив интересам этого дела всю свою работу, обеспечить усиленную работу всех предприятий, производить больше винтовок, пулеметов, орудий, патронов, снарядов, самолетов, организовать охрану заводов, электростанций, телефонной и телеграфной связи, наладить местную противовоздушную оборону.

Мы должны организовать беспощадную борьбу со всякими дезорганизаторами тыла, дезертирами, паникерами, распространителями слухов, уничтожать шпионов, диверсантов, вражеских парашютистов, оказывая во всем этом быстрое содействие нашим истребительным батальонам. Нужно иметь в виду, что враг коварен, хитер, опытен в обмане и распространении ложных слухов. Нужно учитывать все это и не поддаваться на провокации. Нужно немедленно предавать суду Военного Трибунала всех тех, кто своим паникерством и трусостью мешают делу обороны, невзирая на лица.

При вынужденном отходе частей Красной. Армии нужно угонять весь подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего. Колхозники должны угонять весь скот, хлеб сдавать под сохранность государственным органам для вывозки его в тыловые районы. Все ценное имущество, в том числе цветные металлы, хлеб и горючее, которое не может быть вывезено, должно, безусловно, уничтожаться.

В занятых врагом районах нужно создавать партизанские отряды, конные и пешие, создавать диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога лесов, складов, обозов. В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия.

Войну с фашистской Германией нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем великой войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, порабощенного гитлеровскими заправилами. Наша война за свободу нашего отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет единый фронт народов, стоящих за свободу против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Гитлера. В этой связи историческое выступление премьера Великобритании г-на Черчилля о помощи Советскому Союзу и декларация правительства США о готовности оказать помощь нашей стране, которые могут вызвать лишь чувство благодарности в сердцах народов Советского Союза, являются вполне понятными и показательными.

Товарищи! Наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Красной Армией поднимаются многие тысячи

 

103

 


 

рабочих, колхозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом. Поднимутся миллионные массы нашего народа. Трудящиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к созданию многотысячного народного ополчения на поддержку Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает опасность нашествия врага, мы должны создать такое народное ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы своей грудью защищать свою свободу, свою честь, свою родину — в нашей отечественной войне с германским фашизмом.

В целях быстрой мобилизации всех сил народов СССР, для проведения отпора врагу, вероломно напавшему на нашу родину, создан Государственный Комитет Обороны, в руках которого теперь сосредоточена вся полнота власти в государстве. Государственный Комитет Обороны приступил к своей работе и призывает весь народ сплотиться вокруг партии Ленина — Сталина, вокруг Советского Правительства для самоотверженной поддержки Красной Армии и Красного Флота, для разгрома врага, для победы.

Все наши силы — на поддержку нашей героической Красной Армии, нашего славного Красного Флота!

Все силы народа — на разгром врага!

Вперед, за нашу победу!

Опубликовано в сборнике: Внешняя политика Советского Союза в период Великой Отечественной войны. — М.. 1946. — Т. I. — С. 29-35 (далее — Внешняя политика Советского Союза...).

 

 

74. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

3 июля 1941 г.

3 июля днем был у Уэллеса по его срочному вызову. Уэллес сделал мне следующее заявление: по имеющейся у американского правительства достоверной информации, правительство Японии намерено аннулировать свой пакт о нейтралитете с СССР и совершить нападение на СССР. Американское правительство уверено в достоверности этой информации так же, как оно было уверено в подлинности информации, сообщенных советскому послу в январе 1941 г. об агрессивных намерениях Германии в отношении к СССР.

Поблагодарив Уэллеса за информацию и обещав передать ее Вам немедленно, я задал ему ряд вопросов:

1. Как сочетать эту информацию с самоочевидной боязнью японцев, что в случае нарушения ими мира они подвергнут свои жизненные центры риску разгрома со стороны нашей авиации, и собираются ли, по информации американского правительства, японцы вступить на путь развернутой наземной агрессии против нас или, как многие в Вашингтоне полагают, на путь морской блокады? Уэллес ответил, что на основании полученной американским правительством информации у него создается впечатление, что аннулирование пакта о нейтралитете является делом самого ближайшего будущего, что боязнь удара нашей авиации остается серьезнейшим фактором в расчетах японцев и что вполне возможно, что первым этапом их выступления против нас будет блокада, за которой, однако, в случае дальнейшего продвижения немцев последуют и наземное и воздушное нападения. Американское правительство не сомневается в подлинности своей информации.

 

104

 


 

2. Я спросил Уэллеса, какова будет позиция американского правительства в случае, если события действительно пойдут по линии информации американского правительства. Уэллес ответил: «В случае враждебного выступления Японии против СССР, будь то блокада или прямое нападение, американское правительство, наряду с политикой помощи СССР поставками, немедленно прекратит всякие экономические отношения с Японией как по линии поставок необходимого ей сырья, оборудования и нефтепродуктов, так и по линии намечавшихся финансовых операций и нанесет в этой области японцам ощутимый ущерб». На мой вопрос, не накопили ли уже японцы своими широкими и поныне продолжающимися закупками нефтепродуктов в США значительные ресурсы, Уэллес ответил: «К сожалению, это так». Уэллес добавил, что американское правительство надеется, что военные события на западной границе СССР не отразятся на количестве сосредоточенных на Дальнем Востоке Вооруженных Сил СССР.

Остальные вопросы сегодняшней встречи с Уэллесом:

1. Изложил Уэллесу основные положения речи Сталина*, вручил ему ее полный текст (который утренние газеты не успели напечатать, а вечерние уже воспроизводят полностью), дал ему резюме военного положения по материалам последних сводок в спокойных, уверенных тонах. Уэллес поблагодарил, заявил, что американское правительство оценит историческое значение выступления Сталина, считает, что это и есть тот стиль, которым великие государственные люди говорят со своим народом в ответственные исторические моменты, причем он, Уэллес, придает особое значение провозглашенной тактике уничтожения всего, что может достаться врагу, и развертывания диверсии в его тылу. Однако американский генштаб, по словам Уэллеса, по-прежнему оторван от событий и ждет ответ по вопросу о получении информации Итоном или допуске его на фронт со многими целями, как-то: информация для генштаба о ходе военных действий, о применяемых немцами новинках, о проверке тех или иных видов нашего вооружения в действии, ибо все это, по словам Уэллеса, неразрывно связано с большой практической помощью со стороны США и Итон может дать немало материалов, которые подтолкнут военное ведомство, от которого будет зависеть немало деловых вопросов в процессе боев. Я заявил Уэллесу, что просьба начальника генерального штаба передана мною в Москву.

2. Я спросил Уэллеса, изучило ли уже американское правительство врученный 30 июня список, ибо прошло три дня, а в военное время это немалый срок. Уэллес заявил, что, возможно, еще на этой неделе со мной встретится Гарри Гопкинс, который, работая под непосредственным руководством президента, будучи на положении министра без портфеля, как известно, является его доверенным лицом по координации помощи англичанам и другим дружественным народам, включая нас. Уэллес заявил, что все заинтересованные государственные органы, включая управление промышленного производства, немедленно приступили к обсуждению нашего списка и никакого промедления нет. На мой вопрос, какой отклик он получил пока от президента и заинтересованных органов, Уэллес в частном порядке сообщил, что:

а) все, касающееся оборудования, мы можем считать в принципе уже решенным положительно, и придется говорить лишь о сроках, расчете, транспорте;

_____________
* См. док. 73.

 

105

 


 

б) из дальнейшего разговора о веществе, упомянутом в пункте 6 нашей заявки, вопрос также решен положительно, но сейчас выясняются возможности поставки такого большого количества этого вещества;

в) что касается первого пункта, то с ним дело обстоит наиболее напряженно, по второму имеются частичные возможности, как он уже мне заявлял 30 июня. В свою очередь, Уэллес спросил меня, имеются ли у нас конкретные разбивки по пунктам, касающимся оборудования. Сообщил, что жду со дня на день.

3. Уэллес спросил, как развивается наше сотрудничество со смешанной комиссией по советским закупкам. Я сердечно поблагодарил его за быстрое освобождение почти всего десятимиллионного оборудования, заявил, что имеется ряд организационных неполадок, которые мы обсуждаем с комиссией и которыми не буду его занимать, и тут же поставил вопрос о трех прессах. Уэллес ответил, что постарается поставить вопрос на пересмотр, но давление военного ведомства, которому эти машины нужны неотложно для целей, в которых мы сами заинтересованы, в таком случае «почти непреодолимо». Я заявил Уэллесу следующее: «Мне кажется, что и по этому частному, и по более важным делам, особенно по пунктам первому, второму и четвертому нашей заявки, должен быть и у американского и у британского правительств, и у нас следующий широкий подход — быстро и деловым образом решать, что именно в каждом данном моменте самое важное для общей цели нанесения поражения гитлеризму, и, исходя из этого и отвлекаясь от жестких схем и узконациональных рамок, принимать быстрые, смелые решения». Разъяснив, что выступаю от своего имени, я сказал Уэллесу, что вполне готов допустить кое-что в той или иной обстановке. Например, наши английские друзья будут нуждаться в некоторых видах американского снабжения еще острее, чем мы, и что в тот или иной момент СССР, США и Великобритания придут к выводу, что нужно, например, сосредоточиться на вопросах Средиземного моря или Ближнего и Среднего Востока. Я не сомневаюсь, что мое правительство подойдет к подобным вопросам с широкой, исторической, а не узконациональной точки зрения. Именно поэтому я надеюсь, что на данном этапе и английские и американские наши друзья поймут, что судьбы войны решаются сейчас на советско-германском фронте, и сумеют найти в себе достаточно сил предвидения, чтобы отступить от тех или иных уже согласованных планов и сосредоточиться на поставках соответствующих видов снабжения, прежде всего Советскому Союзу, за счет собственных нужд. Уэллес заявил, что целиком подписывается под сказанным мной и что не сомневается, что президент подойдет к этому делу именно в этом духе, остальное-де будет зависеть от англичан. Он просит лишь помнить, что, хотя президент и является по конституции США главнокомандующим вооруженными силами США, он вынужден считаться с мнением и экспертизой генерального штаба армии, оперативного управления флота и ряда других органов и что в США координация этих дел сложнее, чем в любой другой стране мира. Однако у советского правительства не должно быть сомнения в курсе и доброй воле президента и правительства США.

4. Уэллес спросил меня, обратился ли ко мне Ингерсолл за визой и понятно ли нам, что этот видный публицист особо близок президенту, что представляет линию последнего в своей газете. Я ответил утвердительно, заявив, что жду ответа. Сердечно поздравил американское правительство в лице Уэллеса с национальным праздником, напомнил ему слова Ленина об американской

 

106

 


 

борьбе за независимость как самой справедливой войне. Уэллес заявил, что, несмотря на трехдневный праздник, он к моим услугам круглосуточно.

К.Уманский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1, п. 345, д. 2363, л. 325. 326, 330-334. Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. /. — С. 52-56.

 

 

75. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР ПОСЛУ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОМУ

3 июля 1941 г.

1. До нас доходят с разных сторон предложения о том, чтобы было разрешено полякам, чехам и югославам создать в СССР национальные комитеты и сформировать национальные части для совместной с СССР борьбы против германского фашизма. Советское правительство разрешило создать национальные комитеты и национальные части и оказать полякам, чехам и югославам помощь в деле вооружения и обмундирования этих национальных частей.

2. По вопросу о восстановлении национальных государств Польши, Чехословакии и Югославии Вам следует придерживаться следующей позиции: а) мы стоим за создание независимого польского государства в границах национальной Польши, включая некоторые города и области, недавно отошедшие к СССР, причем вопрос о характере государственного режима Польши советское правительство считает внутренним делом самих поляков; б) мы стоим также за восстановление чехословацкого и югославского государств, с тем что и в этих государствах вопрос о характере государственного режима является их внутренним делом.

3. Можете все это передать Идену, а также Сикорскому, Бенешу и югославам, заявив Сикорскому, что если он пожелает, то советское правительство не возражает против заключения с ним соглашения о совместной борьбе против гитлеровской Германии.

Для Вашего сведения сообщаю, что в СССР нет и не было трехсот тыс. военнопленных поляков, а имеется всего двадцать тыс. военнопленных поляков, которые будут переданы в распоряжение Польского национального комитета, когда будет организован этот комитет.

АВП РФ. ф. 059. оп. 1, п. 365, д. 2487, л. 41.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1 — С. 63.

 

 

76. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По радио

3 июля 1941 г.

Теперь уже поздно Вам отвечать на вопрос в отношении удара левым флангом и некоторых тактических ошибок.

 

107

 


 

Подполковник Шолль сказал тогда, что первый и главный удар будет нанесен немцами по Красной Армии их левым флангом. Немцы полностью уверены, что главные силы Красной Армии будут сконцентрированы в противоположном направлении от линии, дающей полную возможность для сильного удара. Немцы очень опасались, что Красная Армия в порядке осведомления [о] главном ударе отступит на некоторое расстояние, чтобы изучить силы противника, и предпримет кое-что в стороне от направления главного удара. Главная цель немцев — это уничтожение Красной Армии охватом ее, как это было с польской армией.

Германский военный атташе сказал мне, что японский генштаб наполнен деятельностью с учетом наступления немцев на большого противника и неизбежности поражения Красной Армии.

Он думает, что Япония вступит в войну не позднее чем через 6 недель. Наступление японцев начнется на Владивосток, Хабаровск и Сахалин с высадкой десанта со стороны Сахалина на советском побережье Приморья. Общее настроение народа — против действий Германии и присоединения Японии.

Ваша дипломатическая деятельность должна быть значительно сильнее, чем это делается другой стороной.

Источник Инвест думает, что Япония вступит в войну через 6 недель. Он также сообщил, что японское правительство решило остаться верным пакту трех держав, но будет придерживаться и пакта о нейтралитете с СССР.

Решено послать три дивизии в Сайгон (Индокитай). Даже Мацуока голосовал за это, который перед этим был за ориентацию на СССР.

Источники Итери и Ирака сказали, что слышали в отношении укрепления восточной границы некоторым количеством войск из Сев. Китая, а также усиления войск на Хоккайдо.

Возвращенная в Киото дивизия будет направлена на север.

Рамзай

[Резолюция НУ]: «Но-4. 1) Подчеркнутое на стр. 1-2 послать выпиской членам Гос.К.Об. и НГШ.

2) Потребуйте от Рамзая сообщений о японских военных перебросках против СССР из Китая и самой Японии.

3) Доложите, сколько времени он не давал ответа на наше требование о левом фланге и саму его телеграмму. 8.7.41. Голиков».

ЦАМО РФ, ф. 23, оп. 24127, д. 2. л. 527-529.

 

 

77. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР ПОСОЛЬСТВУ ЯПОНИИ В СССР

3 июля 1941 г.

В связи с нотой Японского Посольства № 57 от 26 июня 1941 г., Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь сообщить следующее:

1. Правительство Союза ССР гарантирует доставку на пограничный пункт на советско-турецкой границе в г. Ленинакан к 18 часам по московскому

 

108

 


 

времени 8 июля 1941 г. всего состава дипломатического представительства Италии и пяти итальянских граждан, проезжавших транзитом через СССР. Шестой итальянский гражданин, Пасквиале Яннели, проезжавший транзитом через СССР, будет доставлен к указанному выше сроку на пограничную станцию Отпор.

Одновременно 8 июля в 18 часов по московскому времени должны быть доставлены из Италии на турецко-болгарскую границу в районе города Свиленград все советские граждане категорий, поименованных в ноте НКИД за № 2 от 29 июня 1941 г.*

Правительство СССР считает необходимым, чтобы в число эвакуированных были включены также сотрудники советской миссии в Греции, ныне находящиеся в Афинах, Голубенков и Чернышев.

Что касается вопроса об оставлении для охраны имущества итальянского служащего в СССР и советского служащего в Италии, то Советское Правительство считает более целесообразным поручить охрану государственного имущества соответственно представителям Японии и Швеции.

АВП РФ, ф. 146, оп. 24, п. 75, д. 1. л. 33-34.

 

 

78. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ СКАНДИНАВСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР И.С.ЗОТОВА С СОВЕТНИКОМ МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР Л.НЮЛАНДЕРОМ

3 июля 1941 г.
Секретно

Н[юландер] передал НКИД ноту шведской миссии.

Ознакомившись с нотой, я заметил ему, что финские военные, задержанные за нарушение советской границы, не могут быть приравнены к командированным советским инженерам и морякам, выехавшим в Финляндию для приемки грузов.

Н[юландер] просил рассмотреть этот вопрос и дать на него официальный ответ с тем, чтобы шведская миссия смогла передать его по назначению.

Мною обещано довести его просьбу до сведения руководства НКИД.

Далее Н[юландер] сообщил, что посланник СССР в Финляндии Орлов обратился к шведскому посланнику в Финляндии с просьбой передать в Москву, что все советские граждане, за исключением группы из Петсамо, находятся в миссии СССР в Хельсинки и чувствуют себя бодрыми и здоровыми.

Я поблагодарил Н[юландера] за это сообщение.

Н[юландер] сообщил, что финское правительство разрешило консульской группе выехать из Петсамо и присоединиться к миссии СССР в Хельсинки. Я поблагодарил его и за это сообщение.

Н[юландер] спросил, отразится ли вопрос, затронутый финским правительством в отношении обмена военных, на нормальном ходе обмена дипломатическими и консульскими представителями, назначенного на 8 июля.

Ответил ему, что новые требования, предъявленные финским правительством, будут изучены и ответ будет дан в кратчайший срок.

_____________
* См. док. 48.

 

109

 


 

Н[юландер] просил принципиально разрешить вопрос о количестве багажа для выезжающих из СССР дипломатов и сотрудников иностранных миссий, сообщив при этом, что Италия решила предоставить на условиях взаимности право вывоза любого количества багажа, за исключением автомашин.

Я обещал ему навести справку по этому вопросу.

Н[юландер] передал сообщение, полученное им из Копенгагена, о том, что советские граждане в Копенгагене (всего 78 чел.) готовы к отправке и могут немедленно выехать. На пути в Турцию их будет сопровождать чиновник датского МИДа.

Н[юландер] сообщил, что им от шведского посланника в Риме получено сообщение, что советские граждане выезжают из Рима в Турцию 5 июля в 6 час. по итальянскому времени в сопровождении атташе шведской миссии Бломгрена. Турецкий посланник в Риме также взял на себя заботу отправить наших людей до турецкой границы. Итальянцы надеются, что персонал их миссии будет пользоваться тем же вниманием.

Я выразил ему благодарность за сообщение о положении наших граждан и проявленную заботу.

После того как Н[юландер] исчерпал все вопросы, я передал ему 2 ноты (копии прилагаются)*.

По поводу ноты о советских гражданах в Афинах Н[юландер] заявил, что немедленно свяжется со шведской миссией в Афинах.

На этом беседа закончилась. Беседа велась на шведском языке, переводила т.Вольфина.

Зав. Отделом скандинавских стран
И.Зотов

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 26. д. 357. л. 54-56.

 

 

79. ТЕЛЕГРАММА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР М.И.КАЛИНИНА ПРЕЗИДЕНТУ США Ф.РУЗВЕЛЬТУ

4 июля 1941 г.

В день Вашего национального праздника по случаю объявления независимости Соединенных Штатов Америки прошу Вас, господин Президент, принять искренние поздравления Советского Союза и всего многонационального советского народа, борющегося с оружием в руках за свою свободу против клики фашистских правителей Германии — врагов всего прогрессивного человечества.

Желаю Вам лично, господин Президент, счастья и процветания великому народу Соединенных Штатов Америки[12].

М. Калинин

Опубл.: Внешняя политика Советского Союза... — Т. 1. — С. 459.

_____________
* Не публикуются. Речь идет о технической стороне выезда нескольких советских граждан из Италии и Греции, а также о выезде шведских граждан из СССР.

 

110

 


 

 

 

80. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

4 июля 1941 г.

Подробности моего сегодняшнего свидания с Иденом таковы:

1. Иден с большим сочувствием и даже восхищением отзывался о речи Сталина. Особенно он подчеркивал ясность и решительность той линии, которую И.В.Сталин дал нашему народу в вопросе о войне. Эта война без колебаний, без компромиссов, до краха Германии. Дух речи находит свое прекрасное отражение в великолепной борьбе, которую ведет Красная Армия на фронте. Это совсем не то, что было в прошлом году во Франции. Там армия не хотела воевать, а здесь армия отстаивает с величайшим героизмом каждую пядь земли. По словам Идена, начальник Генерального штаба Дилл сегодня утром сделал кабинету доклад о положении на Восточном фронте. Его заключение таково: наиболее опасный участок — район Минска, но в общем ситуация неплохая.

2. Я поинтересовался, сколько всего, по английским данным, немцы имеют механизированных дивизий и какова их диспозиция. Иден при мне позвонил Диллу и со слов последнего передал, что до недавнего времени их насчитывалось 14, но в самый последний период Генеральный штаб стал получать сведения о том, что всего у немцев имеется 20 механизированных дивизий. Однако Дилл допускает, что немцы увеличили число дивизий, не увеличив существенно количества танков, просто они сделали каждую дивизию меньше. В Ливии немцы держат две механизированные дивизии, во Франции также две. Дилл, впрочем, обещал дать мне на днях более детальные сведения по данному вопросу. Затем Иден по просьбе Дилла передал мне ( Иден был у телефонной трубки), что прорвавшиеся танковые колонны страшны тогда, когда армия не сражается. Если же армия сражается, роль таких колонн сильно падает, особенно в таких условиях, как сейчас на нашем фронте, где коммуникационные линии немцев удлиняются и транспортные затруднения увеличиваются.

3. Я передал Идену содержание Вашей телеграммы (о восстановлении национальных государств Чехословакии, Югославии и Польши и разрешении создать национальные части для борьбы против фашизма). Мое сообщение произвело на него очень сильное впечатление. Он назвал его актом чрезвычайной важности и прибавил, что наша точка зрения касательно внутреннего строя будущих Польши, Чехословакии и Югославии (это дело самих народов) вполне совпадает с английской установкой. Далее Иден стал говорить о том, что решение советского правительства по вопросу о судьбах перечисленных наций будет иметь очень хороший эффект в Америке, особенно наша готовность урегулировать вопрос с поляками. Иден спросил, не предполагаем ли мы сделать в указанном духе какого-либо публичного выступления. Я отозвался незнанием.

4. Разговор мой с Иденом происходил около 4 час. дня. В 7 час. вечера Иден позвонил мне и просил еще раз заехать. Оказалось, что за это время он успел вызвать к себе Сикорского и сообщил ему о нашем разговоре (кстати, как выяснилось из беседы с Иденом, Криппс телеграфировал ему о соответственном заявлении Молотова очень кратко, так что, по существу, мое сообщение на ту же тему явилось для Идена почти совершенной новостью). Так как

 

111

 


 

Иден сегодня вечером должен был на 3 дня уехать из Лондона, он решил сразу же, не откладывая, известить меня о результатах своей беседы с Сикорским. По словам Идена, Сикорский отнесся к сообщению, которое я сделал Идену, с большим интересом. Он готов вести переговоры со мной, и завтра состоится заседание польского правительства по этому вопросу.

После завтрашнего заседания польского правительства Сикорский хотел войти со мной в непосредственный контакт. Я передал Идену, что принимаю его сообщение к сведению, но резервирую за собой оценку последнего по существу.

Майский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 352. д. 2402. л. 408-411.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 64-65.

 

 

81. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С МАРШАЛОМ КИТАЯ ФЭН ЮЙСЯНОМ

4 июля 1941 г.
Секретно

После приветствий и краткого разговора на общие темы я спросил г-на Фэна о причинах помещения на страницах китайской прессы большого количества статей о том, что Япония непременно выступит против СССР; действительно ли газеты располагают достоверными данными по этому вопросу?

Фэн ответил, что газеты пишут на основании собственного опыта и знания психологии японских милитаристов. Причем большинство из них приходят к выводу о том, что Япония, несомненно, последует по пути своих западных партнеров — Германии и Италии.

Я спросил Фэн Юйсяна, располагает ли он какими-либо данными о том, что Япония сосредотачивает свои войска для действий против СССР. Фэн, не прямо отвечая на вопрос, сказал, что существует две точки зрения относительно поведения Японии. Одни считают, что Япония объявит войну СССР, а другие говорят, что Япония усилит нажим на Китай. Сам Фэн придерживается первой точки зрения. Он даже высказал предположение о том, что японцы будто хотят начать войну с СССР со стороны МНР, через Улан-Батор на Верхнеудинск. В связи с этим г-н Фэн старался убедить меня в том, что СССР и Китаю необходимо заключить военный союз с взаимными обязательствами по защите и обороне определенных территорий и начать войну против Японии, не дожидаясь, пока она начнет первая. С этой целью г-н Фэн предлагал использование, как он говорит, дополнительных сил — Синьцзянских армий, Монгольской армии, 18-й А.Г.*, не говоря уже о Красной Армии и китайских национальных войсках.

Как бы развивая мысль и предупредив меня, что хочет что-то сказать откровенно, по-солдатски, Фэн заявил, что сейчас роль советского посла в Китае значительно возросла и ответственна как никогда раньше. СССР и Китай должны заключить военный союз, с заключением этого союза нужно

_____________
* Армейская группировка.

 

112

 


 

торопиться, и мне, как советскому послу, нужно инициативу в этом деле взять на себя, в противном случае моей медлительностью воспользуется главный военный советник Чуйков и тогда удобный случай сделать дипломатическую карьеру будет мною упущен. Фэн заявил, что он был бы очень рад за советского посла, если бы ему удалось заключить такой союз. «Поблагодарив» Фэна за участие, которое он принимает в моей дипломатической карьере, и вежливо попросив его не беспокоиться за меня, я в свою очередь посоветовал ему не особенно активничать в этом вопросе. Заметив как бы в шутку, что у нас в СССР есть одна очень хорошая пословица — «Поспешишь — людей насмешишь», я заявил, что СССР всегда честно выполнял и выполняет договоры и соглашения, под которыми стоит его подпись. СССР и впредь будет продолжать эту политику, ибо малейшее отступление от нее может привести к потере политического кредита и доверия, который имеет СССР на международной арене, в глазах народов мира.

Фэн вполне согласился с этим, заметив, что он, собственно, хотел только напомнить советским друзьям о японской опасности с востока, что ему было бы очень неприятно, если бы СССР не подготовился к неожиданному нападению Японии.

На мой вопрос, почему китайское правительство до сих пор не сделало официального заявления по поводу германо-советской войны, Фэн ответил, что позиция китайского правительства определяется, по существу, заявлением генералиссимуса Чан Кайши, сказавшего, что победа СССР будет победой Китая и что поражение СССР будет поражением Китая. С другой стороны, Фэн подчеркнул, что Китай не может в настоящее время нанести контрудара японским войскам, что Китай едва отбивается от японских ударов и атак. Поэтому многие китайцы надеются на вмешательство в положение на Тихом океане со стороны СССР или США.

На беседе присутствовал Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ. ф. 0100. оп. 25. п. 201. д. 9, л. 11-13.

 

 

82. ПИСЬМО НАРОДНОГО КОМИССАРА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ СССР А.И.МИКОЯНА ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНУ И НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВУ*

4 июля 1941 г.
Секретно

Чиновник японского министерства иностранных дел Танака обратился в наше торгпредство в Токио с просьбой совершить ряд товарообменных сделок, не дожидаясь подписания торгового договора.

В частности, он внес предложение продать им: платины — 10 тыс. унций, Радия — 1 тыс. унций, иридия — 900 унций и сантонина — 2 т. с поставкой

_____________
* На документе имеется помета: «Тов.Микояну. Надо пойти навстречу японцам. В. Молотов. 6.VII.4I г.».

 

113

 


 

взамен их китового жира — 3 тыс. т, а также продать им никотинсульфат в обмен на сафрол.

В обычных условиях надо было бы прямо отклонить такие предложения, указав, что подобные сделки возможно рассмотреть лишь после подписания торгового договора.

Но считаясь с военной обстановкой, прошу дать указание, как поступить.

Микоян

ИВЭО МТ РФ. ф. 413. оп. 12с. д. 4392. л. 12.

 

 

83. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

5 июля 1941 г.

Криппс, явившись с 3-м секретарем посольства Денлопом, сообщил, что он от своего правительства получил срочную телеграмму, в которой излагается отношение японского правительства к германо-советской войне. Не зная источника, из которого английское правительство получило эти сведения, Криппс абсолютно уверен в их достоверности. После совещания имперского совета японское правительство сообщило послам Германии и Италии, что оно решило оказать державам «оси» ограниченную помощь. Что же касается СССР, то японское правительство будет наблюдать за событиями в Восточной Сибири и усилит военные приготовления, дабы «сдержать» СССР на Дальнем Востоке.

Поблагодарив за информацию. Молотов заявил, что те сведения, которыми располагает советское правительство по этому вопросу, совпадают с сообщением посла.

Криппс добавил, что у него также имеются сведения о том, что в подобном духе был информирован и советский посол.

Подтвердив правильность высказанного послом, Молотов отметил, что в заявлении японского правительства имеются некоторые оговорки, касающиеся наблюдения за изменениями в международной обстановке.

Перейдя далее к вопросу о военных переговорах, Криппс заявил, что при обсуждении операции в районе Мурманска эксперты обеих сторон сочли целесообразным направить в Лондон представителя советского Генерального штаба. По мнению Криппса, в настоящий момент имеются какие-то затруднения с отправкой такого представителя. В настоящий момент ожидается отправка двух английских аэропланов из Архангельска обратно в Англию, которые могли бы захватить этого представителя. Криппс считает очень важной эту поездку, так как она даст возможность убедить представителей английского штаба в необходимости предлагаемой операции.

Молотов обратил внимание посла на то, что во время переговоров представителей английской военной миссии с представителями советского Генерального штаба соответствующая информация была предоставлена советской стороной.

Криппс заявил, что информация полностью не была дана, так как было решено послать в Лондон представителя советского Генерального штаба.

 

114

 


 

По мнению Криппса, это облегчит обмен информацией между обеими сторонами. Телеграфная же информация очень медленна и неточна.

Молотов разъяснил Криппсу, что, согласно полученным им сведениям, речь шла не о посылке одного лица, а о посылке целой группы военных. Такая группа в настоящий момент подготовляется Генеральным штабом и не сегодня завтра будет готова. Отметив, что совершенно безразлично, поедет ли в Лондон один представитель или целая группа, Криппс заявил, что в данном случае он считает особенно важным вылет представителей советского Генерального штаба на самолетах, находящихся сейчас в Архангельске. Криппс спросил Молотова, может ли он определенно сообщить, когда будет сформирована группа представителей советского Генерального штаба. Если будет дан определенный ответ, то Криппс постарается задержать аэропланы до 8 час. утра 7 июля.

Молотов заявил, что он считает целесообразным по возможности задержать самолеты.

Криппс обещал сделать все, что будет в его силах.

Приняв к сведению сообщение Криппса, Молотов заявил послу, что имеет не полностью расшифрованную телеграмму от Майского из Лондона. Из нее следует, что Иден в беседе с Майским уверял последнего в том, что английская авиация увеличила свои налеты на Германию. Согласно этой же телеграмме, имеются перспективы участия английских сил в операции на севере, в районе Петсамо и Мурманска. Однако до сих пор нет определенного положения о десанте в Северной Франции. Молотов добавил, что, насколько ему известно, несмотря на напряженные бои, положение на Восточном фронте за последние дни стабилизировалось. При таком стечении обстоятельств в настоящий момент был бы особенно полезен десант на севере Франции, а также участие английских военных сил и операции на севере, в районе Мурманска и Петсамо. Эти действия Молотов считает весьма целесообразными и своевременными, могущими создать новое положение на фронтах.

Криппс заявил, что он именно и хочет способствовать скорейшему принятию решения английским правительством путем быстрейшей отправки в Англию представителей советского Генерального штаба. Что же касается операции английских военных сил в Северной Франции и в Западной Германии, то Криппс не думает, чтобы его поставили в известность, так как все операции требуют строгой секретности.

Молотов заявил на замечание Криппса, что он не претендует на подробную информацию о намечающихся операциях, но он лишь указывает на необходимость быстрых действий. Что же касается операции в районе Мурманска и Петсамо, то Молотов еще раз повторил, что он считает эту операцию весьма важной и своевременной. Немцы, заявил Молотов, в настоящий момент понесли большой урон, и у них создались затруднения, неуверенность и колебание, что чувствуют наши военные. В подобной обстановке десант на Северном берегу Франции и активные военные действия английской авиации над Западной Германией, а также действия военно-морского флота в районе Мурманска и Петсамо были бы весьма своевременны.

Выразив полное согласие с мнением Молотова, Криппс заявил, что он информировал Черчилля телеграммой, а в настоящий момент посылает ему письмо, где он описывает сложившуюся обстановку. Он считает, что представители советского Генерального штаба, прибыв в Англию, повлияют на решения английского Генерального штаба.

 

115

 


 

Молотов обратил внимание Криппса на то, что дело не в генералах, которые поедут в Лондон, а в самом английском правительстве. Советские генералы не могут повлиять на решение английского правительства.

Криппс опять выразил уверенность и надежду, что прибытие представителей советского штаба будет способствовать быстрейшему решению английского военного кабинета.

В заключение беседы Криппс обещал информировать Молотова о том, как он решит вопрос об английских самолетах, находящихся в Архангельске.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 6. л. 38-41.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 65-68.

 

 

84. ИЗ ДНЕВНИКА ПОСЛА СССР В ИРАНЕ А.А. СМИРНОВА

5 июля 1941 г.

ВРУЧЕНИЕ ВЕРИТЕЛЬНЫХ ГРАМОТ ШАХУ

5 июля в 8 час. 30 мин. в посольство прибыли директор протокольного департамента МИДа и его заместитель.

Через полчаса мы со всем дипсоставом, за исключением военного атташе, выехали в резиденцию шаха.

При входе во двор шахского дворца выставленный почетный караул исполнил наш гимн. До меня шах принимал иракского посланника.

Шах, приняв верительные грамоты, сказал, что я могу рассчитывать на его полное содействие в своей деятельности. Я поблагодарил шаха и сказал: «Надеюсь, что наши дружественные отношения будут еще более прочными и искренними». На это шах ответил, что он всегда добивался этого и особенно искренности. Он заметил далее: «До Вашего приезда наши отношения отягощались иногда различными мелочами, исходящими от низших служащих посольства». Я ответил шаху: «Надеюсь, что эти мелочи, если они действительно имели место, будут в равной мере устраняться обеими сторонами». Шах заметил, что он также надеется на это.

Затем я сообщил шаху, что советское правительство в интересах дальнейшего укрепления дружбы между нашими странами приняло решение о расширении товарооборота и транзита. Я изложил шаху почти полный текст этого решения. Шах ответил на это, что он с удовлетворением принял решение советского правительства и дал указания министерствам принять необходимые меры. Что касается транзита, то он желает одного, чтобы в числе грузов не было таких, которые могли бы подвергнуть опасности нейтралитет Ирана*. Я сказал шаху, что советское правительство никоим образом не намерено подвергать опасности нейтралитет Ирана. В таком случае, заявил шах, можете рассчитывать на полное содействие. Я поблагодарил шаха и выразил надежду, что транзиту наших грузов не будет чиниться никаких препятствий. Шах сказал, что будет сделано все необходимое.

Затем я положительно высказался о дорогах и большом строительстве в Иране. Шах оживился и перешел на русский язык, спросив, бывал ли я раньше в Иране. Я ответил, что нет. «Вот если бы Вы видели Иран 10 лет тому назад,

_____________
* См. док. 63.

116

 


 

 

то могли бы понять разницу. Служить всеми силами отечеству, — продолжал шах, — в этом я вижу свою задачу, не знаю только, оценят ли это потомки». На это я ответил шаху: «Ваше Величество, можете не сомневаться, созидательную деятельность, проведенную Вами, потомки забыть не могут». Шах улыбнулся и заметил: «Я тоже надеюсь на это».

Я попросил затем у шаха разрешения представить дипломатический состав. Когда наши сотрудники выстроились вокруг шаха (их было 11), он сказал, что у нас очень большой состав.

Шах спросил затем о военном атташе, который к приему не поспел, когда он прибудет и в каком он чине. Я ответил, что военный атташе в чине полковника. «А, значит, в вашей армии вновь ввели звание полковника». Дважды попрощавшись со мной, шах покинул зал. Мы были представлены министру двора, министру иностранных дел, и аудиенция закончилась. Шах произвел на меня впечатление человека с очень твердым характером и большим умом. Физически он еще крепкий, хотя за время получасовой беседы, которая велась стоя, видно было, что он утомился.

Посол СССР в Иране
А. Смирнов

АВП РФ, ф. 094. оп. 26. п. 331. д. 5, л. 316-317.

 

 

85. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

7 июля 1941 г.
Секретно

Явившись в сопровождении третьего секретаря посольства Денлопа, Криппс вручил т. Молотову личную ноту по вопросу об эвакуации состава советского посольства во Франции (перевод ноты прилагается)**.

Тов. Молотов поблагодарил Криппса за информацию и выразил надежду, что вопрос об обмене членами посольств между Советским Союзом и Виши будет разрешен в благоприятном для обеих сторон смысле. Тов. Молотов обещал поручить решение этого вопроса т.Вышинскому.

Далее Криппс вручил текст сделанного им заявления о позиции английского правительства в отношении генерала де Голля (перевод заявления прилагается)***.

Ознакомившись с документом, т. Молотов заявил, что советское правительство учтет позицию английского правительства в этом вопросе.

Далее Криппс зачитал 5 пунктов, выдвинутых Сикорским в беседе с т.Майским 5 июля 1941 г.****

Поблагодарив Криппса за сообщение, т. Молотов заявил, что он имеет подобные сведения и от Майского. Условия Сикорского будут обсуждены

_____________
* На документе имеется помета: «Молотов не смотрел. Козырев 8.VII.41 г.».
** Не публикуется.
*** Не публикуется.
**** Опубл.: Документы и материалы по истории советско-польских отношений. — М., 1973. — Т. VII. — С. 203 (далее — Советско-польские отношения...).

 

117

 


 

советским правительством, и решение будет сообщено английскому правительству.

В заключение беседы Криппс заявил, что англичане очень польщены тем, что советскую военную делегацию возглавляет такое видное лицо, как генерал-лейтенант Голиков.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф. 06, оп. 3. п. 1. д. 6, л. 43-44.

 

 

86. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ США В СССР Л.ШТЕЙНГАРДТОМ

7 июля 1941 г.
Секретно

Американский посол поставил передо мной следующие вопросы:

1. Штейнгардт просит советское правительство разрешить срочно открыть консульство Соединенных Штатов в Свердловске или в каком-либо другом городе в Сибири. Он хочет отправить сегодня или завтра туда 10 сотрудников, которые занимаются вопросами, связанными с оказанием технической помощи Советскому Союзу. Сам Штейнгардт, конечно, останется в Москве и выедет отсюда лишь вместе с советским правительством, если это потребуется. Если будут затруднения с открытием консульства, Штейнгардт просит просто разрешить отправить некоторое количество сотрудников посольства. Как известно, многие уже выехали в Соединенные Штаты, а 17 человек остались на даче под Москвой. Там очень тесно и совершенно нет возможности работать над оформлением советских заказов, так как каждая машина, каждая деталь имеет свою спецификацию. Если не будет возможности предоставить американским сотрудникам отель или хотя бы комнату в каком-нибудь доме, Штейнгардт просит дать один вагон второго класса, в котором сотрудники могли бы жить и работать в Свердловске. Штейнгардт спросил, может ли он заказать сегодня билеты на завтра.

Я ответил, что сообщу о его просьбе правительству. Прошу учесть, что советское правительство исключительно занято вполне понятными Штейнгардту вопросами и поэтому ответ я смогу дать ему не ранее чем через пару дней. Я посоветовал Штейнгардту не отправлять людей в Свердловск или какой-либо другой город, пока вопрос не будет решен, так как они могут, приехав внезапно в Свердловск или Новосибирск, оказаться без квартир.

2. Штейнгардт напоминает, что 6 августа истекает срок действия советско-американского торгового соглашения и он просит дать соответствующие указания Уманскому, чтобы он договорился с госдепартаментом о продлении этого договора*. Он сам перегружен и не хотел бы заниматься этим вопросом.

Я ответил Штейнардту, что указания по этому вопросу Уманскому уже даны.

3. Штейнгардт просит, чтобы мы дали разрешение американскому консулу во Владивостоке Уорду получать непосредственно деньги по диплома

_____________
* См. Советско-американские отношения... — Т. 1. — Док. 28. 29.

 

118

 


 

тическому курсу. До сих пор он пересылал деньги из Москвы. Было бы лучше упростить это дело, чтобы Уорд мог получать деньги во Владивостокском отделении Госбанка.

Я обещал поручить американскому отделу выяснить этот вопрос с соответствующими организациями.

4. Штейнгардт далее сказал, что поездами 25 и. 27 июня из Москвы во Владивосток направляются в Соединенные Штаты некоторые сотрудники американского посольства. Оба эти поезда еще не прибыли во Владивосток. Он знает, что оба поезда придут во Владивосток, но его беспокоит судьба поезда, отправленного 27 июня. Штейнгардт отправил с этим поездом в багажном вагоне свои вещи, которые его мало интересуют, но там находятся документы, касающиеся технической помощи СССР. Эти документы должны как можно скорее прибыть в Соединенные Штаты, так как они содержат целый ряд очень важных вопросов. Так, например, там имеются документы по поводу того, могут ли советские железные дороги провозить на платформах в неразобранном виде 25-тонные танки с 105-мм пушками или их нужно разбирать, и целый ряд не менее важных вопросов.

Штейнгардт просит выяснить, где находится этот поезд, и оказать содействие посольству в получении этих двух чемоданов американским правительством.

Я ответил Штейнгардту, что поручу американскому отделу поинтересоваться этим вопросом.

5. Штейнгардт посоветовал не пускать в Москву в качестве корреспондента «Чикаго Дейли Ньюс» Киркпатрик, ибо эта женщина может и нам и ему создать трудности.

Я ответил, что вопрос о том, кто будет корреспондентом «Чикаго Дейли Ньюс», Уманский должен согласовать с издателем этой газеты.

6. Штейнгардт спросил, нет ли еще решения относительно поставленного вопроса о пребывании одного из морских атташе во Владивостоке.

На это я ответил, что ничего нового ему по этому поводу сказать не могу.

7. Штейнгардт спросил, как обстоит дело с теми мелкими вопросами, которые он предложил разрешить для того, чтобы расчистить почву.

Я сказал, что подготовят эти вопросы и как только будет по ним решение, я немедленно его вызову.

8. В заключение Штейнгардт зачитал мне пространную телеграмму из Вашингтона о том, что посольство Соединенных Штатов в Виши не может взять на себя защиту интересов СССР во Франции, так как американское правительство хочет иметь свободные руки. Американскому правительству будет не особенно удобно представлять интересы Советского Союза в Виши уже по одному тому, что оно отказалось взять на себя представительство интересов правительства Виши в СССР. Оно рекомендует поручить это дело Швеции.

Я рассказал Штейнгардту, как Бержери* разозлился, когда ему передали извещение о том, что правительство Соединенных Штатов отклоняет просьбу правительства Виши представлять его интересы в СССР. Бержери начал утверждать, что он является представителем французского правительства, а не правительства Виши.

_____________
* Посол Франции в СССР.

 

119

 


 

Уходя, Штейнгардт просил срочно разрешить вопрос о выезде части сотрудников, причем видно было, что он очень напуган перспективами возможных налетов германской авиации на Москву.

На беседе присутствовала пом[ощник] зав[едующего] Средневост[очным] отделом т. Никитникова.

Заместитель народного комиссара
иностранных дел
Лозовский

АВП РФ, ф. 0129. оп. 25а, п. 235. д. 3, л. 78-81.

 

 

87. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

8 июля 1941 г.

Вручив И.В.Сталину текст личного послания Черчилля, Криппс отметил, что самой важной частью послания он считает решение британского Адмиралтейства предпринять действия в Арктике.

Криппс просил Сталина проинформировать его о положении на фронтах.

Отметив напряженную обстановку на фронтах, Сталин заявил, что внезапность нападения немцев не дала Красной Армии возможности развернуться и отрицательные результаты этого обстоятельства сказываются до сих пор. Сейчас немцы хотят прорваться к Ленинграду и направляют главный удар в сторону Пскова. На Украине дела лучше, однако части Красной Армии отходят. Минск в руках противника. Венгерские войска выступили вместе с немецкими при участии словацкого корпуса. Общее же положение напряженное.

Сталин отметил, что у советского правительства создалось плохое впечатление в связи с непонятной позицией, занятой английским правительством. Советскому правительству кажется, что Великобритания не хочет связывать себя с Советским Союзом каким-либо соглашением.

Отвечая Сталину, Криппс заявил, что сказанное им в беседе с Молотовым не означало отказа от соглашения вообще. Мы, заявил Криппс, не хотим заключать соглашения до тех пор, пока не пройдем вместе имеющий место в настоящий момент период экономического и военного сотрудничества. История последних лет делает нежелательным стремительное, непродуманное, скороиспеченное соглашение.

Криппс считает наилучшей политической базой для соглашения преисполненное решимостью желание победить Гитлера. Если Советское правительство сочтет разумным, то Криппс готов просить свое правительство уполномочить его вести предварительные переговоры. Послевоенную обстановку Криппс считает очень важной, и он находит нежелательным заключение стремительного соглашения.

Сталин выразил удивление по поводу заявления Криппса о каком-то будто бы торопливом и стремительном соглашении. Как Англия, так и Советский Союз находятся в войне против Германии, а эти факты обойти нельзя. Сотрудничество же, о котором говорит Криппс, немыслимо без соглашения. В настоящий момент Гитлер собрал почти половину всех государств Европы

 

120

 


 

и создал что-то вроде коалиции из Италии, Румынии, Венгрии, Словакии и Финляндии. При такой коалиции на стороне Гитлера, направленной против СССР, Англия отказывается заключить какое-либо соглашение с СССР. Создается впечатление изоляции Англии от Советского Союза и Советского Союза от Англии. Такая политика Англии по отношению к СССР приносит явный вред делу борьбы с Гитлером.

Криппс выразил предположение, что, возможно, существует неясность в трактовке самого слова «соглашение».

Сталин разъяснил Криппсу, как он понимает соглашение.

1. Англия и СССР обязываются оказывать друг другу вооруженную помощь в войне с Германией.

2. Обе стороны обязываются не заключать сепаратного мира.

При подобной элементарной постановке вопроса непонятны причины нерешительности Англии.

Криппс выразил предположение, что, возможно, в беседе с Молотовым имело место недоразумение. Криппс понял Молотова в том смысле, что Советское правительство хочет решить вопрос о сотрудничестве Англии и СССР на Ближнем и Дальнем Востоке, а также принять участие в разрешении вопроса нового порядка в Европе.

Сталин, со своей стороны, также выразил предположение, что, возможно, посол не понял Молотова или, может быть, Молотов не вполне ясно выразился на счет позиции Советского правительства.

Советское правительство не ставит вопроса об установлении сфер влияния. Советское правительство также не думает на данной стадии заключить соглашение относительно того, какая сторона и сколько выставит вооруженных сил против Германии. Сейчас стоят более элементарные вопросы — не создавать иллюзии, что Англия изолируется от СССР, а СССР от Англии, и заключить пакт взаимопомощи.

В то время как у Гитлера имеется коалиция, в отношениях между Англией и СССР создается впечатление изолированности. Коалиции нужно противопоставить коалицию, а не изоляцию.

Криппс заявил, что, как он понял Сталина, необходимо иметь соглашение или обмен нотами по вопросу об оказании обеими странами друг другу помощи и об обязательстве не заключать с Германией сепаратного мира.

Сталин ответил Криппсу, что посол понял его в основном правильно.

Криппс, пообещав проинформировать свое правительство, заявил, что, по его мнению, лучшим способом заключения соглашения будет обмен нотами.

Сталин отметил, что это является вопросом частным, однако, по его мнению, было бы лучше сделать так, как это делается обычно при заключении пакта о взаимопомощи, а именно подписать соглашение.

Сотрудничество, о котором говорил Черчилль в своем выступлении 22 июня, дело, конечно, хорошее, но такое сотрудничество будет спорадическим и недолгим. Если же обе стороны будут связаны пактом о взаимопомощи, тогда будет возможно определенное длительное и неслучайное сотрудничество.

Если же такой пакт для Англии неудобен и нецелесообразен, то это надо сказать ясно и прямо. Что касается меня, то я думаю, что настоящая обстановка требует заключения такого пакта, а обмен нотами даст очень мало.

Заверив Сталина в том, что он всегда хотел заключения подобного пакта между Англией и СССР, Криппс заявил, что в Англии и США существуют

 

121

 


 

еще группировки, которые нужно убедить в необходимости сотрудничества между СССР и Англией. Учитывая это, Криппс считает, что заключение соглашения, возможно, окажется преждевременным.

Сталин заметил, что будет еще более опасно опоздать с заключением подобного соглашения.

Криппс выразил надежду, что ему удастся уговорить свое правительство заключить предлагаемый Сталиным пакт. Однако это потребует времени, и Криппс просит Сталина не разочаровываться, если придется немного обождать. В настоящий же момент каждый день сотрудничества приближает день заключения такого соглашения.

Сталин заметил, что он не видит какого-либо сотрудничества между обеими странами. Пока это только разговоры о сотрудничестве.

Заявив, что он не согласен со Сталиным, Криппс сообщил, что Советскому Союзу уже отгружено несколько пароходов, а кроме того, имел место обмен ценной информацией. Криппс считает необходимым более широкое сотрудничество, и он понимает, что главной целью обеих сторон является соглашение против сепаратного мира.

Сталин отметил, что главное не в этом. Главное в том, чтобы создать ясность в вопросе о взаимоотношениях между Англией и СССР. Обстановка требует заключения соглашения о взаимной военной помощи между нашими странами. Соглашение должно быть без резервов, без задних мыслей. Готово ли к этому английское правительство? В этом суть вопроса.

Заверив Сталина в том, что он сделает все от него зависящее, Криппс спросил, где будет лучше, по мнению Сталина, вести переговоры, в Москве или в Лондоне.

Сталин ответил Криппсу, что если это не представит неудобства для Англии, то переговоры лучше будет вести в Москве.

Далее Сталин поставил перед Криппсом вопрос о большом скоплении немцев как в Иране, так и в Афганистане, которые будут вредить и Англии и СССР.

Что считает Криппс необходимым предпринять, спросил Сталин, чтобы выгнать немцев из Ирана и Афганистана сейчас, так как потом это сделать будет трудно.

Криппс заявил, что англичане сделали иранцам представление в связи с пребыванием немцев в Иране. Утром он имел беседу с иранским послом, уведомившим Криппса, что в Иране принимаются меры в отношении немцев и особенно в отношении итальянцев, которых иранцы считают более опасными.

Криппс считает, что оба правительства должны сделать шаху или министру иностранных дел Ирана демарш с предложением удалить пятую колонну. Если Советское правительство даст соответствующие инструкции Майскому, то Криппс со своей стороны информирует Идена по тому же вопросу. Сам Криппс не может давать какие-либо указания в Иран, так как это выходит за сферы его деятельности. Все инструкции должны идти через Лондон, где они будут согласованы с английским правительством.

Криппс добавил, что он также имел беседу и с афганским послом по вопросу о немцах. Посол сообщил Криппсу, что, кроме немецкой миссии в Кабуле, в Афганистане немцев практически нет.

Криппс считает, что Молотов должен сделать представление афганскому послу. Сам же Криппс обещал снестись с английским посланником в Кабуле и выяснить вопрос о немцах.

 

 

122

 


 

Сталин заметил, что он читал донесение советского посла из Кабула, в котором последний сообщает, что в разговоре с ним не то посланник, не то военный атташе английской миссии заявил, что необходимо выбросить немцев из Афганистана. Считая высказывания представителя английской миссии мнением английских кругов, Сталин и решил поставить перед Криппсом вопрос о немцах.

Криппс заявил, что когда в Лондоне узнали о передвижении немцев в Афганистан, то английское правительство послало в Кабул предупреждение.

Криппс обещал снестись со своим правительством по вопросу о принятии мер в Иране, и если имеется опасность, то и в Афганистане.

Сталин отметил, что опасность существует как в Иране, так и в Афганистане. Советское правительство уделяет внимание этому вопросу, особенно в отношении Ирана, потому что оно опасается за нефтяные промыслы Баку.

В заключение беседы Сталин заявил, что у него создается впечатление, что Англия в настоящий момент не может пойти на заключение пакта о взаимопомощи.

Криппс не согласился со Сталиным и заявил, что Черчилль стремится к тому, чтобы заключить подобный пакт. Однако ему приходится считаться с возможностью возникновения недовольства со стороны различных группировок. Британский же народ очень стеснителен в вопросе формального заключения договоров. Будучи адвокатом, Криппс испытал это сам.

Когда Криппс был последний раз в Англии, он встречался с Черчиллем и представителями военного кабинета, и у него создалось впечатление, что все они выступают за помощь Советскому Союзу без всякой задней мысли.

Сталин заметил, что медлительность и преувеличенная осторожность английского правительства, которые имеют место сейчас, наблюдались и при англо-франко-советских переговорах в 1939 году. Есть опасность опоздать с соглашением.

Криппс заявил, что в то время у политического руководства страной находились другие люди, не желавшие соглашения с СССР. Черчилль же в то время находился в оппозиции, последняя была ослаблена фракциями, и ее работу нельзя было согласовать.

Прощаясь со Сталиным, Криппс обещал немедленно связаться со своим правительством по затронутым в беседе вопросам.

АВП РФ, ф. Об, оп. 3. п. 8, д. 81, л. 42-50.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 69-73.

 

 

88. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

8 июля 1941 г.

Подробности сегодняшнего разговора с Иденом таковы: 1. Я со всей серьезностью поставил вопрос об английском десанте во Францию. Я указал, что волею обстоятельств СССР и Англия стали товарищами по оружию, то есть если не формально, то фактически стали военными союзниками. Впервые за всю войну Англия имеет настоящего союзника,

 

123

 


 

который может и хочет по-настоящему драться против гитлеровской Германии. Минувшие две недели с полной ясностью показали, что Красная Армия — мощная сила и что рейхсвер не в состоянии ее разбить. Нашла коса на камень. Однако германская машина чрезвычайно могущественна, и почти вся она брошена против нас, что создает трудное положение. Не только долг, но и прямой интерес Англии несколько уменьшить давление немцев на Восточном фронте путем отвлечения их сил и внимания в другую сторону. Почему, например, Англии не устроить сейчас серьезного десанта во Францию? Войск и вооружения у нее для этого достаточно. Расстояние до французского берега невелико — стало быть, транспортные трудности ограниченны. Морем англичане владеют. Авиация в состоянии оказать такой операции серьезное содействие. Немцы оголили Северную Францию от самолетов и механизированных войск. Опасность вторжения в Англию отпала по крайней мере до тех пор, пока Гитлер занят на востоке. За чем же дело стало? Конечно, с подобной десантной операцией связан известный риск, но ведь на войне риск — необходимое дело. Я полагаю поэтому, что британскому правительству следует в самом срочном порядке организовать и реализовать такую операцию. Тем более что на французской территории англичане найдут немало друзей и, если они еще снабдят их оружием, то немцам будет здесь очень жарко.

2. Иден ответил, что он очень рад моему заявлению. Лично он является сторонником самой широкой помощи СССР именно в данный момент. Он также сторонник десанта в Северную Францию. Мой демарш укрепляет его позицию и дает ему повод для нажима на правительство. Он немедленно еще раз поставит перед британским правительством вопрос о таком десанте и в дальнейшем сообщит мне о результатах. Затем, видимо опять-таки в порядке желания приобрести доводы для дискуссии в правительстве. Иден, разложив карты Северной Франции, стал приводить мне аргументы противников десанта. Главный из них состоял в том, что истребители способны защищать десантную операцию лишь в районе Кале, Булони, но не дальше на запад (Шербур, Бретань), где по целому ряду соображений было бы особенно выгодно высадиться. Я тогда поставил вопрос, почему англичане не могут захватить несколько аэродромов на северном берегу хотя бы в той же Бретани и сразу получить, таким образом, базу для своих истребителей во Франции. Иден согласился, что это действительно хороший аргумент, и еще раз повторил, что поговорит о возможности десантной операции во Франции с Черчиллем. Мы говорили также о возможностях десантной операции в Норвегии. Иден хотел и об этом поговорить с премьером.

3. Иден передавал, что, по английским сведениям, между Германией и Италией в настоящее время происходят трения по вопросу о Средиземном море. Немцы снимают оттуда все, что можно, для Восточного фронта, в частности они хотели эвакуировать аэродромы в Греции, служащие главным образом для охраны итало-германских конвоев в Средиземном море. Итальянцы, однако, оказались неподготовленными к тому, чтобы заменить немецкую авиацию своей, и в результате между обеими членами «оси» произошла склока.

4. По сведениям Крейги, Япония пока не собирается атаковать нас, наоборот, подготовляется к развитию операций в Индокитае.

5. В заключение мы говорили с Иденом о различных текущих вопросах, связанных с прибытием в Англию советской военной делегации. Иден выра-

 

124

 


 

жал большое удовлетворение событиями на Восточном фронте и подчеркивал непримиримость позиции британского правительства в отношении Гитлера, которая была ярко продемонстрирована еще раз в его собственной речи в Лидсе 5 июля.

Майский

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 352. д. 2403. л. 13-16.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 73-75.

 

 

89. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В США К.А.УМАНСКОМУ

8 июля 1941 г.

Из Ваших бесед с Уэллесом и другими деятелями мы не получили полной картины отношения Америки к нам после нападения Гитлера, и мы также недостаточно осведомлены о пределах возможной помощи со стороны Америки. Нам особенно интересно было бы знать, какие меры американское правительство может и хочет принять для предотвращения или затруднения выступления против нас Японии и какова будет его позиция в случае такого выступления. Мы не хотели бы, однако, придавать слишком официальный характер нашим запросам по этому поводу, но нам представляется вполне естественным, чтобы Вы попросили свидания с Рузвельтом в связи с новым положением, созданным нападением на нас Гитлера. Вы могли бы начать разговор с выражения Рузвельту благодарности от имени советского правительства за высказанную им готовность оказания нам помощи, после чего Вы постарайтесь проинформироваться у него по вышеуказанным вопросам. В частности, Вы могли бы указать, что недавнее заявление Уэллеса о желательности избежания новых конфликтов в Тихом океане не обязательно будет понято Японией как предупреждение против конфликта в прилегающих к нам водах и на материке. Спросите Рузвельта, не считает ли он, что более ясным и решительным заявлением, высказанным публично или в дипломатическом порядке непосредственно японскому правительству, Рузвельт мог бы значительно уменьшить шансы выступления Японии. В зависимости от поведения Рузвельта во время беседы Вы могли бы расширить круг вопросов, на которые нам желательно было бы иметь ответ.

В случае вопросов Рузвельта о положении на Восточном фронте Вы, помимо известных Вам сведений из материалов Советского информационного бюро, можете сказать, что на русско-германском фронте положение за последние дни изменилось. Произошла известная стабилизация, и упорное сопротивление Красной Армии местами уже дает свои положительные результаты.

Результаты беседы с Рузвельтом телеграфируйте.

В.Молотов

АВП РФ, ф. 059. оп. 1, п. 365, д. 2485, л. 39.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 56-57.

 

125

 


 

 

 

90. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ ИРАНА В СССР М.САЕДОМ

8 июля 1941 г.
Секретно

Сегодня в 18 час. я вызвал Саеда и сообщил ему, что советское правительство просит иранское правительство взять на себя защиту интересов советских граждан во Франции. При этом я указал, что обстановка там довольно сложная, так как Франция разделена на 2 зоны, мы не имеем интересов и в оккупированной и неоккупированной части страны. Если мы просим защищать наши интересы во Франции, это значит, что иранскому посольству в Виши придется позаботиться о защите наших прав и в оккупированной части Франции.

Саед поблагодарил за доверие, которое оказывает советское правительство иранскому правительству, и сказал, что он сегодня же протелеграфирует в Тегеран, надеясь уже завтра получить положительный ответ. Он более чем уверен, что Иран с большим удовольствием будет защищать интересы СССР. При этом Саед сказал, что в Виши в настоящее время имеется очень энергичный посланник, переведенный из Бухареста. Что касается Парижа, то там должны были остаться один или два секретаря.

Для сведения Саеда я сообщил, что расходы, которые будут нести посланник в Виши и иранские сотрудники в Париже, конечно, будут компенсированы советским правительством. Одним из первых вопросов, которым придется заняться, это вопрос об организации обмена дипломатическими посольствами.

Саед сказал, что такой обмен можно было бы произвести через Иран.

Прощаясь, Саед сообщил, что он, афганский посол и турецкий посол остались сейчас «холостяками» и поселились все вместе на его даче в Болшево.

На беседе присутствовала помощник заведующего Средневосточным отделом т. Никитникова.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
Лозовский

АВП РФ. ф. 094. оп. 26. п. 331. д. 3. л. 33-34.

 

 

91. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

9 июля 1941 г.

1. Сегодня утром я представил всю военную миссию Идену (присутствовал также Новиков) и военному министру Маргесону. Разговор с последним был краток и носил чисто формальный характер, не представляющий интереса. Видно было, что Маргесону, как доброму чемберленовцу, товарищество по оружию с СССР не доставляет никакого удовольствия. Зато с Иденом было совсем иначе. Иден принял миссию вместе с Батлером и Кадоганом торже-

 

126

 


 

ственно и проявил большой интерес к событиям на нашем фронте и к предстоящей работе миссии. Он просил в случае надобности без стеснения обращаться к нему.

2. После представления миссии все удалились, и мы устроили небольшое совещание, в котором с нашей стороны приняли участие товарищи Голиков, Харламов и я, со стороны Форин офиса — Иден и Кадоган. На этом совещании Голиков от имени Сталина передал Идену, что «СССР будет воевать и что немцы нас не сломят». Данное заявление произвело на Идена очень сильное впечатление, и он обещал немедленно довести его до сведения Черчилля. В процессе дальнейшего разговора Голиков настойчиво подчеркивал необходимость всемерной активизации английской помощи Красной Армии: совместных операций на севере, максимального усиления британских воздушных налетов на Германию вплоть до Берлина, а также срочного развертывания десантных операций в Северной Франции. Говорил Голиков и о технической помощи со стороны Англии. Иден еще раз подчеркнул свое сочувствие всем подобным мероприятиям и добавил, что нашей миссии прежде всего нужно обсудить все эти вопросы с начальниками штабов, а после этого, если окажутся какие-либо затруднения, Иден готов со своей стороны сделать все возможное для их устранения.

3. Встреча нашей миссии с начальниками штабов (военного — Дилл, воздушного — Портал и морского — адмирал Паунд) состоится сегодня в 3 час. 30 мин. дня. Завтра я представлю миссию морскому министру Александеру и воздушному — Синклеру.

Майский

АВП РФ. ф. 059, оп. 1, п. 352, д. 2403. л. 22-23.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 75-76.

 

 

92. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В ИРАНЕ А.А.СМИРНОВА С ПРЕМЬЕР-МИНИСТРОМ ИРАНА А.МАНСУРОМ

9 июля 1941 г.
Секретно

Сегодня в 16 час. 30 мин. я был с визитом у премьер-министра Мансура.

В начале беседы Мансур просил меня принять все зависящие от меня меры для того, чтобы ускорить продвижение товаров, предназначенных для Ирана и находящихся в настоящий момент на территории СССР.

Я ответил, что мною сегодня получена из Москвы телеграмма, в которой сообщается, что Лозовский имел беседу с послом Ирана Саедом и сообщил последнему, что НКВТ даны указания по вопросам, связанным с товарооборотом и транзитом. По имеющимся у меня сведениям, некоторые товары отправляются из Баку в Иран.

Мансур поблагодарил за это сообщение и добавил, что он надеется, что ирано-советская дружба еще больше окрепнет на базе расширенных торговых связей. Для Ирана в условиях теперешней войны расширение этих торговых связей с СССР является настоятельно необходимым.

После этого Мансур попросил меня изложить мое мнение о военно-политическом положении Германии и о перспективах войны. Я сказал, что

 

127

 


 

после того, как Германия напала на СССР, она вооружила против себя весь мир и имеет трех основных противников — СССР, Англию и США. Несмотря на временные успехи, поражение Германии в этой войне неизбежно.

Мансур заметил, что Германия рассчитывала на молниеносную войну, но просчиталась и теперь ее ждет большое разочарование.

Затем Мансур спросил о моем мнении в отношении Японии и о возможности ее участия в войне. Я ответил, что в мою бытность в Германии мне приходилось слышать весьма критические замечания немцев о тяжелом экономическом положении Японии. Я лично не склонен разделять это мнение и не могу недооценивать ее военно-экономический потенциал.

Что же касается советско-японских отношений, то они основаны на недавно заключенном договоре о ненападении и Советский Союз пока не имеет никаких оснований думать, что Япония намерена нарушать добровольно принятые на себя обязательства.

Мансур, отметив, что он в курсе положения Японии, сказал, что Япония действительно колеблется в настоящий момент в принятии определенного решения и боится идти на риск войны, зная, что она будет иметь противниками две такие страны, как Англия и США.

После этого я спросил у Мансура, предприняло ли иранское правительство что-либо в отношении немцев, список которых был ему передан советником Николаевым. Мансур ответил, что по этому вопросу ведется следствие, и если будет установлена виновность данных лиц, то они будут наказаны. Немцы в Иране до сих пор проводили свою деятельность такими методами, что их нельзя было ни в чем обвинить. Иранское правительство строго предупредило немцев о недопустимости каких-либо акций, направленных против иранских законов, и взяло под наблюдение всех лиц, упомянутых в списке, переданном Николаевым.

Что же касается внутреннего положения Ирана, то здесь, по словам Мансура, все тихо и спокойно, несмотря на тенденциозные слухи, распускаемые некоторыми швейцарскими и шведскими газетами.

Я попросил Мансура охарактеризовать взаимоотношения Ирана с соседними странами.

Мансур начал с характеристики взаимоотношений Ирана с СССР. Он сказал, что Иран всегда питал дружеские чувства к СССР, но, подчеркнул он, «Ваше правительство не всегда хотело это понять». Он надеется, что теперь советское правительство оценило дружеские намерения Ирана по отношению к СССР и в будущем эта дружба возрастет и окрепнет.

С Англией Иран также находится в дружеских отношениях. Особенно показательной в этом отношении явилась независимая и лояльная позиция, которую занял Иран во время иранского конфликта, не склоняясь ни на ту, ни на другую сторону.

Иран, продолжал Мансур, является теперь центром спокойствия на Среднем Востоке, что выгодно не только ему, но и его великому соседу — СССР. Являясь таким центром спокойствия, Иран, будучи добрым соседом и другом Турции, с одной стороны, и Афганистана — с другой, прилагает все усилия к тому, чтобы эти две страны также остались спокойными. Этот момент Мансур особенно подчеркнул.

В конце Мансур выразил свое удовлетворение беседой и заверил меня, что наша совместная работа принесет большую пользу обеим странам и укрепит дружеские взаимоотношения СССР с Ираном.

 

128

 


 

Я поблагодарил в свою очередь и сказал: «Надеюсь, что и впредь мы будем сохранять с Мансуром деловой и дружеский контакт». Беседа продолжалась 1 час 45 мин. При беседе присутствовал советник Иванов.

Посол СССР в Иране
А. Смирнов

АВП РФ. Ф. 094. оп. 26. п. 331, д. 5. л. 337-339.

 

 

93. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

10 июля 1941 г. Сов.
Секретно

Криппс заявил, что он получил на имя т.Сталина личное послание Черчилля*, являющееся ответом на предложения, сделанные т.Сталиным в беседе от 8 июля**.

Зачитав вслух и вручив т.Сталину русский текст послания Черчилля, Криппс отметил встретившиеся затруднения при переводе на русский язык той части послания Черчилля, где говорится о «декларированном соглашении, выраженном в заявлении». Криппс далее заявил, что в целях ускорения подписания соглашения он по личной инициативе и под свою личную ответственность набросал проект соглашения, которое, по его мнению, отражает точку зрения английского правительства.

Проект представленного Криппсом соглашения гласил: «Правительство Его Величества в Соединенном Королевстве и Правительство Союза Советских Социалистических Республик согласились и декларируют о следующем:

а) Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу помощь всякого рода в настоящей войне против Германии.

б) Они далее обязуются, что в продолжение этой войны они не будут вести переговоров о мире и не будут заключать перемирие без обоюдного согласия».

Отвечая на вопрос т.Сталина, почему бы не назвать предлагаемый проект документа соглашением, Криппс заявил, что ему при составлении проекта пришлось руководствоваться посланием Черчилля, где последний называет Документ «согласованной декларацией». Желая поскорее начать обсуждение соглашения, Криппс и решил составить проект в наиболее простой, по его мнению, форме, и он, Криппс, не будет ничего иметь против внесения в текст его проекта каких-либо поправок и предложений.

_____________
* См. Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-министром Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. (далее — Переписка Председателя Совета Министров СССР...). — М.. 1976. — Т. 1. — С. 17.
** См. док. 87.

 

129

 


 

Приняв к сведению разъяснение Криппса, т. Сталин предложил дополнить первый пункт проекта и включить этот пункт в проект в следующей редакции:

а) Оба правительства обязуются оказывать друг другу всякого рода помощь, в том числе и вооруженную, в войне против Германии.

Согласившись с новой редакцией первого пункта, Криппс, однако, заявил, что поскольку в предложенном им тексте упоминается оказание «друг другу помощи всякого рода», то он не видит большой надобности в предложенном т.Сталиным добавлении. Криппс также заявил, что он как адвокат часто сталкивался в Англии с составлением соглашений и всегда пользовался общими терминами. У англичан, пояснил Криппс, странный способ передачи смысла документа, и он находит, что если сделать оговорку, то в Англии найдутся люди, которые будут думать, что оговоренная в соглашении помощь ограниченна. Вопрос, поднятый т. Сталиным, Криппс считает чисто техническим. Однако он лично должен предостеречь, что в Лондоне, возможно, сделают те же замечания, какие сделал сам Криппс.

Тов. Сталин спросил Криппса, не возражает ли тот, если на беседе будет присутствовать т. Молотов.

Криппс выразил полное согласие с предложением т. Сталина, после чего в беседе принял участие т. Молотов.

После того как т. Молотов ознакомился с посланием Черчилля и предложениями Криппса, т. Сталин прочитал англо-франко-турецкий договор и согласился, что в этом договоре действительно сказано: «В случае если Турция будет вовлечена в военные действия с европейской державой в результате агрессии, совершенной этой державой против Турции, Франция и Соединенное Королевство будут эффективно сотрудничать с Турцией и окажут ей в пределах своих сил всяческую помощь и содействие».

Криппс шутя заявил, что он надеется, что соглашение, которое собираются заключить Англия и СССР, не постигнет участь англо-франко-турецкого договора.

Тов. Сталин заметил, что никто не мог и не может сказать, что Советский Союз не выполнял взятых на себя обязательств по заключенным им договорам.

Коснувшись редакции первого пункта проекта соглашения, т. Сталин предложил следующий вариант:

1) Оба правительства обязуются оказывать друг другу всякого рода помощь и содействие...

Если, заявил т. Сталин, такой вариант приемлем, то у него больше нет никаких возражений.

Приняв к сведению замечание т. Сталина, Криппс спросил, может ли он послать телеграмму в Лондон с текстом проекта соглашения как одобренного советским правительством.

Ответив утвердительно, т. Сталин спросил Криппса, определено ли действие данного соглашения какими-либо сроками или нет.

Криппс заявил, что срок действия соглашения определяется продолжительностью войны против Германии. Как только кончится война, то договор сам по себе отпадет. Война же не кончится до тех пор, пока обе страны, как это указано в договоре, не заключат мир при взаимном согласии.

Тов. Сталин в шутливом тоне заметил: «А не боится ли Англия, что русские сами победят Германию и скажут Англии: не хотим, мол, с вами иметь никакого дела».

 

130

 


 

Криппс, также смеясь, ответил, что это невозможно, так как сторонам, подписавшим соглашение, не разрешается делать что-либо подобное.

Далее т. Сталин спросил Криппса, как будет называться предлагаемый послом проект документа.

Криппс заявил, что это будет соглашение в форме декларации. В этой декларации будет сказано о том, что обе договаривающиеся стороны заключили соглашение, о чем они и «декларируют».

На предложение т. Сталина назвать документ не декларацией, а договором, как это сделано у Англии с Турцией, Криппс заявил, что договор по своему содержанию гораздо сложнее, имеет различные дополнения, приложения и т.п.

Возможно, заявил Криппс, впоследствии мы могли бы выработать такой договор.

Не согласившись с замечанием т. Сталина, что декларация меньше обязывает, чем соглашение, Криппс предложил назвать документ или «Согласованной декларацией», или «Декларированным соглашением».

По мнению Криппса, новая форма соглашения лучше, чем обычная, так как она даст результаты в ближайшее время. Если же обе стороны будут обсуждать отдельные пункты документа, то пройдут месяцы.

Тов. Сталин заявил Криппсу, что пусть лучше пройдут месяцы, но пусть обе стороны выработают настоящий документ, определяющий их сотрудничество.

На предложение Криппса назвать документ декларацией «о соглашении о совместных действиях Правительства Его Величества и Правительства СССР» т. Сталин заявил, что есть лучшие формы определения сотрудничества. На опыте Мюнхена уже весь мир убедился, что декларации ничего не стоят и их никто не выполняет.

Криппс начал уверять т. Сталина, что настоящее соглашение Англия будет выполнять и соблюдать и что название не изменит смысл и содержание документа.

Тов. Сталин заметил, что предлагаемое послом название документа даст обильную пищу критикам. Может создаться впечатление, что обе стороны не имеют уверенности друг в друге.

Согласившись с замечанием т. Сталина о критиках, Криппс заявил, что во Франции побоятся критиковать соглашение. Криппс, однако предложил назвать документ «Соглашение между Англией и СССР о совместных действиях против Германии» или «Соглашение относительно взаимопомощи и консультации между СССР и Англией».

Тов. Сталин и т. Молотов заметили, что добавление слова «консультация» ослабляет значение документа.

Криппс тогда предложил следующее название документа: «Соглашение о совместных действиях Правительства Его Величества в Соединенном Королевстве и Правительства Союза Советских Социалистических Республик в войне против Германии».

Тов. Сталин и т. Молотов согласились с предложением Криппса.

Далее т. Сталин и т. Молотов и Криппс пришли к окончательному решению о тексте самого соглашения, приняв следующую редакцию:

«Правительство Его Величества в Соединенном Королевстве и Правительство Союза Советских Социалистических Республик заключили настоящее соглашение и заявляют (декларируют) о следующем:

 

131

 


 

1. Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в настоящей войне против гитлеровской Германии.

2. Они далее обязуются, что в продолжение этой войны они не будут ни вести переговоров, ни заключать перемирие или мирный договор, кроме как с обоюдного согласия».

Криппс заявил, что он хотел бы послать в Лондон как английский текст проекта, так и русский.

Тов. Сталин и т. Молотов одобрили желание Криппса и передали послу русский текст проекта соглашения.

Криппс заявил, что если он получит согласие своего правительства на подписание в том виде, как оно сейчас выработано, то он, Криппс, будет просить Лондон уполномочить его подписать это соглашение.

В заключение беседы т. Молотов спросил Криппса, получил ли тот ответ из Лондона касательно предложений о принятии совместных мер в Иране и Афганистане.

Криппс заявил, что он телеграфировал в Лондон и просил рассмотреть поставленный т. Сталиным вопрос немедленно. Криппс также указал Лондону на необходимость снестись с Майским, чтобы выяснить, можно ли сделать совместный демарш.

Обещав проконсультироваться с английским посланником в Тегеране, Криппс высказал предположение, что, может быть, придется дипломатические меры поддержать военными.

Тов. Сталин согласился с последним замечанием Криппса.

Добавив, что он указал Лондону на необходимость быстрых действий в вопросе о немцах в Иране, Криппс заявил, что он снесется с английским посланником в Кабуле и узнает положение вещей. Если надо будет, то он согласует со своим правительством вопрос о совместных действиях английского и советского правительств.

Тов. Сталин сообщил Криппсу, что советская разведка узнала с месяц тому назад о предложениях, которые немцы сделали иранцам. Немцы предлагали Ирану продавать им нефть втрое дороже, чем англичанам.

Немцы также обещали иранцам, что помогут захватить нефтяные промысла Баку.

Криппс заявил, что о первом у него имелись аналогичные сообщения. Что же касается обещаний немцев оказать помощь в захвате Баку, то это он слышит впервые. Криппс добавил, что единственный способ расправиться с немцами — это принять совместные действия.

Прощаясь с Криппсом, т. Сталин заявил, что он лично просит как Криппса, так и самого Черчилля поскорее разрешить вопрос с подписанием соглашения с тем, чтобы внести ясность как в самом СССР, так и во всей Европе.

Криппс заверил т. Сталина, что ни с его стороны, ни со стороны Черчилля не будет задержки и что вопрос будет стоять только за доминионами. Беседа продолжалась 1 час 10 мин.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф. 048, оп. 48. п. 431. д. 10. л. 5-12.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 77-81.

 

132

 


 

 

94. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

10 июля 1941 г.

Сегодня имел разговор с Рузвельтом в течение 50 мин. в присутствии Уэллеса. Беседа была дружественная и деликатная, несколько лучше, чем я ожидал.

1. Военная обстановка на русско-германском фронте.

Рузвельт, взяв на себя инициативу оценки обстановки, заявил, что немцы, безусловно, не ожидали такого сопротивления, их «расписание» опрокинуто. Красная Армия борется с исключительным мужеством, отвагой и умением, и «кое-кому в наших собственных военных кругах придется пересматривать свое мнение о ваших Вооруженных Силах». Главное для СССР — сохранить нынешнюю силу сопротивления на ближайшие два с половиной месяца, примерно до первого октября. Если это удастся, война для нас выиграна, гитлеризм будет сокрушен. Всякая машина, включая мощную германскую военную машину, имеет свои пределы выносливости и износа и не сможет выдержать надолго нынешней интенсивности русского отпора. Рузвельт считает, далее, что, возможно, личный состав германской армии может выдержать это напряжение дольше, чем ее материальная часть. Процент допустимых для немцев потерь в этой области также имеет свои пределы, ибо, по имеющимся у американского правительства разведывательным данным, германская промышленность не сможет пополнять армию вооружением, в частности танковым, теми же темпами, какими она теряет его в борьбе с русскими. «Желаю Вам от души убить на поле битвы столько миллионов немцев, сколько удастся Вашим отважным солдатам, но еще важнее разрушить столько военных машин на земле и в воздухе, чтобы немцы лишены были возможности замещать их теми же темпами». Резюмируя, Рузвельт снова подчеркнул, что фактор времени для СССР — самое важное и что даже если придется отступать, но сохранится живая сила и нынешняя сопротивляемость войск, авиации, мотомехчастей на ближайшие два-три месяца, то победа нам обеспечена.

Я согласился с Рузвельтом, что фактор времени имеет громадное значение, передал ему, наряду с обзором военных событий, по последним сводкам, ту оценку положения, которую Вы мне поручили, указал, что истекшие с момента германской агрессии две с половиной недели наверняка у нас прекрасно использованы для того, чтобы ликвидировать временное преимущество, вытекавшее из более раннего развертывания сил противником, подчеркнул, что в конечной нашей победе и обреченности гитлеризма не может быть никаких сомнений, но что для ускорения этой победы и сокращения лишений и жертв, вызываемых войной, нужно крепкое, согласованное сотрудничество между всеми антигитлеровскими силами и, в частности, скорейшее выполнение той заявки на американские поставки, которая вручена мною американскому правительству десять дней назад.

Я заявил, что не сомневаюсь, что ему лично и американскому правительству известно, что немцы обрушили на нас буквально всю мощь своей военной машины, перебросив силы из Франции, авиацию, действовавшую против Англии, и, наверное, из ряда других районов, где антигитлеровские силы, благодаря нашему мощному отпору, получили известную передышку. Поэтому следует ожидать, что эти антигитлеровские силы, с полным пониманием

 

133

 


 

всей важности нашего фронта для нашего дела и для их национальной безопасности, согласятся с необходимостью немедленных и широких американских поставок нам по нашей заявке, невзирая на возможное нарушение существовавших планов и расписаний.

2. По вопросу об американской помощи нам Рузвельт ответил, что он целиком со мною согласен. Он знает, что немцы сосредоточили всю свою мощь против нас. Но одновременно Рузвельт соглашается со мною, что необходимы теснейшее сотрудничество антигитлеровских сил и уступки ряда видов американского снабжения той стране, борьба которой в данный момент имеет наибольшее значение для всех с точки зрения успехов общего дела. Он считает, что в Вашингтоне или ином месте, предпочтительно здесь, должен быть создан авторитетный «комитет трех» в составе представителей трех названных стран для согласованного решения ряда вопросов о разверстке американского снабжения. Он готов обещать, что представитель американского правительства в этом органе будет подходить ко всем вопросам широко, в указанном духе форсирования снабжения той страны, фронт которой имеет решающее значение. Он не сомневается, что и англичане и мы будем подходить столь же широко. Рузвельт стал мне жаловаться, что его положение вообще нелегкое: за одну руку его тянут свои генералы, указывающие, что для малочисленной, полуторамиллионной, но срочно нуждающейся в обучении армии США не хватает танков, орудий, самолетов для целей боевой подготовки, за другую его тянут английские друзья, указывающие на неотложный характер своих нужд и на то, что США еще не воюют. Он надеется, что при разумном подходе всех трех стран их наиболее срочные нужды будут удовлетворены в меру сил разворачивающейся американской военной промышленности. Со станками положение напряженное, но все же он, Рузвельт, дал приказ, чтобы выдавать нам все по старым изготовленным заказам и чтобы восстановить, где только возможно, наши аннулированные заказы. Он ценит, что мы не подняли вопроса о реквизированных станках, ибо они все уже работают на военные нужды и мы сами в этом заинтересованы. Он хочет, чтобы оборудование было отправлено в СССР как можно скорее, так, чтобы поток начался уже дней через десять. Но нужны ли нам простые токарные станки того типа, которые имеются на каждом заводе, почти в каждой мастерской? Он готов дать приказ изъять их отовсюду, где они в гражданских отраслях промышленности не нужны, и грузить их в СССР. В этот момент беседы я сделал Рузвельту от имени советского правительства порученное Вами заявление благодарности за занятую им позицию, разъяснив ему тут же, что только это заявление я и оглашу в печати.

Рузвельт поблагодарил и заявил, что будет придерживаться той же линии на завтрашнем приеме печати. После этого я заявил следующее:

а) могу только приветствовать его слова о необходимости скорейшей отгрузки товаров;

б) благодарю за быстрое освобождение подавляющего большинства задержанных готовых грузов на сумму свыше 10 млн. долларов;

в) ценю его готовность снабжать нас простыми токарными станками, но, насколько помню по нашим спецификациям, в них главным образом фигурируют шлифовальные, фрезерные и зуборезные станки, прессы и молоты для авиационной промышленности и дело сейчас в том, чтобы их немедленно разместить, обеспечить им высшую степень приоритета и изготовление в заявленные нами сроки 4-5 месяцев. Одновременно выясню у своего пра-

 

134

 


 

вительства, нет ли потребности в большем количестве токарных станков. Подчеркнул, что освобожденные грузы хотя и представляют интерес для нашей обороны, но они сугубо второстепенны по сравнению со станками и машинами, включенными в нашу спецификацию на 54 млн. долларов. (После беседы я сообщил Уэллесу по телефону, что токарных станков в нашей заявке всего 12 шт., то есть менее одного процента намеченного к размещению числа станков.) Рузвельт заявил, что по вооруженческой части нашей заявки ответ получим не позже чем через два дня, то есть на этой неделе, и что завтра Гопкинс, являющийся его главным личным уполномоченным по этим вопросам, будет иметь со мной первую встречу. По вопросу о станках он сделает все, что в его силах. Я сообщил Рузвельту, что только что узнал от Амторга, что сегодня к последнему обратился заведующий отделом снабжения британской закупочной комиссии, предложивший ряд станков, уже отгруженных в порты и которыми англичане готовы поступиться в нашу пользу. Я привожу ему этот факт как пример того, как, надеюсь, будут решаться подобные вопросы по дефицитным видам снабжения, конечно, если предлагаемые англичанами станки соответствуют нашим спецификациям.

3. Финансовая сторона наших закупок в США. Рузвельт сообщил мне, что обсуждение этой стороны вопроса продвигается весьма удовлетворительно. «Я очень благодарен советскому правительству за то, что вы не поставили вопрос о распространении на вас действия закона о займе-аренде. В конечном итоге мне удалось бы сделать и это, но я попал бы под огонь части конгресса, было бы много ненужной полемики, вокруг этого вопроса начала бы кристаллизоваться оппозиция противников моей политики сотрудничества с вами, и мы только потеряли бы ценное время. Кредит же — пятилетний или иной — легче, ибо ваша страна и ваши хозяйственные органы пользуются у нас самой безупречной репутацией. Нынешний кредит СССР на очень высоком уровне, мне не известен ни один случай невыполнения вами своих обязательств». Я выразил Рузвельту свое удовлетворение его заявлением, добавив, что при встречах с нью-йоркскими банкирами и иными деловыми людьми они всегда давали мне самую высокую оценку выполнения нами своих денежных и иных обязательств. Рузвельт обещал вскоре сообщить официальное решение американского правительства по вопросу о пятилетнем кредите.

4. Вопрос о позиции Японии и дальневосточной политике США. Рузвельт своевременно поднял этот вопрос, заговорив в уже известном Вам духе о разных маршрутах доставки нам американских грузов. Он подчеркнул, что от позиции Японии, еще окончательно не выясненной, зависит, конечно, многое, но «отнюдь не все».

5. Вопросы о свободе путей советско-американской торговли. Я воспользовался этим для того, чтобы выполнить Ваше поручение, и, не стесняясь присутствия Уэллеса, заявил, что, быть может, «мой друг господин Уэллес» переоценил понятливость японцев, до сознания которых едва ли дошло действительное значение заявления Уэллеса от 3 июля с выражением надежды на такой курс японского правительства, который не нарушил бы мира на Тихом океане. Я заявил Рузвельту, что, возможно, позиция Японии еще окончательно не определилась и не ясна самому японскому правительству, внутри которого, по-видимому, происходит борьба, но что именно поэтому было бы крайне важно, чтобы американское правительство «помогло» японскому правительству ориентировать свою политику в мирном направлении, дав публично или дипломатическим путем понять японцам, что всякие авантюры

 

135

 


 

против СССР на море и на материке вызовут со стороны США такие-то и такие-то конкретные мероприятия. Мне кажется, что подобное четкое, недвусмысленное заявление подействовало бы отрезвляюще, достигнув цели, в которой заинтересованы оба наши правительства: воспрепятствовать или по меньшей мере затруднить агрессию Японии против нас, нарушение ею свободы морей в Тихоокеанском бассейне. Уэллес, впервые вмешавшись в ход разговора, повторил в присутствии Рузвельта сказанное им мне в позапрошлой беседе, что в случае японской агрессии против нас американское правительство вступит на путь экономического и финансового разрыва с Японией. Рузвельт подтвердил от своего имени сказанное Уэллесом. Однако Рузвельт избежал ответа по вопросу об американском предупреждении Японии. Я заявил Рузвельту, что мы отнеслись с должным вниманием к дружественному сигналу Уэллеса о враждебных по отношению к нам намерениях Японии, но, как видно из моей недавней беседы с Уэллесом и из сообщений прессы, внутри японского правительства еще есть колеблющиеся и отнюдь не поздно авторитетно нажать на него способами, которые американское правительство сочтет правильным избрать. Уэллес намеком, но достаточно явно продемонстрировал свое недовольство этой постановкой вопроса. Рузвельт заявил, что у него «есть курочка, которая не далее как завтра снесет яичко специально для японцев». (Какая-то новая полумера в области лицензирования нефтепродуктов в Японию?) Одновременно Рузвельт начал защищать американскую политику по отношению к Японии. Он заявил, что и он, и Хэлл, и Уэллес подвергаются нападкам за якобы слишком благосклонное отношение к Японии, причем эти люди мало разбираются в сложнейшем дальневосточном положении, упрекают его в поставках нефтепродуктов японцам, не понимая, что слишком внезапные крупные меры в этой области лишь развяжут японскую агрессию против Голландской Индии в ущерб жизненным американским интересам. После этого заявления, которое произвело на меня неважное впечатление и во время которого и сам Рузвельт чувствовал себя неловко, он зачитал мне цитаты из трех явно приготовленных для беседы со мной шифросводок как подтверждение противоречивой информации о политике Японии:

а) Шифровка из Чунцина сообщает из китайских источников, что японцы взяли твердый курс на нападение на нас, избрав закрытие Сунгарского пролива и пролива Лаперуза в качестве первого этапа.

б) Шифровка из не названного мне Рузвельтом источника о том, что японцы сконцентрируются на проникновении в Южный Индокитай, создании там морских и воздушных баз и затем на проникновении в Сиам для последующей атаки в тыл Сингапуру и в Голландскую Индию и что немцы рекомендуют японцам идти именно в этом направлении, не рисковать на данном этапе столкновением с нами, а связывать американские и английские силы в Тихом океане, выжидая германской «победы» над нами, после которой японцы должны будут ударить по СССР. В качестве «цены» немцы обещают японцам наше Приморье.

в) Шифровка из китайского источника в Берлине сообщает о том, что японцы, как только договорятся через немцев в Виши о расширении их зоны влияния в Индокитае и без военных действий закрепятся там, перейдут к блокаде берегов СССР и затем к нападению на него.

Рузвельт заявил, что эта противоречивая информация о намерениях Японии, затрагивающих и американские и советские интересы, действительно

 

136

 


 

отражает глубокий раскол внутри правящих кругов Японии, часть которых боится упустить выгодный момент для агрессии, а другая часть более реалистически осознает экономическую слабость Японии, истощенность народа, опасается экономических репрессий со стороны американского правительства, боится воздушного удара со стороны СССР. Рузвельт в заключение этой части беседы заявил следующее: «Если все же случится так, что возьмут верх авантюристические элементы, то я надеюсь, что ваша авиация выберет хороший ветреный день и засыплет картонные города Японии доброй порцией зажигательных бомб. Японский народ не виноват, но, видно, не будет другого средства дать понять правителям Японии безумие их политики за последние годы. Тогда они поймут. Не сомневаюсь в вашем воздушном превосходстве над японцами. По нашим сведениям, у вас на Дальнем Востоке не менее двух тысяч самолетов, уже проявивших себя в стычках с японцами».

Поблагодарив Рузвельта за информацию, я снова заявил ему, что она подтверждает возможность и необходимость воздействия извне на формирование линии японской внешней политики в этот ответственный момент. Рузвельт просил меня в заключение передать Вам свое преклонение перед героизмом ваших бойцов и снова подчеркнул решающий, по его мнению, характер ближайших двух с половиной месяцев и важнейшее значение темпа германских потерь в области материальной части. Заявил, что он готов видеть меня почаще. Уэллесу я сказал, что если в обстановке неупорядоченных отношений мы с ним благодаря его такту умели находить общий язык, то я не сомневаюсь в возможности хорошего сотрудничества в нынешней обстановке, вытекающей из гитлеровского нападения на нас и наличия общего знаменателя в политике наших правительств и чаяниях наших народов. Расстались на очень дружественной нотке.

Некоторые впечатления и выводы о данной беседе доложу Вам после завтрашней встречи с Гопкинсом, которая будет практической проверкой рузвельтовских обещаний.

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1, п. 346. д. 2364. л. 50-58.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 58-63.

 

 

95. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ*

Токио

По радио

10 июля 1941 г.

Германский посол Отт получил приказ от Риббентропа толкать Японию в войну как можно скорее.

_____________
* С июля 1941 г. обязанности начальника разведуправления Генштаба Красной Армии стал исполнять генерал-майор Панфилов. По его указанию донесение было Разослано членам ГКО и т. Вышинскому.

 

137

 


 

Отт очень удивлен такой спешкой Риббентропа, который должен знать, что Япония еще не готова и что это была бы только видимость войны, если она начнется теперь.

Источник Инвест сказал, что около дивизии уже направлено для действий на юге.

37 транспортных пароходов с войсками находятся в пути, в направлении Формозы.

Имеются слухи, что 16-я дивизия находится в пути на север. Я послал человека специально разузнать в Киото.

Инсон

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 2. л. 577.

 

 

96. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По радио

10 июля 1941 г.

Источник Инвест сказал, что на совещании у императора решено не изменять плана действий против Сайгона (Индокитай), но одновременно решено и подготавливаться к действиям против СССР на случай поражения Красной Армии.

Германский посол Отт сказал то же самое, что Япония начнет воевать, если немцы достигнут Свердловска.

Германский военный атташе телеграфировал в Берлин, что он убежден в том, что Япония вступит в войну, но не ранее конца июля или начала августа и она вступит в войну сразу же, как только закончит подготовку.

Мацуока в разговоре с Оттом сказал, что японский народ будет ощущать авиационные налеты на жизненные центры Японии.

На это Отт ответил, что это невозможно, потому что СССР имеет только 1500 первоклассных самолетов на Дальнем Востоке, из коих только 300 тяжелых бомбардировщиков будут в состоянии прилететь в Японию и вернуться обратно. Советский Союз имеет только два типа самолетов, которые смогут выполнять такие задачи, это ТБ-7 и ДБ-3, которых еще нет на Дальнем Востоке. Этими разговорами Отт старался влиять на Мацуоку, ратуя за вступление в войну Японии.

Германский военный атташе уверен, что конец советского режима наступит вместе с оккупацией Ленинграда, Москвы и Харькова, в противном случае немцы начнут крупные воздушные операции вдоль железнодорожных линий из Москвы через Сибирь.

Японские власти начали преследование лиц, не одобряющих германо-советскую войну и державшихся в стороне от тех, кто с энтузиазмом отнесся к вступлению в войну на стороне Германии.

Три влиятельных ... (искажено), которые выражали желание воевать против СССР, были арестованы.

 

138

 


 

Чтобы избежать влияний на решение правительства, генерал Ямасита получил приказ остаться в Маньчжоу-Го. Имеются слухи, что Ямасита будет назначен на новую должность командования войсками на южных базах и в Индокитае.

Инсон

Примечание РУ Генштаба КА:
Учитывая большие возможности источника и достоверность значительной части его предыдущих сообщений, данные сведения заслуживают доверия.

И.О. начальника РУ Генштаба КА
генерал-майор танковых войск
Панфилов

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 2. л. 580-582.

 

 

97. ИЗ ДНЕВНИКА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В СЛОВАКИИ С.А.АФАНАСЬЕВА

10 июля 1941 г.
Секретно

Рано утром миссии стало известно о нападении Германии на Советский Союз. Учитывая отношения, существующие между словацким и германским правительствами, я отдал распоряжение о подготовке дел к уничтожению.

В 10 час. утра я был вызван в МИД. Заместитель заведующего протокольным отделом Бельнай сказал, что в целях избежания возможных неприятностей было бы желательно, если бы сотрудники миссии не покидали здания в течение сегодняшнего дня. Вернувшись из МИД, я сделал соответствующее распоряжение. Около 11 час. к зданию миссии подошла толпа немцев. В окна полетели камни. Стоявшая у подъезда автомашина была подожжена. Сразу же после появления толпы было преступлено к уничтожению секретных материалов. Уничтожение было произведено в установленное для этого время.

После того как толпа удалилась, я вызвал по телефону шефа протокола Бельная, сообщил ему о происшедшем, заявил резкий протест и сказал, что поставлю об этом в известность советское правительство, которое оставляет за собой право принять контрмеры в отношении словацкой миссии в Москве и потребовать возмещения понесенных убытков. Словакия к этому времени еще не заявила о разрыве дипломатических отношений. О налете на здание миссии я сразу же сообщил в Москву.

В 12 час. 30 мин. шеф протокола Бельнай явился в здание миссии с извинениями за происшедшее. Бельнай сказал, что будут приняты все необходимые меры для охраны миссии.

Через некоторое время меня попросил приехать в МИД заведующий политическим отделом Мрачна. Я заявил ему по телефону, что в результате Действий толпы миссия осталась без средств передвижения. Мрачна при

 

139

 


 

слал в миссию своего заместителя Циекера с нотой, извещающей о том, что вследствие тесных отношений, существующих между Словакией и Германией на основе договора о защите, словацкое правительство решило порвать дипломатические отношения с СССР. Приняв от Циекера ноту, я еще раз поставил вопрос об усилении охраны сотрудников и здания миссии. После ухода Циекера я послал в Москву вторую телеграмму, в которой просил указаний относительно выезда членов колонии и охраны имущества.

Сегодня Словакия объявила СССР войну. Часов в 8 вечера большая толпа снова прибыла к зданию миссии. Это было после митинга у театра, где выступали шеф управления пропаганды Гашнар и руководитель словацких немцев Кармазин. Толпа начала громить окна и двери здания. Участники налета принесли с собой железные палки, с помощью которых сорвали цепь у двери подъезда. Но ни через дверь, ни через балкон проникнуть в здание не удалось. Лишь два человека, разбив стекла, проникли в ванную комнату на 2 этаже. Видя, что никто за ними не последовал, они, побив все, что можно было разбить, удалились через окно на улицу.

Женщины и дети были переведены на время налета в более безопасное здание торгпредства. Сотрудники остались в здании миссии.

Налет, несомненно, был организован фашистской немецкой партией. Уже с 7 час. вечера было замечено усиление полицейского наряда, но его, конечно, оказалось недостаточно, а неоднократные звонки в полицию ни к чему не привели.

По окончании налета я сообщил обо всем происшедшем по телефону нашему посланнику в Будапеште т.Шаронову.

Отправил в МИД письмо, в котором сообщил о вечернем налете и указал на неосновательность попытки газеты «Грендботе» оправдать нападение на здание миссии нахождением у нас якобы радиопередатчика и вызывающим поведением сотрудников миссии. Статьи в газете призывали, по существу, к дальнейшим налетам. Шеф протокола Бельнай сообщил мне через час, что он докладывал премьер-министру Туку и тот распорядился принять действенные меры к охране здания миссии.

На мой вопрос об отъезде персонала миссии Бельнай ответил, что сейчас уже могут выезжать все члены колонии за исключением меня с женой, торгпреда Морозова, стажера Сапрыкина и шофера Суворова. Я сказал Бельнаю, что не имею пока никаких указаний.

Шеф протокола Бельнай сообщил, что Швеция взяла на себя охрану интересов СССР в Словакии.

Принял почетного консула Швеции в Братиславе Стодолу. Поставил перед ним вопросы об отъезде, об охране имущества и об остающихся в Словакии советских гражданах. Он обещал снестись с шведской миссией в Берлине и выяснить все эти вопросы.

В последующие дни до отъезда из Братиславы имел еще целый ряд встреч с консулом Стодолой по вопросам отъезда и охраны имущества.

Поверенный в делах СССР в Словакии
Афанасьев

АВП РФ. ф. 01386, оп. 2. п. 1. д. 4. л. 67-70.

 

140

 


 

 

98. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

11 июля 1941 г.

Сегодня в Форин офисе в течение полутора часов происходило совещание в составе Идена, меня, Сикорского, Залесского. В результате продолжительных разговоров пришли к заключению о необходимости оформления соглашения между СССР и Польшей в виде договора, состоящего из следующих четырех пунктов:

1. Советское правительство заявляет о том, что советско-германские договоры 1939 г. относительно Польши признаются более несуществующими.

2. Между советским правительством и польским правительством устанавливаются дипломатические отношения, и в Москву назначается польский посол.

3. Советское правительство и польское правительство заявляют о своей готовности вести совместную борьбу против гитлеровской Германии.

4. На территории СССР создается польская армия, составляющая автономную единицу в рядах вооруженных сил, борющихся сейчас на территории СССР против гитлеровской Германии. Командующий польской армией назначается польским правительством по согласованию с советским правительством. Польская армия в оперативном отношении подчиняется Верховному командованию СССР.

Приведенные пункты — это, конечно, еще не точно сформулированные пункты, а лишь основные мысли пунктов. Если Вы не возражаете против них по существу и против подписания подобного договора вообще, то подробный текст последнего будет выработан и послан Вам на окончательное утверждение. Иден особенно настаивал на том, чтобы был заключен формальный договор указанного типа, ибо опубликование его будет иметь громадное политическое значение во всем мире, а особенно в США. Он считает, что было бы очень важно опубликовать польский договор сразу же после заключения советско-английского договора о взаимопомощи. В сегодняшнем заседании Иден принимал активное и весьма дружественное для нас участие.

Майский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 352. д. 2403. л. 48-50.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 81-82.

 

 

99. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР И.ТАТЕКАВОЙ

11 июля 1941 г.
Секретно

Я сказал послу, что пригласил его по одному небольшому делу, отметив, что в данных условиях такое небольшое дело заслуживает внимания, так как оно не в интересах ни советского правительства, ни японского правитель

 

141

 


 

ства. С этими словами я передал послу памятную записку о нескольких перелетах японскими самолетами советской границы 8 июля с.г. (см. приложение)[13].

Посол, ознакомившись с памятной запиской, заявил, что он передаст ее содержание своему правительству, и при этом солидаризировался с моим мнением, что подобные случаи перелетов и нарушения границ нежелательны.

Если откровенно говорить, сказал Татекава, то я тоже имею сведения о неоднократных, кажется, более десяти раз, нарушениях маньчжурской границы советскими самолетами. Однако за последнее время этих случаев стало меньше. Нарушения имели место с обеих сторон. Он полагает, что эти нарушения границ получились в результате того, что, например, советские летчики, находящиеся на границе, хотели в первые дни войны выяснить, как относится Япония к начавшейся германо-советской войне. Он о нарушениях границ советскими самолетами не делал представления советскому правительству, поскольку за последнее время этих случаев стало меньше, по-видимому, и подозрения советских людей также уменьшились. Позиция японского правительства теперь ясна. Обмен подобного рода нотами, по существу, не имеет смысла. Татекава высказал пожелание, чтобы случаи нарушения границ закончились этими фактами.

Я ответил, что, когда мы получили сообщение о том, что представитель Маньчжоу-Го Ооиси сделал представление по поводу нарушения нашими самолетами границы, советское правительство дало строжайшее указание всем пограничникам не допускать никаких нарушений. Что же касается высказанной г-ном послом мысли, что наши летчики в начале германо-советской войны перелетали границу для того, чтобы посмотреть, как относится Япония к войне, то такое предположение мне кажется невероятным, поскольку на какую бы высоту самолет ни поднялся, нельзя увидеть, какова позиция японского правительства. Позиция правительства находит свое выражение в его декларациях и в проводимой им политике. Я тоже думаю, что позиция Японии ясна, и на вопрос одного из японских корреспондентов высказался в том духе, что из деклараций господ Коноэ и Мацуоки вытекает, что позиция японского правительства остается такой же, какой она была до начала германо-советской войны. Однако японские газеты оспаривают высказанную мною точку зрения. Так, например, газета «Тейкоку Симпо» говорит, что мое толкование слов японских министров является односторонним, и газета выражает сомнение, «склонен ли японский народ так расценивать японскую позицию».

Татекава заметил на это, что министр иностранных дел Мацуока уже предупредил посла Сметанина не обращать внимания на подобные высказывания отдельных японских газет, так как в Японии печать не находится-де под таким строгим контролем, как в СССР.

«Тейкоку Симпо» была всегда антисоветской газетой. Он даже знает, кто пишет в этой газете. Он полагает, что нельзя подходить к мнению японской газеты с такой же оценкой, с какой советские люди относятся к советской печати. Он полагает, что моя оценка деклараций господ Коноэ и Мацуоки была правильной.

Возвращаясь к вопросу о нарушениях границ самолетами, посол сказал, что японские военные говорят, что советские летчики нарушают границу, а советские военные заявляют, что японские летчики нарушают границу. Таким образом, каждая страна высказывает односторонние взгляды.

 

142

 


 

На это я ответил, что из этого вытекает, что оба правительства должны принять надлежащие меры, чтобы летчики обеих сторон не нарушали границ.

Далее посол сказал, что, пользуясь случаем, он хотел бы напомнить о небольшом вопросе, по которому советник Миякава уже говорил с т.Царапкиным. Местная контора связи в Охе заявила концессионеру, что телеграммы в Токио и обратно можно отправлять и принимать только на английском и французском языках. Нельзя посылать ни на японском, ни даже на русском.

Я ответил, что запрошу по этому вопросу наркомат связи, так как для меня вопрос не ясен и представляется каким-то недоразумением.

Татекава сказал, что происходит задержка с завозом рабочей силы на нефтяные концессии. Концессионер просил предоставить ему 632 рабочих и служащих, а получил разрешение всего лишь на 230 человек. Посол просит оказать необходимое содействие в этом деле.

Я ответил, что поручу отделу выяснить в наркомате нефтяной промышленности вопрос по существу.

Еще в 1939 г., сказал посол, один японский пароход сел на мель около Охи. Пароходная компания заключила договор с ЭПРОНом на производство спасательных работ. В прошлом году судно снять не удалось. Весной этого года ЭПРОН обещал послать спасательную партию, но до сих пор фактически ничего не сделал. Посол просит оказать воздействие на ЭПРОН, чтобы он выполнил договор.

Я сказал послу, что знаю о договоре между пароходной компанией и ЭПРОНом, но о причинах задержки спасательных работ мне ничего не известно. Во всяком случае, я поручу заведующему 2-м Дальневосточным отделом т. Царапкину вопрос этот выяснить. Как только вопрос будет выяснен, я сообщу об этом г-ну послу.

На беседе присутствовал заместитель заведующего 2-м Дальневосточным отделом т.Павлычев.

Заместитель народного
комиссара иностранных дел
Лозовский

АВП РФ, ф. 0146, оп. 24, п. 223, д. 4. л. 195-198.

 

 

100. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ ИРАНА В СССР М.САЕДОМ

11 июля 1941 г.
Секретно

В 11 час. 30 мин. я принял иранского посла Саеда, который передал мне ответ иранского правительства по вопросу защиты интересов СССР во Франции. Посол сказал, что иранское правительство сообщило ему о своем согласии принять на себя поручение советского правительства относительно защиты интересов советских граждан и организации обмена дипломатическими миссиями.

Я попросил Саеда передать иранскому правительству благодарность от советского правительства за дружественную готовность в принятии на себя защиты интересов наших граждан. Вместе с тем я просил его сегодня же

 

143

 


 

принять меры, чтобы МИД Ирана сообщил иранскому посланнику в Виши войти в контакт с Богомоловым, который обо всем его информирует — о количестве сотрудников, граждан, и сообщит поименные списки. Указал также, чтобы иранский посланник через французское правительство связался с итальянцами, так как наша колония будет возвращаться через Италию и турецкую границу.

Саед для памяти записал все и обещал, что примет срочные меры к исполнению сделанных ему мною предложений. Перед уходом просил выслушать его по вопросу частного порядка.

Он, как дуайен, пригласил к себе представителей США, Англии, Афганистана и Турции, то есть дружественно расположенных к СССР стран, тесный круг, за пределы которого не может ничто выйти и повлечь за собой нежелательные слухи, для обсуждения вопроса об эвакуации имущества миссий. Саед подчеркнул, что на это совещание он нарочно не пригласил представителя Болгарии.

Просьбу указанных выше представителей Саед передал в следующей конкретной форме: американцы просят 3 пассажирских вагона и 1 багажный, англичане — 2 пассажирских вагона и 1 багажный, а он вместе с турком и афганцем — только 1 вагон. Американец, по словам Саеда, потому просит так много, что у него большое количество продуктов питания, которыми он, в случае нужды, обещает снабжать и других.

Я ответил, что по вопросу о питании им нечего беспокоиться.

Саед мотивировал просьбу соображениями предосторожности в связи с создавшейся обстановкой; хотя он и его коллеги убеждены в том, что никакой опасности не грозит, но предосторожность все же, как гласит восточная пословица, является матерью мудрости. Поэтому они просят советское правительство, кроме предоставления им средств передвижения — вагонов, указать такое место за Москвой, куда они могли бы перевезти имущество — вещи, серебро, предметы питания и т.п.

Я обещал поговорить по этому поводу с наркомом.

Саед, поблагодарив и повторив, что он сейчас же примет меры для срочного исполнения сообщенных ему предложений, ушел.

Во время приема присутствовал заведующий Средневосточным отделом.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.Лозовский

АВП РФ. ф. 094, оп. 26, п. 331. д. 3. л. 35-36.

 

 

101. ТЕЛЕГРАММА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПРАВИТЕЛЬСТВУ МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ

11 июля 1941 г.

Правительство СССР от лица всего советского народа горячо поздравляет монгольский народ и правительство Монгольской Народной Республики с великим праздником 20-летия Монгольской народной революции.

20 лет, прошедших с момента, когда монгольский народ под руководством неустрашимого Сухэ Батора сверг власть феодальных князей, ознаменованы

 

144

 


 

важными достижениями Вашей страны в хозяйственном и культурном строительстве. Мы с радостью видим, что монгольский народ под руководством монгольской народной революционной партии и руководителя монгольского народа маршала Чойбалсана одерживает все новые победы в деле строительства свободной жизни, и непоколебимо уверены в дальнейшем подъеме и укреплении дружественной Монгольской Народной Республики.

Монгольский народ празднует 20-летие своей революции в тот момент, когда советский народ оказался вынужденным подняться на отечественную войну против фашистской Германии, гнусно и вероломно напавшей на нашу родину. В этой борьбе нас поддерживает все передовое человечество. Советский народ и правительство СССР твердо убеждены в своей победе над врагом, твердо уверены, что исходом войны будет полный крах германского фашизма с его омерзительными планами превращения свободных народов в рабов немецких князей и баронов. Мы уверены, что в этот час Вы с нами, воодушевленные великими чувствами ненависти к нашему общему врагу и преданности нашему общему делу.

Наша победа будет еще одной гарантией дальнейшего свободного развития и роста Вашей страны.

И.Сталин

АВП РФ, ф. 1ll, оп. 24. п. 24. д. 7. л. 25.

 

 

102. СОГЛАШЕНИЕ О СОВМЕСТНЫХ ДЕЙСТВИЯХ ПРАВИТЕЛЬСТВА СОЮЗА ССР И ПРАВИТЕЛЬСТВА ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА В СОЕДИНЕННОМ КОРОЛЕВСТВЕ В ВОЙНЕ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ

12 июля 1941 г.

Правительство Союза ССР и Правительство Его Величества в Соединенном Королевстве заключили настоящее Соглашение и декларируют о следующем:

1. Оба Правительства взаимно обязуются оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в настоящей войне против гитлеровской Германии.

2. Они далее обязуются, что в продолжение этой войны они не будут ни вести переговоров, ни заключать перемирия или мирного договора, кроме как с обоюдного согласия.

Настоящее Соглашение заключено в двух экземплярах, каждый на русском и английском языках.

Оба текста имеют одинаковую силу.

Москва, 12 июля 1941 г.

По уполномочию Правительства
Союза Советских
Социалистических Республик -
Заместитель Председателя
Совета Народных Комиссаров
и Народный Комиссар Иностранных дел
В.Молотов

По уполномочию Правительства
Его Величества
в Соединенном Королевстве -
Чрезвычайный и Полномочный
Посол Его Величества
в СССР
Стаффорд Криппс

 

145

 


 

ПРОТОКОЛ К СОГЛАШЕНИЮ О СОВМЕСТНЫХ ДЕЙСТВИЯХ ПРАВИТЕЛЬСТВА СОЮЗА ССР И ПРАВИТЕЛЬСТВА ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА В СОЕДИНЕННОМ КОРОЛЕВСТВЕ В ВОЙНЕ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ, ЗАКЛЮЧЕННОМУ 12 ИЮЛЯ 1941 г.

При заключении Соглашения о совместных действиях Правительства Союза ССР и Правительства Его Величества в Соединенном Королевстве в войне против Германии Договаривающиеся Стороны условились о том, что указанное выше Соглашение вступает в силу немедленно с момента его подписания и ратификации не подлежит.

Настоящий Протокол составлен в двух экземплярах, каждый на русском и английском языках.

Оба текста имеют одинаковую силу.

Москва, 12 июля 1941 г.

По уполномочию Правительства
Союза Советских
Социалистических Республик -
Заместитель Председателя
Совета Народных Комиссаров
и Народный Комиссар Иностранных дел
В.Молотов

По уполномочию Правительства
Его Величества
в Соединенном Королевстве -
Чрезвычайный и Полномочный
Посол Его Величества
в СССР
Стаффорд Криппс

АВП РФ, ф. За — Великобритания, кор. 1, д. 103. Опубл.: Внешняя политика СССР... — Т. 1. — С. 131-132.

 

 

103. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ*

Токио

По радио

12 июля 1941 г.

Германский посол Отт сказал Инсону, что он обратился к Японии с предложением вступить в войну, но Япония пока что хочет оставаться нейтральной.

В Японии имеются группы Исимото, Накано и другие, которые сильно агитируют за выступление на юг, но молодое офицерство Квантунской армии — за вступление в войну с СССР.

Инсон говорит, что подготовка к войне будет длиться самое большее 6 недель. Япония наблюдает за ходом войны. Если Красная Армия потерпит поражение, то японцы, безусловно, вступят в войну, а если поражения не будет, то они будут занимать выжидательную позицию**.

Инсон

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 2. л. 579.

_____________
* Донесение Р.Зорге разослано членам ГКО и т. Вышинскому.
** Текст этой телеграммы составлен сокращенно в связи с сильным искажением, которое произошло при передаче из Владивостока. Сделан запрос.

 

146

 


 

 

104. ИЗ ТЕЛЕГРАММЫ ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

13 июля 1941 г.

11 июля меня принял по поручению Рузвельта и имел со мной двухчасовой разговор Гарри Гопкинс, наиболее близкий лично к Рузвельту политический деятель США, являющийся главным уполномоченным Рузвельта по вопросам снабжения Англии, Китая (по принципу займа-аренды), а теперь и нас. Гопкинс наряду с Икесом принадлежит к прогрессивному крылу рузвельтовского окружения, очень влиятелен, может воздействовать на производственную программу, на кредиты, на решения ряда практических вопросов. Гопкинс принял меня в Белом доме, на квартире Рузвельта, где он живет.

Гопкинс заявил, что Рузвельт очень доволен беседой со мной и что нам следует рассматривать эту беседу как «открытие семафора» для начала практической помощи. Однако Гопкинс не дал мне пока того, на чем я больше всего настаиваю за последние дни перед Уэллесом, Ачесоном, Рузвельтом и настаивал и перед Гопкинсом: конкретного ответа по нашей заявке, особенно ее вооруженческой части, причем я ссылался перед ним на заявление Рузвельта, что ему хотелось бы начать грузить нужные нам товары не позже чем через 10 дней. Гопкинс заявил, что наши заявки и спецификация переданы ему госдепартаментом лишь после моего разговора с Рузвельтом, ибо по соглашению с последним он решил изъять все это дело из-под ведения госдепартамента «и его бюрократов». Гопкинс заявил, что у нас не должно быть «и тени сомнения» в серьезности решения президента оказывать нам «всю реально возможную помощь» и что он надеется, что и англичане будут «достаточно разумны» и поступятся в нашу пользу частью обещанных им американским правительством станков, самолетов и зениток и частью производственных возможностей США. Он желал сам проследить за тем, чтобы американские военные подошли широко к вопросу о соответствующих передвижках во внутриамериканской вооруженческой программе. Главное, заявил Гопкинс, наладить для этого дела специальный аппарат «над бюрократами и вне их». Гопкинс откровенно признал, что в аппарате американского правительства (с намеками на госдепартамент) имеется немало людей, у которых «политические предрассудки по отношению к СССР сильнее их лояльности при выполнении приказов главы государства и главнокомандующего вооруженными силами их родины». Однако он может меня заверить, что с этими людьми церемониться не будет, что у Рузвельта сейчас тяжелая рука, что, например, некоторые генералы и полковники, на днях обедавшие с Линдбергом, будут смещены, что всякий раз, когда я буду сообщать ему конкретные факты саботажа поставок нам, виновные будут сняты и наказаны. Гопкинс с большой откровенностью стал перечислять мне людей, на содействие которых можно рассчитывать при реализации поставок: Моргентау, Икес, Нокс, Стимсон, заместитель морского министра Форрестол, заместитель военного министра Паттерсон, начальник морского генштаба адмирал Старк, специальный уполномоченный по поставкам антигитлеровским странам генерал Бэрнс, ряд конкретно названных им людей в аппарате Моргентау и генерала Бэрнса. В отношении Нокса и Стимсона Гопкинс добавил, что они целиком преданы идее нанести крупнейшее поражение Гитлеру, но по своей реакционности имеют «предрассудки» против нас, однако из лояльности к программе пре-

 

147

 


 

зидента «быстро проглотят прорусскую пилюлю». Я про себя обратил внимание, что Гопкинс в числе лояльных людей не назвал никого из влиятельных миллионеров, руководящих всей военно-промышленной программой правительства и от которых сейчас фирмы целиком зависят (автомобильный король Кнудсен как глава управления промышленного производства и стальной король Стеттиниус — председатель комитета по приоритету). Вслух же я спросил Гопкинса, не может ли он пополнить этот список хотя бы одним именем из госдепартамента, с которым мне, как послу, нельзя не иметь дел. Гопкинс заявил, что «относительно приличен» заместитель министра иностранных дел Ачесон, что же касается Уэллеса, то он «должен лояльно проводить линию президента», которая после беседы последнего со мной дана всем членам правительства как директива. «Нацистов в своем аппарате не потерпим, будем их убирать». Когда я упомянул Гопкинсу военное министерство, дал примеры недружественной нам инспирации прессы разведывательным управлением, особенно в первые дни войны, а также факты недружественного отношения того же управления к нашим военным атташе, Гопкинс ответил, что эти люди не имеют-де значения и влияния, «с ними разговор будет короткий». Гопкинс особо выделил как человека, приносящего нам пользу и оказывавшего хорошее влияние на президента в «худшие» времена, бывшего посла в Москве Дэвиса, которого Гопкинс хочет привлечь к участию в деле размещения и проталкивания наших заказов. О заместителе министра иностранных дел Бэрли Гопкинс сказал, что он настроен по отношению к нам неизменно враждебно. Я воспользовался этим случаем и, не называя имени Бэрли, указал Гопкинсу, что «некоторыми кругами, всегда отличавшимися особой враждебностью к моей родине и обозленными ростом нашей популярности в США и дружественной линией президента, распускаются сейчас в качестве последнего и отравленного оружия этой группы грязные, хотя и смехотворные слухи о том, что Гитлер-де отнюдь не собирается углубляться в СССР, а, дойдя до некоторой предельной линии, предложит истощенному СССР сепаратный мир, на который мы пойдем, после чего Гитлер, получив с нас сырье, обернется против Англии, и прочие пакости». Я сказал Гопкинсу, что распускающие подобные сплетни люди занимают ответственное положение в американском правительстве и государстве, надеюсь, что их маневры провалятся и они будут одернуты. Гопкинс ответил, что ему об этой игре известно, что президент над людьми этого типа смеется, если они не утихомирятся, то, Гопкинс заявил мне, он ставит своей задачей обезвредить всякую попытку саботажа наших заказов, освободить меня от необходимости тратить в данной обстановке силы на преодоление бюрократических и политических рогаток, а ему известно, что нам приходится отдавать этому много энергии. Он говорил об этом с президентом, явно имея в виду наличие враждебных нам элементов в архиреакционном аппарате Кнудсена (отражающего худшие антирабочие традиции монополистического капитала США и для которого война только нажива и повод для похода на рабочих). Далее Гопкинс заявил, что ни он, ни президент не разрешали госдепартаменту создавать при департаменте смешанной комиссии по советским закупкам под председательством Кэртиса. Пока что можно продолжать иметь дело с этой комиссией, но он проследит за тем, чтобы она была устранена от решения серьезных дел и чтобы все наши заказы решались быстро и авторитетно засекреченным аппаратом генерала Бэрнса, который подчиняется непосредственно президенту, как главнокомандующему, причем Бэрнс является «верным солдатом» и эффективным работником.

 

148

 


 

Гопкинс заявил, что он по указанию Рузвельта непосредственно руководит работой аппарата генерала Бэрнса, который и является основным органом снабжения Англии и который решает, по согласию с Рузвельтом, и такие вопросы, как отправка за границу той или иной части имеющегося в армии и флоте США вооружения, и вопросы военно-производственной программы для дружественных стран [...].

Разговор с Гопкинсом подтвердил то, что до нас доходило в течение ряда лет о дружественном к нам отношении этого замкнутого, тяжелобольного, редко покидающего Белый дом человека, придерживающегося своих, хотя и путаных, но субъективно честных, реформистских, буржуазно-либеральных убеждений, безусловно, честного антифашиста. Очень хорошо, что дела о наших заказах будут в его руках и что он поможет преодолевать саботаж, скрытый и явный, которого будет немало.

К. Уманский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 346. д. 2364, л. 73-82.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 64-66.

 

 

105. ЗАПИСЬ ТЕЛЕФОННОГО РАЗГОВОРА ЗАВЕДУЮЩЕГО ОТДЕЛОМ БАЛКАНСКИХ СТРАН НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В. НОВИКОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И. СТАМЕНОВЫМ

13 июля 1941 г.
Секретно

Я сообщил Стаменову, что сегодня из Ленинакана в Турцию переданы сразу все немцы, а также румыны, венгры и словаки. Несколько позднее, добавил я, НКИД направит болгарской миссии соответствующую ноту*.

Стаменов поблагодарил меня за сообщение и обещал довести его до сведения заинтересованных правительств.

Заведующий Отделом балканских стран
Н. Новиков

АВП РФ. ф. 074. оп. 26, п. 110. д. 5. л. 49.

 

 

106. ПИСЬМО НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М. МОЛОТОВА ПОСЛАННИКУ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВУ

13 июля 1941 г.

Господин Посланник!

Подтверждая получение Ваших нот от 11 и 12 июля с.г.** относительно сообщения германским правительством названия судов, предназначенных им к использованию в Балтийском море и Северном Ледовитом океане в качест-

_____________
* Не публикуется.
** Не публикуются.

 

149

 


 

ве военных лазаретов, имею честь довести до Вашего сведения, что после установления фактов систематического вероломного нарушения германским правительством международных договоров и конвенций советское правительство не может верить тому, что Гаагская конвенция будет германским правительством соблюдаться. Ввиду того что советское правительство уже заявляло протест против имевших место со стороны германской армии обстрелов советских госпиталей вопреки элементарным нормам международного права, советское правительство имеет все основания подозревать, что германское правительство не будет соблюдать постановлений Гаагской конвенции и что госпитальные суда будут им использованы в военных целях.

В силу изложенного советское правительство не может согласиться на применение в отношении этих судов режима, предусмотренного Гаагской конвенцией от 18 октября 1907 г.

Прошу Вас, господин посланник, принять уверения в моем высоком к Вам уважении.

В. Молотов

АВП РФ. ф. 74. оп. 23, п. 12, д. 1. л. 67.

 

 

107. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

14 июля 1941 г.

12 июля по поручению Рузвельта меня принял министр торговли Джесси Джонс, являющийся одновременно главой Федерального займового агентства, ведающего всеми кредитно-займовыми операциями. Джонс заявил, что президент поручил ему выяснить со мною вопросы о запрошенном нами пятилетнем кредите. Джонс подтвердил сказанное президентом, что наша деловая репутация в США безупречна. Спросил: «Какого размера кредит нужен?». Я ответил ему, что если исходить из нашей заявки, то ее ценностное выражение на глаз — свыше полумиллиарда долларов, но я не уполномочен назвать окончательную сумму кредита. Джонс заявил, что он мыслил себе примерно такую же сумму, но ясно, что мы не получим сразу всего запрошенного, поэтому он думает, что надо будет давать заем (повторяю: «заем», Джонс ни разу не упомянул слова «кредит») отдельными порциями — по 100-200 млн. долларов.

Он заявил, что, пока наша заявка еще не спущена в производство, не надо спешить называть окончательную сумму, но он не предвидит трудностей и уполномочен заявить мне, что заем сможет быть предоставлен на срок 5 лет через входящую в состав Федерального займового агентства государственную реконструктивную финансовую корпорацию, финансировавшую уже в прошлом закупки хлопка Амторгом и созданную именно для целей финансирования промышленности и экспорта еще в 1932 г. (Джонс одновременно является и главой этой государственной корпорации.) РФК выступит перед фирмами и банками в качестве гаранта, тем самым снимет с промышленников и с нас заботы о наших платежах. (Это важно, ибо Лукашев сообщает, что со времени германского нападения отдельные, даже крупные, фирмы начали предъявлять к Амторгу совершенно невозможные требования немедленных

 

150

 


 

уплат, заявляя, что время военное, за будущее, дескать, никто не поручится и т. Д.) Заем будет дан из средств госбюджета. Джонс заявил в частном порядке, что если бы мы попросили кредит не на 5 лет, а на больший срок, то и это не было бы исключено. На мой вопрос о проценте Джонс ответил, что окончательного процента сейчас назвать не может, но он будет колебаться «между тремя и четырьмя процентами годовых». Одновременно Джонс поднял следующий новый вопрос, формально не связывая его с вопросом о займе, но явно мысля его как условие и своего рода нашу гарантию займа: согласно ли советское правительство заключить одновременно с получением займа отдельное соглашение с американским правительством о поставке последнему по рыночным ценам в счет погашения займа определенных контингентов марганца, льна, хромовой руды и других стратегических товаров, даже не уточняя сроки, ибо американское правительство понимает-де, что время военное и экспорт сейчас нельзя точно планировать. Нужно лишь принципиальное заявление о готовности поставить определенные контингенты, подлежащие уточнению. Он просит меня выяснить позицию моего правительства по этому вопросу, разъяснив, что американское правительство не будет форсировать сроки поставок. Обещал запросить Вас. Джонс спросил далее, готовы ли мы по имеющимся заказам Амторга, не включенным в правительственную заявку, продолжать платить наличными, учитывая, что, по данным американского правительства, у нас имеется в США депозитов на 35-40 млн. долларов. Заявил, что и по этому вопросу должен запросить инструкции правительства. Видимо, у Джонса имелась директива президента решить вопрос о займе быстро; и если предложения Джонса о наших поставках не западня и он согласится в соглашении предоставить сроки целиком на наше усмотрение и даст нам гарантии розничных цен, то, думаю, трудностей с финансовой стороны предстоящих закупок в США не будет. Сумму займа я назвал ему сугубо ориентировочно (если исходить из удовлетворения всей нашей заявки, речь будет идти о сумме до 800 млн. долларов, учитывая дороговизну второго пункта заявки). Не исключаю, что если мы согласимся на предлагаемые Джонсом поставки, то взамен потребуем вместо пятилетнего займа десятилетний, то можно будет об этом договориться.

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 346. д. 2364. л. 90-93.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 67-68.

 

 

108. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

15 июля 1941 г.

Посетил 14 июля Нокса[14], который принял меня хорошо. По мнению Нокса, немцы явно не ожидали ни такого отпора, который они встретили с нашей стороны, ни потерь танков и авиации в подобном масштабе. Рано говорить о капитуляции морально-политического состояния германской армии, но, по Данным морской разведки, наносимый ей урон вызывает у немцев «беспокойство и некоторый упадок настроения» в армии, включая офицерский состав. Нокс заявил далее, что и он и его эксперты считают «почти неизбежным»

 

151

 


 

дальнейшее продвижение немцев в глубь нашей территории, но не сомневается ни в нашей конечной победе, ни в том, что мы сумеем сохранить наши живые силы и дезорганизовать тыл противника. Нокс согласился со мной, что пророчества некоторых военных экспертов США уже провалились: и материальная сила, и боеспособность, и отвага наших войск недооценивались. На мой вопрос об оценке им дальневосточных перспектив Нокс ответил, что считает, что мир вступил в полосу длительной, многолетней войны, участие в которой и Японии и США предрешено. Это будет война двух коалиций: Германии, Италии, Японии против СССР, Великобритании, США. Решат производственные возможности СССР и США, сырьевые ресурсы Германии, темпы пробуждения европейских народов. Японцы в США явно готовятся к войне. Помимо фактов, уже сообщенных мне Моргентау о переводе денег и так далее, Нокс сообщил также, что, по его данным, японское посольство и консульства в США за последние дни начали жечь архивы, настроились на свертывание по первому сигналу. На мой вопрос, каково будет, по его мнению, ближайшее направление японской агрессии, Нокс дал мне примерно такой же ответ, как и Моргентау, заявив, что хотя имеется очень много информации по линии морской разведки, свидетельствующей о враждебных намерениях Японии против СССР, в частности о намерении порвать пакт о нейтралитете и блокировать Владивосток закрытием японских проливов, однако нет уверенности в том, не будут ли японцы некоторое время выжидать дальнейшего развития положения на русско-германском фронте, а тем временем предпримут экспансию в Индокитай и Таиланд, с тем чтобы в определенный момент использовать эти районы для молниеносного удара по Сингапуру и Голландской Индии. На мой вопрос, не считает ли он, что японцы могут безнаказанно идти в этом направлении потому, что им не только не известны пределы американской сопротивляемости, но они даже продолжают получать от США экономическую помощь, в первую очередь нефтепродуктами, Нокс ответил, что наряду с некоторыми членами правительства он высказывался уже в течение нескольких месяцев за более решительную линию по отношению к японцам, в частности по линии сокращения нефтепоставок, однако подобная тактика была сочтена «опасной и провокационной» по отношению к японцам. Он надеется, что в ближайшие дни кое-что будет сделано в этой области, уже сейчас может заверить меня, что горючее выше 87 октан в Японию не идет, хотя, конечно, оно там обогащается и действительно японцами накоплен двухгодичный запас. Нокс согласился со мной, что тактика «оставлять японцев в неведении о действительных намерениях США» (любимая формула Уэллеса) полезным целям не служит. Однако на мой вопрос, не считает ли он, что публичное или дипломатическое заявление американского правительства японцам, которое затруднило бы развертывание их агрессии или блокадные меры против СССР, было бы крайне своевременно, Нокс ответил: «Вы недооцениваете понятливость японцев. У них не может быть и сомнений в том, что на их мероприятия против Вас мы ответим контрблокадой Японии. Конечно, нам трудно вести борьбу в двух океанах с флотом, рассчитанным на один океан, и для двухокеанской наступательной войны нам нужно еще дополнительное строительство лет на 5-6. Сейчас мы не готовы для решительного удара по Японии ни по числу кораблей, в частности авианосцев, ни по военным базам, ни по числу самолетов. Мы вывели немало сил в Атлантику, и я был за то, чтобы вывести еще больше, ибо знаю, что для того типа операций, которые нам предстоят в Атлантике, данные единицы можно

 

152

 


 

было бы вывести без ущерба для задачи создания и сохранения блокадного кольца вокруг Японии в случае необходимости. С этой задачей наш Тихоокеанский флот в нужный момент справится успешно, флот в прекрасном состоянии, наши корабли лучшие в мире. В нашей блокаде будут участвовать и англичане, да и Вы не будете дремать. Японцы это не могут не понимать».

Нокс, подобно Рузвельту, начал после этого намекать на какие-то «сюрпризы», которые американское правительство готовит японцам. Нокс выразил глубокое удовлетворение нашим договором с Англией, который «примиряет меня с вами и заставляет забыть все, что произошло за последние два года, ибо не скрою, что ваш договор с немцами меня восстановил против вас». Напомнил Ноксу, что его газеты в течение долгих лет защищали идею коллективной безопасности, были против замирительной политики, против Мюнхена, поэтому его недовольство должно было обращаться не против нас, а против тех ушедших в прошлое английских и французских деятелей, которые засаботировали усилия советского правительства по организации коллективного отпора Гитлеру. Ясно, что это дело прошлого, сейчас имеется твердая база для дружбы и сотрудничества наших стран.

Нокс в заключение повторил мне уже навязшую в зубах формулу всех членов американского правительства: помогать будем предельно, но помощь осуществима только за счет срочнейших нужд США и главным образом за счет английской программы, поэтому надо поскорее договориться с англичанами, особенно по первой части нашей заявки; американская промышленность развертывается быстро, перспективы хороши, помощь будет расширяться, но сейчас все нарасхват и т. д. Я заявил Ноксу, что мы быстро уточнили наши потребности, но процедура их рассмотрения слишком медленная, прошло две недели с момента представления спецификаций, было много дружественных бесед, есть кое-какие, но явно недостаточные, результаты, и в частности нет ясности по первым двум пунктам заявки. Нокс ответил, что, как ему известно, все дела о поставках нам переходят в ведение генерала Бэрнса, возглавляющего поставки англичанам, а это означает-де, что со всяким бюрократизмом в этой области будет покончено и что мы быстро получим то, что физически возможно. Нокс поблагодарил за готовность допустить американского военно-морского атташе, заявил, что подбирает кандидата и его сотрудников, просил ускорить решение советского правительства по вопросу о негласном военно-морском наблюдателе во Владивостоке (поставив вопрос о его статусе, так же как Штейнгардт перед Лозовским).

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1, п. 346. д. 2364, л. 113-118.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 68-71.

 

 

109. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

15 июля 1941 г.

Молотов вызвал Криппса и принял его в присутствии народного комиссара Военно-морского флота Кузнецова и заместителя начальника Ге-

 

153

 


 

нерального штаба РККА Голикова. Молотов заявил, что у него имеются два предложения, которые он хочет сообщить правительству Великобритании.

1. Советское правительство предлагает британскому правительству совместными действиями как авиационных, так и морских сил Англии и СССР, при участии советских сухопутных сил, создать на севере, в районе Киркенес — Петсамо — Мурманск, общий фронт действий против Германии. Целью этого мероприятия будет освобождение от немцев оккупированной ими Норвегии. Молотов добавил, что данная операция вполне осуществима, если ее предпринять немедленно. Постольку, поскольку британское правительство решило принять участие в мурманской операции, Молотов считает, что и в данной операции, в которой Англия весьма заинтересована, британское правительство не откажется принять участие. Молотов выразил также предположение, что норвежцы также будут приветствовать подобные совместные действия Англии и СССР.

2. Советское правительство предлагает британскому правительству при активном участии английского военно-морского флота захватить острова Шпицберген и Медвежий, с тем чтобы создать на этих островах воздушные и морские базы. Организация таких баз, заметил Молотов, обеспечит создание надежного пути между СССР и Англией и между СССР и США.

На вопрос Криппса, обсуждались ли поставленные вопросы в Лондоне во время пребывания там Голикова, Молотов заявил, что постановка этих вопросов является его инициативой и что в Лондоне эти вопросы не обсуждались. Голиков разъяснил, что на переговорах в Лондоне было достигнуто общее соглашение о действиях военно-морского флота в районе Киркенес—Петсамо и Варангер-фьорд. Для детальной разработки операции вместе с ним из Лондона прибыл контр-адмирал Вайен.

На вопрос Криппса о том, ставится ли вопрос о вступлении советских сил на территорию Норвегии, Молотов заявил, что вопрос в таком разрезе не ставится, но что в случае надобности, возможно, советским войскам придется вступить на территорию Норвегии.

Молотов спросил Криппса, как он сам рассматривает выдвинутые предложения.

Криппс заявил, что он согласен с предложениями Молотова, вполне их одобряет и что сегодня же вечером он доведет до сведения министерства иностранных дел поставленные перед ним вопросы.

В заключение беседы Криппс просил Молотова проинформировать его о положении на фронтах.

Молотов заявил Криппсу, что положение в настоящий момент на фронтах устойчивое и характеризуется сильным нажимом противника в направлении на Витебск и Смоленск.

Обещав еще раз проинформировать английское правительство о поставленных перед ним вопросах, Криппс заявил, что не будет задерживать дальше Молотова, и удалился.

На этом беседа закончилась.

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. I, д. 6. л. 50-52.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 83-84.

 

154

 


 

 

110. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР И.ТАТЕКАВОЙ

15 июля 1941 г.
Секретно

Тов. Молотов вызвал Татекаву, чтобы проинформировать его об англосоветском соглашении, подписанном 12 июля с.г.*

Тов. Молотов заявляет послу, что во избежание различных слухов и недоразумений, которые могут неправильно представить смысл и характер этого соглашения, он должен сказать Татекаве, что соглашение между СССР и Англией существует только в таком виде, в каком оно опубликовано и оглашено. Никаких других соглашений нет. Тов. Молотов добавляет, что это соглашение имеет в виду исключительно Германию, которая нарушила договор и вероломным образом напала на СССР. С нашей точки зрения, говорит т. Молотов, отношения СССР с другими нейтральными странами этим соглашением не затрагиваются. Тов. Молотов просит Татекаву соответственно информировать об этом правительство Японии.

Татекава принимает к сведению сообщение т. Молотова и обещает передать его своему правительству. Затем Татекава говорит т. Молотову, что он верит тому, что в настоящее время положение вещей таково, как это обрисовал ему т. Молотов. Но в будущем, говорит посол, в случае победы над Германией Англия провозглашает разгром недемократических стран, включая, возможно, в число этих стран и Японию. Татекава спрашивает, не придется ли СССР в таком случае пойти вместе с Англией по этому пути.

Тов. Молотов на это отвечает, что СССР должен жить в мире с Японией и поддерживать с ней дружественные отношения, что соответствует заключенному между обеими странами пакту о нейтралитете**. Этим же пактом, говорит т. Молотов, определяются отношения СССР и Японии и на будущее. Что же касается соглашения с Англией, то, повторяет т. Молотов, оно имеет в виду Германию, а других стран, не участвующих в войне, оно не касается.

Татекава тогда спрашивает, может ли он понять это заявление т. Молотова как обещание, что в случае, если создастся такое положение, о котором только что говорил Татекава, то СССР расстанется с Англией, или же он будет находиться в контакте с ней в отношении той акции, которую она, то есть Англия, будет намерена предпринять.

Тов. Молотов вновь подтверждает послу, что соглашение с Англией не касается Японии, что оно касается только Германии и направлено только против Германии. Далее т. Молотов говорит, что это соглашение не может Дать почву к недоразумениям между СССР и Японией. Наоборот, оно может способствовать улучшению этих отношений на базе пакта о нейтралитете, и что СССР будет соблюдать и придерживаться этого пакта.

После этого Татекава высказывает следующую мысль. Война СССР с Германией для Японии крайне нежелательна, о чем говорил Мацуока, который всячески хотел этого избежать. По мнению Татекавы, Мацуока хотел, чтобы СССР принял участие в общих действиях Японии, Германии и Италии с целью разгрома Англии, и пакт о нейтралитете, по мнению Татекавы, является вы-

_____________
* См. док. 102.
** См. т. XXII, кн. 2, прим. 203.

 

155

 


 

ражением этих пожеланий Мацуоки. И то, что между СССР и Германией возникла война, говорит Татекава, достойно большого сожаления. Посол далее говорит, что, конечно, он понимает, что раз война началась, то вполне естественно, что СССР ищет сближения с Англией, так как их интересы в данном случае сходятся, но, говорит Татекава, Англия для Японии почти враг, а японский народ так прямо и считает, что Англия является врагом Японии. И то, что СССР заключил соглашение с врагом Японии, не может, по мнению Татекавы, не повлиять на чувства японского народа к СССР в сторону охлаждения. Татекава здесь замечает, что он лично считал бы нужным, чтобы т. Молотов понял эту сторону дела.

Далее Татекава, говоря, что он принимает к сведению заявление т. Молотова, что СССР будет строго придерживаться пакта о нейтралитете и соблюдать его, заявляет, что союз СССР с Англией является совершившимся фактом и Японии очень желательно, чтобы СССР не предпринимал дальнейших шагов, которые могли бы дать общественному мнению Японии повод быть настроенным против СССР, ибо в таком случае японскому правительству будет очень трудно сдерживать естественное проявление чувств японского народа.

Татекава обращается к т. Молотову с призывом, чтобы советское правительство в дальнейших своих отношениях с Англией не предпринимало таких шагов, которые могли бы шокировать Японию. Далее в качестве «маленького примера» того, что может привести к дальнейшему охлаждению чувств японского народа к СССР, Татекава ссылается на то, что японские корреспонденты на происходящих в Москве пресс-конференциях внутренне чувствуют большую разницу в отношениях нашего представителя к японским корреспондентам и корреспондентам других стран. Это различие в отношениях столь велико, по мнению Татекавы, что японские корреспонденты явно чувствуют даже какую-то дискриминацию. Татекава, поясняя эту свою мысль, говорит, что на пресс-конференциях руководители ее очень дружественно относятся к корреспондентам Англии и Америки, а к японским корреспондентам отношение, так сказать, среднее. Официально, говорит Татекава, конечно, этого различия в отношениях нет, но японские корреспонденты душевно и морально чувствуют это. Татекава заключает, что такое отношение к японским корреспондентам имеет некоторое влияние и хорошо было бы сделать так, чтобы этого не было.

Тов. Молотов на это говорит Татекаве, что, очевидно, какому-либо из корреспондентов лишь показалось, что имеется какая-то разница в отношениях к японским корреспондентам на пресс-конференциях. Во всяком случае, говорит т. Молотов, никакой дискриминации быть не должно и вообще он ни о какой дискриминации в отношении к японским корреспондентам ничего не слышал и не знает о том, что имеются какие-либо поводы к тому, чтобы заявлять о дискриминации. Тов. Молотов обещает, со своей стороны, сделать все что можно, чтобы такие обидные чувства у японских корреспондентов не создавались.

В конце беседы Татекава, сославшись на то, что он в одной из предыдущих бесед в общих чертах уже говорил т. Молотову о том, что Япония не была информирована о намерениях Германии в отношении СССР, заявляет, что сейчас он может по этому вопросу сказать со всей определенностью. При этом Татекава заявляет, что Мацуока не знал о намерении Германии воевать против СССР вплоть до 22 июня. Мацуока узнал об этом в 3 час. дня по японскому времени, когда он был в театре вместе с приглашенным туда Ван Цзинвеем.

 

156

 


 

Получив такое сообщение, Мацуока немедленно же из театра отправился в резиденцию императора для доклада ему о случившемся.

Тов. Молотов тогда спрашивает у Татекавы, как же это так могло случиться, что Германия поставила участника тройственного пакта перед совершившимся фактом.

Татекава на это отвечает, что лично он думает, что это произошло, по всей вероятности, потому, что Германия думала, что Япония против этой войны. Кроме того, добавляет Татекава, он полагает, что Германия думала также, что она обойдется без помощи Японии. Татекава заканчивает эту свою мысль фразой, что тройственный пакт является союзом оборонительным*.

Беседа продолжалась 45 мин.

Записал
Царапкин

АВП РФ. ф. Об. оп. 3, п. 1, д. 5. л. 44-48.

 

 

111. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ КИТАЯ ГО ТАЙЦИ

15 июля 1941 г.
Секретно

После вопросов и ответов протокольного характера Го Тайци поинтересовался ходом боевых действий на западе. В объеме информационных данных Советского информационного бюро мною было изложено положение на фронтах и что военные операции развиваются не так, как о них мечтал Гитлер, начиная войну с СССР. Гитлеровские банды встречают упорное сопротивление рабоче-крестьянской Красной Армии, наносящей сокрушительные удары фашистским войскам на фронте.

Не менее упорное сопротивление своим захватническим планам встречают гитлеровцы в своем тылу со стороны местного населения, организованного в партизанские отряды.

Согласившись со мной в том, что Гитлер совершенно не ожидал встретить такое сопротивление со стороны РККА, Го Тайци заявил, что советско-британское соглашение от 12 июля**, которое принято здесь, в Китае, с большим удовлетворением, будет способствовать дальнейшему укреплению сил СССР и Великобритании. Это соглашение, заявил Го, также вполне отвечает интересам и самого Китая. Дело в том, сказал Го, что я всегда защищал идею создания антиагрессивного блока демократических стран и в этом смысле англосоветское соглашение является первым шагом на пути к созданию такого блока. И в данное время моя задача как вновь назначенного министра иностранных дел как раз и заключается в том, чтобы добиться осуществления сотрудничества СССР, США, Англии и Китая. Мы, китайцы, придаем большое значение этому соглашению между СССР и Великобританией. Несмотря на то что соглашение состоит всего лишь из двух статей, ценность его в борьбе против «осийных» государств очень значительна. Кстати, спросил Го,

_____________
* См. т. XXII, кн. 2, прим. 64.
** См. док. 102.

 

157

 


 

не располагаем ли мы московской информацией о переговорах по этому соглашению и не затрагивался ли вопрос в процессе переговоров о Дальнем Востоке?

Ответив, что нам ничего не известно об обсуждении дальневосточных вопросов во время переговоров по заключению советско-британского соглашения от 12/VII-41 г., мною было высказано Го Тайци, что мы, собственно, никогда не сомневались в том, что Китай с удовлетворением встретит наше соглашение с Англией, ибо Китай и Советский Союз связывают узы старой дружбы. Что касается договора, то он, безусловно, имеет огромнейшее значение, особенно в координации военных мероприятий СССР и Британии по разгрому фашистской Германии.

Возвращаясь опять к тому же вопросу, Го Тайци сказал, что сейчас можно определенно заявить, что мир разделился на два лагеря. Один лагерь — демократические страны, другой — страны агрессии. К первому лагерю мы относим США, СССР, Англию и Китай, к другому — Германию, Японию и Италию.

Осмелюсь заявить, сказал Го, что каждый лагерь уже представляет нечто неделимое. Мы считаем, заявил Го, что в связи с заключением советско-британского соглашения особый интерес представляет поведение Японии. Го высказал полную уверенность в том, что Япония обязательно пойдет на север, выжидая для этого благоприятный момент. В подтверждение своего заявления Го сообщил, что он располагает данными о том, что японцы уже отозвали из Китая 81/2 корпусов (из Ичана, Шаньси и др. мест); назначение Итагаки командующим войсками в Корее также говорит об интенсивной подготовке Японии к наступлению на север; нам известно, что во время беседы Сметанина с г. Мацуокой 12/VII с.г. последний якобы намекнул, что Япония оставляет за собой свободу в выборе направления для действий. Затем следует учитывать, что «правая» партия, которая включает представителей армии, стоит у власти и более влиятельна, чем партия, отражающая интересы флота. Как известно, именно партия сухопутной военщины призывает к походу против СССР, в то время как флот стоит за продолжение южной экспансии.

Го Тайци спросил меня, располагаем ли мы такими сведениями и совпадают ли они с китайскими.

Ответив, что мы не располагаем подробными данными о беседе Сметанина с г. Мацуокой, я заявил Го Тайци, что нам известно о наличии различных групп партий в Японии, и в частности антисоветской группы, о которой только что упоминал министр. Касаясь общей линии поведения японского кабинета, я согласился с мнением Го Тайци, что на сегодня оно не достаточно ясное, в нем в настоящее время преобладают элементы «выжидательного» порядка и что при решении дальнейшего внешнего курса японский кабинет не может не учитывать и того фактора, что Япония уже пятый год ведет войну в Китае, а Китай нанес ей серьезное поражение.

После моего ответа Го Тайци прямо поставил передо мной вопрос о том, что Советскому Союзу и Китаю необходимо координировать военные действия против участника «осийного» блока здесь, на Дальнем Востоке. Он заявил, что он это предложение делает не в официальном, а пока что в частном порядке перед советским послом, с тем чтобы, если Япония нападет на СССР, то правительства СССР и Китая могли бы сразу взять соответствующие взаимообязательства.

 

158

 


 

Мы, заявил Го, то есть министр иностранных дел китайского правительства и советский посол, не можем допустить ошибки, которая имела место на западе. Дело в том, сказал Го, что в свое время англичане неоднократно предупреждали советского посла Майского о действительной позиции Германии и интенсивной подготовке ее к войне против СССР. Советская сторона, как нам известно, выражала недоверие британской информации, а в действительности оказалось, что Германия напала на СССР. Сейчас дальневосточная обстановка очень похожа на европейскую перед началом германо-советской войны, и я хотел бы предупредить советского посла, что как бы Китай не попал в точно такое же положение, в каком была Англия, в случае серьезных событий для СССР на Дальнем Востоке.

Я прекрасно понимаю, сказал Го, что СССР не может пойти на заключение военного союза с Китаем в данное время, но в частном порядке мы вдвоем можем обменяться мнениями по этому вопросу с тем, чтобы в случае необходимости такого союза мы здесь не должны быть застигнутыми врасплох. Об этом, если это посол считает уместным, заявил Го, я прошу Вас довести до сведения Вашего правительства.

Поблагодарив министра за информацию о курсе внешней политики японского кабинета и военных мероприятиях японского правительства в Китае, я заявил министру, что из его публичных выступлений и китайской прессы нам известно о его планах и мероприятиях, которые старается проводить министр, добиваясь создания блока демократических государств на Дальнем Востоке.

Пообещав министру довести до сведения наркома иностранных дел содержание этой беседы, я перевел разговор на тему о том, что китайскому правительству, и в частности министру, не следует беспокоиться об экспонатах, выставленных на китайской выставке в Москве и Ленинграде. Китайские экспонаты хранятся в Ленинграде наравне с ценностями Эрмитажа. К сожалению, в данное время, по сообщению зам. наркома т. Лозовского, отправить их в Китай не представляется возможным.

Министр, поблагодарив советское правительство за заботу о сохранении китайских ценностей, уже прямо высказал просьбу о необходимости довести до сведения правительства вопросы, поставленные им в этой беседе.

На беседе присутствовали: Рязанов, Ковалев, Цзоу Шаню.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ. ф. 0100, оп. 25, п. 201, д. 9, л. 14-18.

 

 

112. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В США К.А.УМАНСКОМУ

17 июля 1941 г.

Срочно поставьте перед американским правительством следующий вопрос: советское правительство хочет иметь в США военную миссию, которая Должна заниматься приемом в США обещанного американским правительством вооружения. Эта миссия будет состоять из 6-7 человек, среди которых будут и люди, работающие теперь в советских организациях в США, и будет

 

159

 


 

временно возглавляться генералом Голиковым. Просим американское правительство не возражать против этого и дать немедленный ответ.

В.Молотов

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 365. д. 2485. л. 42.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 71.

 

 

113. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

17 июля 1941 г.

Посетил Уэллеса и поставил перед ним вопрос о военной миссии в указанной Вами форме. Сначала от своего имени, а часом позже от имени президента и начальника генштаба Уэллес заявил мне, что американское правительство будет радо приветствовать генерала Голикова и его миссию, считает ее весьма своевременной и окажет необходимое содействие. Штейнгардту даются указания о выдаче виз.

Я не знаю, провели ли мы уже переговоры с англичанами об уступке ими соответствующей части американских поставок и производственных возможностей в нашу пользу, но мне представляется крайне целесообразным, чтобы Голиков, если это осуществимо, полетел бы через Лондон, где по пути в США мог бы включиться в переговоры Гопкинса с британским правительством, а оттуда полетел бы засекреченной английской воздушной линией в Канаду (Монреаль). Уэллес подтвердил мне официально, что вопрос наших заказов в США является одной из основных целей полета Гопкинса, прибывшего сегодня в Лондон на несколько дней.

К.Уманский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 346, д. 2364. л. 125.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 71-72.

 

 

114. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

17 июля 1941 г.

Положение с прохождением нашей заявки неважное, особенно ее вооруженческой части. Правда, ряд организаций и бюрократических рогаток преодолели. Гопкинс до отъезда в Лондон выполнил свое обещание, одернул госдепартамент, отнял у него большинство дел о поставках нам, оставив комиссии Кэртиса только мелочь и передав важнейшие вопросы (вооружение, станки, заводы, толуол) в ведение генерала Бэрнса, подчиненного Гопкинсу и президенту. Это тем более важно, что на некоторых недавних совещаниях у Ачесона с участием ряда наших работников госдепартамент пытался брать под сомнение обоснованность нашей заявки, залезать в вопросы нашего внутреннего транспорта, настаивать на информации о наименовании заводов и т.д. Я дал сигнал Гопкинсу, и с этим было покончено. После этого с участием Лукашева, полковника Сараева и других товарищей состоялось совещание у генерала

 

160

 


 

Бэрнса, где подход был совсем иной. Бэрнс предложил, и я согласился, чтобы в его аппарате непосредственное руководство делами о наших поставках было поручено полковнику Фэймонвиллу (бывшему военному атташе в Москве, сохранившему за все годы свое безусловно дружественное к нам отношение и акции которого сейчас пошли вверх, ибо он единственный из американских военных высоко ставит нашу боеспособность, за что не получил полагавшегося ему генеральского чина). Назначение Фэймонвилла было в тот же день утверждено Рузвельтом, он прилетел из Сан-Франциско и приступил к работе. Однако и генерал Бэрнс на указанном совещании, и Фэймонвилл в двух беседах со мной 15-го и вчера дают пока безотрадную картину прохождения нашей заявки, повторяя, по существу, сказанное мне Ноксом. Они вчера, заседая совместно с английской закупочной миссией, задавали ей следующие вопросы:

1. Согласны ли англичане, чтобы часть нескольких сот самолетов, поставленных им американцами и находящихся в Каире, включая и бомбардировщики и истребители, полетели немедленно в СССР по маршруту Каир— Иерусалим—Мосул — Ереван (проскочив на больших высотах через небольшие иранские или турецкие участки)?

2. Какую долю своих заказов на самолеты в США англичане готовы уступить нам?

3. Какую долю своей брони на американский толуол они нам уступят?

4. То же в отношении приоритета на часть станков и машин. За исключением бывших французских станков, о которых Вам телеграфировал, англичане от своего имени дали отрицательные ответы по всем пунктам, сославшись на необходимость решения Лондона. Фэймонвилл, которому можно верить, сообщил, что как среди англичан, так и в руководстве военного министерства США слышна следующая аргументация: бомбардировщики англичанам нужнее, чем СССР (скрыто враждебный нам и появляющийся иногда в сенатских кулуарах и отчасти в прессе лозунг: «Помогать русским путем помощи англичанам»). Англичане уже привыкли к американским самолетам, лучше сумеют их использовать, положение англичан в Египте рискованное, нельзя их ослаблять, поставка СССР истребителей несколько реальнее, хотя и их мало, и неизвестно, как их доставлять, заявка на зенитки фантастична, их выпуск исчисляется не десятками тысяч, а просто десятками. Фэймонвилл внес вчера генштабу предложение немедленно послать нам хотя бы дюжину 37-мм зениток, с тем чтобы наши военные органы с ними ознакомились и приготовились бы к приемке остальных и, если понадобится, к производству снарядов этого калибра. Были возражения под предлогом, что СССР обидится, будет считать такое объяснение количества издевательским, но, по-видимому, практически предложение Фэймонвилла будет принято. Фэймонвилл резюмирует положение следующим образом: положение с бомбардировщиками безотрадное, почти все выпускаемое идет англичанам, только они могут их уступить, снятие бомбардировщиков из военной авиации США встретило бы бешеное сопротивление генштаба, с которым Рузвельт должен считаться; с истребителями положение лучше; в частности, он имеет в виду, как наиболее налаженное, производство истребителя Кэртиса П-40 (скорость до 640 км, наши военные его хвалят), но существующую программу поставок можно изменить лишь с согласия англичан. Зениток пока сможем получать в лучшем случае десятками, их всего на вооружении в армии США около 600 (всех калибров), но избранный нами калибр выпускается в большем количестве, чем другие, и Дальнейшие перспективы улучшатся.

 

161

 


 

Фэймонвилл сообщил, что Гопкинс вылетел в Лондон главным образом по вопросам согласования помощи СССР, выяснить у англичан количество находящихся в строю самолетов (англичане не дают американцам полной картины, преувеличивают потери) и для постановки вопроса о пересмотре в нашу пользу английских заказов в США. В подлинности информации Фэймонвилла я не сомневаюсь. Попросил его сообщить мне быстро и точно, какие требования мы должны предъявить англичанам, от какой доли своих заказов они должны отказаться в интересах нашей заявки, на каких заводах и так далее. Я вооружил Фэймонвилла полезной аргументацией, сославшись на доводы самого Рузвельта, и одновременно внушал Фэймонвиллу мысль, что независимо от английских заказов имеется возможность пересмотра в нашу пользу внутренних вооруженческих программ США, прежде всего авиационной. Фэймонвилл будет держать меня в курсе.

Уэллес официально сообщил мне, что американское правительство начало переговоры с англичанами о пересмотре ими в нашу пользу своих вооруженческих заказов в США.

Мне кажется, что Майскому надо обязательно встретиться с Гопкинсом сразу по его прибытии в Лондон и по возможности устроить встречу втроем с Черчиллем для практических разговоров о самолетах из Каира, об уступке нам в конкретный срок определенной части выпускаемых здесь для Англии самолетов, зениток и станков.

К.Уманский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1, п. 365, д. 2484, л. 15-19.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 72-74.

 

 

115. НОТА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ БОЛГАРИИ В СССР

17 июля 1941 г.

В ответ на ноту болгарской миссии за №760-15* Народный комиссариат иностранных дел имеет честь сообщить миссии нижеследующее: Народный комиссариат иностранных дел формулировал свое предложение об обмене советскими и германскими гражданами различных категорий в своей ноте болгарской миссии от 28 июня с.г. за № 23**, препровожденной также шведской миссии при ноте № 011/шв 16 от 29 июня с.г.*** В этой ноте перечислялись основные четыре категории граждан той и другой стороны; причем советское правительство, выражая согласие на предложение германского правительства об эвакуации в две группы, предлагало со своей стороны, чтобы граждане, входящие в первые три из перечисленных категорий, были переданы все одновременно в первую очередь, а частные лица — во вторую очередь. Это же положение было специально подтверждено в памятной записке Народного комиссариата иностранных дел, врученной шведской миссии 29 июня, где обращалось внимание шведской миссии на то обстоятельство, что советское правительство считает совершенно необходимым произвести

_____________
* Не публикуется
** См. док. 42.
*** См. док. 55.

 

162

 


 

обмен всех сотрудников торгпредства и других командированных советских граждан одновременно с дипломатическим и консульским персоналом.

Меморандум шведской миссии от 30 июня с.г., на который ссылается болгарская миссия, являясь лишь ответом на вышеупомянутую памятную записку народного комиссариата от 29 июня с.г., говорит, следовательно, о согласии германского правительства на одновременную эвакуацию лиц, входящих в первые три категории, что и было принято к сведению советским правительством. О последнем было сообщено шведской миссии нотой от 30 июня с.г. за № 303/ш, копия которой была препровождена, также и болгарской миссии при ноте от 30 июня с.г. за № 24*.

Таким образом, Народный комиссариат иностранных дел, имея в виду все упомянутые документы, может констатировать, что в своей ноте от 10 июля с.г. за № 38 он не предлагал вносить какие-либо изменения в существующее положение и действовал на основе существующей договоренности.

Москва, 17 июля 1941 года.

АВП РФ. ф. 74. оп. 23, п. 12, д. 1. л. 74-75.

 

 

116. ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

17 июля 1941 г.**

В ответ на меморандум шведской миссии в Москве от 14 июля с.г., в котором шведское правительство просит сообщить, признает ли Советский Союз обязательной для себя в нынешней войне с Германией Гаагскую конвенцию от 18 октября 1907 г. о законах и обычаях сухопутной войны***, Народный комиссариат иностранных дел имеет честь сообщить следующее:

Советское правительство признает для себя обязательной Гаагскую конвенцию от 18 октября 1907 г. о законах и обычаях сухопутной войны****. Однако советское правительство считает необходимым подчеркнуть, что в войне с напавшей на СССР фашистской Германией Советский Союз имеет дело с таким врагом, который систематически грубо нарушает все международные договоры и конвенции. Это ставит советское правительство перед необходимостью соблюдать указанную выше Гаагскую конвенцию в отношении фашистской Германии лишь постольку, поскольку эта конвенция будет соблюдаться самой Германией.

Москва. 17 июля 1941 г.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 26, д. 352. л. 10.

_____________
* Не публикуется.
** Дата вручения записки заместителем народного комиссара иностранных дел СССР С.А.Лозовским посланнику Швеции в СССР В.Ассарссону. Принята по ВЧ из г. Куйбышева 23 ноября 1941 г.
*** См. De Martens G.F.Nouveau recueil général de traités et autres actes relatifs aux rapports de droit international, série 3, t. 3.
**** Ратифицирована Россией в 1909 г.

 

163

 


 

 

 

117. ЛИЧНОЕ ПОСЛАНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ У.ЧЕРЧИЛЛЮ

18 июля 1941 г.

Разрешите поблагодарить Вас за оба личных послания.

Ваши послания положили начало соглашению между нашими правительствами. Теперь, как Вы выразились с полным основанием, Советский Союз и Великобритания стали боевыми союзниками в борьбе с гитлеровской Германией. Не сомневаюсь, что у наших государств найдется достаточно сил, чтобы, несмотря на все трудности, разбить нашего общего врага.

Может быть, нелишне будет сообщить Вам, что положение советских войск на фронте продолжает оставаться напряженным. Результаты неожиданного разрыва Гитлером пакта о ненападении и внезапного нападения на Советский Союз, создавшие для немецких войск выгодное положение, все еще сказываются на положении советских войск. Можно представить, что положение немецких войск было бы во много раз выгоднее, если бы советским войскам пришлось принять удар немецких войск не в районе Кишинева, Львова, Бреста, Белостока, Каунаса и Выборга, а в районе Одессы, Каменец-Подольска, Минска и окрестностей Ленинграда.

Мне кажется, далее, что военное положение Советского Союза, равно как и Великобритании, было бы значительно улучшено, если бы был создан фронт против Гитлера на западе (Северная Франция) и на севере (Арктика).

Фронт на севере Франции не только мог бы оттянуть силы Гитлера с востока, но и сделал бы невозможным вторжение Гитлера в Англию. Создание такого фронта было бы популярным как в армии Великобритании, так и среди всего населения Южной Англии. Я представляю трудность создания такого фронта, но мне кажется, что, несмотря на трудности, его следовало бы создать не только ради нашего общего дела, но и ради интересов самой Англии. Легче всего создать такой фронт именно теперь, когда силы Гитлера отвлечены на восток и когда Гитлер еще не успел закрепить за собой занятые на востоке позиции.

Еще легче создать фронт на севере. Здесь потребуются только действия английских морских и воздушных сил без высадки войскового десанта, без высадки артиллерии. В этой операции примут участие советские сухопутные, морские и авиационные силы. Мы бы приветствовали, если бы Великобритания могла перебросить сюда около одной легкой дивизии или больше норвежских добровольцев, которых можно было бы перебросить в Северную Норвегию для повстанческих действий против немцев.

18 июля 1941 года.

Опубл.: Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентом США и премьер-министром Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. (далее — Переписка Председателя Совета Министров СССР...) — М.. 1976. —Т.1. — С. 18-19.

 

164

 


 

 

 

118. СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ ЧЕХОСЛОВАЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ

18 июля 1941 г.

Правительство Союза Советских Социалистических Республик и правительство Чехословацкой Республики заключили следующее соглашение:

1. Оба правительства согласились немедленно обменяться посланниками.

2. Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу всякого рода помощь и поддержку в настоящей войне против гитлеровской Германии.

3. Правительство Союза Советских Социалистических Республик согласно на создание на территории Союза Советских Социалистических Республик национальных чехословацких воинских частей под командованием лица, назначенного Чехословацким правительством с согласия Советского правительства. Чехословацкие воинские части на территории Союза Советских Социалистических Республик будут действовать под руководством верховного военного командования Союза Советских Социалистических Республик.

4. Настоящее соглашение вступает в силу немедленно с момента его подписания и ратификации не подлежит.

5. Настоящее соглашение составлено в 2 экземплярах, каждый на русском и чехословацком языках. Оба текста имеют одинаковую силу.

Подписи:

Чрезвычайный и Полномочный
Посол Союза Советских
Социалистических Республик в Великобритании
Майский

Министр иностранных дел
Чехословацкой Республики
Ян Массарик

АВП РФ. ф. За — Чехословакия, кор. 7, д. 59.
Опубл.: Внешняя политика СССР... — Т. 1. — С. 134.

 

 

119. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

18 июля 1941 г.

Криппс был принят т. Молотовым по просьбе посла. Криппс заявил, что английская военная миссия, находящаяся в Москве, при контакте с советскими военными властями встречает трудности при получении информации о положении на фронтах. По мнению Криппса, сотрудничество между обеими сторонами не получает того полного развития, какое оно могло бы получить. Английский генштаб хочет получить от миссии ее собственную оценку о действительном положении на фронтах. На самом же деле сведения, получаемые миссией, весьма мало отличаются от сводки Информбюро. Несмотря на обе-

_____________
* Помета на документе: «Исправлено по телеграмме; т. Молотов не смотрел. Козырев. 22.07.41».

 

165

 


 

щание т. Сталина оказывать миссии самое разнообразное содействие, до сих пор ни один представитель военной миссии не был на фронте. Криппс просил т. Молотова усилить снабжение миссии военной информацией. Со своей стороны Криппс обещал оказать необходимое содействие в случае, если члены английской военной миссии почему-либо не представляют советским властям соответствующей информации.

Приняв последнее замечание Криппса к сведению, т. Молотов отметил, что сводки Информбюро отражают действительное положение на фронтах, но он согласен, что их недостаточно для информации военной миссии. Тов. Молотов отметил, что, информируя английскую военную миссию, советское правительство целиком исходит из заявления, сделанного т. Сталиным о необходимости самого искреннего и откровенного сотрудничества между обеими странами. Тов. Молотов отметил, что советское правительство, например, предлагало английским летчикам опробовать новые советские самолеты. Тов. Молотов обещал переговорить с военными властями и усилить снабжение английской военной миссии военной информацией.

Далее Криппс поставил вопрос об ускорении обещанной т. Сталиным поездки на фронт генерала Макфарлана.

Тов. Молотов ответил Криппсу, что вопрос о поездке Макфарлана на фронт в принципе решен положительно. Тов. Молотов отметил также, что советское правительство до сих пор не давало иностранцам разрешения на посещение фронта. Тов. Молотов напомнил Криппсу, что, как ему известно, контрадмирал Уайан посетил Мурманский фронт. В общем же, заявил т. Молотов, советское правительство не возражает против поездки генерала Макфарлана на фронт, и как только представится возможность, генералу Макфарлану такая поездка будет организована.

Приняв замечания т. Молотова к сведению, Криппс поставил вопрос об организации консульств во Владивостоке и на пути через Иран в СССР. По мнению Криппса, это способствовало бы экономическому сотрудничеству между обеими странами. Криппс также заявил, что если советское правительство хотело бы установить свои консульства на других «концах» этого пути сообщения, то английское правительство также рассмотрело бы эти вопросы. Например, можно было бы организовать консульство на Малайском полуострове, что, возможно, устранит затруднения с транспортом в СССР каучука.

Тов. Молотов заявил Криппсу, что после начала войны советское правительство приняло общее решение не расширять в СССР консульской сети. Однако постольку, поскольку английское правительство считает, что организация консульств имеет практически важное значение, то советское правительство пересмотрит данный конкретный случай. Тов. Молотов обещал посоветоваться с т. Микояном и довести поставленный Криппсом вопрос до сведения советского правительства.

Далее Криппс заявил, что в теперешней обстановке на Дальнем Востоке желательна посылка на Дальний Восток части английской военной миссии, находящейся в Москве.

Тов. Молотов заявил, что, пожалуй, такой шаг может вызвать беспокойство у японцев и даст японцам повод для действий, нежелательных ни для Англии, ни для СССР. Подобные шаги могут лишь ускорить ход событий, что в настоящий момент нежелательно.

Криппс заявил, что если японцы правильно поймут совместные действия английского и советского правительств, то это будет лишь к лучшему. Япон-

 

166

 


 

цам придется подумать над возможностью совместных действий Англии, России, Америки и Китая. По мнению Криппса, сильная позиция скорее принудит японцев не делать ничего, нежели слабая позиция.

Тов. Молотов заявил, что последнее замечание Криппса правильно, но не при всех обстоятельствах. Надо очень осторожно взвесить все обстоятельства, и особенно в настоящий момент, когда предстоят изменения в японском правительстве. При создавшемся положении вещей нужно действовать особенно осторожно.

На это заявление т. Молотова Криппс заметил, что настоящий момент именно и является подходящим моментом для воздействия на японское правительство до того, как оно будет организовано. После уже будет поздно.

Тов. Молотов заметил, что самым лучшим в данный момент были бы совместные действия морских, воздушных и сухопутных сил Советского Союза и Англии. Последняя должна была бы предпринять активные действия против Германии на севере Франции, в Западной Германии, в районе Мурманска и Петсамо. Если такие действия будут проводиться в более ускоренном темпе, то они окажут более сильное воздействие на Японию в отношении ее позиции к СССР и Англии. В настоящий же момент, заметил т. Молотов, вопрос о десанте английских войск в Северную Францию не двигается вперед. Также откладывается вопрос и с мурманской операцией.

Криппс заявил, что он не думает, что мурманская операция будет откладываться после того, как вернется из поездки контр-адмирал Уайан. Необходимые суда уже собраны, и остается только предпринять эту операцию.

Тов. Молотов заявил Криппсу, что советское правительство ожидает скорейших действий английского морского флота в районе Мурманска и в районе Шпицбергена.

Криппс заметил, что по вопросу о Шпицбергене он информировал свое правительство, но еще не получил ответа.

Тов. Молотов заметил, что, к сожалению, этот вопрос задерживается, несмотря на то что скорейшее его выполнение было бы в настоящий момент весьма кстати.

Сославшись опять на необходимость рассмотрения вопроса о Шпицбергене генеральным штабом, Криппс просил т. Молотова не отказать сообщить ему о принятии решения о поездке части военной миссии на Дальний Восток.

Тов. Молотов обещал поставить этот вопрос перед советским правительством и лично перед т. Сталиным. Однако он указал Криппсу, что при решении этого вопроса советское правительство будет действовать осторожно.

Далее Криппс поставил вопрос о деле «Лена Голдфилдс». Криппс заявил, что английское правительство не хочет, чтобы в печать попали какие-нибудь сообщения о процессе, возбужденном некоторыми держателями акций «Лена Голдфилдс». Единственным же путем избежания оглашения этого процесса будет снятие московским Народным банком на некоторое время своей кассационной жалобы в связи с приговором суда.

Тов. Молотов заявил, что дело «Лена Голдфилдс» является ответной мерой на действия, принятые английским правительством в отношении судов и золота прибалтов. Тов. Молотов заметил, что подобные вопросы у Швеции И СССР были разрешены и не представляли больших трудностей. Что же касается «Лена Голдфилдс», то надо заметить, что причина, вызвавшая это дело, не устранена.

 

167

 


 

Криппс отметил, что в данный момент он не говорит о решении вопроса, а лишь хотел, чтобы московский Народный банк воздержался от кассационной жалобы в суд, что перенесло бы рассмотрение дела на октябрь месяц.

Тов. Молотов заявил, что он поручит рассмотреть этот вопрос с юридической и политической точек зрения.

Далее т. Молотов заявил Криппсу, что он хочет его информировать по поводу переговоров, имевших место между СССР и США.

Советское правительство поставило перед американским правительством вопрос о посылке в США военной миссии с тем, чтобы обеспечить наиболее быстрое продвижение военных заказов для СССР. Американское правительство дало согласие и приветствовало поездку советской миссии в США. Советскую миссию временно будет возглавлять генерал-лейтенант Голиков, уезжающий сегодня же в Архангельск с тем, чтобы вылететь в Лондон. Тов. Голиков временно покинет Лондон, побудет в Америке, после чего вернется обратно в Англию. Тов. Молотов выразил надежду, что и Криппс, и английское правительство будут полностью приветствовать подобный шаг советского правительства и окажут всякое содействие Голикову и его спутникам в перелете в США.

Заявив, что английское правительство сделает все возможное для скорейшего достижения Голиковым США, Криппс поставил вопрос о создании в Лондоне трехсторонней комиссии, а именно: в этой комиссии будут представители США, Англии и СССР, задачей которых станет решение вопросов снабжения и распределения запасов и вооружения. Криппс также добавил, что представители должны обладать правами выносить необходимые решения.

Согласившись с предложением Криппса, т. Молотов сообщил, что подобное предложение сделал Рузвельт Уманскому. Тов. Молотов заявил, что советское правительство считает образование такой комиссии целесообразным, так как это будет в интересах всех трех стран. Что же касается решения различных вопросов, то надо принять во внимание потребление самой Англией производимого ею вооружения, что делает Америку решающим звеном в разрешении всех вопросов снабжения вооружением. Являясь базой снабжения вооружением, Америка имеет решающее слово, а поэтому, указал т. Молотов, лучше будет установить местопребывание комиссии не в Лондоне, а в Вашингтоне.

Заявив, что вообще безразлично, где будет организована комиссия, Криппс все-таки сказал, что, по его мнению, лучше было бы организовать комиссию в Лондоне. Криппс обещал довести информацию т. Молотова до сведения своего правительства.

Приняв к сведению заявление Криппса, т. Молотов спросил, нет ли чего у посла нового по вопросу о польских делах.

Криппс заявил, что у него в посольстве есть не полностью расшифрованная телеграмма, но, согласно началу этой телеграммы, ему кажется, что переговоры между Майским и Сикорским закончатся благополучно в самое ближайшее время.

Тов. Молотов заявил, что он получил от Майского телеграмму, в которой последний информирует о предложениях, сделанных Иденом, и которые, будучи в основном приняты советским правительством, теперь должны быть доведены до сведения самих поляков.

Приняв информацию т. Молотова к сведению, Криппс сообщил, что относительно немцев в Иране решено сделать совместный демарш.

 

168

 


 

Тов. Молотов подтвердил сообщение Криппса и заявил, что, как ему известно, как советскому, так и английскому посланнику в Тегеране даны приблизительно одинаковые инструкции.

Криппс заметил, что он телеграфировал Идену и указывал ему не колеблясь предпринимать меры как военного, так и политического и экономического характера, если просьба не будет выполнена.

Коснувшись Афганистана, Криппс заявил, что он получил телеграмму, информирующую его о решении индийского правительства принять соответствующие меры в отношении Афганистана с целью выгнать оттуда немцев. Криппс обещал т. Молотову информировать его об Афганистане более подробно на следующий день.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. Об, оп. 3. п. 1, д. 6, л. 53-59.

 

 

120. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

19 июля 1941 г.

1. Так как Черчилль был сегодня вне Лондона, в Чекерсе (официальная загородная резиденция премьера), то я отправился к нему туда около 5 час. дня и вручил ему личное послание Сталина в английском переводе*. Черчилль был очень доволен самим фактом получения такого послания и не делал из этого секрета. Во время чтения послания (а читал он его медленно и внимательно) премьер все время обращался к карте и отыскивал на ней упоминаемые в послании географические названия. Между прочим, дойдя до того абзаца, где Сталин говорит, что положение немецких армий было бы гораздо выгоднее, если бы советской армии пришлось принимать удар на наших старых, а не новых границах, Черчилль воскликнул, что это, несомненно, так и что он вполне понимал и понимает политику, которую Советское правительство проводило с начала войны.

2. По практическим предложениям, изложенным в послании, у меня с Черчиллем состоялся длинный разговор, причем я энергично поддерживал эти предложения и со своей стороны в обоснование их приводил примерно те аргументы, которые развивал в беседе с Синклером накануне. В конечном счете выяснил, что отношение Черчилля к предложениям Сталина таково: концепцию Северного фронта он полностью принимает и даже с явным энтузиазмом. При мне премьер звонил по здешней «вертушке» начальнику морского штаба адмиралу Паунду и давал приказания всемерно ускорить данную операцию. Обещал также послать на север Норвегии легкую дивизию (хотя едва ли она будет чисто норвежской, ибо количество норвежцев под ружьем гораздо меньше). По словам Черчилля, первая стадия этой операции (появление британских военных судов в северных водах) начнется до конца этого месяца. Британское правительство ждало только возвращения адмирала Вайена, который сегодня вечером благополучно прибыл в Англию.

_____________
* См. Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. 1. — С. 18-19.

 

169

 


 

3. Против создания фронта в Северной Франции Черчилль возражает на таких основаниях. По имеющимся у английского штаба сведениям, немцы оставили в оккупированной Франции 40—45 дивизий (правда, не механизированных). Северный берег Франции великолепно укреплен и представляет собой почти сплошную линию батарей. Между тем вся обученная и вооруженная часть английской армии, находящаяся на острове, немногим превышает указанное количество германских дивизий. Высадка десанта возможна только ночью, но сейчас темнота продолжается не более 4-5 часов в сутки. У Британского правительства очень мало специальных судов, способных выгружать танки на берег (всего пять-шесть штук). Воздушное прикрытие возможно только в узкой части пролива около Кале и Булони. В указанной обстановке попытка установить сколько-нибудь прочный фронт на севере Франции кажется Черчиллю нереальной. Дело неизбежно должно кончиться провалом, который ничего не даст ни нам, ни англичанам, а главное — такая попытка не сможет отвлечь сколь-нибудь значительные силы с Восточного фронта.

4. Зато Черчилль возлагает громадные надежды на все усиливающуюся бомбардировку Германии, которую он обещает вести все расширяющимися и усиливающимися темпами, из месяца в месяц, не жалея ни машин, ни людей. С удлинением ночей радиус и сила бомбардировок будут увеличиваться. Из некоторых намеков Черчилля можно было заключить, что в недалеком будущем он, видимо, собирается возобновить кампанию в Ливии в надежде отвоевать Киренаику и, может быть, дойти до Триполи. Очень решительно Черчилль настроен в отношении Ирана: он повторил мне примерно то же, что сегодня утром я слышал от Идена, но с еще большим подчеркиванием необходимости применения всех мер вплоть до совместной с нами военной оккупации страны.

5. Поскольку Черчилль отклонял, по крайней мере для настоящего времени, план создания фронта во Франции, я с особой силой поставил вопрос о снабжении нас, по крайней мере, нужными нам видами вооружения, в частности самолетами. Я сообщил Черчиллю об отказе воздушного министерства продавать нам аэропланы вообще и просил его вмешаться в это дело. Премьер обещал переговорить с Синклером, но уклонился от каких-либо связывающих обязательств. Он заметил, однако, что названная нами цифра нереализуема: такое количество машин Англия не в состоянии дать. Параллельно я спросил премьера, не могли ли бы англичане перебросить в СССР известное количество самолетов с Ближнего Востока? Ясного ответа на мой вопрос я не получил. Нужных нам мелких зенитных пушек у англичан нет, они сами испытывают в них острый недостаток.

6. К концу моей беседы с Черчиллем пришел Гопкинс, который проводит этот «уикенд» в Чекерсе. Я говорил с Гопкинсом в соответствии с Вашим указанием. Гопкинсу, однако, ничего не известно о подобных переговорах (правда, он уехал из США 13 июля). Гопкинс обещал навести справки в Вашингтоне, после чего мы с ним повидаемся.

7. В заключение Черчилль долго и настойчиво говорил о том, что он готов сделать все, что только в его силах, для оказания нам помощи, но не хочет создавать у нас каких-либо иллюзий. Мы должны иметь в виду, что британские возможности пока ограниченны. «Воевать мы не умеем, — откровенно воскликнул Черчилль, — но зато решимости покончить с Гитлером у нас хоть отбавляй». В отношении снабжения Черчилль рекомендовал нам прежде всего рассчитывать на США. Он готов со своей стороны облегчить нам доступ к американскому рынку. Премьер очень высоко оценивает Красную Армию и

 

170

 


 

ее героическое сопротивление. С учетом преимуществ, вытекающих для германских сил из неожиданности нападения, Черчилль ожидал гораздо худшего, он допускал возможность окружения и уничтожения крупных частей нашей армии, он не исключал захвата немцами 1-2,5 млн. пленных. Между тем ничего подобного не случилось. Если немцы даже имеют сейчас 300-400 тыс. пленных, то это совершенные пустяки при размахе и длительности операций и свидетельствует лишь о том, что Красная Армия хорошо сражается и сохраняет свою боеспособность. В последние дни Черчилль опасался, как бы под Смоленском немцам не удалось отрезать и уничтожить крупные части советских сил, но и тут командование Красной Армии обнаружило большое искусство. Потеря же территории имеет сравнительно второстепенное значение.

8. Из вопросов внешнеполитического характера Черчилль затронул только проблему Японии. Он совершенно убежден, что ближайший шаг Японии будет в сторону Индокитая и, если мы не ослабим дальневосточной Красной Армии, японцы не рискнут на нас напасть.

9. Черчилль заявил, что через Криппса отправит Сталину ответ на его личное послание.

Майский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 365. д. 2486. л. 16-21.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 86-88.

 

 

121. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

20 июля 1941 г.
Секретно

Криппс вручил т. Молотову памятную записку относительно пребывания немцев в Афганистане и Иране. Текст памятной записки прилагается[15].

Ознакомившись с содержанием записки, т. Молотов заявил, что содержание документа он доведет до сведения советского правительства. Решения, которые будут приняты в связи с обсуждением памятной записки, т. Молотов обещал сообщить Криппсу.

Коснувшись демаршей, предпринятых советским и английским представителями в Иране, т. Молотов отметил, что эти демарши не дали положительных результатов. Выяснилось, что иранцы не склонны пойти навстречу в вопросе о пребывании немцев в их стране. Что же касается позиции Турции, заявил т. Молотов, то рассмотрение этого вопроса советское правительство считает весьма важным. Советское правительство считает желательным, чтобы Турция создала трудности в выдаче транзитных виз немцам для проезда их в Иран. Тов. Молотов выразил надежду, что со стороны Великобритании будут предприняты необходимые действия в отношении Турции в связи с проездом немцев в Иран. Советское правительство со своей стороны также, возможно, предпримет соответствующие меры.

Криппс просил т. Молотова сообщить Майскому те формы действия, которые советское правительство предполагает принять в отношении Ирана, если последний откажется пойти навстречу в вопросе о немцах.

 

171

 


 

Тов. Молотов обещал информировать посла о дальнейших мерах, которые советское правительство решит предпринять.

Криппс заявил, что он считал бы весьма важным обстоятельством, если бы советское правительство приняло предложение английского правительства относительно военного или экономического давления на Иран, в случае отказа последнего пойти навстречу по вопросу о немцах. Криппс также добавил, что он имел беседу с Гавриловичем и находит целесообразным, чтобы т. Молотов побеседовал с югославом, который может сообщить интересные сведения о позиции Турции.

Далее Криппс поставил перед т. Молотовым вопрос о советско-иранском договоре 1921 года*. Криппс поинтересовался, будет ли советское правительство придерживаться пунктов этого договора, если на территорию Ирана вступят посторонние войска. Криппс указал, что немецкие войска, как известно, могут быть одеты в гражданское платье. Криппса интересует, вступят ли советские войска на территорию Ирана, в случае если там окажутся немецкие войска.

Тов. Молотов ответил Криппсу, что советское правительство считает советско-иранский договор весьма важным фактором в современной обстановке. Со своей стороны, т. Молотов спросил Криппса, имеются ли у английского правительства военные силы на юге Ирана, которые могли бы оказать давление на Иран в случае возникновения серьезной опасности военного характера.

Криппс ответил, что поскольку кампания в Сирии окончена, то ему лично кажется возможным использовать некоторое количество английских сил для военного давления и на юге Ирана. Криппс высказал мысль, что неплохо было бы дать инструкцию английским промышленникам, владельцам нефтяных промыслов в Иране, чтобы они отказали иранцам в снабжении нефтью. Криппс также добавил, что, по его мнению, будет очень удобным вести переговоры об Иране в Лондоне. Для этого советское правительство должно уполномочить Майского принимать необходимые решения.

Отвечая на вопрос т. Молотова, Криппс заявил, что он считает ведение переговоров об Иране в Лондоне более удобным, так как у него здесь весьма мало сведений об английских военных силах в Сирии и на юге Ирана.

Попросив еще раз т. Молотова информировать его о решении правительства по вопросу об Афганистане, Криппс удалился.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. л. 1, д. 6. л. 67-69.

 

 

122. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ**

20 июля 1941 г.
Секретно

Тов. Молотов ознакомил Криппса с посланием т. Сталина Черчиллю. Поблагодарив за информацию, Криппс заявил, что английское правительство в ближайшее время предпримет операции на Севере. Криппс также со-

_____________
* См. Документы.... — Т. III. — Д. 305.
** Помета на документе: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 22/VII-41».

 

172

 


 

обшил, что он получил от Идена телеграмму, где последний сообщал о своем разговоре с Майским об Иране. Иден сообщил Криппсу о необходимости предпринять энергичные действия в отношении Ирана. Иден считает весьма полезным совместное рассмотрение вопроса о подобных действиях. Криппс также сообщил, что Иден сомневается в эффективности экономического метода воздействия на Иран. После дела с Абиссинией, заявил Криппс, никто из англичан не согласен придерживаться экономических санкций.

Далее Криппс сообщил, что он получил полный текст советско-польского договора и протокола к нему.

Попросив Криппса зачитать 1-й пункт договора, т. Молотов отметил, что советское правительство с текстом 1-го пункта договора не согласно, поскольку там имеется явный выпад против Советского Союза. Советское правительство предложило внести поправки в 1-й пункт договора. Что же касается протокола, то т. Молотов заявил, что советская сторона считает желательным оставить этот протокол в секрете.

Криппс со своей стороны заявил, что для поляков очень трудным будет сохранить секретность протокола, если в соглашении не будет каким-либо образом оговорена необходимость принятия мер, скажем, в отношении политических заключенных поляков, находящихся в СССР. Криппс предложил, чтобы одновременно с заключением советско-польского договора была опубликована совместная советско-польская декларация, в которой говорилось бы, что оба правительства после установления соглашения обязуются рассмотреть подлежащие разрешению вопросы.

Тов. Молотов согласился с предложением Криппса и заявил, что он поставит об этом в известность Майского.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 6, л. 76-77.

 

 

123. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В США К.А.УМАНСКОМУ

22 июля 1941 г.

В переговорах с американским правительством относительно кредита руководствуйтесь следующим:

1. Размер кредита — 500 млн. долларов. Первая часть — 200 млн. долларов, которая реализуется в ближайшее время.

2. Погашение кредита начинается через 5 лет со дня выдачи кредита и производится равными суммами по полугодиям в течение последующих 5 лет. Если американцы будут возражать, можете согласиться на кредит в среднем на 5 лет с началом погашения через 3 года в течение последующих 5 лет новыми суммами по полугодиям.

3. Стоимость кредита — 3% годовых, уплачиваемых по истечении каждого года.

4. Кредит должен носить финансовую форму и выдаваться под советские векселя.

 

173

 


 

5. He связывая с кредитом, согласны на заключение соглашения о поставках в США марганца, льна, хромовой руды и других товаров, которые обычно СССР экспортирует.

Выясните более конкретно содержание предложения Джонса по этому вопросу.

6. Согласны по ранее размещенным заказам Амторга, не включенным в правительственную заявку, продолжать платить наличными.

В.Молотов

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 365. д. 2485, л. 44.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 74-75.

 

 

124. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ КИТАЯ В СССР ШАО ЛИЦЗЫ

22 июля 1941 г.
Секретно

- После взаимных приветствий, желая сократить длительность приема, я заявил послу, что, несмотря на большую занятость срочной работой, я решил его принять.

Посол ответил, что он знает о чрезвычайной занятости, но что его побудили просить о приеме два важных вопроса. Кроме того, он лично хотел передать мне телеграмму Чан Кайши на имя т. Сталина, полученную сегодня из Чунцина.

Приняв от посла телеграмму Чан Кайши, я заявил, что она будет немедленно передана т. Сталину.

Затем Шао Лицзы заявил, что через советника китайского посольства Лю Цзажуна были поставлены два вопроса:

1. О заявлении правительства СССР относительно признания чунцинско-го правительства в качестве единственного правительства Китая.

2. Об оценке нового кабинета министров Японии правительством СССР. Посол к этому добавил, что китайское правительство, хотя отлично знает о положительном отношении правительства СССР к Китаю, тем не менее, в связи с признанием Германией и Италией «правительства» Ван Цзинвея, хотело бы иметь официальное заявление со стороны правительства СССР. По второму вопросу посол сказал, что оценка нового кабинета министров Японии, данная МИДом Китая, ему кажется правильной и он хотел бы знать мнение советского правительства по этому вопросу.

Я ответил, что оценку нового кабинета министров Японии МИДом Китая помню не совсем твердо.

Шао Лицзы кратко отметил, что половина нового кабинета министров Японии состоит из военных, что ни один представитель политических партий в новый кабинет не включен, что новый кабинет носит сугубо фашистский характер, что новый министр иностранных дел Японии Тойода является представителем наиболее агрессивных элементов в японском флоте, что уход Мацуоки из состава кабинета означает устранение помех при движении в северном направлении, но что первый шаг Японии будет направлен на юг с

 

174

 


 

тем, чтобы захватить Индокитай, Тай и Бирму, причем японцы не отказываются от своих намерений об агрессии в северном направлении.

По первому вопросу посла я ответил, что признание Германией, Италией и Болгарией «правительства» Ван Цзинвея никакого значения иметь не может, поэтому непонятно, почему Советскому Союзу, в связи с признанием Ван Цзинвея Германией и другими, необходимо делать специальное заявление. К этому я добавил, что отношения СССР и Китая зиждутся на крепкой основе взаимных интересов, следовательно, нет никакого смысла делать специальное заявление в связи с таким незначительным фактом. Признание «правительства» Ван Цзинвея является лишь театральным эпизодом, и этот эпизод нас совершенно не занимает.

Что же касается второго вопроса — оценки нового кабинета министров Японии, то я не знаю, был ли Мацуока сдерживающим началом в кабинете Коноэ или нет. Приведя английскую пословицу «О пудинге судят, когда его едят», я заявил, что то же самое можно сказать и о новом правительстве Японии. О нем будем судить по его действиям. Я добавил, что на пресс-конференции об этом уже мною делалось публичное заявление и что эта наша позиция остается в силе и теперь.

Посол ответил, что он понимает позицию СССР по первому вопросу и совершенно согласен с ней. Он указал, что своему правительству уже послан доклад почти в тех же выражениях, что и мой ответ. Вопрос о специальном заявлении, по словам посла, возник в связи с тем, что со стороны Англии, Америки и Франции в той или иной форме такие заявления были сделаны, поэтому люди, недопонимающие обстановку, начали говорить, почему же СССР не делает такого заявления. Высказанную мною точку зрения посол обещал довести до сведения своего правительства. Шао Лицзы тут же спросил, нельзя ли дать указание нашему послу в Китае т. Панюшкину о том, чтобы он сделал такое заявление в Чунцине. Я ответил послу, что наши отношения с Китаем остаются такими же, какими и были, что это является аксиомой. Если бы нужно было, то можно было бы дать указание Панюшкину сделать такое заявление. Но целесообразно ли делать специальное заявление при отсутствии какого бы то ни было сомнения в наших отношениях? Я сказал, что, по моему мнению, наши отношения настолько очевидны, настолько ясны, что специальное заявление было бы просто непонятно. Мои слова посол обещал довести до сведения своего правительства.

Относительно нового кабинета министров Японии посол высказал уверенность, что правительство СССР не ослабит своего внимания к действиям Японии. Шао Лицзы добавил, что мнение китайского правительства о новом кабинете Японии доведено до сведения правительства СССР. Я выразил благодарность китайскому правительству и лично послу за сообщение, добавив, что при существующих у нас отношениях полезно делиться сведениями.

Шао Лицзы интересовался вопросом: делал ли японский посол Татекава какие-либо заявления в связи с формированием нового кабинета в Японии. На это я ответил, что мне известны только заявления, сделанные Коноэ и Тойодой и помещенные в газетах. О других заявлениях мне ничего не известно.

Посол интересовался вопросом о прибытии в Москву сиамского посланника. Я ответил ему, что до начала войны, более месяца тому назад, сиамский посланник собирался ехать в Москву, а теперь в связи с войной этот вопрос, очевидно, затянулся.

 

175

 


 

В конце беседы Шао Лицзы спросил меня, имею ли я что-либо сообщить ему.

Я ответил, что ничего особенного не имею, однако подчеркнул, что наши отношения с Китаем являются хорошими и дружественными. Имея в виду вчерашний налет, я сказал, что немцы произвели бомбардировку Москвы, но это им не поможет, они все равно будут разбиты.

Посол отметил, что сравнения японских налетов на Чунцин и немецкого налета на Москву показывают, что немцы, несмотря на налет большим количеством самолетов, имеют сугубо незначительные результаты. Затем посол спросил, стабилизируется ли фронт. Я ответил ему, что в одних местах он стабилизируется, а в других наши войска гонят немцев назад. Развивается партизанская борьба. В конечном счете немцы будут разбиты.

На этом беседа закончилась. Во время беседы присутствовал отв. референт 1-го Дальневосточного отдела т. Скворцов.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
Лозовский

АВП РФ. ф. 0100. оп. 25. п. 200. д. 6, л. 36-39.

 

 

125. СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКОЙ О ПОРЯДКЕ ВОЗМЕЩЕНИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВУ СОЮЗА ССР РАСХОДОВ ПО СОДЕРЖАНИЮ И ОБУЧЕНИЮ ГРАЖДАН МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ В ГРАЖДАНСКИХ УЧЕБНЫХ ЗАВЕДЕНИЯХ СОЮЗА ССР

[22 июля 1941 г.]

Правительство Союза Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Правительство Монгольской Народной Республики, с другой стороны, признавая необходимым определить порядок возмещения Правительством Монгольской Народной Республики Правительству Союза ССР расходов по содержанию и обучению граждан Монгольской Народной Республики в гражданских учебных заведениях Союза ССР, уполномочили для этой цели:

Правительство Союза Советских Социалистических Республик — ИВАНОВА Ивана Алексеевича, Чрезвычайного и Полномочного Посланника Союза ССР в Монгольской Народной Республике;

Правительство Монгольской Народной Республики — СУРУНЖАБА, Первого Заместителя Премьер-министра Монгольской Народной Республики,

каковые уполномоченные, обменявшись своими полномочиями, признанными составленными в надлежащей форме, условились о нижеследующем:

Статья 1

Правительство Союза Советских Социалистических Республик выражает согласие определить задолженность Правительства Монгольской Народной Республики Советскому Союзу по расходам на обучение и содержание граж-

 

176

 


 

дан МНР в гражданских учебных заведениях Союза ССР, произведенным за период с 1932 по 1939 год включительно в сумму три миллиона двести семьдесят восемь тысяч (3 278 ООО) тугриков.

Указанная сумма составляет 1/3 фактических расходов, произведенных Союзом ССР на упомянутые цели.

Статья 2

Правительство Монгольской Народной Республики соглашается погасить указанную в статье 1-й Соглашения задолженность в течение 5 лет равными долями. Сумма платежей в год составляет шестьсот пятьдесят пять тысяч шестьсот (655 600) тугриков, вносимых Правительством Монгольской Народной Республики ежегодно, не позднее 1 октября, начиная с 1941 года и впредь до полного погашения задолженности.

Со дня подписания настоящего Соглашения Правительство Монгольской Народной Республики уплачивает Правительству Союза ССР 5% годовых с остающейся непогашенной суммы задолженности до момента окончательного погашения.

Уплата процентов производится не позднее 31 декабря каждого года.

Статья 3

Правительство Союза Советских Социалистических Республик, идя навстречу желаниям Правительства Монгольской Народной Республики по обучению кадров МНР в гражданских учебных заведениях Союза ССР, изъявляет согласие принять на свой счет половину расходов в советской валюте, производимых Советским Союзом по обучению и содержанию граждан Монгольской Народной Республики в гражданских учебных заведениях Союза ССР начиная с 1 января 1940 года.

Вторую половину фактических расходов, производимых Советским Союзом на указанные цели, начиная с 1940 года Правительство Монгольской Народной Республики возмещает Правительству Союза ССР по истечении каждого календарного года, но не позднее 1 октября следующего за расчетным годом без начисления процентов.

Статья 4

Все платежи, предусмотренные настоящим Соглашением, производятся Правительством Монгольской Народной Республики в тугриках, путем внесения соответствующих сумм на текущий счет Банка для внешней торговли СССР в Монгольском торгово-промышленном банке для перевода этих сумм Наркомфину СССР.

Статья 5

Контингент учащихся, направляемых Правительством Монгольской Народной Республики в учебные заведения Союза ССР, а равно условия их содержания и размер стипендии устанавливаются особым соглашением между Народным Комиссариатом Иностранных Дел Союза ССР и Министерством Иностранных Дел МНР.

 

177

 


 

Статья 6

Настоящее соглашение вступает в силу со дня его подписания.

Статья 7

Настоящее соглашение составлено на русском и монгольском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

Совершено в городе Улан-Баторе 22 июля 1941 г.

Чрезвычайный
и полномочный посланник
Союза Советских
Социалистических Республик
(Иванов)

Первый заместитель
премьер-министра
Монгольской Народной
Республики
(Сурунжаб)

 

АВП РФ, ф. За — МНР. д. 141.

 

 

126. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л.ШТЕЙНГАРДТОМ

24 июля 1941 г.

Молотов пригласил Штейнгардта в связи с интервью, данным послом корреспонденту Колдуэллу и предназначавшимся для опубликования в журнале «Лайф». Штейнгардт явился в сопровождении советника американского посольства Торстона.

Молотов зачитал Штейнгардту часть интервью, где дается следующая оценка военному положению и способности Красной Армии к сопротивлению:

«Чрезмерно полагать, что советская армия в состоянии удерживать в течение неопределенного времени линию Москва — Ленинград — Киев против всей тяжести немецких сил... Но я полагаю, что линию значительно западнее Уральских гор можно будет удерживать. Время года будет иметь чрезвычайное значение, как решающий фактор в будущих операциях. После октября для немцев будет крайне затруднительно справиться с положением, при котором существовали бы чрезмерно длинные линии связи, главным образом вследствие транспортной проблемы и проблемы питания, с которыми они столкнулись бы».

Молотов заявил, что он, во-первых, не может согласиться с оценкой, данной Штейнгардтом положению советской армии, так как эта оценка совершенно не соответствует действительности. Во-вторых, он должен сказать, что поскольку дело идет о возможности опубликования такого заявления в печати, то это вызывает большое удивление у советского правительства, оценивающего такое заявление официального представителя США как нелояльный шаг по отношению к Советскому Союзу.

Штейнгардт начал пространно и красочно объяснять причины, побудившие его дать интервью — первое за все время его пребывания в Советском

 

178

 


 

Союзе. Штейнгардт ставит перед собой цель: дать американской публике изображение действительного положения, с тем чтобы американская публика не ожидала от советской армии слишком многого. Штейнгардт считает, что американская публика должна быть уверена в способности Красной Армии сопротивляться, независимо от того, где она будет бороться, и независимо от того, какие будут территориальные потери в связи с ходом военных действий. Хорошо зная психологию американцев, заявил Штейнгардт, должен отметить, что в настоящий момент в представлении американцев имеется воображение оборонительной линии, которая проходит через Ленинград—Москву—Киев. Американцы считают эту линию последним рубежом обороны Советского Союза. Если эта линия будет прорвана, то американцы будут считать, что Советский Союз разбит и что оказание обещанной Соединенными Штатами помощи уже будет бесполезно. Имея это в виду, Штейнгардт хотел убедить американцев, что даже переход немцами линии Ленинград—Москва—Киев не означает конца сопротивления советской армии и что Советский Союз будет иметь другую линию обороны, на которую он отойдет и на которой он будет продолжать драться с врагом. Штейнгардт заявил, что он желает оказать помощь Советскому Союзу и что, именно опасаясь того, что американская публика подумает, что Советский Союз будет разбит, после того как Красная Армия отойдет за линию Ленинград—Москва—Киев, он и дал упомянутое интервью.

Заявив, что он понимает, что посол имеет вполне добрые намерения. Молотов согласился, что, конечно, в войне надо считаться с возможностью создания очень трудного положения. Однако говорить в настоящий момент относительно быстрого овладения линией Ленинград—Москва—Киев, о чем мечтают даже сами гитлеровцы, попавшие сейчас в критическое положение, не будет являться актом содействия и поддержки СССР в борьбе против фашизма, а, наоборот, может создать у читателей панические настроения. Молотов еще раз повторил, что появление в печати указанного заявления Штейнгардта советское правительство рассматривало бы как нелояльный шаг в отношении СССР. В ответ на заявление Штейнгардта, что советская цензура может при несогласии с ним вычеркнуть нежелательное. Молотов предложил Штейнгардту самому сделать соответствующий вывод из их беседы.

Штейнгардт опять начал пространно повторять высказанные им мотивы, служившие поводом для представления интервью Колдуэллу. Заявив, что он целиком и полностью уверен в победе Красной Армии, Штейнгардт отметил, что он, однако, реалист и считает, что для получения максимальной помощи от США американский народ должен понять, что настоящая война будет длительной и что США должны будут оказывать СССР помощь в больших количествах в течение долгого периода. В обиженном тоне Штейнгардт заявил, что вообще он не обязан никому давать интервью, что он интервью вообще может не давать и что он готов вычеркнуть указанное Молотовым место и все другие нежелательные места своего интервью.

Молотов заявил, что давать или не давать интервью — это дело самого посла и что он не может советовать, как поступить с интервью. Молотов считает Штейнгардта вполне компетентным, чтобы сделать соответствующие выводы из беседы. Молотов заявил, что он имеет в виду именно то место в интервью, где говорится о дальнейшем сопротивлении Красной Армии и о военном положении в Советском Союзе. Оглашение этого интервью в настоящий момент не принесет ни Советскому Союзу, ни Красной Армии не только

 

179

 


 

ничего хорошего, но, наоборот, может принести вред. Тем большее значение имеет подобное заявление, когда оно делается таким официальным лицом, как посол США. В то время, заявил Молотов, как официальные представители американского правительства Рузвельт и Уэллес высказались за всемерную помощь СССР в борьбе против фашизма, такое официальное лицо, как посол США, санкционирует опубликование интервью, которое не только не может оказать СССР и Красной Армии обещанной американским правительством помощи, но, наоборот, может причинить вред.

Штейнгардт заявил, что он ставит перед собой целью оказание всякой помощи Советскому Союзу, что он и старался всегда сделать, однако он примет заявление Молотова к сведению. Штейнгардт просил Молотова вернуть ему интервью, которое он, возможно, вообще порвет и не будет опубликовывать.

Уже прощаясь с Молотовым, Штейнгардт еще раз повторил, что он вообще не должен и не обязан давать никаких интервью и что интервью, о котором шла речь, не появилось бы в печати раньше чем через 8—10 недель.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 21. д. 282. л. 7-10.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 75-77.

 

 

127. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

25 июля 1941 г.
Секретно

1. Прибыв в сопровождении Денлопа, Криппс от имени английского правительства поздравил Советский Союз в связи с превосходной бомбардировкой советской авиацией нефтяных источников Плоешти и порта Констанца. Передавая поздравление, Криппс отметил, что, выражая восхищение советской авиацией, английское правительство руководствуется сведениями, опубликованными советской печатью. Бомбардировка нефтяных источников и порта является большой помощью Англии, уменьшает запасы нефти в Германии. Английское правительство надеется, что бомбардировки будут продолжаться и дальше, до тех пор пока нефтяные источники не будут разрушены совершенно. Английское правительство считает подобное мероприятие весьма важным в связи с получением за последнее время сведений о нефтяных запасах Германии.

Тов. Молотов поблагодарил Криппса за поздравление.

2. Далее Криппс вручил памятную записку, где поставил вопрос о пребывании в Москве четырех специалистов по ПВО, а также указал на скудность информации и отсутствие должной связи у английской военной миссии с советскими военными представителями. (Памятная записка прилагается.)

Тов. Молотов обещал Криппсу проверить вопрос об экспертах по ПВО. В отношении военной миссии т. Молотов обещал дать соответствующие указания с тем, чтобы расширить сотрудничество между представителями английской миссии и нашими военными представителями.

Ввиду того что была объявлена воздушная тревога, т. Молотов просил Криппса кратко изложить существо последнего вопроса, который посол хотел поставить перед т. Молотовым.

 

180

 


 

3. Криппс спросил т. Молотова, как обстоит дело с врученной им памятной запиской о немцах в Иране и Афганистане. Тов. Молотов ответил, что записка изучается.

Что же касается Ирана, то т. Молотов заявил, что в Тегеране возникло большое недоразумение, так как советский посол сделал представление иранскому правительству с требованием удалить 80% проживающих в Иране немцев в месячный срок. Английский же посланник такого представления не сделал.

Уже прощаясь, Криппс заявил, что в настоящий момент английскому посланнику в Тегеране даны соответствующие инструкции о принятии шагов в вопросе о немцах.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. Об, оп. 3, п. 1, д. 6, л. 78-79.

Вручено Криппсом т. Молотову

Перевод с английского

25 июля 1941 г.
Секретно

Три дня тому назад я имел возможность упомянуть президенту о трудности, возникшей перед специалистами по ПВО, прибывшими из Англии, а также указать ему, что их услуги не используются здесь соответствующими организациями. Он сразу же пообещал, что будут приняты меры с тем, чтобы разрешить этот вопрос, и я не сомневаюсь, что он дал соответствующие указания. Тем не менее, несмотря на то что с тех пор было совершено несколько последовательных воздушных налетов, никакого контакта не было установлено, и вот прошло уже 11 дней с тех пор, как имелся какой-то контакт вообще. Кроме того, 2 офицера, направленных по специальной просьбе советского посла в Лондоне, совсем не могли установить какого-либо контакта, несмотря на повторные просьбы с нашей стороны.

Мне кажется, что это указывает на что-то неправильное в применяемых методах связи. К сожалению, это отсутствие связи отмечается также до некоторой степени и в отношении военной миссии. Главе военной миссии в некоторых случаях приходилось в течение почти 48 час. добиваться интервью, хотя уже было условлено, что он просит личного интервью лишь по особо важным вопросам. Рассмотрение мелких вопросов и обмен информацией были поручены его штату. Он, однако, сам поднял этот вопрос в острой форме перед вашим Генеральным штабом, и я надеюсь, что в будущем интервью ему будут предоставляться быстрее.

Генерал Макфарлан считает, что при обмене информацией его миссия дает гораздо больше, чем получает, и что должно быть достигнуто более тесное сотрудничество в отношении сведений разведки, если мы хотим действовать с максимумом эффективности против общего врага, как, выражаясь термином, использованным как президентом, так и премьер-министром, союзники.

Именно в области авиации вопрос связи является наименее удовлетворительным. Вице-маршал авиации до сих пор не имел контакта со старшими оперативными офицерами Военно-воздушного штаба, и объем его связей со старшими офицерами в вопросе техники, что может оказаться действительно ценным, явно ограничен. Более того, условия связи между миссией и летающими лодками в Архангельске часто совершенно нарушаются, и почти невоз

 

181

 


 

можно ожидать, что эти столь неоценимые воздушные средства сообщения будут продолжать существовать, если не будут гарантированы соответствующие мероприятия для ускорения связи между миссией в Москве и Архангельском.

Что же касается специалистов по ПВО, то они очень нужны в Великобритании и Америке, и я не могу разрешить им оставаться здесь при существующей обстановке бездействия. Поэтому, если в настоящий момент не имеется планов полного использования их услуг, я предлагаю отослать их всех четверых назад в Англию на следующей неделе.

Что касается военной миссии, то я просил бы советское правительство в свете вышеупомянутых замечаний предпринять немедленные меры, чтобы обе наши боевые службы были обеспечены получением максимума от нашего сотрудничества.

Согласно сведениям, имеющимся в моем распоряжении, я склонен думать, что условия сотрудничества в Лондоне, где имеется специальный отдел в военном министерстве, выделенный для связи с миссией Голикова, кажется, дают лучшие результаты, чем сотрудничество здесь. Я сам чувствую некоторую ответственность в этом вопросе, поскольку в результате моих личных представлений в Лондоне мне удалось заполучить услуги со стороны такой известной группы офицеров, уговорив их приехать сюда со мной.

Если в отношении услуг или других экспертов, приехавших из Англии, существующее сейчас положение не станет лучше, то будет очень трудно убедить Лондон в пользе посылки других представителей для связи. Мне очень хочется избежать создания такого впечатления в Лондоне, поскольку я знаю, что президент соглашается со мной в вопросе о громадной пользе, которую можно получить в результате тесного сотрудничества в наших настоящих совместных усилиях. Это является причиной моего желания говорить откровенно о положении, которое после месяца сотрудничества все еще далеко от удовлетворительного.

Я уверен, что положение может быть поправлено очень легко, и я знаю, что Советское правительство сделает все что оно сможет для рассмотрения вопросов, на которые я обратил его внимание.

Перевел
Потрубач

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 6. л. 80-82.

 

 

128. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

26 июля 1941 г.
Секретно

Тов. Сталин принял Криппса в присутствии т. Молотова.

Прибыв в сопровождении Денлопа, Криппс вручил т. Сталину личное послание Черчилля*.

Ознакомившись с посланием, т. Сталин выразил благодарность за намерение Англии отправить в СССР истребители и различное сырье.

_____________
* См. Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. 1. — С. 22-23.

 

182

 


 

Тов. Сталин отметил, что Советский Союз может поступиться чем угодно — и самолетами, и оловом, и шерстью, и джутом. Однако каучук является таким сырьем, в котором Советский Союз испытывает особенно острую нужду.

Криппс сообщил, что в настоящий момент с Малайских островов отправился в СССР пароход с грузом 2 500 т каучука и 550 т олова.

Тов. Сталин пояснил Криппсу, что в настоящий момент в советской армии создаются новые механизированные части и, конечно, сам посол понимает, что обойтись без каучука при разрешении этого вопроса невозможно. Ввиду этого т. Сталин попросил Криппса сделать все возможное для того, чтобы Англия предоставила для фрахта суда тоннажем что-нибудь около 10-15 тыс. т для одной или двух перевозок каучука в СССР. Советское правительство желало бы получить каучук партиями побольше и поскорее.

Криппс обещал оказать содействие в предоставлении Советскому Союзу фрахта нескольких пароходов тоннажем в 10-12 тыс. т.

Далее Криппс поставил вопрос о советско-польском соглашении. Иден просил Криппса встретиться с т. Сталиным для более быстрого разрешения этого вопроса.

При обсуждении проекта соглашения был принят следующий текст первого пункта:

«Правительство СССР признает утратившим силу советско-германские договоры 1939 года касательно территориальных перемен в Польше. Польское Правительство заявляет, что Польша не связана с какой-либо третьей стороной соглашением, направленным против Советского Союза». Второй пункт соглашения был принят в следующей редакции: «Дипломатические отношения между обоими правительствами будут восстановлены по подписании настоящего соглашения, и обе стороны немедленно обменяются послами».

Третий пункт соглашения был принят в следующей редакции: «Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу всякую помощь и поддержку в настоящей войне против гитлеровской Германии».

Редакцию четвертого пункта соглашения Криппс предложил в следующей форме:

«Правительство СССР выражает свое согласие на создание на территории СССР польской армии под советско-польским командованием, назначенным Польским Правительством с согласия Советского Правительства. Польская армия на территории СССР будет действовать в оперативном отношении под руководством Верховного Командования СССР».

Тов. Сталин заявил, что он считает такую постановку вопроса неправильной, так как двустороннее командование лишь затруднит военные операции и создаст беспорядки.

В связи с этим замечанием т. Сталина Криппс предложил добавить к пункту фразу, указывающую, что в составе Верховного Командования будет состоять представитель польской армии.

Тов. Сталин согласился с предложением Криппса.

Окончательный текст 4-го пункта соглашения был принят следующий:

«Правительство СССР выражает свое согласие на создание на территории СССР польской армии под командованием, назначенным Польским Правительством с согласия Советского Правительства. Польская армия на территории СССР будет действовать в оперативном отношении под руководством Верховного Командования СССР, в составе которого польская армия будет

 

183

 


 

иметь своего представителя. Будет заключено особое соглашение, определяющее подробности командования, организации и использования этой армии».

5-й пункт соглашения был принят в следующей формулировке:

«Настоящее Соглашение вступает в силу немедленно по подписании и ратификации не подлежит».

6-й пункт соглашения был принят в следующей формулировке:

«Настоящее Соглашение заключено в двух экземплярах, каждый на русском и польском языках. Оба текста имеют одинаковую силу».

Далее Криппс поставил вопрос о секретном протоколе. Он заявил, что Сикорский испытывает сильный нажим как со стороны поляков, находящихся в Англии, так и со стороны тех, которые находятся в самой Польше. Под этим нажимом Сикорский должен добиться публичного заявления относительно польских граждан, находящихся в заключении в СССР.

Тов. Сталин заявил, что среди пленных имеется около 20 военных офицеров, посланных в Советский Союз Сикорским и Соснковским с целью совершения диверсионных и террористических актов. Будучи захваченными в плен, эти офицеры признали свою связь с Сикорским и Соснковским. По-настоящему они должны были бы быть расстреляны, но советское правительство готово их освободить.

На это Криппс заявил, что имеются и другие категории лиц, задержанных в Советском Союзе, и необходимо было бы сделать публичное заявление об их освобождении.

Тов. Сталин предложил тогда сформулировать первый пункт протокола, который подлежал бы опубликованию, так, чтобы в нем не содержалось выпада против Советского Союза.

Тов. Сталин пояснил, что советская сторона не возражала бы против формулировки, где бы говорилось, что советское правительство предоставляет свободу всем польским гражданам, «задержанным на территории СССР в силу их антисоветской деятельности...»

Постольку поскольку Криппс не согласился с подобной формулировкой, заявив, что среди заключенных есть лица, которые не вели антисоветской деятельности и являются лишь семьями арестованных, т. Сталин предложил сформулировать заявление в следующем виде: «Советское Правительство предоставляет свободу всем польским гражданам, задержанным на территории СССР в силу тех или иных причин...»

Криппс тогда заявил, что хорошо было бы упомянуть в заявлении об амнистии, что произвело бы благоприятное впечатление на мировую общественность.

Тов. Сталин согласился с замечанием Криппса, и публичный протокол был принят в следующей редакции:

«Советское Правительство предоставляет амнистию всем польским гражданам, находящимся сейчас в силу тех или иных причин в заключении, после восстановления дипломатических отношений между СССР и Польшей».

Перейдя к секретному протоколу, Криппс заявил, что польское правительство согласно опустить условия, касающиеся советско-польской границы, и предложил следующую формулировку секретного протокола:

«Различного рода взаимные претензии частного и общественного характера будут обсуждены в последующих переговорах между обоими правительствами».

Тов. Сталин предложил редакцию секретного протокола без слова «взаимные». Окончательный текст секретного протокола был принят следующий:

 

184

 


 

«Различного рода претензии частного и общественного характера будут рассматриваться в порядке последующих переговоров между обоими правительствами».

Далее Криппс заявил, что по подписании соглашения Иден собирается вручить Сикорскому ноту следующего содержания:

«Польское Правительство согласилось опустить условие в 1-й статье, касающееся признания Советским Правительством правового статуса советско-польской границы таковой, как она существовала в июле 1939 года, если Правительство Его Величества обратится с официальной нотой к Польскому Правительству для публикации, в которой говорится, что в силу англопольского Соглашения от августа 1939 года Правительство Его Величества не вступало ни в какие обязательства перед Советским Союзом, касающиеся советско-польских отношений, и что, как уже заявлено Премьер-министром, Правительство Его Величества не предполагает признать какие-либо территориальные перемены, происшедшие в течение войны, разве только они произошли с добровольного согласия заинтересованных сторон».

Тов. Сталин заявил, что поскольку этот вопрос не обсуждался во время советско-польских переговоров и судить о нем на слух очень трудно, то он просит Криппса прислать текст ноты в письменном виде.

Обещав выполнить просьбу т. Сталина, Криппс заявил, что у него имеется еще третий вопрос, который бы он хотел поставить перед Председателем Совнаркома, а именно вопрос о секретной службе.

Криппс предложил установить сотрудничество английской и советской разведок и, в частности, установить сотрудничество английской и советской разведок в Иране.

Тов. Сталин согласился с предложением Криппса и сказал, что оно будет рассмотрено.

Криппс добавил, что контакт между разведками, по его мнению, лучше установить в Москве, поскольку Иран находится ближе к Советскому Союзу.

Тов. Сталин заявил, что он не возражает и считает, что это можно будет сделать и контакт можно будет установить там, где это будет более удобным.

Криппс заявил, что он выпишет в СССР людей из разведки и известит об этом т. Молотова.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф. 06, оп. 3, п. 8, д. 81, л. 77-82.

 

 

129. НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР О КЛЕВЕТНИЧЕСКОМ И ПРОВОКАЦИОННОМ ХАРАКТЕРЕ СООБЩЕНИЙ О ПРИЗЕМЛЕНИИ СОВЕТСКИХ ПАРАШЮТИСТОВ В БОЛГАРИИ И О БОМБАРДИРОВКЕ БОЛГАРСКИХ ГОРОДОВ СОВЕТСКИМИ САМОЛЕТАМИ

[27 июля 1941 г.]

15 июля с.г. болгарский посланник в Москве г-н Стаменов посетил зам. наркоминдела А.Я.Вышинского и сделал по поручению своего прави

 

185

 


 

тельства заявление о том, что якобы 14 сего июля на территории Болгарии, вблизи г. Добрич, приземлились три советских парашютиста. Одновременно генеральный секретарь болгарского министерства иностранных дел г. Шишманов сделал такого же рода заявление советской миссии в Болгарии. По поводу этого заявления 27 июля А.Я.Вышинский от имени советского правительства сообщил г-ну Стаменову, что тщательным расследованием сообщение о приземлении в Болгарии советских парашютистов не подтвердилось и абсолютно не соответствует действительности утверждение, что подобный факт имел место. При этом А. Я. Вышинский обратил внимание г-на Стаменова на то обстоятельство, что уже в тот момент, когда болгарское Министерство иностранных дел сделало советской миссии в Софии заявление о приземлении советских парашютистов в Болгарии, советский посланник т. Лаврищев настаивал на том, чтобы ему была обеспечена возможность посетить этих парашютистов для установления их личности и всех обстоятельств этого странного дела. Однако эта законная просьба т. Лаврищева, несмотря на прошедшие с того времени две недели, не была удовлетворена. Больше того, т. Лаврищеву не были названы ни фамилии этих парашютистов, ни их служебное положение. Все эти обстоятельства с самого начала указывали на отсутствие у болгарского Министерства иностранных дел каких-либо оснований для утверждения о приземлении на болгарской территории советских парашютистов.

Поступившие же в настоящее время в распоряжение советского правительства данные с полной убедительностью доказывают, что приземлившиеся вблизи г. Добрич парашютисты в действительности не имеют ничего общего с советскими гражданами, а переброшены германским военным командованием из Румынии. Таким образом, версия о приземлении в Болгарии советских парашютистов лишена всякого основания и пушена германской стороной с провокационными целями. 26 июля генеральный секретарь болгарского Министерства иностранных дел г-н Шишманов от имени болгарского правительства заявил советскому посланнику в Болгарии т. Лаврищеву, что будто бы советские самолеты 23 июля в 10 час. 45 мин. утра сбросили три бомбы на г. Рущук, и в ночь с 23 на 24 июля сбросили несколько бомб у г.Рущук, три бомбы в Плевне, одну бомбу в г. Ловеч и три бомбы по дороге Ловеч—Сивлиево и что болгарское правительство дружески указывает на нежелательность подобных явлений. По поводу этого нового утверждения болгарского правительства А.Я.Вышинский заявил г-ну Стаменову, что оно также абсолютно не соответствует действительности, так как советские самолеты ни в одном из указанных пунктов и ни в каком другом пункте над территорией Болгарии не летали и потому вообще никаких бомб на территорию Болгарии сбрасывать не могли. Распускаемые же по этому поводу слухи носят провокационный, направленный против СССР характер и явно исходят из враждебных Советскому Союзу германско-фашистских источников. А.Я.Вышинский заявил, что советское правительство не может не выразить своего недоумения по поводу того, что болгарское правительство придало значение указанным выше слухам, несмотря на их явно неправдоподобный и клеветнический по отношению к СССР характер.

Опубл.: Внешняя политика СССР... — Т. 1. — С. 135-136.

 

186

 


 

 

 

130. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

27 июля 1941 г.
Секретно

Тов. Молотов принял Криппса и заявил, что вызвал посла в связи с польским вопросом. Тов. Молотов разъяснил, что советское правительство поражено намерением английского правительства опубликовать ноту, конец которой может быть истолкован в том смысле, что она касается не только Польши, но может относиться к прибалтам, к Румынии и Финляндии. Если бы концовка ноты относилась только к Польше, то советское правительство не возражало бы против опубликования подобного заявления.

Криппс заявил, что у него не имеется полных сведений относительно обсуждения текста ноты. Однако у него создалось впечатление, что этот вопрос обсуждался в Лондоне с Майским. В первой части, заявил Криппс, говорится, что между Англией и СССР нет секретного соглашения относительно польско-советской границы. Вторая часть ноты является повторением тезиса, высказанного несколько раз премьер-министром после начала военных действий. Наверно, т. Молотов помнит, что в самом начале войны, когда немцы начали менять границы в Европе, английское правительство сделало общее заявление, имеющее в виду территориальные изменения европейских государств. Опубликование предлагаемого заявления явится лишь повторением заявления премьер-министра относительно позиции Великобритании.

Тов. Молотов повторил, что в данный момент обсуждается вопрос советско-польских отношений и если нота будет касаться только лишь Польши, то у советского правительства она не вызовет никаких возражений. Для этого необходимо вторую часть ноты сформулировать так, чтобы она относилась только к Польше.

Криппс высказал предположение, что, возможно, встретятся трудности, связанные с изменением заявления английского правительства, согласованного с правительством США. По мнению Криппса, прилагаемая поправка будет умалять значение этого заявления, так как оно будет относиться только лишь к одной стороне. Заявление, сделанное премьер-министром, было составлено в общей форме, и внесение каких-либо поправок в него может оказаться затруднительным.

Тов. Молотов опять повторил, что в настоящий момент обсуждается вопрос советско-польских отношений, который в основном уже урегулирован и по которому у обеих сторон нет никаких разногласий. Этот вопрос согласован с английским правительством и с Сикорским. Зачем же поднимать какие-то новые вопросы, не имеющие никакого отношения к советско-польским отношениям, даже хотя бы в общей форме? Предлагаемое одностороннее заявление английского правительства Сикорскому не может не вызвать со стороны Советского Союза заявления о его личной точке зрения, и возможно, что точка зрения советского правительства не будет совпадать с точкой зрения английского правительства. Противопоставление одного заявления другому в настоящий момент, по мнению т. Молотова, весьма нежелательно. Ввиду этого советское правительство предлагает конец ноты Идена Сикорскому изменить так, чтобы она касалась только лишь Польши.

 

187

 


 

Криппс опять заявил, что при внесении в ноту поправок, возможно, возникнут трудности, так как заявление составлено в общей форме и его нужно будет отнести к какому-то отдельному конкретному случаю. Внесение каких-либо изменений в текст может быть истолковано в том смысле, что позиция английского правительства не является незыблемой. Криппс считает, что заявление не должно ограничивать общего заявления, выражающего позицию английского правительства в общей форме.

Тов. Молотов еще раз указал, что в настоящий момент вопрос идет о советско-польских отношениях. Зачем же к одному конкретному вопросу прибавлять совершенно новый вопрос? Зачем к конкретному вопросу о Польше примешивать другой вопрос, касающийся территориальных изменений в Европе вообще? При обсуждении советско-польских отношений этот вопрос не поднимался, и в настоящий момент советское правительство предлагает не усложнять дело и не ставить новых вопросов.

Криппс опять заявил, что он боится, что могут возникнуть недоразумения в будущем, когда встанет вопрос об общей позиции английского правительства по отношению территориальных изменений в Европе.

На это т. Молотов заявил, что он не знает, насколько необходимо вручение ноты Сикорскому, но если английское правительство считает эту процедуру необходимой, то советское правительство просит соответственно изменить концовку ноты.

Криппс заявил, что он согласен с заявлением Молотова, и обещал посоветовать своему правительству изменить концовку ноты. Криппс, однако, добавил, что, несмотря на эту поправку, общий принцип английского правительства в отношении непризнания территориальных изменений Европы с августа 1939 г. остается прежним и эта позиция английского правительства не ограничивается только вопросом территориальных изменений Польши.

Тов. Молотов заявил, что последнее замечание Криппса он доведет до сведения советского правительства.

На беседе присутствовал третий секретарь посольства Денлоп.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф. 06, оп. 3, п. I, д. 6, л. 83-86.

 

 

131. ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИНИСТЕРСТВУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЯПОНИИ*

27 июля 1941 г.

В связи с сообщением Министерства иностранных дел, переданным посольству СССР господином Охаси, вице-министром иностранных дел, 18 июля, посольство Союза ССР в Токио по поручению Народного комиссариата иностранных дел имеет честь сообщить Министерству иностранных дел следующее:

_____________
* Вручена послом СССР в Японии К.А.Сметаниным японскому министру иностранных дел Тойоде.

 

188

 


 

1. Причины, вызвавшие объявление нескольких зон в дальневосточных водах СССР опасными для плавания, объясняются вероятностью неожиданного нападения германских надводных кораблей-рейдеров и подводных лодок на советское побережье.

Советское морское командование располагает сведениями, что после начала военных действий Германии против СССР у берегов Камчатки неоднократно появлялись затемненные военные корабли, а также подводные лодки, которые заходили даже в территориальные воды СССР.

Само собой разумеется, что появление неизвестных надводных кораблей и подводных лодок с потушенными огнями в водах, находящихся в непосредственной близости от советских берегов и даже заходящих в советские территориальные воды, может быть объяснено только тем, что эти суда принадлежат стране, находящейся во враждебных отношениях с СССР, а именно Германии, о чем и свидетельствуют имеющиеся в распоряжении советского правительства данные. Известно, что еще задолго до войны между СССР и Германией отмечались действия германских рейдеров в Индийском океане и даже в водах, расположенных еще дальше на восток. Никто не может гарантировать, и в том числе не может гарантировать японское правительство, что германские рейдеры и подводные лодки не совершат нападения на советское побережье на Дальнем Востоке.

Учитывая вероятность внезапного нападения германских рейдеров и подводных лодок на важнейшие пункты дальневосточного побережья СССР, и в целях предупреждения этого и ограждения себя от последствия проникновения такого рода судов противника в указанные пункты, советское Военно-морское командование сочло необходимым безотлагательно предпринять меры, о которых Народный комиссариат иностранных дел имел честь сообщить японскому посольству 12 июля с.г.

2. Что же касается замечания Министерства иностранных дел Японии, что путь, установленный для прохода судов во Владивосток, узок, то на сей счет на основании справок, наведенных у Военно-морского командования СССР, посольство может сообщить Министерству иностранных дел Японии, что в районе Владивостока для плавания иностранных судов, в том числе японских, оставлен достаточно широкий и безопасный проход. Если же у японских капитанов судов имеются какие-либо опасения относительно безопасности плавания этим проходом, то они могут заблаговременно по радио извещать начальника Владивостокского порта о времени подхода к установленной точке, после чего советское Военно-морское командование будет посылать в данную точку к заявленному времени прихода японского судна специальные корабли для встречи и проводки прибывшего судна в порт.

3. В связи с тем что Министерство иностранных дел в своем сообщении от 18 июля с.г. высказало опасение по поводу того, что объявление опасных зон создает большие препятствия японским рыбопромысловым судам, посольство считает нужным разъяснить Министерству иностранных дел, что объявленные опасные зоны преследуют исключительно оборонительные цели и расположены в непосредственной близости от советских берегов. Кроме того, при установлении этих зон также учтены интересы японских рыбопромышленников, пользующихся правами рыболовства в советских водах Дальнего Востока на основании рыболовной конвенции, ввиду чего ни один из районов японского рыболовства на советском побережье не включен в опасную зону.

 

189

 


 

Ввиду вышеизложенного советское правительство надеется, что все опасения японского правительства в связи с объявлением опасных для мореплавания зон в некоторых районах дальневосточного побережья СССР рассеются и это мероприятие советского Морского командования будет понято японским правительством в правильном смысле.

АВП РФ. ф. 0146. оп. 24. п. 224. д. 11. л. 30-32.

 

 

132. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

28 июля 1941 г.
Секретно

Прибыв в сопровождении третьего секретаря посольства Денлопа, Криппс вручил т. Молотову для передачи т. Сталину послание Черчилля*. Криппс отметил, что главной частью послания он считает вопрос о прибытии Гопкинса в СССР.

Тов. Молотов заявил, что он не сомневается в том, что советское правительство будет всячески приветствовать приезд Гопкинса в Советский Союз.

Криппс, со своей стороны, добавил, что, согласно полученным им сведениям, Гопкинс прилетит в Архангельск на гидросамолете в сопровождении генерала и полковника.

Тов. Молотов принял заявление Криппса к сведению.

Далее Криппс просил т. Молотова по возможности скорее дать ответ на 1-й параграф послания Черчилля по вопросу о каучуке. Согласно сведениям, имеющимся в распоряжении Криппса, британское правительство готово послать каучук в Советский Союз, и в настоящий момент возникает только вопрос о сорте этого каучука и о пункте, куда этот каучук должен быть доставлен. Будет ли для советского правительства более удобной доставка каучука из Англии в Архангельск или, может быть, будет более удобным перевозить каучук из Малайи во Владивостокский порт.

Тов. Молотов заявил, что он посоветуется с т. Микояном и постарается дать ответ как можно скорее.

Криппс просил, чтобы т. Микоян информировал Майского о преимуществах того или другого транспортного пути.

Тов. Молотов обещал выполнить просьбу посла в тот же день.

Далее Криппс вручил клерную телеграмму с речью Идена, произнесенной последним в палате общин в связи с позицией Японии в отношении Индокитая.

Тов. Молотов поблагодарил Криппса и обещал вернуть телеграмму после того, как он с ней ознакомится.

Далее Криппс спросил, решен ли вопрос об Афганистане.

Тов. Молотов ответил, что этот вопрос будет решен в ближайшее время.

_____________
* См. Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. 1. — С. 23

 

190

 


 

Криппс также поставил вопрос о консульствах и спросил, имеется ли уже решение в связи с его предложением об организации английских консульств во Владивостоке и Баку и советского консульства в Малайе.

Тов. Молотов ответил, что нового решения советского правительства по этому вопросу не было. Прежнее решение советского правительства, о котором т. Молотов информировал Криппса, не предусматривает расширения иноконсульской сети после начала войны с Германией.

Криппс заявил, что в разговоре с т. Микояном последний высказался положительно по вопросу об открытии советского консульства в Малайе. Англопра считало бы открытие английских консульств во Владивостоке и Баку взаимной учтивостью в ответ на открытие советского консульства в Малайе. Это, по мнению Криппса, разрешило бы проблемы, возникшие в связи с секретной информацией о передвижении пароходов с грузами. В настоящий момент советские власти информируются английскими властями через советское посольство в Лондоне, что представляет собой большие сложности.

Тов. Молотов заявил, что ведь Малайя, собственно, не является английской территорией, на что Криппс в шутливом тоне ответил, что Малайя все-таки является территорией Англии и что он вообще бы не протестовал, если бы советское правительство пожелало открыть консульство в самой Англии.

В заключение беседы т. Молотов заявил, что в польском вопросе в настоящий момент неожиданно возникли задержки в связи с тем, что переговоры велись в двух местах — Москве и Лондоне. В результате этого в настоящий момент имеются два различных текста: один — согласованный в Лондоне, другой — согласованный в Москве. В Лондоне уже договорились о подписании соглашения в 3 час. дня 28 июля. Для того чтобы не задерживать вопроса с подписанием соглашения, советское правительство предлагает немедленно принять текст, согласованный в Лондоне, составленный на русском и польском языках.

Что же касается вопроса об амнистии польским гражданам, заявил т. Молотов, а также вопроса о представителе польской армии в советском Генеральном штабе, то эти устные заверения т. Сталина остаются в силе.

Криппс согласился с предложением т. Молотова и заявил, что он немедленно информирует свое правительство. Он просил также, чтобы т. Молотов одновременно информировал по этому же вопросу и Майского. Криппс добавил, что поскольку советское правительство оставило в силе два упомянутых условия — о пленных польских гражданах и о представителе польской армии в советском Генеральном штабе, то он со своей стороны постарается уговорить англопра внести в ноту Идена Сикорскому изменения, предложенные советским правительством.

Тов. Молотов сообщил Криппсу, что по этому вопросу уже достигнуто соглашение в Лондоне, о чем Майский уже информировал советское правительство.

 

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. Об, оп. 3. п. 1, д. 6, л. 87-90.

191

 


 

 

 

133. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

29 июля 1941 г.

29 июля впервые я был у военного министра Стимсона. Это был первый контакт с советским человеком Стимсона, проводившего в бытность госсекретарем при Гувере политику «непризнания» СССР. Встреча была по моей инициативе в порядке расширения контактов с членами кабинета, особенно с теми, которые были названы мне Гопкинсом как важнейшие при проталкивании наших заказов. Однако надо прямо сказать, что встреча выявила то враждебное отношение к нам военного министра и его аппарата, которое мы чувствуем буквально с первого дня войны. Встреча была обусловлена еще до того, как я узнал о времени приезда Голикова, после прибытия которого я дал понять Стимсону, что хотел бы включить беседу Голикова. Однако от имени Стимсона со всякими нелепыми формалистическими ссылками на процедуру приема иностранных генералов военным министром было сообщено, что он примет меня одного. После общего разговора о ходе военных действий и общих комплиментов Стимсона по адресу наших Вооруженных Сил Стимсон сделал следующее заявление: «Вы хотите, чтобы США вам помогали. Мы сделаем все, что можем. Однако эта помощь осуществима в значительной степени лишь за счет вооружения, необходимого нам самим для нашей отставшей армии. Мы не можем пойти на подобные меры, работая вслепую. Эти меры мы должны будем показать перед конгрессом, где с меня спросят за каждый отданный самолет и орудие. Мы должны знать точно и видеть своими глазами, как используется наше вооружение. Вы же нам завязываете глаза: наш военный атташе не допущен на театр военных действий — это беспрецедентно в военной истории. Страна, оказывающая помощь, всегда допускается к действительному изучению обстановки. Пока вы не снимете повязки с моих глаз и не позволите нам посмотреть события на месте американскими глазами, колеблюсь принять решение по некоторым частям находящейся у меня на рассмотрении советской заявки. С англичанами подобных недоразумений у нас никогда не было, мы имеем на всех их фронтах десятки наблюдателей, включая участвующих в воздушных операциях. В результате этого дружественного контакта и докладов наших людей из районов военных действий мы иногда даже повышали по своей инициативе намеченные заявки англичан. Мне известно по моему участию в мировой войне, как прекрасно была принята американская военная миссия в ставке генерала Брусилова летом 1917 г., и не мыслю себе помощи без этого рода отношений между штабами и армиями обеих стран. Тот, у кого просят поступиться собственными ресурсами для помощи другой стране, имеет по меньшей мере право участвовать в определении нужд этой страны и знать, как она использует эту помощь». На эту тираду Стимсона, высокомерную, враждебную по существу и очень характерную для все время бьющей нам в нос тенденции некоторых американских кругов использовать еще не предоставленную нам помощь для проникновения в наши дела, не доверять тому, как мы определяем наши нужды, и сомневаться, сможем ли использовать американское вооружение, я ответил, что на основании сказанного мне президентом Соединенных Штатов я не сомневаюсь, что помощь, предложенная нам Соединенными Штатами, не обставлена никакими условиями, а вытекает из понимания правительством

 

192

 


 

США исторического значения нашей борьбы для судеб всех стран, европейских и внеевропейских, которым угрожает гитлеровская агрессия, и из понимания того, что гитлеризм сосредоточил против нас 95% всех своих сил и ресурсов. Мне остается надеяться, что все американские деятели будут соблюдать должную пропорцию между историческим размахом развернувшихся событий и второстепенными техническими вопросами и не будут обусловливать решение первостепенных дел относительно мелкими вопросами. После этого я разъяснил Стимсону, что Итону уже оказывается возможное содействие, а что касается допуска на фронт, то это не практикуется и в отношении английской военной миссии, представляющей страну, с которой поддерживаем фактически союзные отношения. Стимсон снова повторил свою точку зрения, я ответил ему тем же. В итоге беседы Стимсон явно начал ощущать неловкость от собственной бестактности, заявил по своей инициативе, что рад будет принять Голикова и Репина. (Сегодня же адъютант Стимсона назначил им встречу на 31 июля.) При беседе со Стимсоном присутствовали заместитель военного министра Макклой и представитель ОВС майор Хиггинс, продолжавшие разговор со мной после беседы со Стимсоном. Они развивали все тот же тезис, явно исходящий из наиболее враждебных нам реакционных кругов командования и разведки, от которых Гопкинс в своей беседе со мной слишком легко отмахнулся как от якобы «не имеющих влияния». Макклой и Хиггинс заявили, что вопрос о режиме для Итона, о «невозможности определить советские нужды» является-де чуть ли не основным препятствием для ускорения помощи и что об этом мне должно быть известно из бесед с Уэллесом за последний месяц и из бесед военного министерства с полковником Сараевым за тот же период. Подтвердил им, что наши военные органы всемерно идут навстречу Итону, что же касается определения наших нужд, это надо предоставить целиком нашему правительству и командованию. Армия, умеющая драться с мощным врагом так, как дерется русская армия, сумеет сама определить свои нужды и эффективно применить оружие, свое и чужое. После этого Макклой и Хиггинс начали разговор о том, что не известно, как доставлять самолеты в СССР, что они смогут быть использованы скорее и эффективнее в руках англичан, что доставка своим лётом через Сибирь маловероятна и так далее. Я ответил, что напрасно посольство и наша военная миссия не привлекаются к деловому обсуждению этого вполне разрешимого вопроса. Напомнил своим собеседникам английскую поговорку «Где есть воля, найдутся и пути».

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 346. д. 2364. л. 213-217.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Г. У. — С. 77-79.

 

 

134. ПИСЬМО ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВУ

29 июля 1941 г. Сов.
Секретно

Отношение общественных кругов Китая к отечественной войне Советского Союза характеризуется следующими моментами:

 

193

 


 

Внешне, через прессу, правительственные, военные и культурные круги высказывают сочувствие Советскому Союзу, подвергшемуся нападению со стороны гитлеровской Германии. Наиболее дружественную позицию к СССР, не считая «Синьхуажибао», занимает газета «Чжунянжибао» (орган ЦИК ГМД), отображающая взгляды среднего чиновничества и гоминьдановского актива. Газета издается под руководством министра пропаганды ЦИК ГМД Ван Шицзе — основного проводника английских интересов в Китае.

Наряду с высказыванием дружественных чувств к СССР часть китайских газет, и в частности «Дагунбао» (орган Чан Кайши) и «Саоданбао» (орган Хэ Инцина), навязчиво стараются доказать всей китайской общественности, что нападение Японии на СССР неизбежно, что Японии нечего ждать, так как более благоприятного случая для этого ей, пожалуй, не дождаться. Таким образом, даже на страницах газет китайцы, правда осторожно, но пытались все же высказать свои надежды и чаяния быть свидетелями военных действий на советских дальневосточных границах.

Второй особенностью в поведении китайской прессы является то, что все без исключения газеты кричат о необходимости создания блока демократических стран в лице США, Англии, СССР и Китая. Основное место в этом блоке отводится США.

Блок должен быть создан для совместных усилий по уничтожению в первую очередь Японии, так как по мнению китайских газет, расправившись на востоке с японцами. Советский Союз будет иметь свободные руки для борьбы с гитлеровской Германией.

Действительное отношение Чан Кайши и реакционной части китайского правительства в лице Хэ Инцина, Чжан Цзяао, Чжан Цюня и других к германо-советской войне таково, что они целиком и полностью приветствуют ее. Эту войну с нетерпением выжидал Чан Кайши, по расчетам которого за германским выступлением против СССР последует японское. Это, в свою очередь, должно повлечь за собой общее ослабление СССР и Японии, отсюда неизбежен вывод японских войск из Китая и в перспективе, по плану Чан Кайши, почетный для Китая мир при участии США, которые должны будут выйти общим победителем из этой мировой войны. Выступление Японии против СССР также, по плану Чан Кайши, будет способствовать разрешению и внутреннего вопроса в Китае — «коммунистической» проблемы. Ибо, как заявляют гоминьдановцы, войска КПК обязаны защищать свое «пролетарское государство», то есть СССР.

С этой целью, развивая боевые действия в северном направлении, КПК вынуждена будет покинуть занимаемый ею пограничный район Шэньси, Ганьсу, Нинся и уйти в Маньчжурию.

Борьба СССР против фашистских захватчиков также расценивается этой же реакционной частью правительства как положительный фактор для Китая и потому, что он позволяет, наконец, разрешить Китаю в свою пользу так называемый синьцзянский вопрос и проблему Внешней Монголии. Об этом на одном из заседаний правительства (в конце июня) министр коммуникации Чжан Цзяао (прояпонец, один из активных и влиятельных лиц из группы «Политические науки») откровенно заявил следующее: «Наконец настало время, когда мы можем разрешить вопросы с Синьцзяном, МНР и 18-й армейской группой».

К характеристике поведения самого Чан Кайши следует отметить, что на заседании узкого круга военных руководителей 23/VII с.г. он прямо заявил,

 

194

 


 

что Япония выступит против СССР в течение ближайшего месяца. Это обстоятельство расценивается им как весьма выгодное для Китая по следующим соображениям:

1) Япония ставит себя под угрозу разгрома.

2) Части 18-й А.Г.* должны будут выступить на север для защиты «пролетарского государства».

3) Япония не сумеет продолжать наступление против Китая.

4) Китайская армия может успешно продвигаться вперед, ничего при этом не теряя.

5) В данное время самый подходящий момент для вытеснения всех частей 18-й А.Г. на северный берег Хуанхэ.

Из этого заявления Чан Кайши видно, что он считает:

1) Нападение Японии на СССР неизбежным.

2) Следствием этого нападения будет общее ослабление Японии, в силу чего последняя вынуждена будет выводить свои войска из Китая, что выгодно для Китая. В то же время Чан Кайши не думает использовать эту выгодную (если таковая будет) для него обстановку организацией всеобщего контрнаступления. Из его заявления — Китай может успешно продвигаться вперед, ничего при этом не теряя — можно сделать вывод, что Чан Кайши будет отсиживаться, выжидая выхода японских войск из отдельных пунктов Китая, которые он будет занимать по мере оставления их японцами.

3) Необходимо использовать этот фактор для разрешения «коммунистической» проблемы.

Для более полной характеристики «стиля» работы Чан Кайши также небезынтересно привести и такой факт.

С момента нападения Германии на СССР Чан Кайши стал подсылать своих людей сначала к т. Чуйкову, а затем и ко мне с предложениями о заключении военного союза между СССР и Китаем. Догадываясь, в чем тут дело, мы сразу же предупредили т. Чуйкова об осторожном поведении с китайцами, так как их предложение носит провокационный характер. Наши предположения в этом вопросе полностью подтверждены Вашим телеграфным указанием от 7/VII с.г. Несмотря на то что китайцы уже знали наше мнение, высказанное нами в беседах с Фэн Юйсяном, Чжан Цзяао, Бай Чунси, Го Тайци и другими, все же они еще раз поставили этот вопрос перед т. Чуйковым, а для того, чтобы придать особую конфиденциальность этому вопросу, с известными целями предупредили т.Чуйкова о том, чтобы он не сообщал об этом мне, а донес бы только в Москву.

Кстати, об этом «предупреждении» китайцев т. Чуйков сообщил мне только после получения им указания т. Голикова от 6 июля (в копии и для меня) об оценке этого вопроса Генштабом.

Также, видимо не без прямого указания Чан Кайши, в беседе от 4/VII Фэн Юйсян заявил мне, чтобы я торопился с заключением военного союза с Китаем, в противном случае эту инициативу возьмет на себя т. Чуйков.

Нужно прямо сказать, что Чан Кайши усердно через своих приближенных пытался уговорить и добиться от каждого из нас в отдельности положительного мнения по вопросу немедленного заключения военного союза СССР с Китаем, но эта провокация ему не удалась.

_____________
* Армейская группировка.

 

195

 


 

Характеризуя отношение к СССР остальных общественных кругов, необходимо отметить, что финансовая группа (Кун Сянси) занимает «наблюдательную» позицию. Кун прямо заявляет: «Посмотрим, как будет драться СССР». Эта группа не высказывает ни сочувствия, ни отрицательного отношения к СССР.

Большая часть китайского генералитета злорадствует по поводу этой войны, отпуская злые и ехидные реплики по адресу СССР в роде того, что «настало время, когда Советский Союз должен рассчитаться за свою «мирную» политику. Немцы, пожалуй, сумеют отплатить русским и за те обиды, которые они нанесли Китаю заключением с Японией пакта о нейтралитете».

Остальной офицерский состав и солдаты относятся в основном к Советскому Союзу с известной надеждой как на спасителя, лелея мечту, что теперь Дальневосточная армия СССР разобьет японские сухопутные войска, а советский воздушный флот сожжет Токио и другие японские города.

Прогрессивная часть интеллигенции относится к СССР с глубоким чувством уважения и надежд на победу советского народа. Небольшая часть интеллигенции, главным образом получившая образование в Германии, активизировала антисоветскую деятельность, особенно среди студенческой молодежи университетов юго-запада.

ВЫВОД:

1) Тон китайской прессы к Советскому Союзу в основном дружественный.

2) Китайские газеты особенно активно обсуждают необходимость создания блока демократических стран для борьбы против Японии.

3) Все китайские газеты навязчиво и подчеркнуто крикливо доказывают неизбежность выступления Японии против СССР.

4) Поведение Чан Кайши и реакционной военной группы во главе с Хэ Инцином прямо провокационное. Эта группа старается спровоцировать нападение Японии на СССР, добиваясь заключения «секретного» военного союза с Советским Союзом.

5) Широкие трудящиеся массы и основная часть интеллигенции Китая смотрят на СССР с надеждой, что Красная Армия поможет Китаю расправиться с Японией.

О взаимоотношениях Гоминьдана с КПК.

Внезапная вспышка с опубликованием в печати 18/VII о новых «коварных» действиях коммунистических войск на севере Китая была инспирирована Хэ Инцином. С этой целью Хэ Инцин использовал старую, полуторамесячной давности переписку между оперативным управлением военного комитета в Чунцине и Чжу Дэ по поводу якобы имевшего место случая нападения одного из полков 18-й армейской группы на воинские части центрального правительства в районе Чжунтяошань (южная часть провинции Шаньси). Отвечая на запрос оперативного управления, Чжу Дэ сообщал генералу Лю Вейчжану (нач. оперативного управления), что никаких нападений коммунистических войск на правительственные войска в провинции Шаньси не было, наоборот, правительственные войска в провинции Шаньдун и Хэбэи провоцировали партизанские части, подчиненные 18-й армейской группе, на вооруженные столкновения. Тогда же Чжу Дэ сообщал о том, что им даны указания соответствующим командирам 18-й армейской группы о мирном разрешении местных конфликтов и просил Лю Вейчжана принять такие же меры к правительственным войскам.

 

196

 


 

Эта переписка имела место в первой половине июля, и все полагали, что вопрос этим исчерпан.

Однако Хэ Инцин, посчитав 18 июля наиболее подходящим днем для очередного выпада против КПК, вытащил из своего архива эту старую переписку, извратил ее существо, представив дело таким образом, что КПК опять бунтует и разрушает единый антияпонский фронт Китая.

Причины и цели, побудившие Хэ Инцина к очередному выпаду против КПК, по нашему мнению, следующие:

1) К 18 июля Чан Кайши, а стало быть, и Хэ Инцину уже было известно о японских условиях, переданных ими через Ван Кэмина и привезенных в Чунцин Лю Цинлеем 19 июля (условия Вам сообщены телеграфно). Опубликование антикоммунистического материала, рассчитанного на обострение взаимоотношений между КПК и Гоминьданом, преследовало цель показать японцам, что они могут более смело и решительно действовать по выводу своих войск из Китая и переброске их в Маньчжурию против СССР потому, что в тылу Китая опять начинается внутренняя борьба, которая не позволит китайскому командованию организовать серьезное контрнаступление против них.

Таким образом, этот очередной выпад Хэ Инцина поощрял японцев на активизацию антисоветских мероприятий и был рассчитан на усиление антисоветских настроений, особенно среди сухопутной военно-реваншистской группы. Следует также учесть, что Коноэ в это время формировал свой 3-й кабинет, состав которого был опубликован 19/VII с.г.

2) 19 июля в Чунцин прибывал политический советник Чан Кайши американец Латимор. Перед отъездом из США Латимор опубликовал ряд статей, в которых он организатором расправы с Новой 4-й армией назвал Гоминьдан, а Хэ Инцина сравнил с Ван Цзинвеем.

Для того чтобы доказать Латимору необоснованность его выводов и выставить коммунистов как разрушителей единого фронта, а также с целью создания определенных трудностей Латимору в его работе на посту политического советника как сторонника единого фронта Хэ Инцин и опубликовал эту фальшивку о нападении частей 18-й армейской группы на правительственные войска.

3) Хэ Инцин и его окружение ждут не дождутся сообщений о победах гитлеровской армии и захвате ею Москвы. Как известно, на протяжении 15, 16 и 17 июля немцы усиленно кричали о захвате ими Смоленска и прорыве оборонительной линии во многих направлениях. Между прочим, в сводке СИБ* от 17/VII впервые упоминается смоленское направление. Известные успехи в продвижении германской армии также окрыляли эту профашистскую группу усилить антикоммунистические действия.

С 25 июля китайские газеты по этому вопросу уже не помещают ни слова. Приказание о прекращении антикоммунистической пропаганды было отдано лично Чан Кайши, который на совещании узкого круга 23/VII заявил: «Нам не следует шуметь вокруг взаимоотношений ГМД и КПК».

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ, ф. 06, оп. 3. п. 17, д. 214, л. 80-88.

_____________
* СИБ — Сибирское информационное бюро.

 

197

 


 

 

 

135. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА С ЛИЧНЫМ ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ ПРЕЗИДЕНТА США Г.ГОПКИНСОМ[16]

30 июля 1941 г.

Гопкинса, прибывшего в сопровождении Штейнгардта и 3-го секретаря американского посольства Рейнхардта, Сталин принял в присутствии Молотова.

После взаимного обмена приветствиями Гопкинс заявил, что Рузвельт просил его приехать из Лондона в СССР, чтобы информировать Сталина и Молотова о позиции президента в связи с создавшейся в Европе обстановкой. Гопкинс пояснил, что он не является дипломатическим представителем или представителем какого-либо правительственного учреждения, а является личным другом Рузвельта, с которым он работает и проживает. Таким образом, визит Гопкинса в СССР не является каким-то специальным визитом правительственного характера, а является визитом по просьбе частного лица. Рузвельт просил Гопкинса передать Сталину и Молотову, что он восхищен борьбой Советского Союза и успехами его армии. Рузвельт уверен в победе Советского Союза и готов сделать все, чтобы оказать СССР всяческую помощь. Гопкинс пояснил, что он является лицом, которое уполномочено президентом регулировать и решать все вопросы, связанные со сдачей Соединенными Штатами взаймы или в аренду вооружения.

Далее Гопкинс заявил, что он хотел бы проинформировать Сталина и Молотова, с тем чтобы они знали точку зрения Рузвельта на современные события.

Во-первых, Рузвельт считает Гитлера врагом всего мира; во-вторых, Рузвельт в вопросе о предоставлении СССР всяческой помощи сдержит свое слово и готов немедленно предоставить СССР всяческую помощь без каких-либо оговорок. Все, что США могут предоставить в помощь СССР, не является вопросом дипломатической дискуссии. Когда США продают вооружение, то они не определяют этот деловой вопрос какими-либо соглашениями. Однако эта немедленная помощь СССР, по мнению Гопкинса, разделяется на две части: на помощь, которую США смогут оказать уже в течение ближайших двух недель, и на помощь вооружением, которую США будут оказывать СССР в течение всей войны, до полной победы над Гитлером. Гопкинс заверил Сталина, что Рузвельт выполнит свое обещание.

Поскольку, заявил Гопкинс, он в ближайшее время собирается ехать обратно в Вашингтон, а также поскольку он в Лондоне встретится с Черчиллем, то он хотел бы как можно подробнее и быстрее обсудить и рассмотреть вопросы помощи, требующие немедленного решения, а также вопросы помощи, требующие более продолжительного периода времени. Если Сталин пожелает, то Гопкинс может вести детальные переговоры с другими представителями советского правительства. Гопкинс еще раз заявил, что он искренне желает победы Советского Союза над Гитлером и что СССР будет оказана всяческая помощь в той борьбе, которую он ведет.

Сталин заявил, что у советского правительства точка зрения на группу Гитлера та же, что и у Рузвельта. Точки зрения президента и советского правительства, очевидно, совпадают. Советское правительство считает группу Гитлера антисоциальным явлением. Существование этой группы в такой большой стране, как Германия, делает невозможным тесное сосуществование соседних

 

198

 


 

государств. Гитлер и окружающие его лица готовы сегодня подписать один договор, завтра его нарушить, потом подписать другой договор и опять его нарушить. Если бы такая группировка оказалась у власти в ряде государств, то стало бы невозможным сотрудничество и кооперирование государств в соответствии с установленными законами. Группировка Гитлера, как антисоциальный элемент, должна быть уничтожена. Это, заявил Сталин, является точкой зрения советского правительства.

Далее Сталин добавил, что, как бы ни были отличны один от другого режимы соседних государств, эти государства все же должны жить одно возле другого и сотрудничать в хозяйственной и других областях. Для того чтобы при разности режимов можно было осуществить сотрудничество между соседними странами, необходим минимум морали, необходимо соблюдать святость подписанных между государствами договоров, регулирующих их отношения, на чем основаны их сотрудничество и их сосуществование. Без этих условий сосуществование государств немыслимо. Характерной же чертой Гитлера является отсутствие этого минимума морали, отсутствие минимума джентльменства. Ввиду всего этого группировка Гитлера должна быть лишена власти и уничтожена.

Перейдя к вопросу о помощи, Сталин заявил, что он понимает, что, говоря о помощи СССР, Рузвельт намерен оказывать эту помощь не в силу какого-либо соглашения, а на основе закона сдачи взаймы или в аренду вооружения всем государствам, ведущим войну с Гитлером. Далее Сталин указал на основные типы вооружения, необходимые Советскому Союзу в первую очередь. К ним Сталин отнес зенитки калибра от 20 до 37 мм, дающие от 120 до 180 выстрелов в минуту, крупнокалиберные пулеметы 12,1-мм калибра, винтовки калибра 7,62 мм и алюминий.

При обсуждении деталей вопроса о поставках указанного Сталиным вооружения Гопкинс заявил, что в настоящий момент миноносцы США эскортируют корабли до Исландии и что в сотрудничестве с советским Военно-Морским флотом корабли могли бы эскортироваться и охраняться на их пути вплоть до самого Архангельска. Гопкинс заявил, что обе стороны совместно могут разработать схему конвоя для обеспечения безопасности перевозок вооружения по пути из США в Архангельск.

Сталин заявил, что Советский Союз весьма приветствовал бы такое разрешение проблемы транспортировки вооружения из США в Советский Союз. Перевозка товаров через Владивосток отнимает очень много времени, а Трансиранская дорога обладает малой пропускной способностью и не может удовлетворить потребности Советского Союза. Кроме того, не известно, как еще иранцы отнесутся к транспортировке через их территорию вооружения.

Гопкинс согласился с замечаниями Сталина и заявил, что он немедленно доложит Рузвельту об их беседе.

При обсуждении вопроса о поставках в Советский Союз самолетов Сталин пояснил Гопкинсу, что советское правительство желало бы получить из Америки истребители, а также бомбардировщики среднего радиуса действия порядка 600-1100 км. Сталин вкратце сообщил данные о самолетах, производимых в Советском Союзе, и о самолетах, используемых немцами в войне против СССР.

Гопкинс заявил, что вместе с ним приехал авиационный эксперт по американским самолетам Макнарни, который мог бы рассмотреть детально вопрос о поставках в СССР истребителей и бомбардировщиков.

 

199

 


 

В заключение беседы Гопкинс заявил, что если Сталин пожелает, то он может встретиться с кем-либо еще из представителей советского правительства для детального обсуждения поставок различного рода товаров и вооружения.

Приняв к сведению предложение Гопкинса, Сталин заявил, что он будет находиться в распоряжении Гопкинса ежедневно с 6 до 7 час. вечера.

В заключение Сталин выразил благодарность за то отношение, которое Рузвельт проявляет к Советскому Союзу, и за ту помощь, которую президент обещал оказать СССР в его борьбе против Германии.

Сталин обещал в тот же день вечером познакомить Гопкинса с представителем военных кругов, с которым он мог бы обсудить детали поставок необходимого Советскому Союзу вооружения.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 21. д. 288. л. 5-9.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 80-82.

 

 

136. СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ СССР И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ ПОЛЬСКОЙ РЕСПУБЛИКИ О ВОССТАНОВЛЕНИИ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ И О СОЗДАНИИ ПОЛЬСКОЙ АРМИИ НА ТЕРРИТОРИИ СССР

30 июля 1941 г.

1. Правительство СССР признает советско-германские договоры 1939 года касательно территориальных перемен в Польше утратившими силу. Польское правительство заявляет, что Польша не связана никаким соглашением с какой-либо третьей стороной, направленным против Советского Союза.

2. Дипломатические сношения будут восстановлены между обоими правительствами по подписании настоящего соглашения, и будет произведен немедленный обмен послами.

3. Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу всякого рода помощь и поддержку в настоящей войне против гитлеровской Германии.

4. Правительство СССР выражает свое согласие на создание на территории СССР польской армии под командованием, назначенным польским правительством с согласия Советского правительства. Польская армия на территории СССР будет действовать в оперативном отношении под руководством Верховного командования СССР, в составе которого будет состоять представитель польской армии. Все детали относительно организации командования и применения этой силы будут разрешены последующим соглашением.

5. Настоящее соглашение* вступает в силу немедленно с момента его подписания и ратификации не подлежит. Настоящее соглашение составлено в 2 экземплярах, каждый из них на польском и русском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

К соглашению приложен протокол следующего содержания:

_____________
* «Правда» от 31 июля 1941 г. перед текстом самого соглашения опубликовала следующее сообщение: «30 июля 1941 г. в Лондоне было подписано соглашение между правительством СССР и польским правительством. От имени СССР соглашение подписал чрезвычайный и полномочный посол в Великобритании т. Майский, а от имени польского правительства — премьер-министр г.Сикорский».

 

200

 


 

«Советское правительство предоставляет амнистию всем польским гражданам, содержащимся ныне в заключении на советской территории в качестве ли военнопленных или на других достаточных основаниях, со времени восстановления дипломатических сношений».

Лондон, 30 июля 1941 г.

АВП РФ, Ф. За — Польша, кор. 19, д. 194.

Опубл.: Документы и материалы по истории советско-польских отношений. М.. 1973. — Т. VII. — С. 208 (далее — Советско-польские отношения...).

 

 

137. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По телеграфу

30 июля 1941 г.

Источники Инвест и Интари сказали, что в порядке новой мобилизации в Японии будет призвано более чем 200 ООО чел. Таким образом, к середине августа месяца в Японии будет под ружьем около 2 млн. чел. Начиная со второй половины августа Япония может начать войну, но только в том случае, если Красная Армия фактически потерпит поражение от немцев, в результате чего оборонительная способность на Дальнем Востоке будет ослаблена. Такова точка зрения группировки Коноэ, но как долго намерен выжидать японский генштаб, это трудно сейчас сказать.

Источник Инвест убежден, что, если Красная Армия остановит немцев перед Москвой, в этом случае японцы не выступят.

Инсон

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 3. л. 720.

 

 

138. ИЗ ДНЕВНИКА ПОСЛАННИКА СССР В ВЕНГРИИ Н.И. ШАРОНОВА

30 июля 1941 г.
Секретно

23 июня в 10 час. вечера был приглашен к вице-министру иностранных дел Ворнле. Приехал к нему с первым секретарем т. Шкляренко.

Ворнле прочел ноту (см. приложение)* о решении венгерского правительства разорвать дипломатические отношения между СССР и Венгрией «ввиду состояния войны между СССР и Германией» и передал ее мне. Я спросил Ворнле: «А объявление войны?». Он ответил: «Нет, нет, никакого объявления войны. Это только то же, что вы сделали в 1939 году». Я ответил, что обстановка в начале 1939 года была совершенно другая, и спросил, сделал ли

_____________
* См. док. 23, прим. 4.

 

201

 


 

Криштоффи подобное заявление в Москве. Ворнле ответил, что, очевидно, Криштоффи это сделал, но подтверждения от него МИД не имеет. Затем Ворнле попросил послать телеграмму в НКИД относительно обмена миссиями и обещал организовать ее отправку из Венгрии через Анкару.

В этот день с утра у здания миссии дежурил уже усиленный наряд детективов и полиции при нескольких автомобилях, сопровождавших выходивших и выезжавших работников миссии и членов семей. 22 и 23 июня были уничтожены все документы до чистых бланков миссии включительно. В здании миссии было введено усиленное дежурство. Работники ТАСС и военного атташата, так же как сотрудники миссии, проживавшие на частных квартирах, были переселены в здание миссии.

Вся венгерская печать, особенно фашистская и газета Бетлена, начала бешеную кампанию против СССР, причем обычное название нашей страны «Россия» было заменено на «Советы».

Население Будапешта при встречах и разговорах с сотрудниками миссии высказывало симпатии Советскому Союзу, возмущалось фашистским нападением и говорило о голоде и разорении Венгрии «под сапогом» Гитлера.

27 июня я и т. Шкляренко были приглашены в 12 час. дня к Ворнле, который заявил, что «ввиду ничем не вызванного нападения советской авиации на г. Кошицу Венгрия считает, что СССР и Венгрия находятся в состоянии войны».

Я заявил, что никакие советские самолеты не могли бомбардировать венгерский город. «А чьи?» — спросил Ворнле. Я ответил, что ему, как вице-министру иностранных дел, это должно быть лучше известно, чем мне, тем более что в газетах было сообщено, что самолеты были «замаскированные», а исследовать осколки бомб — дело венгерского правительства. Во всяком случае, добавил я, сославшись на заявление т. Молотова, советское правительство никогда не имело плохих намерений по отношению к Венгрии.

Ворнле ответил, что для него это нападение на Кошицу является совершенно непонятным.

Я опять поправил, что эти самолеты не были нашими и это должно быть хорошо известно венгерскому правительству.

Затем Ворнле сообщил, что «в целях безопасности» правительство решило «переместить» нас в село Ольшегод, в 20 км от Будапешта, и мы должны в 6 час. вечера выехать туда.

Я спросил, будем ли мы там в действительной безопасности. Ворнле ответил, что жандармское управление получило достаточно твердые инструкции.

В 2 час. дня звонил секретарь шведской миссии, сообщавший, что Швеция взяла на себя защиту наших интересов в Венгрии. Я был у поверенного в делах, попросил его телеграфировать о положении вещей в Стокгольм и взял для помещения на дверях нашей миссии объявление шведской миссии о принятии на себя защиты наших интересов.

Переезд в Ольшегод был организован венграми в большом порядке в присутствии представителей протокольного отдела МИД. Все наши требования относительно транспорта были удовлетворены. Помещения (дачи) были в хорошем состоянии и вблизи одна от другой.

Утром 28 июня были отобраны радиоприемники и пишущие машинки, но в тот же день были возвращены. Предполагавшиеся ограничения в виде запрещения общения между собой товарищей, размешенных на разных дачах, в жизнь проведены не были. Осталось запрещенным хождение по всему поселку и посещение ресторана, но не продовольственного магазина.

 

202

 


 

За время с 28 июня по 8 июля поверенный в делах Швеции г-н Монтан почти ежедневно посещал меня по вопросу об урегулировании претензий к торгпредству со стороны хозяина снимаемого министерством дома, информировал о положении относительно обмена миссий и т.д. По моей просьбе он предоставил нам сотрудника шведской миссии для сопровождения нас до Стамбула.

8 июля выехали вместе с прибывшими в Венгрию сотрудниками нашей миссии в Словакии в поезде, состоявшем из мягких вагонов и вагона-ресторана.

В Свиленграде (Болгария) поезд был задержан на 2 дня. При выезде из Болгарии никакого осмотра багажа не было произведено. Проезд по Турции от Эрзерума был организован командованием турецкой армии и прошел вполне организованно.

16 июля прибыли в составе 62 человек, включая женщин и детей, на советскую границу.

Шаронов

АВП РФ. ф. 077, оп. 21, п. 111. д. 5. л. 58-61.

 

 

139. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО И ГЛАВЫ СОВЕТСКОЙ ВОЕННОЙ МИССИИ В США Ф.И.ГОЛИКОВА ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНУ

31 июля 1941 г.

В качестве материала для переговоров с Гопкинсом подытоживаем те трудности, которые обнаружились в переговорах с американцами с самого начала войны и продолжаются поныне:

1. Вопросы решаются невероятно медленно, без учета темпов и размаха войны. С разных сторон нам говорят, что англичане прошли через те же первоначальные трудности, но мы разъясняем американцам, что подобной войны ни у англичан, ни у кого не было и что американцы должны понять значение фактора времени. Поныне, ровно через месяц после вручения нашей вооруженческой заявки, мы не имеем ответа на нее, если не считать прямого отказа в зенитках намеченных нами калибров. О самолетах много отвлеченных разговоров, но нет делового обсуждения ни числа, ни способов доставки, ни их вооружения и боеприпасов к ним. На промышленную часть нашей заявки мы получили неудовлетворительный и недостаточно конкретный ответ, притом лишь через три недели после вручения нами всех спецификаций.

В течение месяца не можем добиться никакого ответа по вопросам возобновления договора о техпомощи с РСА и Райтом, а сами фирмы не прочь не только возобновить договоры и пустить наших людей в цеха, но и снабдить военными новинками в области связи и моторостроения. Военное министерство затягивает решение по этому вопросу, и десятки наших специалистов из-за этого бездельничают. Вопрос о предоставлении нам нефтеналивных судов Решен положительно в принципе, а суда все еще не названы. Продажа нам толуола в принципе разрешена, но поныне не сказано, где его взять, а располагает им только правительство. Каждый практический вопрос решается с невыносимыми проволочками, при сопротивлении аппарата, особенно воен-

 

203

 


 

ного министерства и госдепартамента, после бесконечных непроизводительных совещаний. Обещание Гопкинса о том, что возглавляемый им лично аппарат генерала Бэрнса будет решать вопросы сам, минуя обычные инстанции, не выполнено. Таким образом, первая трудность — бесконечные проволочки, бюрократизм, сопротивление аппарата, непонимание темпов нашей войны.

2. Мы поныне не получили ни от американцев, ни от англичан точных данных об американских поставках англичанам по интересующим нас статьям, об английских заказах в США на ближайшее время по тем же статьям, об американских производственных наметках по ним на ближайшее время. Без предоставления нам этих секретных данных практическая работа еще не оформленного «комитета трех» немыслима.

3. Пока нет никаких признаков готовности ни американцев, ни англичан произвести радикальную переразверстку своего производства, особенно самолетного, в нашу пользу. Старые наметки и планы, составленные до фашистского нападения на нас, остаются в силе, наши заявки хотят втиснуть в старые планы и дать крохи вместо совершенно нового перераспределения американских производственных возможностей. Отсюда разговоры о предоставлении нам П-40 без вооружения, «Локхид — Гудзонов» (неизвестно сколько) вместо бомбардировщиков значительно более современных, но законтрактованных англичанами. Нам поныне неизвестно, сколько из намеченных к производству, например в августе, американских самолетов будут даны нам и не будет ли сохранен в полном объеме прежний план снабжения ими армий Англии и США. Таким образом, вторая трудность — неизвестность фактических производственных и снабженческих планов американского правительства и непонимание им необходимости или нежелание ломать старые планы в интересах нашего фронта как имеющего решающее значение.

4. Тенденция ряда органов американского правительства, особенно военного министерства, решать за нас вопросы о том, что нам нужно, и, исходя из дореволюционных и антисоветских представлений, ставить под вопрос нашу способность доставить и должным образом использовать запрошенные нами предметы вооружения. Эта тенденция определилась с первого момента переговоров с американским правительством и продолжается поныне. К этому надо добавить тенденцию ставить вопрос о ненужных нам специалистах, например транспортных, и использовать вопросы освоения у нас новых типов моторов и самолетов как предлог для саботирования их поставок.

5. За нашей спиной американские органы между собою и с англичанами обсуждают вопросы о порядке доставки нам грузов, о том, какие типы самолетов нам «подходят», и не проводится пока в жизнь выдвинутый Рузвельтом принцип тройственного обсуждения. На имевшем место сегодня совещании с участием наших представителей и представителей английского посольства и английской заказочной комиссии — в управлении промышленного производства — обнаружилось, что американцы и англичане сообщили друг другу наши заявки, врученные американскому правительству и английскому правительству, нам же неизвестно содержание переговоров между ними о дальнейшем ходе американских поставок англичанам по интересующим нас объектам.

6. Из запрошенных нами объектов пока осмотрен Репиным только истребитель П-40: наши военные атташе по-прежнему изолированы; наших людей по-прежнему не пускают в оборонные цеха заводов.

7. Особо опасна проволочка по вопросам фрахтовки тоннажа; нам доподлинно известно, что аппарат комиссии торгфлота настроен к нам враждебно

 

204

 


 

ввиду той роли, которую играют в нем изоляционисты-католики, а госдепартамент в своем ответе на промышленную часть нашей заявки обусловил поставку ряда товаров наличием фрахта к моменту их изготовления. По вопросу о фрахте нужен жесткий приказ Рузвельта.

8. Рузвельт, как главнокомандующий, должен был бы приказать военному министерству и особенно его разведывательному управлению прекратить играющую на руку фашистам явную и скрытую пропаганду идей «непобедимости» гитлеровцев, попытку дискредитировать командование наших Вооруженных Сил (особенно в беседах с журналистами) и прекратить саботаж наших заказов. Нам сегодня стало известно, что управление промышленного производства, наиболее авторитетное по вопросам наличных производственных возможностей и запасов, утвердило, например, наши заявки на латунную ленту для снарядов, а военный министр наложил запрет по мотивам явно не производственным, а политической неприязни к нам. Только решительное действие президента прекратит саботирование его линии военным аппаратом, занимающимся этим уже не впервые. Таковы основные трудности, выявившиеся на данном этапе наших переговоров с американцами. Рузвельт должен решительно одернуть враждебные нам прослойки своего аппарата, наделить Гопкинса еще более широкими полномочиями, пересмотреть в нашу пользу производственные планы. Опасаемся, что без этого будем продвигаться черепашьими темпами в наших закупках.

К. Уманский, Ф. Голиков

АВП РФ. ф. 059. оп. I, п. 346. д. 2364, л. 231-236.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 83-85.

 

 

140. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ЛИЧНЫМ ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ ПРЕЗИДЕНТА США Г.ГОПКИНСОМ

31 июля 1941 г.
Секретно
Особая папка

Гопкинс прибыл на беседу в сопровождении Штейнгардта.

Поделившись с т. Молотовым впечатлениями о своей поездке по Москве, Гопкинс заявил, что по сравнению с Лондоном Москва почти совсем не пострадала.

Тов. Молотов со своей стороны заявил Гопкинсу, что налеты немцев на Москву не принесли городу большого ущерба и что военные объекты и большие заводы не пострадали. Разрушены лишь небольшие заводы, не имеющие военного значения, и жилые дома.

Далее Гопкинс заявил, что в сегодняшней беседе он хотел бы затронуть два вопроса. Рузвельт весьма заинтересован позицией Японии и теми действиями, которые она может предпринять. Имеются ли у т. Молотова, спросил Гопкинс, какие-либо предложения о позиции США в отношении Японии?

Другим вопросом, который хотел бы затронуть Гопкинс, является вопрос о Китае. У американцев имеются сведения из Китая, которые говорят о том, что Советский Союз не только всегда выполнял обязательства перед Китаем,

 

205

 


 

но является единственной страной, на которую Чан Кайши в действительности может во всем опереться в своей борьбе против Японии. Гопкинс заявил, что Чан Кайши очень сильно зависит от СССР, хотя между обеими странами имеются некоторые недоразумения в отношении китайских революционных армий. В связи с тем, что в настоящий момент Советский Союз воюет с Германией, можно ли сделать вывод, что события вступили в новую фазу, в результате чего Советский Союз должен будет сократить свои военные поставки Китаю? По мнению Гопкинса, СССР и США должны найти путь для снабжения Китая вооружением.

Тов. Молотов заявил Гопкинсу, что, касаясь отношения Японии к СССР, он должен сказать, что позицию Японии в отношении Советского Союза нельзя считать ясной. Те заявления, которые были сделаны бывшим министром иностранных дел Мацуокой в отношении пакта о нейтралитете* между СССР и Японией, совершенно неопределенны и они не удовлетворяют советское правительство. Настоящий министр иностранных дел Тойода и премьер-министр Коноэ своими заявлениями не внесли ничего нового и не разъяснили позицию японского правительства. Ввиду всего этого положение остается таким же неопределенным, каким оно было до последней перемены в японском правительстве.

Тов. Молотов добавил, что посол СССР в США Уманский в беседе с Рузвельтом говорил, что позиция США на Дальнем Востоке и, в частности, в вопросе советско-японских отношений вряд ли точно известна. Если бы японцы знали определенно, что США относятся небезразлично к возможности действий Японии против СССР на Дальнем Востоке, то это оказало бы серьезное сдерживающее влияние на Японию. Это замечание т. Молотов считает правильным и в настоящий момент.

Что же касается Китая, заявил т. Молотов, то наши взаимоотношения не претерпели никаких перемен. Отношения между Советским Союзом и Китаем остаются дружественными, и между советским правительством и Чан Кайши имеется взаимное понимание. Само собой разумеется, добавил т. Молотов, тот факт, что мы в настоящий момент вынуждены вести войну против Германии, создает затруднения в оказании помощи Китаю. Тов. Молотов рассчитывает на то, что США это учтут и окажут Китаю соответствующую необходимую поддержку.

Гопкинс заявил, что Рузвельт всегда считал, что Япония сейчас не хочет войны на Дальнем Востоке, так как она не уверена в своей позиции, однако она самостоятельно проводит свою политику на Дальнем Востоке, намереваясь включить в сферу своего влияния и часть Сибири. США весьма заинтересованы положением на Дальнем Востоке, так как неизвестно, куда будет направлен следующий шаг Японии. Правильным ли будет его предположение, заявил Гопкинс, что если США займут твердую позицию в отношении Японии, в случае если она двинется в сторону Советского Союза или Голландской Индии, то Япония не предпримет каких-либо агрессивных шагов? Американцы, заявил Гопкинс, недовольны позицией и действиями Японии, и нет более сильной причины, вызывающей беспокойство американцев, чем какой-либо новый шаг Японии. Однако, добавил Гопкинс, США не любят посылать ноты, дающие понять, что США не нравится то или иное мероприятие, проводимое Японией. Согласно информации, которой располагает Гопкинс, он делает

_____________
* См. Документы... — Т. ХХIII. — Кн. 2. — Док. 773.

 

206

 


 

вывод, что японцы находятся в очень тесной связи с Германией и они не нападут на Сибирь, ожидая исхода войны между Советским Союзом и Германией. США, добавил Гопкинс, не хотят, чтобы Япония проникла в Сибирь.

Тов. Молотов заявил, что после начала германо-советской войны советское правительство следит за позицией японского правительства на случай, если оно предпримет какие-либо неожиданные шаги. Что же касается мечты о Сибири и Дальнем Востоке, то она была и остается беспочвенной. В Японии, добавил т. Молотов, есть люди, которые это понимают. Тов. Молотов отметил, что советское правительство и он сам понимают настороженность, существующую в Америке в отношении позиции Японии. Если американское правительство и президент Рузвельт сочтут возможным в той или иной форме предпринять какие-либо шаги, предупреждающие Японию о плохих последствиях выступления против СССР на Дальнем Востоке, то это будет иметь весьма положительное значение. Решение этого вопроса зависит от президента Рузвельта. В то время как американцы с большим вниманием относятся к шагам Японии как на юге, так и на севере Восточной Азии, Советский Союз также следит за теми шагами, которые может предпринять Япония. Тов. Молотов добавил, что Советский Союз всегда приветствовал позицию США, не желающих, чтобы Япония предпринимала какие-либо действия в Сибири и на Дальнем Востоке.

Гопкинс сообщил, что американцы считают, что настоящая политика Японии не находит поддержи широких народных масс страны. Американцы надеются, что это чувство весьма велико среди японского народа, так как настоящая политика Японии приносит нищету, голод, безработицу. Гопкинс заявил, что т. Молотову, наверное, покажется весьма курьезным тот факт, что американцы начали уделять внимание советско-американской границе в районе Аляски лишь после начала германо-советской войны. Только теперь американцы взяли в руки карту и увидели, что в течение долгого времени Советский Союз и США являлись соседями, у которых никогда не было никаких недоразумений и конфликтов. Но если бы, сделал предположение Гопкинс, на месте Советского Союза, при теперешнем состоянии авиации, находилась Япония, то это представило бы большие неприятности для США.

Тов. Молотов согласился с замечанием Гопкинса и заявил, что США и СССР и впредь будут оставаться такими же дружественными соседями, какими они были в течение последнего периода времени. Если Япония будет знать, что имеет перед собой две страны, являющиеся хорошими соседями, желающими сохранения мира, то ей придется считаться с таким положением как с фактом большого значения. Это будет оказывать на Японию сдерживающее влияние.

Выразив согласие с замечанием т. Молотова, Гопкинс заявил, что 1 августа он улетает в Архангельск. Со своей стороны он должен заявить, что вполне понимает т. Молотова, выразившего чувства, которые испытывает весь народ Советского Союза в борьбе за свою страну. Несмотря на то, что его визит был очень коротким, Гопкинс увидел, с каким воодушевлением, решимостью и с каким чувством все граждане СССР, начиная с рабочего в посольстве и кончая самим т. Сталиным, готовы защищать [страну] и победить врага. Перед нами, заявил Гопкинс, в настоящий момент стоит лишь одна задача — победить Гитлера. После установления мира все люди должны будут жить спокойно, свободно не только в экономическом, но и в духовном отношении.

Гопкинс поблагодарил за предоставление ему возможности приехать в Советский Союз и видеться лично с т. Сталиным и т. Молотовым. Гопкинс обе-

 

207

 


 

щал еще раз по приезде в Вашингтон сообщить президенту о положении и настроении в Советском Союзе в том духе, как это он изложил т. Молотову.

Тов. Молотов со своей стороны выразил удовлетворение своим знакомством с таким замечательным человеком, как Гопкинс, о котором он много узнал из печати. Из бесед с Гопкинсом, заявил т. Молотов, он сделал вывод, что в лице своего собеседника видит искреннего друга Советского Союза. Тов. Молотов добавил, что вера в то, что советский народ борется за правое дело, уверенность в том, что Советский Союз непобедим, наполняют народы Советского Союза решимостью бороться за независимость и самостоятельность страны, отразить и разбить врага. Это единое чувство народов Советского Союза.

Тов. Молотов просил Гопкинса по приезде в Вашингтон сообщить об этом президенту Рузвельту.

Тов. Молотов еще раз выразил удовлетворение знакомством с Гопкинсом и выразил благодарность Рузвельту за предоставление возможности познакомиться с таким замечательным человеком, как Гопкинс.

В заключение беседы Гопкинс просил уточнить время свидания с т. Сталиным[17], а также спросил, не будет ли т. Сталин иметь возражений против того, чтобы американский фотограф сфотографировал его вместе с Гопкинсом.

Тов. Молотов обещал выполнить просьбу Гопкинса.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1, д. 6. л. 93-98.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 85-89.

 

 

141. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В США К.А.УМАНСКОМУ

1 августа 1941 г.

В беседе 31 июля с Гопкинсом Сталин предложил, чтобы согласие американского правительства в лице Джонса о предоставлении нам кредита или займа в размере 500 млн. долларов было зафиксировано в виде официального соглашения между СССР и США и чтобы такое соглашение было подписано возможно скорее. Гопкинс ответил, что, по его мнению, у американского правительства никаких препятствий к подписанию такого соглашения не будет. Он даже считал, что подписание такого соглашения могло бы состояться в ближайшие дни, причем сказал, «что США не ограничатся этой суммой» и могут дать более крупный кредит, если война будет продолжаться. Гопкинс сказал, что он сегодня же пошлет соответствующую телеграмму Рузвельту. Наша установка состоит в том, чтобы добиться подписания такого соглашения о кредите или займе, так как после такого соглашения всем стало бы ясно, что единый фронт СССР, США, Англия стал реальным фактом. Приложите усилия, чтобы добиться такого соглашения.

В. Молотов

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 365. д. 2485, л. 51-53.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 89.

 

208

 


 

 

 

 

142. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО И ГЛАВЫ СОВЕТСКОЙ ВОЕННОЙ МИССИИ В США Ф.И.ГОЛИКОВА ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНУ

1 августа 1941 г.

Военный министр Стимсон сегодня по своей инициативе принял Уманского, Голикова, Репина, Сараева в присутствии начальника разведки генерала Майлса, других работников разведки, заместителя военного министра Макклоя и Фэймонвилла. Разговор шел по установившемуся уже в наших беседах за последние дни шаблону: расспросы о ходе военных операций и тактических уроках нынешней войны, ответы Голикова на вопросы о помощи в разрезе имеющихся у него директив, ответ (данный и Стимсоном), что США помогут в пределах возможного, но надо-де учесть отсталость США, которые по исторически сложившимся причинам выросли как морская держава, а построить армию опоздали и только сейчас набирают темпы. Излюбленной темы — о режиме для Итона — Стимсон прямо не коснулся, но дважды говорил, что пока судил о событиях преимущественно по газетной информации. В качестве примера того, что медлительность помощи объясняется не только производственными, но и иными факторами, Уманский напомнил Стимсону пример неполучения нами в течение месяца ответа на вопрос о нашей работе с РСА и Райтом, ибо фирмы могут и хотят дать военные новинки, а соответствующие ведомства тормозят. Стимсон тут же дал поручение выяснить.

Стимсон принял внешне дружественно, объявил «недоразумением» тот факт, что не принял Голикова и Репина ранее, явно понял бестактность своего поведения при недавней беседе с Уманским, но каких-либо непосредственных практических результатов эта беседа, длившаяся больше часа, не дала. Ее смысл был, прежде всего, в том, чтобы разрядить атмосферу неважных отношений с военным аппаратом США и дать ему понять, что вопрос о помощи мы ставим остро и проволочек выполнения обещаний американским правительством не потерпим.

Сегодня же Рузвельт принял Уманского, Голикова и Репина. Уэллес, говоривший нам на днях, что будет присутствовать, к счастью, отсутствовал. При беседе присутствовал, как глаз разведки, «офицер связи» капитан Кристел, занимающийся в разведке нашими делами. Во второй половине беседы, для которой было выделено 15 мин., но которая продлилась 40 мин., участвовал адъютант Рузвельта генерал Уотсон. Незадолго до беседы Уманскому позвонил Уэллес, предупредивший, что Рузвельт поставит перед нами вопрос о все той же мифической «транспортной пробке» во Владивостоке и о желательности для нас получения американских транспортных экспертов из числа уже работавших в этой области в СССР. Уманский заявил Уэллесу, что наш ответ по этому вопросу уже известен. На вопрос Уэллеса о ходе работы военной миссии Уманский ответил, что дела идут скверно, медленно, работа непроизводительна, и на встревоженный вопрос Уэллеса, заявим ли мы это президенту, Уманский ответил утвердительно. Именно с этого и начался после обмена любезностями разговор с Рузвельтом. Уманский указал ему, что оба члена нашей военной миссии «в скверном настроении», что они простаивают, что бесконечные совещания и сваливание дела разными органами американского правительства друг на друга не приводят нас ближе к цели, поставлен-

 

209

 


 

ной советским правительством перед миссией. Голиков, сделав Рузвельту порученное Сталиным заявление, подчеркнул, что время не терпит, выразил надежду, что Рузвельт, главнокомандующий вооруженными силами США, даст прямой приказ соответствующим органам обеспечить быструю поставку нужных нам военных материалов, с полным учетом решающего значения нашего фронта.

Рузвельт шутливо заявил, что сам немало страдает от бесплодных совещаний, но как практический результат сообщил, что нам предоставляется 200 истребителей П-40, из которых 150 находятся в Англии, а 50 — в США. На наш вопрос, вооружены ли эти истребители (ибо это те же данные, которые приводились нам Фэймонвиллом, сообщившим, что на эти истребители англичане ставят вооружение сами), Рузвельт ответил уклончиво, что это подлежит выяснению, но что, насколько ему известно, самолеты «частично» вооружены, но не снабжены боеприпасами. Рузвельт заявил далее, что если доставка истребителей дальневосточным маршрутом в СССР осуществима, то он готов уговорить англичан в интересах скорейшей доставки отказаться в нашу пользу от заготовленных для англичан в США 150 истребителей П-40 (вместо доставки нам находящихся в Англии) и вместе с упомянутыми 50 истребителями направить нам все 200 немедленно. Возник вопрос о боеприпасах к ним. Рузвельт заявил, что он постарается снабдить истребители боеприпасами, хотя они очень дефицитны, и слышал, что намечается снабдить их в количестве, исчисленном из расчета средней потребности истребителя. Обращаясь к капитану Кристелу, Рузвельт спросил, не полагается ли в таких случаях десять боекомплектов. Кристел заявил, что, как ему кажется, полагается больше.

Рузвельт обещал выяснить и протолкнуть вопрос о доставке самолетов. Он подчеркивал, что на основании опыта американских и английских летчиков П-40 не любит плохих аэродромов, имеет тенденцию капотировать, поэтому важно знать, имеются ли посадочные возможности по восточносибирскому маршруту, предупредив, что истребитель должен совершать перегоны не больше чем 600-700 километров.

Голиков и Репин указали на наличие посадочных возможностей, кроме того, на возможность в военное время необычными темпами строить новые и улучшать старые аэродромы. Рузвельт заявил, что, по мнению американских авиационных экспертов, при доставке истребителей воздушным восточносибирским маршрутом будет большой процент потерь и пройдет немало времени до их освоения и боевого использования на фронте. Поэтому он спрашивал, нельзя ли доставлять самолеты морем во Владивосток или Николаевск, с тем чтобы высвобождать и посылать на Западный фронт соответствующее количество истребителей, имеющееся у нашей Дальневосточной армии.

Разъяснив Рузвельту, что, как мы уже заметили в процессе наших переговоров в Вашингтоне, качество и количество высококвалифицированных советских летных кадров, быстро осваивающих новые модели, здесь многими недоучитываются, и истребители П-40 быстро нашли бы эффективное применение на фронте, но на его вопрос возможности посылки морем с последующей переброской наших истребителей на запад мы даем, повторяю, даем утвердительный ответ. Репин добавил, что надо использовать время, остающееся до вступления Японии в войну, и перевозить морем все, что возможно, и подчеркнул также, что помимо непосредственного материального значения поставки нам американских самолетов на немцев произведет со-

 

210

 


 

ответствуюшее моральное впечатление тот факт, что советские летчики обстреливают и бомбят их с американских самолетов и американскими бомбами.

На наш вопрос о бомбардировщиках Рузвельт ответил уклончиво, что вопрос подлежит уточнению. Мы указали, что упоминавшийся «Локхид— Гудзон» не является наиболее современным, что нужны лучшие бомбардировщики того американского типа, на котором Голиков и Репин перелетели через океан. Рузвельт согласился, что «Гудзон» не наилучший тип, но снова уклонился от обещания. Однако вопрос о «Гудзоне» мы ставили так, чтобы не получилось впечатления, что мы отказываемся от бомбардировщиков этого типа. Голиков, оговорившись, что он не дипломат, заявил, что будет говорить с военной прямотой. Рузвельт шутливо заметил, что и он не дипломат и не время для дипломатии. Голиков заявил, что мы нуждаемся в решающем указании президента своему аппарату по всем статьям нашей вооруженческой заявки, что встречи, имевшие место до сих пор, практических результатов не дают и что работа миссии идет неудовлетворительно. Мы не сомневаемся в доброй воле американского правительства и его, Рузвельта, лично, но темпы и размеры войны требуют быстрой и эффективной помощи. Вопросы транспорта имеют большое значение, мы готовы деловым образом обсуждать морские и воздушные пути, рассчитываем на личное содействие президента в предоставлении нам американского тоннажа.

Рузвельт согласился с необходимостью быстрых темпов, выразил свое восхищение борьбой русской армии, напомнил, что при недавней встрече с Уманским он заявил, что считает наиболее важным период до 1 октября и все, что только возможно, до этого срока он сделает. Он дал свои указания органам американского правительства, исходя из этой же установки, он считает, что к зиме производство военной промышленности США круто пойдет вверх, зимой будет прислано немало материалов, которые будут использованы в военной кампании, сейчас же самое важное отгрузить все практически возможное до 1 октября. После этого Рузвельт сделал обычные ссылки на военную отсталость США и на имеющиеся обязательства по отношению к Англии, Китаю, Голландской Индии.

Уманский развил перед ним наш тезис о необходимости коренного пересмотра всех старых производственных и снабженческих планов США, составленных до русско-германской войны, с полным учетом решающего значения нашего фронта для всех вместо втискивания частичек нашей заявки в старые планы. В этой связи Уманский указал, что предложенный президентом «комитет трех» еще не начал функционировать, что ряд вопросов решается без согласования с нами, что надо поторопить англичан с назначением их представителя. Рузвельт, подтвердив назначение Гопкинса членом комитета, а в его отсутствие генерала Бэрнса, заявил, что ему кажется, что англичане уже оформили назначение Пэрвиса. Рузвельт поднял вопрос о мифической «транспортной пробке» во Владивостоке, заявив, что если советское правительство пожелает использовать таких крупных американских специалистов, как Бодд (за правильность фамилии не ручаемся), уже работавших в качестве консультантов на советском транспорте, то он готов их командировать. Уманский ответил Рузвельту, что сведения о какой-то «транспортной пробке» не соответствуют действительности, что американские оборонные грузы пойдут из Владивостока на фронт поистине пассажирской скоростью, что наш транспорт блестяще справился с мобилизацией, что посольство и военная миссия

 

211

 


 

просят американское правительство максимально сосредоточиться на тех конкретных видах помощи, о которых нами официально заявлено американскому правительству ровно месяц тому назад. Рузвельт заявил, что принимает это разъяснение как официальный ответ, его удовлетворяющий, и больше к этому вопросу не вернется.

После этого Голиков перешел к артиллерийской части нашей заявки. Рузвельт не знал или сделал вид, что не знает содержания врученной нами Уэллесу 29 июля расширенной вооруженческой заявки. Рузвельт повторил сказанное им Уманскому при прошлой встрече, что с производством пулеметов и полуавтоматических винтовок дело обстоит хорошо, а с боеприпасами — отвратительно. Запасы боеприпасов отданы англичанам, новое производство отстает. При постатейном обсуждении этой части заявки Рузвельт, условно обозначив предметы, которые могут быть предоставлены до 1 октября, буквой «а», а предметы для позднейшей поставки буквой «б», составил и передал для дальнейшей разработки генералу Уотсону следующий список:

Пулеметы калибров 12,8 мм и 7,62 мм и винтовки Гранта — буквой «а», притом могут быть поставлены в значительном количестве; боеприпасы к ним — «б»; зенитки и боеприпасы к ним — «б»; противотанковые орудия — «а», но он не совсем уверен, поручил Уотсону уточнить, так же как и вопрос об авиабомбах.

Мы подняли вопрос о том, чтобы к названным пулеметам и орудиям нам была предоставлена определенная доля производимых уже сейчас в США боеприпасов. Рузвельт поручил выяснить и этот вопрос. Голиков в заключение выразил надежду на то, что данная беседа создаст перелом в переговорах, в которых поныне было слишком много неопределенностей. Расстались на дружественной нотке.

К.Уманский, Ф.Голиков

АВП РФ. ф. 059. оп. 1, п. 346, д. 2364, л. 245-253.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 89-94.

 

 

143. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

1 августа 1941 г.
Сов. секретно
Особая папка

Прибыв в сопровождении 3-го секретаря посольства Денлопа, Криппс вручил т. Молотову для передачи т. Сталину послание Черчилля. Текст послания прилагается[18].

Ознакомившись с документом, т. Молотов просил уточнить, на чьих пароходах каучук будет перевезен в Архангельск. Криппс заявил, что для этого будут использованы английские пароходы.

Далее Криппс вновь поднял вопрос, уже согласованный с т. Сталиным, о сотрудничестве английской и советской разведок. Криппс заявил, что он пригласил в Москву одного из старших офицеров разведки, который прибудет 3 или 4 августа. Сотрудничество английской и советской разведок будет проводиться на следующей основе: обсуждение диверсионных действий против

 

212

 


 

Германии во всех частях света, обмен информацией, установление места сотрудничества обеих разведок, агитация среди населения оккупированных стран. Стороны не будут обязаны открывать друг другу структуру своих организаций.

Криппс просил сообщить ему, с кем должен он будет согласовать вопрос установления контакта между представителями советских органов и прибывающим представителем английской разведки. Со своей стороны Криппс предложил согласовать этот вопрос через секретариат т. Молотова. В целях сохранения секретности при переговорах по телефону Криппс предложил именовать представителя разведки «специальным другом посла».

Тов. Молотов согласился с предложением Криппса и просил, чтобы по прибытии представителя в Москву посольство информировало бы его через т. Козырева с тем, чтобы он мог организовать установление контакта между представителями английской и советской разведок.

Далее Криппс поставил вопрос о радиопропаганде на испанском языке через московскую радиостанцию. Передача должна содержать персональные нападки на министра иностранных дел и на фалангисгскую политику в общем. Согласно информации, полученной из Испании, советские радиопередачи на испанском языке имеют большой успех у наварруев, выражающих сочувствие Советскому Союзу в борьбе против Германии.

Тов. Молотов заявил, что предложение Криппса может быть осуществлено.

Затем Криппс поставил вопрос о более глубокой информации английской общественности о жизни Советского Союза, причем эта информация должна поступать от английских корреспондентов. Однако для того, чтобы дать корреспондентам материал для статей, необходимы какие-то события, основываясь на которых можно было бы дать интересные очерки о жизни Советского Союза. Криппс упомянул предложения, сделанные корреспондентом газеты «Таймс» Джорданом т. Лозовскому:

1) интервью с т. Сталиным, причем анкета с вопросами будет предоставлена заранее;

2) посещение корреспондентами оборонного завода, школы летчиков, Военно-морского флота и воинских частей, проходящих обучение.

Криппс добавил, что причиной его личной заинтересованности в организации упомянутых интервью и поездок является желание поднять чувства солидарности с СССР среди рабочих, с которыми Криппс особенно близко знаком.

Тов. Молотов ответил Криппсу, что его предложения он считает вполне реальными, за исключением интервью т. Сталина, что зависит только от самого т. Сталина. Тов. Сталин очень редко дает интервью корреспондентам, и Для этого необходимо найти подходящий момент и время.

Тов. Молотов спросил Криппса, желают ли члены английской военной миссии посетить один из больших авиационных заводов Москвы.

Криппс заявил, что это было бы очень хорошее мероприятие.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф, 06, оп. 3. п. 1, д. 6, л. 99-101.

 

213

 


 

 

 

144. НОТА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО ИСПОЛНЯЮЩЕМУ ОБЯЗАННОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОГО СЕКРЕТАРЯ США С.УЭЛЛЕСУ

2 августа 1941 г.

Ваше Превосходительство,

В соответствии с имевшими место переговорами я имею честь подтвердить от имени моего Правительства соглашение, которое было достигнуто между Правительствами наших соответственных стран о том, что Соглашение о торговых отношениях между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки, зафиксированное в обмене нотами от 4 августа 1937 г.* между Народным Комиссаром Иностранных Дел Союза ССР и послом Соединенных Штатов Америки в Москве, вступившее в силу 6 августа 1937 г., в день утверждения его Советом Народных Комиссаров Союза ССР и прокламации его Президентом Соединенных Штатов Америки, возобновленное 5 августа 1938 г., 2 августа 1939 года и 6 августа 1940 г., останется в силе до 6 августа 1942 г.

Настоящее Соглашение будет утверждено Советом Народных Комиссаров Союза ССР и прокламировано Президентом Соединенных Штатов Америки.

Примите, Ваше Превосходительство, новые заверения в моем глубочайшем к Вам уважении.

Константин Уманский

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 94.

 

 

145. НОТА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО ИСПОЛНЯЮЩЕМУ ОБЯЗАННОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОГО СЕКРЕТАРЯ США С.УЭЛЛЕСУ

2 августа 1941 г.

Мой дорогой господин государственный секретарь,

Я с удовлетворением принял к сведению содержание полученной мною сегодня от Вас ноты, в которой Вы извещаете меня, что Правительство Соединенных Штатов решило оказать все осуществимое экономическое содействие с целью укрепления Советского Союза в его борьбе против вооруженной агрессии. Вы добавляете, что это решение продиктовано убеждением Правительства Соединенных Штатов в том, что укрепление вооруженного сопротивления Советского Союза грабительскому нападению агрессора, угрожающего безопасности и независимости не только Советского Союза, но и всех других народов, соответствует интересам государственной обороны Соединенных Штатов.

От имени моего Правительства я желаю подчеркнуть правоту точки зрения, что агрессор, который вероломно напал на мою страну, угрожает безопасности и независимости всех свободолюбивых народов и что эта угроза, естественно, создает общность интересов государственной обороны этих народов.

_____________
* См. Документы... — Т. XX. — Док. 283.

 

214

 


 

Мое Правительство поручило мне выразить Правительству Соединенных Штатов благодарность за дружественное решение Правительства Соединенных Штатов и уверенность, что экономическое содействие, о котором Вы сообщаете в Вашей ноте, явится содействием такого объема и будет проводиться с такой быстротой, что оно будет соответствовать размаху военных действий, проводимых Советским Союзом в его вооруженном сопротивлении агрессору — сопротивлении, которое, как Вы столь справедливо заметили, соответствует также интересам государственной обороны Соединенных Штатов.

Я принимаю также с удовлетворением к сведению содержащееся в Вашей ноте заявление о том, что в соответствии с этим решением Правительства Соединенных Штатов и с целью проведения на деле объявленной выше политики Правительство Соединенных Штатов рассматривает самым дружественным образом предложения, исходящие от Правительства, учреждений и агентств Советского Союза о размещении в Соединенных Штатах заказов на товары и материалы, срочно необходимые для нужд государственной обороны Советского Союза, а также с целью содействия быстрому изготовлению и отгрузке этих товаров и материалов, предоставляет этим заказам приоритет на основании принципов, которые применяет к заказам стран, борющихся против агрессии.

Я принимаю также с удовлетворением к сведению содержащееся в Вашей ноте заявление о том, что с целью облегчить оказание экономического содействия Советскому Союзу Государственный Департамент выдает также неограниченные лицензии, позволяющие экспорт в Советский Союз широкой номенклатуры товаров и материалов, необходимых для укрепления обороны Советского Союза, в соответствии с принципами, применяемыми к снабжению подобными товарами и материалами, необходимыми для тех же целей других стран, сопротивляющихся агрессии, а также что соответствующие власти Правительства Соединенных Штатов, проводя изложенное мною выше решение, также благожелательно рассматривают предложения об использовании наличных возможностей американского морского транспорта для целей ускорения доставки в Советский Союз товаров и материалов, необходимых для государственной обороны Советского Союза.

Остаюсь, мой дорогой господин Уэллес, весьма искренне Ваш

К. Уманский

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. I. — С. 96-97.

 

 

146. ПОСЛАНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПРЕЗИДЕНТУ США Ф.РУЗВЕЛЬТУ

4 августа 1941 г.

СССР придает большое значение вопросу о нейтрализации Финляндии и отходу ее от Германии. Разрыв отношений между Англией и Финляндией и объявленная Англией блокада Финляндии уже возымели свое действие и породили конфликты в правящих кругах Финляндии. Раздаются голоса за нейтралитет Финляндии и примирение с СССР.

Если бы правительство США сочло бы необходимым пригрозить Финляндии разрывом отношений, то правительство Финляндии стало бы более реши-

 

215

 


 

тельным в вопросе об отходе от Германии. В этом случае советское правительство могло бы пойти на некоторые территориальные уступки Финляндии, с тем чтобы замирить последнюю и заключить с нею новый мирный договор.

Опубл.: Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. 2. — С. 5.

 

 

147. ПИСЬМА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОГО МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ НОРВЕГИИ ТЛИ ОБ ОБМЕНЕ ДИПЛОМАТИЧЕСКИМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ МЕЖДУ СССР И НОРВЕГИЕЙ

5 августа 1941 г.*

Уважаемый г-н министр,

От имени моего правительства я имею честь информировать Вас, что оно желало бы обменяться посланниками с Королевским правительством Норвегии.

Я готов содействовать получению агремана для посланника, который мог бы получить назначение в Москву**.

Искренне Ваш
И. Майский

Уважаемый г-н министр.

Подтверждаю получение Вашего письма от 5 августа о том, что Ваше правительство желало бы обменяться посланниками с правительством Союза Советских Социалистических Республик и что вы готовы содействовать получению агремана для посланника, который мог бы получить назначение при Королевском норвежском правительстве.

Искренне Ваш
И. Майский

АВП РФ. ф. 116. оп. 25. п. 17. д. 4. л. 20. 21.

Опубл.: Советско-норвежские отношения 1917-1955. — М. ЭЛИА—APT—О. 1997. — С. 315 (далее — Советско-норвежские отношения...).

 

 

148. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

5 августа 1941 г.

Был сегодня у Моргентау по его просьбе. Он сообщил, что в результате своего разговора с Голиковым и мною 31 июля он резко поставил 1 августа перед Рузвельтом вопрос о саботаже аппаратом военного министерства и

_____________
* В тот же день Т.Ли направил И.М. Майскому письмо аналогичного содержания.
** Посланником СССР при норвежском правительстве стал советский посол при союзных правительствах А.Е.Богомолов. Норвежским посланником в Москве был назначен Р.Андворд.

 

216

 


 

другими ведомствами эффективной помощи нам и о необходимости принятия Рузвельтом энергичных мер.

Рузвельт на состоявшемся в тот же день еженедельном заседании правительства резко выступил на эту тему, предупредив, что саботажа не потерпит, задавал Стимсону и Уэллесу ряд практических вопросов о прохождении нашей заявки, на которые ни тот ни другой не смогли дать удовлетворительных для Рузвельта деловых ответов. Обсуждение длилось 45 мин., причем Рузвельт волновался, стучал кулаком по столу, предупредил, что на время своего отъезда он поручил одному из работников своего секретариата, Уэйну Койю, докладывать ему каждодневно о советских закупках на соответствующих совещаниях. (С Койем уже контактирую, и он уже начал помогать, он присутствовал на сегодняшнем заседании в генштабе с нашим участием по вопросу о 200 истребителях, и это явно мешает генштабистам саботировать дело.) Моргентау рекомендовал мне продолжать нажим неотступно, давать ему сигналы о конкретном саботаже, а он будет сообщать Рузвельту. Моргентау заявил мне, что формально он не имеет права вмешиваться в дела о советских закупках, наживает себе еще больше врагов, но от этого дела не отстанет и будет нам помогать.

Имеем из другого источника информацию о заседании кабинета 1 августа, совпадающую со сказанным мне Моргентау. Указал Моргентау на ряд конкретных фактов позорно медленного и смехотворно малого удовлетворения наших заявок, на необходимость коренного пересмотра поставок англичанам в нашу пользу, в частности по бомбардировочной авиации, и просил его передать Рузвельту, что то, что нами обсуждается сейчас с американскими органами, просто несоизмеримо с масштабами нашей войны и что договоренная пока посылка 200 истребителей, 5 бомбардировщиков и так далее может рассматриваться нами не как реальная помощь, а только как первые пробные поставки, но нам нужна помощь, а не пробы. Моргентау обещал продолжать свой нажим неослабно. Он просил передать Вам свою благодарность за предоставление ледокола «Красин».

Я указал ему также на недопустимо медленное обсуждение Джонсом вопроса о кредитном соглашении, о котором еще 10 июля Рузвельт говорил мне как о принципиально урегулированном и о котором в том же духе Гопкинс говорил в Москве. Я дал Моргентау сигнал о неприемлемой для нас тенденции откладывать вопрос о кредитном соглашении до получения от советского правительства ответа на врученный нам меморандум с запросом о готовности поставлять Америке разные виды нашего сырья как в военной обстановке, так и после войны хоть формально и не связывая это с кредитным соглашением (точный текст этого меморандума, врученного нам Ачесоном 28 июля, передан Лукашевым Микояну). Моргентау обещал нажать на Джонса.

Гопкинс ожидается здесь через пару дней, сразу поставлю перед ним вопрос о скорейшем оформлении кредитного соглашения. Тем более что нам приходится, например, для оплаты 60 истребителей платить наличными. Потребую от Гопкинса и Джонса, чтобы Амторгу были возвращены все суммы, уплаченные им по заказам, размещенным после нападения на нас Германии. Жду Ваших указаний по существу американского меморандума. Едва ли американцы удовлетворятся нашим общим заявлением о готовности поставить им перечисленные в их меморандуме сырьевые товары, причем мы, конечно, должны будем оговорить, что пока поставлять их будем в количествах, диктуемых военной обстановкой и транспортными затруднениями, и что постав

 

217

 


 

лять мы будем по коммерческим ценам, которые будут существовать на мировом рынке на каждый данный момент поставки.

Из сказанного мне при последней встрече Джонсом и повторенного вчера экономическим советником госдепартамента Фейсом ясно, что американцы ждут, что мы назовем конкретные контингента товаров по списку их меморандума, которые мы можем вывозить и в военной обстановке (например, платина, лен, некоторые лекарственные травы, ненужные для военной медицины, некоторые виды пушнины и т.д.), и наверняка будут настаивать, чтобы мы назвали ориентировочные количества послевоенной поставки им таких товаров, как марганец, хромовая руда и другие, перечисленные в их меморандуме виды сырья, которые не вывозим сейчас из-за военной обстановки. Фейс напомнил мне, что в свое время мы, например, предлагали американскому правительству (в 1939 году) вывезти в США 800 тыс. т марганца за четыре года, и заявил, что американское правительство желает заключить сырьевое соглашение подобного рода. Фейс ни единым словом не связывал это с кредитным соглашением. Он заявил, что сырьевые поставки облегчат фрахтовку американского тоннажа.

Конечно, буду добиваться кредитного соглашения безотносительно к сырьевому, какие бы задние мысли ни были у Джонса о косвенном обеспечении кредита нашими поставками сырья. Недавно полученный англичанами через займовый орган Джонса американский заем в 425 млн. долларов обеспечен английскими ценными бумагами и другими вложениями в США, но, с другой стороны, американское правительство снабжает англичан на миллиард долларов без всякого обеспечения по принципу «займа-аренды» оружия.

К. Уманский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 365. д. 2484. л. 52-55.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 98-100.

....

 

 

149. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

5 августа 1941 г.
Сов. секретно
Особая папка

Прибыв в сопровождении 3-го секретаря посольства Денлопа, Криппс вручил т. Молотову памятную записку по вопросу о Турции (перевод памятной записки прилагается)[19].

Тов. Молотов заявил, что предложения английского правительства он доведет до сведения советского правительства и решение сообщит Криппсу. Тов. Молотов добавил, что отношения между СССР и Турцией остаются неизменно дружественными, о чем свидетельствует мартовский обмен декларациями, произведенный между правительствами СССР и Турции. Этот обмен декларациями, как известно, был произведен еще до германо-советской войны, несмотря на то что немцы не одобряли подобной поддержки Турции со стороны СССР.

_____________
* Помета на документе: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 21 /VIII».

 

218

 


 

Поблагодарив т. Молотова за разъяснение, Криппс заявил, что английское правительство желало бы получить ответ как можно скорее, дабы предпринять соответствующие действия.

Далее, коснувшись Афганистана, Криппс сообщил, что английский посланник в Кабуле 26 июля посетил премьер-министра и сделал ему представление в связи с назначением нового немецкого посланника Хентига. Премьер-министр заявил, что афганское правительство не может что-либо предпринять в отношении Хентига. 1 августа Министерство иностранных дел Афганистана информировало посланника о том, что Хентиг не приедет в Афганистан. Английский посланник информировал советского посла и предложил: поскольку Хентиг не приедет, а новый посланник пока что еще не назначен, то не стоит поднимать этот вопрос перед афганским правительством до приезда нового германского посланника.

Тов. Молотов заявил, что он имеет аналогичную информацию и что он согласен с предложением английского посланника.

Далее Криппс вновь поставил вопрос о сотрудничестве английской и советской разведок в Иране. Английский посланник в Тегеране сообщил, что советский посланник не получал от советского правительства инструкции по затронутому вопросу, в связи с чем представитель английской разведки не мог с ним связаться.

Тов. Молотов разъяснил Криппсу, что поскольку с английской стороны не было указано, кто является представителем английской разведки в Иране, то советский посол не мог предпринять каких-либо действий. Если же в Тегеране есть человек, с которым необходимо вступить в контакт, то советскому послу немедленно будут даны соответствующие указания.

Криппс обещал немедленно предпринять соответствующие меры.

Оправдывая действия английского правительства, Криппс заявил, что последнее делает все от него зависящее, чтобы сдержать поляков от неуместных выступлений по радио, подобных тому, с которым выступил по радио Сикорский. Одновременно английское правительство просит, чтобы с советской стороны не имели бы места ответные выступления.

Тов. Молотов отвел замечание Криппса и, указав на тот факт, что инициатива недружелюбных в отношении СССР заявлений исходит от самих поляков, привел пример выступления поляка Миколайчика с антисоветскими заявлениями.

Криппс спросил т. Молотова, как обстоит дело с испанскими передачами через московскую радиостанцию.

Тов. Молотов заявил, что, насколько он информирован, приняты меры в соответствии с предложениями, сделанными Криппсом.

Далее Криппс заявил, что его интересует вопрос о репатриации из СССР в Испанию испанских детей, о чем его информировало английское правительство.

Тов. Молотов заявил, что о репатриации испанских детей он слышит в первый раз и не имеет никакой информации.

Приведя различные мотивировки, Криппс поставил вопрос об открытии консульства в Архангельске.

Заявив, что английская сторона не встретит каких-либо практических затруднений при пользовании архангельским портом, т. Молотов в вежливой форме просил Криппса не поднимать вопрос о консульствах в настоящее время, поскольку имеется общее решение советского правительства по этому

 

219

 


 

вопросу — после начала германо-советской войны не расширять иноконсульскую сеть.

В заключение беседы т. Молотов затронул вопрос о кредите и заявил, что для советского правительства не приемлемо предложение английского правительства, при котором в кредит будет предоставляться лишь 60% сальдо.

Криппс заявил, что вопрос о кредите и именно о сальдо был формулирован еще в самом начале переговоров в первом документе, представленном т. Микояну, и в настоящий момент СССР является стороной, нарушающей нормальный ход переговоров.

Тов. Молотов повторил, что предложение английского правительства неприемлемо для Советского Союза. Советское правительство считает, что из суммы в 10 млн. фунтов стерлингов 60% являются кредитом, а 40% должны быть уплачены наличными.

Криппс обещал довести разъяснение т. Молотова до сведения английского правительства.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 6, л. 103-105.

 

 

150. ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

5 августа 1941 г.

Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь довести до сведения шведской миссии нижеследующее:

24 июля с.г. при эвакуации из Гельсингфорса* сотрудников дипломатической миссии, а также торгпредства и консульства СССР в Финляндии официальные финские власти допустили грубое и оскорбительное обращение с бывшим посланником СССР в Финляндии П.Д. Орловым и другими лицами советского дипломатического и консульского персонала. Финляндские полицейские власти оцепили здание советской миссии в Гельсингфорсе и, несмотря на категорическое требование бывшего посланника СССР в Финляндии П.Д.Орлова пригласить в советскую миссию официальных представителей финляндского Министерства иностранных дел и протесты против незаконного выдворения советских работников из помещения миссии, посадили их с применением грубого насилия в автомашины и вывезли с территории миссии. Таким образом, вместо нормальной, с соблюдением элементарных правил, предусмотренных международными нормами и обычаями, эвакуации дипломатического состава и служащих официальных советских учреждений в Гельсингфорсе имела место грубая полицейская высылка.

Финляндские власти, также грубо нарушая элементарные международные обычаи, продолжают насильно задерживать и даже заключили в концентрационный лагерь в Финляндии 23 советских инженера и других должностных лиц, находившихся в Финляндии в качестве представителей советских государственных органов по делам советских заказов финляндским фирмам.

_____________
* Бывшее название Хельсинки.

 

 

220

 


 

Советское правительство заявляет решительный протест против указанных выше незаконных действий финляндских властей в отношении состава советской дипломатической миссии в Гельсингфорсе, сотрудников торгпредства и консульств СССР при их эвакуации из Финляндии, а также 23 государственных служащих советских хозяйственных организаций.

Советское правительство просит правительство Швеции принять меры к тому, чтобы незаконно задержанные финляндским правительством 23 советских государственных служащих, командированных в Финляндию в качестве должностных лиц с официальными служебными поручениями, были немедленно освобождены из-под ареста и переданы советской стороне.

Советское правительство считает также необходимым просить правительство Швеции обратить внимание финляндского правительства на то обстоятельство, что только при присоединении 23 советских граждан к составу советских миссии, торгпредства и консульств может состояться ненормально задержавшийся обмен миссиями.

АВП РФ, ф. 0140, оп. 25, п. 124. д. 4, л. 136-137.

 

 

151. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

б августа 1941 г.
Сов. Секретно

Криппс прибыл по вызову т. Молотова в сопровождении 3-го секретаря посольства Денлопа.

Тов. Молотов заявил, что у него имеется два вопроса, которые он хотел поставить перед Криппсом.

Первый вопрос, заявил т. Молотов, касается Турции. Советское правительство считает своевременной постановку вопроса об отношениях с Турцией. Тов. Молотов добавил, что после беседы с Криппсом от 5 августа он получил телеграмму от т. Майского с информацией о беседе с Иденом. Ознакомив Криппса вкратце с содержанием телеграммы, т. Молотов заявил, что в беседе с т. Майским Иден заходит дальше в предложениях, чем это сделал Криппс, и ставит вопрос о предоставлении Турции помощи и военной поддержки в случае нажима или нападения на нее со стороны Германии. Иден, однако, оговорился, что он не определяет осуществление своего предложения моментом, формой и содержанием, при которых должен был бы быть сделан демарш перед Турцией.

Приняв к сведению заявление т. Молотова, Криппс спросил, где будет лучше достигнуть соглашения о мероприятиях, связанных с разрешением поставленного вопроса, — в Лондоне или в Москве. По мнению самого Криппса, Демарш лучше было бы согласовывать в Лондоне.

Согласившись с замечанием Криппса, т. Молотов со своей стороны спросил посла, считает ли он правильным послать телеграмму т. Майскому с указанием предпринять шаги, чтобы договориться о моменте, форме и содержании Демарша Англии и СССР.

_____________
* Помета на документе: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 21 /VIII».

 

221

 


 

Криппс согласился с предложением т. Молотова и заявил, что неплохо было бы информировать Майского о содержании документа, врученного Криппсом т. Молотову 5 августа*.

Тов. Молотов заявил, что соответствующие мероприятия будут приняты. Что же касается предложений посла, изложенных в упомянутом документе, то советское правительство находит их вполне приемлемыми, могущими служить в качестве базы при разрешении вопроса о демарше.

Вторым вопросом, заявил т. Молотов, является вопрос о пропаганде, поставленный Баггаллеем перед т. Лозовским. Советское правительство считает, что у английской и советской пропаганды нет какого-либо диссонанса в их действиях. Если же есть пожелание со стороны английского правительства согласовать характер пропаганды по каким-либо вопросам, то советская сторона готова рассмотреть предложения, выдвинутые английской стороной.

Криппс заявил, что английское правительство имело в виду согласовать английскую и советскую пропаганду, проводимую в отношении других стран.

Тов. Молотов заявил, что советская сторона готова это сделать. Криппс принял заявление т. Молотова к сведению и поставил вопрос о том, где должен разрешаться вопрос согласования пропаганды — в Москве или в Лондоне.

Тов. Молотов заявил, что советская сторона будет всегда иметь в виду мнение английского правительства. Если же решено будет вести переговоры в Москве, то для этой цели советское правительство могло бы уполномочить т. Лозовского.

Криппс обещал снестись со своим правительством и выяснить его точку зрения на этот вопрос.

В заключение беседы т. Молотов заявил, что поскольку т. Жуков в настоящий момент находится на фронте, то генерала Макфарлана примет т. Шапошников, являющийся в настоящий момент заместителем т. Жукова. Информацию о Турции, которую Макфарлан хотел довести до сведения т. Жукова, он может сообщить т. Шапошникову.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1, д. 6. л. 111-113.

 

 

152. СООБЩЕНИЕ О ВОССТАНОВЛЕНИИ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ СССР И БЕЛЬГИЕЙ

7 августа 1941 г.

В результате переговоров, имевших место 7 августа в Лондоне между послом СССР в Великобритании т. Майским и министром иностранных дел Бельгии г-ном Спааком, достигнуто соглашение о восстановлении отношении и обмене дипломатическими представителями между правительствами СССР и Бельгии[20].

Известия. — 1941. — 9 авг.

_____________
* См. док. 149, прим. 19.

 

222

 


 

 

 

153. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ

МЕMO с телеграммы Инсона

7 августа 1941 г.

Немецкий посол Отт отправил телеграмму в Берлин Риббентропу в отношении кабинета Коноэ. Он указывает, что кабинет, безусловно, базируется на немцев. Новым для меня было то, что прежний министр иностранных дел Мацуока был прогерманец.

Отт высказал точку зрения в том отношении, что основная политика не изменилась, но темп вступления в войну очень медленный. Для Отта теперь имеется значительно больше трудностей в его работе ввиду того, что новый кабинет значительно равнодушнее в отношении Германии, чем прежний кабинет Мацуоки.

В Японии мобилизованы возраста от 23 до 45 лет. Новые дивизии формируются в количестве 20 ООО чел. Мобилизация началась с 7 июля.

Зенитные полки — предположительно для Маньчжурии. 2 пд начала мобилизацию 23 июля, в 14 пд мобилизован только 15 пп в Такасаки. 16 пд постепенно готовится к переброске в МЧГ.

ЦАМО РФ, ф. 23, оп. 5840. д. 7. л. 102.

 

 

154. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

8 августа 1941 г.

Представил сегодня Голикова Хэллу, вернувшемуся на днях после двухмесячного отсутствия. Хэлл принял хорошо, утверждал, что с первого же дня войны высказал Рузвельту мнение о необходимости коренного пересмотра американской политики по отношению к СССР и переходе к политике помощи. Голиков и я выразили Хэллу неудовлетворенность ходом наших дел в США, отсутствием ясности по вопросу о том, какая часть нашей заявки будет удовлетворена в августе—сентябре, медленностью решения вопроса, «странствованием от Понтия к Пилату». Хэлл в решительных выражениях обязался конкретно помогать, заявил, что Рузвельт уже дал встряску тем, кто недостаточно быстро занимается нашими вопросами. Хэлл заявил далее, что должен подтвердить обоснованность предупреждения, данного мне Уэллесом три недели тому назад по его, Хэлла, поручению, о враждебных намерениях Японии по отношению к нам. Последние данные, которыми располагает американское правительство, снова подтверждают «реальность угрозы движения японцев в северном направлении». Хэлл заявил, что не собирается, конечно, давать советы советскому правительству, которому виднее, но от своего имени рекомендует уделить этой угрозе самое серьезное внимание. Ответил Хэллу благодарностью за информацию и, оговорившись, что и мы не собираемся давать советы американскому правительству, указал ему от своего имени, что поныне политика американского правительства покоится на том, чтобы оставлять японцев в неведении об окончательном курсе американского правительства в случае японской агрессии против нас в расчете, что это неведение будет тревожить и сдерживать японцев. Мне кажется, заявил я Хэллу, что японцы поймут

 

223

 


 

только ясный, решительный язык и что публичным или дипломатическим путем или прямой демонстрацией готовности США к любому положению им надо дать понять, какова будет политика США в случае японской агрессии против СССР. Хэлл заявил, что он лично согласен именно с этой тактикой, что он защищает ее внутри правительства, ибо по опыту знает, что японцы понимают только крепкий, недвусмысленный язык. Хэлл не дал никаких ссылок на военную отсталость США, на обязательства по отношению к Англии и не приводил других предлогов недостаточной помощи нам, которых мы здесь наслушались за последнее время. Он не отрицал неудовлетворительного хода дела, указывал, что дело ускорится с возвращением Рузвельта, обещал лично каждодневно помогать по всем практическим вопросам. Официальной нотой послал ему нашу заявку на бронеплиты с указанием на срочность этого вопроса.

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1, п. 346. д. 2364, л. 300-302.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 100-101.

 

 

155. НОТА ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР ПОСОЛЬСТВУ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ В СССР*

[8 августа 1941 г.]

Народный Комиссариат Иностранных Дел СССР, свидетельствуя свое почтение Посольству Соединенных Штатов Америки, имеет честь сообщить, что в настоящей, навязанной Советскому Союзу войне с Германией Правительство Союза ССР будет соблюдать общеизвестные международные договоры, касающиеся права войны, и в частности:

1. Гаагскую Конвенцию от 18 октября 1907 г. о законах и обычаях сухопутной войны**.

2. Женевский Протокол от 17 июня 1925 г. о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств***.

3. Женевскую Конвенцию от 27 июля 1929 г. об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях****.

Советское Правительство считает, однако, необходимым заявить, что, ввиду систематического нарушения гитлеровской Германией международных договоров и конвенций. Советское Правительство будет соблюдать в отношении Германии указанные выше договоры и конвенции постольку, поскольку они будут соблюдаться самой Германией.

Москва, 8 августа 1941 г.

АВП РФ. ф. 129. оп. 26, п. 36, д. 1, л. 99.

_____________
* Аналогичные ноты в этот же день были направлены всем другим посольствам и миссиям, аккредитованным в Москве.
** См. Законы и обычаи войны. Важнейшие международные конвенции. -М., 1942. — С. 3-16.
*** См. Там же. — С. 17-20.
**** См. Там же. — С. 21-32.

 

224

 


 

 

156. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ КИТАЯ ГО ТАЙЦИ

8 августа 1941 г.
Секретно

После обмена приветствиями, вопросами и ответами протокольного характера министр заявил, что Китай с удовлетворением и радостью констатирует успехи Красной Армии в борьбе против фашистской Германии. Я ответил ему, что мы всегда были уверены именно в такой оценке и отношении дружественного нам Китая к нашей борьбе с гитлеровской Германией. В качестве первого и главного итога полуторамесячной борьбы можно назвать то, что так называемый «блицкриг» Гитлеру не удался. Его планы на молниеносный захват наших политических и экономических центров, как-то: Москвы, Ленинграда и Киева — провалился. На этот раз Гитлер крепко просчитался, и его полчища найдут свою гибель в навязанной им войне Советскому Союзу, заявил я министру.

Согласившись со мною в благоприятном для СССР исходе этой борьбы, министр заявил, что в действиях агрессивных стран намечается все большее координирование действий против демократических государств. Поэтому, сказал Го, нам нужно всеми силами стараться организовать единый фронт антиагрессивных стран для борьбы с агрессором на западе и востоке. Поэтому в связи с важностью советско-китайских взаимоотношений, необходимостью укрепления антиагрессивного блока Англии, США, СССР и Китая центральное китайское правительство имеет намерение назначить к китайскому послу в СССР г-ну Шао Лицзы еще и посланника.

«Конечно, — заявил министр, — положительное разрешение этого вопроса будет зависеть от правительства СССР».

В связи с этим решением министр попросил меня обратиться к правительству СССР с этим предложением, заявив, что китайское правительство будет приветствовать аналогичный шаг со стороны СССР.

Я заверил министра, что незамедлительно сообщу для сведения моего правительства указанное выше предложение китайского правительства.

На беседе присутствовали: т. Резанов Г.Ф., т. Федоренко Н.Т. и г-н Цзоу Шаню.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ, ф. 0100, оп. 25. п. 201, д. 9, л. 26-27.

 

 

157. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР[21]

8 августа 1941 г. Сов.
Секретно

Меня посетили профессора Кассен и Дежан, политические представители генерала де Голля в Лондоне, которые поставили передо мной вопрос об установлении тех или иных официальных отношений между Советским правительством и движением «Свободная Франция». На мой вопрос, в какой форме

 

225

 


 

они представляют себе эти отношения, представители генерала ответили, что им рисуется примерно тот же характер отношений, который сейчас существует между британским правительством и генералом де Голлем. Я ответил, что сообщу об их предложении правительству и по получении ответа информирую их. Кассен и Дежан сообщили, что армия де Голля насчитывает в настоящее время около 80 тыс. человек и что политический центр «Свободной Франции» де Голль намерен перенести из Браззавиля в Бейрут, хотя окончательное решение об этом еще не принято.

И. Майский

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 352, д. 2403, л. 289.

Опубл.: Советско-французские отношения... — Т. 1. — С. 47.

 

 

158. ЗАЯВЛЕНИЕ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА ОБ УВАЖЕНИИ ТЕРРИТОРИАЛЬНОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ

[10 августа 1941 г.]

Советский Посол в Турции т. Виноградов С.А. посетил Министра Иностранных дел Турции г. Сараджоглу и по поручению Советского правительства сделал ему сообщение следующего содержания:

«Советское правительство подтверждает свою верность Конвенции в Монтрё и заверяет Турецкое правительство, что оно не имеет никаких агрессивных намерений и притязаний в отношении Проливов. Советское правительство, так же как и Британское правительство, готово скрупулезно уважать территориальную неприкосновенность Турецкой республики. Вполне понимая желание Турецкого правительства не быть вовлеченным в войну, Советское правительство, как и Британское правительство, тем не менее было бы готово оказать Турции всякую помощь и содействие в случае, если бы она подверглась нападению со стороны какой-либо европейской державы»*.

Опубл.: Внешняя политика СССР... — Т. 1. — С. 145-146.

 

 

159. ПИСЬМО ПОСЛА СССР В ИРАНЕ А.А.СМИРНОВА НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВУ

10 августа 1941 г.
Секретно

Положение в Иране после нападения Германии на СССР

1. Позиция Ирана по отношению к СССР.

Рассматривая политику Ирана по отношению к СССР за истекшие семь недель после нападения Германии на Советский Союз, следует отметить два периода:

_____________
* По имеющимся в НКИД сведениям, аналогичное заявление также 10 августа по поручению правительства Великобритании сделал турецкому правительству и посол Великобритании в Турции.

 

226

 


 

Первый период — от начала военных действий до заключения англо-советского договора*. Этот период можно характеризовать как чисто конъюнктурный, выжидательный, с оптимистическими расчетами на то, что и для Ирана приближается время действий.

Заявление о сохранении полного нейтралитета и заверения в дружбе должны были только искусно прикрывать тайные замыслы проворовавшейся феодальной военщины Ирана, воспитанной на германских фашистских теориях, в подходящий момент подобраться к Советскому Кавказу.

Именно в этот период внешнего подчеркивания дружбы к СССР иранское правительство проводило лихорадочным темпом крупные военные мероприятия на наших границах. Как раз в это время среди профашистски настроенного офицерства пропагандировались Иден захвата Баку и Советского Азербайджана.

Можно с уверенностью сказать, что в нашем заявлении об искренней и традиционной дружбе, о желании, несмотря на войну, расширить товарооборот и транзит, иранское правительство увидело признак того, что сейчас СССР станет особенно уступчивым по отношению к Ирану, что для Ирана наступил удобный момент выжать из Советского Союза возможно больше. Это можно было определить по поведению шаха, премьера и др. лиц, с коими мне приходилось беседовать. Они с восторгом принимали сообщение советского правительства о доставке иранских военных грузов, застрявших в СССР, но, когда речь заходила о транзите советских грузов через Иран, шах и премьер тотчас же спешили заявить: «А как бы это не повредило иранскому нейтралитету, как бы на это не обиделись». Стремление не обидеть немцев проходит красной нитью в политике Ирана, и оно сохраняется до сих пор.

Второй период, начало которому положило заключение англо-советского договора, характеризуется расстройством иранских планов: играя в нейтралитет, пособничать немцам. Вот почему заключение англо-советского соглашения было встречено иранской правящей верхушкой с большим неудовлетворением. Амери и Мансур были чрезвычайно сдержанны, пожалуй, сильно растерянны, когда я завел с ними речь об этом событии.

В англо-советском договоре иранцы увидели опасность в том отношении, что им сейчас вряд ли будет позволено, прикрываясь нейтралитетом, проводить политику тесного сотрудничества с немцами. Тем не менее иранское правительство решило не сдаваться и пытается лавировать между тремя странами: СССР, Англией и Германией.

Отношение к СССР после демарша о выдворении немцев из Ирана

Иранское правительство отказалось принять советский демарш о выдворении V, немцев в месячный срок из Ирана, сославшись на то, что этот демарш, во-первых, носит ультимативный характер, во-вторых, ущемляет суверенитет Ирана, в-третьих, выполнение его нарушит позицию строгого нейтралитета, занятую Ираном, и повлечет к осложнению, а возможно, и к разрыву отношений с Германией, что невыгодно ни самому Ирану, ни его соседям.

В то же время иранцы не оставляют свои заверения в их искреннем и дружественном отношении к СССР. Фактически же, ответив рядом статей в иран

_____________
* См. док. 102.

 

227

 


 

ской прессе на выступление Идена в палате общин по вопросу о выдворении немцев из Ирана, иранское правительство заняло выжидательную позицию и очень настороженно следит за каждым шагом советского правительства, ожидая его реакции на отказ выдворять немцев из Ирана.

2. Военные мероприятия иранского правительства.

Иранское правительство с первого дня войны между СССР и Германией стало проводить ряд военных мероприятий. Эти мероприятия в основном сводятся к следующему: усиление ряда гарнизонов в северных районах Ирана (р-ны Ардебиля, Астары, Тавриза, Маку, Решта) как путем частичной мобилизации запасных (3 возраста), так и отправки туда воинских частей из центральных районов Ирана, мобилизация конного состава, завоз в значительном количестве вооружения и снаряжения из центральных складов в областные (из Тегерана в Мемед и Тавриз), усиленное строительство аэродромов и казарм, ремонт и расширение дорог (Пехлеви, Решт), завоз и сосредоточение запасов продовольствия и фуража в этих же районах, создание запасов горючего путем заказа военного министерства Англо-иранской нефтяной компании на поставку 10 ООО т автобензина с доставкой его в Тегеран—Тавриз в пятинедельный срок. К военным мероприятиям иранского правительства также относятся: усиленное обучение войск, проведение ночных занятий с боевыми стрельбами, усиленное обучение авиачастей ночным полетам и бомбометанию в центральных округах, подготовка автотранспорта для переброски воинских частей из центральных районов к ирано-советской границе, подготовка к установке тяжелых орудий на Каспийском побережье в районе Решт— Пехлеви с целью воспрепятствовать нашему десанту.

Для маскировки этих мероприятий иранцы пустили слухи, что усиление военных гарнизонов на ирано-советской границе проведено якобы с целями, во-первых, воспрепятствовать потоку беженцев из СССР: в случае германского проникновения на Кавказ перейти в Иранский Азербайджан; во-вторых, якобы для подавления волнения среди курдских племен в районе Маку. Вместе с тем среди германофильски настроенного офицерства и чиновничества пропагандировалась своеобразная идея реванша: Россия в свое время отняла у Ирана 10 городов (Баку, Дербент, Шума, Нахичевань и др.), и теперь, возможно, скоро настанет время для Ирана отобрать их обратно.

Мы так расцениваем эти мероприятия: англичане в начале советско-германской войны, опасаясь возможного быстрого продвижения немцев на Кавказ и не будучи в это время на Среднем Востоке сами готовыми к сколько-нибудь широким военным акциям, проводили подготовку к обеспечению своих позиций на Кавказе (особенно Баку) силами Ирана для того, чтобы не допустить захвата нефтяных источников немцами и иметь хотя бы небольшой резерв времени для своей собственной подготовки.

Положение существенно не изменилось и после заключения советско-английского договора от 12 июля 1941 г. Иранское правительство продолжает осуществлять начатые им ранее военные и экономические мероприятия. Прибавился только новый повод для осуществления, а именно: немецкая пропаганда усиленно распространяет слухи о том, что СССР и Англия заключили одновременно с советско-английским договором от 12 июля 1941 г. соглашение о разделе между ними Ирана. Иранцы серьезно прислушиваются к этой пропаганде, особенно после советского и английского демаршей о выдворении немцев, и используют ее как повод для проведения своих мероприятии на северных границах.

 

228

 


 

Необходимо отметить, что у нас нет никаких сведений, которые указывали бы на проведение иранцами подобных мероприятий на границах с Индией и Ираком.

3. Деятельность немцев в Иране и позиция Ирана по отношению к Германии.

Иранское правительство боится ссориться с Германией, в особенности на тот случай, если германская армия будет одерживать победы на фронте в СССР. Кроме того, Иран пытается лавировать между тремя странами — СССР, Англией и Германией.

В силу этого, а также в силу того, что немцы, особенно с 1938 г., несколько укрепили свое военное и экономическое влияние в Иране, иранское правительство не чинит сколько-нибудь эффективных препятствий немецкой деятельности в Иране, несмотря на то что деятельность немцев в Иране направлена не только против СССР и Англии, но и против нынешнего иранского правительства и лично против шаха.

Германская деятельность в Иране характеризуется следующими основными моментами: в противоположность англичанам, прочно завладевшим основными экономическими и финансовыми позициями в Иране, немцы, занимая менее устойчивые позиции, действуют по своему старому способу — большой численностью, занимая своими людьми самые разнообразные должности как в официальных учреждениях Ирана, так и в коммерческой, транспортной и других областях экономической жизни страны.

Свою пропагандистскую и подрывную работу против настоящего иранского правительства и шаха немцы проводят, заявляя, что шах является английским ставленником и что все зло и бедственное положение широких масс иранского народа происходят по вине шаха и англичан. Нужно отметить, что шах не пользуется популярностью в широких кругах иранского населения. Его ненавидят за грабеж, личное стяжательство и скупость. Для организации волнений против шаха, а при случае и совершения государственного переворота, немцы подготавливают и соответственно обрабатывают следующие элементы:

а) наследника и высший офицерский состав армии, большинство которого окончили германские военные школы, настроены пронемецки — часть женаты на немках;

б) вождей местных племен (курдов, луров), которые ненавидят шаха за то, что он их фактически лишил власти и угнетает их племена;

в) наиболее отсталую в религиозном отношении часть иранского населения через мусульманское духовенство, которое настроено против шаха, так как он лишил это духовенство многих привилегий, отнял церковные земли и забрал в личное пользование доход со «священных мест» мусульман (Менод и др.);

г) армян и тюрок, проживающих в основном в Иранском Азербайджане, которых иранское правительство лишило фактически всех гражданских прав и нещадно угнетает. Успеха среди них немцы не имеют.

Немцы организуют в Иране банды для совершения диверсионных актов на территории СССР, используя для этого следующие элементы:

а) эмигрантов-белогвардейцев, проживающих в Иране. Часть из них, даже по немецким источникам, колеблется и, пытаясь сохранить патриотическую позицию, на соглашение с немцами не идет;

б) дашнаков, эмигрировавших из СССР, обещая им создание «Великой Армении» за счет СССР, Турции и Ирана. По имеющимся у нас сведениям,

 

229

 


 

местные лидеры дашнаков целиком контактируют с немцами. Рядовая же масса дашнаков, а особенно армян, выселенных из СССР в 1937-1939 гг., симпатизируют СССР в его борьбе против Германии;

в) муссаватистов, которые находятся в связи как с немцами, так и с турками. Эта организация более малочисленная, чем дашнакская, но в ней нет раскола между лидерами и рядовым составом, как у дашнаков;

г) эмигрантов из среднеазиатских республик для организации там диверсионных актов. Немцы считают, что это наиболее слабый участок, где они не достигли сколько-нибудь заметных успехов.

В борьбе против Англии немцы используют:

а) ненависть широких масс иранского населения к англичанам;

б) вождей племен (курдов, луров), племена которых живут у советской и иранской границ, восстанавливая их как против СССР, так и против Англии;

в) иранцев, бежавших после неудачного выступления Гайляни в Иран и поддерживающих с немцами тесный контакт.

Немцы широко развернули свою пропагандистскую работу в Иране как легальными, так и нелегальными методами.

Как иллюстрацию легальных методов германской пропаганды в Иране можно привести:

а) до сих пор информация враждебных нам государств занимает 60-70% всех сообщений из-за границы, помещаемых в иранских газетах;

б) ряд иранских газет систематически печатал очерки о некоторых советских городах, упоминаемых в немецких сводках. Подборка этих статей в сопоставлении с германскими сводками неизбежно создавала у читателей впечатление, что эти города уже заняты немецкими войсками;

в) иранские газеты недавно поместили объявление о скором выходе из печати брошюры на иранском языке с выдержками из речей Гитлера, Муссолини и... Черчилля. О помещении выдержек из речей какого-либо советского государственного деятеля не упоминается;

г) германские книжные киоски (в одном Тегеране их имеется около трех) продают вполне легально всякую пропагандистскую литературу.

Помимо этого, немцы распространяют через свою миссию и торговые фирмы значительное количество нелегального пропагандистского материала на персидском, русском, французском и английском языках.

4. Англичане в Иране и отношения Ирана с Англией.

Англичане в Иране прочно занимают основные экономические и финансовые позиции. Они руководят всеми действиями шаха, прямо или косвенно консультируя его во всех важных актах иранского правительства. Во всех иранских официальных учреждениях англичане имеют своих людей, которые обеспечивают проведение в жизнь тех или иных мероприятий. Влияние англичан еще больше усилилось после их победы в Иране. Влияние англичан в Иране настолько велико, что сами иранцы говорят, что стоило бы англичанам нажать посильнее на иранское правительство, и немцев немедленно выдворили бы из Ирана. Настоящее иранское правительство во главе с шахом, премьер-министром Мансуром и выполняющим обязанности мининдела Амери больше всего ориентируется на Англию. Англичане открыто говорят, что эти люди проанглийски настроены.

В следующем письме я постараюсь более подробно разобрать английскую политику в Иране. Сейчас мы заняты изучением весьма тонкой, двойственной политики Англии и Ирана, которая имеет и свою опасную для нас сторону.

 

230

 


 

Один раз я уже попался, когда англичане дали двойные инструкции Буллерду по вопросу о выдворении немцев. В Иране они хотели бы также загребать жар чужими руками, сохраняя свое хорошее лицо.

Посол СССР в Иране
Смирнов

АВП РФ. Ф. 094. оп. 26. п. 331. д. 2. л. 163-170.

 

 

160. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

11 августа 1941 г.

В течение первых дней войны Германии и СССР японское правительство и генштаб решили подготовить войну, потому провели большую мобилизацию. Однако после 6 недель войны руководители Японии, готовящие войну, видят, что наступление германской армии задерживается и значительная часть войск уничтожена Красной Армией. Позиция Америки становится все более антияпонской. Усиливается экономическая блокада Японии, но японский генштаб совсем не собирается распускать обратно мобилизованных. В генштабе уверены, что в ближайшее время последует окончательное решение, тем более что уже приближается зима. Ближайшие две-три недели окончательно определят решение Японии. Возможно, генштаб примет решение на выступление без предварительной консультации с правительством.

Германский посол Отт узнал, что под предлогом избежания войны японское министерство иностранных дел потребует от правительства СССР удовлетворения максимальных своих претензий.

Инсон

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 2. л. 819-820.

 

 

161. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

12 августа 1941 г.

Приняв Криппса, прибывшего в сопровождении 3-го секретаря посольства Денлопа, Молотов сообщил, что Сталин очень занят и поэтому просил его, Молотова, рассмотреть вопросы, связанные с меморандумом по экономическим переговорам. Молотов пояснил, что он не будет касаться деталей и хочет обсудить лишь два основных вопроса, затронутых в меморандуме.

Первый вопрос, заявил Молотов, это вопрос о том, что будет являться предметом кредита — сальдо от взаимных поставок СССР и Англии или вся сумма английского кредита СССР. Не вдаваясь в детали переговоров, советское правительство выражает согласие с предложением, чтобы кредит относился к сальдо при подсчете квартальных поставок между СССР и Англией.

 

231

 


 

Второй вопрос — вопрос о 40% оплате поставок наличными. Советское правительство принимает это предложение, считая, что оплата будет производиться либо в долларах, либо в золоте.

Желая уточнить заявление Молотова, Криппс просил пояснить решение советского правительства на примере, который он привел в меморандуме.

Молотов заявил, что он сам не имеет точного ответа советского правительства. Меморандум посла должен быть рассмотрен более подробно, и будет лучше, если ответ представить в письменной форме. Приведенный же Криппсом пример не затрагивает вопроса, который в настоящий момент ставит Наркомвнешторг. Дело в том, заявил Молотов, что Наркомвнешторг имеет право покрывать свои старые кредиты за счет поставок в Англию, приведенный же пример этого момента при обсуждении настоящего кредита не учитывает. Надо уточнить, в какой мере настоящие поставки пойдут на покрытие старых кредитов и в какой мере — на покрытие теперешних.

Криппс сказал, что впервые при переговорах о новом кредите перед ним затрагивается вопрос о старых кредитах, однако он считает, что прежнее положение в отношении старых кредитов остается неизменным.

Приведя пример, согласно которому в счет поставок англичан входят старые кредитные платежи Советского Союза, Молотов заметил, что это его личная точка зрения на детали кредитного соглашения. Подробный же ответ на меморандум Криппса должен быть составлен в письменной форме.

Криппс заявил, что в связи с разъяснениями Молотова, он готов принять предлагаемые условия заключения кредитного соглашения.

Молотов заметил, что если представленный проект соглашения приемлем, то можно считать вопрос с кредитом решенным.

Криппс подтвердил замечания Молотова и заявил, что он уполномочен своим правительством решать вопрос о кредите так, как это ему покажется наиболее правильным. Теперь ему остается лишь договориться с Микояном о деталях кредитного соглашения.

АВП РФ. ф. Об, оп. 3, п. 1. д. 5. л. 53-54.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. I. — С. 98-99.

 

 

162. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По радио. Немедленно

12, 15 августа 1941 г.

Немцы ежедневно давят на Японию за вступление в войну.

Факт, что немцы не захватили Москву к последнему воскресенью, как они это обещали высшим японским кругам, понизил энтузиазм японцев.

С целью воздействия на Японию, чтобы она выступала, Риббентроп присылает ежедневно телеграммы. По этому поводу имелись разговоры с генералами Доихарой и Окамурой. Посол Отт думает, что японцы выжидают момента, пока Красная Армия ослабнет, так как без этих условий вступление в войну будет небезопасно, тем более что их ресурсы горючего очень малы.

Военный атташе германского посольства в Токио совершил поездку в Корею и Маньчжурию и сказал мне, что шесть дивизий прибыли в Корею для

 

232

 


 

возможного наступления на Владивосток. В Маньчжурию прибыли 4 дивизии. Ват точно узнал, что японские силы в Маньчжурии и Корее вместе насчитывают 30 дивизий. Подготовка к операциям закончится между 20-м числом и концом августа месяца, но Ват лично телеграфировал в Берлин, что решение на выступление японцев еще не принято. Если Япония выступит, то первый удар будет нанесен на Владивосток, куда и нацелено большинство японских сил. Против Благовещенска направлены 3 дивизии.

Германский военный атташе уверен, что в связи с успехом германских войск на Украине, безусловно, последует новый удар на Ленинград и новое наступление на Москву. Захват этих двух городов крайне необходим — с целью воздействия на Японию. Он сказал, что созданные немцами воздушные дивизии еще не использованы. Он думает, что эти дивизии будут использованы для захвата Ленинграда, Москвы и бакинского нефтяного района. Ват думает, что успехи немцев на юге начали оказывать свое влияние на японский генштаб.

Инсон

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 24127. д. 2. л. 343-346.

 

 

163. ПОСЛАНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПРАВИТЕЛЬСТВУ ТУВИНСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ*

12 августа 1941 г.

Правительство СССР от имени многонационального советского народа горячо поздравляет тувинской народ и его Правительство с 20-летием Тувинской Народной Революции и достигнутыми большими успехами в области государственного, хозяйственного и культурного строительства. Советское Правительство твердо уверено, что тувинский народ под руководством Народно-Революционной Партии, Правительства и при братской помощи Советского Союза добьется еще больших успехов в развитии и укреплении Тувинской Народной Республики и в поднятии своего благосостояния.

Празднование 20-летия Тувинской Народной Республики происходит в то время, когда весь советский народ ведет отечественную войну против вероломно напавшей на нашу родину гитлеровской Германии. В этой борьбе советский народ имеет поддержку всего передового и прогрессивного человечества и твердо уверен в своей победе над подлым врагом.

Правительство СССР с большим удовлетворением отмечает готовность тувинского народа с оружием в руках выступить вместе с советским народом на разгром фашизма.

Победа советского народа будет также победой братского тувинского народа.

Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР
И.Сталин

АВП РФ. ф. 0153. оп. 18, п. 3. д. 131. л. 5.

_____________
* Помета на документе: «Тов. Сталину. Посылаю проект телеграммы по случаю 20-летия Тана-Тувы, которое празднуется 13/VIII. 12/VIII. В.Молотов».

 

233

 


 

 

 

164. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ КИТАЯ В СССР ШАО ЛИЦЗЫ

13 августа 1941 г.
Секретно

Шао Лицзы, принятый по его просьбе, начал с сообщения, что он для практики в русском языке внимательно изучает сводки Информбюро.

Я заметил, что изучение сводок Информбюро полезно не только с точки зрения изучения русского языка, но и с политической точки зрения.

Перейдя к цели своего сегодняшнего визита, Шао Лицзы заявил, что сегодня он специально пришел ко мне в связи с полученной от своего правительства телеграммой. Китайское правительство, придавая исключительно большое значение укреплению связи между Китаем и СССР, следуя примеру Англии и Соединенных Штатов, хотело бы расширить свое посольство в Москве путем посылки посланника, кроме имеющегося посла. Правительство поручило ему испросить согласие правительства СССР на назначение посланника. В телеграмме китайское правительство указывает, что если правительство СССР решит назначить посланника в состав своего посольства в Китае, то согласие на это будет дано немедленно.

Я ответил, что просьбу китайского правительства доложу своему правительству. Оговорившись, что я высказываю свое личное мнение, я заметил, что связь между Китаем и СССР через имеющихся послов очень эффективна. Назначение посланников производится на основе взаимности. Я думаю, что с нашей стороны назначение посланника не предполагается. Я еще раз отметил, что просьбу китайского правительства, переданную через г-на посла, доложу своему правительству.

Переводя вопрос на другую тему, я спросил Шао Лицзы, пострадало ли китайское посольство от бомбежек.

Посол ответил, что в ночь на 12 августа во время бомбежки выбито одно очень большое оконное стекло; кроме того, имеется несколько пробоин в крыше от осколков зенитных снарядов. Шао Лицзы добавил, что чердак китайского посольства имеет очень сложную конструкцию и поэтому, в случае попадания термитной бомбы, будет очень трудно работать по тушению пожара.

Отметив, что надо усилить противопожарную охрану, я сказал, что теперь мы начали бомбить Берлин, так что немцы получают теперь той же монетой. Хвастливые заявления немцев о том, что они будут в Москве через две недели после начала войны, разлетелись в прах.

Шао Лицзы, прервав меня, сказал, что немцы уверяли японцев в Шанхае о том, что их войска войдут в Москву 20 июля 1941 г. Шанхайские ванцзинвеевские газеты неоднократно сообщали, что немцы уже захватили Ленинград, Москву и Киев.

На это я ответил, что в некоторых странах лакеи идут впереди хозяев, а в других — сзади, немецкие лакеи из шанхайских газет, как видно, бегут впереди своих господ.

На это посол ответил, что в Китае существует поговорка: «Неважно, бежит ли лакей впереди или сзади, хозяин им всегда недоволен». Если ночью лакей

 

234

 


 

идет с фонарем сзади хозяина, то хозяин кричит на него — почему он дорогу не освещает, а если он идет впереди него, то хозяин опять кричит — почему вперед забегаешь.

Далее Шао Лицзы спросил меня как будто мимоходом, знаю ли я о том, что японское правительство решило провести в жизнь план о всеобщей мобилизации, о чем было принято решение еще 2-3 года тому назад.

Я ответил послу, что читал об этом.

Шао Лицзы добавил, что закон о всеобщей мобилизации в Японии был принят, но не проводился в жизнь, так как он задевал не столько людские, сколько материальные ресурсы, и поэтому финансовые, промышленные и правящие круги были против его осуществления. Если они теперь согласны на осуществление этого закона, то это означает победу военных элементов над финансовыми и промышленными кругами. В свое время Коноэ в парламенте заявлял, что Япония для ведения войны с Китаем не собирается осуществлять закон о всеобщей мобилизации, но одновременно с этим он ее проводил постепенно и скрыто.

На это я сказал, что у меня такое впечатление, что в Японии в последние годы все время происходит мобилизация материальных ресурсов.

Шао Лицзы, отметив, что в иностранной прессе приводятся немецкие заявления о начале второго или третьего наступления против СССР, спросил меня, как я смотрю на эти заявления.

Я ответил, что за границей имеется очень много ресторанных стратегов, которые выдумывают планы и приписывают их воюющим. Фактически борьба происходит беспрерывно. С 22 июня немцы наступают, но несут огромные потери людьми и материалами. На одних участках они выдыхаются, на другие они подтягивают свежие силы, танки и пр. Известно, что немцы потеряли уже больше полутора миллионов человек. Насколько велики потери немцев, видно из сегодняшней сводки Информбюро, в которой указывается, что лишь в одном железнодорожном пункте немцы потеряли 7500 человек.

На вопрос Шао Лицзы: «Если в сводке указывается, что нет больших перемен, значит ли это, что немцам не удалось продвинуться вперед?» — я ответил, что это означает наличие мелких стычек, а не крупных боев. Теперь уже ясно для всех, добавил я, что война будет длительной.

«Коль скоро она принимает затяжной характер, это уже означает провал немцев», — сделал вывод Шао Лицзы.

Я согласился с выводом посла, добавив, что немецкий план молниеносной войны провалился.

После этого Шао Лицзы сказал, что в такое время надо усиливать общий фронт борьбы против Гитлера.

Я согласился с этим замечанием Шао Лицзы.

На этом беседа закончилась.

Во время приема присутствовал отв. референт Отдела печати т. Скворцов.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.Лозовский

АВП РФ, ф. 0100. оп. 25. п. 200, д. 6. л. 42-43.

235

 


 

 

 

 

165. ВОЕННОЕ СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ВЕРХОВНЫМ КОМАНДОВАНИЕМ СССР И ВЕРХОВНЫМ КОМАНДОВАНИЕМ ПОЛЬШИ

14 августа 1941 г.

1. Военное соглашение является естественным последствием политического договора от 30.VII 1941 года*.

2. Польская армия будет организована в кратчайший срок на территории СССР, причем:

а) она будет составлять часть вооруженных сил суверенной Польской Республики;

б) военнослужащие этой армии будут присягать на верность Польской Республике;

в) она будет предназначена для совместной с войсками СССР и иных союзных держав борьбы против Германии;

г) по окончании войны она вернется в Польшу;

д) во все время совместных военных действий она будет подчинена в оперативном отношении Верховному командованию СССР, в делах организации и личного состава — главнокомандующему польскими вооруженными силами, который через командующего польской армией на территории СССР координирует указания по делам организации и личного состава с Верховным командованием СССР.

3. Командующий польской армией на территории СССР назначается главнокомандующим польскими вооруженными силами, кандидатура которого должна получить согласие правительства СССР**.

4. На территории СССР будут сформированы только сухопутные польские части.

Численность и количество их будут зависеть от многочисленности личного состава и возможностей материального снабжения.

5. Призывные и добровольцы, служившие в польской авиации и морском флоте, будут отправлены на территорию Великобритании для пополнения соответствующих польских частей, уже там существующих.

6. Формирование польских частей будет проведено в местах, указанных Верховным командованием СССР, причем командный и личный состав будет сформирован из польских граждан, находящихся на территории СССР, в призывном и добровольческом порядке.

Для проведения призыва будут установлены призывные комиссии при содействии властей СССР в местностях, указанных ими.

7. Польские армейские части будут двинуты на фронт по достижении полной боевой готовности.

Они будут выступать, как правило, соединениями не меньше дивизии и будут использованы в соответствии с оперативными планами Верховного командования СССР.

8. Все военнослужащие польской армии на территории СССР будут подчинены польским военным законам и уставам.

При частях будут установлены польские полевые суды, которые будут ведать проступками и воинскими преступлениями, касающимися

_____________
* См. док. 136.
** Генерал В.Андерс был назначен командующим польской армией в СССР 6 августа 1941 г.

 

236

 


 

внутреннего устройства, быта, несения службы и дисциплины польской армии.

За государственные преступления военнослужащие польской армии на территории СССР будут ответственны перед военными судами СССР.

9. Организация и военная экипировка личного состава польских частей будут в меру возможности соответствовать образцам, установленным для польской армии на территории Великобритании.

Знамена, признаки разных родов оружия и воинских чинов будут, безусловно, отвечать установленным там образцам.

10. Жалованье, продовольствие, снабжение и иные дела внутреннего порядка будут урегулированы согласно воинским правилам СССР.

11. Раненые и больные военнослужащие польской армии будут подлежать лечению в госпиталях и санаториях и обеспечиваться пенсиями и пособиями наравне с военнослужащими СССР.

12. Вооружение, снаряжение, обмундирование, автомашины и пр. для польской армии будут доставлены в меру возможности:

а) правительством СССР из собственных запасов; б) правительством Польской Республики из доставок, признаваемых на основании «билля»а (закона о помощи демократическим воюющим странам, принятым правительством США)*.

В этом последнем случае правительство СССР окажет возможную помощь в транспорте.

13. Расходы, связанные с формированием, снабжением и содержанием польской армии на территории СССР, будут кредитованы правительством СССР и подлежат возвращению польским правительством по окончании войны.

Вопрос этот будет предметом особого финансового договора.

14. Для связи устанавливаются:

1) польская военная миссия при Верховном командовании СССР;

2) советская военная миссия при польском Верховном командовании в Лондоне.

Офицеры связи при иных штабах будут установлены согласно соглашению обеих сторон.

15. Все вопросы и детали, не предусмотренные этим соглашением, будут урегулированы непосредственно командованием польской армии на территории СССР и соответственными властями СССР.

16. Настоящее соглашение составлено в 2 экземплярах на русском и польском языках, причем оба текста имеют одинаковое значение.

Уполномоченный
Верховного командования СССР
генерал-майор
Василевский

Уполномоченный
Верховного командования Польши
генерал-майор
С.Богуш-Шишко

Москва

АВП РФ, ф. За — Польша, кор. 19. д. 195.

_____________
* Закон о ленд-лизе конгресс США принял 11 марта 1941 г., а 19 июня 1941 г. правительство США включило Польшу в число стран, которые имеют право получать помощь по ленд-лизу.

 

237

 


 

 

 

166. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА С ПОСЛОМ США В СССР Л.ШТЕЙНГАРДТОМ И ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

15 августа 1941 г.

Тов. Сталин в присутствии т. Молотова принял Штейнгардта и Криппса, прибывших в сопровождении третьего секретаря английского посольства Денлопа. Штейнгардт и Криппс, каждый, передали т. Сталину личные ноты с текстом совместного послания Рузвельта и Черчилля*.

Ознакомившись с посланием, т. Сталин заявил, что он приветствует предложение Рузвельта и Черчилля и что со стороны СССР не будет возражений против созыва в Москве совещания представителей трех стран для распределения сырья и вооружения. Тов. Сталин добавил, что он со своей стороны готов принять все меры, чтобы это совещание состоялось как можно скорее. Тов. Сталин просил Штейнгардта и Криппса передать Рузвельту и Черчиллю от имени народов Советского Союза и от имени Советского Правительства сердечную благодарность за их готовность оказать помощь СССР в его освободительной войне против гитлеровской Германии.

Во время беседы т. Сталин, Штейнгардт и Криппс условились, что коммюнике о приеме с текстом послания Рузвельта и Черчилля будет опубликовано в Москве, Лондоне и Вашингтоне 16 августа в 9 час. утра по московскому времени.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 048. оп. 48. п. 431. д. 10. л. 14.

 

 

167. ПИСЬМО НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСУ

15 августа 1941 г.

В одной из наших бесед Вы затронули вопрос об отношении советского правительства к правительству де Голля**, высказав при этом мнение о том, что для британского правительства было бы очень стеснительным, если бы советское правительство относилось бы к правительству де Голля в вопросе признания более благосклонно, нежели это сделало британское правительство. Я ответил Вам, что советское правительство учтет позицию в этом вопросе британского правительства.

В настоящее время я хочу довести до Вашего сведения, что на днях политические представители генерала де Голля в Лондоне — профессора Кассен и Дежан обратились к г-ну Майскому с вопросом об установлении тех или иных официальных отношений между советским правительством и де Голлем и что в связи с этим г-ну Майскому поручено сообщить г-дам Кассену и

_____________
* См. Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. 2. — С. 5-6.
** См. док. 157.

 

238

 


 

Дежану об отсутствии со стороны советского правительства возражений против установления с де Голлем официальных отношений в такой же форме, как это имеет место у де Голля с британским правительством*.

Опубл.: Советско-французские отношения... — С. 45.

 

 

168. СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА ВЕЛИКОБРИТАНИИ И СЕВЕРНОЙ ИРЛАНДИИ О ВЗАИМНЫХ ПОСТАВКАХ, КРЕДИТЕ И ПОРЯДКЕ ПЛАТЕЖЕЙ

16 августа 1941 г.

Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии (называемое ниже «Правительство Соединенного Королевства»), желая договориться о взаимных поставках и о связанных с ними платежах, согласились о следующем:

Статья 1

а) Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Соединенного Королевства условились поставлять друг другу товары. Такие взаимные поставки товаров будут регулироваться особыми списками, подлежащими согласованию между обеими Договаривающимися Сторонами. Эти списки могут дополняться или изменяться по соглашению между обеими Договаривающимися Сторонами.

б) Если какая-либо Договаривающаяся Сторона попросит другую Сторону действовать в качестве ее агента по закупке любых товаров в третьих странах, то такая сделка не будет подпадать под действие настоящего Соглашения.

Статья 2

Если не будет иной письменной договоренности, принятие товаров, поставляемых согласно статье 1 настоящего Соглашения, будет производиться:

а) в случаях, когда отправка совершается на судах иных, чем суда продавца, в порту отгрузки; и

б) в случаях, когда отправка осуществляется на судах продавца, в порту разгрузки.

Статья 3

а) Цены, взимаемые продавцом с покупателя за товары, поставляемые согласно статье 1 настоящего Соглашения, будут основываться на мировых ценах. Однако в отношении цены на любой товар, касательно которого Правительство Соединенного Королевства имеет или будет иметь соглашение с Прави

_____________
* См. Советско-английские отношения... — Т. 1. — Прим. 16.

 

239

 


 

тельством любого иностранного государства, заключенное после 2 сентября 1939 года. Союз Советских Социалистических Республик будет пользоваться режимом, по крайней мере, столь же благоприятным, каким пользуется эта страна.

б) Цены будут во всех случаях исчисляться фоб порт отгрузки; покупатель будет оплачивать фрахт от этого порта и далее и будет нести риски морской перевозки.

в) Все контракты будут заключаться в фунтах стерлингов, причем цены, которые нормально котируются в долларах США, будут пересчитываться в фунты стерлингов по официальному среднему курсу для долларов США в Лондоне в день заключения контракта.

Статья 4

Торговая Делегация Союза Советских Социалистических Республик в Соединенном Королевстве и Британское Правительственное Бюро по страхованию от военных рисков договорятся о страховании от морского и военного рисков товаров, закупленных советскими организациями согласно настоящему Соглашению, советских судов, совершающих перевозку этих товаров, а также золота и таких других принадлежащих Союзу Советских Социалистических Республик грузов и судов, обслуживающих перевозку этих грузов, которые время от времени будут согласовываться между Договаривающимися Сторонами.

Статья 5

а) Все платежи между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенным Королевством за предусмотренные настоящим Соглашением поставки будут производиться по получении уведомления о том, что поставки товаров произведены в фунтах стерлингов через счет, который должен быть открыт в Банке Англии (ниже называемый «Счет») на имя Государственного Банка Союза Советских Социалистических Республик. Для этой цели Государственный Банк Союза Советских Социалистических Республик и Банк Англии совместно договорятся о технических мероприятиях, необходимых для осуществления указанных платежей.

б) Погашение Правительством Союза Советских Социалистических Республик существующей задолженности по Соглашению о гарантии экспортных кредитов 1936 года может также производиться в каждый трехмесячный период через Счет в пределах стоимости товарных поставок Правительства Союза Советских Социалистических Республик по настоящему Соглашению за этот период.

в) Через Счет могут также производиться другие платежи, о которых оба Банка могут время от времени договариваться с одобрения их соответствующих Правительств.

Статья 6

Счет будет балансироваться тридцать первого октября 1941 года и впоследствии в конце каждого трехмесячного периода. Всякое дебетовое сальдо будет регулироваться следующем образом:

 

240

 


 

а) В размере 40% — фунтами стерлингов, полученными Государственным Банком Союза Советских Социалистических Республик от продажи Банку Англии долларов США или золота, подлежащего доставке в центры, согласовываемые между Государственным Банком Союза Советских Социалистических Республик и Банком Англии, или поставкой платины в таких количествах, которые Правительство Соединенного Королевства, будет время от времени устанавливать, причем стоимость этой платины в фунтах стерлингов будет согласовываться между обоими Правительствами.

Продажи долларов США Банку Англии будут производиться по официальному среднему курсу для долларов США в Лондоне в день продажи.

Продажи золота Банку Англии будут производиться, при отсутствии иной договоренности между Государственным Банком Союза Советских Социалистических Республик и Банком Англии, по официальной цене золота в США в день продажи, причем доллары США будут пересчитываться в фунты стерлингов по официальному среднему курсу для долларов США в Лондоне в день продажи.

б) В размере 60% — в фунтах стерлингов, подлежащих внесению на Счет Правительством Соединенного Королевства в порядке кредитования Правительства Союза Советских Социалистических Республик.

Всякое кредитовое сальдо будет находиться в свободном распоряжении Государственного Банка Союза Советских Социалистических Республик.

Статья 7

а) Общая сумма ссуд, предоставленных согласно настоящему Соглашению Правительством Соединенного Королевства Правительству Союза Советских Социалистических Республик, не будет превышать суммы в десять миллионов фунтов стерлингов. Когда общая сумма этих ссуд будет приближаться к указанной сумме в десять миллионов фунтов стерлингов, Договаривающиеся Стороны войдут в переговоры о дальнейшем кредите, который будет предоставлен на тех же условиях и использован в тех же целях, которые изложены в настоящем Соглашении.

б) Сумма каждой выдаваемой таким образом ссуды будет погашаться в фунтах стерлингов или в долларах США, по выбору Правительства Союза Советских Социалистических Республик, пятью равными годовыми взносами, из которых первый будет уплачен в конце третьего года и последний — в конце седьмого года, считая в каждом случае со дня выдачи ссуды.

в) Проценты, считая каждый раз со дня выдачи ссуды, по ставке три процента годовых от суммы задолженности по ссудам, будут оплачиваться в фунтах стерлингов или в долларах США, по выбору Правительства Союза Советских Социалистических Республик, по полугодиям — тридцатого апреля и тридцать первого октября.

г) Пересчет фунтов стерлингов в доллары США, в целях исчисления платежей согласно настоящей статье, будет производиться по официальному среднему курсу для долларов США в Лондоне в день наступления срока платежа.

Заключительная статья

Настоящее Соглашение войдет в силу в день подписания и будет действовать в течение всего периода использования кредитов и производства поставок по этому Соглашению.

 

241

 


 

В свидетельство чего нижеподписавшиеся, должным образом уполномоченные своими соответствующими Правительствами для этой цели, подписали настоящее Соглашение и приложили к нему свои печати.

Совершено в Москве в двух экземплярах 16 августа 1941 года, на русском и английском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

От имени Правительства
Союза
Советских Социалистических
Республик
А.Микоян

От имени Правительства
Соединенного Королевства
Великобритании
и Северной Ирландии
Р.Стаффорд Криппс

АВП РФ. ф. За — Великобритания, д. 105.

 

 

169. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

19 августа 1941 г.

19 августа я беседовал в течение часа с Уэллесом, с которым встретился по своей инициативе, чтобы проинформироваться о содержании совещания Рузвельта с Черчиллем, на котором Уэллес присутствовал.

1. Из сообщенной мне Уэллесом скудной информации наибольшего внимания заслуживает его сообщение, к которому он просил отнестись как к строго конфиденциальному, что в результате совещания с Черчиллем Рузвельт в день возвращения в Вашингтон, 17 августа, вызвал к себе японского посла адмирала Номуру и просил его передать японскому правительству, что в случае, если Япония предпримет новые агрессивные действия в районе Тихого океана (Уэллес при этом дважды повторил это выражение и подчеркнул, что Рузвельт не делал различия между южным и северным направлением), то США не смогут пройти мимо этого безучастно, немедленно примут ответные меры, не считаясь с возможными последствиями таковых и возлагая на японцев всю ответственность за эти последствия. На мой вопрос, имеется ли японский ответ, Уэллес ответил отрицательно, а на вопрос, сделано ли такое же представление в Лондоне, — утвердительно. Поблагодарил Уэллеса за информацию, которая, как я ему заявил, вызывает тем большее удовлетворение, что соответствует духу предложений, внесенных мной Рузвельту 10 июля от имени советского правительства. Поскольку Уэллес снова начал просить о том, чтобы в Москве отнеслись к этой информации как к конфиденциальной, я указал Уэллесу, что за год с лишним переговоров с ним не знаю ни одного случая утечки информации с нашей стороны, но, к сожалению, был ряд недавних и очень опасных случаев утечки информации из американских источников, как, например, опубликование в американских газетах сообщения об отправке истребителей морским путем на Архангельск, что является прямым доносом фашистам со стороны какого-то лояльно настроенного лица в американском правительственном аппарате, на что Голиков и я уже указывали военному министру и другим ответственным лицам. Уэллес ответил, что по этому поводу американское правительство уже назначило строжайшее расследование, результаты которого нам будут сообщены. Уэллес не удержался от

 

242

 


 

того, чтобы не кинуть камешка в огород Икеса, которого он, в частности за его дружественное отношение к нам и за прогрессивные настроения, от души ненавидит. Уэллес заявил, что органы, ведающие снабжением нас нефтепродуктами, также легкомысленно разрекламировали факт отправки американских танкеров на Владивосток. (Действительно, недели две назад Икес об этом сболтнул, хотя и в очень дружественных тонах, как пример другим, как надо быстро помогать СССР.) Уэллес заявил, что ни США, ни СССР не заинтересованы в том, чтобы вокруг этих танкеров японцы затеяли инцидент, и поэтому надо всем поменьше об этом разглашать, ибо самое важное — сдерживать Японию, держать открытыми морские магистрали между СССР и США в Тихом океане. С этим тезисом я согласился.

2. Уэллес заявил, что вопросы, вытекающие из русско-германской войны, и вопросы помощи СССР играли первостепенную роль на совещании Рузвельта с Черчиллем, причем «между обеими сторонами не было и тени расхождения по вопросу об этой помощи» (формулировка двусмысленная). Гопкинс сделал обеим сторонам доклад о поездке в Москву в самых дружественных тонах, подчеркивая волю и способность русского народа к сопротивлению агрессору, откровенность и дружественность Сталина, давшего Гопкинсу картину военного положения. Однако, продолжал Уэллес, как в работе Гопкинса, так и на совещании в Атлантическом океане сказался якобы недостаток военной информации, ибо не было-де фактов, основанных на непосредственных наблюдениях представителей армии и флота США, и этот вопрос стоит по-прежнему остро. Параллельно с совещанием Черчилля с Рузвельтом происходило совещание представителей генеральных штабов обеих стран по стратегическим вопросам, но Уэллес не в курсе этих вопросов, о которых Голиков может проинформироваться у генерала Маршалла. (Встречу с ним и беседу на тему, касающуюся, видимо, Дальнего Востока, Скандинавии, Исландии и так далее, устроим через Гопкинса.)

На мой вопрос о составе американской делегации на Московском совещании Уэллес заявил, что сведения прессы о том, будто он ее возглавит, являются необоснованными, что и со стороны Англии, и со стороны США будут не «чисто политические» деятели, а авторитетные правительственные деятели, ведающие прежде всего вопросами снабжения, а именно: со стороны англичан — Бивербрук, со стороны США — Гопкинс или его представитель в Лондоне Гарриман (координатор помощи Англии по закону о займе-аренде). Я указал Уэллесу, что не сомневаюсь в том, что американской делегации, и в частности Гопкинсу как «старому» знакомому, в Москве обеспечен дружественный прием. Вообще я говорил с Уэллесом о Московском совещании, не проявляя никакого скептицизма, указал на дружественные комментарии в нашей печати, но выразил надежду, что тем временем наличие в Вашингтоне всех активнейших руководителей США и Англии по вопросу снабжения и присутствие нашей военной миссии будут должным образом использованы для немедленного практического решения ряда неотложных вопросов снабжения СССР.

Я дал Уэллесу неудовлетворительную картину наших переговоров за последнее время: относительно приличное удовлетворение лишь нашей заявки на нефтепродукты, некоторый небольшой сдвиг по вопросам станков, явная недостаточность первой партии истребителей, чисто опытный характер первой посылки бомбардировщиков, неизвестность о переразверстке в нашу пользу текущего производства самолетов, неясность по вопросу о бронеплитах (вопрос о которых я снова выделил перед Уэллесом как не терпящий отлага-

 

243

 


 

тельств), отсутствие ответа по артиллерийским объектам, несмотря на данные Рузвельтом указания, ряд примеров прямой волокиты, отписок и сваливание вопросов одним органом американского правительства на другой. Уэллес дал мне очередной букет пышных обещаний. (Завтра Голиков и я встречаемся с Гопкинсом сначала втроем, затем с участием Бивербрука, рассчитываем на внесение ясности в ряд вопросов.)

3. Уэллес дал мне от имени президента следующий ответ на мое секретное письмо президенту от имени Сталина — во время нахождения Рузвельта в океане — по вопросу о Финляндии:

По поручению президента Уэллес вызвал на днях финского посланника Прокопе и заявил ему, что, по сведениям американского правительства, СССР исполнен воли довести свою борьбу с агрессией, включая и агрессию на северном участке, до конца и что на эту тему у финского правительства не должно быть никаких сомнений. Американское правительство, далее, считает, что в этой борьбе с агрессией СССР, несомненно, одержит победу. (Уэллес разъяснил, что он по поручению Рузвельта сделал финскому посланнику подобное введение, чтобы финны не истолковали ложно американское представление как представление якобы слабости СССР.) После этого Уэллес заявил Прокопе, что дальнейшее ведение Финляндией войны против СССР на стороне Германии не соответствует интересам Финляндии и ее независимости и скажется роковым образом на будущем американо-финских отношений, нанесет непоправимый удар популярности финнов в США. Если же финское правительство вернется на путь мира, то, по сведениям американского правительства, советское правительство готово заключить новый мирный договор с территориальными коррективами. На мой вопрос, указал ли он финну на угрозу разрыва Америкой дипломатических отношений с Финляндией, Уэллес ответил, что по договоренности с президентом он «припас» эту угрозу до получения ответа финского правительства на это свое представление и что угроза разрыва будет следующим — в принципе уже решенным — шагом американского правительства.

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 346, д. 2365, л. 2-7.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 104-106.

 

 

170. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В КИТАЕ А.С.ПАНЮШКИНА С МИНИСТРОМ ЭКОНОМИКИ КИТАЯ ВЭН ВЭНЬХАО

19 августа 1941 г.
Секретно

После обмена приветствиями, вопросами и ответами протокольного характера я сообщил министру о намерении сегодня, уже конкретно (предварительная беседа по этому вопросу состоялась 9/VIII), обсудить вопрос отгрузки нам минералов (вольфрам, олово, ртуть, сурьма), которая проходит ненормально, не в сроки, указанные в договоре. Подчеркнув перед министром наши потребности в металлах, возросшие в связи с войной, я просил министра принять самые срочные меры к своевременному выполнению договора на отгрузку нам минералов.

 

244

 


 

Министр заявил, что он примет все меры, чтобы своевременно отгрузить все минералы, предназначенные для СССР. Он заверил меня, что по вольфраму и олову намечается перевыполнение договора, а по сурьме, пожалуй, будет недовыполнение.

Я заметил министру, что мы были бы не против замены причитающихся нам по договору 3,5 тыс. т сурьмы соответствующим (по стоимости) количеством вольфрама или олова.

Кроме того, я попросил министра изыскать возможность для отгрузки нам дополнительно 1 тыс. т вольфрама и олова.

Я все эти металлы просил подготовить к отправке из Рангуна и Гонконга в два срока равными партиями: одну партию в середине сентября с.г., а вторую — в начале октября с.г.

Министр обещал приложить максимум усилий для выполнения договора в сроки и выяснить свои возможности относительно дополнительной отгрузки нам металлов и поставить нас об этом в известность.

На беседе присутствовали: И.В.Бакулин и Н.Федоренко.

Посол СССР в Китае
А.Панюшкин

АВП РФ. ф. 0100, оп. 25. п. 201. д. 9. л. 38-39.

 

 

171. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ЧЕХОСЛОВАКИИ В СССР З.ФИРЛИНГЕРОМ

19 августа 1941 г.
Секретно

В 18 час. я принял чехословацкого посланника Фирлингера, явившегося с протокольным визитом вежливости.

Я сообщил Фирлингеру, что на завтра, 20 августа, в 1 час дня назначена церемония вручения им верительных грамот т. М.И.Калинину.

Фирлингер поблагодарил и затем заявил, что просит его считать своим человеком, у которого от нас нет никаких секретов. В своей работе он будет стремиться быть нам полезным.

Я ответил, что наши задачи по борьбе с общим врагом требуют тесного контакта в работе.

Затем разговор перешел на общие темы.

Фирлингер рассказал о том, как изменялось общественное мнение Англии в пользу Советского Союза. По его мнению, этот процесс шел и идет очень быстро. Люди самых разных слоев, еще вчера верившие разным басням о слабости Советского Союза, о его неустойчивости и т.п., сегодня, после нападения Германии на СССР и после отпора, оказанного Красной Армией агрессору, становятся его доброжелателями. И это несмотря на то, что у власти находится консервативное правительство, которое, конечно, не без резервов относится к политике СССР. Фирлингер полагает, что на сегодняшний день большинство населения Англии настроено просоветски. Выражает свои поздравления по поводу успехов внешней политики Советского Союза, благодаря которой эта война началась в условиях сочувствия народов Европы по

 

245

 


 

отношению к СССР. Полтора года тому назад было бы иначе. Сейчас же все демократические силы желают победы Красной Армии. Эта победа придет, ибо уже сейчас приходят сведения о том, что немецкая военная машина начинает скрипеть.

Я ответил, что и народы Советского Союза с симпатиями относятся к образованию общего фронта борьбы против фашизма. Все полны желания работать и бороться во имя победы.

В заключение беседы Фирлингер сказал, что у него много практических вопросов, которые он хотел бы обсудить, но считает, что это лучше будет сделать в следующий раз, когда он ко мне придет уже после вручения верительных грамот.

На беседе присутствовал т. Молочков.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. 0138. оп. 23. п. 130а. д. 1. л. 1-2.

 

 

172. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

21 августа 1941 г.
Сов. Секретно

Сегодня, в 10 час. 15 мин., я пригласил Криппса и сообщил ему, что мы согласны с намеченным совместным вступлением английских и советских войск в Иран на 23 августа. Соответствующие указания даны, изготовлены листовки и предприняты другие необходимые приготовления. Я сообщил К[риппсу] фамилии членов военной миссии СССР, направляемой в Ирак (Мосул), а именно: полковник Попов Петр Акимович, заместитель начальника отдела Генштаба, и полковник Евдокимов Дмитрий Иванович, начальник Тбилисского артиллерийского училища.

Я спросил К[риппса], каким путем наша военная миссия могла бы прибыть в Мосул. К[риппс] заявил, что, по его мнению, было бы целесообразно советской миссии перелететь ночью через территорию Ирана в Мосул с тем, чтобы на этом же самолете члены английской военной миссии могли прибыть в СССР. К[риппс] отметил, что он еще не получил сведений о персональном составе английской миссии, но он имеет сведения, что английская миссия будет состоять больше чем из двух человек.

Я сообщил К[риппсу], что английская миссия должна прибыть в Тбилиси, и попросил его по получении сведений о составе английской миссии немедленно информировать меня. К[риппс] обещал это сделать.

Я условился с К[риппсом], что все технические вопросы, связанные с обменом военными миссиями, будут разрешены непосредственно военными.

Беседа продолжалась 15 мин.

При беседе присутствовал т.Гусев.

А.Вышинский

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 4. д. 30, л. 1.

 

246

 


 

 

 

173. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

21 августа 1941 г.

1. Получил от Идена проект ноты (который он на днях разошлет официально) по вопросу о предстоящей на будущей неделе межсоюзнической конференции в Лондоне. Я уже предварительно информировал Вас об этом. Нота длинная, и всю ее передавать не буду. Суть ноты сводится к

следующему:

а) Пункт первый ноты говорит о важности своевременного принятия мер по послевоенному обеспечению продовольствием и сырьем для стран, освобожденных от германской оккупации, и что с этой целью необходимо в срочном порядке созвать межсоюзническую конференцию в Лондоне.

б) Пункт второй сообщает, что британское правительство уже предприняло в этом отношении предварительные шаги, в частности еще прошлой осенью Лейт-Россу было поручено заняться подсчетом запасов и установлением потребностей различных стран. Он вел до сих пор свою работу неофициально, но теперь наступил момент, когда работу Лейт-Росса следует поставить на официальный базис.

в) Пункт третий отмечает, что на предстоящей конференции предполагается выступление представителя британского правительства с изложением его точки зрения по данному вопросу, после чего слово будет предоставлено всем союзникам, а затем будет принята резолюция. Поскольку сейчас трудно предвидеть конкретную ситуацию, как она сложится по окончании войны, резолюция, очевидно, в основном должна касаться организации предварительной работы (создание бюро, подсчеты потребностей и возможных запасов, регулирование тоннажа, который будет играть чрезвычайно крупную роль).

г) Пункт четвертый сообщает о принципиальном согласии США с планами британского правительства по этому вопросу.

д) Пункт пятый посвящен выражению надежд на то, что в дальнейшем США примут активное участие в реализации планов, разработанных конференцией и бюро Лейт-Росса.

е) Пункт шестой гласит о том, что в интересах более гладкой работы конференции желательно, чтобы предложенная резолюция была заранее одобрена соответствующими правительствами, поэтому к каждому правительству обращена просьба теперь же, до конференции, сделать те или иные предложения по модификации резолюции, если у него таковые имеются.

ж) Пункт седьмой выражает надежды, что конференция сможет состояться в конце августа.

Далее следует текст проекта резолюции, который гласит следующее: «Правительства Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, Канады, Австралии, Новой Зеландии, Южно-Африканского Союза, правительства Бельгии, Чехословакии, Греции, Люксембурга, Нидерландов, Норвегии, Польши, СССР и Югославии и представитель генерала де Голля, лидера свободных французов, согласились:

1. Что их общей целью является обеспечить доступность снабжения продуктами питания и сырьем для послевоенных нужд стран, освобожденных от нацистского угнетения.

 

247

 


 

2. Что, хотя каждое из союзных правительств и властей будет в основном ответственно за удовлетворение экономических потребностей его собственного народа, их соответствующие планы должны быть координированы в духе сотрудничества для успешного достижения общей цели.

3. Что они приветствуют предварительные меры, которые были предприняты для этой цели, и выражают готовность в максимальной степени сотрудничать в осуществлении потребных действий.

4. Что в соответствии с этим каждое из союзных правительств и властей должно определить, какие сорта и количество продовольственных продуктов и сырья ему потребуются, а также порядок приоритета, в котором снабжение должно быть доставлено, как только это позволят обстоятельства.

5. Что обеспечение Европы продуктами после войны потребует наиболее эффективного использования ресурсов тоннажа, контролируемого каждым правительством, и союзных ресурсов тоннажа в целом, а также и тоннажа, принадлежащего другим европейским странам, и что для этой цели возможно скорее должен быть выработан план между союзными правительствами и властями.

6. Что правительством Соединенного Королевства должно быть организовано бюро во главе с сэром Фредериком Лейт-Россом, с которым они (союзные правительства) смогут консультироваться по определению своих потребностей и который будет координировать эти заявки».

Вручая эти документы, Иден добавил, что конференция, вероятно, состоится 27-28 августа. Он просил решить вопрос о том, кто будет представлять на конференции советское правительство. Иден прибавил, что каждый из делегатов на конференции может выступить с любой речью или заявлением по поставленному на обсуждение вопросу. Эти вопросы имеют большое значение для пропаганды в оккупированных странах. В заключение Иден задал вопрос: не считали ли бы мы желательным предложить конференции принять декларацию Рузвельта — Черчилля?

Может быть, такое предложение сделал бы представитель СССР? Я ответил, что по всем вопросам, связанным с конференцией, снесусь с советским правительством.

Майский

АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 352. д. 2404, л. 31-34.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 102-104.

 

 

174. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОСЛАННИКОМ ЧЕХОСЛОВАКИИ В СССР З.ФИРЛИНГЕРОМ

21 августа 1941 г.
Секретно

Фирлингер сказал, что он хотел бы проинформировать меня по поводу польско-чехословацких отношений, поскольку это является принципиальным вопросом. В основе польско-чехословацких отношений лежит идея объединения в борьбе против Гитлера. По концепции Бенеша, полякам и чехословакам необходимо забыть старые конфликты и вражду и бороться совместно.

 

248

 


 

Поэтому Бенеш никогда не забывал подчеркивать, что чехословаки — русофилы или, как он выражается, «советофилы». Принцип ориентации на Советский Союз является основным для Бенеша. Бенеш заявил полякам, что если они хотят на этой базе строить отношения, то чехословаки с ними могут легко договориться.

Далее Фирлингер сказал, что между Бенешем И поляками велись разговоры о федеративном или конфедеративном объединении Чехословакии и Польши. По этому вопросу были созданы различные комиссии, но ни до чего конкретного они не смогли договориться, так как в их работе встретились большие затруднения. Эти затруднения вытекают в первую очередь из различия социально-политических структур обеих стран. Чехословакия представляет собой прогрессивную демократию, тогда как польское государство основано на крупном помещичьем землевладении.

Бенеш считает, что Чехословакия должна иметь общую границу с Советским Союзом. Более того, должна существовать тесная государственная связь между Чехословакией и СССР, а также, может быть, и между Польшей и СССР. В настоящее время в Советском Союзе высоко поднята идея общеславянского объединения. Чехословаки приветствуют эту идею, которую они не смешивают с прежней идеей панславизма царской России.

Фирлингер добавил, что он считает неизбежным в будущем придать этому объединению какую-то государственную форму. Ведь не обязательно же, добавил Фирлингер, всем государствам, стремящимся к государственному объединению с Советским Союзом, вступать в союз в качестве союзной республики. Он считает, что возможны и другие формы государственного сближения.

Я подтвердил, что наша пропаганда объединения всех славян действительно не имеет ничего общего с прежним панславизмом. В своей работе мы руководствуемся совершенно другими принципами, мы не стремимся подчинить себе другие славянские народы. Мы считаем, что сближение необходимо нам для успешной совместной борьбы против Гитлера. Что же касается вопроса о государственном оформлении общеславянского объединения, то это вопрос чрезвычайно большой и сложный. Конечно, имеются различные государственные формы такого объединения. Фирлингер прав. В Советский Союз, например, не входят Монгольская Народная Республика и Тувинская Народная Республика, но отношения у них с СССР весьма близкие.

Фирлингер сказал, что вчера он встретился с Ретингером, который заявил ему, что он очень удивлен тем, что поляки, которые находились в СССР и «много претерпели», вовсе не настроены антисоветски.

Далее Фирлингер сказал, что югославы также настроены положительно в отношении Иден объединения славянских народов. Однако имеются некоторые вопросы, которые их смущают. В частности, т. Гаврилович высказал свое недоумение в связи с тем, что на Общеславянском митинге в Москве выступил какой-то черногорец. Он боится, не стоят ли за этим фактом какие-либо сепаратистские тенденции. Об этом же еще в Лондоне говорил Фирлингеру югославский профессор Иованович, который боялся, как бы выступления на митинге черногорца и хорвата не подорвали единства югославов. По мнению Фирлингера, необходимо разъяснить югославам, что подобные факты ведут не к разобщению, а, наоборот, к объединению Югославии.

Я заявил Фирлингеру, что у нас действительно нет никакого желания разъединять народы Югославии. Пример Советского Союза говорит о том, что

 

249

 


 

нигде не может лучше проводиться политика объединения наций, как у нас. Свыше 70 национальностей Советского Союза живут самым дружным образом. Целый ряд мелких национальностей (как, например, чукчей и многих др.) в царской России буквально вымирали, а теперь все они растут, развиваются и строят свою национальную культуру.

Затем мы перешли к некоторым практическим вопросам. Прежде всего Фирлингер затронул вопрос о регистрации чехословацких граждан. Чехословацкие паспорта миссия намерена пролонгировать. Однако есть некоторые чехи и словаки, которые вынуждены были против своей воли обменять свои чехословацкие паспорта на паспорта «протектората» и Словакии. Миссия намерена в тех случаях, когда политическое лицо этих людей не вызывает сомнения, выдать им чехословацкие паспорта. Кроме того, Фирлингер просил предоставить в распоряжение миссии списки интернированных граждан «протектората» и Словакии или разрешить послать в соответствующие местности представителя миссии.

Я ответил Фирлингеру, что со стороны НКИД будет оказано содействие в установлении местонахождения чехословацких граждан.

Затем Фирлингер коснулся вопроса формирования в СССР чехословацких воинских частей. Он отметил, что практически речь идет, по-видимому, лишь о батальоне, так как чехословацких граждан в СССР мало. Необходимо разрешить проблему расходов по формированию воинских частей. Чехословацкое правительство надеется, что оно получит от Советского Союза необходимые кредиты. По всем этим вопросам уже сейчас чехословацкой военной миссии необходимо было бы установить контакт с советским командованием, так как соответствующие инструкции о формировании воинских частей Фирлингер может получить со дня на день.

Я сказал, что вопрос о кредите можно будет отразить в военном соглашении, которое должно быть составлено наподобие советско-польского военного соглашения. Что касается контакта чехословацкой военной миссии с нашими военными, то я окажу этому делу свое содействие.

Следующий вопрос, который затронул Фирлингер, касался координации радиопропаганды для Чехословакии из Лондона и из Москвы (тематика, расписание и т.д.). Хорошо было бы иметь некий вспомогательный советско-чехословацкий комитет по радиопропаганде.

Я ответил Фирлингеру, что, разумеется, необходимо проведение мероприятий по координации радиопропаганды, но практически об этом вопросе следует переговорить с т. Лозовским, который ведает этими вопросами.

В заключение Фирлингер сказал, что в Тегеране в представительстве фирмы «Шкода» работают 300 чехословацких техников, специалистов по автоматическому вооружению (винтовки, пулеметы и т.д.). Фирлингер полагает, что было бы целесообразно использовать их на работе в Советском Союзе.

Я ответил Фирлингеру, что его предложение заслуживает внимания.

На этом беседа закончилась.

Прием продолжался 20 мин.

На приеме присутствовал т. Новиков.

А.Вышинский

АВП РФ. ф. 0138. оп. 23, п. 130а. д. 1. л. 3-7.

250

 


 

 

175. ЗАПИСЬ ТЕЛЕФОННОГО РАЗГОВОРА ЗАВЕДУЮЩЕГО IV ЕВРОПЕЙСКИМ ОТДЕЛОМ НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В.НОВИКОВА С СЕКРЕТАРЕМ МИССИИ БОЛГАРИИ В СССР ТИЛЕВЫМ

22 августа 1941 г.
Секретно

Я позвонил Тилеву и просил его передать Стаменову о том, что сегодня в 8 час. 30 мин. утра на ст. Отпор переданы маньчжурским властям германские транзитные пассажиры числом 31 человек.

Заведующий IV Европейским отделом
Н. Новиков

АВП РФ, ф. 074. оп. 26, п. 110. д. 5. л. 67.

 

 

176. ДОГОВОР МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ СОЮЗА ССР И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ ОБ УСЛОВИЯХ ЭКСПЛУАТАЦИИ И УПРАВЛЕНИЯ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГОЙ, ПОСТРОЕННОЙ СИЛАМИ И СРЕДСТВАМИ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК НА ТЕРРИТОРИИ МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ МЕЖДУ ПУНКТАМИ ЭРЕН—ЦАБ—БАИН—ТУМЕН

[23 августа 1941 г.]

Правительство Союза ССР и Правительство Монгольской Народной Республики, имея в виду определить условия эксплуатации и управления железной дорогой, построенной силами и средствами Союза Советских Социалистических Республик на территории Монгольской Народной Республики между пунктами Эрен—Цаб—Баин—Гумен на основании ранее состоявшейся договоренности о строительстве указанной дороги, согласились о нижеследующем:

Статья 1

В течение шестидесяти шести лет со дня вступления в силу настоящего Договора железная дорога Эрен—Цаб—Баин—Тумен, сокращенно именуемая в дальнейшем Железная Дорога, протяженностью в 248 километров и обслуживающие Железную Дорогу постройки и сооружения (станционные здания, мастерские, склады, жилые дома, телефонные и телеграфные линии, радиостанции и прочее) будут составлять собственность Правительства Союза ССР и управляться назначаемой им администрацией.

Правительство Союза ССР может по своему усмотрению создать для управления и эксплуатации Железной Дороги и принадлежащих ей подсобных предприятий соответствующую организацию с правами юридического лица.

Статья 2

Полоса земли шириной на всем протяжении Железной Дороги в сто метров (по пятьдесят метров в обе стороны от полотна) и на станциях Эрен—

 

251

 


 

Цаб—Баин—Тумен и на всех промежуточных станциях шириной в двести метров, при длине станционной территории каждой из станций в одну тысячу двести метров, предоставленная Правительством Монгольской Народной Республики для строительства и эксплуатации Железной Дороги и обслуживающих ее построек и сооружений, согласно планам, приложенным к настоящему Договору, в течение шестидесяти шести лет со дня вступления его в силу будет находиться в безвозмездном пользовании Правительства Союза ССР.

Правительство Монгольской Народной Республики соглашается предоставлять в будущем администрации Железной Дороги по ее заявкам незамедлительно, беспрепятственно и безвозмездно земельные участки, необходимые для добычи песка, камня, извести и прочих материалов.

Статья 3

Правительство Монгольской Народной Республики не будет чинить никаких препятствий и не будет вмешиваться в действия администрации Железной Дороги во всем, что касается управления, эксплуатации, ремонта, реконструкции, пользования всеми видами связи, а равно и расселения и передвижения служащих Железной Дороги.

Статья 4

Правительство Союза ССР имеет право на территории, упомянутой в статье 2 настоящего Договора, содержать вооруженную стражу в размерах, необходимых для охраны Железной Дороги, ее сооружений и путей и обеспечения безопасности движения.

Статья 5

Оборудование и материалы, ввозимые на территорию Монгольской Народной Республики для эксплуатации, ремонта, охраны и строительства железнодорожных веток, подъездных путей, карьеров, зданий и сооружений Железной Дороги, а равно подвижной состав для Железной Дороги освобождаются от таможенных и всяких иных сборов, существующих или могущих быть установленными в будущем на территории Монгольской Народной Республики.

Статья 6

Правительство Монгольской Народной Республики соглашается не чинить никаких препятствий к возврату в Союз ССР всякого рода имущества, ранее завезенного на территорию Монгольской Народной Республики для строительства, эксплуатации, ремонта, охраны, замены инвентаря и подвижного состава Железной Дороги, причем такого рода имущество при вывозе его из Монгольской Народной Республики не должно облагаться никакими пошлинами, налогами или сборами, существующими или могущими быть установленными на территории Монгольской Народной Республики.

 

252

 


 

Статья 7

Правительство Монгольской Народной Республики соглашается для грузов, перевозимых по Железной Дороге, создать облегченные условия оформления таможенных обрядностей, не допускающие каких-либо нарушений или задержки в нормальном железнодорожном сообщении, регулируемом расписанием Железной Дороги.

Статья 8

Плата за провоз грузов, пассажиров и их багажа по Железной Дороге будет взиматься в течение срока действия настоящего Договора по тарифам и условиям перевозок, устанавливаемым Народным Комиссариатом Путей Сообщения Союза ССР, причем суммы, выручаемые от эксплуатации Железной Дороги, могут быть свободно использованы Правительством Союза ССР для любых платежей и расходов как на территории Монгольской Народной Республики, так и вне пределов ее путем свободных переводов.

Статья 9

Доходы Железной Дороги и производимые по ней перевозки грузов, пассажиров и их багажа, равно как находящиеся в пользовании Железной Дороги земельные участки и всякого рода имущество, не подлежат обложению никакими налогами или сборами, существующими или могущими быть установленными в будущем на территории Монгольской Народной Республики.

Статья 10

Правительство Монгольской Народной Республики будет беспрепятственно выдавать разрешения на свободный въезд в Монгольскую Народную Республику инженерно-технического персонала и рабочих Железной Дороги, приглашаемых из Союза ССР.

Статья 11

Имея в виду оказание помощи Правительству Монгольской Народной Республики в деле подготовки кадров для Железной Дороги из числа граждан Монгольской Народной Республики, Правительство Союза ССР поручит Народному Комиссариату Путей Сообщения Союза ССР организовать необходимые для этой цели курсы и школы.

Статья 12

Разрешение текущих вопросов, связанных со строительством и эксплуатацией Железной Дороги, будет производиться на месте Начальником Дороги, представляющим Советскую Сторону, и Уполномоченным Министерства Транспорта Монгольской Народной Республики, представляющим Монгольскую Сторону.

 

253

 


 

Статья 13

По истечении указанного в статье 1-й настоящего Договора шестидесятишестилетнего срока Железная Дорога вместе с обслуживающими постройками и сооружениями переходит безвозмездно в собственность Правительства Монгольской Народной Республики.

За год до истечения вышеуказанного срока Стороны назначают паритетную комиссию для приемки-сдачи Железной Дороги. Паритетная комиссия в течение года производит фактическую приемку-сдачу Железной Дороги, о чем составляется приемо-сдаточный акт.

Статья 14

Одновременно с передачей Железной Дороги и обслуживающих ее построек и сооружений, производимой согласно статье 13-й настоящего Договора, Правительство Союза ССР передает Правительству Монгольской Народной Республики подвижной состав (паровозы, вагоны, дрезины и т.п.), оборудование, инвентарь и материалы, которые будут находиться в распоряжении Железной Дороги ко времени ее передачи и которые будут необходимы для дальнейшей эксплуатации Железной Дороги, с возмещением их стоимости Правительству Союза ССР в размерах, устанавливаемых особым Соглашением между Договаривающимися Сторонами.

Статья 15

После перехода Железной Дороги в собственность Правительства Монгольской Народной Республики последнее обязуется никому не отчуждать и не уступать, а равно и не закладывать Железной Дороги.

Статья 16

Железная Дорога соединяется с сетью железных дорог Союза ССР и должна иметь как во время нахождения ее в собственности Правительства Союза ССР, так и в дальнейшем во время нахождения ее в собственности Правительства Монгольской Народной Республики колею железных дорог СССР.

Статья 17

Настоящий договор заключен на срок шестьдесят шесть лет. По желанию Правительства Монгольской Народной Республики передача Железной Дороги в собственность Правительства Монгольской Народной Республики может быть отсрочена путем заключения особого соглашения между Договаривающимися Сторонами. В этом последнем случае Договор будет продолжать действовать до момента передачи Железной Дороги Правительству Монгольской Народной Республики.

Статья 18

Настоящий Договор вступает в силу в день его подписания и не нуждается в ратификации.

 

254

 


 

Статья 19

Настоящий Договор составлен в двух экземплярах, каждый на русском и монгольском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

Совершено в г. Улан-Баторе 23 августа 1941 года.

По уполномочию Правительства
Союза Советских
Социалистических Республик
Заместитель торгового
представителя Союза ССР
в Монгольской Народной Республике
(Трусов)

По уполномочию Правительства
Монгольской Народной Республики
Третий заместитель
премьер-министра
Монгольской Народной
Республики
(Ламажап)

АВП РФ, Ф. За — МНР, д. 143.

 

 

177. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ

Токио

По радио и телеграфу

23 августа 1941 г.

Инвест сообщил, что Доихара и Тодзио считают, что для Японии еще не наступило время вступать в войну. Немцы очень недовольны таким поведением Японии. Коноэ дал указание Умедзу избегать каких-либо провокационных действий. Одновременно обсуждение вопросов оккупации Таи и затем Борнео в правительственных кругах происходит более серьезно, чем это было раньше.

Работник Таймусио (министерство иностранных дел) сказал, что, учитывая явно антияпонскую позицию Америки, вступления Японии в войну в текущем году может и не быть, хотя этот вопрос еще не решен.

Инсон

ЦАМО РФ, ф. 23. оп. 24127, д. 2. л. 905.

 

 

178. ТЕЛЕГРАММА НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА ПОСЛУ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОМУ

24 августа 1941 г.

Мы еще не получили от Вас текста ноты Идена по вопросу о предстоящей 27 августа межсоюзнической конференции в Лондоне и о программе ее работы. А конференция открывается через два дня, следовательно, у нас нет возможности подумать о ноте Идена, если мы даже получим ее за оставшиеся два дня. Понятно, что в таких условиях мы не можем участвовать в конфе-

 

255

 


 

ренции союзников, подготовленной к тому же без какого-либо предварительного уведомления СССР.

Что касается декларации Черчилля — Рузвельта, то мы не можем просто присоединиться к ней хотя бы потому, что она подготавливалась и опубликована без всякой предварительной информации и без учета мнения СССР несущего теперь всю тяжесть войны с гитлеризмом. Мы не имеем возражений против принципов декларации, и мы были бы вполне удовлетворены, если бы декларация содержала более решительные требования против гитлеровской Германии. Но мы не можем просто присоединиться к ней хотя бы потому, что наши товарищи страшно раздражены тем, что СССР хотят превратить в бесплатное приложение других держав.

Доведите об изложенном до сведения английского правительства.

Молотов

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 365, д. 2488. л. 37-40.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 104.

 

 

179. НОТА ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР ПРАВИТЕЛЬСТВУ ИРАНА[22]

[25 августа 1941 г.]

Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет честь по поручению Советского Правительства заявить Иранскому Правительству о нижеследующем*:

Советское Правительство, руководствуясь чувством дружбы к иранскому народу и уважением к суверенитету Ирана, всегда и неизменно осуществляло политику укрепления дружественных отношений между СССР и Ираном и всемерного содействия процветанию иранского государства.

Эта дружественная по отношению к Ирану политика Советского Союза нашла свое выражение в таких важнейших документах, как ноты Советского Правительства от 14 января 1918 г. и 26 июня 1919 г. об основах советской политики в отношении иранского народа, а также в многочисленных договорах и соглашениях, заключенных между Советским Союзом и Ираном. В основе всех договоров и соглашений Советского Правительства с Иранским Правительством лежит незыблемый принцип уважения независимости и территориальной неприкосновенности Ирана. В соответствии с этим принципом Советское Правительство в ноте от 14 января 1918 г. объявило недействительными и утратившими всякую силу все соглашения, которые в каком бы то ни было отношении ограничивают или стесняют права иранского народа на свободное и независимое существование.

Советское Правительство аннулировало все платежи Ирана по царским обязательствам, прекратило всякое вмешательство в доходы Ирана, полностью отменило унизительную для Ирана и несовместимую с принципом его государственного суверенитета консульскую юрисдикцию, согласно которой на дела российских граждан в Иране не распространялась компетенция иранских судов.

_____________
* Тов. Молотов по поручению советского правительства вручил данную ноту послу Ирана в СССР г-ну Мохамеду Саеду.

 

256

 


 

Советское Правительство тем же актом обязалось безвозмездно передать и впоследствии действительно передало в собственность иранского народа целый ряд предприятий, сооруженных Россией, а именно: телеграфную линию Мешхед—Сеистан; телеграф Астрабадского района; Энзели-Тегеранскую шоссейную дорогу и все шоссейные дороги, построенные русскими в 1914-1918 гг., со всеми сооружениями; энзелийские портовые сооружения со всем имуществом, как-то: электростанция, молы, здания, инвентарь и проч.; Джульфа-Тавризскую железную дорогу с веткой на Сафьян со всем ее железнодорожным имуществом, зданиями и инвентарем, а также все русские почтовые учреждения, телефонные и телеграфные линии и т.д. Одновременно по постановлению Советского Правительства был передан в собственность иранского народа Учетно-Ссудный Банк со всем его движимым и недвижимым имуществом.

Своими актами от 14 января 1918 г. и 26 июня 1919 г. Советское Правительство, таким образом, воочию и в полной мере доказало свою бескорыстную готовность содействовать политическому и экономическому процветанию Ирана.

Советско-Иранским Договором от 26 февраля 1921 г.* Советское Правительство объявило отмененными договоры и соглашения, заключенные между Правительством царской России и Иранским Правительством, нарушавшие суверенитет Ирана, причем Советское Правительство отказалось от пользования островами Ашур-Ада и другими островами, расположенными у побережья Астрабадской (Горгандской) провинции Ирана. Советское Правительство отказалось вместе с тем от всех своих прав на предоставленные Ирану царским правительством займы как займы, направленные на закабаление Ирана, а также отказалось от права на государственные доходы Ирана, гарантировавшие эти займы. Подтвердив безвозмездную передачу в полную собственность иранского народа указанных в ноте от 1919 г. сооружений. Советское Правительство дополнительно передало Ирану железнодорожную линию Сафьян— Урмийское озеро с подвижным составом и другим имуществом, а также пристани, товарные склады, пароходы, баржи и другие транспортные средства на Урмийском озере.

Советское Правительство и после этого на протяжении многих лет неизменно оказывало Ирану свое содействие и в деле его экономического развития, о чем свидетельствует, в частности, Торговый Договор между СССР и Ираном от 3 июля 1924 г., предоставивший Ирану многочисленные льготы по ввозу и вывозу советских и иранских товаров. О благожелательном и дружественном отношении Советского Союза к Ирану свидетельствуют также Соглашение о водопользовании 1926 г., Рыболовное соглашение от 1927 г., Конвенция о борьбе с вредителями сельского хозяйства от 1935 г., Конвенция о борьбе с саранчой от 1935 г., Торговое Соглашение 1940 г. и ряд других договоров и соглашений.

Благодаря содействию Советского Союза Иран, в силу указанных выше Договоров и соглашений, получил возможность широкой организации таких важнейших отраслей своего народного хозяйства, как рыбное хозяйство, хлопковое хозяйство, и др.

За последнее время Советское Правительство сделало ряд дальнейших шагов по упрочению и развитию своих экономических отношений с Ираном. Советское Правительство выразило, в частности, готовность обеспечить Ира-

_____________
* См. т. III, док. 305.

 

257

 


 

ну поставку в настоящее время важнейших жизненно необходимых для иранского народа товаров.

Однако Советское Правительство, как и Правительство Ирана, уже при заключении основного Советско-Иранского Договора 26 февраля 1921 г. отчетливо представляло себе особые трудности, которые могут встретиться на пути укрепления дружественных отношений между Советским Союзом и Ираном, предвидя, что территория Ирана может быть использована враждебными как по отношению к СССР, так и по отношению к самому Ирану элементами и что эти элементы смогут попытаться превратить Иран в базу для нападения на СССР.

В целях предотвращения такого рода опасности Советско-Иранский Договор в ст. 6 предусматривал следующее:

«Обе Высокие Договаривающиеся Стороны согласны в том, что в случае, если со стороны третьих стран будут иметь место попытки путем вооруженного вмешательства осуществлять на территории Персии захватническую политику или превращать территорию Персии в базу для военных выступлений против России, если при этом будет угрожать опасность границам Российской Социалистической Федеративной Советской Республики или союзных ей держав и если Персидское Правительство после предупреждения со стороны Российского Советского Правительства само не окажется в силе отвратить эту опасность. Российское Советское Правительство будет иметь право ввести свои войска на территорию Персии, чтобы в интересах самообороны принять необходимые военные меры. По устранении данной опасности, Советское Правительство обязуется немедленно вывести свои войска из пределов Персии».

Советское Правительство, таким образом, приняло на себя, с полного согласия Иранского Правительства, защиту интересов СССР в Иране в случае наступления указанной в Договоре 1921 г. опасности, подтвердив вместе с тем свое обязательство после минования этой опасности немедленно вывести свои войска из пределов Ирана. Как известно, в течение двадцати лет действия Договора 1921 г. Советское Правительство не считало необходимым для зашиты своих интересов прибегать к ст. 6 Договора 1921 г.

Однако за последнее время, и особенно с начала вероломного нападения на СССР гитлеровской Германии, враждебная СССР и Ирану деятельность фашистско-германских заговорщических групп на территории Ирана приняла угрожающий характер. Пробравшиеся на важные официальные посты более чем в 50 иранских учреждениях германские агенты всячески стараются вызвать в Иране беспорядки и смуту, нарушить мирную жизнь иранского народа, восстановить Иран против СССР, вовлечь его в войну с СССР.

Агенты германского фашизма вроде фон Радановича, Гамотта, Майера, Вильгельма, Сапова, Густава Бора, Генриха Келингера, Траппе и др., прикрываясь своей службой в разных германских фирмах (АЕГ, «Феррошталь», «Гарбер», «Ортель», «Лен», «Шихау»), в настоящее время дошли до крайних пределов в своей подрывной работе по организации диверсионных и террористических групп для переброски в Советский Азербайджан, и раньше всего в главный советский нефтяной район — Баку, и в Советский Туркменистан, с одной стороны, и по подготовке военного переворота в Иране — с другой.

Этим сейчас заняты прибывшие недавно из Ирака руководитель германской разведки в Тегеране немец Гамотта вместе со своим помощником, служащим компании «Мерседес» Майером. Организованная ими группа германских агентов под руководством германского посольства в Тегеране занята органи-

 

258

 


 

зацией в ряде пограничных пунктов Ирана вооруженных групп для переброски в Баку и в другие важнейшие пограничные советские пункты с целью устройства поджогов и взрывов на территории СССР. Германские агенты имеют в своем распоряжении в разных пунктах Ирана склады оружия и боеприпасов. В частности, в северной части Ирана, в окрестностях Мианэ, они заготовили для своих преступных целей свыше 50 тонн взрывчатых веществ. Под видом охоты они проводят в окрестностях Тегерана военную подготовку своих преступных соучастников из числа германских граждан. На иранские военные предприятия под видом инженеров и техников проникли 56 германских разведчиков. В числе таких разведчиков особенно крупную роль играют представитель немецкой фирмы «Фридрих Крупп» в Иране шпион Артель, директор представительства германской фирмы «Сименс», известный германский шпион фон Раданович, его заместитель Кевкин, служащий конторы «Иран экспресс» в Пехлеви немец Вольф, являющийся одновременно руководителем германской разведки на севере Ирана и на Каспийском побережье. В своей преступной работе эти германские агенты самым грубым и беззастенчивым образом попирают элементарные требования уважения к суверенитету Ирана, превратив территорию Ирана в арену подготовки военного нападения на Советский Союз.

Создавшееся в Иране в силу указанных обстоятельств положение чревато чрезвычайными опасностями. Это требует от Советского Правительства немедленного проведения в жизнь всех тех мероприятий, которые оно не только вправе, но и обязано принять в целях самозащиты в точном соответствии со ст. 6 Договора 1921 г.

За время после нападения Германии на СССР Советское Правительство трижды — 26 июня, 19 июля и 16 августа с.г. — обращало внимание Иранского Правительства на опасность, которую представляет собой подрывная и шпионско-диверсионная деятельность в Иране германских агентов.

26 июня с. г. Советское Правительство сообщило шаху Ирана, что в распоряжении Советского Правительства имеются серьезные сведения о готовящемся немцами в Иране государственном перевороте. 19 июля с.г. Советское Правительство одновременно с Правительством Великобритании вновь поставило перед Иранским Правительством вопрос о прекращении ведущейся немцами враждебной деятельности и о подготовке ими беспорядков, угрожающих интересам как самого Ирана, так и соседних с ним государств, причем как Советское Правительство, так и Правительство Великобритании настаивали на высылке из Ирана немцев, пребывание которых в Иране несовместимо с интересами самого Ирана, а также с интересами Советского Союза и Великобритании. Наконец, 16 августа с. г. в третий раз — Советское Правительство, равно как и Правительство Великобритании, вновь поставили перед Иранским Правительством вопрос о необходимости принять срочные меры к прекращению этой деятельности германских агентов в Иране, направленной против интересов Ирана, а также Советского Союза и Великобритании и вновь настаивали на скорейшей высылке этих немцев из пределов Ирана.

Таким образом, Советское Правительство трижды предупреждало Иранское Правительство об угрожающей его интересам, а также интересам СССР и Великобритании опасности для принятия необходимых мер.

Иранское Правительство отказалось, к сожалению, принять меры, которые положили бы конец затеваемым германскими агентами на территории

 

259

 


 

Ирана смуте и беспорядкам, тем самым поощряя этих агентов Германии в их преступной работе. Вследствие этого Советское Правительство оказалось вынужденным принять необходимые меры и немедленно же осуществить принадлежащее Советскому Союзу, в силу ст. 6 Договора 1921 г., право ввести временно в целях самообороны на территорию Ирана свои войска.

Эти меры никоим образом не направлены против иранского народа. Советское Правительство не имеет никаких поползновений в отношении территориальной целостности и государственной независимости Ирана. Принимаемые Советским Правительством военные меры направлены исключительно только против опасности, созданной враждебной деятельностью немцев в Иране. Как только эта опасность, угрожающая интересам Ирана и СССР, будет устранена, Советское Правительство, во исполнение своего обязательства по советско-иранскому Договору 1921 г., немедленно выведет советские войска из пределов Ирана.

Москва, 25 августа 1941 года.

Опубл.: Внешняя политика СССР... — Т. 1. — С. 151-157.

 

 

180. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР И.ТАТЕКАВОЙ

25 августа 1941 г.
Секретно

Татекава говорит т. Молотову, что он заехал к нему по вопросу, о котором министр иностранных дел Японии уже делал сообщение советскому послу в Токио. Татекава сообщает, что ему поручено повторить заявление, которое сделал министр иностранных дел Тойода т. Сметанину 23 августа с.г. Затем Татекава излагает свое заявление.

Он говорит, что вывоз из Америки в СССР товаров, постоянная доставка их в Советский Союз приведут к тому, что позиция Японии окажется в очень деликатном положении, ибо основой внешней политики Японии является тройственный союз. Поэтому, говорит Татекава, японское правительство просит советское правительство принять это обстоятельство во внимание. Татекава напоминает, что об этом говорили и Мацуока, и нынешний министр иностранных дел Японии Тойода. Далее Татекава говорит, что с японской точки зрения в этом вопросе имеются два момента, которые могут отразиться на сохранении пакта о нейтралитете.

Первый момент — это то, что товары, полезные для войны против Германии, являющейся союзником Японии, доставляются через моря, прилегающие к Японии. Это обстоятельство приводит к тому, что возникает вопрос, касающийся защиты интересов союзников Японии — Германии и Италии, которые проявляют к этому вопросу большой интерес.

Второй момент касается самой Японии. Здесь Татекава говорит, что США. которые запрещают вывоз в Японию таких товаров, как нефтепродукты для авиации, в настоящее время на многих судах вывозят эти же товары во Владивосток, расположенный недалеко от Японии. В связи с этим, говорит Тате-

 

260

 


 

кава, в Японии наблюдается значительное возбуждение народного чувства, естественно, что Япония интересуется тем, не будут ли эти товары, в особенности боеприпасы, военные материалы, употреблены на войне непосредственно на Дальнем Востоке в том случае, если там сложится такая обстановка, когда будет трудно сохранить пакт о нейтралитете между Японией и СССР. Татекава повторил, что японское правительство, как об этом уже сообщал министр иностранных дел Японии т. Сметанину, не имеет намерения по этому вопросу вести юридическую дискуссию. Японское правительство искренне желает сохранить свои дружественные отношения с СССР на основе пакта о нейтралитете и всячески желает избежать распространения бедствий войны в Европе на Восточную Азию. Но то обстоятельство, говорит Татекава, о котором он сказал выше, крайне затруднит для Японии сохранение такой позиции, о которой Татекава только что сказал. Поэтому японское правительство желает, чтобы советское правительство в полной мере учло обстоятельства, вытекающие из завоза в СССР американских товаров, и особое внимание обратило на маршруты и способы завоза этих товаров. На этом Татекава закончил свое заявление, указав при этом, что он сделал заявление, аналогичное тому, которое сделал министр иностранных дел Тойода т. Сметанину, и позволил себе лишь некоторую свободу, употребив несколько иные фразы, чем те, которые имелись в заявлении Тойоды. Это он сделал для того, говорит Татекава, чтобы т. Молотов лучше его понял.

Тов. Молотов отметил, что сообщение, сделанное Татекавой, действительно в отдельных фразах отличается от того заявления, которое сделал министр иностранных дел Тойода т. Сметанину, но по существу заявление Татекавы является тождественным заявлению министра. Тов. Молотов далее говорит, что в связи с заявлением министра он (т. Молотов) отправил сегодня послу Сметанину ответ для передачи министру иностранных дел Тойоде. В ответе изложено мнение советского правительства по поводу этого заявления министра. При этом т. Молотов говорит, что он может ознакомить г-на посла с этим ответом. (Тов. Молотов передал текст ответа Татекаве[23].)

Присутствующий советник посольства Миякава перевел вслух этот текст на японский язык. Татекава, выслушав переданный ему т. Молотовым ответ, заявляет, что сегодня ему было поручено от своего правительства сделать только лишь заявление, аналогичное тому, которое было сделано в Токио министром иностранных дел советскому послу Сметанину. Татекава высказывает предположение, что обсуждение этого вопроса будет продолжаться в Токио.

В конце беседы т. Молотов мимоходом спрашивает Татекаву относительно Мацуоки, долго ли он будет сидеть без работы.

На это Татекава шутливо отвечает, что Мацуока такой человек, что когда он на посту, то работает вовсю, а когда без места, то тихо сидит и много читает.

Затем Татекава задает т. Молотову вопрос о том, когда собирается конференция трех держав.

Тов. Молотов отвечает, что пока еще срок созыва этой конференции не назначен.

Затем Татекава, сославшись на то, что имеются сообщения о том, что Чунцнн посылает в Советский Союз своих людей, спрашивает, верно ли, что будто бы в Москву собирается приехать сам Чан Кайши.

 

261

 


 

Тов. Молотов отвечает, что эти сообщения передаются самими японскими газетами, у нас же в Москве таких сообщений нет, что в Москву никто ехать не собирается и что это сообщение не соответствует действительности.

Беседа продолжалась 40 мин.

Записал
Царапкин

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 28. д. 384, л. 85-88.

 

 

181. ПИСЬМО НАРОДНОГО КОМИССАРА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ СССР А.И.МИКОЯНА ПОСЛУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСУ

26 августа 1941 г.

Чрезвычайный и Полномочный Посол Союза Советских Социалистических Республик в Соединенном Королевстве, в случае каждой ссуды, предоставляемой Правительством Соединенного Королевства согласно условиям Соглашения о взаимных поставках товаров, кредите и порядке платежей*, заключенного в Москве 16 августа 1941 года, будет от имени Правительства Союза Советских Социалистических Республик выдавать Правительству Соединенного Королевства Долговые Обязательства.

Согласованная между нами форма Долгового Обязательства прилагается к настоящему письму[24].

Условлено, что Долговые Обязательства, выдаваемые по настоящему соглашению, не будут облагаться гербовым сбором.

Примите, Господин Посол, уверения в моем глубоком к Вам уважении.

Микоян

Москва

АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 9. д. 95. л. 13.

 

 

182. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

27 августа 1941 г.

Вчера я имел серьезный разговор с Иденом по вопросу о британской помощи СССР. Произошло это так, что Иден в общей форме спросил меня, каковы сейчас настроения в нашей стране. Я воспользовался случаем и, заявив, что говорю только от своего собственного имени, сказал ему примерно следующее:

1. Судя по целому ряду доходящих до меня сведений и симптомов, в очень широких кругах советского населения все больше возрастают чувства недо

_____________
* См. док. 168.

 

262

 


 

умения и разочарования в связи с позицией Англии. В самом деле, как создавшаяся ситуация должна представляться глазам советского человека? В течение 10 недель СССР ведет тягчайшую борьбу против обрушившейся на него, и только на него, германской военной машины, самой могущественной, какую видел мир. Наша армия и наш народ храбро дерутся и будут драться против сильного и жестокого врага, но потери наши велики: 700 тыс. чел., 5,5 тыс. танков, 4,5 тыс. самолетов, 7,5 тыс. орудий, а сверх того, большое количество территорий, причем часть из них — весьма ценных и важных с экономической и военной точек зрения. В течение всего этого времени, когда СССР напрягал и продолжает напрягать свои силы в труднейшей битве своей истории, что делала Англия?

2. В середине июля советское правительство предлагало британскому правительству создание второго фронта на западе, однако по разным причинам, на которых я сейчас не хочу останавливаться, британское правительство отклонило это предложение. Но если британское правительство считало невозможным открывать фронт во Франции, то, казалось бы, тем легче оно могло оказать нам поддержку в другой форме — в форме широкого снабжения необходимыми нам авиацией, оружием и тому подобное. Говорю «тем легче», ибо поскольку британское правительство решило, по крайней мере на ближайший отрезок времени, сохранять в основном оборонительно-выжидательную позицию, постольку оно, очевидно, в состоянии срочно перебросить часть своих военных ресурсов (имеющихся или подлежащих получению в непосредственном будущем) на тот участок антигерманского фронта, который находится в настоящий момент в состоянии максимальной активности. На самом деле этого не случилось. Англия не открывает второго фронта и в то же время не дает нам самолетов и оружия в сколько-нибудь серьезных количествах. Разумеется, мы благодарны британскому правительству за те 200 «томагавков», которые были переданы нам около месяца назад и которые до сих пор еще не доставлены в СССР, но по сравнению с нашими потерями в воздухе, о которых я только что говорил, что это значит? Или еще пример: мы просили у британского правительства крупные бомбы — министр авиации в результате длинных разговоров в конце концов согласился исполнить нашу просьбу, но сколько бомб он дал нам? Шесть бомб — ни больше и ни меньше. Так обстоит дело с военным снаряжением. Чем еще Англия помогала СССР в течение этих 10 недель? В Лондоне очень любят подчеркивать: воздушным наступлением на Германию. Действительно, в этой области кое-что было сделано, и опять-таки мы за это готовы благодарить британское правительство. Однако Идену должно быть ясно, что бомбежки Германии, при всей своей несомненной полезности, не могут оказать сколько-нибудь серьезного влияния на положение дела на Восточном фронте. Мало щипать бешеного зверя за хвост, надо бить его дубиной по голове. Насколько мне известно, английские бомбардировки не заставили немцев снять ни одной эскадрильи с нашего Фронта.

3. Что еще мы имеем от Англии? Массу восторгов по поводу мужества и патриотизма советского народа, по поводу блестящих боевых качеств Красной Армии. Это, конечно, очень приятно (особенно после тех всеобщих сомнений в нашей боеспособности, которые господствовали здесь всего лишь несколько недель назад), но уж слишком платонично. Как часто слыша похвалы, расточаемые по нашему адресу, я думаю: «Поменьше бы рукоплесканий, а побольше бы истребителей». С учетом всего сказанного выше надо ли

 

263

 


 

удивляться чувствам недоумения и разочарования, которые сейчас все больше закрадываются в душу советского человека? Ведь фактически выходит так, что Англия в настоящий момент является не столько нашим союзником, товарищем по оружию в смертельной борьбе против гитлеровской Германии, сколько сочувствующим нам зрителем. Повторяю еще раз, я не имею никаких поручений от советского правительства говорить Идену все то, что я ему сейчас изложил, однако как советский посол в Англии, который заинтересован в укреплении союза между нашими обеими странами, я считаю своим долгом вовремя предупредить Идена о создающихся в СССР настроениях.

4. На Идена эти слова произвели очень сильное впечатление. Это видно было по его лицу, по всему его поведению. Иден сделал попытку защищать британское правительство, хотя чувствовалось, что он делает это без вдохновения, по обязанности.

Иден говорил о том, что Англия еще не готова к вторжению во Францию, что США в области производства оружия и самолетов раскачиваются очень медленно, что британское правительство максимально разворачивает воздушное наступление на Германию, что в Иране между Англией и СССР уже практически создалась военная кооперация и что вообще на Ближнем Востоке эта кооперация имеет большие шансы на дальнейшее развитие и укрепление. В этой связи Иден упомянул, что в ближайшем будущем англичане, по всей вероятности, начнут наступательные операции в Ливии.

5. Я возразил, что, конечно, операция в Иране имеет важное значение, но это все-таки одна из подсобных задач в нынешней войне. То же относится и к намечающейся операции в Ливии. Основная проблема состоит в том, как разбить Германию. Что думает по этому поводу британское правительство? Какова его генеральная стратегия в настоящее время? Я помню, как сразу после краха Франции, в начале июля прошлого года, Черчилль ответил на мой вопрос о его генеральной стратегии очень кратко и красочно: «Моя генеральная стратегия, — сказал он, — состоит сейчас в том, чтобы выжить в течение ближайших трех месяцев». Сам Иден приблизительно в то же время, будучи военным министром, развивал мне мысль, что основной задачей британского правительства является превращение Великобритании в неприступную для германского вторжения крепость. Если это будет сделано, то Англия сможет лавировать, мобилизовать свои имперские ресурсы, искать себе союзника и вообще «смотреть и выжидать». И надо прямо сказать, в тот момент такая генеральная стратегия была понятна.

6. Позднее, зимой 1940-41 года, насколько мне известно, в руководящих кругах британского правительства стала утверждаться несколько иная концепция генеральной стратегии, а именно: накапливать силы, строить армию, создавать мощный воздушный флот и, не исключая отдельных ограниченных военных вылазок с острова в различных частях света, в основном готовить переход в большое наступление против Германии в более или менее отдаленном и непосредственном будущем — не то в 1942-м, не то в 1943 году. При этом главная ударная роль в таком наступлении отводилась огромному превосходству Англии в воздухе, которого британское правительство рассчитывало добиться с помощью США. Для меня лично никогда не было ясно, каким образом только что указанная стратегическая концепция должна привести к британской победе (не к избежанию поражения, а именно к победе), и я в этом духе на протяжении минувшей зимы не раз говорил с Иденом и Батлером. Но пока Англия в борьбе против Германии оставалась одна, данная

 

264

 


 

концепция, пожалуй, была неизбежна. С 22 июня военная ситуация в Европе круто изменилась, можно сказать, даже революционизировалась. Какова же сейчас генеральная стратегия британского правительства? В какой мере она перестроилась и перестроилась ли вообще в связи с тем колоссальной важности фактом, что у Англии наконец появился могущественный сухопутный союзник на востоке? Каким образом британское правительство собирается разбить Германию? Исключает ли оно вообще создание второго фронта на западе или же считает его невозможным только в данный момент? Все эти и многие другие вопросы, естественно, представляют интерес для советского человека, и я был бы рад, если бы Иден мог меня несколько просветить на этот счет.

7. Однако Иден не мог или не хотел сказать мне но данному поводу ничего определенного. Он опять упомянул о Ливии, прибавил, что британское правительство в случае надобности готово всемерно помочь Турции, и выразил неясную надежду, что, может быть, британские силы (в частности, авиация) на определенном этапе войны смогут оказать нам активное содействие в районе Черного моря, в Проливах, на Украине и так далее. Все это было крайне туманно, и у меня невольно создалось впечатление, что у Идена сейчас нет какой-либо продуманной концепции в отношении генеральной стратегии войны. В заключение Иден сказал, что будет разговаривать с премьером по всему комплексу затронутых мною вопросов, и в частности по вопросу о генеральной стратегии. Я не уверен, имеет ли и Черчилль какую-либо продуманную концепцию, исходящую из новой ситуации, созданной германской атакой на СССР (он ведь, как и все вообще англичане, большой эмпирик), но видно было, что и у Идена такой концепции, безусловно, нет.

8. Когда я уже собрался уходить, Иден стал благодарить меня за мое откровенное сообщение. Ему, как человеку, искренне стремящемуся к укреплению англо-советского союза, очень важно знать подлинные настроения советских граждан для того, чтобы вовремя принять меры для предупреждения каких-либо ненужных осложнений. «Имейте в виду, — с ударением прибавил Иден, — что и я и премьер действительно хотим оказать СССР максимальную помощь. В силу разных причин это не всегда легко сделать. Пожелание помогать у нас есть. А за политику прошлого правительства мы не считаем себя ответственными». Я ответил: «Если британское правительство действительно хочет укрепить советско-британский союз, то позвольте дать Вам один дружеский совет: не принимайте ответственных деклараций в середине Атлантического океана. Дело не в содержании декларации. Вчера я уже Вам говорил, что мы не возражаем против принципов, на которых построена декларация. Однако способ ее создания кажется нам не соответствующим обстоятельствам. То, что произошло, создало впечатление, будто бы Англия и США воображают себя всемогущим господом богом, который призван судить весь остальной грешный мир, в том числе и мою страну. На такой базе союз нельзя будет укрепить». Иден страшно смутился и стал извиняться. По его словам, Черчилль, отправляясь в путь, не имел представления о том, что на встрече будет поднят вопрос о декларации. В этом вопросе инициатива принадлежит целиком Рузвельту. Когда он встретился с премьером, он вдруг достал из кармана проект декларации. Черчилль, конечно, не мог возражать против предложения Рузвельта. В результате родилась декларация из восьми пунктов, в окончательный текст которой английская сторона внесла несколько существенных редакционных поправок.

 

265

 


 

В конечном счете я склонен думать, что наша реакция на декларацию плюс историю с созывом межсоюзнической конференции в Лондоне послужит британскому правительству хорошим уроком на будущее.

Майский

АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 352. д. 2404. л. 95-103.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 105-109.

 

 

183. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.Я.ВЫШИНСКОГО С ПОВЕРЕННЫМ В ДЕЛАХ ПОЛЬШИ В СССР РЕТИНГЕРОМ И СЕКРЕТАРЕМ ПОСОЛЬСТВА ПОЛЬШИ В СССР АРЛЕТОМ

28 августа 1941 г.
Секретно

Сославшись на то, что Ретингер хотел видеть т. Молотова, я сказал, что в связи с временным отъездом из Москвы т. Молотова я хотел бы выполнить задачи, которые лежали на нем. Именно — дать ответ на те вопросы, которые Ретингер ставил в своей личной ноте от 22 августа. Затем я передал Ретингеру памятную записку, содержащую ответ на ноту от 22 августа (текст прилагается)*. Присутствовавший секретарь посольства Арлет тут же перевел ее содержание Ретингеру.

Ретингер поблагодарил за добрую волю советского правительства, доказательством чего является эта памятная записка. Он хотел бы, однако, уточнить, как советское правительство отнеслось к конкретной просьбе посольства — дать телеграфное указание местным властям о сообщении посольству фамилий кандидатов в доверенные лица посольства.

Я разъяснил Ретингеру, что, поскольку в записке мы указываем, что у нас нет возражений против соответствующего предложения посольства, следовательно, мы примем меры, необходимые для его осуществления.

Ретингер сообщил, что генерал Андрес и Шишко-Богуш во время пребывания в Вологде убедились на месте, что советские власти приняли меры для улучшения положения польского населения. Он спросил, даны ли соответствующие инструкции в те трудовые лагеря, где поляки работают на худших условиях, чем советские граждане.

Я сказал, что после издания Указа Верховного Совета и Постановления Совнаркома во все местности были даны указания об освобождении поляков. Сейчас проверяется, где и что уже сделано.

Ретингер далее поставил вопрос о польских гражданах, находящихся в московских тюрьмах. С 12 августа прошло уже более двух недель, а очень много поляков еще находится здесь в заключении. Нельзя ли их освободить, предоставив им для размещения какой-либо жилой дом или сборный пункт?

На это я ответил Ретингеру, что среди арестованных имеются лица, арестованные за такие преступления, как шпионаж в пользу немцев. Я не думаю, что в интересах польского правительства было бы освобождение таких людей. Очевидно, задерживается освобождение именно таких лиц.

_____________
* Не публикуется.

 

266

 


 

Ретингер на это заявил, что если бы среди арестованных поляков оказались немецкие шпионы, то посольство само поспешило бы дать сведения об этом советским органам, так как поляки сами заинтересованы в том, чтобы такие люди не вредили борьбе против немцев. Но таких может быть только очень немного — единицы. Большинство же поляков, находящихся в московских тюрьмах, хорошие польские патриоты. Ретингер сам знает многих из них И уверен в том, что они заслуживают доверия.

Ретингер передал мне список с указанием имен людей, находящихся в заключении в различных местностях СССР, с просьбой оказать содействие их розыску и освобождению. Многие из заключенных являются солдатами и офицерами, которые должны будут вступить в армию. До этого момента им надо дать пристанище в каком-либо доме или сборном пункте.

Я попросил Ретингера уточнить, что он подразумевает под сборным пунктом. Очевидно, речь идет практически о временном проживании для освобожденных людей? Ретингер подтвердил это. Я предложил все вопросы такого рода рассмотреть на смешанной комиссии.

Ретингер предложил, чтобы в смешанные комиссии были введены также представители от польской военной миссии.

Я заявил, что военная миссия должна иметь прямую связь с военными властями. На вопрос Ретингера, когда сможет быть сформирована смешанная комиссия, я ответил, что, очевидно, в ближайшие дни.

Ретингер поблагодарил меня за содействие в этом деле и перешел к вопросу о тексте его выступления по радио. В связи с этим он сообщил, что несколько дней назад один из сотрудников посольства был приглашен в Радиокомитет в связи с организацией 1 сентября, во вторую годовщину германского нападения на Польшу, радиопередачи для Польши. Он был ознакомлен с текстом обращения к полякам. В обращении содержится призыв поляков к восстанию и организации партизанского движения. Ретингер считает, что эта серьезнейшая проблема входит, конечно, в компетенцию только польского правительства и может быть разрешена лишь последним по согласованию с советским правительством. Как известно, такие вопросы сейчас секретно обсуждаются между советскими и польскими военными властями. Польское посольство не может согласиться с тем, чтобы люди, не ответственные за это дело и даже не переговорившие с компетентными властями, призывали польский народ к восстанию. Такой подход может лишь повредить восстанию. Этот факт показывает, как необходимо польско-советское сотрудничество в деле радиопропаганды. Посольство хотело бы, чтобы полякам было разрешено самим организовывать передачи для Польши. Соответствующие материалы, конечно, подвергались бы советской цензуре в общеустановленном порядке.

Ретингер затронул также и другой вопрос, который он назвал очень важным. Дело в том, что в советской печати некоторые польские местности и города именуются советскими. Так, например, газеты говорят о «советских городах» Львове, Белостоке, Ломже и т.д.

Я ответил Ретингеру, что если газеты употребляют такие выражения, то в силу того, что до захвата этих городов немцами в этих городах была советская власть, а также как противопоставление немецкому поползновению считать эти города германскими.

Ретингер продолжал настаивать на своем и сказал, что вряд ли он закончит этот разговор высказанными им замечаниями. По этому вопросу он еще будет советоваться со своим правительством.

 

267

 


 

В заключение Ретингер спросил, как разрешился вопрос об издании польской газеты и трансляции речи Сикорского по радио. Я обещал дать на этот вопрос ответ через 2-3 дня. На этом беседа закончилась. Беседа продолжалась 1 час 05 мин. На приеме присутствовал т.Новиков.

Вышинский

АВП РФ. ф. 0122. оп. 24. п. 186, д. 1. л. 12-15.

 

 

184. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ КИТАЯ В СССР ШАО ЛИЦЗЫ

29 августа 1941 г.
Секретно

Шао Лицзы, принятый по его просьбе, заявил, что китайское правительство и китайская общественность очень интересуются вопросом о предстоящей в Москве англо-американо-советской конференции. По поручению своего правительства он хотел бы выяснить, как отнесется правительство СССР к посылке Китаем делегации или представителя в Москву для участия в конференции или просто для информации.

Китайское правительство и китайская общественность придают очень большое значение советско-германской войне, и Китай очень хотел бы сделать все, чтобы оказать помощь Советскому Союзу, и не только из этических и других подобных соображений, ибо совершенно ясно, на какой стороне находится Китай. Китай, не имеющий своей крупной промышленности, не может оказать Советскому Союзу помощь своей промышленной продукцией, однако Китай может помочь своей борьбой против Японии, сдерживая ее нападение. В Китае все считают, что против Японии надо вести борьбу самым решительным образом — это будет лучшая помощь со стороны Китая Советскому Союзу. Китай проникнут решимостью перейти в контрнаступление против Японии. Другой вопрос — насколько это возможно осуществить в настоящее время. СССР нам все время оказывал помощь. О той помощи, которую СССР может оказать нам при переходе китайских войск в контрнаступление, следовало бы нам поговорить. Советскому Союзу оказывают помощь Англия и Америка, и Китай хотел бы помочь. По всем этим соображениям Китай наравне с другими хотел бы принять участие в конференции.

Я ответил послу, что мне понятен интерес китайского правительства и китайской общественности к предстоящей конференции. Мне известно, что в Москве должна произойти конференция трех держав, но, поскольку он от имени своего правительства запрашивает мнение моего правительства относительно посылки на конференцию китайской делегации, я доложу своему правительству об этом и о его решении немедленно доведу до сведения посла.

Посол заявил, что он не сомневается в том, что поставленный китайским правительством вопрос будет быстро доведен до сведения правительства

 

268

 


 

СССР. Он просил бы, чтобы советское правительство приняло также быстрое решение.

Я сказал послу, что эту его просьбу также доложу своему правительству.

Далее посол заявил, что по вопросу об усилении состава китайского посольства в Москве командированием посланника он сообщил своему правительству высказанное тогда мною соображение и в настоящее время он получил от министра иностранных дел Го Тайци ответ, что, конечно, этот вопрос должен быть разрешен на основе взаимности.

Я ответил послу, что я в свое время доложил моему правительству этот вопрос, но он прекрасно знает, что правительство занято войной, и поэтому поставленный тогда вопрос о дополнительном обмене посланниками, как не особенно большой, естественно, отошел на задний план перед более крупными проблемами, связанными с борьбой против гитлеровской Германии. Во всяком случае вопрос этот не является срочным.

Посол согласился с тем, что этот вопрос действительно не является срочным.

После этого Шао Лицзы заявил, что он хочет коснуться одного хотя и частного, но достаточно важного для Китая вопроса — об авиационных материалах, задержанных таможней в Алма-Ате. Посол, сообщив, что эти материалы нужны для гражданской авиации Китая, обслуживающей линию Хами — Чунцин, обратил мое внимание на три следующих обстоятельства:

1) Китайско-германская компания «Евразия» фактически перестала существовать; дела компании перешли к министерству коммуникаций. Линия Хами—Чунцин обслуживается китайскими средствами.

2) Материалы нужны для ремонта самолетов на линии Хами—Чунцин. Самолеты без срочного ремонта могут совершенно выйти из строя.

3) Китайское правительство ставило перед советским правительством вопрос о возможности продажи Китаю гражданских самолетов, но даже если последует согласие на такую сделку, то тогда потребуется некоторое время на ее оформление и переброску этих самолетов.

Из этого вытекает, сказал китайский посол, что для того, чтобы авиалиния Хами—Чунцин не перестала функционировать, крайне важно возможно скорее пропустить задержанные авиачасти.

Я ответил Шао Лицзы, что данный вопрос имеет и политическую сторону, а именно: продолжают ли немцы работать на линии Хами—Чунцин как в управлении, так и в эксплуатации.

Шао Лицзы ответил, что вопрос о том, продолжают ли немцы работу на линии «Евразия», имеет большое значение, так как немцы организуют всякого рода диверсии, используя для этого свои экономические и другие позиции. Поэтому для нас важно пояснить — имеются ли немцы на линии Хами—Чунцин и осталось ли там немецкое влияние. Если немецкое влияние в «Евразии» осталось, то это поможет нам нанести явный ущерб.

Посол ответил, что он надеется получить от своего правительства в ближайшее время исчерпывающий ответ по этому вопросу.

Затем посол заявил, что он хотел бы поговорить со мной о военной обстановке. Опубликованные в прессе сведения ему известны. Его очень интересует вопрос о Ленинграде и Украине. Он просит меня информировать его по этому вопросу.

 

269

 


 

На это я ответил послу, что о ходе войны ему известно. План немцев о молниеносной войне сорван. Они наметили захват Ленинграда, Киева и Москвы к 1 августа 1941 года. Теперь немцы сообщают, что они будут в этих городах 1 сентября. Эти хвастливые заявления также сорваны; ничего у них не выйдет и в другие месяцы. Мы потеряли известное пространство, но сохранили живую силу, сохранили вооружения, выиграли время и не дали немцам возможности пользоваться в оккупированных районах ни сырьем, ни заводами, ни хлебом. Ожесточенная борьба продолжается. Ленинград они не возьмут и Киев тоже, а о Москве они сами теперь заявляют, что она для них теперь не представляет особой важности. Война только началась. Для СССР потеря нескольких областей хотя и чувствительна, но это не решает исхода войны. Германия будет так разгромлена, как никогда за все время своего существования. В этом убеждено не только советское правительство, но и каждый гражданин СССР.

Посол ответил, что не только СССР придерживается такого мнения, но и Китай и все, кто борется против Германии. Он слышал частное мнение о том, что в следующем месяце начнется контрнаступление, а к 1942 году можно будет достичь решающих успехов. Шао Лицзы спросил, как я смотрю на это.

Я ответил, что мне как человеку невоенному трудно сказать, когда начнется контрнаступление, но оно обязательно начнется.

Шао Лицзы спросил меня, как я смотрю на выступление японского посла в Соединенных Штатах и его встречу с Рузвельтом. Посол высказал уверенность, что во время этой встречи обсуждались, по-видимому, также и вопросы снабжения СССР со стороны Соединенных Штатов.

Я ответил послу, что до сих пор из телеграммы известно только лишь о факте свидания. Но ничего не известно о состоявшейся беседе между Рузвельтом и Номурой.

Посол спросил меня, дошли ли американские транспорты, идущие в СССР, до японских территориальных вод и до советских дальневосточных портов.

Я ответил, что одни дошли, другие доходят, а третьи дойдут и что вопрос о торговле между Соединенными Штатами и СССР зависит прежде всего от этих двух стран.

Шао Лицзы заявил, что он понял это из ответа т. Молотова японскому послу Татекаве, но, судя по прежним японским действиям, можно сказать, что японцы могут предпринять и другие шаги. Он убежден, что Япония не будет соблюдать пакт о нейтралитете.

На мою реплику «посмотрим» посол сказал, что вопрос о японской позиции очень интересует, но не беспокоит Китай, так как китайцы уверены в силе Советского Союза.

Я ответил, что мы также уверены в своей силе.

На этом беседа окончилась.

Во время беседы присутствовал ответственный референт Отдела печати т. Скворцов.

Заместитель народного комиссара иностранных дел
С.Лозовский

АВП РФ. ф. 0100, оп. 25. п. 200. д. 6. л. 44-48.

270

 


 

 

 

 

185. ТЕЛЕГРАММА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПОСЛУ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОМУ

30 августа 1941 г.

Ваша беседа с Иденом о стратегии Англии полностью отражает настроение советских людей. Я рад, что Вы так хорошо уловили эти настроения. По сути дела, английское правительство своей пассивно-выжидательной политикой помогает гитлеровцам. Гитлеровцы хотят бить своих противников поодиночке — сегодня русских, завтра англичан. То обстоятельство, что Англия нам аплодирует, а немцев ругает последними словами, нисколько не меняет дела. Понимают ли это англичане? Я думаю, что понимают. Чего же хотят они? Они хотят, кажется, нашего ослабления. Если это предположение правильно, нам надо быть осторожными в отношении англичан.

Сталин

АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 365, д. 2488. л. 45-46.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 109.

 

 

186. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

30 августа 1941 г.
Секретно
Особая папка

Криппс прибыл в сопровождении третьего секретаря посольства Денлопа.

Тов. Молотов заявил, что т.Сталин чувствует себя не совсем здоровым и поручил ему принять посла.

Выразив сочувствие в связи с болезнью т.Сталина и надежду на скорое выздоровление, Криппс вручил т. Молотову для передачи т.Сталину послание Черчилля*.

Криппс высказал пожелание получить в первую очередь ответ по первому пункту послания, а именно: располагает ли советское правительство летчиками для тех самолетов, которые прибудут в СССР, поскольку английское правительство своих пилотов на эти машины не предоставляет. Дело в том, заявил Криппс, что Черчилль не хотел бы отправлять машины, зная, что они будут простаивать без дела на аэродромах.

Тов. Молотов заявил Криппсу, что не сомневается в том, что советское правительство найдет летчиков для пилотирования прибывающих в СССР самолетов.

Далее Криппс от своего имени предложил, чтобы в ответ на послание Черчилля содержалась некоторая информация о военно-воздушных силах СССР. Предоставление этой информации было бы очень приятно Черчиллю.

На вопрос о том, какие именно вопросы интересуют английское правительство, Криппс ответил, что самым важным вопросом является информация

_____________
* См. Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. I. — С. 26-28.

 

271

 


 

о бомбардировщике ИЛ-2 с ракетными бомбами* для борьбы с танками. Английское правительство очень хочет изучить эту техническую новинку и воспользоваться ею. Во-вторых, английское правительство хочет получить информацию о нашей тактике борьбы с танками. В-третьих, английское правительство желало бы посмотреть радиооборудование для обнаружения самолетов. Наконец, английское правительство желало бы получить информацию и познакомиться с работой центральных станций ПВО больших городов. Криппс добавил, что предоставление Англии информации по этим вопросам явилось бы жестом взаимопомощи.

Тов. Молотов заявил, что он выяснит поставленные Криппсом вопросы.

Далее Криппс поинтересовался мнением советского правительства в связи с демаршем, сделанным японским послом Татекавой.

Тов. Молотов заявил, что о действиях Японии судить трудно, причем не исключена возможность всяких неожиданных действий со стороны японского правительства.

Отвечая на вопрос Криппса, т. Молотов заявил, что опасность для СССР со стороны Японии он считает серьезной и допускает возможность остановки пароходов, идущих из США в СССР.

Далее Криппс заявил, что, по имеющимся у него сведениям, воздушное сообщение между СССР и Англией прекратилось. Считая этот путь наиболее надежным средством связи между Англией, США и СССР, Криппс и Штейнгардт послали своим правительствам идентичные телеграммы с просьбой выделить два самолета специально для обслуживания авиалинии Архангельск— Англия. Криппс считает, что и советское правительство через своих послов в Англии и США должно сделать аналогичные представления.

Тов. Молотов заявил, что он обдумает поставленный Криппсом вопрос и даст соответствующее указание.

Затем Криппс спросил, обоснованны ли слухи о том, что на конференции в Москве будет присутствовать представитель Китая. От себя Криппс заявил, что, может быть, полезно будет участие представителя Китая на конференции в Москве.

Тов. Молотов ответил, что упомянутые послом слухи лишены всякого основания. Что же касается совещания, то, как известно, речь шла об участии в нем трех стран, причем участие Китая в этом совещании не было предусмотрено. Мы считаем, заявил т. Молотов, что будет лучше привести в исполнение уже принятый план, который до сих пор еще не выполнен.

В заключение Криппс вручил т. Молотову памятную записку по вопросу об оказании содействия английскому консулу в Синьцзяне**.

Ознакомившись с содержанием документа, т. Молотов заявил, что положение в Синьцзяне весьма специфично и что он мало занимался этим вопросом. Тов. Молотов добавил, что он поручит рассмотрение поставленного Криппсом вопроса своему заместителю.

Заявив, что у него больше вопросов нет, Криппс удалился.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 6, л. 114-116.

_____________
* Речь идет о штурмовике советских ВВС ИЛ-2, вооруженном реактивными снарядами 82-мм калибра, который блестяще себя зарекомендовал.
** Не публикуется.

 

272

 


 

 

 

187. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В ТУРЦИИ С.А.ВИНОГРАДОВА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ТУРЦИИ Ш.САРАДЖОГЛУ

30 августа 1941 г.
Секретно

Был у Сараджоглу. Я зачитал ему текст ноты советского правительства, врученной сегодня иранскому правительству, и передал затем заверение советского правительства турецкому правительству в связи с нашей акцией в Иране*.

Сараджоглу сказал: «Я очень благодарен советскому правительству за внимание, проявленное им к турецкому правительству за весь период развития этого дела».

Я указал, что советское правительство считало своим долгом держать в курсе этого вопроса турецкое правительство, и подчеркнул, что советское правительство было вынуждено использовать право, предоставленное ему статьей 6-й договора от 1921 г., ввиду опасности, которую представляет деятельность немцев в Иране в создавшейся обстановке.

Сараджоглу ответил на мои последние слова, что он отдает себе в этом отчет.

Я выразил затем надежду, что турецкое правительство воспримет акцию советского правительства в Иране так, как это указано в нашей ноте и как это можно ожидать от дружественной страны.

Сараджоглу сказал: «Турецкое правительство, безусловно, изучит этот вопрос с точки зрения дружественных отношений между Турцией и СССР, с одной стороны, и дружественных и союзных отношений между Турцией и Великобританией — с другой».

Сараджоглу попросил меня затем послать ему, если можно, копию ноты, врученной нами иранскому правительству.

Я обещал прислать ее, как только получу французский текст. Сараджоглу указал затем, что события развиваются очень быстро. Он отметил, что, когда английский посол пришел к нему сегодня передать это заверение, он встретил его словами: «Вы, как будто, будете сегодня завтракать в Тегеране?» — и добавил, что уже слышал сообщение «Рейтер» по радио, что английские войска перешли иранскую границу. Английский посол еще не знал об этом. Я поинтересовался мнением министра о том, как будут развиваться дальнейшие события.

Сараджоглу сказал: «Два дня тому назад я надеялся на то, что этот вопрос будет урегулирован мирным путем. Эта надежда была у меня только два дня тому назад, после моей беседы с иранским послом. В пятницу 22 августа, когда иранский посол был у меня, я передал ему свое последнее сообщение, и посол затем поставил мне вопрос: если иранское правительство будет согласно в принципе с предложениями советского и английского правительств и если у него будут разногласия лишь в условиях выполнения их, может ли иранское правительство рассчитывать на помощь турецкого правительства в том, чтобы добиться мирного разрешения этих вопросов.

Я ответил иранскому послу, что если иранское правительство выразит принципиальное согласие и речь будет идти только об условиях применения,

_____________
* Имеется в виду ввод советских войск в Иран в августе 1941 г. из-за активизации там германской разведки против СССР.

 

273

 


 

то турецкое правительство приложит все усилия для того, чтобы помочь урегулированию этого вопроса. У меня было впечатление после этой беседы с иранцем, что иранское правительство готово принять предложения английского и советского правительств. Я в субботу поставил в известность английского посла о своей беседе с иранским послом и о впечатлении, которое создалось у меня от этой беседы».

Я ответил, что, как видно, иранское правительство не дало принципиального согласия на наши предложения, несмотря на то что советское правительство, со своей стороны, как это указано в ноте, переданной министру, прилагало все усилия для того, чтобы убедить иранское правительство в опасности, угрожающей Ирану и СССР от активности немцев, и советскому правительству пришлось прибегнуть к использованию в порядке самообороны права, предоставленного ему упомянутым уже договором от 1921 г.

Министр заметил, что, возможно, иранский посол в беседе с ним выражал лишь свое личное мнение.

Виноградов

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. 22. д. 300. л. 1-3.

 

 

188. ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ СОГЛАШЕНИЕ К ЗАКЛЮЧЕННОМУ 16 АВГУСТА 1941 г. МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И СОЕДИНЕННЫМ КОРОЛЕВСТВОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ И СЕВЕРНОЙ ИРЛАНДИИ СОГЛАШЕНИЮ О ВЗАИМНЫХ ПОСТАВКАХ ТОВАРОВ, КРЕДИТЕ И ПОРЯДКЕ ПЛАТЕЖЕЙ, НИЖЕ НАЗЫВАЕМОМУ «ОСНОВНОЕ СОГЛАШЕНИЕ»

[1 сентября 1941 г.]

Статья 1

В случае если Правительство Союза Советских Социалистических Республик не будет иметь достаточного количества долларов или золота вне Союза Советских Социалистических Республик для квартальных платежей согласно Статье 6-й Основного Соглашения и в случае если будет невозможным, по военным причинам, доставить дальнейшее количество золота за пределы Советских Социалистических Республик, Правительство Соединенного Королевства будет, по получении соответствующих представлений от Правительства Союза Советских Социалистических Республик, предоставлять такие дальнейшие стерлинговые ссуды, какие будут необходимы для покрытия недостающей суммы долларов или золота, на счет, который должен быть открыт в Банке Англии согласно постановлениям Статьи 5-й Основного Соглашения. Эти дальнейшие ссуды будут предоставляться против дополнительного обеспечения золотом, которое будет выделяться в Союзе Советских Социалистических Республик, и будут действовать до того времени, когда их можно будет погасить продажей долларов США или золота Банку Англии в соответствии с постановлениями Статьи 6-й (а) Основного Соглашения. Такие дополнительные ссуды будут приносить проценты в соответствии с постановлениями Статьи 7-й (в) Основного Соглашения.

 

274

 


 

 

Статья 2

При исполнении постановлений Статьи 1 настоящего Соглашения будут действовать следующие условия:

а) Золото будет выделяться на имя Правительства Соединенного Королевства в месте в пределах Союза Советских Социалистических Республик, согласованном между обоими Правительствами. Правительству Соединенного Королевства будут сообщаться подробные сведения о брусках.

б) Правительство Соединенного Королевства после этого будет предоставлять Правительству Союза ССР ссуды в фунтах стерлингов на сумму стоимости золота, оцененного согласно ведомостям Государственного Банка Союза Советских Социалистических Республик о пробе и весе.

в) Все предоставляемые согласно настоящему Соглашению ссуды будут погашаться стерлингами, полученными Государственным Банком Союза Советских Социалистических Республик от продажи долларов или золота в соответствии со Статьей 6-й (а) Основного Соглашения, как только сможет быть возобновлен экспорт золота.

г) По случаю каждой ссуды, предоставляемой согласно настоящему Дополнительному Соглашению, Чрезвычайный и Полномочный Посол Союза Советских Социалистических Республик в Соединенном Королевстве будет от имени Правительства СССР выдавать Правительству Соединенного Королевства Долговое Обязательство по прилагаемой форме[35].

Совершено в Москве 1 сентября 1941 г. в двух экземплярах, каждый на русском и английском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

От имени Правительства
Союза Советских
Социалистических Республик
А.Микоян

От имени Правительства
Соединенного Королевства
Великобритании
и Северной Ирландии
Р.Стаффорд Криппс

 

АВП РФ, ф. За — Великобритания, д. 107.

 

189. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С.А.ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ КИТАЯ В СССР ШАО ЛИЦЗЫ

1 сентября 1941 г.
Секретно

Я вызвал китайского посла Шао Лицзы и сказал ему, что доложил своему правительству о том, что китайское правительство хотело бы знать отношение Советского Союза к возможности участия Китая в предстоящей в Москве конференции 3 держав. Мнение советского правительства по этому вопросу следующее:

«Предстоящая конференция будет обсуждать вопросы войны с Германией, с которой не воюет Китай, а не войны с Японией, с которой воюет Китай. Поэтому участие Китая на этой конференции СССР считает исключенным».

Шао Лицзы напомнил мне о том, что при постановке этого вопроса в предыдущей беседе со мной он, наряду с возможностью непосредственного участия

 

 

 

275

 


 

Китая в конференции ставил вопрос о возможности посылки Китаем на конференцию одного или нескольких представителей для контакта на время конференции.

На это я ответил, что в Москве находится Чрезвычайный и Полномочный Посол Китая, который может лучше, в той мере, в какой это необходимо и возможно, установить контакт, чем новый человек, который не знает ни обстановки, ни людей.

Китайский посол сказал, что он доведет ответ советского правительства до сведения китайского правительства.

Шао Лицзы был очень огорчен и смущен моим ответом. Он даже спросил меня: «Это все?».

Я ответил, что по данному вопросу ничего больше сказать не могу. Для того чтобы смягчить атмосферу натянутости, которая получилась в результате моего ответа, я спросил в шутливой форме посла, не скучает ли он от того, что 12 дней подряд германские бомбы не падают вокруг дома китайского посольства?

На это Шао Лицзы задал встречный вопрос: чем можно объяснить то, что немцы перестали бомбить Москву?

На это я ответил, что немцы начинают, по-видимому, понимать, что результаты их бомбежек небольшие, а потери огромные.

Возвращаясь к моему ответу об участии Китая в конференции, посол заявил, что он весьма рад слышать от меня, что для установления контакта с участниками конференции в Москве достаточно присутствия в Москве его как посла. Это свидетельствует, заметил между прочим Шао Лицзы, что мы высоко ценим пребывание китайского посла в советской столице.

Я ответил, что посол в этом не ошибается.

Шао Лицзы сказал, что он ценит такое отношение к нему как к послу и тем не менее он часто встречается с затруднениями при разрешении вопросов в Наркомвнешторге.

На мое замечание, что затруднения эти, по-видимому, связаны с тем, что обстановка очень сложная, посол сказал, что он понимает сложность обстановки, но просил бы понять трудность положения, в котором он находится на протяжении почти целого года пребывания в Москве. СССР и Китай при желании могли бы взаимно оказывать друг другу помощь. Китай, например, нуждается в запасных авиачастях и снарядах. Об этом приходится вести с подлежащими советскими организациями продолжительные переговоры, но определенного ответа китайская сторона не получает. Его, как посла, часто торопят из Чунцина, а он сам не получает ответа.

Шао Лицзы далее сказал, что так как у СССР и Китая есть много неразрешенных вопросов, то желательно было бы взаимно обсудить эти вопросы, для чего из Китая мог бы приехать специальный человек.

Я ответил Шао Лицзы, что не могу ничего сказать ему о снабжении Китая авиачастями и снарядами, так как это находится вне пределов моей компетенции. Я могу только обещать ему сообщить сказанное им народному комиссару внешней торговли А.И.Микояну, который занимается подобными вопросами.

Шао Лицзы выразил мне благодарность за это.

На приеме присутствовал врио зав. 1-м Дальневосточным отделом т.Лифанов.

Лозовский

АВП РФ. ф. 0100. оп. 25. п. 200. д. 6. л. 49-51. 276

 

 

276

 


 

 

190. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ПОСЛА СССР В ИРАНЕ А.А.СМИРНОВА С ШАХОМ ИРАНА М. РЕЗА ПЕХЛЕВИ

1 сентября 1941 г.
Секретно

Присутствовал министр иностранных дел Ирана Сохейли.

Беседа началась с того, что шах выразил свое удовлетворение и радость встречей с послом государства, к которому он питает добрые чувства. Он сказал, что на протяжении всех предыдущих лет Советский Союз постоянно проявлял дружественные отношения к Ирану. Иранцы в лице СССР всегда видели самого надежного и близкого соседа. Это объяснялось тем, что СССР всегда оказывал содействие процветанию Ирана, и этого иранский народ никогда не забудет. То, что имело место в последние дни, надо считать случайным эпизодом, которому ни мы, ни иранский народ не придают большого значения, тем более что все обошлось так благополучно. Сейчас мы преисполнены искреннего желания совместными мерами с СССР и Англией разрешать вопросы, которые обеспечат наше общее благополучие. Я ответил заверением о неизменной политике и стремлении СССР видеть Иран крепким и независимым национальным государством. Мы больше, чем любое другое государство, желаем это для Ирана и постоянно с исключительной точностью проводим на практике эту политику. К этому я добавил, что при уяснении вопроса об отношении СССР к Ирану нужно исходить из того, что СССР не имеет территориальных притязаний к Ирану и не посягает на его национальную независимость. Шах еще и еще раз подчеркнул, что добрые чувства СССР к Ирану всегда ощущались и сейчас, когда наши обоюдные интересы становятся такими тесными, дружественные отношения СССР с Ираном еще более укрепятся.

Я поставил в известность шаха, что, видимо, в скором времени мы будем иметь возможность обсуждать союзный договор. Договор содержит два основных пункта, которые заключаются в следующем:

1. Союзники гарантируют территориальную целостность и безопасность Ирана и будут своими военными силами защищать его неприкосновенность.

2. СССР и Англия приложат усилия к тому, чтобы оказать помощь Ирану в его развитии и процветании.

Шах заявил, что он с нетерпением ждет договора, который оформит наш союз. Он заявил, что не хотел бы, чтобы только СССР защищал Иран. Иранская армия сильная, боеспособная и может защитить себя. Наш союз будет, надеюсь, серьезным военным союзом, и нашей армии будет предоставлена возможность, если это понадобится, показать нашим общим врагам свое мужество, свою любовь к родине. Когда речь шла о Советском Союзе, мы не собирались показывать ему эти боевые качества иранской армии, так как мы знали, что Советский Союз не имеет территориальных притязаний, не посягает на нашу национальную независимость. При этих заверениях и нашей вере в эти заверения было бы глупо сопротивляться, и мы сейчас же отдали приказ о прекращении сопротивления. Война идет пока далеко от наших границ, но если даже до того, когда противник может подойти к нам, понадобится наша помощь, мы всегда готовы с охотой пойти и исполнить наш долг. Наша армия будет с желанием сражаться за свою родину. Если Норвегия, Голландия, Бельгия зачислены в союзники Германии, то это самообман, так как они за-

 

277

 


 

воеваны и насильно сделаны союзниками, а насильно люди не могут идти воевать. Наоборот, они организуют диверсии, причиняют разрушения в своих странах. Мы же с охотой идем на этот союз, ибо знаем, что он нам принесет пользу; по существу, СССР уже сейчас воюет за нашу безопасность. Мы будем организованны, едины и честно будем сражаться при помощи СССР за свою родину. Пусть и мы где-то на маленьком участке внесем свою лепту на всеобщее благо человечества.

Далее шах сказал, что сейчас СССР трудно оказывать Ирану материальную помощь, но с наступлением мира мы получим от СССР несомненно больше. Тут его прервал Сохейли, заявив, что Иран нуждается в промышленных товарах, паровозах, машинах и т.п., что заявление СССР о помощи Ирану «мы всецело приветствуем и ждем осуществления его на практике. После такого вступления Сохейли шах стал говорить в этом духе, но закончил словами, что после войны «СССР нам даст еще больше». Я ответил, что мы никогда не сбрасывали со счетов собранную, оснащенную иранскую армию с ее хорошо подготовленным офицерством. Что касается помощи паровозами, рельсами и т.п., то мы сейчас не сможем это доставлять, но в скором времени из Америки и Англии сюда прибудут паровозы и рельсы, значительная часть которых будет использована в Иране, и этим оказана помощь союзников делу развития путей сообщения в Иране.

Шах еще раз отметил выгодность для Ирана договора о союзе с СССР, каков бы он ни был. Он сказал, что такой договор следовало бы заключить раньше, он был бы эффективней, но и сейчас он имеет исключительное значение. Сохейли добавил, что такой договор не был заключен раньше по вине частично обеих сторон. Сохейли сделал комплимент о моей работе как посла СССР в Иране и сказал, что неспособность прежнего посла Филимонова, а также неправильная информация послов прежних лет сыграли в известной мере отрицательную роль в развитии советско-иранских отношений. Я в свою очередь отметил содействие Сохейли в разрешении всех вопросов, которые сейчас возникают между нами. Я заявил, что и в дальнейшем мы общими силами добьемся благоприятного разрешения вопросов, направленных на укрепление и процветание дружбы наших народов.

Переводил с персидского на русский атташе Комиссаров.

Посол СССР в Иране
А. Смирнов

АВП РФ, ф. 094. оп. 26. п. 331. д. 6, л. 251-253.

 

 

191. ПОСЛАНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ У.ЧЕРЧИЛЛЮ

3 сентября 1941 г.

Приношу благодарность за обещание, кроме обещанных раньше 200 самолетов-истребителей, продать Советскому Союзу еще 200 истребителей. Не сомневаюсь, что советским летчикам удастся освоить их и пустить в дело.

Должен, однако, сказать, что эти самолеты, которые, как видно, могут быть пущены в дело не скоро и не сразу, а в разное время и отдельными

 

278

 


 

группами, не смогут внести серьезных изменений на Восточном фронте. Они не смогут внести серьезных изменений не только вследствие больших масштабов войны, требующих непрерывной подачи большого количества самолетов, но главным образом потому, что за последние три недели положение советских войск значительно ухудшилось в таких важных районах, как Украина и Ленинград.

Дело в том, что относительная стабилизация на фронте, которой удалось добиться недели три назад, в последние недели потерпела крушение вследствие переброски на Восточный фронт свежих 30-34 немецких пехотных дивизий и громадного количества танков и самолетов, а также вследствие большой активизации 20 финских дивизий и 26 румынских дивизий. Немцы считают опасность на западе блефом и безнаказанно перебрасывают с запада все свои силы на восток, будучи убеждены, что никакого второго фронта на западе нет и не будет. Немцы считают вполне возможным бить своих противников поодиночке: сначала русских, потом англичан.

В итоге мы потеряли больше половины Украины и, кроме того, враг оказался у ворот Ленинграда.

Эти обстоятельства привели к тому, что мы потеряли Криворожский железорудный бассейн и ряд металлургических заводов на Украине, эвакуировали один алюминиевый завод на Днепре и другой алюминиевый завод в Тихвине, один моторный и два самолетных завода на Украине, два моторных и два самолетных завода в Ленинграде, причем эти заводы могут быть приведены в действие на новых местах не ранее как через семь-восемь месяцев.

Все это привело к ослаблению нашей обороноспособности и поставило Советский Союз перед смертельной угрозой.

Здесь уместен вопрос: каким образом выйти из этого более чем неблагоприятного положения?

Я думаю, что существует лишь один путь выхода из такого положения: создать уже в этом году второй фронт где-либо на Балканах или во Франции, могущий оттянуть с Восточного фронта 30—40 немецких дивизий, и одновременно обеспечить Советскому Союзу 30 тыс. т алюминия к началу октября с. г. и ежемесячную минимальную помощь в количестве 400 самолетов и 500 танков (малых или средних).

Без этих двух видов помощи Советский Союз либо потерпит поражение, либо будет ослаблен до того, что потеряет надолго способность оказывать помощь своим союзникам своими активными действиями на фронте борьбы с гитлеризмом.

Я понимаю, что настоящее послание доставит Вашему Превосходительству огорчение. Но что делать? Опыт научил меня смотреть в глаза действительности, как бы она ни была неприятной, и не бояться высказать правду, как бы она ни была нежелательной.

Дело с Ираном, действительно, вышло неплохо. Совместные действия британских и советских войск предрешили дело. Так будет и впредь, поскольку наши войска будут выступать совместно. Но Иран только эпизод. Судьба войны будет решаться, конечно, не в Иране.

Советский Союз, так же как и Англия, не хочет войны с Японией, Советский Союз не считает возможным нарушать договоры, в том числе и договор с Японией о нейтралитете. Но, если Япония нарушит этот договор и нападет на Советский Союз, она встретит должный отпор со стороны советских войск.

 

279

 


 

Наконец, разрешите принести благодарность за выраженное Вами чувство восхищения действиями советских войск, ведущих кровопролитную войну с разбойничьими ордами гитлеровцев за наше общее освободительное дело.

Опубл.: Переписка Председателя Совета Министров СССР... — Т. 1. — С. 28-30.

 

 

192. ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР МИССИИ ШВЕЦИИ В СССР

4 сентября 1941 г.

В ответ на меморандум Шведской Миссии от 28 августа 1941 г. Народный Комиссариат Иностранных Дел имеет сообщить следующее:

Настоящим советское правительство констатирует, что взаимная передача советских и финляндских граждан уже состоялась 31 августа с.г. в соответствии с предложениями правительства СССР.

Одновременно советское правительство не может пройти мимо утверждения финляндского правительства о том, что правительство СССР якобы выражало свое согласие на обсуждение вопроса об отправке на родину финских военных после того, как группа советских инженеров и приемщиков покинет Финляндию. Как это хорошо известно шведской миссии, советское правительство ни разу, ни письменно ни устно, не соглашалось связывать вопрос об эвакуации 23 советских инженеров и приемщиков, находившихся в Финляндии на законном основании и с согласия финляндского правительства, с вопросом об освобождении из-под ареста и отправке из СССР в Финляндию финских военнослужащих, незаконно нарушивших государственную границу СССР. Ввиду этого правительство СССР отвергает вышеуказанное утверждение финляндского правительства, как не имеющее под собой никаких оснований.

Советское правительство с негодованием отводит абсолютно необоснованное обвинение финляндского правительства в том, что якобы образ действия правительства СССР противоречит элементарным международным обычаям. Как это уже не раз отмечало советское правительство в своих документах, врученных шведской миссии, именно образ действий финляндского правительства во время переговоров о взаимной эвакуации персонала дипломатических миссий, консульств и иных учреждений был вопиющим нарушением общепринятых международных норм и обычаев. Последние примеры нарушения международных обычаев со стороны финляндского правительства приведены в памятных записках Народного комиссариата иностранных дел от 31 июля, 1 августа, 5 августа и 22 августа*.

Народный комиссариат пользуется настоящим случаем, чтобы еще раз выразить признательность советского правительства правительству Швеции и господину посланнику Ассарссону за любезное содействие в деле осуществления обмена советских и финляндских граждан.

Москва

АВП РФ. ф. 0140, оп. 25, п. 124, д. 4, л. 202-203.

_____________
* См. док. 150.

280

 


 

 

193. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНУ

5 сентября 1941 г.

1. Сразу же по получении Вашей телеграммы я попросил свидания с Черчиллем. Я высказал также пожелание, чтобы Иден присутствовал при нашей беседе. 4 сентября в 10 час. вечера я был в резиденции премьера и пробыл у него около полутора часов. Иден также был: он приехал из-за города, где, как я уже Вам сообщал, находится в кратковременном отпуске. Впрочем, в беседе он не принимал активного участия.

2. Я вручил Черчиллю перевод Вашего послания*. Он внимательно его прочитал и потом передал Идену. Видно было, что послание произвело на премьера и Идена сильное впечатление, по крайней мере эмоционально. Я дополнил несколькими словами. Я сказал, что британскому правительству теперь известно, каково положение вещей на нашем фронте. Вот уже почти одиннадцать недель мы одни выдерживаем страшный напор всей мощи германской военной машины. Против нас брошено около 300 дивизий, включая румын, финнов и т. д. Ситуация создалась исключительно трудная и опасная. Еще не поздно ее выправить, но для этого нужны немедленные и решительные меры, о которых говорится в Вашем послании. Если сейчас меры не будут приняты, то — кто знает? — момент может быть упущен. На британском правительстве, в частности на Черчилле, лежит величайшая ответственность. От их решения зависит чрезвычайно много. Если ничего не будет сделано и если в результате этого Гитлер выиграет «русскую кампанию», то не только фашистская Германия станет победительницей со всеми вытекающими отсюда последствиями, не только СССР сильно пострадает, но и британская империя будет обречена на гибель. Ибо в этом случае кто сможет Гитлеру воспрепятствовать в походе на Египет и Индию? Кто сможет помешать Германии и Японии встретиться где-нибудь в районе Сингапура? Я не люблю высокопарных слов, но думаю, что имею основания сказать: наша сегодняшняя встреча в связи с посланием Сталина имеет огромное историческое значение. Она может стать поворотным пунктом в мировой истории, поворотным в ту или другую сторону. Все зависит от позиции, которую сейчас займет британское правительство.

3. Черчилль ответил, что он понимает наше положение и полон самого горячего желания оказать нам помощь всеми доступными ему средствами. Он клялся, что готов пожертвовать 50 тыс. английских жизней, если бы он мог оттянуть с нашего фронта хотя бы 20 германских дивизий. Он признает важность того, что в течение одиннадцати недель мы ведем борьбу против Германии одни, лишь с маленькой поддержкой со стороны британской авиации, и что весь расчет Гитлера построен на ликвидации своих врагов поодиночке. Однако Черчилль и на этот раз повторил то, что я слышал от него раньше: вторжение во Францию невозможно. Он уже несколько раз обсуждал различные варианты такого вторжения с начальниками штабов, но каждый раз приходил к выводу о ничтожности шансов на успех. Пролив, который мешает немцам перепрыгнуть в Англию, также мешает англичанам перепрыгнуть во Францию. Делать же попытки десанта для того, чтобы провалиться, нет никакого смысла: это не принесет пользы ни нам, ни англичанам. В об-

_____________
* См. док. 191.

281

 


щем, аргументы Черчилля тут были те же, какие он приводил в ответе на Ваше июльское послание*.

4. Развертывание второго фронта на Балканах премьер тоже в настоящий момент считает нереальным: для этого у англичан не хватает пока ни сил, ни авиации, ни танков. В связи с этим Черчилль упомянул, что весной для переброски в Грецию 3,5 дивизий англичанам понадобилось семь недель при отсутствии всякого сопротивления на греческой территории. Я возразил, что в 1914 г. армия Самсонова не была подготовлена к вторжению в Восточную Пруссию, тем не менее Самсонов вторгся, потерпел поражение, но спас Париж и спас войну. На войне нельзя всегда рассчитывать точно, по-бухгалтерски. Иное поражение может быть гораздо важнее победы. Черчилль с этим согласился, имя Самсонова произвело на него заметное впечатление, но в основном он все-таки остался на своей первоначальной позиции. Несколько более сочувственно Черчилль относится к снабжению СССР аэропланами, танками и прочим, но и тут не обещает ничего особенного в настоящее время, ибо Англия сама имеет мало. Около миллиона английских солдат еще не вооружены всем необходимым.

5. Во время последнего свидания с Рузвельтом Черчилль не без труда вырвал у него 150 тыс. винтовок. Таковы нужды в столь простом оружии, как ружье. Все производство танков в Англии, несмотря на нажим со стороны Бивербрука, не превышает 500 в месяц. С самолетами несколько лучше, но ведь даже если бы британское правительство отдало всю свою авиационную продукцию СССР, она все равно не успела бы попасть на фронт до зимы. Я возразил, что если бы мы были уверены в поставке нужного количества английских самолетов, то могли бы свободнее расходовать сейчас свои резервы. Черчилль признал мой аргумент серьезным и обещал подумать над поставленным мною вопросом. Что это будет означать на практике, не знаю. Особого оптимизма у меня нет. Премьер жаловался, что оружие из Америки поступает крайне медленно. В начале войны британское правительство сделало в США заказы на 500 миллионов фунтов наличными, до сих пор многие заказы не выполнены. По закону о займе-аренде пока не получено ничего. Значительных поставок оружия и прочего из Америки Черчилль ждет только со второй половины 1942 г. В заключение премьер сказал: «Я не хочу вводить Вас в заблуждение: до зимы мы не сможем оказать вам никакой серьезной помощи — ни путем создания второго фронта, ни путем обеспечения широкого снабжения нужными вам видами оружия. Все, что мы можем вам сейчас дать, — это лишь капля в море. Мне очень горько говорить Вам все это, но ничего другого я, к сожалению, в настоящий момент не могу сказать». Зато Черчилль имеет весьма широкие планы на более отдаленное будущее и, в частности, возлагает довольно крупные надежды на Московскую конференцию. Черчилль обещал обсудить со своим ближайшим окружением вопросы, поднятые Вами в своем послании, и после этого дать на него ответ. Однако я сомневаюсь, чтобы ответ сильно отличался от того, что я вчера вечером услышал из уст премьера.

6. Я коснулся вопроса о Финляндии и сказал: если британское правительство не может помочь нам созданием второго фронта, так не может ли оно, по крайней мере, помочь нам в элиминировании 20 финских дивизий? Не может ли оно оказать в той или иной форме содействие заключению мира между нами и Финляндией? Черчилль реагировал на это очень живо. Он тут

_____________
* См. док. 117.

 

282

 


 

же предложил Идену использовать все возможные средства воздействия на финнов, в частности пригрозить формальным объявлением войны. Англия не находится в состоянии войны с Финляндией. Далее Черчилль заявил, что пошлет Рузвельту телеграмму с просьбой со своей стороны оказать максимальное давление на Финляндию в смысле прекращения войны. Премьер также говорил, что, по его сведениям, немцы начинают выдыхаться, что румыны несут колоссальные потери. Черчилль верит в то, что зима принесет с собой ослабление Германии и в силу этого — относительное усиление союзников.

Майский

АВП РФ. 059. оп. 1. п. 365, д. 2486. л. 152-157.

Опубл.: Советско-английские отношения... — Т. 1. — С. 113-116.

 

 

194. ПИСЬМО ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР М.И. КАЛИНИНА ПРЕЗИДЕНТУ ЧЕХОСЛОВАКИИ Э. БЕНЕШУ

5 сентября 1941 г.

Господин Президент,

Благодарю за Ваши горячие и искренние пожелания, высказанные в Вашем письме от имени чехословацкого народа и лично Вашего,

Я разделяю вместе с Вами радость по случаю возобновления сотрудничества между нашими странами.

Наша общая борьба против германского фашизма — врага всех народов и славянских в особенности — еще больше укрепит нашу дружбу.

Я так же, как и Вы, твердо уверен в окончательной победе над нашим общим врагом и вполне разделяю Вашу надежду, что после этой победы будут созданы прочные основы европейского мира и лучшего социального и экономического устройства.

Прошу Вас, господин Президент, верить, что господину Фирлингеру будет оказано в нашей стране полное содействие в его почетной и сложной работе на посту Чрезвычайного Посланника и Полномочного Министра Чехословацкой Республики.

Примите уверения в моем совершенном к Вам уважении.

М. Калинин

АВП РФ, ф. 0138. оп. 23. п. 130а. д. 2. л. 19-20.

 

 

195. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ПОЛЬШИ В СССР СКОТОМ

8 сентября 1941 г.
Секретно

После обмена приветствиями Кот торжественно заявляет, что никогда ни один польский посол не являлся в Кремль в условиях, подобных сегодняш-

 

283

 


 

ним, что если раньше в отношениях между Россией и Польшей было много трудных моментов, хотя были и другие моменты и даже союзы, то сейчас обе страны готовятся к совместной борьбе против общего врага — Германии. Польское правительство Сикорского решительно вступило на этот путь борьбы, оно твердо решило идти по пути сотрудничества с СССР в борьбе против Германии. Польское правительство восхищается советской армией, смелостью ее солдат и упорством советского народа. Польское правительство надеется на успех великой борьбы советского народа против Германии. Посол счастлив констатировать, что советско-польское военное сотрудничество, судя по отчетам генерала Андерса своему правительству, развивается успешно.

Польша находится в трудном положении: ее территория занята захватчиком, а ее правительство в изгнании. Однако всем известно, что ни Гитлер, ни его помощник по польским делам Гиммлер не являются в Польше хозяевами. Всем известно, что власть в Польше принадлежит не оккупантам, а правительству Сикорского. Если правительство Сикорского требует от польского населения каких-либо жертв, то все, в том числе и сами немцы, знают, что эти жертвы будут принесены.

На примере Польши все народы видят, что представляет собой гитлеровский «новый порядок». Существующее в Польше положение характеризуется, с одной стороны, страданиями народа, с другой — его упорством в борьбе за свою свободу. Борьба Польши пользуется симпатиями всего мира. Польское правительство получает отовсюду свидетельства моральной поддержки. Как известно, общественное мнение Америки весьма заинтересовано тем, что происходит в Польше.

Польское правительство желает сотрудничать с советским правительством всюду, со всеми последствиями, вытекающими из этого желания. Посол констатирует что, несмотря на краткое пребывание в Москве, он уже мог увидеть, что обещания, данные советским правительством в отношении польских граждан, находящихся на советской территории, выполняются. Посол понимает, что в вопросе о практическом применении этого соглашения встречаются трудности, но он надеется, что они будут преодолены.

Вручая т. Молотову копию своих верительных грамот, посол спрашивает, когда он будет принят Председателем Верховного Совета СССР для вручения верительных грамот.

Тов. Молотов отвечает, что прием у т. Калинина сможет состояться в самом ближайшем будущем, может быть, завтра. Далее т. Молотов говорит, что он рад приветствовать в Москве Кота, которого знает как крупного деятеля польского государства и члена правительства, показавшего желание сотрудничать с СССР в борьбе против гитлеровской Германии во имя свободы и независимости Польши.

Тов. Молотов заверяет, что советское правительство искренне желает сотрудничать с польским правительством. Это является необходимым в интересах народов обеих стран. Мы, советские люди, говорит т. Молотов, знаем хорошо, какие муки пережил и переживает польский народ. Тов. Молотов выражает надежду, что польский посол представляет себе, что в этой борьбе против Гитлера и его банд на советский народ выпала тяжелая доля. Мы переживаем трудный момент и несем большие жертвы. Однако дух советского народа не поколеблен, он уверен в правоте своего дела и в окончательной победе. Все сильнее и сильнее он будет доказывать это с оружием в руках.

 

284

 


 

Когда будет организована польская армия, то и она внесет свою лепту в общее дело и окажет помощь в борьбе против Гитлера. В настоящее время создалось счастливое положение для народов Польши и СССР: оба народа могут вместе бороться в своих общих интересах за свое будущее. Это явится фундаментом для дружественного развития советско-польских отношений и в будущем. Посол может себе представить, какое значение имеет наша борьба для других народов, которые страдают и которые борются против гитлеровского угнетения. Наше дело правое, мы победим, мы хотели бы, чтобы польское правительство это чувствовало.

Тов. Молотов спрашивает, удовлетворен ли посол практической реализацией советско-польского соглашения. Правильно ли это делается или же нужны какие-либо коррективы?

Посол благодарит т. Молотова за любезный ответ и заявляет, что польское правительство тоже полностью уверено в победе СССР и в своей победе. Кратковременное пребывание посла в СССР еще более укрепило эту веру в победу. Что же касается реальных нужд поляков в СССР, то он, посол, может констатировать наличие доброй воли в разрешении этих вопросов и уверен в том, что все пойдет хорошо. Прежде всего, польское правительство желало бы скорейшей организации польской армии и затем оказания помощи польским гражданам, сосланным и пленным. Нужно, чтобы польские граждане почувствовали, что советско-польские отношения установлены и что представитель польского правительства находится в Москве. Посол беседовал недавно с поляками, бывшими военнопленными. Они много страдали, но они горячо одобряют политику польского правительства и выражают большое желание совместно с русскими бороться против Германии. Они хотят идти на фронт, а польские женщины хотят работать на фабриках и в сельском хозяйстве СССР. Нужно постараться, чтобы каждый поляк, где бы он в СССР ни находился, почувствовал новое положение, созданное советско-польским договором. Посол желал бы, чтобы т. Молотов дал в этом духе указание властям, в особенности властям в отдаленных районах.

Тов. Молотов отвечает, что уже сделаны первые шаги в вопросе об организации польской армии и в вопросе о положении поляков, бывших пленных и бывших сосланных. Советское правительство и т. Молотов лично готовы помочь в разрешении этих вопросов в благоприятном духе. Тов. Молотов спрашивает, какое вооружение и в каком количестве польская армия получит из Англии или из Америки.

Кот отвечает, что вопрос об американских и английских поставках вооружения для польской армии является для него и для его правительства новым. Польское правительство полагало, что оно будет помогать лишь в обмундировании организуемых польских частей, а вооружены они будут полностью в СССР. Однако когда он прибыл в Москву и увидел трудности существующего положения, то он послал в Лондон соответствующую телеграмму. Кот высказывает надежду, что московская конференция поможет разрешению вопроса о вооружении для польской армии. Желательно было бы знать конкретные пожелания и цифры того, что требуется для вооружения польской армии и что могут предоставить СССР и Англия.

В Америке ведется подготовка по оказанию помощи полякам, находящимся в СССР. Но это будет помощь миллионов американских поляков польскому гражданскому населению. Для этого уже собраны склады товаров, которые Ждут отправки в Советский Союз, часть этих товаров, таких как шерстяные

 

285

 


 

изделия и мануфактура, могла бы быть использована для экипировки польской армии.

Тов. Молотов говорит, что война с Германией приняла очень широкий размах. Мы понесли значительные потери. Вторжение германских войск затронуло ряд районов, производящих вооружение, а некоторые другие районы находятся в опасности, и поэтому военные заводы оттуда эвакуируются, что вызывает задержку в производстве вооружения. Советское правительство частично поможет вооружению польской армии. Однако СССР сам нуждается в вооружении и не может вооружить польскую армию полностью. Советское правительство иначе никогда и не толковало этого вопроса.

Кот говорит, что в Лондоне недостаточно ясно поняли этот вопрос. Там полагали, что нужно будет оказать помощь в экипировке солдат, что же касается оружия, то последнее можно будет получить в СССР. Польское правительство не хочет иметь армии без оружия и будет ставить вопрос о получении оружия главным образом в Америке. При этом посол подчеркивает, что в Америке всегда существуют колебания общественного мнения и нужно вести большую пропаганду, прежде чем удастся создать стабильное настроение в пользу помощи Польше.

Тов. Молотов признает, что пропаганда нужна, но нужно также, чтобы было оказано воздействие и на правительство США, и на Рузвельта в порядке переговоров.

Посол говорит, что он это хорошо понимает. Он лишь хотел сказать, что в Америке еще плохо понимают, что такое война.

Тов. Молотов соглашается с этим замечанием посла. Заканчивая беседу, он обещает послу содействие в работе.

Записал
Подцероб

АВП РФ, ф. 06, оп. 3, п. 19. д. 239. л. 10-15.

 

 

196. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНУ

9 сентября 1941 г.

Гарриман, продолжавший еще вчера гнуть линию на оттяжку Московского совещания, держа курс на начало его не ранее первых чисел октября, при сегодняшней встрече со мной заявил, что получил указания ускорить отъезд, созвать намеченные совещания с англичанами в Лондоне и вылетает поэтому 13 сентября не один, а сразу со всей делегацией (отъезд которой намечался на 20 сентября) в трех-четырехместных самолетах «Консолидэйтед». Причина ускорения, по словам Гарримана, большое впечатление, произведенное на Рузвельта содержанием личного послания Сталина Черчиллю (содержание известно мне со слов Гарримана в самых общих чертах, в правильной передаче не уверен). Однако, несмотря на ускорение отъезда, нет никакого движения ни по одному из вооруженческих вопросов, по которым каждодневно нажимаем на американцев, в частности по вопросу танков. Решения по всем этим и даже по предлагавшимся самими американцами второстепенным

 

286

 


 

объектам — разведывательным машинам, гарандам, старым гаубицам и т.д. — откладываются под разными предлогами, и прежде всего из-за необходимости обсуждения «больших вопросов» на Московском совещании. Договорился с Гарриманом о безусловной необходимости для нас урегулировать до отъезда в Москву кредитный вопрос на базе финансового кредита независимо от намечаемого Джонсом малого под наш экспорт. Гарриман согласился, что без этого в Москву ехать нельзя. Предупредил его, что поставлю перед Рузвельтом вопрос о необходимости распространения на нас системы «займа-аренды», если просимый нами нормальный кредит не будет немедленно предоставлен.

Вчера Гарриман в другой беседе развивал мне свою концепцию задач Московского совещания, которую доложу отдельной телеграммой.

В связи с похоронами матери Рузвельта моя встреча с ним отложена. Рассчитываю вылететь в Лондон 12 или 13 сентября.

К. Уманский

АВП РФ, ф. 059, оп. 1. п. 365, д. 2484, л. 110-111.

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 107.

 

 

197. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л.ШТЕЙНГАРДТОМ И ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

9 сентября 1941 г.
Сов. секретно
Особая папка

Шейнгардт и Криппс прибыли в сопровождении третьего секретаря английского посольства Денлопа.

Сообщив состав американской делегации на Московскую конференцию, Штейнгардт заявил, что дата отъезда делегации из США ему еще не известна, но он думает, что делегация в ближайшие дни выедет в Лондон, где встретится с представителями английской делегации. Штейнгардт пояснил, что глава делегации Аверелл Гарриман является правой рукой Гопкинса, генерал Бернс являлся руководителем распределения военных материалов в США, генерал Бретт является руководителем распределения военных материалов на Ближнем Востоке и находится сейчас, по мнению Штейнгардта, в Каире, адмирал Стендли одно время был главой военно-морских операций и исполнял обязанности министра по военно-морским делам, Вильям Батт является ответственным руководителем промышленности США. Кроме того, делегацию будут сопровождать около 14-15 специалистов-экспертов по различным отраслям промышленности.

Криппс со своей стороны сообщил, что, насколько ему известно, главой английской делегации назначен Бивербрук, являющийся вторым по важности членом кабинета. Английскую делегацию, состав которой ему не известен, будут сопровождать около 15 экспертов. Общее же количество членов делегации будет около 24 человек. Время отъезда делегации из Лондона Криппс

_____________
* На документе имеется помета: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 14/IX-41 г.».

 

287

 


 

также не мог сообщить, однако заявил, что он предложит своему правительству немедленно направить в СССР крейсером или другим военным судном младший персонал делегации. По мнению Криппса, конференция завершит свою работу в течение одной недели. Криппс выразил надежду, что конференция сосредоточится полностью на работе, а не на развлечениях.

Далее Штейнгардт и Криппс поставили вопрос о помещении для членов делегации и сопровождающих их лиц.

Тов. Молотов обещал Штейнгардту и Криппсу, что вопрос с помещением и обслуживанием делегаций можно будет и обсудить, и уладить с т. Молочковым.

Приняв к сведению ответ т. Молотова, Криппс и Штейнгардт заявили, что вопросов, связанных с приездом членов делегаций, у них больше нет. После этого Штейнгардт удалился, а Криппс остался для беседы с т. Молотовым.

Криппс вручил т. Молотову для передачи т. Сталину личное письмо[26].

Ознакомившись с содержанием письма, т. Молотов сообщил Криппсу, что советское правительство считает Архангельск наиболее надежным и наиболее удобным местом для доставки товаров морем, так как доставка через Владивосток встречает большие транспортные затруднения. Заявив, что лично он вполне определенно может сказать, что для СССР алюминий желательно было бы получить через Архангельск. Тов. Молотов обещал рассмотреть этот вопрос, посоветоваться с т.Микояном и, если будут какие-либо изменения, сообщить о них Криппсу. (Позднее т. Молотов через т. Козырева подтвердил свое заявление о том, что для советского правительства удобнее получать товары через Архангельск.)

Далее Криппс поставил перед т. Молотовым вопрос о дипломатическом рубле. Заявив, что он не желает заработать на этом деле, Криппс, однако, хотел бы прекратить различные разговоры, имеющие место среди иностранцев и связанные с высоким прожиточным минимумом.

Тов. Молотов заявил Криппсу, что имеется общее решение советского правительства по этому вопросу и он сомневается в том, что в существующее положение могут быть внесены какие-либо изменения. Как, наверное, послу известно, раньше дипломатического рубля не было и он был введен лишь в текущем году. Кроме того, экономические органы СССР определенно будут возражать против изменения установленного курса.

Криппс начал пространно доказывать т. Молотову, что прожиточный минимум в СССР в 3-5 раз превышает прожиточный минимум в Лондоне. Тов. Молотов заметил, что в отдельных случаях, возможно, цены в СССР и выше, чем в Лондоне, однако общий прожиточный минимум приблизительно одинаковый.

Криппс снова заявил, что он хочет освободиться от той атмосферы, которая существует сейчас в иностранных кругах в Москве и где половина разговоров обычно ведется о прожиточном минимуме.

Тов. Молотов заявил, что в настоящий момент по вопросу о дипломатическом рубле он обещать ничего не может.

В заключение беседы Криппс лично от себя поднял вопрос об установлении на время войны тройственного союза Ирана, СССР и Англии. Как известно, заявил Криппс, этот вопрос был поднят перед т. Деканозовым иранским послом в СССР Саедом. Подчеркнув, что вопрос он поднимает лично от себя, Криппс спросил т. Молотова, можно ли ожидать одобрения этого предложения со стороны советского правительства.

Тов. Молотов заявил, что предложение Саеда новое, оно было поставлено лишь 8 сентября и его необходимо изучить.

 

288

 


 

Криппс заметил, что если бы обе стороны сговорились с иранским правительством, на которое можно было бы положиться, и заключили с ним защитный и наступательный союз, то это ликвидировало бы затруднения Англии и СССР на Ближнем Востоке. Поскольку иранская армия может представлять некоторую ценность, то было бы весьма целесообразным, если бы она находилась на стороне СССР и Англии и действовала против Германии. Заключение подобного союза оказало бы большое влияние на магометанское население Ближнего Востока, на Афганистан и на Турцию.

Тов. Молотов заметил, что, как он понял, предложение, поставленное Саедом, исходит не от иранского правительства, а лично от Саеда.

На замечание т. Молотова Криппс заявил, что, по его мнению, Саед считает, что если бы советское и английское правительства совместно предложили бы иранскому правительству заключить союз, то оно (иранское правительство) приняло бы такое предложение.

В связи с постановкой вопроса о заключении тройственного союза Криппс считает весьма целесообразной поездку в Тегеран Саеда, являющегося, по мнению Криппса, одним из передовых элементов Ирана и относящегося в высшей степени дружелюбно к СССР и Англии. Кроме того, Саед является личным другом теперешнего премьер-министра и по прибытии в Иран он создаст вокруг себя группу прогрессивных элементов иранской общественности для того, чтобы уладить теперешнее положение, так как настоящее иранское правительство Криппс считает весьма слабым для принятия каких-либо решительных действий.

Отвечая на вопрос т. Молотова, относится ли английское правительство к предложению Саеда положительно, Криппс ответил, что лично он считает предложение иранского посла очень хорошим, однако он не может давать какие-либо советы своему правительству, не будучи информирован о позиции советского правительства в этом вопросе.

Тов. Молотов заявил, что он не может сообщить мнение советского правительства о предложении иранского посла, поскольку поднятый вопрос совершенно новый и требует подробного изучения. Советское правительство рассмотрит этот вопрос в ближайшее время.

Прощаясь, Криппс заявил, что он сообщит в Лондон о том, что советское правительство рассматривает предложение Саеда.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф. 06, оп. 3, п. 1, д. 6. л. 124-128.

 

 

198. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

10 сентября 1941 г.
Сов. секретно
Особая папка

Вызвав Криппса, т. Молотов сообщил, что советское правительство рассмотрело предложение иранского посла Саеда и отнеслось к этому предло-

_____________
* На документе имеется помета: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев. 14/IX-41 г.».

 

289

 


 

жению положительно. Сегодня, заявил т. Молотов, т. Деканозов беседовал с Саедом и сообщил ему о положительном отношении советского правительства к предложению посла. Саед заявил, что вопрос о тройственном союзе он поставил перед своим правительством и в настоящий момент ждет ответа.

Приняв заявление т. Молотова к сведению, Криппс сообщил, что он послал Идену телеграмму, в которой изложил свой положительный взгляд на предложение Саеда. От Идена получена ответная телеграмма, на основании которой Криппс делает вывод, что английское правительство также относится положительно к предложению Саеда. Высказав свое мнение, что важно, чтобы переговоры по этому вопросу велись совместно и как можно быстрее, Криппс добавил, что из информации британского посланника в Тегеране он делает вывод, что министр иностранных дел Ирана является самым сильным членом иранского кабинета. Криппс также высказал сомнение в том, что Саед получит быстро ответ от иранского правительства, если со стороны Англии и СССР не будут сделаны крепкие представления. Поскольку, заявил Криппс, он считает, что инициатива должна исходить из Лондона, то он просит т. Молотова дать указание т. Майскому с тем, чтобы можно было скорее продвинуть поставленный Саедом вопрос.

Тов. Молотов заявил, что, как ему известно, в своей первой беседе с т. Деканозовым Саед говорил о том, что он сам хочет полететь в Тегеран для оказания влияния на иранское правительство. Во второй беседе Саед заявил, что в настоящий момент он ожидает ответа иранского правительства. Если, заявил т. Молотов, Саед пожелает поехать в Иран, то советское правительство окажет иранскому послу в этом вопросе всяческое содействие. Что же касается вопроса о Лондоне, то т. Молотов обещал дать т. Майскому соответствующее указание.

Приняв к сведению замечание т. Молотова, Криппс заявил, что поскольку он имеет возможность поговорить с т. Молотовым, то он хочет поставить перед ним еще раз вопрос о реактивных снарядах, о чем он уже упоминал, когда передавал через т. Молотова послание Черчилля т. Сталину. Криппс пояснил, что английское правительство и английские военные весьма заинтересованы упомянутым изобретением и хотят получить как можно скорее обещанную советскими военными властями детальную информацию.

Тов. Молотов заявил, что поскольку вопрос передан на рассмотрение военных, то с их мнением приходится считаться и что приказывать им нельзя. Тов. Молотов обещал узнать у военных причины задержки в представлении англичанам информации по ракетным снарядам.

Далее Криппс поставил вопрос о радиовыступлениях английского журналиста Вернона Бартлета, являющегося представителем английского министерства информации и пресс-атташе посольства в Москве. Как известно, 9 числа Бартлет сделал свое первое выступление через московскую радиостанцию. Криппс предварительно сам подробно ознакомился с текстом выступления Бартлета и не нашел в нем ничего плохого. Советская же цензура вырезала очень большие куски. Криппс согласен, что, конечно, советские цензоры имеют право не разрешать опубликовывать разнообразный фактический материал, однако чрезмерная цензура исказит форму радиовыступления или обозрения, в результате чего последние, будучи составлены специально для английских радиослушателей, утратят свой смысл.

Тов. Молотов заявил, что органы советской цензуры, естественно, не имеют права вмешиваться в работу сотрудников английского посольства, однако

 

290

 


 

в отношении журналистов существуют определенные законы, которым должны подчиняться все инкоры и журналисты, находящиеся в СССР. Особенно эта необходимость диктуется военной обстановкой.

Криппс возразил, что Бартлет является не простым журналистом, а представителем английского министерства информации, а также представителем самого посла, который принимает на себя всю ответственность за выступления или обозрения Бартлета. Последний очень хорошо знаком с психологией англичан, и необходимо предоставить ему «свободу рук» для наиболее эффективной пропаганды.

Отметив, что, поскольку выступления и заявления Бартлета не представляют мнения английского правительства, т. Молотов заявил Криппсу, что все представляемые Бартлетом материалы должны подвергаться такой же цензуре, какой подвергается корреспонденция других инкоров. Не будучи детально знаком с текстом выступления Бартлета, заявил т. Молотов, он должен заметить, что, насколько он помнит, в представленном на цензуру тексте было, например, упомянуто, что в Москве открыты всего лишь две церкви, а остальные заняты под склады и другие коммунальные помещения. Поскольку необходимо считаться в первую очередь с тем, как эти заявления будут восприняты советской общественностью, недопустимо, чтобы подобные недружественные, двусмысленные и не соответствующие действительности заявления распространялись через московскую радиостанцию.

В заключение беседы Криппс вновь поставил вопрос о предоставлении более широких возможностей для работы инкоров. Криппс отметил, что необходимо, чтобы инкорам была предоставлена возможность интервью с представителями советского правительства и что т. Молотов своим интервью с инкорами мог бы положить начало.

Тов. Молотов заявил, что в Советском Союзе совершенно другие порядки, чем в других странах. Однако не исключена возможность, что в ближайшее время инкорам будет представлен случай побывать на фронте. Прощаясь, Криппс поздравил т. Молотова с успешными действиями Красной Армии в районе Ельни.

На беседе присутствовал третий секретарь английского посольства Денлоп.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ, ф. 06, оп. 3. п. 1, д. 6. л. 135-138.

 

 

199. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.Г.ДЕКАНОЗОВА С ПОСЛАННИКОМ ТУВИНСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ МАНДАРОЙ

10 сентября 1941 г.
Секретно

Сегодня принял посланника Тувинской Народной Республики в СССР Мандару, который пришел вместе с бывшим посланником Намчаком. Мандара рассказал о большом подъеме среди народа ТНР, желающего всячески оказать помощь Советскому Союзу в его борьбе с гитлеровской Германией. Со стороны населения ТНР непрерывно поступают различные подарки для

 

291

 


 

бойцов Красной Армии. Имеется очень много желающих поехать на фронт. Даже женщины из отдаленнейших глухих районов страны обращаются с просьбами отправить их в действующую армию.

Говоря о своей республике, посланник указал, что в настоящее время среди населения имеется 90% грамотных, в то время как в МНР, многозначительно подчеркнул М[андара], имеется всего 22% грамотных.

По поводу недавнего празднования двадцатилетия Тувинской Народной Республики посланник заметил, что в ТНР оно продолжалось всего два дня, тогда как в МНР целых пять дней. Он отметил также, что приезд советской делегации во главе с т. Бадаевым был встречен всем тувинским народом с исключительным подъемом.

На мой вопрос о работе нашего посланника в ТНР т. Петрова М[андара] сказал, что т. Петров пользуется большим уважением со стороны всего населения ТНР. Где бы ни появлялся т. Петров — в Сомоне или Хашуне, — всюду его встречают очень тепло. Советский посланник является самым популярным человеком в Туве. Этому способствуют личные качества самого т. Петрова и его умение находить общий язык не только с руководителями Тувинской Республики, но и с простыми людьми, с аратами.

На мой вопрос, знает ли т. Петров хоть несколько слов по-тувински, М[андара] ответил, что иногда советский посланник даже произносит речи на тувинском языке и это производит очень большое впечатление на население. Мандара объяснил это тем, что т. Петрову, как татарину, это легко дается, так как татарский язык схож с тувинским так же, как с группой языков Средней Азии — узбекским, уйгурским и др. Тов. Петров пользуется уважением как со стороны народа, так и со стороны руководителей Тувинской Республики. Например, Тока, секретарь ЦК Тувинской народно-революционной партии, считает его своим лучшим другом.

Я задал вопрос, где Мандара учил русский язык, на что посланник ответил, что он 4,5 года учился в Ленинграде и затем, по возвращении в Тувинскую Республику, много общался с населением русской колонии, что и дало ему возможность хорошо выучить русский язык.

В.Деканозов

АВП РФ, ф. 0153, оп. 18. п. 3. д. 131. л. 12-13.

 

 

200. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВЫМ

10 сентября 1941 г.
Секретно

Болгарский посланник явился по вызову т. Молотова.

Тов. Молотов заявил посланнику, что ему поручено правительством сделать представление советского правительства болгарскому правительству. Далее т. Молотов зачитал текст представления советского правительства И передал его Стаменову.

Стаменов, ничего не сказав по существу вопроса, лишь спросил, будет ли это представление советского правительства опубликовано и стоит ли его

 

292

 


 

передавать в Софию, так как если оно будет опубликовано, то София его быстрее получит через ТАСС. На вопрос т. Молотова, только ли это беспокоит посланника, последний ответил утвердительно, добавив лишь, что, к сожалению, он плохо информирован Софией и очень много занят зашитой интересов Германии, Венгрии и Румынии в Советском Союзе, поэтому не в состоянии высказать своего личного мнения по поводу представления советского правительства.

Текст представления советского правительства прилагается.

Записал
Козырев

АВП РФ. Ф. 06. оп. 3. п. 1. д. 6, л. 130.

Приложение

Представление правительства СССР правительству Болгарии

Народный комиссариат иностранных дел имеет честь по поручению Советского правительства заявить Болгарскому правительству следующее:

Еще до вероломного нападения Германии на СССР Болгарское правительство заняло в отношении Советского Союза позицию, несовместимую с официальными заверениями Болгарского правительства о лояльном и даже якобы дружественном отношении Болгарии к СССР. Советское правительство в свое время неоднократно обращало внимание Болгарского правительства на то обстоятельство, что эта позиция противоречит нормальным отношениям между двумя странами, и настаивало на устранении такого совершенно недопустимого положения. На недружелюбную позицию Болгарского правительства в отношении Советского Союза Советское правительство специально обращало внимание Болгарского правительства еще 14 января, 4 февраля, 20 февраля с.г. и в ряде других случаев.

Такое недружелюбное и, более того, нелояльное отношение Болгарского правительства к СССР еще более усилилось после нападения на Советский Союз гитлеровской Германии.

Имеющиеся в распоряжении Советского правительства данные свидетельствуют о том, что за последнее время Болгария стала превращаться в плацдарм для развертывания военных действий против Советского Союза со стороны Германии, Италии, Румынии и других напавших на СССР государств. Весной этого года Болгария, формально не объявляя войну ни Греции, ни Югославии, сыграла роль плацдарма для нападения на них Германии и Италии, предоставив Германии и Италии свою территорию в качестве базы для этого нападения. Все имеющиеся в распоряжении советского правительства факты с несомненностью говорят о том, что теперь Болгария превратилась в плацдарм для военного нападения Германии и ее союзников на Советский Союз с использованием территории Болгарии для нападения на Одессу, Крым и Кавказ.

Об этом свидетельствуют следующие факты:

1. На территории Болгарии сосредоточены немецкие и итальянские дивизии, количество которых увеличивается, накопляемые для десантных операций против Одессы и Крыма.

 

293

 


 

2. На аэродромах Болгарии сосредотачивается германская военная авиация, и болгарские аэродромы находятся под контролем германских военных властей.

3. Болгарские порты в Черном море — Варна и Бургас — приспособлены для базирования германских и итальянских подводных лодок и военных судов.

4. Как в черноморских портах Болгарии (Варна, Бургас), так и в болгарском порту Рущук на Дунае сосредотачиваются военные суда и подводные лодки Германии и Италии, а также германские и итальянские военные и военно-морские части.

5. Находящиеся в настоящее время в Болгарии германский адмирал Редер и другие представители германского военно-морского штаба заняты организацией на Черном море военного флота из германских и болгарских подводных лодок и военных судов для подготовляемых против Советского Союза военных операций.

6. Болгарские железные дороги заняты перевозкой германских военных и военно-морских частей, а также германских военных материалов.

7. Германскими властями построен и используется понтонный мост через Дунай у Рущука в целях переброски германских войск и военных материалов.

Неоднократные попытки Болгарского правительства приписать Советскому Союзу сбрасывание бомб с самолетов на территорию Болгарии, несмотря на явно неправдоподобный и клеветнический характер этих попыток и несмотря на неоднократные категорические опровержения Советского правительства, провокационный выстрел 7 сентября в центре болгарской столицы в помощника советского военного атташе, и ряд других провокационных актов, направленных против СССР в Болгарии, не говоря уже об открыто ведущейся на страницах официозной болгарской печати враждебно-воинственной кампании против Советского Союза, — все это свидетельствует о том, что Болгарское правительство не только не соблюдает лояльного отношения к Советскому Союзу, но и потворствует провокационным актам, направленным против СССР.

Все эти факты, как и экстренное введение в последнее время военно-репрессивного режима в Болгарии, свидетельствуют о подготовке Болгарией вместе с Германией к совместному нападению на СССР. Подобно Румынии, Болгария превращена гитлеровской Германией в плацдарм для военных действий против Советского Союза, для нападения на СССР с Черного моря.

Исходя из вышеизложенного, Советское правительство считает необходимым сделать Болгарскому правительству настоящее представление и обратить его внимание на то, что позиция и действия Болгарского правительства по отношению к Советскому Союзу являются нелояльными и не соответствующими позиции и действиям государства, находящегося в нормальных отношениях с СССР, что является, по глубокому убеждению Советского правительства, в равной мере не соответствующим интересам самой Болгарии и болгарского народа.

АВП РФ. ф. 06. оп. 3. п. I. д. 6 л. 131-134.

Опубл.: Внешняя политика СССР... — Т. I. — С. 159-161.

 

294

 


 

 

 

 

201. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ

12 сентября 1941 г.
Сов. секретно
Особая папка

Прибыв в сопровождении третьего секретаря посольства Денлопа, Криппс заявил, что у него имеются два срочных вопроса.

Криппс сообщил, что английское правительство, будучи весьма озабочено судьбой гражданских административных учреждений Ирана, проявляет нервозность в связи с возможностью конфискации средств транспорта и продуктов питания, так как при попустительстве со стороны военных властей это может привести к развалу упомянутых учреждений. Английское правительство желает, чтобы эти учреждения продолжали функционировать, и поэтому просит дать указания советским военным властям, чтобы они оказывали поддержку гражданским властям на оккупированной советскими войсками территории Ирана.

Тов. Молотов заметил, что в первый период вступления войск в Иран в целом ряде случаев иранские гражданские власти разбежались. Это явление было неизбежно ввиду того, что иранские чиновники побоялись остаться на местах, поскольку правительство, представителями которого они являлись, проводило антисоветскую и антианглийскую политику и благоприятно относилось к немцам.

Советское правительство дало указание своему послу в Тегеране обратить внимание иранского правительства, что на последнем лежит вся ответственность за восстановление гражданских учреждений и за их работу. Тов. Молотов добавил, что, по его сведениям, советский посол в Иране обращался к иранскому правительству.

Криппс заявил, что из практики прошлого известно, что в своих действиях военные власти игнорируют гражданское население и не обращают на него никакого внимания. Ввиду всего вышеупомянутого, Криппс просил дать указания военным властям, чтобы они не затрудняли работу гражданских организаций.

Отметив еще раз, что основной причиной расстройства работы системы гражданских учреждений является бегство чиновников, т. Молотов обещал выяснить обстановку и, если будет необходимо, дать соответствующие указания.

Далее Криппс сообщил, что 5 сентября английский консул в Мешхеде выразил желание повидаться с представителями советских военных властей. Однако просьба консула осталась без ответа. Кроме того, 2 советских офицера вторглись на территорию консульства с целью осмотра автомашин. Криппс пояснил, что он не жалуется на имевшие место недоразумения, а лишь желает установления контакта между советскими военными властями и английским консулом в целях сотрудничества.

Тов. Молотов заявил, что если расследование подтвердит обрисованную послом обстановку, то он даст соответствующие указания для установления контакта в целях проведения обеими сторонами совместных действий в Иране.

Поблагодарив т. Молотова, Криппс поставил вопрос о шахе, добавив, однако, что этот вопрос он поднимает лично от себя.

 

295

 


 

Как Вам уже, наверно, известно, заявил Криппс, английское правительство в начале военных действий в Иране вело пропаганду по установлению в стране настоящего конституционного правительства. В связи с этим Криппс хотел бы знать отношение советского правительства к низложению шаха, а также узнать, не обсуждало ли советское правительство вопрос о создании в Иране регентского совета. Криппс считает, что Англия и СССР не могут полагаться на шаха, заключая с ним какие-либо договоры, так как обе стороны не могут быть гарантированы в том, что заключенные с шахом договоры будут выполняться.

Считая, что Англия и СССР должны стремиться к тому, чтобы низложить столь непопулярного в Иране шаха, Криппс, однако, не может назвать подходящего преемника на место шаха и считает, что в семье последнего также нет подходящих кандидатур. В заключение Криппс спросил, согласится ли советское правительство с низложением шаха, если английское правительство со своей стороны выразило бы на это свое согласие.

Тов. Молотов заявил, что, как он видит, Криппс хорошо информирован о положении и обстановке в Иране. Сам т. Молотов не располагает столь подробной информацией и не может высказаться по затронутому вопросу вполне определенно. Сообщив, что от советского посла в Иране получена информация, аналогичная сведениям, сообщенным Криппсом, т. Молотов также заметил, что намеченные обоими правительствами мероприятия должны быть проведены в жизнь и он не видит признаков того, что шах собирается создавать препятствия; если же английское правительство считает, что низложение шаха окажется в интересах обеих сторон и будет способствовать проведению намеченных обеими сторонами мероприятий, то это низложение будет правильным.

Однако, заявил т. Молотов, необходимо конкретно знать, как осуществить низложение шаха и какие лица, в случае предполагаемой Криппсом перемены, окажутся в иранском правительстве. Тов. Молотов добавил, что вопрос о шахе изучается.

На замечание Криппса, что было бы полезно, если бы по затронутому вопросу английский и советский представители в Тегеране обменялись мнениями, т. Молотов заявил, что предлагаемые переговоры уже ведутся.

Далее Криппс спросил т. Молотова, не получен ли ответ на поставленный им вопрос об оказании содействия английскому консулу в Синьцзяне.

Тов. Молотов ответил, что он запросил советского консула, чтобы последний информировал его о положении в Синьцзяне. Ответ ожидается в ближайшем будущем.

Криппс затем поблагодарил т. Молотова за проводимую советскими радиостанциями пропаганду на испанском языке, направленную против фалангистов и Суньера. Далее Криппс сообщил о существовании радиостанции, находящейся якобы в Пиренеях и называющейся «Освободительной станцией». Английское правительство считает эту станцию советской. В связи с этим Криппс просил информировать его о работе этой станции, поскольку пропаганда последней слишком резка и оказывает на друзей Англии совершенно обратное, отталкивающее действие.

Тов. Молотов заявил, что о существовании такой станции он слышит впервые и не думает, что передачи, упомянутые Криппсом, транслируются через советскую радиостанцию.

Далее Криппс сообщил, что английское посольство в Испании располагает информацией, которую можно использовать в целях антифалангистской

 

296

 


 

и антисуньерской пропаганды. Если советское правительство пожелает, то этот материал посольством может быть предоставлен соответствующим советским органам.

Тов. Молотов поблагодарил за предложение и заявил, что даст т. Лозовскому указания проявить инициативу в поставленном послом вопросе.

В заключение Криппс сообщил, что находящийся сейчас в Москве представитель английского министерства информации Бартлет мог бы войти в контакт с советским правительством для согласования английской и советской пропаганды.

Тов. Молотов заявил, что т. Лозовский является подходящим лицом, с кем Бартлет может обсудить вопросы пропаганды.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. 06. оп. 3, п. 1. д. 6. л. 139-143.

 

 

202. ПИСЬМО ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР А.А.СОБОЛЕВА ПОСЛАННИКУ СССР В МНР И.А.ИВАНОВУ

12 сентября 1941 г.
Секретно

По поводу присланных Вами заявлений политруков Чойдона, Банзарахчи, Сумиянжава и Мижита, изъявивших желание поехать на фронт против гитлеровской Германии, сообщаем, что по разъяснению НКО в настоящее время нет необходимости посылать в действующую Красную Армию добровольцев из-за границы (иностранцев и сов. граждан), так как и внутри СССР добровольцев имеется очень много.

Поблагодарите указанных товарищей за их готовность воевать в рядах Красной Армии против гитлеровской Германии.

Пусть они еще больше крепят боеспособность своих частей в МНРА — боевой соратницы нашей доблестной Красной Армии, что также будет иметь большое значение в разгроме общего врага советского и монгольского народов — фашизма.

А.Соболев

АВП РФ. ф. 0111. оп. 22. п. 174. д. 8. л. 88.

 

 

203. ПОСЛАНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ У.ЧЕРЧИЛЛЮ

13 сентября 1941 г.

Я изложил в своем последнем послании мнение Правительства СССР о создании второго фронта как основного средства улучшения нашего общего дела. В ответ на Ваше послание, где Вы вновь подчеркиваете невозможность

 

297

 


 

создания в данный момент второго фронта, я могу лишь повторить, что отсутствие второго фронта льет воду на мельницу наших общих врагов.

Я не сомневаюсь, что английское правительство желает победы Советскому Союзу и ищет пути для достижения этой цели. Если создание второго фронта на Западе в данный момент, по мнению английского правительства, представляется невозможным, то, может быть, можно было бы найти другое средство активной военной помощи Советскому Союзу против общего врага? Мне кажется, что Англия могла бы без риска высадить 25-30 дивизий в Архангельск или перевести их через Иран в южные районы СССР для военного сотрудничества с советскими войсками на территории СССР по примеру того, как это имело место в прошлую войну во Франции. Это была бы большая помощь. Мне кажется, что такая помощь была бы серьезным ударом по гитлеровской агрессии.

Приношу благодарность за обещание ежемесячной помощи со стороны Англии алюминием, самолетами и танками.

Я могу лишь приветствовать, что английское правительство думает оказать эту помощь не в порядке купли-продажи самолетов, алюминия и танков, а в порядке товарищеского сотрудничества.

Надеюсь, что английское правительство получит немало случаев убедиться в том, что правительство СССР умеет достойным образом оценить помощь своего союзника.

Два слова о записке посла Великобритании в Москве г-на Криппса, переданной В.М.Молотову 12 сентября 1941 г. В этой записке сказано: «В случае если Советское Правительство будет вынуждено уничтожить свои военно-морские суда в Ленинграде, чтобы предотвратить переход этих судов в руки неприятеля, Правительство Его Величества признает требование Советского Правительства после войны об участии Правительства Его Величества в замене уничтоженных таким образом судов».

Советское правительство понимает и ценит готовность английского правительства возместить частично ущерб, который будет нанесен Советскому Союзу в случае уничтожения советских кораблей в Ленинграде. Не может быть сомнения, что в случае необходимости советские корабли в Ленинграде действительно будут уничтожены советскими людьми. Но за этот ущерб несет ответственность не Англия, а Германия. Я думаю поэтому, что ущерб должен быть возмещен после войны за счет Германии.

Опубл.: Переписка Совета Министров СССР... — Т. 1. — С. 32-33.

 

 

204. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ НАРОДНОГО КОМИССАРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М.МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР С.КРИППСОМ*

13 сентября 1941 г.
Сов. секретно
Особая папка

Вызвав Криппса, т. Молотов сообщил послу, что т. Сталин через т. Майского обратился к премьер-министру Черчиллю с личным посланием.

_____________
* На документе имеется помета: «Тов. Молотов не смотрел. Козырев, 14.IX.»-

 

298

 


 

Тов. Молотов ознакомил Криппса с содержанием послания т. Сталина и по просьбе посла передал ему копию.

Криппс принял сообщение т. Молотова к сведению, выразив лишь свое согласие с последним предложением послания.

Криппс сделал официальное сообщение об английской делегации на московскую конференцию трех держав и вручил по этому вопросу памятную записку[27].

Ознакомившись с памятной запиской, т. Молотов выразил свое согласие. Беседа продолжалась 10 мин.

На беседе присутствовал третий секретарь посольства Денлоп.

Беседу записал
Потрубач

АВП РФ. ф. Об. оп. 3. п. 1. д. 6, л. 146.

 

 

205. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В США К.А.УМАНСКОГО ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНУ

13 сентября 1941 г.

11 и 12 сентября беседовал с Рузвельтом в обшей сложности три с половиной часа. Беседы, которые доложу по приезде в Москву, подтвердили, что с момента послания Сталина Черчиллю (о содержании которого Рузвельт мне сообщил) в позиции американского правительства произошел известный поворот к лучшему. Наш нажим по вопросу о займе также дал результат. Вчера мы получили 50 млн. долларов под обеспечение будущих поставок, но без тех неблагоприятных условий, которые выдвигались Джонсом и без уточнения сроков поставок (можем, если захотим, поставить и после войны). Рузвельт на днях вносит в конгресс законопроект об ассигновании 5 млрд. на расходы по «займу-аренде». В сенате, по словам Рузвельта, предстоят три поправки изоляционистов о запрещении президенту расходовать эту сумму на помощь нам. Будет драка, но Рузвельт уверен, что поправки будут отвергнуты солидным большинством. Он заявляет, что на случай, если он даст нам полумиллиардный заем сейчас, до этой драки, то провалит в конгрессе и ассигнование в 5 млрд., и права использовать его для нас. Он просил меня передать Сталину, что целиком принимает на себя вину за невыполнение в срок обещаний, данных им мне и Гопкинсом Сталину по вопросу о займе, что он не продумал до конца законодательной стороны вопроса и просит-де не считать заминку недостатком доброй воли к помощи нам с его стороны. После прохождения ассигнования к концу года даст нам обещанный заем и подтверждает, что если он будет исчерпан, то последуют дальнейшие займы. Если мы предпочитаем, то он, черпая из этих ассигнований по «займу-аренде», будет Давать нам займы не бессрочно-беспроцентные, по типу предоставляемых Англии, а для придания делу коммерческого характера под нормальные проценты на пятилетние сроки. Рузвельт сетовал на антисоветские интриги Церкви, особенно католиков и их людей в конгрессе, просил в информации из СССР подчеркивать патриотическую позицию церкви в СССР, заявил, что послал своего личного представителя при Ватикане Тэйлора снова к папе с

 

299

 


 

основной целью нейтрализовать «фактически профашистское» влияние католиков в США и уломать папу по вопросам СССР. Рузвельт сообщил мне секретные данные о резком увеличении программы военной промышленности США, явившемся результатом поездки Гопкинса в Москву и свидания с Черчиллем, что даст возможность американскому правительству с весны 1942 г. давать Англии и СССР не 50 процентов военной продукции, даваемых ныне Англии, а 75 процентов, причем достаточно останется и на армию и флот США. Рузвельт заявил о своем желании немедленно предоставить нам пикирующие бомбардировщики «Грумман», находящиеся на вооружении во флоте, но являющиеся сухопутными. После встречи с Рузвельтом я повидался с военным министром Стимсоном, который принял меня неузнаваемо дружественно и, в частности, сообщил, что президент решил (и провел через правительство) передать нам и англичанам, с разверсткой между нами по взаимному соглашению, в течение ноября 1941 г. — июня 1942 г. 94 бомбардировщика «Консолидэйтед Б-24» (по мнению громовцев, лучший существующий четырехмоторный бомбардировщик с наддувом кабины, дистанционным управлением огня, очень хорошим потолком, четырьмя моторами «Пратт-Уитней» по 1800 сил каждый; до сих пор делались единицы, и только для Англии). Присутствовавший при моей беседе с Рузвельтом Гопкинс сообщил следующие секретные данные решенного американским правительством увеличения производства: к январю 1942 г. будет производиться одна тысяча танков в месяц (примерно поровну легкие и средние), к апрелю — 1600 танков. К январю 1942 г. — 2500 самолетов (в сентябре 1941 г. будет 1950), к апрелю 1942 г. — свыше 3000. Гопкинс на основании беседы с президентом заявил мне, что намечается давать нам с декабря — января до 400 самолетов и 550 танков в месяц, утверждая при этом, что эти перспективы значительно реальнее того, что обещают нам англичане по этим двум видам вооружения. По зенитным и противотанковым орудиям Гопкинс цифр не дал. Излишне говорить, что к обещаниям его и Рузвельта приходится в свете опыта последних двух с половиной месяцев относиться осторожно.

К. Уманский

Опубл.: Советско-американские отношения... — Т. 1. — С. 107-109.

 

 

206. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАВЕДУЮЩЕГО IV ЕВРОПЕЙСКИМ ОТДЕЛОМ НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР Н.В.НОВИКОВА С ПОСЛАННИКОМ БОЛГАРИИ В СССР И.СТАМЕНОВЫМ

13 сентября 1941 г.
Секретно

Я принял Стаменова по его просьбе.

Стаменов вручил мне ноту с пометкой «очень срочно» и просил меня расписаться за нее в принесенной им рассыльной книге, что я и сделал. В ноте содержалась, по существу, угроза со стороны германского правительства предпринять репрессии в отношении советских граждан, находящихся в Германии, если германские подданные в Иране будут интернированы. В случае же, если советские власти откажутся от интернирования этих германских под-

 

300

 


 

данных и освободят тех из них, которые, возможно, уже интернированы, германское правительство разрешит выезд из Германии в Турцию находящимся в их руках 194 советским гражданам.

Я обещал Стаменову срочно довести до сведения т. Вышинского содержание ноты.

После этого Стаменов не выказал никакого желания уйти, хотя других практических вопросов у него больше не было. Он стал говорить на различные общие темы. В первую очередь он коснулся случая с опубликованием болгарской газетой «Дневник» лживого сообщения о занятии немцами Ельни. Он сказал, что с этим делом действительно получился очень большой конфуз. В Советском Союзе такие вещи, разумеется, были бы невозможны, так как здесь каждая газета чувствует свою ответственность. В Болгарии же дело обстоит иначе. Стаменов знает хорошо редактора газеты «Дневник» Атанасова. Это нечистоплотный человек, с которым ему, Стаменову, приходилось самому неоднократно бороться. Вполне возможно, что если немцы платят за такие публикации, то Атанасов на этом деле немало заработал.

Я заметил на это Стаменову, что весь этот случай произвел у нас весьма неблагоприятное впечатление, так же как, впрочем, и вообще проводимая ныне болгарской прессой линия.

Стаменов затем как бы случайно коснулся представления, сделанного 10 сентября т. Молотовым, и сказал, что он лично не знал о тех фактах, о которых сообщил ему т. Молотов. Если эти факты соответствуют действительности, то это нехорошо. Стаменов, однако, пытался оправдать поведение болгарского правительства тем, что страна, по его выражению, оккупирована сейчас германскими войсками и что в силу этого Германия может делать в Болгарии все что хочет. Стаменов полагает, что нынешнее правительство Филова, несмотря на его политику, все же намного лучше правительства, возглавляемого, скажем, Цанковым или генералом Луковым.

Я сказал Стаменову, что я не знаю, насколько хуже были бы правительства во главе с Цанковым или Луковым, но фактом является то, что нынешнее правительство ведет политику, которая охарактеризована в представлении т. Молотова как нелояльная в отношении Советского Союза.

Стаменов снова начал пространно рассуждать на тему о том, что правительство Филова ничего не может сделать в сложившейся ситуации. Но вместе с тем он подчеркнул положительную сторону нынешних отношений Болгарии с Германией, при которых Болгария получила Македонию, присоединения которой болгарский народ ждал 20 лет. Зацепившись за вопрос о Македонии, Стаменов много и горячо доказывал, что македонцы являются чистокровными болгарами, что Македония является родиной болгарского народа, что она первая начала борьбу против турецкого ига и т.д.

Кроме этих вопросов Стаменов в разной связи неоднократно касался германо-советской войны. Он высказал свое, как он сказал, твердое убеждение в том, что, напав на Советский Союз, немцы просчитались и что они будут разгромлены. «Объясните мне, пожалуйста, идею этого дурака Гитлера, заставившую его бросить свои войска против СССР», — так он выразился в одном из случаев. Стаменов говорит, что если даже допустить, что Гитлеру удалось бы разбить советскую армию и продвинуться до Урала (что он считает совершенно нереальным), то даже и в этом случае у него ничего не получилось бы, так как даже для простого поддержания полицейского порядка на этой территории ему не хватило бы всей его армии. Но, как известно, пока о таком

 

301

 


 

продвижении не может быть и речи. Гитлеру приходится сейчас иметь дело с огромной и сильной Красной Армией. Кроме того (Гитлер это должен понимать), рано или поздно против него восстанут захваченные им европейские страны, не говоря уже о том, что до сих пор еще не введены в бон основные силы его главных противников — Англии и Америки.

Для того чтобы обосновать свое мнение о победе Красной Армии, Стаменов развил целую теорию о причинах прочности и силы советского строя. Он заявил, что лежащий в основе советской власти принцип диктатуры пролетариата оказался вполне жизненным и обеспечил создание здорового государственного организма, чего нельзя сказать о германском фашизме. Этот организм в состоянии выдержать весьма сильные удары нынешней войны и не проявлять при этом никаких признаков колебаний или слабости.

Развивая эти мысли, Стаменов несколько раз подчеркивал, что его симпатии находятся на стороне Советского Союза, хотя это для него и неудобно. Он знает, что все равно в Болгарии он не находится на хорошем счету. Но если бы он сейчас попал в Болгарию, он бы все равно открыто высказал там свои убеждения. Его мало интересует, что с ним случилось бы после этого, так как главным его стремлением является лишь быть всегда с болгарским народом и защищать его интересы.

Несмотря на то что за все время приема фактически только сам Стаменов говорил, а я ограничился всего несколькими репликами, он тем не менее никак не выказывал желания прекратить свои словоизлияния, которые сегодня были особенно обильными. Мне пришлось жестами и взглядом на часы намекнуть ему, что пора кончать эту затянувшуюся беседу, так как время подходило к 4 час, а у меня на 4 час. была назначена встреча с Фирлингером.

Прием, таким образом, продолжался 55 мин.

Заведующий IV Европейским отделом
Новиков

АВП РФ. ф. 074. оп. 26. п. 110. д. S. л. 69-72.

 

 

207. ДОНЕСЕНИЕ Р.ЗОРГЕ

Токио

Мемо с телеграммы Инсона

14 сентября 1941 г.

По данным источника Инвеста, японское правительство решило в текущем году не выступать против СССР, однако вооруженные силы будут оставлены в МЧГ на случай выступления весной будущего года, в случае поражения СССР к тому времени.

Источник Инвест выехал в Маньчжурию.

Инвест сказал, что после 15.09 СССР может быть совсем свободен.

По данным источника Итери, один из батальонов 14 пд, который должен был отправиться на север (против СССР), оставлен в казармах гвардейской дивизии в Токио.

Как стало известно из писем солдат и офицеров, получаемых с пограничной линии в секторе Ворошилов, они оттянуты в Муданьцзян.

 

302

 


 

* * *

Сообщает, что представитель флота и Сиратори сказал германскому послу Отту и германскому морскому атташе в Токио, что переговоры с США есть последний эксперимент, чтобы доказать народу и крупным капиталистам, что достигнуть понимания с Америкой невозможно. Если переговоры с США окончатся без успеха, то Япония очень скоро должна выступить на юге.

Коноэ и крупные капиталисты надеются, что понимание с США будет достигнуто в дальнейшем.

* * *

По сообщению немецкого морского атташе в Токио, очередное большое наступление немцев будет направлено на Кавказ через Днепр.

По его мнению, если немцы в ближайшее время не получат нефти, то они должны проиграть войну. Поэтому бои около Москвы и Ленинграда имеют подсобное значение, а основной удар будет нанесен на Кавказ.

ЦАМО РФ. ф. 23. оп. 5840. д. 7, л. 125.

 

 

208. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

15 сентября 1941 г.

1. Сегодня я вручил Черчиллю личное послание Сталина от 13 сентября*. Иден не присутствовал по случайным причинам: сначала Черчилль назначил мне свидание в 6 час. 30 мин. вечера, и Иден, желая быть при моем разговоре с премьером, соответственно распределил свою дневную загрузку. Однако сегодня днем Черчилль внезапно перенес встречу со мной на 4 час. 30 мин., но Иден уже не мог изменить намеченный ранее порядок дня. Мой разговор с премьером продолжался около часа и носил очень дружеский характер.

2. По существу: Черчилль в принципе согласен направить британские вооруженные силы в СССР для того, чтобы они сражались рука об руку с нашими войсками против общего врага. Он считает это даже делом чести для Англии. Однако все относящиеся сюда практические вопросы Черчилль должен обсудить со своим штабом и лишь после сможет дать нам окончательный ответ. Реакция премьера естественна: конечно, в вопросе подобного рода совещание с Генеральным штабом необходимо, но данный оборот дела вызывает у меня целый ряд сомнений. Штаб, несомненно, будет тормозить и ограничивать предполагаемую операцию, и я опасаюсь, что, когда настанет время действовать, окажется, что гора родила мышь. Впрочем, посмотрим. Я со своей стороны постараюсь нажать все возможные дополнительные кнопки и, в частности, завтра поговорю на данную тему с Иденом.

3. Из сегодняшних рассуждений Черчилля для меня, впрочем, несомненно, что говорить сейчас о 25-30 дивизиях не приходится. Но важно, чтобы англичане начали подобную операцию на первых порах хотя бы и не очень крупны-

_____________
* См. док. 203.

303

 


 

 

ми силами. Потом они должны будут втянуться глубже. В этой связи я вспо