Библиотека. Исследователям Катынского дела.

 

 

МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДОКУМЕНТЫ
ВНЕШНЕЙ
ПОЛИТИКИ
1940-22 ИЮНЯ 1941
МОСКВА
«МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ»
1995

ТОМ ДВАДЦАТЬ ТРЕТИЙ
КНИГА ПЕРВАЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие

1. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле 1939 г. в ночь с 31 декабря на 1 января 1940 г.

2. Соболезнование Советского правительства правительству Турецкой Республики. 1 января 1940 г.

3. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 3 января 1940 г.

4. Письмо полномочного представителя СССР в Болгарии А. И. Лаврентьева заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 3 января 1940 г.

5. Прием В. М. Молотовым главы торговой делегации Царства Болгария, Д. Божилова. 4 января 1940 г.

6. Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик Болгарией. 5 января 1940 г.

7. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина Поверенному в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанду. 5 января 1940 г.

8. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 7 января 1940 г.

9. Беседа поверенного в делах СССР в Королевстве Афганистан С. П. Сычева с послом Ирана Афганистане Сохейли. 8 января 1940 г.

10. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Китайской Республики в СССР Ян Цзе. 8 января 1940 г.

11. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 9 января 1940 г.

12. Телеграмма полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 9 января 1940 г.

13. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрии Н. И. Шаронова с посланником Югославии в Венгрии С. Рашичем. 11 января 1940 г.

14. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики СССР А. Актаем. 11 января 1940 г.

15. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 13 января 1940 г.

16. К советско-венгерским отношениям. 14 января 1940 г.

17. В Наркоминделе СССР. 15 января 1940 г.

18. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с посланником Словакии в Венгрии Спижьяком. 15 января 1940 г.

19. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина поверенному делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанду. 16 января 1940 г.

20. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния СССР Г. Давидеску. 17 января 1940 г.

21. Опровержение ТАСС. 18 января 1940 г.

22. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 18 января 1940 г.

23. В Наркоминделе СССР. 20 января 1940 г.

24. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом Японии СССР С. Того. 21 января 1940 г.

25. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина с послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 21 января 1940 г.

26. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 25 января 1940 г.

27. Письмо полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 26 января 1940 г.

28. Опровержение ТАСС. 29 января 1940 г.

29. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП (б) И. В. Сталина с послом по особым поручениям главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле. 29 января 1940 г.

30. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 30 января 1940 г.

31. Телеграмма полномочного представителя СССР в Японии К. А. Сметанина в НКИД СССР. 30 января 1940 г.

32. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с членом палаты общин парламента Великобритании Р. Криппсом. 31 января 1940 г.

33. Совместное коммюнике Смешанной комиссии по уточнению границы между Монгольской Народной Республикой и Маньчжоу-Го в районе недавнего конфликта. 1 февраля 1940 г.

34. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с Послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 1 февраля 1940 г.

35. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с председателем Законодательного юаня Китайской Республики Сунь Фо. 2 февраля 1940 г.

36. Сообщение ТАСС. 5 февраля 1940 г.

37. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле. 5 февраля 1940 г.

38. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина с послом по особым поручениям, главным экономическим экспертом МИД Германии К. Риттером в Кремле. 8 февраля 1940 г.

39. Беседа секретаря полпредства СССР в Германии В. Н. Павлова с германскими представителями. 9 февраля 1940 г.

40. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлову. 9 февраля 1940 г.

41. Хозяйственное соглашение между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией. 11 февраля 1940 г.

42. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 12 февраля 1940 г.

43. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром иностранных дел Венгрии И. Чаки. 13 февраля 1940 г.

44. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 16 февраля 1940 г.

45. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с членом палаты общин парламента Великобритании Р. Криппсом. 16 февраля 1940 г.

46. Из политического письма полпредства СССР В США наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 17 февраля 1940 г.

47. Опровержение ТАСС. 20 февраля 1940 г.

48. Беседа временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева с заведующим информационным отделом МИД Греции Пападакисом. 21 февраля 1940 г.

49. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Великобритании И. М. Майскому. 21 февраля 1940 г.

50. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем Министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 22 февраля 1940 г.

51. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина с посланником Царства Болгарии в СССР Т. Христовым. 22 февраля 1940 г.

52. Опровержение ТАСС. 24 февраля 1940 г.

53. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 24 февраля 1940 г.

54. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева первому заместителю наркома иностранных дел СССР В П. Потемкину. 24 февраля 1940 г.

55. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 25 февраля 1940 г.

56. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова с Послом Королевства Афганистан в СССР С. А. Ханом. 27 февраля 1940 г.

57. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Великобритании И. М. Майскому. 27 февраля 1940 г.

58. Из дневника полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина. 29 февраля 1940 г.

59. Письмо полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева первому заместителю наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкину. 29 февраля 1940 г.

60. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики СССР А. Актаем. 2 марта 1940 г.

61. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 3 марта 1940 г.

62. Беседа 1-го советника полпредства СССР в Германии М. Г. Тихомирова с представителем ВВС Германии М. Ф. Кляйсом. 4 марта 1940 г.

63. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламент ским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 4 марта 1940 г.

64. Телеграмма полномочного представителя СССР в Иране М. Е. Филимонова в НКИД СССР. 4 марта 1940 г.

65. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 4 марта 1940 г.

66. Сообщение Центральной Смешанной СССР и Германии пограничной комиссии. 5 марта 1940 г.

67. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 5 марта 1940 г.

68. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 5 марта 1940 г.

69. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 6 марта 1940 г.

70. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом США в СССР Л. Штейнрардтом. 8 марта 1940 г.

71. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 11 марта 1940 г.

72. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 11 марта 1940 г.

73. Мирный договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Финляндской Республикой. 12 марта 1940 г.

74. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с посланником США в Венгрии Д. Монтгомери. 12 марта 1940 г.

75. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 12 марта 1940 г.

76. Письмо полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 13 марта 1940 г.

77. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 14 марта 1940 г.

78. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 15 марта 1940 г.

79. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Литовской Республики СССР Л. Наткевичаусом. 16 марта 1940 г.

80. Телеграмма полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. И, Лаврентьева в НКИД СССР. 16 марта 1940 г.

81. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 марта 1940 г.

82. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 18 марта 1940 г.

83. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 18 марта 1940 г.

84. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 19 марта 1940 г.

85. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 19 марта 1940 г.

86. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Японии К. А. Сметанину. 19 марта 1940 г.

87. Опровержение ТАСС. 20 марта 1940 г.

88. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с уполномоченными правительства Финляндской Республики Ю. Паасикиви и Т. Вайонмаа. 20 марта 1940 г.

89. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР во Французской Республике Я. 3. Сурицу. 20 марта 1940 г.

90. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова по сланником Германии в Афганистане X. Пильгером. 21 марта 1940 г.

91. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с правительственной делегацией Финляндской Республики. 21 марта 1940 г.

92. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Афганистан СССР C. А. Ханом. 23 марта 1940 г.

93. От ТАСС. 24 марта 1940 г.

94. Договор торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик Ираном. 25 марта 1940 г.

95. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеция СССР П. Ассарссоном. 25 марта 1940 г.

96. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Норвегия СССР Э. Масенгом. 25 марта 1940 г.

97. Беседа 1-го секретаря полпредства СССР в Германии В. Н. Павлова с берлинским корреспон дентом югославской газеты «Политика» Радуловичем. 26 марта 1940 г.

98. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 26 марта 1940 г.

99. В Наркоминделе СССР. 27 марта 1940 г.

100. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И.М . Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Гали факсом. 27 марта 1940 г.

101. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 27 марта 1940 г.

102. Беседа наркома судостроения, руководителя торговой делегации в Германии И. Ф. Тевосяна с начальником штаба ВВС Германии, генеральным директором управления авиастроения генералом Э. Удетом. 28 марта 1940 г.

103. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 28 марта 1940 г.

104. Беседа наркома судостроения, руководителя торговой делегации в Германии И. Ф. Тевосяна с командующим ВВС, министром авиации Германии рейхсмаршалом Г. Герингом. 29 марта 1940 г.

105. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 1 апреля 1940 г.

106. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 2 апреля 1940 г.

107. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 3 апреля 1940 г.

108. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 4 апреля 1940 г.

109. Беседа наркома внешней торговли А. И. Микояна с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 5 апреля 1940 г.

110. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 5 апреля 1940 г.

111. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 6 апреля 1940 г.

112. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Иран М. Е. Филимонову. 6 апреля 1940 г.

113. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 9 апреля 1940 г.

114. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 9 апреля 1940 г.

115. Телеграмма наркома судостроительной промышленности, главы торговой делегации СССР в Германии И. Ф. Тевосяна в политбюро ЦК ВКП(б) из Берлина. 12 апреля 1940 г.

116. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 13 апреля 1940 г.

117. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 13 апреля 1940 г.

118. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР для Кеменова и Щеглова. 15 апреля 1940 г.

119. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с посланником Литовской Республики в Германии К. Скирпой. 19 апреля 1940 г.

120. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 19 апреля 1940 г.

121. Опровержение ТАСС. 20 апреля 1940 г.

122. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеция в СССР П. Ассарссоном. 20 апреля 1940 г.

123. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 20 апреля 1940 г.

124. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 20 апреля 1940 г.

125. Беседа наркома внешней торговли А. И. Микояна с Советником посольства Германии в СССР Г. Хильгером. 21 апреля 1940 г.

126. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром торговли и промышленности Югославии И. Андресом. 26 апреля 1940 г.

127. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 26 апреля 1940 г.

128. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 26 апреля 1940 г.

129. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с представителем правительства Китайской Республики генералом Хэ Яоцзу. 28 апреля 1940 г.

130. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом США в СССР Л. А. Штейнгардтом. 28 апреля 1940 г.

131. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с представителями деловых кругов Германии X. Ионасом и X. Ашенбреннером. 29 апреля 1940 г.

132. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 29 апреля 1940 г.

133. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанда в НКИД СССР. 29 апреля 1940 г.

134. Опровержение ТАСС. 1 мая 1940 г.

135. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова поверенному в делах СССР в Королевстве Италия Л. Б. Гельфанду. 1 мая 1940 г.

136. Опровержение ТАСС. 4 мая 1940 г.

137. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 4 мая 1940 г.

138. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 5 мая 1940 г.

139. Беседа временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева с посланником Венгрии в Греции Де Великсом. 7 мая 1940 г.

140. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 9 мая 1940 г.

141. Опровержение ТАСС. 10 мая 1940 г.

142. Прием В. М. Молотовым министра просвещения Словацкой Республики Йозефа Сивака. 10 мая 1940 г.

143. Беседа поверенного в делах СССР в Королевстве Дания И. Ф. Власова с советником миссии Германии в Дании Г. Хензелем. 10 мая 1940 г.

144. Из дневника полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского. 10 мая 1940 г.

145. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 10 мая 1940 г.

146. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 10 мая 1940 г.

147. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 10 мая 1940 г.

148. Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия. 11 мая 1940 г.

149. Беседа полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского с министром земледелия США Г. Уоллесом. 13 мая 1940 г.

150. Прием В. М. Молотовым главы торговой делегации Королевства Швеция Г. X. Эриксона ... 16 мая 1940 г.

151. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с посланником Латвийской Республики в Германии Э. Кревиньшем. 16 мая 1940 г.

152. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Дания в СССР Л. Больт-Йоргенсеном. 17 мая 1940 г.

153. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 мая 1940 г.

154. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 20 мая 1940 г.

155. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 21 мая 1940 г.

156. Сообщение ТАСС. К вопросу о предварительных переговорах между СССР и Англией о торговых отношениях. 22 мая 1940 г.

157. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 22 мая 1940 г.

158. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 23 мая 1940 г.

159. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 23 мая 1940 г.

160. Телеграмма поверенного в делах СССР в Королевстве Румыния П. Г. Куколева заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 24 мая 1940 г.

161. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 25 мая 1940 г.

162. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 28 мая 1940 г.

163. Сообщение ТАСС. 30 мая 1940 г.

164. Беседа атташе полпредства СССР в Королевстве Венгрия Н. А. Чемоданова с корреспондентом американского агентства Юнайтед Пресс X. Г. Горрелом. 30 мая 1940 г.

165. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 30 мая 1940 г.

166. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Великобритании в СССР Д. X. Ружегелем. 31 мая 1940 г.

167. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с временным поверенным в делах США в СССР У. Гарстоном. 31 мая 1940 г.

168. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом и представителем правительства Германии Президентом Германского Красного Креста Л. Саксен-Кобург-Гота. 31 мая 1940 г.

169. Беседа полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева с послом по особым поручениям правительства Германии К. Риттером. 1—4 июня 1940 г.

170. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 1 июня 1940 г.

171. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 1 июня 1940 г.

172. Из телеграммы полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 1 июня 1940 г.

173. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 1 июня 1940 г.

174. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова поверенному в делах СССР в Королевстве Румыния П. Г. Куколеву. 2 июня 1940 г.

175. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Норвегия в СССР Э. Масенгом. 3 июня 1940 г.

176. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики в СССР А. Г. Актаем. 3 июня 1940 г.

177. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 3 июня 1940 г.

178. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 3 июня 1940 г.

179. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьеву. 3 июня 1940 г.

180. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Великобритании в СССР Д. X. ле Ружетелем. 4 июня 1940 г.

181. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Французской Республики в СССР Ж. Пайяром. 4 июня 1940 г.

182. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского поверенному в делах СССР во Французской Республике Н. Н. Иванову. 5 июня 1940 г.

183. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 6 июня 1940 г.

184. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова с посланником Королевства Венгрия в СССР И. Криштоффи. 7 июня 1940 г.

185. Из дневника 1-го советника полпредства СССР в Германии М. Г. Тихомирова. 7 июня 1940 г.

186. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 7 июня 1940 г.

187. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Афганистан К.А.Михайлову. 7 июня 1940 г.

188. Соглашение между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией. 9 июня 1940 г.

189. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 9 июня 1940 г.

190. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Китайской Республики в СССР Шао Лицзы. 9 июня 1940 г.

191. Сообщение ТАСС. 10 июня 1940 г.

192. Беседа заведующего 1-м Дальневосточным отделом НКИД СССР Г. Ф. Резанова с поверенным в делах Китайской Республики в СССР Чжан Датанем. 10 июня 1940 г.

193. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 10 июня 1940 г.

194. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром иностранных дел Венгрии И. Чаки. 11 июня 1940 г.

195. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 11 июня 1940 г.

196. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова поверенному в делах СССР в Королевстве Румыния П. Г. Куколеву. 11 июня 1940 г.

197. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева в НКИД СССР. 12 июня 1940 г.

198. Из дневника советника полпредства СССР в Японии Я. А. Малика. 12 июня 1940 г.

199. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова с советником посольства Германии в СССР В. Типпельскирхом. 13 июня 1940 г.

200. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Италия в СССР А. Россо. 13 июня 1940 г.

201. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Французской Республики в СССР Э. Лабояном. 14 июня 1940 г.

202. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 14 июня 1940 г.

203. Сообщение ТАСС. 15 июня 1940 г.

204. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Латвийской Республики в СССР Ф. Коциньшем. 16 июня 1940 г.

205. Беседа наркома иностранных дел СССР В, М. Молотова с посланником Эстонской Республики в СССР А. Реем. 16 июня 1940 г.

206. Сообщение ТАСС. 17 июня 1940 г.

207. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 17 июня 1940 г.

208. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 июня 1940 г.

209. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина в НКИД СССР. 18 июня 1940 г.

210. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Италия А. Россо. 20 июня 1940 г.

211. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 20 июня 1940 г.

212. Беседа начальника отдела внешних сношений наркомата обороны СССР полковника Г. И. Осетрова с военным атташе посольства Германии в СССР генерал-лейтенантом Э. Кестрингом. 21 июня 1940 г.

213. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина. 22 июня 1940 г.

214. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 22 июня 1940 г.

215. Сообщение ТАСС. 23 июня 1940 г.

216. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 23 июня 1940 г.

217. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 23 июня 1940 г.

218. Телеграмма полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищева в НКИД СССР. 23 июня 1940 г.

219. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 23 июня 1940 г.

220. Сообщение ТАСС. 24 июня 1940 г.

221. Обмен письмами в связи с установлением дипломатических отношений между СССР и Королевством Югославия. 24 июня 1940 г.

222. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Иран М. Е. Филимонова в НКИД СССР. 24 июня 1940 г.

223. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 24 июня 1940 г.

224. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Королевства Италия в СССР А. Россо. 25 июня 1940 г.

225. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 25 июня 1940 г.

226. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 26 июня 1940 г.

227. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 26 июня 1940 г.

228. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики СССР Ю. Паасикиви. 27 июня 1940 г.

229. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния СССР Г. Давидеску. 27 июня 1940 г.

230. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Королевстве Италия Н. В. Горелкину. 27 июня 1940 г.

231. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлову. 27 июня 1940 г.

232. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 27 июня 1940 г.

233. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова НКИД СССР. 28 июня 1940 г.

234. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 28 июня 1940 г.

235. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 28 июня 1940 г.

236. Телеграмма наркома иностранных дел В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 28 июня 1940 г.

237. Коммюнике о подписании торгового договора между СССР и Финляндской Республикой. 29 июня 1940 г.

238. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния СССР Г. Давидеску. 29 июня 1940 г.

239. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. июля 1940 г.

240. Беседа Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом в Кремле. 1 июля 1940 г.

241. Прием В. М. Молотовым главы торговой делегации Королевства Дания чрезвычайного посланника и полномочного министра Г. Гасле. 2 июля 1940 г.

242. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Японии в СССР C. Того. 1 июля 1940 г.

243. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики СССР Ю. Паасикиви. 3 июля 1940 г.

244. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 3—4 июля 1940 г.

245. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 4 июля 1940 г.

246. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 4 июля 1940 г.

247. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР Королевстве Италия Н. В. Горелкину. 4 июля 1940 г.

248. Прием В. М. Молотовым вице-министра иностранных дел Королевства Швеция Э. Богемана. 5 июля 1940 г.

249. Беседа генерального секретаря НКИД СССР А. А. Соболева с советником посольства Германии в СССР В. Типпельскирхом. 5 июля 1940 г.

250. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 5 июля 1940 г.

251. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронову. 5 июля 1940 г.

252. Беседы полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с министром иностранных дел Венгрии И. Чаки и Адорьяном. 6—8 июля 1940 г.

253. Из дневника советника полпредства СССР в Германии А. 3. Кобулова. 6 июля 1940 г.

254. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике А. В. Терентьева в НКИД СССР. 6 июля 1940 г.

255. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 8 июля 1940 г.

256. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 9 июля 1940 г.

257. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с посланником Королевства Югославия в СССР М. Гавриловичем. 9 июля 1940 г.

258. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 10 июля 1940 г.

259. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 11 июля 1940 г.

260. Беседа генерального секретаря НКИД в СССР 11 июля 1940 г. 427 A. А. Соболева с советником посольства Германии в СССР В. Типпельскирхом. 11 июля 1940 г.

261. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с послом Турции в Румынии X. Танриовером. 12 июля 1940 г.

262. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского временному поверенному в делах СССР в Турецкой Республике C. А. Виноградову. 12 июля 1940 г.

263. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 12 июля 1940 г.

264. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 13 июля 1940 г.

265. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 13 июля 1940 г.

266. Телеграмма и.о. заведующего 3-им Дальневосточным отделом НКИД СССР Г. П. Латышева полномочному представителю СССР в МНР И. А. Иванову. 13 июля 1940 г.

267. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в Королевстве Иран М. Е. Филимонову. 13 июля 1940 г.

268. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 13 июля 1940 г.

269. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с послом Югославии в Румынии А. Авакумовичем. 16 июля 1940 г.

270. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 июля. 1940 г.

271. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с Председателем Исполнительного юаня Китая маршалом Чан Кайши. 18 июля 1940 г.

272. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкину. 18 июля 1940 г.

273. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с послом Турции в Румынии X. Танриовером. 19 июля 1940 г.

274. Письмо полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 19 июля 1940 г.

275. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с посланником Италии в Румынии П. Гиджи. 22 июля 1940 г.

276. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с заместителем начальника генштаба Китая маршалом Бай Чжунси. 22 июля 1940 г.

277. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова, наркома внешней торговли СССР A. И. Микояна поверенному в делах СССР во Французской Республике Н. Н. Иванову. 22 июля 1940 г.

278. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с поверенным в делах Великобритании в Румынии Р. Хенки... 23 июля 1940 г.

279. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 23 июля 1940 г.

280. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французской Республике Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 23 июля 1940 г.

281. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 23 июля 1940 г.

282. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина. 24 июля 1940 г.

283. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с уполномоченным германского правительства по переселению Вернером Лоренцом. 24 июля 1940 г.

284. Беседа наркома внешней торговли А. И. Микояна с потом Королевства Италия в СССР А. Россо. 27 июля 1940 г.

285. Из телеграммы полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 27 июля 1940 г.

286. В Наркоминделе СССР. 28 июля 1940 г.

287. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с поверенным в делах Великобритании в Румынии Р. Хенки. 29 июля 1940 г.

288. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 29 июля 1940 г.

289. Беседа заведующего 1 Дальневосточным отделом НКИД СССР Г. Ф. Резанова с советником посольства Китайской Республики в СССР Лю Цзэжуном. 31 июля 1940 г.

290. Письмо полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 31 июля 1940 г.

291. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 31 июля 1940 г.

292. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 31 июля 1940 г.

293. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 1 августа 1940 г.

294. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 2 августа 1940 г.

295. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 2 августа 1940 г.

296. Телеграмма поверенного в делах СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищева в НКИД СССР. 2 августа 1940 г.

297. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 3 августа 1940 г.

298. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с люблинским литератором Видмаром. 3 августа 1940 г.

299. Телеграмма полномочного представителя СССР. Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 4 августа 1940 г.

300. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 5 августа 1940 г.

301. Беседа наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Давидеску. 5 августа 1940 г.

302. Закон Союза Советских Социалистических Республик. 6 августа 1940 г.

303. Обмен нотами между наркоматом внешней торговли СССР и посольством США в СССР. 6 августа 1940 г.

304. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с посланником Югославии в Венгрии Светозаром Рашичем. 6 августа 1940 г.

305. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником Болгарии в Югославии Стоилом Стоиловым. 6 августа 1940 г.

306. Беседа Полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником Греции в Югославии Розетта. 6 августа 1940 г.

307. Беседа наркома внешней торговли СССР A. И. Микояна с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 6 августа 1940 г.

308. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А, А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 6 августа 1940 г.

309. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 6 августа 1940 г.

310. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником США в Югославии А. Лайном. 7 августа 1940 г.

311. Беседа наркома иностранных дел СССР, В. М. Молотова с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 7 августа 1940 г.

312. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова "полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 8 августа 1940 г.

313. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 8 августа 1940 г.

314. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с министром иностранных дел Румынии М. Манойлеску. 9 августа 1940 г.

315. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Турецкой Республики в СССР А. Г. Актаем. 9 августа 1940 г.

316. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеции в СССР П. Вильгельмом Г. Ассарссоном. 10 августа 1940 г.

317. Из дневника полномочного представителя СССР 12 августа— в Японии К. А. Сметанина. 10 сентября 1940 г.

318. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова поверенному в делах СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградову. 13 августа 1940 г.

319. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова в НКИД СССР. 14 августа 1940 г.

320. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 14 августа 1940 г.

321. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 14 августа 1940 г.

322. Из дневника полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищева. 15 августа 1940 г.

323. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева -с министром иностранных дел Румынии М. Манойлеску. 15 августа 1940 г.

324. Письмо полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И: Шаронова заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. до 15 августа 1940 г.

325. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского в НКИД СССР. 16 августа 1940 г.

326. Письмо полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова заместителю наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозову. 17 августа 1940 г.

327. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с Генеральным секретарем МИД Румынии Григорчеа. 17 августа 1940 г.

328. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 августа 1940 г.

329. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с министром иностранных дел Румынии М. Манойлеску. 19 августа 1940 г.

330. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева . 19 августа 1940 г.

331. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с вице-министром иностранных дел Королевства Швеция Э. Богеманом. 19 августа 1940 г.

332. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 20 августа 1940 г.

333. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с поверенным в делах Дании в Югославии Миреером. 21 августа 1940 г.

334. Беседа наркома внешней торговли СССР A. И. Микояна с Послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 22 августа 1940 г.

335. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 23 августа 1940 г.

336. Телеграмма наркома иностранных дел СССР, В. М. Молотова полномочному представителю СССР и МНР И. А. Иванову. 23 августа 1940 г.

337. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 24 августа 1940 г.

338. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 24 августа 1940 г.

339. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в, Великобритании И. М. Майскому. 25 августа 1940 г.

340. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева с министром иностранных дел Королевства Румыния М. Манойлеску. 26 августа 1940 г.

341. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с временным поверенным в делах США в СССР У. Тирстоном. 26 августа 1940 г.

342. Телеграмма полномочного представителя СССР в Царстве Болгария А. А. Лавришева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 26 августа 1940 г.

343. Коммюнике. 27 августа 1940 г.

344. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом. 29 августа 1940 г.

345. В Наркоминделе СССР. 30 августа 1940 г.

346. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 30 августа 1940 г.

347. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С. Того. 30 августа 1940 г.

348. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 31 августа 1940 г.

349. Беседа полномочного представителя СССР, в Королевстве Югославия В. А. Плотникова с министром иностранных дел Югославии А. Цинцар-Мирковичем. 2 сентября 1940 г.

350. Беседа наркома внешней торговли СССР А. И. Микояна с завсекгором восточноевропейских стран отдела экономической политики МИД Германии, главой делегации в СССР К. Шнурре. 2 сентября 1940 г.

351. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 2 сентября 1940 г.

352. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 2 сентября 1940 г.

353. Сообщение ТАСС. 3 сентября 1940 г.

354. Договор о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Венгрия. 3 сентября 1940 г.

355. Беседа полномочного представителя СССР в Королевстве Афганистан К. А. Михайлова с посланником Афганистана в Германии А. Н. Ханом. 3 сентября 1940 г.

356. Телеграмма временного поверенного в делах СССР в Королевстве Греция М. Г. Сергеева в НКИД СССР. 3 сентября 1940 г.

357. Телеграмма поверенного в делах СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 4 сентября 1940 г.

358. Телеграмма полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 4 сентября 1940 г.

359. Соглашение между правительством Союза Советских Социалистических Республик и правительством Германии об эвакуации лиц немецкой национальности с территории Бессарабии и Северной Буковины на территорию Германии. 5 сентября 1940 г.

360. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР С.Того. 5 сентября 1940 г.

361. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 6 сентября 1940 г.

362. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского поверенному в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванову. 6 сентября 1940 г.

363. Указ Президиума Верховного Совета СССР. 7 сентября 1940 г.

364. Сообщение ТАСС. 7 сентября 1940 г.

365. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Японии К. А. Сметанину. 7 сентября 1940 г.

366. Беседа полномочного представителя СССР в Германии. А. А. Шкварцева со статс-секретарем МИД Германии Э. Вайцзекером. 9 сентября 1940 г.

367. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР, Ф. Шуленбургом. 9 сентября 1940 г.

368. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником Венгрии в Югославии Бакач-Бессения . 10 сентября 1940 г.

369. Из дневника советника полпредства СССР в Германии А. 3. Кобулова. 10 сентября 1940 г.

370. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Румыния в СССР Г. Гафенку. 10 сентября 1940 г.

371. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Царства Болгария в СССР И. Стаменовым. 10 сентября 1940 г.

372. В Наркоминделе СССР. 11 сентября 1940 г.

373. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 12 сентября 1940 г.

374. В Наркоминделе СССР 13 сентября 1940 г.

375. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 13 сентября 1940 г.

376. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 13 сентября 1940 г.

377. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 13 сентября 1940 г.

378. Сообщение ТАСС. 14 сентября 1940 г.

379. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 14 сентября 1940 г.

380. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 14 сентября 1940 г.

381. Телеграмма представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 14 сентября 1940 г.

382. Телеграмма поверенного в делах СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 14 сентября 1940 г.

383. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 16 сентября 1940 г.

384. Беседа Полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова с заведующим экономическим отделом МИД Венгрии А. Оппаваром 16 сентября 1940 г.

385. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 16 сентября 1940 г.

386. Прием наркомом иностранных дел СССР В. М. Молотовым министра общественных работ Королевства Дания Г. Ларсена. 18 сентября 1940 г.

387. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского полномочному представителю СССР в Царстве Болгария А. А. Лаврищеву. 18 сентября 1940 г.

388. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 18 сентября 1940 г.

389. Беседа полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова с послом Югославии в Турции Ильей Шуменковичем. 19 сентября 1940 г.

390. Телеграмма заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния A. И. Лаврентьеву. 19 сентября 1940 г.

391. Беседа 1-го Советника полпредства СССР в Германии М. Г. Тихомирова с поверенным в делах США в Германии А. Керком. 20 сентября 1940 г.

392. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 20 сентября 1940 г.

393. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 21 сентября 1940 г.

394. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 21 сентября 1940 г.

395. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 21 сентября 1940 г.

396. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 24 сентября 1940 г.

397. Опровержение ТАСС. 25 сентября 1940 г.

398. Из дневника полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова. 25 сентября 1940 г.

399. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 25 сентября 1940 г.

400. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 25 сентября 1940 г.

401. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 25 сентября 1940 г.

402. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с поверенным в делах Германии в СССР В. Типпельскирхом. 26 сентября 1940 г.

403. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 26 сентября 1940 г.

404. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 27 сентября 1940 г.

405. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 27 сентября 1940 г.

406. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в США К. А. Уманскому. 27 сентября 1940 г.

407. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 28 сентября 1940 г.

408. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 28 сентября 1940 г.

409. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьеву. 28 сентября 1940 г.

410. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 30 сентября 1940 г.

411. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 30 сентября 1940 г.

412. Беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом Китайской Республики в СССР Шао Лицзы. 1 октября 1940 г.

413. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 1 октября 1940 г.

414. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Японии в СССР Сигенори Того. 1 октября 1940 г.

415. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 1 октября 1940 г.

416. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 3 октября 1940 г.

417. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с временным поверенным в делах Германии СССР В. Типпельскирхом. 4 октября 1940 г.

418. Коммюнике о подписании Соглашения о железнодорожном сообщении между СССР и Германией. 5 октября 1940 г.

419. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 6 октября 1940 г.

420. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с парламентским заместителем министра иностранных дел Великобритании Р. Батлером. 7 октября 1940 г.

421. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 7 октября 1940 г.

422. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 7 октября 1940 г.

423. Письмо заместителя наркома иностранных дел СССР В. Г. Деканозова полномочному представителю СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникову. 9 октября 1940 г.

424. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Финляндской Республики в СССР Ю. Паасикиви. 9 октября 1940 г.

425. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 9 октября 1940 г.

426. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева в НКИД СССР. 10 октября 1940 г.

427. Телеграмма полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова в НКИД СССР. 10 октября 1940 г.

428. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 10 октября 1940 г.

429. Соглашение СССР и Финляндии об Аландских островах. 11 октября 1940 г.

430. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с посланником Королевства Швеция в СССР П. Ассарссоном. 11 октября 1940 г.

431. Телеграмма поверенного в делах СССР во Французском государстве Н. Н. Иванова в НКИД СССР. 11 октября 1940 г.

432. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Германии А. А. Шкварцеву. 11 октября 1940 г.

433. Телеграмма полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова в НКИД СССР. 12 октября 1940 г.

434. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 12 октября 1940 г.

435. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 12 октября 1940 г.

436. Из дневника полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева. 14 октября 1940 г.

437. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Италия Н. В. Горелкина в НКИД СССР. 15 октября 1940 г.

438. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 15 октября 1940 г.

439. Сообщение ТАСС. 16 октября 1940 г.

440. Сообщение Центральной смешанной пограничной комиссии СССР и Финляндии. 16 октября 1940 г.

441. Послание Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина Главнокомандующему вооруженными силами Китайской Республики, Предсе дателю Исполкома партии Гоминдан Чан Кайши. 16 октября 1940 г.

442. Телеграмма полномочного представителя СССР в Германии А. А. Шкварцева в НКИД СССР. 16 октября 1940 г.

443. Беседа полномочного представителя СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникова с посланником США в Югославии Артуром Блисс Лайном . 17 октября 1940 г.

444. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с Послом Великобритании в СССР Р. Криппсом. 17 октября 1940 г.

445. Беседа наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова с послом Японии в СССР C. Того. 17 октября 1940 г.

446. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 17 октября 1940 г.

447. Беседа полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского с министром иностранных дел Великобритании Э. Галифаксом. 17 октября 1940 г.

448. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Китайской Республики в СССР Шао Лицзы. 17 октября 1940 г.

449. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградову. 17 октября 1940 г.

450. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СССР в Югославском Королевстве В. А. Плотникову. 17 октября 1940 г.

451. Из дневника полномочного представителя СССР в Королевстве Румыния А. И. Лаврентьева. 18 октября 1940 г.

452. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского полномочному представителю СССР в Великобритании И. М. Майскому. 18 октября 1940 г.

453. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР. 18 октября 1940 г.

454. Телеграмма полномочного представителя СССР в США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову, копия: Микояну. 18 октября 1940 г.

455. Сообщение ТАСС. 19 октября 1940 г.

456. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с Послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом. 19 октября 1940 г.

457. Телеграмма полномочного представителя СССР в Великобритании И. М. Майского в НКИД СССР . 19 октября 1940 г.

458. Послание Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина министру иностранных дел Германии И. Риббентропу. 21 октября 1940 г.

459. Беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф.Шуленбургом. 21 октября 1940 г.

460. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Великобритании СССР Р. Криппсом. 22 октября 1940 г.

461. Телеграмма наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова полномочному представителю СCCP в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронову. 22 октября 1940 г.

462. Беседы Атташе полпредства СССР в Югославском Королевстве В. Сахарова с заведующим отделом печати МИД Югославии Стевановичем. 23 и 25 октября 1940 г.

463. Телеграмма полномочного представителя СССР. США К. А. Уманского наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 24 октября 1940 г.

464. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с посланником Югославского Королевства в СССР М. Гавриловичем . 25 октября 1940 г.

465. Коммюнике об организации Единой Дунайской комиссии. 26 октября 1940 г.

466. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом Германии в СССР Ф. Шуленбургом. 26 октября 1940 г.

467. Телеграмма первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского полномочному представителю СССР в Германии A. А. Шкварцеву. 26 октября 1940 г.

468. Телеграмма наркома иностранных дел СССР B. М. Молотова полномочному представителю СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградову. 26 октября 1940 г.

469. Телеграмма полномочного представителя СССР в Королевстве Венгрия Н. И. Шаронова наркому иностранных дел СССР В. М. Молотову. 28 октября 1940 г.

470. Беседа первого заместителя наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинского с послом США в СССР Л. Штейнгардтом. 29 октября 1940 г.

471. Телеграмма полномочного представителя СССР в Турецкой Республике С. А. Виноградова в НКИД СССР. 29 октября 1940 г.

472. Беседа полномочного представителя СССР в Китайской Республике А. С. Панюшкина с заместителем начальника Генштаба Вооруженных сил Китайской Республики маршалом Бай Чжунси. 31 октября 1940 г.

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

XXIII том серийной публикации «Документы внешней политики» охватывает период с 1 января 1940 г. по 22 июня 1941 г. Он включает наиболее значительные документы, отражающие внешнеполитическую деятельность советского государства в условиях уже развернувшейся второй мировой войны и перед нападением нацистской Германии на Советский Союз. В этот острейший период советское руководство, продолжая официально объявленный в сентябре 1939 года курс нейтралитета в европейском конфликте, принимало активные политические, дипломатические, военные, экономические и другие меры, направленные на обеспечение безопасности страны на западных, восточных и южных границах, укрепление ее обороноспособности с учетом все более явственно надвигавшейся военной опасности.

Сборник состоит в основном из не публиковавшихся ранее документов Архива внешней политики Российской Федерации МИД РФ, а также включает ряд важнейших документов из Архива Президента Российской Федерации.

Собранные вместе с некоторыми ранее опубликованными, но с течением времени ставшими малодоступными материалами, документы тома дают возможность объективного и углубленного анализа взаимоотношений СССР как с крупными мировыми державами, так и с малыми странами, способствуют раскрытию исторической правды о начальном периоде второй мировой войны, проливают дополнительный свет на предысторию Великой Отечественной войны.

В сборнике представлены некоторые идеологизированные документы, без которых трудно представить политическую обстановку того времени. Вместе с тем документы откровенно пропагандистского характера, как правило, в сборник не включаются. Не являются предметом данной публикации документы и материалы по международной деятельности ВКП(б).

Правила публикации и оформления документов указаны в предисловии к XXII тому данной серии.

Включенные документы в подавляющем большинстве публикуются полностью. Обязательно оговариваются немногочисленные случаи, когда часть документа опускается как не имеющая отношения к внешней политике. Сохраняются имеющиеся пометки и резолюции. Тексты доку-

5

 


ментов печатаются по современной орфографии. В примечаниях используются документы, по тем или иным причинам не вошедшие в том, а также материалы из иностранных публикаций.

* * *

Настоящий том выходит в двух книгах. Первая включает документы за январь — октябрь 1940 года, вторая — за ноябрь 1940 года — 22 июня 1941 г., а также примечания и весь справочный аппарат.

Сборник подготовили сотрудники Историко-документального департамента МИД России: канд. юр. наук О. Ф. Сакун, В. Н. Баврин, И. М. Субботина, Е. Б. Тогулева.

Помощь при подготовке сборника оказали сотрудники Архива внешней политики Российской Федерации: Е. В. Белевич, Т. С. Бирюлева, Н. М. Баринова, И. В. Фетисов, а также ответственный сотрудник Архива Президента Российской Федерации В. А. Лебедев.

 

 

1. БЕСЕДА ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ, ГЛАВНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ЭКСПЕРТОМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ

В ночь с 31 декабря 1939 г. на 1 января 1940 г.*

Особая папка

Риттер заявляет, что он будет касаться только крупных вопросов. Его интересует поставка железа и железной руды, связанная с большими поставками в Советский Союз оборудования, которое содержит очень много металлов. В начале немецкая сторона просила 4 млн. тонн железной руды и 0,5 миллиона тонн лома. Далее выяснилось, что металла потребуется в связи с большими заказами очень много, во всяком случае больше, чем предусматривалось ранее. Советская сторона заявила нам 3 миллиона тонн железной руды с содержанием 38,42% железа. Это содержание железа не удовлетворит немецкую сторону.

Риттер просит поставить полтора миллиона тонн железной руды с 50% содержанием железа. Кроме того, 200 тыс. тонн чугуна и 200 тыс. тонн лома. Он заявляет, что поставляемые железо и чугун будут возвращены обратно Советскому Союзу готовыми изделиями**.

Тов. Сталин отвечает, что советская сторона не может выполнить требования немцев, т. к. наша металлургия не имеет техники обогащения руды и советская промышленность потребляет сама всю железную руду с высоким содержанием железа. Через год советская сторона, может быть, будет иметь возможность поставить железную руду с большим содержанием железа, но в 1940 году этой возможности не имеется. Немецкая сторона имеет хорошую обогатительную технику железной руды и может потреблять железную руду с содержанием 18% железа. Что касается лома и чугуна, то в отношении количества он ничего не может сказать. Во всяком случае, Советский Союз поможет немецкой стороне, что в его силах.

___________________
* На беседе присутствовали: с советской стороны — Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, наркомы А. И. Микоян и И. Ф. Тевосян, торгпред СССР в Германии Е. И. Бабарин; с немецкой стороны — посол Германии в СССР Ф. В. Шуленбург, посланник К. Ю. Шнурре, советник Г. Хильгер.
** Зачеркнуто в тексте оригинала «в станках».

7

 


Далее тов. Сталин заявляет, что он не думает сделать торговый оборот простым коммерческим оборотом, он думает о помощи. В этом легко убедиться. Советская сторона, продавая хлеб Германии, безусловно оказывает помощь, т. к. этот же хлеб можно было бы продать вне Германии на золото. Он рассчитывает на то, что немцы ответят такой же помощью. Если немецкой стороне тяжело поставить то количество морской артиллерии, которое желает советская сторона, то он готов сократить его. Он согласен заказать 3 башни по 2 15-дюймовых орудия вместо 14 башен. Далее, у немцев имеется 11-дюймовая артиллерия, она стоит на всех карманных линкорах. Советская сторона хочет получить 3 башни по 3 пушки этого калибра. Если немцы согласны помочь Советскому Союзу освоить эту артиллерию, советская сторона больше ничего не требует. Далее он говорит о том, что советская сторона согласна вместо 12 башен заказать 4 башни по 36-дюймовых орудия. Советская сторона также желает купить чертежи на 16-дюймовую пушку. Это считалось бы также помощью Советскому Союзу.

Эти сокращенные требования советской стороны сильно облегчат поставку немцев.

Далее тов. Сталин заявляет, что немцы готовы поставить советской стороне один крейсер, это он считает за помощь.

Тов. Микоян указывает на то, что Германия может поставить также второй крейсер.

Тов. Сталин говорит, что он не хочет настаивать на втором, т. к. Германия находится в состоянии войны.

Далее тов. Сталин говорит о том, что советская сторона желает купить у Германии способ обогащения руды — методы Лурги и Ренн. Ему известно, что эти методы проданы японцам, он считает возможным продажу их Советскому Союзу. Затем он заявляет, что Германия могла бы свободно продать Советскому Союзу два перископа и 3—4 аккумулятора для подводных лодок, которые необходимы Советскому Союзу для улучшения своего производства.

Риттер отвечает, что морская артиллерия никогда не отказывалась, разговор велся только о сроках поставки. После заявления Сталина он будет убеждать свое правительство сделать все возможное. Он не может дать обещания, но лично убежден, что Германское правительство пойдет навстречу.

Тов. Сталин говорит о том, что советская сторона хотела бы получить морскую артиллерию в 1940 году.

Риттер заявляет, что на изготовление башен пойдет 3 года.

Тов. Сталин говорит, что 3 года потребуется вместе с проектированием, но поскольку Германия уже имеет готовые проекты и высокую технику, то он считает достаточным 1,5 года. Конструировать немецкой стороне придется только 16-дюймовую пушку, но мы просим лишь ее проекты, а не в изготовленном виде. 3 года советскую сторону никак не устраивают, так как через это время Советский Союз, по-видимому, будет строить сам.

Риттер говорит, что один крейсер «Лютцев» будет поставлен безусловно. Второй крейсер «Зейдлиц» может быть поставлен при условии оплаты его медью, никелем, оловом, золотом.

Далее он останавливается на станках. Немецкая сторона, говорит он, изъявила согласие поставить на 200 млн. марок предметов вооружения. Что же касается снарядных станков, то сейчас Германия не может их поставить, т. к. сама в них нуждается.

8

 


Шнурре добавляет, что, тем не менее, из 54 млн. марок немецкая сторона согласилась поставить станков на 7 млн. марок.

Тов. Тевосян отвечает, что в этих 7 млн. марок нет станков фирмы «Хассе Вреде».

Шнурре говорит, что эта фирма не может изготовлять заказы для Советского Союза, т. к. выполняет военную программу.

Тов. Тевосян говорит, что советская сторона согласна изготовлять орудийные станки по чертежам фирмы «Хассе Вреде» на других фирмах.

Шнурре просит учесть военную обстановку в Германии.

Тов. Сталин говорит, что несколько станков при такой богатой промышленности ничего не стоит поставить.

Риттер обещает еще раз поставить этот вопрос в Берлине. В отношении авиации Риттер признается в завышенных оценках стоимости ее, но указывает, что в оценку вошли также лицензии.

Тов. Сталин говорит, что, возможно, советская сторона будет копировать самолеты, но, прежде чем копировать, нужно посмотреть, что они из себя представляют, и за те, которые будут копироваться, советская сторона готова оплатить лицензии.

Далее Риттер заявляет, что немецкая сторона согласна продать методы обогащения руды способом Лурги и Ренн. Что касается перископов, то они находятся все на учете в связи с войной.

Тов. Микоян указывает, что Цейсс имеет большие возможности для поставки перископов.

Тов. Сталин говорит, что несколько перископов можно всегда поставить, не нанося ущерба своим военным силам.

Риттер обещает поставить этот вопрос еще раз в Берлине.

Далее Риттер обещает удовлетворить желание советской стороны в закупке аккумуляторов. Затем он еще раз настаивает на поставке железной руды с содержанием 50% железа. Он говорит, что не просит твердого обещания, но хочет знать, может ли немецкая сторона рассчитывать на поставку руды с большим содержанием железа в 1941 году.

Тов. Сталин отвечает на это утвердительно.

Далее тов. Сталин заявляет, что советская сторона готова поставить хромистую руду в количестве 100 тыс. тонн в 1940 году. В следующем году советская сторона может поставить в больших количествах, но сейчас это сделать невозможно.

Риттер благодарит за это и ставит вопрос об организации складов для цветных металлов в Германии на изготовление советских заказов.

Тов. Сталин возражает против организации таких складов в чужом государстве по двум причинам: во-первых, создание складов потребует какого-то контроля за использованием этих металлов со стороны фирм, он же не хочет влезать в дела фирм; во-вторых, создание складов на территории Германии будет известно воюющим странам, в том числе и Англии, которая может препятствовать Советскому Союзу закупать эти металлы в третьих странах для Германии.

Риттер настаивает на организации этих складов для обеспечения быстрого выполнения советских заказов.

Тов. Сталин возражает против этого и говорит, что мы можем уже сейчас немного продать из своих запасов цветных металлов, а дальше будем закупать в третьих странах. Уже в этом году мы можем поставить 1,5 тыс. тонн никеля.

Далее тов. Сталин говорит, что Советский Союз и Германия должны

9

 


реализовать содержание письма Молотова к Риббентропу*. В этом письме цифр не имеется, теперь их следует уточнить и занести в договор. В этом договоре должны фигурировать количество, сроки поставки. Сумма советских и германских поставок должна балансироваться. В договоре можно указать, что Советский Союз покупает для Германии цветные металлы в третьих странах, также можно указать, что Советский Союз может продать немного меди, никеля, несколько сот [тонн] олова немедленно. Озаглавить договор можно так: «Торговый Договор на 1940 год».

Далее тов. Сталин говорит, что Советский Союз располагает большими запасами железной руды на Кольском полуострове, но для развития добычи не хватает экскаваторов, бурильных машин и др [угого] оборудования. Если немецкая сторона даст эту технику, то можно добывать железную руду в больших количествах. То же касается добычи меди и никеля в СССР. В Актюбинске имеются залежи хромовой руды.

Риттер отвечает, что немецкая сторона охотно примет предложения советской стороны о технической помощи в поставке экскаваторов, бурильных машин, и он видит возможность произвести уплату за это оборудование цветными металлами, которые будут добываться. Он хотел бы после заключения договора приступить к практическому осуществлению этой идеи.

Далее Риттер возражает против сбалансирования советских и германских поставок ежеквартально, что предусматривается в советском проекте договора. Он говорит, что германские поставки должны производиться в продолжительное время.

Тов. Сталин говорит, что Советская сторона не обязалась давать Германии кредита. Факт же немедленной поставки сырья Германии и продолжительное время для поставки оборудования в СССР из Германии означает на деле кредит. Он говорит, что наше соглашение не должно быть кредитным соглашением. Поэтому советская сторона сегодня сократила поставки, чтобы они могли закончиться со стороны Германии в течение года.

Риттер говорит о том, что он не хотел предложить ничего нового. Он ссылается только на письма между Молотовым и Риббентропом. Что касается сокращения заказов со стороны Советского Союза из Германии, то оно произошло ввиду того, что стоимость советских заказов и германских поставок была не эквивалентна.

Тов. Сталин говорит, что это не так. Советский Союз мог бы разницу между советскими и германскими заказами оплатить золотом. Поэтому он настаивает: сколько Германия даст, столько и получит.

Шуленбург высказывает опасение, что при такой постановке вопроса может приостановиться поставка зерна и нефти.

Тов. Сталин заявляет, что иначе сделать нельзя. Здесь в первую очередь играет [роль] товарообмен, и не может быть такого положения, чтобы Советский Союз поставил на 500 млн. марок, а Германия — на 400 млн. марок.

Риттер соглашается выравнивать баланс не ежеквартально, а к концу года, т. к. германские поставки будут сосредоточены или в конце или в первом квартале следующего года.

Тов. Сталин заявляет, что баланс должен всегда осуществляться и выравниваться минимум через полгода.

___________________
* См. Документы внешней политики. 1939 год.— М., 1992.— Т. XXII.— Кн. 2.— Док. 645 (далее Документы...).

10

 


После ухода немецкой делегации тов. Сталин высказал мысль, что в связи с продолжительностью немецких поставок договор лучше заключить на полтора года.

Записал Бавария.

Архив Президента Российской Федерации (далее Архив Президента РФ), ф. 45, on. 1, д. 198, л. 1—8.

 

 

2. СОБОЛЕЗНОВАНИЕ СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА ТУРЕЦКОМУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ

1 января 1940 г.

Сегодня (1 января) Полпред СССР в Турции тов. Терентьев посетил министра иностранных дел Сараджоглу и выразил Турецкому правительству от имени Советского правительства соболезнование в связи с катастрофой, постигшей восточные районы Турции[1].

Известия. — 1940.3 января

 

 

3. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

3 января 1940 г. Немедленно

Политический директор МИД Бути, которого видел сегодня, выражал частным образом сожаление по поводу недальновидности Италии в советском вопросе. Бути в общем не отрицал, что усиленная антибольшевистская агитация и подчеркивание расхождений с Берлином по советскому вопросу используются Римом как прикрытие более глубоких антигерманских и профранко-английских маневров. Бути считает, что в этой последней части Италия проявляет опасную поспешность. Никаких шансов на мир в Европе, несмотря на все усилия Рима и Ватикана, сейчас нет. Итало-германские отношения ухудшаются. Париж же и Лондон также должного доверия к Риму не проявляют. В советском вопросе Италия зашла дальше Англии и Франции, что может быть ей только невыгодно и вредно. В этой связи Бути упомянул о каком-то заявлении Россо, мотивирующем его отъезд из Москвы. Я, естественно, о содержании этого заявления Бути не расспрашивал и не показал вида, что впервые о нем слышу. Прошу Вас информировать меня о демарше Россо[2].

Из всех итальянских газет только «Мессажеро» сообщает об отъезде Россо, редактируя заметку весьма двусмысленно, в духе не временного, а окончательного отъезда.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1. п. 329, д. 2266, л. 5—6.

11

 


 

 

4. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ЦАРСТВЕ БОЛГАРИЯ А. И. ЛАВРЕНТЬЕВА ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВУ

3 января 1940 г.

Некоторые страны наряду с дипломатическими акциями пытаются укрепить свое влияние в Болгарии через заключение культурных конвенций.

Культурные конвенции заключены Болгарией с Францией, Италией и предполагается заключение аналогичной конвенции с Германией. Кроме того, в Софии недавно учрежден английский институт культуры. Во время первой встречи с Кьосеивановым последний высказался о возможности заключения культурной конвенции между Болгарией и СССР. В одну из последних встреч я попросил Кьосеиванова детализировать его высказывания по этому поводу. Тогда он предложил мне связаться с министром просвещения Филовым, что я и сделал. При встрече Филов дал понять, что болгарское правительство в принципе не возражает против заключения культурной конвенции между СССР и Болгарией, но уже предупредительно заметил, что нецелесообразно в конвенцию включать пункт о создании русских школ в Болгарии, как это предусмотрено другими конвенциями в отношении французских и итальянских школ.

Замечу от себя, что личные наблюдения за внутренней жизнью Болгарии свидетельствуют о громадных симпатиях болгарского народа к Советскому Союзу, к советской культуре*. Эти симпатии проявляются в самых разнообразных формах:

а) В Болгарии ежедневно расходится 9—10 тыс. экземпляров советской газеты «Известия».

б) 26 советских фильмов демонстрируются сейчас в кинотеатрах разных городов Болгарии. Советские фильмы — самые популярные фильмы в стране. Публика встречает их восторженно. Каждый фильм бывает на экране в одном театре 2—3 недели, а некоторые и больше, например, «Парад молодости» демонстрировался в Софии 7 недель.

в) Советская оперетта «Свадьба в Малиновке», освещающая эпизод из гражданской войны в нашей стране, пользуется громадным успехом, несмотря на то, что она поставлена софийским театром хуже, чем московскими, как по музыкальному, так и художественному исполнению.

Заключение культурной конвенции сыграет большую роль в деле дальнейшего роста симпатий болгарского народа к Советскому Союзу, в деле усиления нашего влияния в Болгарии и противопоставления его влиянию других стран. Поэтому заключение культурной конвенции между СССР и Болгарией является весьма целесообразным, а настоящий момент самым подходящим и выгодным для этого дела.

В конвенции можно было бы предусмотреть следующие формы культурной связи:

1) В области науки:

а) Установление связи между советской и болгарской Академиями наук. Установление связи между советскими университетами и Софий-

___________________
* См. также Документы внешней политики. 1939 год.— Т. XXII.— Кн. 2.—

Док. 904.

12

 


ским университетом. Обмен научными трудами. Взаимные визиты ученых. Эпизодический обмен лекциями советских и болгарских ученых.

б) Можно предусмотреть, если согласятся болгары, в известных пределах подготовку болгарских инженерно-технических кадров в СССР. До сих пор в самой Болгарии не готовились технические кадры, а болгарские инженеры получали образование за границей, главным образом в Германии. Сейчас есть решение создать технический факультет при Софийском университете. Надо полагать, что на кафедры этого факультета будут приглашены иностранцы, вероятнее всего немцы. При заключении культурной конвенции можно было бы сделать попытку предложить наших преподавателей для чтения специальных курсов на техническом факультете.

2. В области кинематографии и искусства:

а) Распространение советских кинофильмов в Болгарии. В этом направлении имеются большие возможности, т. к. в Болгарии нет своей кинопромышленности.

б) Постановка советских пьес, опер и оперетт в болгарских театрах.

в) Обмен гастрольными выступлениями московских и софийских театров.

г) Специальные радиопередачи.

д) Обмен художественными и фотовыставками.

3. В области литературы и языка:

а) Регулярный обмен литературой и периодическими изданиями.

б) Перевод отдельных произведений художественной литературы с русского языка на болгарский и с болгарского на русский.

в) Организация курсов русского языка в Болгарии. Подготовительная работа к открытию таких курсов ведется сейчас советско-болгарским содружеством в Софии.

4. В области спорта:

Спортивные соревнования, состязания.

Все это, разумеется, лишь наметки, не исчерпывающие многообразия форм культурной связи, которые могут быть конкретизированы при составлении культурной конвенции.

Прошу незамедлительно сообщить Ваши указания как о принципиальных возможностях заключения культурной конвенции, так и о ее содержании и о порядке переговоров.

Прилагаю болгаро-итальянскую и болгаро-французскую культурные конвенции.

Полпред СССР в Болгарии А. Лаврентьев

АВП РФ, ф. 074, on. 25, п. 109, д. 22, л. 1—4.

 

 

5. ПРИЕМ В. М. МОЛОТОВЫМ ГЛАВЫ ТОРГОВОЙ ДЕЛЕГАЦИИ ЦАРСТВА БОЛГАРИЯ Д. БОЖИЛОВА

4 января 1940 г.

Вчера, 4 января, Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и Нарком иностранных дел тов. В. М. Молотов принял главу болгарской торговой делегации министра финансов Болгарии г-на Божилова[3].

13

 


На приеме присутствовали болгарский посланник в Москве г. Антонов и заместитель Наркома иностранных дел тов. В. Г. Деканозов.

Известия. — 1940.—5 января.

 

 

6. ДОГОВОР О ТОРГОВЛЕ И МОРЕПЛАВАНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И БОЛГАРИЕЙ

[5 января 1940 г.]

Союз Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Болгария, с другой стороны, одушевленные желанием укрепить дружественные отношения и содействовать развитию экономических отношений между обеими странами и их народами, решили заключить настоящий Договор о торговле и мореплавании[4] и назначили для этой цели своими Уполномоченными —

Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик:

Анастаса Ивановича Микояна, Народного Комиссара Внешней Торговли Союза ССР;

Его Величество Борис III, Царь болгар:

Господина Добри Божилова, Министра Финансов Болгарии,

которые после обмена своими полномочиями, найдя их в должной форме и в надлежащем порядке, согласились о следующих постановлениях.

Статья I

Произведения почвы и промышленности одной из Договаривающихся Сторон, при ввозе их на территорию другой Договаривающейся Стороны, не будут облагаться пошлинами или сборами, а также налогами, включая все дополнительные сборы и надбавки, иными или более высокими, чем те, которые взимаются или будут взиматься с произведений почвы и промышленности какого бы то ни было третьего государства.

Промышленные изделия, изготовленные на территории одной из Договаривающихся Сторон путем обработки материалов иностранного происхождения, в том числе и зарегистрированных в порядке временного допуска, будут равным образом считаться промышленными изделиями этой Договаривающейся Стороны. При этом, однако, условлено, что промышленные изделия, изготовленные путем обработки материалов иностранного происхождения, будут считаться промышленными изделиями Договаривающихся Сторон лишь в том случае, если в результате обработки или улучшения они существенно изменятся или значительно изменится их ценность. Починка, переупаковка, простая очистка и т. п. не будут считаться такой обработкой или улучшением.

При вывозе произведений почвы и промышленности из территории одной из Договаривающихся Сторон на территорию другой Договаривающейся Стороны не будут взиматься пошлины или сборы, иные или более высокие, чем те, которые взимаются или будут взиматься при вывозе тех же предметов в наиболее благоприятствуемое в этом отношении государство.

Что касается таможенных правил и их применения, исследования

14

 


и анализа ввозимых товаров, условий уплаты сборов и пошлин, а также пользования таможенными и другими складами общего пользования, каждая из Договаривающихся Сторон обязуется не подвергать ввоз и вывоз другой Договаривающейся Стороны менее благоприятному режиму, чем применяемый ею к любому третьему государству.

Обе Договаривающиеся Стороны оставляют за собой право требовать представления свидетельств о происхождении ввозимых на их территорию товаров; Договаривающиеся Стороны будут уведомлять друг друга о том, какие учреждения имеют право выдавать такие свидетельства о происхождении. Эти свидетельства освобождаются от консульской визы.

Статья II

Произведения почвы и промышленности одной из Договаривающихся Сторон, после провоза их транспортом через территорию одного или несколькихтретьих государств, не будут при ввозе на территорию другой Договаривающейся Стороны облагаться пошлинами или сборами более высокими, чем те, которыми они были обложены, если бы ввозились непосредственно из страны своего происхождения. Эти постановления применяются как в отношении товаров, перевозимых прямо, так и после перегрузки, переупаковки или помещения на складах.

Статья III

Обе Договаривающиеся Стороны сохраняют за собой право — по соображениям государственной безопасности, общественного порядка, здравоохранения, защиты животных и растений, обеспечения сохранности предметов искусства, археологических и исторических ценностей — устанавливать в любой момент запрещения или ограничения в отношении ввоза и вывоза, если такие запрещения или ограничения будут одинаково применяться при подобных обстоятельствах к любому третьему государству.

Статья IV

Внутренние сборы, которыми на территории одной из Договаривающихся Сторон облагаются или будут облагаться производство, обработка, обращение или потребление какого-либо товара, независимо от того, от чьего бы имени и в чей бы счет такие сборы ни взимались, не будут ни при каких обстоятельствах применяться к товарам другой Договаривающейся Стороны в больших размерах или более обременительным способом, чем к товарам наиболее благоприятствуемого государства.

Статья V

Суда каждой из Договаривающихся Сторон и их грузы, независимо от происхождения, будут пользоваться в портах другой Стороны при входе, выходе иво время пребывания в них режимом наибольшего благоприятствования как в отношении пошлин и сборов всякого рода (каковы бы ни были их наименование и характер), взимаемых от имени и в пользу государства, муниципалитетов, корпораций, публичных властей, должностных лиц, концессионеров или различных учрежде-

15

 


ний, так и в отношении причаливания судов, предоставления им мест погрузки и разгрузки в портах, рейдах, заливах, устьях рек, бассейнах, а равно всех формальностей и распоряжений — административных, таможенных и других, которым должны будут подчиняться суда и их экипажи.

Сборы, не относящиеся к мореплаванию, не могут взиматься с судов другой Договаривающейся Стороны, даже если такими сборами облагаются собственные суда в стране взимания сборов, поскольку о взимании их не будет достигнуто соглашение между обеими Договаривающимися Сторонами.

Статья VI

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон, а также Торговое Представительство Союза ССР в Болгарии (ст. XIX) будут иметь право, на тех же условиях и уплачивая те же сборы, как граждане и юридические лица наиболее благоприятствуемого государства, пользоваться морскими каналами, шлюзами, паромами, мостами и подвижными мостами, устройствами, местами погрузки и разгрузки, сигналами и огнями, служащими для обозначения судоходных вод, лоцманскими услугами, подъемными кранами, складами и хранилищами, верфями, доками и ремонтными мастерскими, поскольку эти места, устройства, установки или предприятия предназначены для общего пользования. При этом условлено, что за исключением маячного и лоцманского сборов не будет взиматься никаких сборов, если указанные места, устройства, установки или предприятия в действительности не были использованы.

Статья VII

Суда каждой из Договаривающихся Сторон могут переходить из одного порта другой Стороны в другой или в другие порты той же Стороны либо для разгрузки всего или части своего груза, привезенного из-за границы, либо для комплектования и пополнения своего груза, предназначенного за границу.

Болгарские суда могут грузить или дополнять свой груз в одном из портов Союза ССР при направлении в какой-либо другой порт Союза ССР, расположенный на другом море.

Суда Союза ССР, заходящие в какой-либо болгарский порт, и, равным образом, болгарские суда, заходящие в какой-либо порт Союза ССР только для погрузки и выгрузки части их груза, будут вправе, с соблюдением законов и постановлений другой Договаривающейся Стороны, оставлять на судне ту часть груза, которая предназначена для другого порта того же или иного государства, и вывозить эту часть груза обратно, не платя за нее никаких таможенных пошлин и сборов, кроме сборов по надзору, и притом в размере не свыше установленного для судов Стороны, взимающей сбор.

С разрешения и под надзором надлежащих властей прямые перегрузки грузов с одного судна на другое могут производиться без какого-либо промежуточного складирования на судне или на берегу и без уплаты каких-либо сборов или пошлин, кроме сборов по надзору в размере не свыше установленного для судов Стороны, взимающей сбор.

16

 


Статья VIII

От уплаты морских пошлин и сборов в портах Договаривающихся Сторон освобождаются:

1)   суда, которые, переходя из какого-либо порта одной из Сторон в другой или другие порты той же Стороны, удостоверят, что упомянутые пошлины и сборы уже уплачены ими в полной мере в первом порту той же Стороны, причем должны быть соблюдены законы и постановления относительно сроков действия уплат и других условий освобождения от новых уплат;

2) суда, которые вошли в порт с грузом добровольно или вынужденно и вышли из порта, не произведя никаких коммерческих операций.

Эти льготы не относятся к маячным сборам, к лоцманским услугам, к буксировке, карантину и к другим сборам, взимаемым за все судно при его обслуживании, а также к сборам за пользование установленными в интересах движения устройствами, взимаемым также с местных судов и с судов наиболее благоприятствуемого государства.

В случаях вынужденного захода в порт для ремонта судна разгрузка и последующая погрузка грузов на то же или на другое судно, если первое не может плавать, закупка необходимого провианта для экипажа, топлива и смазочных материалов для судна и продажа испорченных товаров с разрешения таможенных властей не будут считаться коммерческими операциями.

Статья IX

Болгарские государственные учреждения и предприятия, юридические лица и граждане Болгарии будут иметь право помещать в портах Союза. ССР на Черном и Азовском морях, равно как и в портах, имеющих доступ к указанным морям, в таможенные склады, а также в таможенные открытые и закрытые помещения товары болгарского происхождения.

Равным образом государственные учреждения и предприятия Союза ССР, Торговое Представительство Союза ССР в Болгарии, юридические лица и граждане Союза ССР будут иметь право помещать в портах Болгарии, равно как и в портах, имеющих доступ к морю, в таможенные склады, а также в таможенные открытые и закрытые помещения товары происхождения из Союза ССР.

Такие товары могут оставаться в указанных складах или помещениях в течение 6 месяцев, считая со дня их складирования, без уплаты каких бы то ни было таможенных пошлин, сборов или других налогов. В течение указанного периода товары, которые не будут проданы с соблюдением в Союзе ССР законов и постановлений о монополии внешней торговли и других соответствующих законов, а в Болгарии — болгарских законов и постановлений, могут быть снова вывезены без оплаты таможенными пошлинами, сборами или другими налогами. По истечении 6-месячного срока товары, которые находились бы в указанных складах или помещениях, должны быть вновь вывезены с соблюдением упомянутых выше условий.

Освобождение от таможенных пошлин и сборов или других налогов, предусмотренное в настоящей статье, не распространяется на сборы по хранению товаров, на страховые премии, на погрузочные и перевалочные сборы, а также на оплату услуг.

Под указанными в первых двух абзацах настоящей статьи порта-

17

 


ми, имеющими доступ к морю, понимаются порты, которые, будучи расположены на реке, посещаются морскими торговыми судами.

Статья Х

Правительство Союза ССР соглашается не считать нарушением постановлений о государственной монополии внешней торговли и, следовательно, будет облегчать доставку и погрузку в портах Союза ССР на болгарские суда провианта, предназначенного для их экипажа, а равно топливных и смазочных материалов, предназначенных для надобностей судов.

Болгарское Правительство, со своей стороны, обязуется разрешать вывоз, облегчать доставку и погрузку в болгарских портах на суда Союза ССР провианта, предназначенного для их экипажа, а равно топливных и смазочных материалов, предназначенных для надобностей судов.

Номенклатура провианта, топливных и смазочных материалов, упомянутых выше, а также количественные нормы предусматриваются в списках, подлежащих согласованию между Правительствами Договаривающихся Сторон.

Статья XI

Национальность судов будет взаимно признаваться, согласно законам и постановлениям каждой из Договаривающихся Сторон, на основании документов и патентов, находящихся на судне и выданных надлежащими властями соответствующей Стороны.

Мерительные свидетельства, выданные или признаваемые одной из Договаривающихся Сторон, будут признаваться и другой Стороной, и соответствующие суда не будут подвергаться в ее портах новому измерению тоннажа и не будут обязаны уплачивать какие бы то ни было сборы за измерение.

Суда, плавающие под флагом одной из Договаривающихся Сторон, не вправе изменять в портах другой Стороны свою национальность, если только продавец не получит предварительного разрешения на перемену флага, выданного властями Стороны, под флагом которой судно плавает.

Статья XII

В случае если бы судно, плавающее под флагом одной из Договаривающихся Сторон, село на мель или потерпело крушение у берегов другой Стороны, судно и его груз будут пользоваться теми же преимуществами и льготами, какие предоставляются другой Стороной при тех же обстоятельствах собственным судам и их грузам. При этом судну, его экипажу и грузу будет оказываться необходимая помощь и содействие.

За спасенные товары не будет уплачиваться никаких таможенных пошлин, сборов и налогов, если эти товары не предназначены для внутреннего употребления и не будут реализованы в стране, у берегов которой судно село на мель или потерпело крушение.

Статья XIII

Постановления настоящего Договора не распространяются на судо-

18

 


ходство по внутренним водным путям каждой из Договаривающихся Сторон.

При плавании по Дунаю суда Союза ССР и их грузы будут во всяком случае пользоваться в портах Болгарии правами, предусмотренными в отношении судов Союза ССР и их грузов постановлениями настоящего Договора.

Статья XIV

При наличии между учреждениями, предприятиями и гражданами обеих Договаривающихся Сторон споров, касающихся права собственности на судно или права на пользование им, независимо от времени возникновения споров — до или после заключения настоящего Договора, такие споры не могут служить поводами для репрессалий по отношению к судам Договаривающихся Сторон и к их грузам.

Статья XV

Договаривающиеся Стороны согласны применять режим наиболее благоприятствуемого государства в отношении транспорта лиц, багажа и грузов другой Стороны по железнодорожным, грунтовым и внутренним водным путям. При этом граждане каждой из Договаривающихся Сторон будут пользоваться теми же правами и льготами, которыми пользуются граждане другой Стороны, и граждане наиболее благоприятствуемого государства.

Статья XVI

Союз Советских Социалистических Республик предоставляет свободный транзит через территорию Союза ССР для грузов, следующих из Болгарии по железным дорогам через Снятии в Германию, в Балтийские и Скандинавские государства и обратно.

Болгария предоставляет Союзу Советских Социалистических Республик свободный транзит по железным дорогам Болгарии для грузов, следующих через территорию Болгарии из Союза ССР в третьи страны или из третьих стран в Союз ССР.

Грузы, следующие транзитом из территории одной из Договаривающихся Сторон через территорию другой, будут освобождаться на территории последней от каких-либо транзитных сборов независимо от того, перевозятся ли они прямым транзитом или во время транзита разгружаются, складируются и вновь грузятся.

Свободный транзит предоставляется пассажирам и их багажу при условии выполнения правил и распоряжений, действующих на территории страны, через которую транзит осуществляется.

Статья XVII

Договаривающиеся Стороны соглашаются:

а) устанавливать тарифы на перевозки пассажиров, багажа и грузов, отправляемых из территории одной Стороны на территорию другой или

следующих транзитом через территорию соответствующей Стороны, таким образом, чтобы перевозки совершались по установленным и опубликованным тарифам, применяемым к соответствующим перевозкам по тем же путям и в тех же направлениях; при этом к указанным перевоз-

19

 


кам должны применять специальные, исключительные и транзитные тарифы, действующие в стране, на территории которой или через территорию которой перевозки совершаются; во всяком случае перевозки должны производиться по наиболее низким тарифам, применяемым на том же пробеге и в том же направлении; изложенное выше в настоящем пункте не относится к льготам, которые предоставляются в благотворительных и культурных целях, а также и к льготам, предоставляемым железнодорожной администрации и служащим;

б) производить все перевозки, сопровождая их перевозочными документами установленной формы для грузов, пассажиров и багажа;

в) установить путем соглашения прямые тарифы для перевозок грузов, пассажиров и багажа между обеими странами.

Статья XVIII

Обе Договаривающиеся Стороны согласны дополнительно урегулировать путем взаимного соглашения подробности по вопросам, вытекающим из постановлений настоящего Договора в отношении торгового мореплавания, транспорта и транзита.

Статья XIX

Ввиду того, что по законам Союза Советских Социалистических Республик монополия внешней торговли принадлежит государству, составляя одну из неотъемлемых основ социалистического строя, закрепленного Конституцией Союза ССР, Союз Советских Социалистических Республик будет иметь в составе своей Миссии (Полномочного Представительства) в Болгарии Торговое Представительство, правовое положение которого определяется постановлениями, прилагаемыми к настоящему Договору; это приложение составляет неотъемлемую часть последнего.

Статья XX

Юридические лица, имеющие местом своего пребывания территорию одной из Договаривающихся Сторон и существующие согласно законам этой Стороны, будут рассматриваться как законно, существующие также и на территории другой Договаривающейся Стороны.

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон будут иметь право выступать в судах другой Стороны в качестве истцов или ответчиков, пользуясь услугами адвокатов и других представителей в соответствии с законами этой Стороны, и будут иметь свободный доступ в ее суды и учреждения для защиты своих интересов.

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон будут, во всяком случае, пользоваться на территории другой Стороны всеми правами и льготами, какие предоставлены или будут предоставлены гражданам и юридическим лицам любого третьего государства.

Статья XXI

Обе Договаривающиеся Стороны согласны принимать на своих верфях заказы на постройку судов для граждан, юридических лиц и государственных учреждений другой Стороны.

20

 


Относительно стоимости постройки судов и относительно других условий между заинтересованными учреждениями, организациями и лицами будут заключаться в каждом отдельном случае соответствующие договоры.

Статья XXII

В целях улучшения и повышения земледельческих культур (культурные растения) обеих Договаривающихся Сторон Союз Советских Социалистических Республик получает от Болгарии и Болгария получает от Союза ССР образцы исходного материала (семена, черенки, корневища, клубни и др.) для селекции, а также и селекционные сорта для размножения с целью введения их в земледелие обеих стран.

При торговле и обмене семенами, растениями и частями растений (черенки, луковицы, корневища, клубни, цветы и др.), равно как и при их перевозке через территории Договаривающихся Сторон, включая и перевозки транзитом, должны соблюдаться соответственные законы, постановления и распоряжения.

Статья XXIII

До заключения специальной ветеринарной конвенции каждая из Договаривающихся Сторон будет применять в отношении ввоза, вывоза и провоза животных и продуктов животноводства, происходящих из территории другой Стороны, соответственные свои законы, постановления и распоряжения.

Статья XXIV

Каждая из Договаривающихся Сторон обязуется применять в отношении ввоза, вывоза и провоза семян растений и частей растений, равно как и в отношении животных и продуктов животноводства, все льготы и преимущества, которые предоставлены или будут предоставлены наиболее благоприятствуемому государству.

Статья XXV

В отношении почтовой, телеграфной и телефонной связи между обеими Договаривающимися Сторонами будут применяться действующие договоры и соглашения и исполнительные регламенты Всемирного Почтового Союза и Международного Союза Электросвязи, поскольку обе Договаривающиеся Стороны в них участвуют и поскольку эти отношения не будут урегулированы особыми соглашениями между соответственными управлениями обеих Договаривающихся Сторон или не будут противоречить законам и распоряжениям соответствующей Стороны.

Статья XXVI

Постановления настоящего Договора не распространяются:

а) на права и преимущества, которые предоставлены или будут предоставлены каждой из Договаривающихся Сторон для облегчения пограничных сношений с соседними государствами в полосе, не превышающей 15 километров с каждой стороны границы;

б) на права и преимущества, вытекающие из таможенного союза;

21

 


в) на льготы, которые Союз ССР предоставил или предоставит в будущем Латвии, Литве и Эстонии или континентальным азиатским государствам, территории которых граничат с территорией Союза ССР;

г) на применение специальных законов и постановлений о поощрении судостроения и о сохранении, обновлении и развитии национального торгового флота;

д) на льготы и привилегии, предоставляемые водному спорту;

е) на выполнение портовых служб, включая лоцманскую проводку, буксировку, спасание и оказание помощи на морях и водах и на занятие рыболовным и зверобойным промыслом, а также на рыболовство и зверобойный промысел в территориальных водах;

ж) на каботажное судоходство;

з) на льготы, которые предоставлены или будут предоставлены в отношении занятия рыболовным и зверобойным промыслами, а также в отношении продажи продуктов этих промыслов в портах обеих Договаривающихся Сторон.

Статья XXVII

Договаривающиеся Стороны обязуются давать исполнение арбитражным решениям по спорам, возникающим из заключаемых их гражданами, организациями или учреждениями торговых сделок, если разрешение спора соответствующим арбитражем — специально для этой цели образованным или постоянно действующим — было предусмотрено в самой сделке или же в отдельном соглашении, облеченном в требуемую для самой сделки форму.

В исполнении арбитражного решения, вынесенного в соответствии с изложенным выше в настоящей статье, может быть отказано лишь в следующих случаях:

а) если арбитражное решение на основании законов той страны, в которой оно вынесено, не приобрело значения вступившего в силу окончательного решения;

б) если арбитражное решение обязывает Стороны к такому действию, которое недопустимо по законам страны, в которой испрашивается исполнение решения;

в) если арбитражное решение противоречит основным началам социально-политического строя страны, в которой испрашивается исполнение решения.

Постановления об исполнении, равно как и само исполнение арбитражных решений, будут иметь место в соответствии с законодательством Договаривающейся Стороны, дающей исполнение решения.

Статья XXVIII

Настоящий Договор заключается сроком на три года. Он вступит в силу в день обмена актами о ратификации. Обмен актами о ратификации будет произведен в возможно короткий срок в городе Софии*. Обе Договаривающиеся Стороны, однако, согласны ввести Договор временно в действие не позднее чем через месяц по его подписании,

___________________
* Ратифицирован Президиумом Верховного Совета СССР 3 февраля 1940 г. Обмен ратификационными грамотами произведен в г. Софии 13 февраля 1940 г.

22

 


причем, если обмен актами о ратификации не последует ранее, то предусмотренный выше трехлетний срок будет исчисляться со дня временного введения Договора в действие.

Договор может быть денонсирован каждою из Сторон в любое время с предупреждением за три месяца.

В случае, если не позднее трех месяцев до истечения срока действия Договора он не будет денонсирован, он останется в силе до тех пор, пока одна из Договаривающихся Сторон не денонсирует его с трехмесячным предупреждением.

В удостоверение чего поименованные выше Уполномоченные подписали настоящий Договор и приложили к нему свои печати.

Совершено в Москве в двух экземплярах, каждый на русском и болгарском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

5 января 1940 года А. Микоян д. Божилов

АВП РФ, ф. За — Болгария, д. 19.

 

 

7. ТЕЛЕГРАММА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА ПОВЕРЕННОМУ В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДУ

5 января 1940 г.

Мы не считаем своевременным и целесообразным предлагаемое Вами в письме от 18 декабря за № 248* объяснение с Чиано, с обязывающими заявлениями с нашей стороны об учете Советским Союзом итальянских интересов на Балканах и в Венгрии. Нам незачем делать авансы Италии[5], тем более что, по Вашим собственным сообщениям в телеграммах № 14, 15 и 16**, само итальянское правительство начинает понимать, что для него невыгодно дальнейшее обострение отношений с Советским Союзом.

Потемкин

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 330, д. 2269, л. 1.

 

 

8. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Микояну, т. Кагановичу, т. Потемкину, т. Деканозову, т. Лозовскому, т. Шкварцеву

7 января 1940 г.

Шуленбург[6] поставил следующие вопросы: 1. О взаимном обмене консульскими представителями. Германское правительство, исходя из экономических интересов, желало бы иметь консульства в Ленинграде, Одессе, Батуми, Владивостоке, Львове.

___________________
* Предложение Л. Б. Гельфанда см. Документы.— Т. XXII.— Док. 872.
** Не публикуются.

23

 


Тов. Молотов ответил, что пожелание Германского правительства об учреждении ряда новых консульств в СССР приемлемо и в ближайшее время будет дан ответ относительно пунктов учреждения германских консульств, а также будут названы города Германии, в которых СССР желает учредить советские консульства.

2. Шуленбург просит, если возможно, дать указание военным властям не бомбардировать с воздуха принадлежащую Германии целлюлозную фабрику на берегу Ладожского озера, которая дважды уже подверглась бомбардировке.

3. На Дальнем Востоке, особенно в японских портах, застряло много германских пароходов. 11 октября 1939 года перед Наркомморфлотом был поставлен вопрос о возможности использования этими пароходами Северного морского пути в навигацию 1940 года. Было обещано этот вопрос обсудить. Однако ответа до сего времени не последовало. Шуленбург просит тов. Молотова о содействии.

Тов. Молотов обещает поинтересоваться этим вопросом.

4. Шуленбург заявляет, что между тов. Микояном и германской торговой делегацией имеются большие расхождения по вопросу выравнивания торгового баланса. Тов. Микоян требует выравнивания баланса к концу 1940 года; германская же сторона просит отсрочить германские поставки по крайней мере до 1 апреля 1941 года. Шуленбург высказывает мысль, что в письмах, которыми обменялись Риббентроп — Молотов, предусмотрено компенсирование советского сырья в более длительные сроки. По духу этих писем можно было бы, по мнению посла, предоставить Германии даже большие сроки, чем требует торговая делегация. Принимая во внимание те усилия, которые положила Германия во время войны с Польшей, посол надеется, что советское правительство найдет возможным пойти навстречу этим пожеланиям Германского правительства, т. к. Германия не будет в состоянии в течение года выполнить советские заказы на ту сумму, на которую СССР поставит свое сырье. Объекты, которые должны быть представлены Германией, требуют для изготовления определенного времени.

Тов. Молотов на это отвечает, что сейчас трудно что-либо определенно сказать. Для этого необходимо знать объекты, которые будут поставляться Германией Советскому Союзу. Когда будут известны эти объекты, тогда легче будет договориться, т. к. даже немецкая сторона не может конкретно указать, в чем у нее затруднения при соблюдении принципа балансирования. Может быть, даже окажется, что никаких затруднений в выполнении наших заказов в тот же годичный срок, что и поставки со стороны СССР, не встретится. Практически получится, конечно, так, что наши продукты пойдут несколько раньше. Они уже, как известно, начались. Однако принцип балансирования необходимо предусмотреть в соответствии с принципом взаимопомощи по линии советско-германских хозяйственных отношений, имея в виду, что мы даем Германии некоторое сырье, которое не является у нас излишним, а делаем это за счет урезывания своих нужд обороны и хозяйственного плана.

Шуленбург соглашается с доводами тов. Молотова, что можно вернуться к этому вопросу после определения конкретных объектов германских поставок, и сообщает, что Риттер выехал в Берлин для согласования перечня этих объектов.

5. Шуленбург интересуется мнением тов. Молотова в отношении политики шведского правительства, имея в виду недоброжелательное выступление шведской прессы и отдельных шведских кругов. «Остаются

24

 


ли в силе сказанные ранее Вами слова,— спрашивает Шуленбург тов. Молотова,— что Швеция вряд ли ввяжется в конфликт, так как она от этого проиграет? Это тем более интересно знать, что Англия стремится к расширению конфликта».

Тов. Молотов отвечает, что он намерен информировать посла не только о поведении Швеции, но и Норвегии. Англия стремится столкнуть с позиции нейтралитета как Швецию, так и Норвегию. Поэтому мы предприняли кое-какие шаги. В частности, 5 января наш полпред в Стокгольме тов. Коллонтай и в ночь на 5 января полпред в Осло тов. Плотников заявили шведскому и норвежскому правительствам, что враждебное в отношении СССР поведение прессы, а также ряда официальных лиц, организация бюро по вербовке «добровольцев» и снабжение Финляндии оружием против СССР и т. п., не соответствуют политике нейтралитета, объявленной шведским и норвежским правительствами, что эти действия направлены против СССР и могут повлечь за собой осложнения в отношениях между СССР и этими странами.

Полученный от норвежского правительства ответ свидетельствует, что Норвегия хочет остаться на позиции нейтралитета. Таков же предварительный ответ был и шведского МИД, хотя окончательного ответа шведского правительства еще нет. «Мы, конечно,— замечает тов. Молотов,— должны осторожно отнестись к этим ответам. Посмотрим, что будет дальше».

Шуленбург замечает, что в общем положение пока надо рассматривать как неясное. Затем сообщает, что у него имеются сведения, будто финны не уверены в том, что они долго смогут продержаться, и они готовы «с сегодня на завтра» приступить к переговорам[6].

Тов. Молотов на это отвечает, что финны опоздали с этой готовностью[7].

В заключение Шуленбург еще раз подчеркивает, что Англия ищет предлога для расширения конфликта.

На вопрос тов. Молотова, принимаются ли Германией меры к укреплению своего влияния в Швеции, Шуленбург дал утвердительный ответ, хотя и в довольно неопределенной форме.

Продолжая свою мысль, что Англия стремится к расширению конфликта, Шуленбург сообщает, что имеются слухи о создании в Сирии большой армии, об угрозе Баку и т. п. Далее Шуленбург останавливается на Иране и заявляет: имеется впечатление, что шах сильно недоволен СССР. СССР якобы круто к нему подошел по линии экономической, что может толкнуть его в сторону англичан. Известно, что Англия уже пошла шаху навстречу, предоставив ему возможность перевести свои деньги из английских банков в американские, несмотря на имеющееся там запрещение вывозить валюту.

Тов. Молотов ответил, что с Ираном у нас тянется вопрос о торговом договоре больше года. Мы не соглашаемся на нетто-баланс, который явно нам не выгоден. Никаких намерений экономически прижать Иран у нас нет. Сейчас имеются сообщения, что Иран готов отказаться от нетто-баланса, а это — перспектива к заключению торгового договора. На днях в Москву должна прибыть иранская торговая делегация.

6. Шуленбург интересуется причиной отъезда из Москвы итальянского посла Россо. Сам Россо будто говорил Шуленбургу, что его отъезд вызван возвращением в Москву вновь назначенного в Рим советского полпреда.

Тов. Молотов отвечает, что в Риме одно время создалось нетерпимое отношение к полпредству и мы вызвали полпреда затем, чтобы

25

 


лично от него получить информацию о положении дел. Отзыв же Россо, чем бы он вызван ни был, нас не беспокоит.

Шуленбург замечает, что Советское правительство поступило правильно, т. к., по его сведениям, полиция в Риме вела себя по отношению к советскому полпредству недопустимо. Это, несомненно, ошибка итальянских властей. «Однако этот случай,— продолжает Шуленбург,— неприятен тем, что он освещается в мире в невыгодном для СССР свете».

На этом беседа закончилась.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

Дополнение к беседе:

1. Германское правительство просит о снабжении топливом в бухте «Западная Лица» немецкого крейсера. Шуленбург напоминает, что в свое время тов. Молотов выражал согласие на снабжение там подлодок, однако надобность в этом миновала. Шуленбург надеется, что необходимое содействие в снабжении крейсера будет оказано.

Тов. Молотов на эту просьбу дал положительный ответ.

2. Шуленбург напоминает о своей просьбе об использовании в целях получения сведений о погоде советского судна, которое выйдет в определенном направлении под видом встречи «Седовцев». Германский военный атташе дал все необходимые сведения военному ведомству СССР, однако этот вопрос до сего времени не решен.

Тов. Молотов отвечает: ему казалось, что германское посольство перестало уже интересоваться этим вопросом, что же касается советских моряков, то они в свое время отнеслись скептически к этому мероприятию. Они сомневались, выйдет ли что из этого.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 3—8.

 

 

9. БЕСЕДА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН С. П. СЫЧЕВА С ПОСЛОМ ИРАНА В АФГАНИСТАНЕ СОХЕЙЛИ

8 января 1940 г.

В соответствии с протоколом Сохейли прислал визитную карточку, на которую я ответил личным визитом.

С Сохейли мы встретились, как старые знакомые. Он рассказал о должностях, которые он занимал за время с 1930 года. Сказал, что в бытность его министром иностранных дел французская печать позволила себе выпады против Резы-Шаха. Последний выразил, в связи с этим, недовольство им, Сохейли, и он должен был уйти в отставку. При этом Сохейли заметил, что, когда он был назначен МИДом, против него в иностранных кругах повелись интриги, так как считали, что он будет

26

 


работать над улучшением советско-иранских отношений, которые в то время были очень плохими. Результатом этих интриг и были, мол, очевидно, выпады во французской печати против Резы-Шаха. Последнее время Сохейли был губернатором в Кермане. Недавно, говорит Сохейли, Реза-Шах вызвал его в Мазандеран и там сказал ему, что он назначен послом в Афганистан.

На мое замечание, что предшественнику Сохейли Каземи удалось, кажется, урегулировать здесь важный вопрос иранско-афганских отношений — Гильмендский вопрос,— Сохейли заявил, что нет, не совсем. Афганский Национальный Совет не утвердил одной важной статьи этого соглашения о водопользовании из Гильменда. При этом Сохейли выразил недовольство афганцами и заметил, что «они — несговорчивый народ». Подробнее расспрашивать Сохейли об этом деле я пока не стал.

Перейдя к вопросам международного положения, Сохейли заявил, что, еще будучи послом в Лондоне, он предвидел неизбежность советско-германского сближения и в этом духе писал в Тегеран; в советско-английское сближение он не верил.

На мой вопрос, как он расценивает перспективы англо-германской войны, Сохейли заявил, что очень трудно сказать что-либо определенное... Англо-французы рассчитывают на рост внутреннего недовольства в Германии и на поражение Гитлера изнутри. Я заметил на это, что, поскольку Гитлер сделал предложение о мире [8], а англо-французский блок отказался от мира, вряд ли англо-французский тыл будет крепче германского.

Сохейли спросил меня, каково положение на финляндском фронте. Я сообщил ему о последних сводках Штаба Ленинградского Военного Округа.

Затем Сохейли сказал, что здесь, в Афганистане, боятся СССР*. На мой вопрос, почему он так думает, Сохейли ответил, что об этом он слышал в Тегеране. Да,— заметил я,— кое-кто заинтересован, как видно, запугивать Афганское правительство. Я не думаю, однако, чтобы здесь придавали этому серьезное значение.

Я спросил Сохейли, как он расценивает советско-иранские отношения. Сохейли ответил, что сейчас они стали лучше, а раньше они были плохими из-за немцев: советская сторона видела, мол, в иранско-немецких отношениях больше чем только простые экономические отношения.

Сохейли хорошо отозвался о бывшем полпреде т. Черных.

Затем он спросил меня о Цукермане, Юреньеве, Эйнгорне, Логановском, Пастухове, Давтяне. Я сказал, что Цукерман расстрелян как изменник Родины. О том, где находятся другие, я не знаю.

В конце беседы поговорили об Иране. Сохейли отметил большой прогресс в развитии Ирана под руководством Реза-Шаха в промышленности, сельском хозяйстве, образовании, строительстве армии, строительстве городов и проч.

Если поедете в Иран, сказал он, многого не узнаете*...

С. Н. Сычев

АВП РФ, ф, 071, on. 22, п. 192, д. 6, л. 25.

___________________
* Так в оригинале.

27

 


 

 

10. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР ЯН ЦЗЕ

8 января 1940 г

Во время беседы присутствовали: заместитель Народного комиссара по иностранным делам тов. Лозовский С. А. и переводчик Федоренко Н. Т., а также первый секретарь Китайского посольства в Москве г-н Чжан. Беседа началась в 17 час. 15 мин., окончилась в 18 час. 45 мин.

После обмена приветствиями и протокольной части, в которой выяснилось, что г-н посол отдает свой прощальный визит, произошла следующая беседа:

Посол: Известно, что Советский Союз постоянно помогал Китаю с самого начала войны сопротивления. Эту помощь Советский Союз продолжает оказывать и до сих пор. Поэтому от имени Китайского правительства я приношу Вам искреннюю благодарность.

Уезжая по вызову своего правительства в Китай, я хотел бы знать, не намерен ли господин Народный комиссар сделать какие-либо указания?

Тов. Молотов: Очень сожалею по поводу Вашего отъезда, мне хочется, чтобы будущий посол работал так же хорошо, как и Вы. Что касается наших взаимоотношений с Китаем, то до сих пор нам удавалось разрешать все вопросы благоприятно; думаю, что нам это удастся и в будущем [9]. Однако нам не совсем понятна позиция Китая по вопросу исключения СССР из Лиги Наций*. Как известно, достаточно было одному из членов поднять руку против исключения, как это решение не состоялось бы. Но Китай воздержался от голосования, и СССР был исключен. Нас не очень беспокоит исключение, но непонятно поведение Китая.

Посол: Я объясняю это тем, что Веллингтон Ку, являясь представителем старой дипломатической школы, не всегда координирует свои действия с указаниями нынешнего Китайского правительства. Китайский делегат должен был выступить против исключения СССР из Лиги Наций, но он не сделал этого. Здесь есть доля и моей вины, о чем я очень сожалею. Я доложу свое мнение маршалу Чан Кайши, который неоднократно указывал на необходимость координации действий СССР и Китая.

Тов. Молотов: Можно ли заключить, что Веллингтон Ку не придерживается политики Китайского правительства?

Посол: Да.

Тов. Молотов: Разделяет ли Китайское правительство поведение Ку?

Посол: Нет.

Тов. Молотов: Но об этом нигде не заявлялось?!

Посол: Следует учесть, что Кун Сянси, Сунь Фо и Ку придерживаются англо-американской политики и часто не разделяют политику Китайского правительства. В данном случае Ку поступил также. Я доложу об этом маршалу Чан Кайши.

Далее посол коснулся переговоров между СССР и Японией и попросил осветить Характер этих переговоров.

Тов. Молотов: Эти переговоры касаются только вопросов торговли. Сейчас трудно сказать, как они закончатся.

___________________
* См. Документы...-Т. XXII.—Док. 857, 860, 874.

28

 


Посол: Я имею директиву от маршала Чан Кайши о получении от Вас указаний по вопросам внешней политики Китая, так как в настоящее время в связи с войной Китай не в состоянии правильно оценить международную обстановку.

Тов. Молотов: Наша позиция в отношении Китая остается прежней. Только вопрос о поведении китайского представителя в Лиге Наций для нас не совсем ясен.

Посол: В отношении этого вопроса я постараюсь правильно информировать общественные круги Китая и приму все необходимое, чтобы исправить это положение.

Когда я был у г-на Сталина на приеме*, он говорил о несвоевременной постановке вопроса о военном союзе между СССР и Китаем. С тех пор прошло немало времени, к тому же у меня созрели новые мысли. Известно, что СССР активно помогает Китаю, но теперь Китаю нужна более активная помощь. Мне кажется, что уже пришло время поставить вопрос о военных базах СССР в Китае, которые обеспечивали бы безопасность Китая и СССР от их общего врага. Мое предложение сводится к следующему: СССР и Китай заключают военный союз, по которому СССР обязуется усилить помощь Китаю. По окончании же войны Китай представляет СССР территорию для военных баз на Ляодунском полуострове: Дайрен, Хулудао, Порт-Артур и др.; на Шаньдунском полуострове: Вейхайвей и др.**

Тов. Молотов: Высказанная послом мысль очень интересна, но я боюсь, что эту точку зрения разделяют не все китайцы (тот же Кун Сянси и др.). Кроме того, не остаются ли в силе положения, высказанные тов. Сталиным?

Посол: Если этот вопрос заслуживает внимания, то я продвинул бы его в Китае, так как мне известно мнение Чан Кайши по этому поводу. Что же касается Кун Сянси, Сунь Фо и др., то они не имеют реальной силы и не могут быть нам помехой.

Тов. Молотов: Нужно тщательно обдумать эти мысли. Боюсь, что для этого еще не настало время. Я уже не говорю о поведении Веллингтона Ку.

Посол: Я уверен, что это рассеется. А главное, как говорит китайская народная мудрость, если имеешь ошибки, то не бойся их исправлять.

Тов. Молотов: Совершенно правильно. Я видел в лице г-на посла наиболее передового представителя современного Китая, и я желаю ему успеха в будущей работе на благо Китайского государства.

Посол заверил тов. Молотова в том, что он по-прежнему будет стоять на стороне СССР и вести борьбу с агрессором в интересах мира.

Беседу записал Н. Федоренко

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 8, л. 13—15.

___________________
* В АВП текста беседы не обнаружено.
** См. соглашения между СССР и Китайской Республикой 14 августа 1945 г.

29

 


 

 

11. БЕСЕДА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, т. Лозовскому.

9 января 1940 г.

1. Центральная смешанная советско-германская комиссия по демаркации границы между СССР и Германией закончила свою работу. Однако остается неразрешенным единственный вопрос. Он касается все той же Остроленки, относительно которой и в порядке дипломатическом, и в самой комиссии имели место многократные переговоры. Советская делегация в смешанной комиссии, соглашаясь на уступку Германии участка территории с казармами, проводит линию границы слишком близко к последним и отказывается передать Германии дополнительную часть местной территории, которую т. Молотов считал возможным уступить вместе с казармами. Шуленбург просит в срочном порядке разрешить окончательно данный вопрос, чтобы центральная смешанная комиссия по демаркации могла считать свою задачу выполненной.

2. В Ленинградском порту и около Кронштадта находятся в настоящее время 8 германских судов, ожидающих помощи ледокола, который должен их вывести в открытое море. Несмотря на попытки германского посольства получить от советских властей сообщение, когда состоится вывод этих судов, положение остается неясным, так что судам грозит опасность остаться замороженными в Ленинграде или получить повреждения от нажима льда.

Посольство просит, чтобы ледоколу «Ермак» было дано распоряжение без дальних замедлений вывести в открытое море суда «Люмме», «Гиннхайм», «Бунгсберг», «Лаутерфельс», «Ротенфельс», «Биркенфельс», «Окенфельс» и «Фалькенфельс».

3. Германское правительство весьма заинтересовано в возвращении в Германию нескольких десятков немецких пароходов, блокированных в японских портах. Возникает вопрос о возможности использования для этой цели Северного морского пути. В октябре 1939 года эксперт германского посольства по делам морского транспорта имел по этому поводу беседу с Народным комиссаром морского флота. С советской стороны было обещано обсудить данный вопрос и дать ответ. До сих пор германское посольство не получило такого ответа. Поэтому Шуленбург просит НКИД, насколько возможно, ускорить разрешение интересующего Германское правительство вопроса.

4.   Вследствие изъятия злотого из обращения в пределах СССР германские комиссии по эвакуации находятся в затруднительном положении, нуждаясь в финансовых средствах для оплаты своих расходов на советской территории. Посольство уже ставило вопрос о выдаче Госбанком некоторого аванса в советских рублях в распоряжение германских комиссий по эвакуации. Ввиду крайней срочности вопроса Шуленбург просит ускорить его практическое разрешение.

5.   В Москве, проездом с Дальнего Востока, находится небезызвестный германский писатель Колин Росс [10]. Сегодня истекает срок его транзитной визы. Между тем Россу хотелось бы посетить еще Киев и Ленинград. Посольство поддерживает просьбу Росса продлить ему пребывание в СССР еще на 2—3 недели. Вместе с Россом в продлении визы нуждаются его жена и 16-летний сын.

30

 


6. Германский фотограф Лаукс, сопровождавший Риббентропа и производивший снимки наиболее интересных моментов пребывания германского министра иностранных дел в Москве, просит разрешения вновь приехать в Москву и произвести серию фотоснимков по представленному им плану. Посольство поддерживает эту просьбу и просит НКИД, по сношении с компетентными властями, сообщить ответ на просьбу Лаукса.

7. Шуленбург сообщил, что 28 ноября и 20 декабря на участке советско-германской границы по реке Буг; близ Бялы Подлясской и Словатичи, были произведены выстрелы с советской стороны на германскую территорию. Серьезных последствий эти выстрелы не имели, официального демарша по этому поводу германское посольство не предпринимает, но посол выражает надежду, что в дальнейшем на советско-германской границе будет сохраняться полное спокойствие.

8. Шуленбург передал мне список 52 лиц польского происхождения, проживающих еще на территории Западной Украины и Западной Белоруссии, но желающих выехать из пределов СССР. Большинство этих лиц принадлежат к родовой польской аристократии, многие из них имеют родственников и друзей в Германии, Австрии, Чехословакии, Италии и других странах. Посольство от имени Германского правительства просит нас ознакомиться с указанным списком и, если возможно, удовлетворить просьбу перечисленных в нем лиц о разрешении выезда из СССР за границу.

9. Относительно Остроленки я ответил послу, что меня удивляет возвращение германской стороны к вопросу, который представлялся мне окончательно решенным, тем более, что в свое время Типпельскирх подтвердил мне, что все вопросы, связанные с демаркацией советско-германской границы, уже урегулированы в смешанной комиссии. Очевидно, нам придется запросить дополнительных указаний насчет Остроленки у своего правительства. Что касается сведений о возможном использовании Северного морского пути для прохода немецких пароходов, блокированных в японских портах, то мы постараемся ускорить сообщение посольству интересующих его данных. Снесемся мы и с командованием Ленинградского порта по вопросу о скорейшем выводе оттуда 8 немецких пароходов. Касательно аванса в советских рублях для нужд германских комиссий по эвакуации НКИД договориться с Наркомфином. О продлении пребывания в СССР Колина Росса и о разрешении фотографу Лауксу произвести ряд интересующих его снимков в Москве я поручу отделу Центральной Европы договориться с компетентными органами.

В. Потемкин

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 7, л. 4—7.

 

 

12. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

9 января 1940 г.

Молотову. Сегодня по поручению Чан Кайши генерал Чжан Чун сообщил, что ввиду быстро развивающихся событии на Западе, незнания действительного положения в Европе Чан Кайши просил помощи и совета товарища Сталина по дальнейшей внешней политике Китая. Он заявил, что Чан Кайши будет ориентироваться на Советский

31

 


Союз и хотел бы получить указания товарища Сталина с расчетом координировать свои действия по внешней политике с Советским Союзом. Он опять поднимает вопрос (как перед Луганцом) о выделении для него постоянного советника по политическим вопросам, учитывая, что с полпредом разрешать эти вопросы МИДу неудобно.

Действительное положение следующее: 4 января в Чунцин приехал английский посол Кларк Керр, сегодня прибывает Джонсон*, они, по всей вероятности, будут нажимать на Чан Кайши, рассчитывая на ухудшение отношения Китая к СССР, поэтому Чан Кайши в большом замешательстве и не знает, что ему делать. Вчера Чан Кайши, чтобы Кларк Керр и Джонсон несколько остыли в своих требованиях, срочно вылетел в Гуйлин (провинция Гуанси), где намечается победа китайских войск под Нанькином, с расчетом возвратиться в Чунцин победителем и соответственно этому вести разговор с приехавшими послами.

Сегодня в беседе Сунь Фо сообщил, что в случае постановки в Лиге Наций вопроса об экономической санкции в отношении СССР Китай будет голосовать против введения санкции.

Телеграмму прошу передать товарищу Сталину.

Панюшкин

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 338, д. 2312, л. 8—9.

 

 

13. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С ПОСЛАННИКОМ ЮГОСЛАВИИ В ВЕНГРИИ С. РАШИЧЕМ

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину, т. Деканозову

11 января 1940 г.

Был югославский посланник Рашич, вчера звонивший по телефону о разрешении прийти. Говорит, что 4 дня т. н. был в Белграде, доложил министру о встрече и беседе со мной и министр поручил ему и в дальнейшем встречаться.

Начал с моих слов о том, что СССР никакой коммунистической пропаганды в Югославии не ведет и что, возможно, итальянцы (я поправил «англичане») провоцируют какие-то выступления.

Я должен неофициально сказать,— говорит Р[ашич],— что, несмотря на все заявления, договоры и т. п., у нас существует недоверие к Италии и ее целям на Балканах, точнее, к целям в отношении Югославии, и я считаю возможным, что она разжигает наши антикоммунистические настроения, чтобы из-за нашего страха перед продвижением СССР на Балканы привязать нас покрепче к себе.

Вы знаете, что все говорят, что Ваше продвижение на Балканы, видимо через Карпаты, вопрос ближайшего будущего. Этот вопрос был главным, обсуждавшимся между Чиано и Чаки [11], судя по моей информации.

Можете ли Вы повторить то, что Вы говорили о том, что Россия останется у Карпат?

Я ответил, что я говорил и повторяю, что мы имеем достаточно места у себя, договоры с прибалтами (в ответ на его реплику) и финский

___________________
* Джонсон, Нельсон Т.— посол США в Китае в 1935—1941 гг.— Прим. сост.

32

 


вопрос нами был поставлен как усиление обороны СССР и никаких империалистических тенденций у нас не имеется.

«Могу я это считать официальным заявлением?»

Я ответил, что других заявлений он не получит и что на Белград мы, безусловно, не пойдем, как и на Албанию и Рим.

Нас, говорит Р[ашич], жмет Италия, правда, неофициально, в целях более тесного сближения с ней, обещая гарантии и т. д., но мы боимся идти на это, и трехсторонний союз Италия — Венгрия — Югославия не очень привлекает нас, тем более что гарантия — вещь, которая себя в последнее время не оправдывает. Англичане, французы, продолжал он, тоже говорят о гарантиях, но фактически чем они могут нам помочь?

Я заметил, что англичане гарантировали и Польшу в свое время и что я считаю более «мирным» местом не имеющую гарантий Венгрию, чем имеющих их, скажем, Грецию или Турцию.

Р[ашич] спросил о прочности советско-германских отношений в связи с тем, что везде идут слухи о крайней непрочности их и т. д.

Я ответил, что им ничто не мешает быть прочными и долговечными, что различия в политических системах и мировоззрениях не мешают хорошим отношениям двух крупнейших государств Европы и что начавшаяся взаимная работа будет укрепляться и расширяться.

«А если Германия будет побеждена, ведь все страны снабжают союзников?» — заметил Р[ашич].

Я ответил, что, насколько мне известно, Германию снабжают и Югославия, и Румыния, и Болгария, и Италия, и мы имеем торговый договор с Германией, и вообще французы еще ни одного кв. см германской территории не заняли, а Англия до своего последнего солдата никогда не воевала.

Р[ашич] согласился и говорит, что Англия ищет сейчас новый театр войны и, видимо, хочет иметь его в первую очередь здесь или в Финляндии, которой 18 государств хотят помочь.

Я указал на заметку «Таймс» от 17 апреля 1919 г. (Известия) и сказал, что не думаю, чтобы Панама и Эквадор сильно помогли Финляндии, а как англичане могут помочь, мы видели в Польше, если же они и захотят в действительности помогать, то кроме транспортных трудностей им придется вспомнить времена интервенции и отказ воевать того же французского флота в Черном море.

«Значит, Вы и Германия будете господами мира?» — спросил Р[ашич].

Я ответил, что мы господами мира не думаем быть, мы имеем достаточно «лебенераум» у себя и господствовать во всей Европе не думаем.

На замечание Р[ашича], что враждебность Англии к СССР еще более сближает СССР с Германией, я ответил характеристикой политики Англии на континенте после Версаля, но заметил, что мы с Англией хотели бы иметь хорошие отношения, и если Англия не захочет их иметь, то это не наша вина.

Я спросил Р[ашича], был ли он у Чаки [12].

Р[ашич] ответил, что думает на днях пойти, и спросил, пойду ли я. Я ответил «нет», так как вопрос о блоке против СССР не стоит, вопрос же о Югославии для меня теперь ясен.

«Но ведь вопрос ставится фактически о пропуске войск через Югославию в случае Вашего нападения?» — заметил Р[ашич].

Я ответил, что нашего нападения никому не дождаться, Венгрия в этом уверена. («О да, мне Чаки раньше говорил»,— заметил

33

 


Р[ашич].) И я думаю, что Италия шумит о коммунистической опасности, имея слишком много внутренних трудностей, кроме всего прочего.

Р[ашич] заметил, что он все время у себя говорил, что нельзя недооценивать сближения Германии и СССР, что французы слишком близоруки всегда и что Англия на этот раз не рассчитала игру до конца, и затем спросил, почему мы не отвечаем на все слухи и заметки в мировой печати.

Я ответил, что нельзя отвечать на все глупости и что для ответа на все просто времени не хватит. Кстати, сообщил ему несколько примеров лживых сообщений «Гавас» как по передачам из Финляндии, так и из событий германо-польской войны.

Р[ашич] заметил, что такое же спокойствие он видел в Германии в момент присоединения Австрии, когда югославский посол в Париже посылал несколько телеграмм в день в Белград о волнении в Берлине, а берлинский посол мог послать только сообщение, что в Берлине все спокойно.

«Мы, славяне, смотрим по-старому на Россию»,— заметил Р[ашич], прощаясь. Я ответил, что о панславизме могли бы говорить мы, а не «польское правительство» во Франции, но, как он видит, мы не говорим и только смеемся над слухами, частью провокационными, о «советской опасности на Дунае» и другими.

Р[ашич] просил разрешения передать беседу министру в Белград, я ответил — «пожалуйста».

Полпред СССР в Венгрии Н. И. Шаронов

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 15—17.

 

 

14. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР А. АКТАЕМ

11 января 1940 г.

Тов. Молотов принял посла в присутствии своего заместителя тов. Деканозова.

Начиная беседу, посол передает тов. Молотову поздравления от имени Сараджоглу. Выслушав благодарность и ответные поздравления тов. Молотова Сараджоглу, Посол заявляет, что он пришел говорить по вопросу о чисто гуманитарной помощи.

20 дней тому назад польский посол в Анкаре обратился к Сараджоглу с вопросом, не сможет ли Турецкое правительство вместе с каким-нибудь другим правительством, например с Америкой, сделать демарш перед Советским правительством с тем, чтобы было разрешено оказать помощь питанием, одеждой и медикаментами полякам, находящимся в концентрационном лагере Срепелеповка, близ Львова.

Сараджоглу немедленно ответил польскому послу, что он не может сделать такой демарш вместе с каким бы то ни было государством, но если польское правительство желает оказать, с разрешения Советского правительства, гуманитарную помощь, план и рамки которой само Советское правительство установит, то он готов оказать польскому правительству услугу и обратиться к советскому правительству.

Третьего дня польский посол заявил Сараджоглу, что польское правительство полностью принимает его предложения и готово, если советское правительство на то согласится, перевести в распоряжение

34

 


посольства 1 млн. франков для покупки предметов, о которых выше шла речь.

Сараджоглу поручил Актаю выяснить мнение тов. Молотова по этому поводу и спросить, каким образом он, Актай, сможет приступить к этому делу, если на него согласится советское правительство.

Тов. Молотов отвечает послу, что, как Сараджоглу должно быть известно, советское правительство не знает никакого польского правительства и никаких польских посольств, а их заявления не представляют для Советского Союза никакого интереса.

Данный вопрос был поставлен г-ном Сараджоглу, возможно, потому, что он не имел достаточной информации. Тов. Молотов указывает послу, что он считает это дело внутренним делом Советского Союза. Одновременно т. Молотов выражает уверенность в том, что все меры, которые необходимо принять, принимаются советскими органами без того, чтобы обременять оставшихся от бывшей Польши нуждающихся польских деятелей.

Посол отвечает, что он передаст полностью ответ тов. Молотова Сараджоглу, и выражает надежду, что тов. Молотов понял ту роль, которую в этом деле играет Турция.

Роль эта, замечает тов. Молотов, не особенно завидная.

Затем посол спрашивает у тов. Молотова, не имеет ли он каких-либо вопросов в связи с их последней беседой, во время которой были затронуты многие стороны советско-турецких взаимоотношений.

Тов. Молотов напоминает послу об обещании последнего поискать в газетах, не было ли опубликовано сообщение о позиции турецкого делегата на последней сессии Лиги Наций.

Актай отвечает, что немедленно после разговора с тов. Молотовым он телеграфировал Сараджоглу и последний дал ему объяснения, почти идентичные тем, которые он, посол, давал тов. Молотову во время их последней беседы. По словам посла, во время голосования в Ассамблее вопроса об СССР турецкий делегат воздержался так же, как и делегаты стран Балканской Антанты[13] и Саадабадского пакта [14] Когда вопрос был передан в Совет, то представитель Балканской Антанты воздержался от голосования. Посол подчеркивает, что ответ, который он сейчас дает тов. Молотову, является официальным.

На это тов. Молотов указывает послу, что он желал бы знать, было ли опубликовано где-либо сообщение о поведении турецкого делегата на сессии.

Актай отвечает, что по этому вопросу он запрашивал турецкую прессу, в том числе редакции отдельных турецких газет, но пока не получил никакого ответа.

Тов. Молотов отмечает, что информация, которой он располагает по вопросу об опубликовании сообщения, не противоречит информации посла.

Посол говорит, что в течение последних 7 дней он не получает больше газет на турецком языке, и спрашивает, не является ли это общей мерой, принятой органами связи по отношению к иностранным газетам.

Тов. Молотов отвечает, что такой общей меры нет и что здесь, по-видимому, имеет место недоразумение. Возвращаясь к вопросу о позиции турецкого делегата в Ассамблее Лиги, тов. Молотов иронически указывает послу, что у него нет неясности в вопросе о позиции других, кроме Турции, стран Балканской Антанты. Ему также известно, что представитель Ирана уклонился от голосования, а что касается пред-

35

 


ставителя Турции, то о его позиции он никакого сообщения в печати не видел.

Посол говорит, что он тоже не видел такого сообщения в печати, и говорит, что если он его найдет, то не преминет сообщить об этом тов. Молотову. Посол признается, что он сейчас не в состоянии ответить на этот вопрос.

Тов. Молотов соглашается с этим и говорит, что он видит, что посол не в состоянии ответить на поставленный ему вопрос.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 8, л. 18—21.

 

 

15. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

13 января 1940 г.

Ваш № 258. Пока, к сожалению, могу лишь сообщить о своих подозрениях и впечатлениях от ряда бесед, которые приводят к мысли, что в действительности игра Италии глубже и не столь грубо примитивна, как она ныне выступает на поверхность. Нижеформулируемые положения нуждаются еще в тщательной проверке, которой займусь повседневно.

1. Макензен* неоднократно мне повторял, что абсолютно верит Муссолини, нынешние деловые связи которого с Англией и Францией объясняются необходимостью улучшения экономического положения Италии и завершения ее вооружения. В свете заявления Чиано о том, что Италия сможет быть готова к войне через 2—3 года, утверждение Макензена приобретает известное правдоподобие. Подтверждается это и нашими данными об экономическом и военном положении Италии.

2. Вся предшествующая история германо-итальянских отношений, в результате которых основные звенья итальянского военного и полицейского аппарата насквозь и до сих пор пропитаны немцами, исключает возможность столь открытого сотрудничества Рима с Парижем и Лондоном, размещения здесь громадных англо-французских военных заказов, получения сырья, англоконтроля в самих итальянских портах и проч. без того, чтобы такая политика не была как-то согласована с Германией. Сейчас Италия настолько перебарщивает в проангло-французском усердии, что это вдвойне становится подозрительным.

3.   И Чиано в прошлом, и крупные итальянцы недавно говорили мне, что сверхгерманского вождя Гитлера и нацизм англо-французы не потерпят, как и фашизм в Италии. В Лондоне и Париже, естественно, не забыли ни Абиссинии, ни июньских криков и кампании Рима о Тунисе, Ницце, Корсике и Савое. Передают, что Муссолини лично убежден в опасности для него свержения Гитлера.

4.   Направление итальянской экспансии все время носило колониальный и антифранцузский характер. От Германии кроме обещания не проникать в Адриатику и не трогать Венгрию Риму получить нечего. Выжидательная и стратегически выгодная Берлину позиция Муссолини, воору-

___________________
* Ханс Георг фон Макензен был послом Германии в Италии в 1938— 1943 гг.

36

 


жающая его теперь за англо-французский счет, может оказаться результатом прямого сговора с немцами.

5.   В этих условиях Италия сохраняет роль моста к Парижу и Лондону на случай поисков замирения, равным образом сможет и выступить, выждав максимальное время, когда будет готова и когда такое выступление получит наибольшие шансы на успех. Маловероятным, даже в случае поражения Германии, явилось бы выступление Рима на стороне Парижа и Лондона. В этом случае, сохранив и увеличив свои силы, Италия будет скорее всего добиваться «предотвращения», то есть неповторения, в отношении Германии Версаля (кроме разве Австрии) и удовлетворения хотя бы части своих требований. Во всяком случае, здесь единодушно считают особо опасным усиление Франции и Англии.

6.   В свете несомненных глубоких итало-германских связей мне кажется невероятной столь длительная и упорная антисоветская активность Италии без хотя бы молчаливого благословения на нее Берлина. Макензен сказал мне, что об итало-советских отношениях здесь не говорил. Посол, однако, по меньшей мере получил от Рима соответствующее заверение о характере итальянской деятельности на Балканах и в Венгрии. Допускаю, что антисоветская целеустремленность этой деятельности, имеющая целью преградить нам путь на Балканы и сохранить антикоминтерновские позиции за собой на будущее, в какой-то степени скрывает за сценой и Германию*...

7.   Внешне итальянцы произвели соответствующее распределение ролей. Чиано выставляет себя человеком смертельно обиженным в Зальцбурге![5] изменившим, мол, внешнеполитической ориентировке и играющим ведущую антисоветскую роль. Это помогает ему втираться в доверие к французам и англичанам. Макензен же во всех серьезных случаях разговаривает лично с Муссолини. Конечно, итальянцы способны и обмануть Гитлера, если дела пойдут уж очень плохо, однако наличие военного союза да и, несомненно, других гарантий приводит к предположению о санкционировании в какой-то степени Германией всей нынешней политики Рима.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 41—44.

 

 

16. К СОВЕТСКО-ВЕНГЕРСКИМ ОТНОШЕНИЯМ

14 января 1940 г.

Вчера, 14 января, венгерский посланник в Москве г. Криштоффи посетил заместителя народного комиссара иностранных дел т. В. П. Потемкина и сделал ему следующее официальное заявление. [16]

В последнее время распространяются тенденциозные слухи относительно переговоров, имевших место недавно в Венеции между министром иностранных дел Венгрии Чаки и министром иностранных дел Италии Чиано [11] Утверждают, будто означенные итало-венгерские переговоры были направлены против Советского Союза. Правительство Венгрии считает необходимым в категорической форме опровергнуть эти утверждения. Оно считает уместным добавить, что в Венеции не обсуждался вопрос об орга-

___________________
* Так в оригинале.

37

 


низации блока каких-либо государств. Г-н Криштоффи просил довести вышеприведенное сообщение до сведения правительства Советского Союза

Известия.1940.15 января.

 

 

17. В НАРКОМИНДЕЛЕ СССР

15 января 1940 г.

За последнее время внимание Советского правительства привлечено некоторыми фактами, имеющими место в Швеции и Норвегии. Близкие к правительствам обеих стран органы печати и некоторые официальные лица при попустительстве и поддержке шведских и норвежских властей стали развертывать широкую кампанию против СССР и предпринимать действия, несовместимые с политикой нейтралитета, провозглашенной правительствами той и другой страны.

В связи с этими фактами правительство СССР поручило своим полпредам в Швеции и Норвегии сделать соответствующие представления правительствам обеих стран.

5 января полпред СССР в Швеции тов. Коллонтай передала министру иностранных дел Швеции г. Гюнтеру заявление от имени Советского правительства. В этом заявлении было сказано:

«На всем протяжении декабря месяца враждебные Советскому Союзу круги и пресса во главе с близкой к правительству газетой «Социал-Демократен» вели недопустимую кампанию против Советского Союза, объяснить которую можно было бы лишь в том случае, если бы Швеция находилась в состоянии войны с СССР или готовилась к войне с СССР».

Заявление полпреда отмечало далее, что в шведской прессе находят себе место прямые призывы к войне против Советского Союза и требования вооруженного вмешательства Швеции в войну на стороне правительства Рюти — Таннера против СССР.

Указанная кампания, рассчитанная на то, чтобы вызвать осложнения между СССР и Швецией, не встречает противодействия со стороны шведского правительства. Более того, некоторые официальные лица открыто принимают участие в организации военной помощи правительству Рюти — Таннера. К 7 декабря при покровительстве шведских властей в ряде городов Швеции было открыто до 47 вербовочных бюро. Количество завербованных этими бюро «добровольцев» исчисляется тысячами человек. По некоторым данным, относящимся к 28 декабря, в Финляндию прибыло из Швеции до 10 тысяч таких «добровольцев». После этого сообщалось, что из Южной и Центральной Швеции в Финляндию выехали 2 корпуса «добровольцев». Общее командование над ними принял шведский генерал Эрнст Линдер.

К упомянутой кампании шведской прессы, призывам к военным действиям против СССР и открытому формированию «добровольческих отрядов» при содействии шведских властей следует добавить непосредственное снабжение правительства Рюти — Таннера оружием из Швеции и разрешение транзита через Швецию в Финляндию всех видов военного снабжения[18].

Заявление полпреда СССР в Швеции министру иностранных дел заканчивалось следующим образом:

38

 


«Правительство СССР обращает внимание Шведского правительства на приведенные выше факты и действия шведских властей, направленные против СССР. Правительство СССР считает своевременным указать Шведскому правительству на то, что эти действия шведских властей не только противоречат шведской политике нейтралитета, но и могут повести к нежелательным осложнениям в отношениях между Швецией и Советским Союзом».

Того же 5 января полпред СССР в Норвегии т. Плотников также вручил заявление от имени правительства СССР министру иностранных дел Норвегии г. Кут. В этом заявлении было сказано:

«В последнее время некоторые близкие к правительству круги в Норвегии и норвежская пресса ведут ничем не сдерживаемую кампанию против Советского Союза, которая ни к чему другому, кроме вреда и осложнений в отношениях между Союзом Советских Социалистических Республик и Норвегией, повести не может».

Далее в заявлении полпреда было отмечено, что наряду с прямыми призывами к войне против СССР в норвежской прессе находят место требования, чтобы правительство Норвегии оказало военную поддержку правительству Рюти — Таннера против Советского Союза. Некоторые официальные лица, как г. Хамбро, президент стортинга, капитан-генерал Орфлит и другие, содействуют этой кампании и даже принимают в ней активное участие. В Норвегии открыто организуются вербовочные комитеты для разжигания войны на территории Финляндии против СССР. Имеются сведения, что для Финляндии создается особая дивизия «добровольцев» стран группы Осло. Одновременно под покровительством норвежских властей происходит снабжение правительства Рюти — Таннера оружием из Норвегии и идет транзит разных видов военного снаряжения через Норвегию в Финляндию. Заявление полпреда СССР министру иностранных дел Норвегии заканчивалось следующими словами:

«Правительство СССР обращает внимание Норвежского правительства на вышеизложенные факты и действия норвежских властей, направленные против Советского Союза. Правительство СССР считает неотложным заявить правительству Норвегии, что указанные действия норвежских властей не только грубо противоречат объявленной Норвежским правительством политике нейтралитета, но и могут повести к нежелательным осложнениям и нарушить нормальные взаимоотношения между СССР и Норвегией»,

6 января министр иностранных дел Норвегии г. Кут передал полпреду СССР в Норвегии т. Плотникову ответ норвежского правительства.

В своем ответе Норвежское правительство указывает, что выдвигаемые против него обвинения в нарушении нейтралитета основываются на неправильной информации. Выступления в норвежской прессе против Советского Союза исходят от частных лиц и не имеют за собой одобрения ответственных кругов. Что касается организации вербовочных комитетов в Норвегии, то Норвежское правительство не оказывает им никакого содействия. Вербовка на военную службу иностранного государства запрещена в Норвегии законом и потому не будет разрешена. Норвежские власти не содействуют также отправке оружия или военного снаряжения в Финляндию. Если отдельные лица добровольно едут за границу для участия в войне, то, по мнению Норвежского правительства, это не является нарушением нейтралитета. Не противоречит международному праву и провоз оружия через Норвегию. Тем не менее, насколько известно Норвежскому правительству, до сих пор провоз через Норвегию военного материала в Финляндию не имел места, а частный вывоз из Норвегии

39

 


подобного рода снабжения происходит лишь в самых незначительных размерах.

Ответ Норвежского правительства заканчивался заверением, что оно «до сих пор сохраняло и впредь намерено сохранять" нейтралитет, объявленный им в отношении войны в иностранных государствах. Норвежское правительство выражает надежду, что дружественные взаимоотношения между СССР и Норвегией будут существовать и впредь».

10 января дал свой ответ на заявление полпреда СССР в Швеции и министр иностранных дел г. Гюнтер.

В своем ответе Шведское правительство заявляет, что шведский народ питает к Финляндии горячие симпатии, находящие свое отражение в прессе, однако конституционные законы Швеции препятствуют превышениям предоставленной прессе свободы, в частности оскорблению иностранных держав и их представителей. По мнению Шведского правительства, ни его позиция в отношении прессы, ни его действия в какой-либо другой области не дают Советскому Союзу повода для обвинений против Швеции. Выдвигаемые обвинения покоятся в основном на неточной информации. В частности, не соответствуют фактам утверждения, касающиеся вербовки шведских добровольцев. Набор добровольцев проводится лишь по частной инициативе, и число их не соответствует цифрам, приводимым советским правительством. Органы шведской власти не оказывают содействия набору добровольцев, и офицеры, и рядовые шведской службы не участвуют как добровольцы в финской войне.

Транспортировка в Финляндию различного рода предметов, вывозимых из Швеции или идущих транзитом из других стран, не может вызвать возражений. Швеция стремится сохранить свои торговые отношения с другими странами. Финляндия может импортировать из Швеции и пересылать через Швецию транзитом различного рода товары, на которые в Финляндии есть спрос. Шведское правительство не считает возможным изменить такое положение и затруднять коммерческий товарооборот между Швецией и Финляндией.

Ответ Шведского правительства заканчивался выражением надежды, что «вышеприведенные соображения устранят недоразумения, которые могли возникнуть между Швецией и СССР, и докажут Правительству СССР, что не имеется оснований для обвинений против правительства Швеции. Шведское правительство не ведет агрессивной политики против СССР и желает избегнуть каких бы то ни было недоразумений во взаимоотношениях между Советским Союзом и Швецией».

Ответ, данный правительствами Норвегии и особенно Швеции на представления Правительства СССР, нельзя признать вполне удовлетворительным. Правительства Норвегии и Швеции не отрицают всех фактов, доказывающих нарушение ими политики нейтралитета. Такая позиция правительств Швеции и Норвегии таит в себе опасности. Она свидетельствует о том, что правительства Швеции и Норвегии не оказывают должного сопротивления воздействию тех держав, которые стремятся втянуть Швецию и Норвегию в войну против СССР.

Известия. — 1940. — 15 янв.

40

 


 

 

18. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИИ Н. И. ШАРОНОВА С ПОСЛАННИКОМ СЛОВАКИИ В ВЕНГРИИ СПИЖЬЯКОМ

15 января 1940 г.

Был словацкий посланник Спижьяк, сообщивший, что в протесте Словакии по поводу арестов венгров было указано, что эти аресты были произведены в ответ на аресты словаков в Венгрии. В ответ на мой вопрос об их отношениях сейчас с Венгрией он ответил, что никаких улучшений нет. Венгерская пресса не помещает никаких положительных заметок и статей о Словакии. Даже по поводу открытия университета в Братиславе сообщили только, что туда прибыла советская делегация и что между СССР и Словакией имеется тесная связь.

Зав. политотделом МИДа спрашивал Сп[ижьяка], как работают Советы в Словакии, и на ответ «никак, а как в Карпатской Руси?» ответил, что «никакой пропаганды Советов мы в Карпатской Руси не нашли еще».

На следующий вопрос о возможности военного блока Италия — Венгрия— Югославия Сп[ижьяк] ответил, что создание его считают невозможным, югославский посланник ему также говорил, что если Югославия венграм показывает палец в виде приветствия, то они раскидывают объятия, а Югославия очень холодно относится ко всем заигрываниям Венгрии.

Посредничать между Венгрией и Румынией по урегулированию споров Югославия также не будет, говорит он, т. к. сильная Венгрия потребует тот же Банат, а румыны лучше отдадут Вам Бессарабию (что им посоветуют и соседи), чем хотя бы часть Трансильвании венграм.

Я заметил, что это все верно, если не принимать во внимание антисоветское острие предполагаемых комбинаций.

Сп[ижьяк] ответил, что Югославия на антисоветскую комбинацию не пойдет, т. к., несмотря на династические настроения, народ относится к СССР, как раньше относился к русским; кроме того, Югославия непосредственно ничего выиграть не может, работать же для Италии и Венгрии ей более чем нет смысла, и даже если англичане спровоцируют Румынию на вооруженный конфликт с СССР, то Югославия останется в стороне, даже если Италия стала бы помогать Румынии. М[аркус] и Сп[ижьяк] говорят, что венгры начали ускоренную постройку укреплений на Карпатах к нашей границе, по сообщению словацкого военного атташе.

Были с женой у эрцгерцога Иосифа-старшего и эрцгерцогини. Беседа 30 мин. о русской музыке и спорте.

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 18.

 

 

19. ТЕЛЕГРАММА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА ПОВЕРЕННОМУ В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДУ

16 января 1940 г.

14 января венгерское правительство через посланника в Москве официально заявило нам, что переговоры Чиано — Чаки в Венеции [11] не были направлены против СССР, и что при этих переговорах не обсуждался вопрос об организации блока каких-либо государств. 15 января, принимая итальянского поверенного в делах, я спросил его, был ли венгерский де-

41

 


марш произведен с ведома итальянского правительства. Машиа ответил, что не знает этого, но подчеркнул, что венгерское заявление соответствует линии внешней политики Италии. Постарайтесь при удобном случае осторожно выяснить отношение МИД к венгерскому демаршу и проверить, соответствуют ли действительности заверения Венгрии. По некоторым данным, переговоры в Венеции весьма близко коснулись Румынии, и румынский посланник в Риме достаточно полно об этом информирован. Желательно разузнать конкретно, что намечено было в Венеции и верны ли сведения, будто Югославия отказалась пропустить через свою территорию итальянские войска для эвентуальной помощи Венгрии.

Потемкин

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 330, д. 2269, л. 7.

 

 

20. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА РУМЫНИЯ В СССР Г. ДАВИДЕСКУ

17 января 1940 г.

Посланник начинает с заявления о том, что, подведя итоги своему пребыванию в Москве, он не отмечает прогресса в советско-румынских отношениях, которые он желал бы видеть более интенсивными как по линии экономической, так и культурной. Его, дескать, разочаровала также и позиция, занятая советской печатью по отношению к Румынии. Например, советская печать посвятила лишь краткие заметки выступлению Гафенку*, совсем не отражающие содержание его речи.

Давидеску говорит, что назначение советскозо посланника в Бухарест весьма содействовало бы сближению между СССР и Румынией во всех областях их взаимоотношений.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что с точки зрения хороших отношений между двумя соседними странами в румынской прессе печатается больше отрицательного, чем положительного. Этого нельзя сказать о советской прессе. Тов. Молотов подчеркивает, что он не имеет на этот счет никаких претензий, а лишь констатирует факт.

Переходя к поднятому посланником вопросу о назначении в Бухарест советского полпреда, тов. Молотов говорит, что случай с Бутенко[19] оставил неприятный осадок, тем более что он имел место не без участия румынских властей.

Давидеску пытается заверить тов. Молотова, что в данном случае он ошибается, и говорит, что румынские власти были непричастны к происшествию с Бутенко.

Указав, что он не хочет касаться деталей дела Бутенко, тов. Молотов заявляет, что он считает постановку вопроса о назначении советского посланника в Бухарест целесообразной, и высказывает предположение, что Советское правительство на это пойдет. Тов. Молотов обещает со своей стороны принять меры к положительному решению этого вопроса.

Поблагодарив тов. Молотова за ответ, Давидеску говорит о румынской печати, которая, по его словам, настроена по отношению к СССР

___________________
* См. Известия.—1939.—1 дек.

42

 


вполне благожелательно. В подтверждение он ссылается на то, что румынские газеты поместили полный текст речей тов. Молотова от 31 октября и 6 ноября.

Тов. Молотов говорит, что, по имеющимся у него сведениям, последнее время румынская печать публикует много материала, враждебного СССР. Часто это делается под предлогом освещения событий, не имеющих прямого отношения к советско-румынским отношениям, например событий в Финляндии[20]. Официальные лица также манифестировали свое отношение к СССР, и нельзя истолковать эти манифестации, как подчеркивающие хорошее отношение к СССР. Тем не менее вопрос о назначении полпреда является приемлемым и может быть поставлен перед советским правительством.

Давидеску заверяет т. Молотова, что официальные румынские деятели не допускали в своих выступлениях ничего, что было бы направлено против СССР, с которым они хотят иметь наилучшие отношения. Давидеску говорит, что ему неизвестны враждебные Советскому Союзу выступления прессы, однако обещает снестись со своим правительством с тем, чтобы на печать было оказано соответствующее воздействие. Есть, конечно, правые газеты, которые позволяют себе резкие выступления, но они не отражают мнения правительственных кругов. Если же принять во внимание все элементы советско-румынских отношений, то назначение советского посланника будет несомненно положительным фактом.

Тов. Молотов указывает Давидеску, что это будет положительным фактом в том случае, если будет способствовать тому, что в официальных высказываниях и прессе будет не больше, а меньше враждебных СССР выступлений.

Тов. Молотов выражает надежду, что если Советское правительство примет решение о назначении посланника, то оно будет правильно понято в Румынии.

В заключение беседы Давидеску просит тов. Молотова содействовать решению вопроса о сплаве леса по реке Черемуш. Сплав прекратился после событий сентября 1939 г. В настоящее время в реке и на ее берегах скопилось большое количество леса (с румынской стороны около 30 тыс. кубометров). В марте река вскроется и лес может повредить имеющиеся на реке 3 моста. Посланник оставлял по этому вопросу в НКИД памятные записки, но вопрос до сего времени не решен.

Тов. Молотов обещает выяснить этот вопрос и затем дать посланнику ответ.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. I, д. 8, л. 23—25.

 

 

21. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

18 января 1940 г.

В номере от 29 декабря 1939 года, недавно полученном в Москве, германская газета «Франкфуртер Цейтунг» в статье об истории финляндской области Петсамо писала, что будто бы «возвращение области Петсамо относится к важнейшим требованиям, которые были предъявлены Финляндии и о которых Молотов говорил в своей речи от 31 октября».

ТАСС уполномочен заявить, что Советское правительство никогда не

43

 


предъявляло требования о возвращении Советскому Союзу области Петсамо и ничего подобного не говорил тов. Молотов ни в речи от 31 октября, ни в других речах. Указанное сообщение «Франкфуртер Цейтунг» является вымыслом.

Известия.1940,18 янв.

 

 

22. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

18 января 1940 г. Немедленно.

Ваш № 351.

1.   Отвечая на поставленный мной в беседе вопрос, Анфузо заявил, что о венгерском демарше* в Москве итальянское правительство узнало постфактум из телеграмм Машиа, которого информировал о беседе с Вами Кристоффи. Местная венгерская миссия также узнала о демарше лишь впоследствии. Таким образом, акция Будапешта отнюдь не была предварительно согласована с Римом и вряд ли доставила удовольствие итальянцам, которые все время в прессе писали об антисоветском значении венецианского свидания [11]. Машиа поэтому в разговоре с Вами явно выразил лишь свое личное мнение, не соответствующее общей и нам известной линии Рима.

2.   Переговоры в Венеции действительно близко касались Румынии, и главным образом венгеро-румынских отношений. По этому поводу информировал Вас телеграммами № 255 от 8 января, № 332 от 10 января и № 370 от 11 января**. Последняя телеграмма, в частности, содержит сообщение румынского посланника, рассказавшего мне о своей беседе с Чиано после венецианских переговоров.

3.   В вышеуказанных телеграммах из разных источников сообщалось об отказе Югославии пропустить через свою территорию итальянские войска для эвентуальной помощи Венгрии. Бывший у меня на днях югославский военный атташе подтвердил этот отказ, указав, однако, что обращение итальянцев в Белград имело место полтора месяца назад и с тех пор Рим более этот вопрос не подымал. Настойчиво циркулируют слухи, что итальянцы все это время перебрасывают в Венгрию группы военных, одетых в штатское, посылая вооружение отдельно товарными вагонами. Югославский военный атташе сказал мне, что эти слухи частично соответствуют действительности.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 53—54.

___________________
* См. док. 16.
** Не публикуются.

44

 


 

 

23. В НАРКОМИНДЕЛЕ СССР

20 января 1940 г.

17 января заместитель народного комиссара иностранных дел тов. Лозовский вручил поверенному в делах Швеции г-ну фон Эйлеру ответ Наркоминдела на ноту шведского правительства от 16 января с. г., в которой шведское правительство заявило протест по поводу того, что советские самолеты летали 14 января над шведским островом Калакс недалеко от гор. Лулео и якобы сбросили бомбы, причем шведское правительство просило правительство СССР принять меры с целью избежать повторения подобных случаев в будущем.

В ответ на эту ноту Наркоминдел сообщил в своей ноте, что, по полученным сведениям, действительно имел место случайный перелет двумя советскими самолетами шведской границы вследствие трудности точной ориентировки ввиду большой снежной метели. Советское правительство выразило сожаление по поводу случившегося.

17 января Наркоминдел передал также ответную ноту Норвежской миссии в Москве в связи с ее нотами от 15 и 16 января, в которых был заявлен протест против перелета норвежской границы советскими самолетами 12 и 14 января в районе Сванвик— Ваггетем.

В своей ноте Наркоминдел сообщил, что, по полученным сведениям, действительно имели место три факта случайного перелета норвежской границы советскими самолетами 12 и 14 января с. г., объясняющиеся исключительно неблагоприятными атмосферными условиями, затруднившими ориентацию для летчиков. Советское правительство выразило сожаление по поводу случившегося.

Известия.— 1940.— 20 янв.

 

 

24. БЕСЕДА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С. А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР С. ТОГО

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину, т. Деканозову, Ген. Секретариат, 2-й ДВО, Полпредство в Токио

21 января 1940 г.

Я заявил послу, что попросил его для того, чтобы довести до конца вопрос, касающийся спора торгпредства СССР в Токио с японской фирмой «Мацуо-Докиярд». Дело это затянулось, и вряд ли от этого может быть какая-нибудь польза для обеих сторон. Я напомнил японскому послу, что 19 ноября 1939 г. Народный комиссар иностранных дел в своем заявлении по этому вопросу подчеркнул, что «удовлетворение указанных законных претензий советского торгпредства в Токио было бы благоприятной предпосылкой для переговоров о заключении советско-японского торгового соглашения». Я далее сказал, что обе стороны заинтересованы в том, чтобы расчистить путь для заключения торгового соглашения. Я напомнил послу предложение советника японского посольства Ситида от 23 декабря, мой ответ, врученный г-ну Того 30 декабря, затем новое предложение советника японского посольства от 14 января и сказал, что я хочу внести по этому вопросу такое предложение, которое, по моему мнению, встретит доброжелательное отношение с японской стороны и поможет Урегулировать этот вопрос. Г-ну Послу известно,— сказал я,— что торгпредство СССР в Токио передало фирме «Мацуо-Докиярд» наличными

45

 


деньгами: 15 октября 1936 г.—507 000 иен, 18 ноября 1936г. — 338 000 иен, 15 января 1937г.—169 000 иен, 14 августа 1937 г.—211 250 иен, 20 октября 1937 г.—211 250 иен и 25 января 1938 г.—211 250 иен, всего —1 647 750 иен. Советское правительство готово пойти на то, чтобы снять требование уплаты фирмой причитающегося с нее штрафа (неустойки) при условии уплаты фирмой всей суммы аванса в размере 1 647 750 иен, процентов на эту сумму за все время, а также уплаты курсовой разницы между стоимостью иены в золоте в момент внесения аванса и в момент возвращения его фирмой торгпредству. Конкретно это выразится в следующих суммах: аванс—1 647 750 иен, проценты— 141 043 иены 23 сены, курсовая разница— 230 685 иен. Что же касается суммы штрафа—316 875 иен, то эту сумму Советское правительство снимает.

Делая это предложение, Советское правительство надеется, что будет достигнуто соглашение и тем самым расчищен путь для заключения торгового соглашения, в котором заинтересованы обе стороны.

Японский посол на это ответил, что в данном вопросе имеется особое обстоятельство, которое заключается в том, что Советское правительство выбрало для размещения этого заказа не весьма состоятельную судостроительную фирму. Для устранения недоразумений,— заявил Того,— он со своей стороны подробно передал все пожелания и претензии советской стороны своему правительству, на основе чего министерство иностранных дел приложило все усилия, чтобы разрешить этот вопрос. Того напомнил, что 14 января он послал своего советника в НКИД для того, чтобы еще до судебного разбирательства выяснить окончательно точку зрения на этот вопрос советской стороны и попытаться разрешить спор мирным порядком. Сегодня он получил из Токио телеграмму, в которой сообщается, что судья, разбиравший 17 января это дело, предложил фирме уплатить торгпредству 1 500 000 иен. Примирение не состоялось. Японский посол выразил опасение, что упущено благоприятное время, когда можно было ускоренным порядком разрешить этот вопрос, поскольку дело перешло в суд. Отметив далее, что советская сторона сделала в этом вопросе некоторые уступки, посол заявил, что он мог бы доложить своему правительству, чтобы оно продолжало свои усилия для разрешения этого вопроса, но применение золотой оговорки в данном случае является новым вопросом, и если он об этом доложит своему правительству, то он уверен, что это не даст никаких результатов. Он поэтому «откровенно заявляет», что считает нецелесообразным сообщать об этом своему правительству.

В ответ на это я сказал Того, что мне тоже известно, что судья предложил фирме уплатить торгпредству вместо причитающихся 1 647 750 иен, аванса, процентов и курсовой разницы 1 500 000 иен. Я выразил недоумение, чем мог руководствоваться судья при вынесении такого предложения, которое является по существу премией за невыполнение фирмой своих обязательств. Я заявил, что Советское правительство ни в коем случае не может согласиться с такого рода предложением японского суда. Я обратил внимание японского посла, что фирма не выполнила договора, пользовалась три года нашими деньгами, и когда эта фирма не только не платит штрафа, курсовой разницы и процентов, а пытается уклониться от уплаты аванса, то суд вместо того, чтобы наказать эту фирму, еще уменьшает сумму аванса на 147 тыс. иен. При таких обстоятельствах возникает сомнение, можно ли будет заключать какие-либо договоры с японскими фирмами, если они за невыполнение своих обязательств вместо наказания получают премии. Что же касается заявления посла, что я сделал ему новое предложение, то я отметил, что ничего нового в этом предложении нет. Фирма получила деньги в 1936, 1937, 1938 гг., когда иена была дороже, и

46

 


нет ничего удивительного в том, что при разрешении вопроса, касающегося деловой сделки, учитывается и этот вопрос. В какой форме японская сторона окажет воздействие на фирму, мне неизвестно, но одно лишь совершенно очевидно, что такого рода прецеденты не могут быть допустимы в деловых отношениях. При наличии такого прецедента довольно трудно будет заключать серьезные торговые сделки с японскими фирмами на основе нового торгового договора. Я поставил японскому Послу следующий вопрос: если фирма «Мацуо-Докиярд» поступила таким образом, то какие имеются гарантии, что другие японские фирмы не будут так поступать? Найдутся, наверно, и другие охотники, которые пойдут по этому пути, и вряд ли на такой основе можно будет заключать серьезные торговые сделки с японскими фирмами. Я просил Посла подумать над этим вопросом, указав, что такого рода прецедент не может содействовать нормальным торговым отношениям между обеими странами.

В ответ на это Того заявил, что он не знает причин, по которым судья предложил фирме уплатить торгпредству 1 500 000 иен вместо 1 647 750 иен. Возможно, что судья принял во внимание встречный иск фирмы «Мацуо-Докиярд» торгпредству или исходил из недостаточной платежеспособности фирмы. Поскольку ему точно не известно, можно лишь догадываться о мотивах, побудивших судью принять такое решение. Он лично, как и министерство иностранных дел, признает неправильность позиции фирмы «Мацуо-Докиярд» в отношении торгпредства, и именно в силу этого МИД до сих пор прилагал все свои усилия для урегулирования этого вопроса. Посол отметил, что почти нет примеров в практике гражданских дел, чтобы МИД так усердно занимался и прилагал свои усилия, как в данном случае, и что это обстоятельство советской стороне следовало бы учесть. Далее посол заявил, что я напрасно беспокоюсь, что другие фирмы могут последовать примеру фирмы «Мацуо-Докиярд», поскольку другие фирмы имеют гораздо более прочную базу. Но раз началось судебное разбирательство по делу фирмы «Мацуо-Докиярд», то целесообразно будет, чтобы советская сторона довела свой взгляд до сведения суда через торгпредство СССР в Токио. Японский посол счел необходимым отметить, что в японском гражданском кодексе не предусмотрено возмещение убытков, причиняемых колебаниями ценности денег, и поэтому он сомневается, можно ли будет в благоприятном смысле применить в данном случае золотую оговорку.

Я сказал японскому послу, что мною была изложена точка зрения советского правительства на этот вопрос, а он изложил точку зрения своего правительства. Я выразил надежду, что посол передаст нашу точку зрения своему правительству. Что же касается неплатежеспособности фирмы, сказал я, то в случае, если бы суд захотел заставить фирму выполнить обязательство, он наложил бы арест на имущество и на счета фирмы в банках и тогда вопрос был бы быстро разрешен. Однако в данном случае этого сделано не было. Я далее сказал, что принимаю к сведению заявление посла о том, что он сам и министерство иностранных дел признают действия фирмы неправильными, и, поскольку это так, деньги должны быть полностью возвращены, ибо такого рода прецедент может создать неуверенность в деловых отношениях, это может разлагающе подействовать на те фирмы, которые ранее не страдали невыполнением взятых на себя обязательств. Такой прецедент тем более нежелателен, что он возник накануне заключения нового торгового договора.

Я далее попросил посла сообщить мне точно те статьи и параграфы гражданского кодекса Японии, которые не признают выплаты курсовой разницы в случае падения валюты, и задал ему в связи с этим вопрос:

предусматривает ли гражданский кодекс Японии уплату процентов в случаях, подобных делу «Мацуо-Докиярд». На это посол мне ничего не ответил.

В заключение я заявил японскому послу, что о результатах нашей встречи я доложу Председателю СНК и Народному комиссару иностранных дел и сообщу это также Народному комиссару внешней торговли тов. Микояну, который ведет сейчас переговоры о заключении торгового договора и весьма заинтересован в этом вопросе, поскольку торгпредство в Японии является органом наркомата внешней торговли.

С. Лозовский

АВП РФ, ф. 0146, on. 23, п. 205, д. 9, л. 10—16.

 

 

25. БЕСЕДА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА С ПОСЛОМ США В СССР Л. А. ШТЕЙНГАРДТОМ*

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, т. Лозовскому, т. Потемкину

21 января 1940 г.

Штейнгардт явился ко мне с сообщением, что ни правительство США, ни американские фирмы, командировавшие в СССР своих специалистов для технической помощи советской промышленности, не намерены отзывать обратно всех этих лиц. Предложение явиться в Москву, разосланное этим специалистам от имени посольства, преследовало единственную цель — перерегистрировать и, если нужно, продлить их паспорта. Указанные специалисты уже были в Москве, и большинство из них вернулось на предприятия, где они работают. Однако посол считает долгом отметить, что у многих из американских инженеров и техников имеется желание вернуться в США. Такое желание вызывается неудовлетворительной организацией строительства промышленных предприятий в Советском Союзе и нерациональным использованием на них иностранного технического персонала. В качестве иллюстрации посол может сослаться на пример Расмуссена. По заявлению последнего, он около полутора лет провел на газовом заводе № 2 в Грозном без всякой пользы для дела. Прибывшее из США оборудование не могло быть установлено на заводе, ибо для этого не были возведены соответствующие постройки. До настоящего времени американские машины — нередко весьма сложной и тонкой конструкции —лежат в условиях, не предохраняющих их от вредного влияния сырости и низкой температуры. Работать при таких условиях американский инженер считает бесполезным и невозможным. Следует особо отметить, что сырье, поступающее на советские крекинги, оборудованные наиболее совершенными американскими машинами, не отвечает требованиям, предъявляемым американскими специалистами. Поэтому и продукция этих крекингов по качеству ниже, чем было предусмотрено при заключении контрактов об американской технической помощи. В итоге у большинства американских инженеров имеется желание поскорее вернуться в США[21].

Я ответил послу, что, несмотря на неизбежные промахи и недо-

___________________
* В ряде документов НКИД и посольства США в Москве использовалась и транскрипция «Стейнаардт»; здесь и далее в сборнике написание фамилии унифицировано.

48

 


статки, имевшие место в сравнительно молодой советской промышленности, она смогла в некоторых важнейших отраслях выйти на первые места в Европе и даже в мире, даже не прибегая к помощи иностранных специалистов. Этот общеизвестный факт имеет несравненно большее значение, чем жалобы отдельных американских инженеров на преходящие дефекты советского промышленного строительства. Что касается вопроса об отозвании этих специалистов в США, то в настоящее время им занимаются Амторг[22] и отчасти полпредство СССР в Вашингтоне. Создается впечатление, что в отношении Советского Союза американскими властями проводится известная дискриминация, и что кое-кто в Америке заинтересован в сокращении экономического сотрудничества США и Советского Союза[23].

Посол попытался было возразить, что мы сами проявляем в отношении США неприязнь, переходящую в прямую враждебность. На это я ответил, что во всяком случае со стороны Советского Союза и его официальных представителей никогда не допускалось в отношении США ничего, хотя бы отдаленно напоминающего последнее публичное выступление заместителя военного министра США Джонсона[24]. Я передал послу содержание речи Джонсона и сообщил, что нашему полпреду поручено, вырдзить МИД неудовольствие Советского правительства по поводу недопустимой выходки против СССР со стороны члена правительства США.

Штейнгардт поспешил заявить, что он первый раз слышит о выступлении Джонсона. Он запросит в Вашингтоне сведения об указанном случае.

После этого в просительном тоне посол напомнил мне о еще неурегулированном деле с личным имуществом бывшего американского посла в Польше Биддла[25]. Это ценное имущество находится еще близ Львова, в бывшем замке Потоцких. Отчаявшись получить его при содействии посольства в Москве, Биддл обратился с личным письмом к Президенту США, прося его вмешательства в это дело. Штейнгардт просит НКИД ускорить возвращение Биддлу его вещей, ибо дальнейшее промедление может вызвать в прессе и общественном мнении США новую атаку против СССР.

Я заявил послу, что нашим местным властям необходима точная опись вещей, оставленных Биддлом, чтобы разрешить их вывоз за границу. Штейнгардт выразил убеждение, что такие данные уже имеются в распоряжении НКИД. Во всяком случае посол проверит это дело и направит мне все требуемые данные.

В. Потемкин

АВП РФ, ф, 0129, on. 24, п. 138а. д.— 2 л. 1—3.

 

 

26. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Кагановичу, т. Микояну, т. Потемкину, т. Лозовскому, т. Шкварцеву

25 января. 1940 г.

Шуленбург сообщил, что ему предложено на несколько дней выехать в Берлин. Поэтому он просил приема у тов. Молотова, чтобы выяснить ряд текущих вопросов. Затем Шуленбург поставил следующие вопросы:

49

 


1. О продолжении воздушной линии Берлин — Москва до Токио, о чем в свое время вопрос уже ставился. Кроме того, германское правительство желает установить воздушное сообщение с Ираном. Послу предложено выяснить мнение Советского правительства о возможности создания этой линии по маршруту: Берлин — Позен — Киев — Харьков — Ростов-на-Дону — Баку — Тегеран.

Тов. Молотов ответил, что он поручит соответствующим органам изучить эти предложения Германского правительства.

2. Об уступке в пользу Германии небольшой территории в районе Остроленка, так как переданные Германии казармы очень близко находятся от границы и это может вызывать нежелательные пограничные инциденты.

Тов. Молотов ответил, что он считает этот вопрос решенным удовлетворением просьбы Германского правительства об уступке ему указанных казарм. На повторную просьбу тов. Молотов заявил Шуленбургу, что если будет признано возможным дополнительно увеличить размер отдаваемой Германии территории в этом районе, то Шуленбургу будет сообщено об этом[26].

3. Шуленбург просит поддержать ходатайство германского атташе по авиации полковника Ашенбреннера о прикомандировании к начальнику отдела внешних сношений НКО полковнику Осетрову помощника, с которым германскому атташе можно было бы сноситься по вопросам военной авиации.

Тов. Молотов отвечает, что он об этой просьбе доведет до сведения наркома обороны тов. Ворошилова.

4. На вновь образованной советско-германской границе часто происходят пограничные инциденты, которые имеют место, по мнению Шуленбурга, в результате «нервничанья», проявляемого советскими пограничными властями. Шуленбург просит дать указания пограничным властям о принятии мер по предупреждению этих инцидентов. На вопрос тов. Молотова, где именно имели место пограничные инциденты, Шуленбург не дал конкретного ответа, но сказал, что о таких фактах сообщалось тов. Потемкину.

Тов. Молотов заявил послу, что если это имеет место, то это, конечно, нежелательно и будут приняты соответствующие меры, однако он не слышал об этих инцидентах, но слышал о другом — о неоднократной насильственной переброске с германской стороны на территорию СССР человек по 200 австрийских евреев.

На это Шуленбург ответил, что факты переброски евреев действительно имели место, но что по его представлению германским властям даны указания не допускать подобного.

5. В связи с отъездом в Берлин Шуленбург спрашивает мнения тов. Молотова по ряду политических вопросов. В частности, он хочет знать, как смотрит тов. Молотов на ту возню, которая замечается сейчас на Балканах (встречи Чиано — Чаки,[11] Менеменджиоглу — Кьоссейванова и т. п.). Создается впечатление о дикой нервозности, вызванной якобы какими-то «темными намерениями» СССР в отношении Балкан. В других случаях эти слухи говорят о том, что не СССР имеет эти намерения, а другие государства. Много пишут также о концентрации войск в Сирии и Иране против Кавказа, Баку и т. п. Известное турецкое коммюнике о сокращении якобы войск во Фракии не соответствует действительности. Есть сведения, что турки дали отпуска некоторым запасным, но зато усилили кадровый состав армии. Лично Шуленбург уверен, что слухи о концентрации войск в Сирии и Иране — это вы-

50

 


думка, но в связи с некоторыми утверждениями о подготовке нападения на Баку весной он решил все-таки спросить, как к этим слухам относится тов. Молотов.

Тов. Молотов напоминает послу, что по поводу Сирии и Ирана Советское правительство не опровергало этих слухов, как известно, по просьбе самого же Германского правительства, что косвенно способствовало их распространению. Во всех этих слухах больше шума, чем дела. Что же касается «возни на Балканах», то слухи о каких-то «темных намерениях» СССР, конечно, чепуха, а Германия знает хорошо о действительных намерениях СССР (например, в отношении Румынии). Затем тов. Молотов замечает, что, собственно, по вопросу о создании группировок на Балканах и о роли Италии в этом деле Шуленбург должен быть больше в курсе дел, так как у Германии близкие отношения с Италией, поэтому сам Шуленбург мог бы полнее проинформировать тов. Молотова об этом.

На вопрос тов. Молотова, как он расценивает активность Италии, Шуленбург заявляет, что ему представляется совершенно ясным, что Италия не желает создания балканского блока, а желает этого блока Турция. Италия, конечно, стремится к поддержанию своего положения на Балканах, и она встревожена начавшимся советско-болгарским сближением. Конечно, СССР имеет те же права на Балканах, что и Италия, но Италия, видимо, боится СССР. Что же касается знаний посла о намерениях Италии, то ему кажется, что тов. Молотов их переоценивает.

Тов. Молотов отмечает, что СССР не сделал ни одного враждебного шага против Италии, однако Италия это делает против СССР. На это замечание тов. Молотова Шуленбург, хотя и уклончиво, отвечает, что Италия, конечно, успокоится: она просто напугана советско-болгарским сближением.

Далее Шуленбург заявил, что у него имеются сведения, будто советско-турецкие отношения улучшаются. Тов. Молотов на это ответил, что заметного улучшения этих отношений нет, но и ухудшения их также нет.

6. Шуленбург просит тов. Молотова проинформировать его по вопросу о Финляндии. Имеется, дескать, много различных слухов, вплоть до того, что будто бы Германия взяла на себя посредничество. Германия, конечно, этого не сделает, продолжает Шуленбург, если ее об этом не попросят обе стороны. Германию интересует финляндский вопрос и перспективы окончания создавшейся в Финляндии обстановки, потому что она заинтересована в Финляндии экономически[27].

Тов. Молотов отвечает послу, что нельзя указать день, к которому уладится вопрос с Финляндией, однако он может заверить посла, что долго это дело не затянется. События должны прийти к своему логическому концу. Германии придется немного потерпеть. В том положении, в котором Финляндия находится сейчас, она долго не продержится, и если решение финляндского вопроса несколько затянулось, то исключительно в виду нашего желания иметь там поменьше жертв. Теперешние финляндские правители скоро поймут безнадежность своего положения.

Что же касается разных враждебных СССР слухов, то они исходят главным образом от англо-французов. Англия и Франция производят особое давление на Швецию и Норвегию[28], и о принятых в связи с этим шагах Советского правительства послу уже было сообщено ранее*.

___________________
* См. док. 8.

51

 


СССР стремится к нормальным отношениям со Швецией и Норвегией и не имеет в отношении этих стран никаких намерений, затрагивающих их интересы.

Шуленбург замечает, что$он также находит положение Финляндского правительства безнадежным. Затем осторожно, в форме вопроса, заявляет, что, видимо, СССР не намерен будет обсуждать какие-либо мирные предложения, если бы они полностью удовлетворяли требования СССР. Тов. Молотов отвечает на это послу, что с правительством Маннергейма — Рюти — Таннера, которое явно враждебно СССР, у нас ничего не выйдет. Факты показывают, что Финляндия, видимо по указке главным образом Англии, длительное время готовилась к враждебным актам против СССР, и больше мы не можем мириться с таким положением, как соседство ярко враждебного правительства Финляндии.

Шуленбург, стараясь придать своему вопросу шутливую форму, спрашивает тов. Молотова, что ответить Риббентропу и фюреру, если его спросят: «Ну, хорошо. СССР не хочет разговаривать с правительством Рюти — Таннера, но, может быть, с кем-либо другим... скажем, со стариком Свинхувудом?» Тов. Молотов на это отвечает Шуленбургу, что Свинхувуд — это то же самое, что и теперешнее правительство, которому СССР не может отдать Карелию и не может придвинуть границу Финляндии, поскольку она враждебна СССР, к самой линии Мурманской железной дороги. Поскольку кровь уже пролита и мы теперь удостоверились, насколько правительство Рюти — Таннера настроено по отношению к СССР крайне враждебно, советское правительство не может пойти на соглашение с ним, а добьется того, чтобы финляндский вопрос пришел поскорее к своему логическому концу. СССР договорился с народным правительством Финляндии, которое в свое время будет пополнено новыми силами, как это указано в декларации самого этого правительства. Это правительство, созданное на обычных демократических началах, сумеет установить дружественные отношения с СССР.

7. О приеме тов. Сталиным и тов. Молотовым гг. Риттера и Шнурре. Шуленбург просит назначить для приема ближайший день до его отъезда в Берлин, с тем чтобы он мог принять участие в этой беседе.

Тов. Молотов отвечает, что, конечно, желательно участие Шуленбурга в этой беседе, и обещает в ближайшие дня устроить эту встречу*.

8. Шуленбург просит предоставить ему возможность представить тов. Молотову Кляйста[29]—начальника специального бюро Риббентропа.

Тов. Молотов уклончиво отвечает на это, что об этом на днях договоримся.

9. Посол просит о содействии фоторепортеру проф. Ляуксу в разрешении производства снимков некоторых культурных объектов, в частности балета.

Тов. Молотов отвечает, что этим вопросом придется заняться тов. Козыреву (пом. наркома).

10. Шуленбург напоминает о просьбе Риббентропа касательно возможности его охоты в Карпатах и районе Сколе.

Тов. Молотов отвечает послу, что он обеспечит г. Риббентропу, если тот пожелает, в любое время охоту в районе Сколе.

___________________
* См. док. 29.

52

 


Об остальном как-нибудь договоримся потом.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 10—15.

 

 

27. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ

ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину

26 января 1940 г.

Многоуважаемый Вячеслав Михайлович,

1. Прошло около полутора месяцев со дня моего последнего письма, посвященного советско-английским отношениям*, и я считаю своевременным сейчас вновь коснуться того же вопроса. Острая кампания антисоветского бешенства, в обстановке которой я писал свое прошлое письма, к настоящему моменту может считаться спавшей (хотя, конечно, пресса ежедневно продолжает выливать на нас известное количество грязи). Однако, как я Вам уже телеграфировал в конце декабря, общая температура советско-английских отношений резко идет вниз не только по сравнению с тем, что было до начала войны, но также и по сравнению с тем, что наблюдалось в октябре— ноябре прошлого года (между Польшей и Финляндией). Выражаясь статистическим языком, я бы сказал, что если температуру мая— июня 1939 г. принять за 100, то температура октября — ноября равнялась 50, а температура сегодняшнего дня едва ли превышает 30. В соответствии с этим атмосфера, окружающая Полпредство, носит леденящий характер и пустота вокруг него все больше расширяется. Если бы не мои старые личные связи, накопленные в годы «дружественных» отношений между СССР и Англией, связи, дающие мне возможность даже теперь кое-что узнавать о совершающихся событиях, наше положение здесь было бы очень затруднительно. Правда, обстановка, в которой нашему полпредству приходится работать в Лондоне, несколько лучше, чем эта обстановка в Париже. Однако разница довольно быстро уменьшается. Нас этим, конечно, не проймешь, но учитывать это приходится во всех наших кулькуляциях и расчетах.

2. Чем объясняется указанный ход вещей? Основные причины, как мне представляется, сводятся к следующему. Как я уже указывал в своем прошлом письме, первоначальный план британского правительства состоял в том, чтобы изолировать Германию, нейтрализовать или, еще лучше, «оторвать» СССР от Германии и по возможности превратить его в державу, проводящую политику дружественного нейтралитета в отношении Англии и Франции. Британское правительство пыталось реализовать свой план в течение первых трех месяцев войны,

Письмо от 11 декабря 1939 г. см. Документы...— Т. XXII.— Док. 8.

53

 


но по причинам, на которых я подробно останавливался в своем прошлом письме, эти расчеты его не оправдались. Тогда в настроениях здешней руководящей верхушки стали происходить значительные сдвиги, находившие всяческие поддержки и поощрения со стороны Франции. В кругах этой верхушки стало явно усиливаться течение, которое поставило ставку на расширение войны, на вовлечение в нее возможно большего количества нейтральных государств, в частности на вовлечение в войну СССР, хотя бы даже на стороне Германии. Прелюдией к такому вовлечению Советского Союза должен был быть разрыв дипломатических отношений с ним со стороны Англии и Франции. Французы здесь шли в авангарде. Как Вы уже знаете, предложение о разрыве было сделано Даладье на Верховном Военном Совете «союзников» 19 декабря. Чемберлен признал, однако, разрыв в тот момент «преждевременным» и высказался в том смысле, что для «союзников» вообще было бы гораздо выгоднее, если бы инициатива разрыва пришла со стороны СССР. В конечном счете одержала верх точка зрения Чемберлена. После этого в течение более месяца мы наблюдаем длинный ряд различных провокационных действий со стороны «союзников» (открытая помощь Маннергейму, всемерное подталкивание Скандинавских стран к войне против СССР, кампания в печати и по радио, «отпуск» Сидса[39], арест Дощенко, подготовка выпуска «Синей книги»[31] и т. д.), которые, по их расчетам, должны были бы истощить наше терпение и повести к разрыву с советской стороны. Судя по некоторым симптомам, я склонен думать, что список антисоветских провокаций «союзников» далеко еще не исчерпан.

3. Справедливость требует сказать, что за последние одну-две недели в атмосфере советско-английских отношений, поскольку, по крайней мере, можно судить по прессе, стало немного тише. Это я объясняю в первую очередь тем обстоятельством, что холодным воздухом потянуло из-за океана. США, которые в декабре сыграли такую крупную роль в развязывании мировой антисоветской кампании в связи с финляндскими событиями, в самые последние дни, когда от слов надо было переходить к делу, дали миру яркий образчик свойственного американской буржуазии политического лицемерия: они, по существу, отказались снабжать Маннергейма не только оружием, но даже (в сколько-нибудь серьезных размерах) деньгами. Это рикошетом сильно ударило по антисоветским настроениям в Англии. Сюда прибавилось еще давление со стороны Китая и Турции, которые боятся разрыва между СССР и Англией, ибо это поставило бы их в необходимость делать выбор между сторонами. Наконец, в том же направлении действовало нежелание Швеции и Норвегии быть втянутыми в большую войну и стать театром военных действий со всеми вытекающими отсюда последствиями. Именно в связи с только что указанными моментами в английских правительственных кругах возникла идея ликвидации финских событий путем того или иного «посредничества», причем, как всегда бывает, эти круги сразу же поспешили использовать для данной цели готовых на все лейбористов (подробнее о «посреднических» планах я Вам телеграфировал). Временное затишье последних двух недель, однако, ни на минуту не должно нас обманывать. Это просто тактический шаг со стороны здешних правящих кругов. Они видят и чувствуют, что обстановка — международная и внутренняя — еще не готова для вовлечения СССР в войну, и потому считают пока что необходимым заниматься маневрированием. У меня нет, однако, ни малейшего сомнения, что, если и когда момент для вовлечения СССР в войну окажется созревшим, британское (равно как

54

 


и французское) правительство разорвет отношения с СССР без всяких колебаний.

4. Что лежит в основе настроения расширить войну и, в частности, вовлечь в войну СССР? Суммируя все то, что мне приходится здесь слышать, читать и наблюдать, могу примерно следующим образом сформулировать мотивы, толкающие все большее число членов правящей верхушки в указанном направлении:

а) Несмотря на все свое бахвальство, правительственные круги все яснее начинают сознавать, что при нынешней расстановке сил на международной арене (с одной стороны, Британская и Французская империи, с другой стороны, Германия, черпающая ресурсы из СССР, Скандинавии и юго-восточных стран) война должна носить очень длительный и изнурительный характер, что военный исход ее останется в высшей степени неясным и что вероятность революционных потрясений в Европе в результате войны делается почти несомненной. Отсюда стремление втянуть на своей стороне в войну возможно большее количество нейтра лов в надежде создать у себя такой перевес сил, который оказал бы благоприятное, с точки зрения «союзников», влияние на сроки и исход войны. Особенное значение в этом смысле придается вовлечению в войну Швеции (с ее железной рудой), Румынии (с ее нефтью), Италии и, конечно, США.

б) Что касается СССР, то в нынешней обстановке, разумеется, никто в английской правящей верхушке не рассчитывает на возможность участия его в войне на стороне «союзников». Однако элементы, отстаивающие идею расширения войны, готовы примириться с тем фактом, что СССР мог бы при этом оказаться в рядах противников Англии и Франции. Сторонники описываемой концепции прежде всего считают, что с точки зрения «европейской цивилизации» (читай: капиталистической системы) было бы исключительно опасно, если бы СССР до конца войны остался «вне драки», ибо тем самым он превратился бы в европейского гегемона со всеми вытекающими отсюда международно-политическими и внутренне-социальными последствиями как раз в тот момент, когда все остальные буржуазные государства оказались бы ослабленными и истощенными.

в) Эти люди, далее, полагают, что открытое выступление СССР на стороне Германии сравнительно мало изменило бы нынешнее положение вещей. Ибо они глубоко убеждены, что уже сейчас между СССР и Германией имеется тайный военный союз, а если в оформленном виде в настоящий момент его еще нет, то все равно он скоро будет. Данное убеждение очень широко распространено не только в правящих кругах, но также и в самых широких слоях британского общественного мнения. В обоснование его обычно приводят различные факты из истории советско-германских отношений последних 5 месяцев (в особенности поведе ние Германии в связи с финляндскими событиями), а также то обстоятельство, что СССР отказывался от торговых переговоров, предложенных ему в октябре прошлого года Великобританией.

г) Наконец, те же самые люди утверждают, что ввиду «тупика» на Западном фронте вовлечение СССР в войну открыло бы перед Англией и Францией ряд «мобильных» фронтов, на которых мог бы в сравнительно короткий срок решиться исход войны. При этом, поверив в свои собственные вымыслы о «слабости» Красной Армии, будто бы обнаружившейся в Финляндии, сторонники данной концепции полагают, что соотношение сил в результате вступления СССР в войну на стороне

Германии мало изменилось бы к невыгоде «союзников», тем более, что в

55

 


указанном случае Англия и Франция могли бы, по их калькуляции, рассчитывать на самую энергичную поддержку со стороны США, а может быть, и на фактическое участие США в самой войне.

5. В предыдущих строках я постарался возможно точнее сформулировать аргументы английских сторонников расширения войны. Мне едва ли нужно тратить время на их критику. Эти аргументы говорят сами за себя и не нуждаются в комментариях. Гораздо важнее определить, насколько серьезно то течение, которое проповедует данную концепцию? Можно ли считать, что британское правительство в своем большинстве стоит на этой точке зрения? На основании всех имеющихся в моем распоряжении данных я склонен думать, что правительство в целом еще не сделало окончательного выбора. В его среде имеются представители двух линий: а) линии на локализацию войны с продолжением попыток «нейтрализовать» СССР, б) линии на расширение войны с вовлечением в войну СССР. Первая линия (представляемая Галифаксом, Кингсли Вудом, Иденом, Эллиотом и др.) пока еще в большинстве, но вторая линия (представляемая Саймоном, Хором, Чатфильдом, начальником Генштаба Айронсайдом и др.), хотя еще находится в меньшинстве, но, несомненно, быстро усиливается. Очень важно, что, судя по его радиовыступлению 20 января[32], к этой второй группе примкнул Черчилль, который еще 3—4 недели тому назад являлся сторонником «нейтрализации» СССР. Что касается Чемберлена, то он пока еще не сказал решающего слова, он маневрирует и выжидает. Таким образом, тенденция развития в настоящий момент, видимо, идет к окончательной победе линии на расширение войны, на вовлечение в войну. СССР.

6. Это не значит, конечно, что данная тенденция обязательно восторжествует. В игру легко могут войти новые факторы (развязывание серьезной войны на Западе, крупные внутренние события в воюющих странах, новые комбинации международного порядка и т. д.), которые в состоянии сильно изменить ситуацию и оказать влияние на развитие советско-английских отношений. Далеко не последнюю роль будет играть также та или иная позиция СССР. Однако все это пока лишь предположения и гадания о будущем. Что же касается настоящего, то о нем можно сказать только одно: в моем прошлом письме от 11 декабря я констатировал серьезное ухудшение в советско-английских отношениях. Сегодня я должен констатировать, что за протекший с того момента период процесс ухудшения сделал дальнейший шаг вперед, и в настоящий момент состояние англо-советских отношений должно быть признано опасным. Эти отношения сейчас можно сравнить с очень туго натянутой струной, и приложение к уже имеющейся всякой новой тяжести, откуда бы она ни исходила, в состоянии повести к разрыву струны. Опасность в советско-английских отношениях ближайшим образом связана с финляндскими событиями, и чем скорее эти события будут приведены к желательному нам разрешению, тем больше шансов, что советско-английские отношения смогут пережить их нынешний кризис.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 9—15.

56

 


 

 

28. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

29 января 1940 г.

Французское агентство Гавас, набившее руку на клеветнических измышлениях против Советского Союза, вот уже несколько дней распространяет новое клеветническое измышление о СССР. Гавас нагло уверяет, что в «Восточной Галиции», то есть в Западной Советской Украине, кроме советских войск имеются будто бы германские войска, «контролирующие железные дороги» в этом районе, причем количество германских войск колеблется будто бы «от 500 человек до 25 дивизий». Несмотря на бесцеремонную наглость и явную лживость этого сообщения, ТАСС по поручению ответственных кругов все же считает нужным опровергнуть это сообщение Гавас и заявляет, что ни одного иностранного солдата или офицера не было и нет на территории Западной Украины, тем более что добрососедские отношения между СССР и Германией исключают возможность пребывания каких бы то ни было войсковых частей одной стороны на территории другой стороны.

Известия, — 1940. — 29 янв.

 

 

29. БЕСЕДА ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ, ГЛАВНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ЭКСПЕРТОМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ В КРЕМЛЕ

29 января 1940 г.* Особая папка

Г-н Риттер приветствует тов. Сталина и тов. Молотова от имени Риббентропа.

Тов. Молотов благодарит и просит сообщить Риттера результаты поездки в Берлин.

Г-н Риттер сообщает, что его поездка была успешной и он привез положительные ответы по всем вопросам, а именно:

1. Три 381-мм 2-орудийные корабельные башни могут быть поставлены:

первая— 1 марта 1941 г., вторая— 1 июня 1941 г., третья — 1 сентября 1941 г.

2. Три 280-мм 3-орудийные корабельные башни в настоящий момент в Германии не изготовляются, но по старым чертежам они могут быть изготовлены в следующие сроки:

первая— 1 июня 1942 г., вторая — 1 марта 1942 г., третья — 1 июня 1942 г.

3. Немецкая сторона думает, что такие сроки ее не будут устраивать,

___________________
* На беседе присутствовала также: с советской стороны — Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, наркомы А. И. Микоян и И. Ф. Тевосян, торгпред СССР в Германии Е. И. Бабарин; с немецкой стороны — посол Ф. В. граф фон дер Шуленбург, посланник К. Ю. Шнурре, советник Г. Хильгер.

57

 


поэтому она вместо 280 мм предлагает поставить еще один комплект 381-мм 3-орудийных следующие сроки:

первая — 1 декабря 1941 г.,

вторая — 1 марта 1942 г.,

третья — 1 июня 1942 г.

Морское ведомство, говорит Риттер, считает, что по боевым качествам этот комплект стоит выше, чем 280-мм орудийные башни.

4. Четыре 149-мм 3-орудийные корабельные башни могут быть поставлены:

первая— 1 августа 1941 г., вторая — 1 октября 1941 г., третья — 1 ноября 1941 г., четвертая — 1 декабря 1941 г.

5. Чертежи 400-мм 3-орудийной башни также могут быть проданы. Но он предупреждает, что для того, чтобы получить рабочие чертежи, надо в начале изготовить деревянные модели, затем по ним уже выполнить рабочие чертежи. Эта работа в настоящий момент не проделана, поэтому рабочие чертежи сейчас еще не готовы.

6. После того, продолжает Риттер, как германская сторона узнала, что Советский Союз не собирается строить у себя самолеты по закупленным немецким образцам, а если и будет строить отдельные образцы, то заявит свое желание купить патент, германская сторона сочла возможным продать образцы самолетов без продажи патентов по нормальным и соразмерным ценам.

7. Два комплекта (цепочки) снарядных станков также могут быть поставлены:

первый комплект — в 1940 г.,

второй комплект — в 1941 г.

Центровочных станков Хассе и Вреди, говорит Риттер, германские специалисты, как устаревшую систему, покупать не советуют. Но если советская сторона все же будет настаивать, то германская сторона не возражает продать.

8. Перископы, о которых шел разговор в Берлине, сейчас в Германии не изготовляются; если советская сторона будет настаивать на их поставке, то они могут быть поставлены:

один — в 1940 г.,

второй — в 1941 г.

Если же советская сторона пожелает закупить перископы, находящиеся на вооружении Германии, которые более совершенны и находятся в серийном производстве, то их можно поставить:

первый — через 3 мес,

второй — в 1941 г. Можно также, если на то будет желание, поставить и тот и другой.

9. Аккумуляторы, которые закупала советская сторона в 1939 г., Германия также не изготовляет, их можно поставить:

первую батарею — через 9 мес.,

остальные батареи — через 3 мес. каждую.

Современные серийные аккумуляторы могут быть поставлены:

первая батарея — через 3 мес,

остальные батареи —через 4 мес. каждая.

10. Патент на изготовление видия и титанита германская сторона также согласна продать, и фирме «Крупп» дано указание продать этот способ.

Таким образом, говорит Риттер, Германское правительство предприня-.

58

 


ло все возможное, чтобы удовлетворить требование советской стороны.

Однако германская сторона также имеет некоторые неразрешенные вопросы, одним из таких вопросов является пожелание германской стороны компенсировать советские поставки в более продолжительные сроки, что соответствует духу писем от 28 сентября 1939 г.*

Тов. Микоян спрашивает: что крейсер «Лютцев» будет доставлен в 1940 г. с башнями?

Риттер говорит, что он к этому вопросу не подготовлен, но он думает, что поставка башен будет происходить соразмерно достройке крейсера.

Тов. Молотов указывает, что объявленные сроки г-ном Риттером очень длинные.

Риттер говорит, что он удивлен этим, он думал, что заслужит похвалу за объявленные им сроки поставки башен, так как для их изготовления требуется 36 месяцев, а он объявил срок поставки в 1941 г.

Далее Риттер говорит, что германские специалисты заявляют, что они не взяли бы на себя риск поставить башни на уже строящиеся корабли. Если же эти башни будут предназначены на суда, находящиеся в проектировании, то нет необходимости требовать таких коротких сроков поставки.

Тов. Сталин благодарит Риттера за сообщение и отмечает, что им проделана большая работа.

Далее он говорит, что не видит риска, если на строящиеся корабли с артиллерией в 30 см и 9 орудий будут поставлены немецкие башни в 38 см, но 6 орудий. Советской стороне нужно получить только размеры и вес 38-см башен. То же самое относится и к башням в 28 см. Суда строятся для башен в 30 см, а будут ставиться немецкие башни в 28 см: они легче, и нет никакого риска в их установке на строящихся кораблях.

Башни в 28 см хорошо освоены Германией, они установлены на крейсере «Граф Шпрее» и «Шарнхорст». Если Германия не строит сейчас таких башен, то советская сторона согласна купить чертежи.

Он думает, говорит тов. Сталин, что теперь Риттеру понятно, почему советская сторона предъявляет требование относительно коротких сроков поставок.

Г-н Риттер говорит, что он к вопросу продажи чертежей на башни в 28 см не подготовлен, но думает, что это возможно. Однако, говорит он, эти башни в настоящий момент требуют некоторого конструктивного изменения.

Тов. Сталин говорит, что в связи с тем, что Германия не может некоторые объекты поставить в течение одного года, ей это сейчас особенно трудно, поэтому он предлагает подписать два договора. Первый договор со сроком действия в один год, в него войдут два списка. Один список советских поставок — это то, что объявлено: зерно, нефтепродукты, апатиты, хлопок, железная руда, хром, цветные металлы; и другой список не подготовлен, но он думает, что Германия обязуется поставить в течение договорного года, причем база расчета должна быть клиринговая.

Второй договор будет 2-летний. В него войдут списки товаров с более Длительными сроками поставок.

Далее тов. Сталин заявляет, что советская сторона не хочет требовать от Германии невозможного, что она не может поставить, то включать в договор советская сторона не будет. Надо соблюсти только баланс. Уже сейчас можно сказать, что Германия может поставить в один год — это: броня, авиация, крейсер, металлы, уголь, трубы, на 250 млн.

___________________
* См. Документы... — Т. XXII. — Док. 645, 646.

59

 


промышленного оборудования. Но одно условие непременно должно остаться — насколько советская сторона поставляет товаров, настолько же должна получить товаров из Германии. Новое заключаемое соглашение должно быть заключено на основе клиринга, а не на основе кредита, так как о кредите 28 сентября 1939 г. разговор не шел.

Г-н Риттер говорит, что заключение двух договоров — мысль для него не новая, немецкая сторона давно предлагала после подписания Соглашения перейти ко второму этапу переговоров — к новому соглашению. Но он усматривает в письмах от 28 сентября 1939 г. положения, исключающие клиринг.

Тов. Молотов говорит, что в письмах от 28 сентября 1939 г. он не усматривает положения о кредите.

Г-н Риттер говорит, что этот вопрос не имеет практического значения, так как советская сторона требует такие объекты, которые требуют длинных сроков поставок.

В письме 28 сентября 1939 г. преследовалась цель получения экономической помощи для Германии. Эта помощь состоит в том, чтобы Советский Союз поставлял Германии сырье, а Германия расплачивалась потом промышленными поставками в более продолжительное время.

Тов. Сталин спрашивает, как понять слова «потом в более продолжительное время».

Г-н Риттер говорит, что это зависит от Советского Союза, какое оборудование оно закажет. Кредитом это назвать нельзя, так как Советский Союз получает за это марки, которые он может положить в банк и получать проценты.

Тов. Сталин говорит, что, по-видимому, г-н Риттер в советах не нуждается, но он должен дать совет, чтобы Риттер не считал русских дураками. В Западной Европе считали русских медведями, у которых плохо работает голова. Все, кто держался такого мнения, ошибались. Русские не глупее других. Советская сторона знает, что Германия нигде сейчас не покупает зерно, нефть, руду, хлопок на марки, а платит за это валюту. Какая польза Советскому Союзу держать замороженные марки в банках и получать за них проценты. Нигде Германия не получит сейчас на марки нефти, зерна, хлопка, руды, цветных металлов. Он хочет, говорит тов. Сталин, чтобы Риттер оценил это и признал это за экономическую помощь.

Советский Союз продает за марки высокоценные товары, благодаря чему немало нажил себе врагов. Но он хочет, чтобы Риттер понял, что ни Англия, ни Франция не могут столкнуть с пути дружбы Советского Союза с Германией.

Далее тов. Сталин говорит, чтобы Германия сказала прямо и честно, по каким позициям она не может поставить в 12 мес, тогда советская сторона пойдет сознательно на рассрочку и поставит свои товары в 12 мес, а немецкое оборудование, точно обусловленное, получит через 15 мес.

Тов. Сталин говорит, что он погорячился, но высказал все то, что чувствовал.

Г-н Риттер говорит, что неправильно, чтобы немцы не получали за марки нефть и зерно, эти продукты они получают в Румынии.

Тов. Сталин заявляет: если Германия не может поставлять некоторое оборудование, хотя бы даже артиллерию, крейсер, то советская сторона не будет настаивать. Он просит только составить списки, что может поставить Германия в первый год и во второй год. Оба договора одновременно будут подписаны, и оба войдут в силу.

Г-н Риттер обещает проделать эту работу.

60

 


Далее Риттер ставит вопрос о закупке цветных металлов и легирующих материалов, кобальта, вольфрама, молибдена, так как советские заказы требуют этих металлов.

Тов. Сталин заявляет, что советская сторона не хочет контролировать немецкие фирмы, сколько они расходуют металлов на наши заказы, так как это бы вызвало излишние трения и недовольства. Теми металлами, которые будут записаны в договор, немцы свободно, как хотят, могут распоряжаться.

Г-н Риттер спрашивает, что он понял, что в договор будут записаны металлы, которые могут быть закуплены в третьих странах.

Тов. Сталин говорит, что советская сторона не может обещать того, чего не знает, может она купить или нет.

Г-н Риттер заявляет, что тогда броня, башни не могут быть изготовлены.

Тов. Сталин указывает, что в другие страны Германия поставляла вооружения, как, например, в Болгарию, Румынию, Финляндию, не требуя металлов.

Г-н Риттер отвечает, что они продавали за валюту.

Тов. Молотов говорит: то, что германская сторона может дать, то надо и записать в соглашение.

Г-н Риттер обещает еще раз продумать этот вопрос и вместе с тов. Микояном найти выход. Беседа продолжалась 2 ч. 30 мин.

Записал Бабарин

Архив Президента РФ, ф. 45, on. 1, д. 298, л. 11—18.

 

 

30. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

30 января 1940 г.

Я был у Батлера для того, чтобы ускорить освобождение советского парохода «Селенга», 13 января задержанного английскими военными судами у Формозы и находящегося с тех пор в Гонконге. Сразу же после задержания «Селенги» я отправил в МИД ноту протеста, а сверх того 1-й секретарь т. Корж с тех пор уже раза два запрашивал о судьбе «Селенги» зав. Северным Департаментом Кольера. Никакого практического результата, однако, не было. Батлер извинился за задержку с решением вопроса о «Селенге», обещал ускорить это решение, но от каких-либо обещаний положительного свойства воздержался.

Когда тема о «Селенге» оказалась, таким образом, исчерпанной, Разговор перешел на другие предметы. Поговорили немножко о текущих европейских событиях, о последних парламентских новостях и в конце концов пришли к вопросу о советско-английских отношениях. Батлер спросил меня, что я думаю о нынешнем состоянии этих отношений. Пожав плечами, я ответил, что самому Батлеру прекрасно известно, каковы отношения между СССР и Великобританией в настоящий момент. Правда, на протяжении последних двух недель не было каких-либо отдельных крупных заострений, но...

61

 


— Вы хотите сказать,— перебил меня Батлер,— что море спокойно, но температура воды слишком низкая?

Я ответил, что, пожалуй, и так. Тогда Батлер стал интересоваться вопросом о том, нет ли все-таки каких-либо возможностей для приостановления дальнейшего ухудшения англо-советских отношений. Я возразил, что это в первую очередь зависит от англичан. Большая часть нынешних трудностей в советско-английских отношениях вытекает из некоторых специфических особенностей британской внешней политики, а также из стремления Англии вмешиваться в различные дела, не имеющие к ней прямого отношения. Примером тому является Финляндия.

Батлер стал возражать. Он ссылался на то, что в силу решения Лиги Наций* Британское правительство не может оставаться равнодушным к тому, что происходит в Финляндии. А сверх того, на британское правительство очень сильно давит общественное мнение, которое возбуждено финскими событиями и которое, как и мне должно быть известно, в своем подавляющем большинстве стоит на стороне Финляндии. Само же по себе английское правительство весьма далеко от стремления обострять отношения с СССР.

Я выразил в этом большое сомнение. Мне достаточно известна, прибавил я, механика английской общественной жизни, для того чтобы не сомневаться, что если пресса, радио, кино, театр и т. д. в течение последних двух месяцев ведут бешеную антисоветскую кампанию в связи с Финляндией, то это не является случайностью. Наоборот, я имею все основания умозаключить, что Британское правительство если не прямо инспирирует всю эту кампанию, то, во всяком случае, дает ей свое молчаливое благословение. Больше того, некоторые члены правительства даже сами выступают с речами, которые льют воду на мельницу такой кампании (я имел здесь в виду речь Черчилля 20 января [32] но прямо не назвал Черчилля. Для Батлера, однако, было ясно, о ком идет речь). Другим доказательством того, что дело тут не только в «общественном мнении», является такое соображение. Если бы кабинет действительно не хотел обострения отношений с СССР, то он мог бы поступить так, как поступил Иден в конце 1936 г., когда между СССР и Англией тоже было крупное разногласие по испанскому вопросу. Мы с Иденом тогда условились, что данное разногласие необходимо «локализовать», не позволяя ему отравить всю атмосферу советско-английских отношений, ибо ведь помимо Испании имеется еще целый ряд других крупнейших проблем международной политики, в которых линия обоих правительств в тот период была и могла оставаться идентичной**. Это наше соглашение с Иденом последовательно проводилось на практике на протяжении последующих 18 месяцев и обеспечило возможность поддержания вполне корректных и даже отчасти дружественных отношений между СССР и Англией, несмотря на разногласия по испанскому вопросу. Между тем ничего подобного я сейчас не вижу. Наоборот, как со стороны Британского правительства, так и со стороны здешних политических партий я наблюдаю постоянную тенденцию не только не «локализовать», но, наоборот, всячески раздуть «финский вопрос», стараясь превратить его в центральный узел советско-английских отношений. Имеется налицо немало и чисто провокационных действий.

После некоторого размышления Батлер заметил, что идея «локали-

___________________
* См. Документы... Т. XXII.—Док. 857, 860, прим. 283.
** См. Документы внешней политики СССР — Т. XVIII.— М., 1979 — Док.

62

 


зации» советско-английских разногласий ему нравится и что в ней есть много здорового*. Он, однако, не уверен, что, даже следуя этому принципу, Англия в создавшихся условиях сможет воздержаться от таких действий, которые СССР могут показаться «провокационными». Батлер во всяком случае считает, что в нынешних трудных обстоятельствах самое важное для обеих стран — это «сохранять холодную голову» и проявлять «терпение». Это может облегчить изживание советско-английского кризиса. Затем Батлер несколько иным тоном прибавил: основная трудность в советско-английских отношениях коренится в том, что СССР оказывает поддержку нашему смертельному врагу. Многие в Англии сейчас уверены, что между СССР и Германией существует castiron (вылитое из железа) соглашение, которое фактически превращает оба государства в единый, неразрывный блок.

Я рассмеялся и, сославшись на речи тов. Молотова, порекомендовал Батлеру поменьше верить всяким газетным уткам о «советско-германском альянсе» и т. п. комбинациях. Батлер ответил: если бы мы точно знали, что СССР действительно ведет свою собственную независимую политику, многое, очень многое могло бы быть иначе.

Понять это надо было в том смысле, то «многое могло быть иначе» и в отношении Англии к «финскому вопросу».

Я ответил, что СССР всегда вел и продолжает вести только свою собственную политику, и ничью больше. Батлер не возражал, но весь вид его выражал сомнение. В заключение он раза два подчеркнул, что, несмотря на трудные времена, а может быть, именно вследствие их нам, т. е. Батлеру и мне, надлежит поддерживать самый тесный контакт. Дипломаты ведь существуют для того, чтобы «перетирать» возникающие между государствами осложнения. Мы условились в ближайшее время встретиться на завтраке.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 16—19.

 

 

31. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ЯПОНИИ К. А. СМЕТАНИНА В НКИД СССР

30 января 1940 г.

Сегодня беседовал с Арита по Вашему предложению (Ваш № 718). Арита в принципе не возражал против совместного разбора действительных расходов по «Индигирке», но, сославшись на незнание этих вопросов в целом, обещал дать ответ завтра. После этого, как заявил Арита, «воспользовавшись благоприятным случаем встречи» со мной, он изложил мне свои взгляды по «некоторым вопросам японо-советских отношений». Он начал свою пространную речь со своего желания урегулировать японо-советские отношения, так как «атмосфера во взаимоотношениях двух стран изменилась, что я считаю весьма удобным случаем для налаживания дружественных отношений и на будущее». Затем он перешел к конкретным пожеланиям, прося моего содействия в благоприятном разрешении этих вопросов. Первое — ускорить заключение длительной рыболовной конвенции: вопрос, который будет в ближайшее время по предложению Того обсуждаться в Москве. Второе — «форси-

___________________
* См. док. 44.

63

 


ровать более активно» вопрос с созданием пограничных комиссий и комиссии по урегулированию пограничных вопросов, тем более что «у Японского правительства нет возражений против Вашего проекта, так же как и Ваш проект принципиально не расходится с нашим проектом». При этом Арита внес предложение о создании комиссии для переговоров по этим вопросам и начать уже переговоры. Третье — Арита сообщил, что у японского правительства нет возражений против нашего предложения относительно создания комиссии по урегулированию спорных морских пограничных инцидентов и что по этому вопросу в ближайшее время Того будет иметь беседу с Молотовым.

В ответ на длинную речь Арита я сообщил, что рад слышать заверения министра, как и при первой нашей встрече, что они будут способствовать урегулированию всех спорных вопросов, имеющихся между Японией и СССР, и установлению добрососедских отношений между двумя государствами, чему также буду содействовать и я. Далее я сообщил, что мне поручено вести переговоры в Токио по вопросу создания комиссии по уточнению советско-маньчжурской и монголо-маньчжурской границ, а также комиссии по урегулированию конфликтов и готов эти переговоры начать как только получу из МИД соответствующие предложения. Что касается комиссии по урегулированию спорных морских пограничных инцидентов, то я рад слышать от Арита, что Японское правительство согласилось с предложением нашего правительства по этому вопросу. При прощании Арита сообщил, что материалы по пограничным вопросам будут вручены мне на днях.

Сметанин

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 334, д. 2288, л. 136—138.

 

 

32. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА С ЧЛЕНОМ ПАЛАТЫ ОБШИН ПАРЛАМЕНТА ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. КРИППСОМ

Разослано: т. Лозовскому, Ген. Секретариат

31 января 1940 г.

После вопросов и ответов протокольного характера г-н Криппс сообщил полпреду о своем намерении посетить Москву и встретиться с государственными деятелями СССР*. Ограниченный временем в связи с поездкой в Гонконг, Японию, Ванкувер, Оттаву, Вашингтон, куда он уже заказал билет, г-н Криппс попросил содействия полпреда в организации прямого полета из Алма-Аты в Москву с тем, чтобы вся поездка в СССР отняла у него не более пяти суток. По этому вопросу полпред обещал сделать все зависящее от него.

На вопрос полпреда о положении Японии на фронтах в Китае г-н Криппс ответил, что, как известно, Япония не проводит крупных наступлений в настоящее время, однако трудно сказать, сколько это еще продлится. Касаясь японо-американских отношений, Криппс сказал, что Япония намерена, вероятно, развернуть широкую антисоветскую (антикрасную пропаганду в Америке, чтобы настроить общественное мнение Америки против СССР под тем предлогом, что господство Японии в Китае будто бы представляло бы меньшее зло, чем победа красных с

___________________
* См. док. 45.

64

 


помощью СССР. Успех такой пропаганды в Америке, по мнению Криппса, мог бы вызвать отклики в ряде других стран, в частности и в Англии, Франции, Германии.

Однако, желая воспрепятствовать развертыванию подобной кампании, г-н Криппс намерен отправиться в СССР для встречи с государственными деятелями[33] и заручиться мнением последних по этому поводу.

Важность поездки в СССР диктуется еще и тем, что г-н Криппс собирается посетить также Америку, встретиться с Рузвельтом и сделать там ряд выступлений, направленных против возможной пропаганды со стороны Японии. По заявлению Криппса, он намерен решительно выступить в английском правительстве против ухудшения англо-советских отношений.

Помимо поездки в Москву г-н Криппс намерен остановиться на 2 дня в Урумчи (Синьцзян) с целью ознакомления с положением в провинции Синьцзян, которая, как говорят за границей, является форпостом СССР по захвату всего Китая. С другой стороны, якобы СССР и Япония могут заключить договор о разделе Китая.

Поэтому г-н Криппс обратился к полпреду с просьбой выдать ему визу для его доверенного секретаря г-на Вильсона для поездки в СССР и сообщить генконсулу в Урумчи о намерении г-на Криппса встретиться с ним.

По последним двум просьбам полпред заверил г-на Криппса в том, что он сделает все, что в его силах.

Н. Федоренко

АВП РФ, ф. 0100, on. 24, п. 196, д. 7, л. 212—213.

 

 

33. СОВМЕСТНОЕ КОММЮНИКЕ СМЕШАННОЙ КОМИССИИ ПО УТОЧНЕНИЮ ГРАНИЦЫ МЕЖДУ МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКОЙ И МАНЬЧЖОУ-ГО В РАЙОНЕ НЕДАВНЕГО КОНФЛИКТА

1 февраля 1940 г.

На шестнадцати заседаниях Комиссии, проходивших с седьмого по двадцать пятое декабря 1939 года в городе Чите и с седьмого по тридцатое января 1940 года в городе Харбине, выяснилось, что точки зрения советско-монгольской и японо-маньчжоугоской делегаций по вопросу уточнения границы полностью противоположны.

Поэтому, вследствие полной противоположности точек зрения сторон, Комиссия на последнем заседании тридцатого января текущего года, проходившем под председательством уполномоченного правительства Японии г. Кубота, решила свою работу прекратить.

Примечание ТАСС. Смешанная комиссия из представителей советско-монгольской и японо-маньчжоугоской делегаций имела целью установить точную границу между Монгольской Народной Республикой и Маньчжоу-Го в районе известного советско-японского конфликта летом 1939 года на основании соответствующих авторитетных официальных документов. Рассмотрению этих документов были посвящены заседания Смешанной комиссии в Чите и Харбине в декабре 1939 года и январе с. г. Ввиду того что представленные японо-маньчжоугоской стороной Документы, имеющие целью обосновать пересмотр давно существующей и ранее никем не оспаривавшейся линии границы, оказались лишенными

65

 


признаков авторитетных официальных документов, советско-монгольская делегация отказалась признать эти документы в качестве основы для уточнения границы. Ввиду отказа японо-маньчжоугоской стороны признать представленные советско-монгольской стороной авторитетные официальные документы и ввиду того что стороны остались при своих мнениях, Смешанная комиссия разъехалась, не приняв общего согласованного решения.

Известия, — 1940. — 1 февр.

 

 

34. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л. А. ШТЕЙНГАРДТОМ

Разослано: т. Сталину, т. Молотову, т. Ворошилову, т. Кагановичу, т. Микояну, т. Потемкину, т. Деканозову, т. Лозовскому

1 февраля 1940 г.

Начиная беседу, Штейнгардт приглашает тов. Молотова к себе на обед. Тов. Молотов благодарит за приглашение и обещает назвать дату обеда через несколько дней.

Затем посол говорит, что он может приступить к беседе, являющейся целью его прихода, лишь при одном условии: разговор будет строго конфиденциальным, не будет ни коммюнике ТАСС, ни какой-либо другой огласки.

Тов. Молотов отвечает, что поскольку есть такая просьба, то разговор будет конфиденциальным.

Заверив тов. Молотова, что Американское правительство, со своей стороны, не будет оглашать содержания этого разговора, посол заявляет, что некоторое время тому назад несколько правительств побуждали Рузвельта запросить Советское правительство, есть ли какой-нибудь шанс урегулировать конфликт между СССР и Финляндией. Эти обращения к президенту исходили не от Финляндии, Швеции, Англии или Франции, а от совершенно нейтральных стран, Финляндское правительство ничего об этом не знает.

Затем Штейнгардт пространно говорит о позиции Рузвельта, якобы занятой лично им по отношению к СССР. После революции Рузвельт — единственный президент, являющийся «другом Советов». Вильсон, Гардинг, Куллидж, Гувер не были друзьями СССР и не хотели его признавать. Вопреки общественному мнению, Рузвельт пошел на признание. За последнее время многие обращались к нему с требованиями порвать отношения с СССР, но он на это не пошел. Кандидаты в президенты от республиканской партии уже высказались за разрыв.

На это тов. Молотов замечает, что одной из причин провала Гувера было его враждебное отношение к Советскому Союзу.

Согласившись с этим замечанием, посол продолжает говорить «о симпатиях Рузвельта к Советам» и спрашивает по поручению президента, есть ли какая-нибудь возможность урегулирования конфликта между СССР и Финляндией или это невозможно.

«На свете нет ничего невозможного»,— отвечает тов. Молотов.

Посол сообщает, что его правительству важно знать мнение СССР о возможности окончить военные действия. За прекращение военных действий можно привести многочисленные аргументы.

После того как тов. Молотов выражает желание выслушать эти

66

 


аргументы, Штейнгардт говорит, что он хотел бы прежде всего посмотреть на этот вопрос как человек, изучавший медицину. Когда наступит весна, тысячи трупов, остающихся в Финляндии без погребения, начнут разлагаться и заразят воду, что будет грозить эпидемией чумы не только Ленинграду, но даже и Москве.

Тов. Молотов указывает, что высказанные послом опасения являются преувеличенными и что во всяком случае он и за Москву, и за Ленинград вполне спокоен.

Посол говорит, что он об этом упоминает лишь мимоходом и что, по его мнению, аргументы за окончание военных действий хорошо известны самому главе Советского правительства, а поэтому он их не будет приводить, но есть ли возможность обсуждать способы окончания военных действий? Может быть, для такого разговора избран неподходящий момент? Если так, то можно обсуждение этого вопроса отложить на будущее, говорит Штейнгардт.

Тов. Молотов отвечает, что он не считает настоящий момент для этого подходящим, но и теперь нет непреодолимых препятствий для урегулирования вопроса. В свое время советское правительство сделало все, что оно могло, для того, чтобы избежать военных действий, заботясь вместе с тем о безопасности советских границ и в особенности Ленинграда, что крайне необходимо в условиях начавшейся европейской войны. Требования советского правительства были минимальными, но тогдашнее правительство Финляндии, не без внешнего влияния, не пошло на соглашение. Опыт военных событий показал, что финляндское правительство оказалось еще более враждебным к СССР, чем это тогда представлялось Советскому правительству. Эта враждебность финляндского правительства была чревата опасными последствиями, которых СССР не мог ожидать пассивно.

Штейнгардт просит сформулировать ему для передачи своему Президенту те условия урегулирования конфликта, которые удовлетворили бы Советское правительство.

Тов. Молотов отвечает, что база для решения финляндского вопроса дана в договоре между СССР и Финляндским народным правительством*. Этот договор обеспечивает удовлетворение минимальных советских пожеланий по части безопасности СССР, особенно Ленинграда, и вместе с тем не затрагивает независимости малой страны — Финляндии. Он обеспечивает также безопасность и самой Финляндии. Советское правительство, питая доверие к Народному правительству Финляндии, уступает по этому договору Финляндии территорию, в 16 раз превосходящую ту, которую он сам должен получить. Это стало возможным потому, что между Народным правительством Финляндии и правительством СССР установились отношения дружбы и доверия, чего нельзя сказать о «правительстве» Рюти — Таннера — Маннергейма.

Посол отвечает, что, по его мнению, территориальный вопрос разрешить не так трудно, как вопрос о независимости страны. Независимость страны и правительства — это одно и то же. В Финляндии должно быть такое правительство, которому доверяет правительство СССР и большинство финляндского народа. Такое правительство без особого труда может быть избрано. Штейнгардт напоминает, что в течение последней беседы с ним тов. Молотов хорошо отозвался о Паасикиви.

Тов. Молотов говорит, что во время переговоров Паасикиви произвел на него хорошее впечатление.

___________________
* См. Документы...- Т.— Док. 826.— С. 355—358; Известия.— 1939.— 3 дек.

67

 


«Будет ли СССР довален финляндским правительством во главе с Паасикиви?» — спрашивает Штейнгардт.

Тов. Молотов отвечает, что ведь Паасикиви и так находится в правительстве. Но сейчас от этого нет никакого полезного результата.

Штейнгардт спрашивает, каково будет отношение СССР к такому правительству, во главе которого будет стоять Паасикиви, имеющий всю полноту власти.

Тов. Молотов отвечает, что на этот вопрос ответить нельзя, пока не известно, что такое правительство будет собою представлять. Тов. Молотов переходит к вопросу о независимости правительства и государства, затронутому послом. Посол сказал, что независимость страны и правительства это одно и то же. Это правильно. Свое отношение к этому СССР показал в договорах с Эстонией, Латвией и Литвой*, а также в практике выполнения этих договоров: никакого вмешательства во внутренние и внешние дела этих стран со стороны СССР не имеется. С Финляндией СССР хотел договориться о меньшем, чем с названными странами, с которыми он заключил пакты о взаимной помощи. Финляндия от такого пакта отказалась, и СССР не настаивал на таком пакте. Период декабря — января показал, что Финляндия готовила враждебные против СССР акты на своих границах. Тов. Молотов указывает, что он не хочет изображать дело так, что Финляндия одна смогла бы напасть на СССР, но при развертывании европейской войны враждебная к СССР Финляндия могла бы стать опасным очагом войны. Тов. Молотов снова подчеркивает, что в отношении независимости Финляндии у СССР не было и нет никаких претензий.

Отмечая, что он высказывает свое личное мнение, Штейнгардт говорит, что в территориальном вопросе можно принять за базис договор между финляндским народным правительством и правительством СССР, но согласится ли СССР с этим?

Тов. Молотов говорит, что, как ему известно, финляндское правительство теперь готово принять те предложения, которые СССР делал во время переговоров, проходивших в Москве. Но теперь, когда пролилась кровь, когда выявилась острота вражды финляндского правительства к СССР, прежние предложения СССР недостаточны с точки зрения безопасности советских границ.

Посол говорит, что если тов. Молотов хочет подождать с конкретным ответом на вопрос о базисе для ликвидации войны с Финляндией, то он, посол, готов возобновить сегодняшний разговор через несколько дней.

Тов. Молотов отвечает, что таким базисом является договор между СССР и Народным правительством Финляндии, договор, который устраивает обе стороны и который, безусловно, будет выполнен полностью, если не сегодня, то завтра. Если же у Американского правительства есть другие предложения на этот счет, то Советское правительство готово их выслушать.

Штейнгардт говорит, что у него таких предложений нет. Единственным их источником может быть Финляндия, но ее не запрашивали. По мнению посла, к соглашению можно прийти, только говоря конкретно и имея под рукой карту и список намечаемых членов правительства Финляндии. Если у правительства СССР будут предложения по урегулиро-

___________________
* См. Документы внешней политики. 1939 год.— Кн. 2.— С. 138—141, 161 — 164, 173—176.

68

 


ванию конфликта, то посол готов их выслушать, когда тов. Молотов этого пожелает.

Заканчивая беседу, тов. Молотов говорит, что если у него будут к послу какие-либо вопросы, то он воспользуется его предложением, если же Американское правительство захочет сделать какие-либо предложения, то посол может обратиться к тов. Молотову[34].

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 24, д. 295, л. 2—6.

 

 

35. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА С ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО ЮАНЯ КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ СУНЬ ФО

Разослано: т. Лозовскому, 1-й ДВО, Ген. Секретариат

2 февраля 1940 г.

До начала банкета произошла следующая беседа:

Полпред: Когда Вы были в Москве, Вами, кажется, ставился вопрос перед г. Смирновым об организации Китайско-советского культурного колледжа?

Сунь Фо: Да. По этому вопросу я говорил с ним несколько раз. Его точка зрения сводилась к тому, что руководство колледжем двумя странами представляет известные неудобства. Г-н Смирнов говорил, что лекторов в колледж можно было бы послать на короткий срок. В настоящее время в Министерстве народного просвещения Китая имеется особый план, т. е. план создания русских групп при всех университетах. При таком положении вопрос о создании колледжа снимается.

Полпред: Из плана работы КСКО этот вопрос Вами уже снят?

Сунь Фо: Да, мы его сняли.

Полпред: В каком состоянии находятся отношения ГМД и Особого района?

Сунь Фо: Ведутся переговоры. Ведет переговоры Хэ Инцин. Давайте встретимся на днях и поговорим на эту тему.

Полпред: Я всегда готов встретиться с Вами.

Сунь Фо: Можно встретиться завтра часов в 16.00.

Полпред: Очень хорошо.

После банкета беседа продолжалась:

Сунь Фо: У Вас, господин посол, прекрасные успехи в овладении английским языком.

Полпред: Некоторые успехи могут быть месяцев через 6—7. Сунь Фо: Разрешите сообщить Вам новость, о которой я совсем недавно узнал. Как Вам известно, наш враг—Япония — очень усердно использует в своих целях предателей и изменников Китая. Она прилагает все усилия к тому, чтобы образовать так называемое лже-правительство предателя Ван Цзинвэя[35] Интересно заметить, что нашлась некая европейская страна, начавшая выражать свои симпатии японцам в этой бесславной деятельности. Представьте, что это некой страной является Италия! Должен сказать, что если Италия попытается признать будущее лже-правительство Ван Цзинвэя в случае его образования, то Китай примет самые решительные меры в отношении Италии, вплоть

69

 


до разрыва дипломатических отношений и устранения итальянской миссии в Китае. Я хотел бы поделиться с Вами, господин посол, еще одной новостью. Мы только что получили сообщение от Веллингтона Ку, нашего посла в Париже, о том, что Япония стремится заключить с Советским Союзом договор о ненападении. Эту новость наш посол узнал из уст американского посла в Берлине г-на Буллита, который заявил, правда, что это только слухи, возможно, не имеющие под собой почвы. Я думаю, что это действительно только слухи. Я уверен, что СССР не может пойти на такой шаг, т. к. Япония является нашим общим врагом.

Полпред: Мне ничего не известно о подобных переговорах. Господину Сунь Фо не следует сомневаться в дружественных отношениях и симпатиях народов СССР к Китаю. Отношение СССР к Китаю остается таким же, как и раньше. Об этом г-ну Сунь Фо известно так же хорошо, как и мне.

Сунь Фо: Я твердо верю в хорошие отношения СССР к Китаю. Поэтому, когда я возвратился из Москвы в Китай и мои товарищи поставили передо мною вопрос об отношении СССР к Китаю, я им заявил, что СССР является лучшим и самым надежным другом Китая. В этом я твердо убедился, когда мне представился случай познакомиться с материалами, опубликованными в газетах «Правда» и «Известия».

Полпред: Я очень рад, что Вы за время пребывания в Москве могли убедиться в тех симпатиях, которые питают народы СССР в отношении Китая.

Сунь Фо: Недавно я прочел в одной газете, что министр иностранных дел Японии Арита заявил, что переговоры, ведущиеся между СССР и Японией, проходят очень успешно.

Полпред: О том, что ведутся торговые переговоры, мне известно. Но о подробностях этих переговоров я пока ничего не знаю.

Сунь Фо: По истечении срока действия японо-американского торгового договора Япония прилагает все усилия к тому, чтобы заполучить все ввозимые из Америки товары — газолин, сталь, железо, машины — из СССР и тем самым продолжать войну против Китая.

Полпред: Однако, несмотря на окончание срока действия японо-американского торгового договора, Америка продолжает торговлю с Японией в таком же объеме, как и раньше.

Сунь Фо: Верно. Но Китай обратился к Америке с требованиями о прекращении торговли.

Полпред: И каковы результаты?

Сунь Фо: Мне кажется, что Америка не сможет сразу прекратить эту торговлю, но постепенно она откажется от торговли совсем. Дело в том, что Америка солидарна с Китаем в его оборонительной войне против Японии. Это высказывалось очень многими американскими деятелями, в частности Питтменом. Но есть и оппозиция антиправительственного направления, которая выступает против Китая. Сторонники этой оппозиции опасаются, что Япония сможет начать войну против Америки, поэтому они выступают за торговлю с Японией. Вот почему нам не хотелось бы, чтобы Японии удалось получить от СССР средства для продолжения войны против Китая.

Полпред: Я еще раз подчеркиваю, что Ваши сомнения, г-н Сунь Фо, в отношении СССР ни на чем не основаны. Как известно, Япония в настоящее время не представляет такого опасного противника для Америки, каким она была 2,5 года тому назад.

Сунь Фо: Я хотел бы еще добавить, что не так давно мы получили сообщение от наших послов в Англии и Франции о том, что Англия и Фран-

70

 


ция поставили вопрос об экономических санкциях против СССР в связи с войной в Финляндии. Мы дали указания нашим послам, что китайское правительство будет против этого, и если этот вопрос будет стоять на заседании Лиги наций, Китай будет голосовать против. Как известно, Англия и Франция как будто бы замяли этот вопрос, узнав о нашей решительной позиции.

Полпред: Я очень признателен Вам, г-н Сунь Фо, за сообщение. Однако мне остается не совсем понятным поведение китайского делегата в Лиге г-на Веллингтона Ку при исключении СССР из Лиги.

Сунь Фо: Я должен Вам сказать, что мы послали телеграмму В. Ку с твердой установкой голосовать против исключения СССР, но телеграмма опоздала, а заседание, как известно, состоялось...

Полпред: Я думаю, что поведение г-на Ку не отражает мнение всего правительства по этому вопросу?

Сунь Фо: Совершенно верно. Кроме того, мы еще раньше дали установку г-ну Ку, чтобы он держал самый тесный контакт с представителем СССР в Лиге наций г-ном Сурицем и занимал одинаковую с ним позицию. Г-н Ку три раза встретился с г-ном Сурицем в Женеве, но последний как будто не проявил определенного поведения, видимо потому, что сам не ожидал, что дело примет такой оборот. А потом, как известно, Суриц покинул заседание Лиги, а г-н Ку совсем потерял ориентировку. Но когда маршал Чан Кайши узнал о поведении г-на Ку, то был крайне недоволен и огорчен, считая, что для г-на Ку подобное поведение совсем ничем не оправдывается.

Вообще мне кажется, что СССР, Китай, Англия, Франция и Америка должны стремиться к единой политике на Востоке. Ведь Япония является не только врагом Китая, но всех этих стран, поэтому, несмотря на разногласия СССР, Англии и Франции по европейскому вопросу, эти страны должны стремиться к общности по политике в дальневосточном вопросе. Что же касается Китая и СССР, то они имеют единое мнение и по европейскому, и по дальневосточному вопросам.

Полпред: Мне очень приятно констатировать, что поведение г-на Ку на заседании Лиги наций расценивается маршалом Чан Кайши и остальными членами Китайского правительства как неправильное и что Китайское правительство дало соответствующее указание своим послам в Лондоне и Париже о его точке зрения на вопрос введения экономических санкций против СССР в случае постановки такового в Лиге наций.

Записал Федоренко

АВП РФ, ф. 0100, on. 24, п. 196, д. 7, л. 234—238.

 

 

36. СООБЩЕНИЕ ТАСС

5 февраля 1940 г.

5 февраля с. г. в 9 час. 30 мин. утра в помещение торгпредства СССР в Париже ворвалось до 100 человек, одетых в гражданское платье. Дежурящему в торгпредстве сотруднику было заявлено, что все эти лица прибыли для производства обыска по устному распоряжению

префекта полиции. Выключив все телефонные аппараты, агенты полиции проникли в служебный кабинет и в квартиру и. о. торгпреда Евстратова, где и приступили к обыску, несмотря на его протесты. Обыск в торгпредстве сопровождался изъятием документов и взломом шкафов и сейфов: Сотрудники торгпредства, явившиеся на службу, были задержаны и под

охраной полиции развезены по их квартирам, где также был учинен обыск. Одновременно такой же обыск был произведен в помещениях Интуриста и бывшей советской школе в Париже. После этого задержанные сотрудники были освобождены.

Немедленно по уведомлении о происходящем обыске полпред СССР в Париже. Суриц направил в торгпредство 2 сотрудников с требованием немедленно очистить помещение и вернуть изъятые документы. После того как полиция отказалась удовлетворить эти требования. Суриц в 17 час. того же числа заявил французскому правительству протест против действий полицейских властей, настаивая на прекращении обыска и на возвращении торгпредству всех изъятых документов.

Известия. — 1940. — 8 февр.

 

 

37. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ В КРЕМЛЕ

Разослано: членам «пятерки» и замам по НКИД

5 февраля 1940 г.

Риттер, поблагодарив за прием, заявляет, что ему поручено Риббентропом просить тов. Молотова довести до его сведения устное сообщение Риббентропа, адресованное тов. Сталину, о ходе советско-германских переговоров и передать это сообщение тов. Сталину. По договоренности тов. Молотова с Риттером, присутствующий на беседе советник германского посольства Хильгер зачитывает указанный текст сообщения. При чтении места, где было сказано об обращении Германского правительства к правительству СССР за поддержкой «...в самый разгар войны Германии с Англией и Францией...», тов. Молотов сделал ироническое замечание: «Разве г. Риббентроп рассматривает настоящие военные действия „самым разгаром войны"? Ведь в сводках штабов пишут „на фронте не произошло ничего существенного"».

Риттер немного смутился, а затем, сверив немецкий и русский тексты сообщения Риббентропа, в русском тексте слова «в самый разгар войны» заменил словами «во время войны». (Текст сообщения прилагается.)

На вопрос тов. Молотова, не хочет ли Риттер что-либо добавить к сообщению Риббентропа, тот ответил, что Риббентроп разочарован тем, что Риттеру не удалось до сего времени претворить в жизнь соглашение Молотов — Риббентроп от 28 сентября 1939 г. по вопросу о сроках немецких поставок*. В сообщении Риббентропа вопрос разногласий, возникших в результате советско-германских экономических переговоров, освещен ясно. Однако Риттер считает необходимым отметить, что в беседе с Риббентропом последний сказал ему, что слова «промышленные поставки» во время сентябрьских переговоров не дискутировались, так как в первоначальном тексте слов «военные поставки» совершенно не было, а были слова касательно экономической поддержки Германии во время войны со стороны СССР, которые по предложению тов. Сталина были вычеркнуты. Риттер оговаривается, что это воспоминание не имеет практического значения, так как Германия согласилась и на военные поставки.

___________________
* См. Документы...—Т. XXII,— Док. 645, прим. 229, 230.

72

 


Тов. Молотов на это заявляет, что по существу сообщения Риббентропа он мог бы и не высказывать своего мнения, поскольку оно адресовано не ему, а тов. Сталину. Однако тов. Молотов отмечает, что он не совсем согласен с этим сообщением, ибо оно носит односторонний характер. Если подчеркнуть в нем другую сторону вопроса, оно будет выглядеть совершенно иначе. В последней беседе с участием тов. Сталина* мы имели договоренность, как мне представляется, говорит тов. Молотов, соответствующую и духу, и форме писем Риббентроп — Молотов от 28 сентября 1939 года.

Что же касается воспоминаний моих и г-на Риббентропа, то, как передает Риттер, воспоминания Риббентропа также являются односторонними. То, что сообщил Риббентроп Риттеру касательно поправки, соответствует действительности. Однако в процессе сентябрьских переговоров самим Риббентропом было ясно сказано, что под промышленными поставками имеются в виду и военные поставки, но об этом нигде не записывалось. При этом Риббентроп говорил тогда, что Германия все даст, что только потребуется Советскому Союзу, в том числе и военные материалы. Мы не претендуем на это «все», заявляет далее тов. Молотов, особенно где речь идет о секрете, однако приведенный мною разговор имел место.

В отношении же кредита для Германии нигде не говорилось, а то, что предлагает сейчас Германское правительство, есть форма кредита.

При этой поправке картина о воспоминаниях представляется более полной.

Риттер заявляет, что Риббентроп ему не говорил о том, что в сентябрьских переговорах шла речь о кредите, но разговор о более продолжительном времени германских поставок имел место, причем понятие «продолжительное время» зависит, конечно, от срока изготовления тех предметов, которые СССР желает получить в Германии. Не все предметы, которые советская сторона заказывает, можно изготовить в 10 и 12 месяцев, а на изготовление некоторых из них потребуется один и даже два года. Советская сторона обнаружила иное понимание понятия «продолжительное время», то есть 6 месяцев и 1 год и не больше. Для преодоления этого разногласия предложение тов. Сталина явилось бы базой для переговоров, но тов. Микоян так толкует это предложение, что оно никак не может привести к соглашению на его основе.

На вопрос тов. Молотова, принимается ли идея двух договоров, Риттер ответил, что Риббентроп не принимает этого предложения, так как оно не соответствует букве и духу писем от 28 сентября. Он считает, что поставки СССР на 500 млн. марок в один год Германией могут компенсироваться в более продолжительное время, тем более что, во-первых, сумма советских заказов в Германии еще не определена, во-вторых, советская сторона не сказала твердо, что она возьмет. Может быть, сумма заказов окажется в 1 млрд. и более марок. Учитывая, что Германия намерена продолжать действие договора на 1941, 1942 и 1943 гг., то выравнивание баланса можно было бы произвести, скажем, в 1941 году, а в 1940 году этого выравнивания не производить, так как для Германии требуется некоторый разбег.

Затем Риттер спрашивает, правильно ли он интерпретирует слова тов. Сталина, который в ответ на его заявление о продолжительном времени германской компенсации сказал, что Германия не просила кредита.

___________________
* См. док. 29.

73

 


а поскольку речь идет о кредите, так надо было прямо и сказать, что желаем иметь кредит.

Тов. Молотов отвечает, что это заявление надо понимать так, что вопрос, мол, о кредите в сентябрьских переговорах не ставился.

По вопросу о балансировании тов. Молотов говорит Риттеру, что нельзя решать вопрос так, чтобы советские поставки имели и сроки, и цены, и объем, а германские этого бы не имели. Здесь требуется определенность. Должна быть увязка между поставками СССР Германии и наоборот, с соблюдением интересов обеих сторон. Это именно и имел в виду тов. Сталин, предлагая идею двух договоров, которая, как видно, Германией отклоняется. Тов. Сталин предложил конкретно договориться, что и в какие сроки можно поставить, а при этих условиях представляется возможным найти такое решение вопроса, при котором германские поставки могли бы быть произведены в один год.

Риттер замечает, что не вызывает сомнения, что СССР произведет поставки в один год на 500 млн. марок, Германия же в такой срок все дать не может, тем более что советская сторона предъявила очень большие требования.

Тов. Молотов отвечает на это замечание Риттера, что мы готовы пересмотреть ассортимент наших заказов и отступить от якобы непомерно высоких требований советской стороны, но настаиваем на выравнивании баланса в один год. Германии следует практически рассмотреть вопрос, как можно ускорить поставки и отказаться в годовом договоре от поставок, которые не могут быть выполнены в один год, предусмотрев эти поставки в другом двухгодичном договоре. При таком решении вопроса будет соблюден и принцип увязки.

После этого Риттер заявляет, что он, как ведущий переговоры, стремится найти выход из тех разногласий, которые выявились в результате экономических переговоров между СССР и. Германией по вопросу о сроках германских компенсаций советских поставок, и считает возможным внести от своего имени следующие предложения:

1. Принять последнее предложение тов. Сталина о двух договорах.

2. Установить срок балансирования через каждые 6 месяцев.

3. Если советские поставки в этот срок не будут полностью компенсированы Германией, то Советское правительство согласно будет перенести недокомпенсированную сумму, например, 20—25 млн. марок, до следующего срока балансирования на условиях кредита. То же условие относится и к такому случаю, когда германские поставки превысят поставки Советского Союза.

В ответ на это предложение тов. Молотов заявляет, что необходимо все же рассмотреть конкретный список объектов германских поставок, чтобы определить, что и в какие сроки Германия может поставить.

Риттер заявил, что все необходимые сведения об этих объектах и о сроках их изготовления вручены тов. Тевосяну. Затем Риттер пространно говорит о том, что Германия ищет у Советского Союза поддержки, поэтому надеется на благожелательное рассмотрение ее пожеланий. В ходе же переговоров с советской стороны обнаруживается какое-то недоверие к нам, говорит далее Риттер, как будто мы даром хотим получить советское сырье, в то время как мы его компенсируем.,

Тов. Молотов отвечает, что вопрос о поддержке Германии Советское правительство решит положительно и в этом, и в будущем году, однако принцип балансирования в определенным сроки должен быть предусмотрен. Здесь речь идет не о недоверии, а об экономической заинтересованности обеих сторон. Советское правительство пойдет навстречу

74

 


Германии, но оно уверено, что и Германия может удовлетворить пожелания советской стороны.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал Козырев

Сообщение г-на фон Риббентропа г-ну Сталину

Из докладов о течении происходящих в Москве экономических переговоров я усматриваю, что по целому ряду вопросов еще не удалось достигнуть удовлетворительного разрешения. При этом особое значение имеет вопрос, в какой срок советские поставки должны быть компенсированы германскими поставками. Советская сторона первоначально выставила требование, что обоюдные поставки должны балансироваться уже к 30 июня и к 31 декабря 1940 года, в то время как мы исходили из того, что выравнивание баланса путем германских поставок может произойти и позднее, в зависимости от времени, необходимого для их изготовления.

Во время последней беседы, которую г-н Сталин соизволил вести с г-ном Риттером, г-н Сталин предложил выйти из этого разногласия путем заключения двух договоров, а именно: одного на германские поставки, которые могут быть совершены в 12 и не долее чем в 15 месяцев, и другого на германские поставки, которые могут быть совершены только позднее. При этом размеры советских поставок, производимых в течение обоих отрезков времени, должны бы соответствовать стоимости германских поставок. Однако такого рода конструкция не могла бы удовлетворить германские интересы, так как она не только заметно снизила бы объем советских поставок, на которые мы рассчитывали в течение 1940 года, но и поставила бы под угрозу их непрерывное течение, которому при настоящем положении Германии я должен придавать решающее значение.

Ввиду этого я не могу не указать на нижеследующее.

Требование о выравнивании баланса в сравнительно короткий срок не соответствует ясному тексту письма, адресованного мне 28 сентября 1939 года Председателем Совета Народных Комиссаров СССР г-ном Молотовым* содержащиеся в нем и не вызывающие никакого сомнения заявления Правительства Союза ССР могут быть поняты только так, что советское сырье должно быть поставлено наивозможно скоро и в наивозможно больших количествах, в то время как германские компенсационные поставки, состоящие преимущественно из сложных готовых изделий, могут «производиться в течение продолжительного времени», т. е. не менее чем в срок, необходимый для их изготовления.

Однако я не хочу класть главную тяжесть на дословное содержание этого заявления Правительства Союза ССР, как бы ясно оно ни говорило в пользу моего мнения. В происходящих в настоящее время переговорах — и я думаю, что в этом пункте нет разногласия между г-ном Сталиным и мною,— речь, ведь, не идет о каком-либо из обычных экономических соглашений, цель которых состоит главным образом в наивозможно точном и одновременном выравнивании поставок той и другой стороны. Напротив, речь идет о том, чтобы своевременно осу-

___________________
* См. Документы...— Т. XXII. — Док. 648, прим. 229, 230.

75

 


ществить обещание, фактически данное правительством Союза ССР во время сентябрьских переговоров, хотя по особым причинам оно и не было запечатлено дословно в обмене письмами, а именно: то обещание, что Правительство Союза ССР исполнено воли оказать Германии экономическую поддержку в навязанной нам войне. Далее речь идет о том, чтобы по возможности быстро и широко произвести перестройку экономических взаимоотношений между обеими странами, так как это было решено «на основании и в духе достигнутого нами общего политического совещания». Вопрос о том, на какой срок и в каких размерах правительство Союза ССР будет совершать авансовые поставки, не может поэтому рассматриваться с точки зрения чисто экономического выравнивания баланса, но должен рассматриваться в свете достигнутого между обоими правительствами общего политического соглашения. Это соглашение тем временем дало Правительству Союза ССР — что в связи с вышеизложенным не может быть оставлено без внимания — возможность осуществить свои пожелания относительно бывших польских областей, а также обеспечить и закрепить свои интересы в Балтийском море. Тот факт, что это оказалось возможным благодаря, не в последнюю очередь, победе, одержанной Германией в Польше, может, кажется, в рамках настоящего вопроса расцениваться как довольно значительный германский аванс и как веское обоснование нашего пожелания получить от Правительства Союза ССР поддержку в нашей войне с Англией и Францией путем возможно быстрых и объемлющих поставок сырья.

При наличии вышеприведенных общих политических установок сдержанное отношение Правительства Союза ССР оправдывает себя тем менее, что следует принять во внимание, как германская сторона идет навстречу советской стороне при выполнении соглашений. На основании кредитного соглашения от 23 августа 1939 года мы уже теперь взяли на себя твердое обязательство совершить поставки на сумму свыше 90 миллионов марок, приступили к их выполнению и таким исключающим всякие сомнения образом доказали нашу волю и нашу способность к осуществлению этих поставок. Далее, в связи с предстоящим новым соглашением мы изъявили готовность совершить далеко идущие военные поставки, хотя в сентябрьском соглашении была речь только о промышленных поставках. Среди военного снаряжения, которое мы решили поставлять Союзу ССР, значительное место занимают предметы, которые мы другим странам никогда не показывали, не говоря уже о их поставке. Мы согласились поставлять военное снаряжение несмотря на то, что мы сами находимся в состоянии войны. Далее мы готовы предоставить Союзу ССР наш технический опыт в военной области. Таким образом, мы оказываем Правительству Союза ССР помощь, которую следует расценивать тем выше, что такого рода военное снаряжение в настоящий момент едва ли может быть получено с какой-либо другой стороны. Я был обрадован слышать, что г-н Сталин во время своей последней беседы с г-ном Риттером признал наличие нашего положительного отношения. При этом г-н Сталин, несомненно, учел те жертвы, которые мы несем, доставляя во время войны наиболее ценные виды вооружения.

Ввиду вышеизложенного, я искренне сожалел бы, если бы Правительство Союза ССР продолжало настаивать на своем требовании краткосрочного балансирования поставок и мы, вследствие этого, получили бы важные для нас советские поставки не так быстро и не в том количестве, как Правительство Союза ССР, само по себе, могло бы их осуществить. Поэтому я смею рассчитывать на то, что г-н Сталин, вновь

76

 


взвесив и обсудив вышеупомянутые и прочие еще открытые вопросы, примет во внимание изложенную мною точку зрения и даст все необходимые указания, чтобы сырье, которое Правительство Союза ССР может нам поставить, мы получили так скоро, как оно нам требуется, даже и в том случае, если германские поставки будут производиться в течение более продолжительного времени, чем Правительство Союза ССР этого требует. Я уверен, что г-н Сталин учтет эти соображения и что заключение договора состоится в первоначально предусмотренной форме.

Москва, 5 февраля 1940 г.

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 19—29.

 

 

38. БЕСЕДА ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ ЦК ВКП(б) И. В. СТАЛИНА С ПОСЛОМ ПО ОСОБЫМ ПОРУЧЕНИЯМ, ГЛАВНЫМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ ЭКСПЕРТОМ МИД ГЕРМАНИИ К. РИТТЕРОМ В КРЕМЛЕ

8 февраля 1940 г.* Особая папка

Тов. Сталин говорит, что письмо г-на Риббентропа** меняет несколько положение и советская сторона не может не считаться с ним. Он согласен с г-ном Риббентропом — заключить только один договор, а не два, как это предполагалось ранее, причем в течение первых 12 месяцев советская сторона будет поставлять сырье на сумму 420—430 млн. марок, не считая поставок по кредитному соглашению, германская сторона будет компенсировать промышленными и военными поставками на эту же сумму в течение 13 месяцев. В течение дальнейших 6 месяцев советская сторона поставит сырья на 220—230 млн. марок, а германская сторона будет компенсировать промышленными и военными поставками в течение 1 года. Таким образом, советская сторона поставляет сырье в сумме 640— 660 млн. марок в течение 18 месяцев, а германская сторона компенсирует эту сумму своими поставками в течение 2 лет и 8 месяцев.

В третьем полугодии советская сторона готова поставить Германии:

молибдена 500 тонн

вольфрама 500 тонн

кобальта 3 тонны и сверх обещанных количеств цветных металлов в первые 12 месяцев дополнительно будет поставлено в последующие 6 месяцев:

никеля 1500 тонн

олова 500 тонн

меди 600 тонн.

Выполнение обязательств советской и германской сторон с целью проверки правильности балансирования в указанных выше соотношениях проверяется каждые 6 месяцев в первый договорный год и каждые 3 месяца в последующее время.

___________________
* На беседе присутствовали также: с советской стороны — Председатель Совнаркома и нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, наркомы А. И. Микоян и И. Ф. Тевосян, торгпред СССР в Германии Е. И. Бабарин; с немецкой стороны — посол Ф. Шуленбург, посланник К. Шнурре, советник Г. Хильгер.
** См. док. 37.

77

 


Далее тов. Сталин говорит, что немецкая сторона должна дать подходящие цены на предметы военного оборудования и не завышать их («не пользоваться нашим добродушием» — как он выразился).

Тов. Микоян напоминает тов. Сталину о поднятом вопросе германской стороной относительно переработки рыбы в районе Мурманска, на который он еще не ответил.

Тов. Сталин дает ответ на этот вопрос — положительный для германской стороны.

Г-н Риттер благодарит тов. Сталина за быстрое разрешение вопроса и говорит, что новую схему договора, предложенную тов. Сталиным, он считает приемлемой, верно, они рассчитывали получить сырья за первый год больше названного количества, но в данном случае необходимо найти компромисс, и он считает, что таковой найден. Он отмечает, что должен посоветоваться с членами немецкой экономической делегации и дать завтра окончательное мнение германской стороны. Относительно цен он, Риттер, должен заявить, что оценка, по его мнению, была завышенной. О ценах разговор вообще не шел. В процессе коммерческих переговоров обе стороны не должны завышать цены, так как из-за этого повышения в итоге никто ничего не выиграет. За базовые цены должны будут браться довоенные цены. Во всяком случае германской стороной цены будут соблюдаться нормальные и соразмерные.

Г-н Риттер заявляет, что германская сторона готова продать советской стороне чертежи на крейсер «Бисмарк» и чертежи на 11-дюймовую артиллерию. Далее он говорит, что немецкие морские специалисты сообщили, что 15-дюймовые башни с технической стороны одинаковы с 11-дюймовыми башнями по своим барбетам, причем они готовы дать экспертизу, если будет на это потребность и желание советских специалистов.

Тов. Сталин спрашивает, что Германия изготовляет в настоящий момент 11-дюймовые башни.

Г-н Риттер говорит, что Германия не изготовляет их уже 3 года.

Тов. Сталин спрашивает, что Германия, по-видимому, изготовляет вместо 11-дюймовых башен 12-дюймовые башни.

Г-н Риттер заявляет, что они перешли от постройки 12-дюймовых башен к 15-дюймовым.

Тов. Микоян напоминает г. Риттеру, что германская экономическая делегация обещала продать чертежи на 40,7-см артиллерию.

Г-н Риттер сообщает, что они готовы продать советской стороне эскизы на эту артиллерию, тк как рабочие чертежи могут быть изготовлены через 6 месяцев, после изготовления деревянных моделей по имеющимся эскизам.

Тов. Сталин спрашивает, какая артиллерия стоит на крейсере «Лютцев» 20,3-см или больше, если больше 20,3-см, то советской стороне такой крейсер не нужен.

Г-н Риттер вместе с т. Тевосяном подтверждают, что на крейсере «Лютцев» артиллерия стоит 20,3-см.

Г-н Риттер далее говорит, что в Москве весь дипломатический корпус ожидает подписания соглашения между СССР и Германией 10 февраля 1940 г. Он хотел бы, чтобы эти слухи оправдались.

Тов. Сталин говорит, что пусть дипломатический корпус, муссирующий этот слух, окажется не совсем не прав. Беседа продолжалась 1 час. 15 мин.

Записал Бабарин

Архив Президента РФ, ф. 56, on. 1, п. 298, л. 29—32.

78

 


 

 

39. БЕСЕДА 1-ГО СЕКРЕТАРЯ ПОЛПРЕДСТВА СССР В ГЕРМАНИИ В. Н. ПАВЛОВА С ГЕРМАНСКИМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ

Разослано: Ген. Секретариат, т. Потемкину, т. Молотову

9 февраля 1940 г.

Обедал в ресторане с директором Кенигсбергской ярмарки Иона-сом и референтом бюро Риббентропа Шютте, являющимся представителем ярмарки в Берлине. Цель обеда, как заявил мне Шютте,— знакомство с Ионасом в связи с подготовкой советского павильона на выставке к августу 1940 года*.

Ионас в беседе со мной подчеркнул, что он говорит со мной по поручению руководителя национал-социалистской партии по Кенигсбергскому округу (гаулейтера) Коха, особо заинтересованного в экспонировании на выставке советских товаров и превращении Кенигсберга в транзитный пункт советского экспорта.

Ионас указал на желательность экспонирования не только предметов сельскохозяйственного экспорта, но также и промышленного экспорта СССР, которым могут интересоваться, например, Литва, Латвия, Эстония, принимающие участие в выставке. Кроме перечисленных стран и СССР в выставке согласились участвовать Швеция, Норвегия, Италия и Маньчжоу-Го. Затеи Ионас выразил желательность открытия в Кенигсберге отделения торгпредства, которое там существовало раньше. Ионас особенно подчеркивал подготовленность Кенигсберга как транзитного пункта советско-германского товарооборота (наличие перегрузочных устройств, силосов** и пр.) и заинтересованность в этом назначении Кенигсберга в коммерческих кругах.

Ионас хорошо говорит по-русски, был несколько раз в СССР, сначала в 1921 году в Сибири в качестве уполномоченного по эвакуации германских военнопленных в Сибири, затем в 1925 г., 1928 и 1929 гг. по торговым делам в Харькове, Москве, Тбилиси. Хвастался, что знаком со Шмидтом О. Ю., профессорами Визе и Самойловичем, режиссером Пудовкиным, Натой Вачнадзе и др. Хорошо знает экономику СССР, следит за ней, имея в Кенигсберге библиотеку по этим вопросам в 15 000 томов, В Берлине Ионас владеет издательством, публикующим различную литературу по Восточной Европе.

В ответ на мои осторожные вопросы о серьезности планов открытия советского павильона на выставке в Кенигсберге Ионас заверил меня, что эти планы согласованы уже с соответствующими правительственными органами и гаулейтером Кенигсберга Кохом, который намеревается посетить тов. Шкварцева в ближайшее время.

По всем организационным вопросам я рекомендовал Ионасу обратиться к тов. Шкварцеву с письмом, что он обещал сделать.

Павлов

АВП РФ, ф. 082, on. 23. п. 95, д. 4, л. 106107.

___________________
* См. также док. 131.
** Silo (нем.) — специальное зернохранилище, бункер, элеватор.

79

 


 

 

40. ТЕЛЕГРАММА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН К. А. МИХАЙ ЛОВУ

9 февраля 1940 г.

Вам необходимо в ближайшее время посетить мининдел и заверить от имени Советского правительства, что Советский Союз хочет сохранить и укрепить мир с Афганистаном. В качестве повода для такого заявления используйте распространение определенной иностранной прессой провокационных измышлений о якобы имеющихся у Советского Союза агрессивных намерениях по отношению к Афганистану.

Это заявление сделайте в отдельной беседе, не приурочивая к вручению нашего ответа на афганские предложения по пограничным вопросам. Исполнение телеграфируйте[36].

Деканозов

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 323, д. 2217, л. 20.

 

 

41. ХОЗЯЙСТВЕННОЕ СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ГЕРМАНИЕЙ

[11 февраля 1940 г.] В письмах, которыми 28 сентября 1939 года обменялись Председатель Совета Народных Комиссаров и Народный Комиссар Иностранных Дел СССР, с одной стороны, и Министр Иностранных Дел Германии, с другой*, было установлено, что Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Германии, на основании и в духе достигнутого общего политического соглашения, исполнены воли всемерно развивать экономические отношения и товарооборот между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией. Для этой цели обе Стороны должны были составить экономическую программу, согласно которой Союз Советских Социалистических Республик будет поставлять Германии сырье, которое Германия в свою очередь будет компенсировать промышленными поставками, производимыми в течение продолжительного времени.

В результате переговоров по составлению и проведению предусмотренной экономической программы Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Германии пришли к соглашению о нижеследующем:

Статья 1

За время с 11 февраля 1940 года по 11 февраля 1941 года сверх поставок, предусмотренных Кредитным Соглашением от 19 августа 1939 года, Союзом Советских Социалистических Республик будут поставлены в Германию перечисленные в прилагаемом списке № 1 товары на сумму в 420—430 миллионов германских марок.

___________________
* См. Документы...— Т. XXII — док. 645, прим. 229, 230.
** Не публикуется.

80

 


Статья 2

За время с 11 февраля 1941 года по 11 августа 1941 года также сверх поставок, предусмотренных Кредитным Соглашением от 19 августа 1939 года, Союзом Советских Социалистических Республик будут поставлены в Германию товары по номенклатуре списка № 1 на сумму в 220—230 миллионов германских марок, причем стоимость или количество этих товаров будет равняться половине стоимости или количества, обозначенных для отдельных товаров в списке 1.

Статья 3

Правительство Союза Советских Социалистических Республик обязуется принять все необходимые меры, чтобы обеспечить выполнение поставок, указанных в статьях 1 и 2. Проведение поставок должно начаться немедленно.

Статья 4

Для компенсации предусмотренных в статье 1 советских - поставок за время с 11 февраля 1940 года по И мая 1941 года будут поставлены из Германии Союзу Советских Социалистических Республик германские изделия, обозначенные в прилагаемых списках: № 2* (военное снаряжение) и № 3* (промышленное оборудование и другие промышленные изделия), на сумму в 420—430 миллионов германских марок.

Статья 5

Для компенсации предусмотренных в статье 2 советских поставок будут поставлены за время с 11 мая 1941 года по 11 мая 1942 года из Германии Союзу Советских Социалистических Республик германские изделия, обозначенные в прилагаемых списках: № 4* (военное снаряжение) и № 5* (промышленное оборудование и другие промышленные изделия), на сумму в 220—230 миллионов германских марок.

Статья 6

Правительство Германии обязуется принять все необходимые меры, чтобы обеспечить размещение заказов и осуществление поставок, указанных в статьях 4 и 5.

Проведение германских поставок должно начаться немедленно.

Статья 7

В приложенном к настоящему Соглашению списке № 6** обозначены установки, оборудование и технические способы производства, в приобретении или же в поставке которых заинтересовано Правительство Союза Советских Социалистических Республик. Обе Стороны примут все меры, которые окажутся необходимыми, чтобы коммерческие договоры на обозначенные в этом списке установки, оборудование и способы производства были заключены как можно скорее.

___________________
* Не публикуются.
** Не публикуется.

81

 


Платежи, срок которых на основании этих договоров будет наступать в течение действия настоящего Соглашения, будут оплачиваться с особых счетов Союза Советских Социалистических Республик в Германии в соответствии с действующим порядком советско-германских расчетов. Эти платежи будут использованы для балансирования поступлений за предусмотренные в статье 1 советские поставки, если срок платежей наступит в течение первых 15 месяцев действия настоящего Соглашения, и для балансирования поступлений за советские поставки, предусмотренные в статье 2, если срок платежей наступит в течение последующих 12 месяцев. Для этого балансирования будут использованы также другие платежи, поступающие на особые счета Союза ССР в Германии, например платежи за транзит.

Статья 8

В обмене письмами от 28 сентября 1939 года* Правительство Союза Советских Социалистических Республик выразило готовность дополнительно к условленному или долженствующему еще быть условленным количеству нефти поставлять дальнейшие количества нефти, соответствующие ежегодной продукции нефтяной области Дрогобыча и Бо I рислава, с тем чтобы половина этого количества поставлялась в Германию из нефтяных источников названной области, а другая половина — из других нефтяных областей Союза Советских Социалистических Республик. В качестве компенсации за эти нефтяные поставки Союз Советских Социалистических Республик получал бы германские поставки каменного угля и стальных труб.

Существует согласие о том, что подлежащие, на основании вышеизложенного, поставке за время с 28 сентября 1939 года по 28 сентября 1940 года количества нефти и нефтепродуктов включены в количество, обозначенное в списке № 1. Расчетная оценка поставок каменного угля и стальных труб исходит из того, что это первое годовое количество соответствует сумме в 30 миллионов германских марок. С Германской Стороны эти поставки нефти будут компенсироваться поставками угля на сумму в 20 миллионов германских марок и стальных труб на сумму в 10 миллионов германских марок. Эти поставки должны быть закончены до 28 сентября 1940 года.

Статья 9

Обе Стороны исходят из того, что обоюдные поставки на основании настоящего Соглашения должны балансироваться.

Советские поставки, производимые в течение первых 12 месяцев действия Соглашения, будут компенсироваться германскими поставками до 11 мая 1941 года, причем по истечении первых 6 месяцев 50% предусмотренных на первый договорный период советских поставок должны противостоять 40% предусмотренных на тот же промежуток времени германских поставок, и по истечении 12 месяцев 100% советских поставок должны противостоять 80% германских поставок. Остаток германских поставок должен быть выполнен в течение последующих 3 месяцев.

Советские поставки, производимые за время с 13 до конца 18 месяца действия Соглашения, должны быть компенсированы германскими по-

___________________
* См. Документы...— Т. XXII.— Док. 646, прим. 229, 230.

82

 


ставками, производимыми за время с 16 до конца 27 месяца, считая со дня вступления в силу настоящего Соглашения, равномерными частями по квартальным периодам. Предусмотрено, что в течение этого второго договорного периода должен составляться каждые три месяца баланс

поставок.

Статья 10

Каждое из обоих Правительств назначит своих уполномоченных, которые будут встречаться в сроки, предусмотренные в предыдущей статье. Задача этих уполномоченных будет состоять в том, чтобы вести текущее наблюдение за общим хозяйственным оборотом между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией и за соблюдением указанных в предшествующей статье процентных соотношений между советскими и германскими поставками, принимая все необходимые меры к осуществлению обусловленной между обоими Правительствами экономической программы и, в частности, к выравниванию упомянутых процентных соотношений.

Уполномоченные обоих Правительств имеют право осуществлять непосредственные письменные или устные сношения в рамках возложенных на них задач. Они могут привлекать к своим совещаниям необходимых в их работе экспертов.

Если к какому-либо из сроков, для которых установлены в статье 9 процентные соотношения между советскими и германскими поставками, такое соотношение будет нарушено, то обе Стороны принимают меры к устранению несоответствия в кратчайший срок, причем средством к выравниванию для Германской Стороны будут служить дополнительные поставки, в частности поставки угля. В случае недостижения этого заинтересованная Сторона имеет право временно приостановить свои поставки до установления предусмотренного соотношения.

Статья 11

При выполнении настоящего Соглашения применяются:

а) Соглашение о товарном и платежном обороте от 31 декабря 1939 года;

б) постановления статьи IV и пункта 3 статьи V Кредитного Соглашения от 19 августа 1939 года.

Кроме того, при оплате советских обязательств по заказам, выдаваемым на основании настоящего Соглашения, применяются по их смыслу постановления, содержащиеся в пункте 5 статьи V упомянутого Кредитного Соглашения;

в) Конфиденциальный Протокол от 26 августа 1939 года.

Статья 12

Стороны условились, что предоставленные на основании обмена письмами от 28 сентября 1939 года облегчения по транзитному сообщению* (понижение фрахтов на соевые бобы на 50% и оплата всех железнодорожных фрахтов в транзитном сообщении в рамках советско-германских расчетов) будут иметь силу в течение всего времени действия настоящего Соглашения. При этом, в целях использования сумм, уплачиваемых

___________________
* См. Документы...—Т. XXII.— Док. 646, прим. 229, 230.

83

 


Германской Стороной в германских марках за транзит, Германская Сторона будет оказывать свое содействие Советской Стороне в размещении заказов в Германии и в приобретении в Германии товаров и технических способов производства.

Статья 13

Настоящее Соглашение ни в чем не затрагивает Кредитного Соглашения между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией от 19 августа 1939 года, которое полностью остается в силе.

Статья 14

Настоящее Соглашение вступает в силу со дня подписания. Составлено в двух экземплярах, каждый на русском и немецком языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

Совершено в Москве 11 февраля 1940 года.

По уполномочию Правительства За Правительство Союза Советских Германии

Социалистических Республик

А. Микоян К. Риттер

Е. Бабарин К. Шнурре

АВП РФ, ф. 03а.

Приложение

КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

В связи с подписанием сего числа Хозяйственного Соглашения между Союзом Советских Социалистических Республик и Германией, нижеподписавшиеся Уполномоченные Правительств обеих Сторон условились о нижеследующем:

Правительство Союза ССР даст указания соответствующим советским хозяйственным организациям о том, чтобы они вступили в переговоры с германскими организациями, которые будут указаны Германским Правительством, по вопросу о советских закупках цветных металлов и других товаров в третьих странах и о продажах этих металлов и товаров Германии. Такие продажи должны будут совершаться советскими хозяйственными организациями на основе оплаты товара германскими покупателями в размере 70% в свободной к трансферу иностранной валюте, по выбору советских организаций-поставщиков, и в размере 30% — в германских марках на основе Соглашения о торговом и платежном обороте от 31 декабря 1939 года. Если германский покупатель окажется не в состоянии произвести платеж в предложенной советскими хозяйственными организациями валюте, то он может предложить уплату в другой свободной к трансферу валюте. В случае отказа советской хозяйственной организации от данной валюты, платеж производится золотом на условиях по соглашению между покупателем и советской хозяйственной организацией-поставщиком.

84

 


В связи с этим, в целях использования поступающих в пользу советских хозяйственных организаций сумм в германских марках по указанным продажам металлов и других товаров. Германская Сторона будет оказывать свое содействие Советской Стороне в размещении заказов в Германии и в приобретении в Германии товаров и технических способов производства.

Москва, 11 февраля 1940 года (Подписи)

Обмен письмами между А. И, Микояном и К. Шнурре 11 февраля 1940 г.

Настоящим имею честь подтвердить Вам нижеследующее: Правительство СССР поручит надлежащим советским органам произвести в Германию, в течение первых 12 месяцев действия подписанного сего числа Хозяйственного Соглашения, следующие поставки: 5000 тонн меди 1500 тонн никеля 450 тонн олова и за время с 11 февраля 1941 г. до 11 августа 1941 г, меди 6000 тонн

никеля 1500 тонн

олова 500 тонн

молибдена 500 тонн вольфрама 500 тонн кобальта 3 тонны

Означенные поставки включаются в общую сумму советских поставок, предусмотренных соответственно в статьях 1 и 2 Хозяйственного Соглашения от 11 февраля 1940 года.

Оплата означенных поставок будет производиться в рамках действующего порядка советско-германских расчетов.

Примите уверения в высоком к Вам уважении.

АВП РФ, ф. 03а, Германия, д. 09—012.

 

 

42. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

12 февраля 1940 г.

По информации, полученной от Лескринера, корреспондента швейцарской «Националь Цейтунг», одновременно работающего в агентстве «Юнайтед пресс» и имеющего связь с «маленькими» людьми из МИД и канцелярии Гитлера, как Гитлер высказывался по поводу поездки Уэллеса[37]. Гитлер якобы заявил, что Уэллеса, враждебно настроенного к Германии и лично к Гитлеру, в Берлине примут и выслушают, но Германия не отступит от своих колониальных требований. Заключение мира с Англией Гитлер считает сейчас невозможным. В связи с поездкой Уэллеса произошла телефонная консультация Гитлера с Муссолини. По сведениям того же Лескринера, полученным им от работников МИД, политика Германии в отношении СССР не претерпела никаких изменений. Ее поддерживают крупные промышленники. Против этой политики высту-

85

 


пают лишь идеологи национал-социализма, строившие третью империю на антисоветской пропаганде.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 104.

 

 

43.БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕНГРИИ И. ЧАКИ

Разослано: т. Молотову, т. Потемкину, т. Деканозову

13 февраля 1940 г.

Был у министра иностранных дел Чаки. На вопрос «Какие новости?» я ответил, что пришел узнать новости у него.

Чаки начал и продолжал говорить в течение 40 мин., причем мне только несколько раз удалось перебить его вопросами.

Чаки сказал, что они очень довольны заявлением тов. Потемкина Криштоффи, что тов. Потемкин считает советско-венгерскую границу одной из самых стабильных в Европе, а они (венгры) не обращают особого внимания на пограничные случаи, которые Чаки даже не считает возможным назвать инцидентами, т. к. граница еще новая. Затем он перешел на заявление Криштоффи*, переданное тов. Потемкину по поводу встречи в Венеции [11], и сказал, что он считал это необходимым заявить ввиду кампании итальянской печати [38].

Ч[аки] говорит, что он просил Чиано утихомирить агентство «Стефани». «Об СССР мы, конечно, много говорили,— продолжал Чаки,— но никакого военного союза не организовали, и я заявил Чиано, что мы спокойны за нашу карпатскую границу, никаких разногласий с Советами не имеем вообще и угрожаемыми себя с этой стороны не чувствуем».

Затем Ч[аки] перешел к его докладам в комиссиях по иностранным делам парламента и сената и сообщил, что главное, на что ему пришлось обратить внимание в докладах,— подтверждение крепости оси Берлин — Рим, о разрушении которой советско-германским договором много говорилось со стороны, главным образом, союзников.

«Я не знаю глубокие пружины и направление некоторых действий этой оси, но что она крепка и что Италия, связанная с Германией, должна иметь ту же политику по отношению к Вам, что и Германия, в этом я уверен»,— заявил Чаки.

После этого Чаки заявил, что коммюнике Балканской Антанты подействовало на него как удар грома, он не ожидал такого решения, которое превратило Балканскую Антанту в военный союз, в Малую Антанту № 2, призванную защищать постановления Версаля и направленную не против Венгрии или Болгарии, или обеих вместе, но против Германии и СССР.

«Вы думаете?» — перебил я Чаки.

«Конечно,— ответил он,— мы надеялись, что Югославия и, возможно, Греция будут противостоять политике Турции — ведущей страны в Балканской Антанте,— но хотя сейчас победителем называют Гафенко, это неверно, победила Турция, т. е. представительница союзников, сколь-

___________________
* См. док. 16.

86

 


зяшая в войну, и при своем вступлении в войну Турция потянет и остальных трех за собой,

Я знаю, что Сараджоглу добился от Болгарии согласия в случае Вашей войны с Румынией соблюдать нейтралитет и не набрасываться на Добруджу, хотя при последнем разговоре болгары на вопрос Сараджоглу, «а что будет, если отступающие румынские войска перейдут болгарскую границу?», ответили ему, что при виде румынских войск у себя они должны будут решить вопрос, «война ли это или нет».

Мы дали директиву газетам — о Румынии ничего не писать, как будто ее нет, и хотя румынский посланник каждый раз меня спрашивает, «что это значит?», я ему отвечаю «нечего писать».

Мы не хотим войны и удерживаемся от всего, что могло бы дать румынам возможность ее спровоцировать. Поэтому и заседания комиссии по иностранным делам не были опубликованы, чтобы не дать возможность Гафенко сказать, что я резко говорил о Румынии, что мы готовимся к войне с ней и т. д.».

«А как Вы смотрите на термин „национальная территория"?»— спросил я.

«Я знаю, что Гафенко дал посланникам в Будапеште и Белграде указание, что этот термин должен толковаться как „государственная территория"»,— ответил Чаки.

«Мы это поняли по прочтении коммюнике, но эту «победу» Гафенко, т. е. отказ от ревендикаций, мы рассматриваем как Пиррову, потому что мы от своего не откажемся никогда, и если победят в войне союзники и мы останемся в теперешних границах, мы зажжем пожар во всей Европе».

Я заметил, что тов. Молотов в своей речи на сессии Верховного Совета сказал, «что второго Версаля не будет».

Чаки повторил: «Ни Версаля, ни Трианона, мы уже заявляли, что до греческих календ мы ждать не будем, но если даже союзники победят, то, повторяю, мы начнем воевать».

Я заметил, что сегодня получено сообщение о подписании торгового договора СССР — Германия*, и я думаю, что мы хлебом и сырьем сможем долго снабжать Германию.

Чаки заявил в ответ, что англичане не умны, рассчитывая на победу, думая, что немцев сломить легко, в то время как эта богатая нация (англ.) прежде всего не победит потому, что привыкла к слишком «хорошей жизни».

«Кстати,— говорит Чаки,— у меня был английский посланник О'Маллей, и на вопрос, как я расцениваю результаты Белграда, я ему ответил, что хотя Англия и победила в Белграде, но мы спокойствия не теряем, что мы понимаем, что это в первую очередь направлено против Германии и СССР и косвенно, конечно, против нас. Посмотрите на приготовления Турции, кроме стараний иметь театр войны в Скандинавии»,

«Вы считаете, что Турция собирается воевать с нами. Мы ведь имеем договор о братстве и, кроме того, землетрясение привело Турцию к значительным затруднениям»[1],— заметил я.

Чаки ответил, что, по его сведениям, восточные дороги около оз. Ван, Трапезунда, Эрзерума спешно восстанавливаются, военные специалисты венгерские сообщили ему, что сирийскую и египетскую армии можно

___________________
* См. док. 41.

87

 


легко транспортировать через Дарданеллы, и, видимо, говорит он, приготовляется новая Крымская война.

Я заметил, что после Крымской войны был 1920 г., когда корабли Антанты частью ушли и частью бежали из Черного моря.

«Да, но англичане большие любители истории»,— ответил Чаки.

Затем он заметил, что не может понять изменения турецкой политики после Ататюрка, а Гитлер, которому он задавал этот вопрос (о причинах изменения политики Турции), ответил ему, что все турецкие правительства покупаются.

Затем Чаки еще раз заявил, что они будут воздерживаться от всякой газетной полемики с румынами и будут стараться всяческими способами избежать войны, что соответствует желаниям и СССР и Германии; кстати, говорит он, у него был шведский посланник, который заявил ему о твердом решении Швеции в войну против СССР не вступать.

После нескольких слов о вооруженности Швеции и Норвегии я спросил его (прошло уже 40 мин.), послан ли в Москву список товаров, желательных к экспорту и импорту, чтобы мы могли иметь его до приезда делегации.

Он ответил, что он получил от Криштоффи сообщение, что мы требуем официальный список, перед тем как решить вопрос о приеме делегации, и что этот список был уже отправлен в Москву и, возможно, сегодня уже находится в Москве.

«Мы очень хотим поскорее урегулировать этот вопрос»,— сказал Чаки.

Шаронов

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 26—28.

 

 

44. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

16 февраля 1940 г.

Этот завтрак состоялся 16 февраля в полпредстве. На нем присутствовало только трое — Батлер, я и моя жена. У меня не было никакой целевой установки в отношении данного завтрака. Я просто пригласил Батлера к себе в целях поддержания отношений. И, действительно, вначале разговор шел на самые разнообразные и малополитические темы — о «Войне и мире» Толстого, которого Батлер ставит очень высоко, об Индии, где Батлер родился и провел раннее детство (его отец был важным сановником индийской службы), о моих путешествиях в детские годы по Сибири и т. д. Но потом моя жена в порядке вежливости задала Батлеру вопрос, как поживает Сидс[23] с супругой. Батлер охотно воспользовался этим случаем для того, чтобы перевести беседу на более политические рельсы. Он ответил на вопрос жены, что Сидс не совсем здоров, что он лечится, что срок его отпуска еще не истек и т. д., говоря обо всем этом в таком тоне, как если бы ничего не случилось и Сидс приехал в Англию на самые обыкновенные, нормальные каникулы. Можно было понять, что, как только Сидс закончит свое лечение, он вновь вернется в Москву.

88

 


Далее разговор перешел на советско-английские отношения и, конечно, на Финляндию. Я заметил, что, сколько ни присматриваюсь и ни прислушиваюсь ко всему окружающему, все-таки никак ясно не могу понять линии Британского правительства в отношении СССР и в отношении Финляндии. Батлер рьяно откликнулся на мое замечание и стал довольно пространно формулировать эту линию. В его изображении она сводилась к следующему: с одной стороны, Британское правительство хотело бы «спасти Финляндию», но, с другой стороны, оно не хотело бы доводить дело до разрыва, а тем более до войны с СССР. Наилучшим выходом из создавшегося положения, по мнению Британского правительства, могло бы быть мирное урегулирование финско-советского спора. В этой связи Батлер стал интересоваться вопросом о том, возможно ли, мыслимо ли такое мирное урегулирование? Возможно ли, мыслимо ли какое-либо посредничество? Ставил он эти вопросы в самой общей форме, без всякой конкретизации, так сказать «принципиально». Однако можно было понять, что Британское правительство как будто бы заинтересовано в скорейшей ликвидации финской войны и даже не прочь было бы сыграть роль посредника. Я ответил, что события в Финляндии зашли уже слишком далеко, и что мне трудно помыслить о возможности какого-либо соглашения между Советским правительством и правительством Рюти — Таннера. Тогда Батлер в несколько завуалированной форме перешел на позицию той «локализации» финского вопроса, о которой я говорил с ним 30 января*. Он, правда, указал на трудности, связанные с проведением такой линии в нынешней разгоряченной атмосфере, но все-таки считал это осуществимым при наличии «хладнокровия и терпения» со стороны как СССР, так и Великобритании. «Локализация» в понимании Батлера выглядела примерно так: СССР ведет свою войну в Финляндии, а Англия оказывает поддержку Маннергейму и К-о в пределах нынешних форм, то есть путем доставки оружия, аэропланов и проч., путем посылки волонтеров на базе «стимулированного добровольчества», путем разного рода политико-общественных демонстраций вроде назначения Верекера «посланником в Финляндию», публичного пожертвования королевой вещей в «финляндский фонд» и т. п. «Локализация», однако, исключает посылку англичанами регулярных войск в Финляндию. Батлер говорил, что дальше этого Британское правительство пойти не может, ибо на него оказывается сильнейшее давление со стороны общественности, в особенности со стороны лейбористов. Только что вернувшаяся из Финляндии «рабочая делегация» во главе с Ситриным** всячески нажимает на правительство, требуя усиления и активизации «помощи Финляндии».

Я заметил, что «локализация» в понятии Батлера выглядит почти как война, ибо ведь «волонтеры», как мы знаем из испанского опыта, являются понятием весьма растяжимым и могут покрывать даже чуточку завуалированные для внешнего глаза, но самые настоящие армейские корпуса.

Батлер возражал и при этом прибавил, что правительство, пожалуй, могло бы пойти на известное сокращение помощи Финляндии, если бы оно было твердо уверено, что Швеции и Норвегии не угрожает никакая опасность. Он, Батлер, считает необходимым со всей откровенностью сказать, что в случае такой опасности для Скандинавии Англия, вне всякого сомнения, вмешалась бы в события самым активным образом.

___________________
* См. док. 30.
** Ситрин, сэр Уолтер—генеральный секретарь профсоюзов Великобритании,

89

 


Я высмеял страхи Батлера в отношении Скандинавских стран (поскольку, по крайней мере, речь идет об СССР), но видно было, что мои аргументы не вполне рассеяли его сомнения.

Батлер очень интересовался также советско-германским торговым договором, подписанным 11 февраля*. Он раза 2—3 в разных комбинациях возвращался к этой теме и все старался выяснить: надо ли после этого договора окончательно рассматривать СССР и Германию как «союзников»? Разумеется, я утверждал, что между СССР и Германией нет никакого «союза» и что торговый договор есть не более как торговый договор. Однако и на этот раз было очевидно, что Батлер принимает мои слова лишь с большими «мысленными оговорками».

В ходе беседы Батлер вспомнил, между прочим, о прошлогодних летних переговорах. Он заметил при этом, что разрыв переговоров явился для англичан большим «шоком», но более всего их взволновал даже не самый разрыв, а та форма, в которой он произошел. Как? Пригласить в Москву военную делегацию Британской империи и затем заявить этой делегации, что она не нужна, что она может отправляться восвояси,— таких вещей с англичанами еще не бывало, и такие вещи англичане легко не забывают. Конечно, сейчас страсти, вызванные указанными событиями, несколько улеглись, но Батлер сомневается, чтобы следы этого «оскорбления» были так скоро забыты.

Я возразил, что уж если дело пошло на перечисление «обид», то у нас имеется также довольно длинный счет к англичанам.

«Вы имеете в виду Мюнхен?»[39] — быстро спросил Батлер.

Я ответил, что Мюнхен — Мюнхеном, а сверх того имеются еще и другие случаи, включая, например, ту историю, которая летом прошлого года произошла с вопросом о поездке Галифакса в Москву[40]. Батлер в этом месте явно смутился и поспешил замять разговор. Батлер упомянул и о «Синей книге», посвященной летним переговорам о пакте[31]. По его словам, как в английском, так и во французском правительствах имеются разные мнения о целесообразности выпуска этого сборника документов. Однако вопрос окончательно еще не решен, и точно еще неизвестно, когда будет решен. Упомянул Батлер и о своем желании побывать в СССР, если и когда обстоятельства для этого сложатся благоприятно. Он очень интересуется нашей страной, хотел бы ее посмотреть, по ней поездить. Учитывая нынешнюю обстановку, я встретил эти слова Батлера вежливо, но сдержанно. Впрочем, поездка в СССР у него давнишняя идея. Он раза два говорил со мной на данную тему еще в прошлом году.

Из новостей текущей политики Батлер в этот раз затронул лишь поездку Самнера Уэллеса[37] в Европу. Он сказал, между прочим, что решение Рузвельта о посылке своего уполномоченного за океан явилось для Британского правительства полной неожиданностью. Никаких предварительных зондажей или переговоров с Лондоном американское правительство по этому поводу не вело. Лично Батлер не ожидает от данной поездки больших результатов.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 19—23.

___________________
* См. док. 41.

90

 


 

 

45 БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ЧЛЕНОМ ПАЛАТЫ ОБЩИН ПАРЛАМЕНТА ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. СТАФФОРДОМ КРИППСОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Кагановичу, т. Микояну, т. Потемкину, т. Деканозову, т. Лозовскому, Полпреду в Великобритании

16 февраля 1940 г.

Криппс начал с того, что его интересуют причины, помешавшие торговому сближению между Англией и Союзом.

Криппс сообщает, что он зарекомендовал себя перед Британским правительством человеком, хорошо ориентирующимся в политике Союза, тем, что правильно предсказал: возможность заключения Германией договора с Союзом и возможность вступления советских войск в Польшу[33].

Криппсу в октябре 1939 года удалось убедить Галифакса искать пути улучшения торговых отношений Англии с Союзом. Это согласие Галифакса было доведено до сведения Майского, который должен был запросить Москву*. Но ответа со стороны Советского правительства не последовало. Криппс интересуется, какие причины помешали начать переговоры о торговом соглашении в октябре и ноябре 1939 г.

Тов. Молотов отвечает, что в сентябре — октябре начали оживляться торговые дела между СССР и Англией, что привело к некоторым сделкам. Но одновременно СССР и тогда, и после на каждом шагу чувствовал недружелюбное, а зачастую и прямо враждебное отношение Англии к Союзу, проявлявшееся во многих актах в разных странах. Например, на Дальнем Востоке английскими властями были задержаны пароходы с советскими товарами, один из которых — советский пароход «Селенга»** — до сих пор не освобожден. Это недоброжелательное отношение Британского правительства не создает обстановки для интересующих Криппса переговоров. Надо отметить, добавляет т. Молотов, что за весь этот период времени Советский Союз не проводит никакой враждебной политики, тогда как уже в самое последнее время союзник Англии — Франция организовала полицейский налет на торгпредство в Париже***.

Криппс соглашается, что налет на торгпредство в Париже очень неприятное происшествие и английское правительство в связи с этим событием поставлено в весьма неудобное положение.

Далее Криппс разделяет время последних международных событий на 3 периода:

1  период — до «оккупации» Польши,

2  период — после «оккупации» Польши до начала войны в Финляндии и

3  период — после начала событий в Финляндии.

Торговые переговоры, которые интересуют Криппса, относятся именно ко второму периоду, когда, по мнению Криппса; можно было рассчитывать на благоприятное их развитие. Если теперь и дальше, впредь До окончания войны в Финляндии, не приходится рассчитывать на развитие советско-английской торговли, то все же непонятно Криппсу, по-

___________________
* См. Документы... — Т. XXII.—Док. 689, 724.
** Советский пароход «Селенга» с грузом вольфрама был задержан британским военным кораблем у Формозы 13 января 1940 г.
*** См. док. 36.

91

 


чему торговое соглашение не могло состояться в период до начала этой войны.

Тов. Молотов отвечает, что Советский Союз не отказывался от развития торговых дел с Англией в указанный Криппсом «второй период». Но и в тот период со стороны Английского правительства создавалась неблагоприятная обстановка не только для политических, но и для торговых переговоров. К этому же периоду относятся переговоры СССР с Финляндией. Мы заключили договоры о взаимопомощи с прибалтами*, и страны Прибалтики сами могут Вам подтвердить, что мы не затронули этим их независимости, их внешней и внутренней политики. Мы хотели меньшего со стороны финнов, исключив из своих предложений вопрос о взаимопомощи, поскольку финны, исходя из своего понимания нейтралитета, возражали против этого. Но мы не достигли соглашения в этих переговорах и нам понятно, почему это вышло. Если бы Англия не настраивала финнов против СССР, то мы договорились бы с ними, но из-за указанных внешних воздействий они не согласились на наши предложения, не затрагивавшие суверенитета Финляндии и вместе с тем компенсировавшие их территориальные уступки, необходимые Советскому Союзу для обеспечения безопасности Ленинграда и Финского залива, территориями за счет СССР в увеличенном вдвое размере. При такой враждебной политике Англии в отношении Союза, как можно было рассчитывать на успех торговых переговоров.

Криппс добавляет к сказанному им, что в свое время он посетил Галифакса и спросил его, не имеется ли со стороны Англии какого-либо давления на Финляндию в связи с советско-финскими переговорами. На это был получен отрицательный ответ. Ответ Галифакса Криппс передал Майскому. Последний не сообщил конкретных фактов враждебных действий Англии в отношении Союза, но сказал, что такие действия, возможно, были предприняты в Швеции. Криппс, запросив Галифакса и по этому сообщению Майского, также получил от Галифакса отрицательный ответ. Криппс говорит, что, возможно, были личные выступления отдельных членов правительства против СССР.

Тов. Молотов отвечает, что хотя Английское правительство отрицало факты недружелюбного отношения к Союзу, но факты остаются фактами. На протяжении последних месяцев мы сталкиваемся с недоброжелательным и прямо враждебным к СССР отношением Англии на каждом шагу: то разрыв прежних торговых соглашений и прекращение выполнения советских заказов, то задержание советских пароходов с товарами для СССР в разных странах, на Дальнем Востоке и в Эгейском море, то поджигание прибалтов и Финляндии против СССР и т. д. Криппс заявляет, что он в июле месяце предупреждал Галифакса о возможности заключения договора между СССР -и Германией. Галифакс и другие члены правительства ответили, что такой договор не может быть заключен ввиду враждебности обеих сторон. В начале сентября Криппс написал еще одну ноту с предложением сделать что-нибудь для улучшения отношений между двумя странами, но ничего не было сделано, т. к. возникли какие-то препятствия и для торговых переговоров.

Тов. Молотов говорит по этому поводу, что в течение всего лета велись переговоры между Англией, Францией и Союзом. Из этих переговоров ничего не вышло. Не вышло не по нашей вине, т. к. именно

___________________
* См. Документы...—Т. XXII. — Док. 647, 648, 661, 662, 672, 673.

92

 


Англия и Франция не хотели с нами иметь договор как с равной стороной.

В августе Германия изменила свою политику в отношении СССР с враждебной на мирную, и мы признали целесообразным заключить с ней соглашение во имя интересов мира. Вы можете сами понять, говорит т. Молотов, что любое стремящееся к сохранению мира правительство пошло бы на нашем месте по такому же пути.

Дальше идут известные события в Польше и переговоры с прибалтами, а затем с Финляндией. На протяжении всего этого периода политика Английского правительства была недоброжелательной в отношении СССР. Если бы Английское правительство действительно хотело иметь с нами хорошие отношения, то мы с готовностью пошли бы этому навстречу. Но все действия Английского правительства не создавали обстановки для хорошего развития англо-советских отношений. Если Майский будто бы не привел каких-то конкретных фактов о враждебных действиях Англии, то ведь тем не менее этих фактов на деле было много и они общеизвестны, как это уже было мною указано выше.

Дальше Криппс говорит, что он объехал довольно большое количество стран и встретился с большим количеством людей, которых он знал как друзей Советского Союза и которые теперь неправильно понимают или вообще не понимают политику Союза в связи с финскими событиями. Криппс считает нужным вернуть на их старые дружественные позиции друзей Советского Союза, которые в результате неправильной информации введены в заблуждение и не понимают теперешней позиции СССР.

Для того чтобы содействовать этому, Криппс предлагает проект заявления, которое должно сделать Советское правительство или какое-либо авторитетное лицо.

Тов. Молотов отвечает, что буржуазная пресса нагородила много небылиц и клеветы про СССР и сделала все для того, чтобы ввести в заблуждение общественное мнение за границами Союза. Советское правительство считает своей обязанностью делать в нужных случаях соответствующие заявления с опровержением ложных сообщений этой прессы и делать это систематически и еще лучше, чем было до сих пор. Тов. Молотов обещает Криппсу ознакомиться и с его проектом заявления (текст заявления в редакции Криппса прилагается)[41].

Затем Криппс заявляет, что он готов ответить на вопросы тов. Молотова, относящиеся к дальневосточным проблемам, так как он только что приехал из Китая.

Тов. Молотов благодарит Криппса и выражает готовность выслушать сообщения Криппса по дальневосточным вопросам.

Криппс сообщает, что он имел беседу с Чан Кайши и последний спросил его, какие у Криппса имеются планы насчет реконструкции народного хозяйства Китая.

В связи с этим Криппс предлагает создать комиссию из представителей различных стран, которые совместно давали бы советы в реконструкции и планировании китайского хозяйства. Желательно, чтобы в эту комиссию вошел кто-нибудь и от Советского Союза, а именно от Госплана.

Тов. Молотов отвечает, что реконструкция китайского хозяйства удается делом самого Китая и он не видит основания для участия представителя Советского правительства в этом деле.

Криппс спрашивает, не имеется ли каких-либо возможностей для установления контакта между Англией, США и СССР в китайском вопросе.

93

 


Тов. Молотов отвечает, что об этом он слышит впервые и потому может обещать лишь обдумать этот вопрос. В свою очередь тов. Молотов спрашивает мнение самого Криппса по этому вопросу.

Криппс отвечает, что, по его мнению, такие возможности имеются и что на обратном пути в Англию он посетит Вашингтон и будет говорить с Рузвельтом. Но Криппс давно из Англии и потому не знает мнения Английского правительства на этот счет.

Затем Криппс спрашивает, верны ли слухи, что Советский Союз имеет какие-то планы насчет захвата Индии.

Тов. Молотов высмеивает эти слухи и замечает, что эти слухи исходят не от друзей Советского Союза, а от провокаторов из лагеря врагов СССР.

Криппс спрашивает, верны ли другие слухи о том, что существует соглашение между Японией и СССР о разделе Китая.

Тов. Молотов на этот вопрос также дает отрицательный ответ и также высмеивает распространителей этих слухов.

В заключение беседы Криппс спрашивает тов. Молотова, чем он может быть полезен, вернувшись обратно в Англию.

Тов. Молотов отвечает, что будет очень хорошо, если он, Криппс, сможет содействовать улучшению отношений между СССР и Англией.

Прощаясь, г-н Криппс обещает, что,, если он будет в правительстве, он сделает все возможное для установления дружественных отношений между обеими странами.

На этом беседа заканчивается.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 11, д. 109, л. 3—8.

 

 

46. ИЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПИСЬМА ПОЛПРЕДСТВА СССР В США НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

17 февраля 1940 г.

[...] Линия и действия правительства США, как Вам хорошо известно, сводятся сейчас к тому, чтобы держать отношения с нами на «без пяти минут разрыве», но все же пока на разрыв дипломатических отношений не идти (по причинам, излагавшимся ранее и к которым ничего нового прибавить нельзя), далее — к тому, чтобы антисоветскими выпадами (в стиле речи Рузвельта на конгрессе молодежи)[42] и актами (моральное эмбарго[43], заем белофинам ) поощрять и развязывать антисоветские силы в Европе, наконец, к тому, чтобы ущемлять нас по линии торговых интересов в США, придираться к нам и провоцировать нас по разным поводам.

Беседа моя с Хэллом правильно отразила состояние наших отношений в том смысле, что, с одной стороны, Хэлл заявил о том, что «пути наших стран разошлись», с другой стороны, по вопросу о дискриминационном режиме для нашей торговли, дал понять, что мероприятия против нас ограничены определенным кругом и что, по его словам, иные мероприятия не намечаются. (Мне по-прежнему кажется, что подобные представления некоторую пользу приносят; имею в виду не только эту беседу с Хэллом, но и два представления зав. европейским отделом Моффату по вопросу об отозвании американских специалистов из СССР и другим инцидентам, а также почти каждодневный контакт с госдепар-

94

 


таментом по разным мелким вопросам, из которых, при решительной постановке вопроса, удается уладить немало, в частности всякого рода придирки иммиграционных властей к нашим хозяйственникам.)

Письмо Хэлла председателю сенатской комиссии иностранных дел Питтмэну (полный текст имеется в пересылаемом данной почтой обзоре печати) явно отразило эту тенденцию, ухудшив отношения с нами «до отказа» и готовя заранее мотивы для разрыва, все же дело до разрыва пока не доводить. Тот факт, что Хэлл вынужден был сослаться на VII конгресс Коминтерна, то есть на события 1935 года, как на единственный эпизод предъявления нам «обвинений» в пропаганде, косвенно означает, что с тех пор, несмотря на все утверждения разных комиссий Дайса и реакционной прессы, госдепартамент не имел никаких оснований предъявлять нам какие-либо претензии в этой области. Одновременно, как Вы, наверное, заметили, красной нитью через этот документ проходит намек на то, что самый факт наличия дипломатических отношений создает для Американского правительства возможности урегулирования спорных вопросов, воздействия, давления на нас и что даже мнимое «нарушение» нами обязательств не приводит автоматически к разрыву отношений, отнюдь не обусловленных, как это признает Хэлл, выполнением этих обязательств. Когда Хэлл в разговоре со мной, который я уже передал со всеми подробностями, поставил, как пример невыполнения нами обязательств, вопрос о долгах, то я мог бы ответить, что, собственно говоря, сейчас дело за американцами, поскольку перед отъездом в Москву по поручению правительства я заявил ему официально, что поднятые им вопросы урегулирования претензий и контрпретензий могли бы, несмотря на отсутствие с его стороны конкретных предложений, стать предметом переговоров между обеими странами. Учитывая, однако, что Хэлл не имел никакого касательства к переговорам с Моргентау, который прямо заявил, что действует по заданию Рузвельта, желающего не впутывать в это дело «экспертов» (то есть госдепартамент), а также опасаясь, как бы Хэлл не подумал, что мы в данной обстановке действительно собираемся говорить с американцами о долгах, я ограничился ответом, что «переговоры о претензиях ни к чему не привели не по нашей вине». Если я поступил неправильно и если стоило в разговоре с Хэллом повторить сделанное в иной обстановке заявление о нашей готовности разговаривать о долгах, прошу Вас дать мне соответствующие указания с тем, чтобы я мог исправить дело при следующей встрече с Хэллом.

Основные антисоветские мероприятия правительства США идут по двум линиям: 1) помощь белофиннам; 2) меры ущемления наших экономических интересов.

Что касается помощи белофиннам, то, несмотря на широко развернутую кампанию, имеется известная диспропорция между крикливыми, истеричными выступлениями в печати, на собраниях, в конгрессе и объемом фактической помощи. Из первых 10 млн. долларов, которые были предоставлены финнам экспортно-импортным гос. банком на «невоенные» закупки (тем самым, конечно, высвобождая иные финансовые ресурсы белофиннов для чисто военных закупок), по сведениям, которые я имею с разных сторон (включая латвийского посланника Бильманиса), финны реализовали к 1 февраля не более 3 млн. Из их планов закупать на эти деньги американский хлопок и иные сельскохозяйственные излишки, с тем чтобы, продавая их в Лондоне, использовать там вырученные суммы для военных закупок в Англии и Франции, по-видимому, ничего пока не вышло. Поэтому не совсем понятно, на что пойдут те дополни-

95

 


тельные 20 млн., которые (в косвенной форме увеличения фондов экспортно-импортного банка) уже прошли через Сенат и на днях пройдут через Палату представителей. Правда, «разъяснено», что такие предметы, как противогазы (финнам, безусловно, не нужные) и колючая проволока, а также грузовики, не считаются военными закупками, но из чисто военных объектов пока не слышно ничего, кроме 44 самолетов, находящихся на вооружении в морской авиации США. Что касается «добровольцев», то, судя по прессе, число навербованных в США (преимущественно из числа финских иммигрантов — американских граждан) не превышает 500 чел. (Бросающаяся в глаза разница в отношении правительственных органов к этим «добровольцам» и к борцам интернациональной бригады республиканской Испании, из числа которых 20 человек на днях было привлечено к суду, оказалась настолько разительной и скандальной, что не далее как сегодня новый «либеральный» Минюст Роберт Джэксон, которого я упоминал выше, аннулировал судебное преследование против бывших бойцов интернациональной бригады.) Что же касается «филантропической кампании» Гувера, то она пока дала 1 млн. 200 тыс. долларов, которые, судя по опубликованным в прессе данным, составились преимущественно из крупных пожертвований крупных капиталистических акционерных обществ и лиц, и отсутствие широкой базы для этой кампании подтверждается, в частности, тем, что гуверовцам не удается, заполнить народом залы при созыве митингов в пользу белофиннов.

Однако не все, что делается даже в области этого вида помощи для белофиннов, доходит до нас, и возможно, что туда идет из США больше оружия, денег и людей, чем это нам известно.

Что касается экономических мероприятий против нас, то т. н. моральное эмбарго (на авиаоборудование, самолеты, молибден, алюминий и информацию и техпомощь по производству авиагорючего) проведено, путем давления на промышленников, достаточно эффективно, хотя и «ущемило» нас гораздо меньше, чем американцам кажется, на что я намекнул достаточно ясно Хэллу, говоря о нашей экономической независимости. Сейчас самое тревожное — готовящиеся мероприятия по линии т. н. биржевых товаров, т. е. в первую очередь цветных металлов. Если в отношении меди, запасы которой велики, можно на ближайшее время не опасаться каких-либо «моральных эмбарго», то хуже обстоит дело с оловом, латунью, каучуком и др. стратегическими видами сырья, дефицитными и в США.

Операции Амторга[22] по этим товарам находятся под постоянным наблюдением и обстрелом прессы и уже вызвали со стороны военного и морского министерств «предупреждение» торговцам о том, что если они будут разбазаривать олово и каучук, то будут «приняты меры». Во всем этом много искусственной шумихи, т. к. закупки Амторга не так уж велики, но, по-видимому, • ближайшие мероприятия пойдут именно по линии этих товаров, несмотря на заверения Хэлла о том, что «расширение морального эмбарго» не намечается.

С самого момента моего приезда в США я не переставая указываю тов. Лукашеву — председателю Амторга — на необходимость установить непосредственные связи с южноамериканскими и центральноамериканскими производителями стратегического сырья, в частности с Чили (медь!) и Мексикой (медь, олово, свинец). Воспользовавшись инициативой мексиканского посла в Вашингтоне Нагера, который на обеде у китайского посла откровенно поставил передо мной вопрос о нашей торговле с Мексикой, я рекомендовал официальным торговым представи-

96

 


телям Мексики в Нью-Йорке вступить в контакт с Амторгом. К сожалению, ни с мексиканцами, ни с китайцами тов. Лукашев не сумел завязать отношения, и дело не пошло дальше общих разговоров. Мне кажется, что тов. Лукашеву должно было дано категорическое указание развивать эти отношения, разговаривать с южноамериканцами по-деловому, выяснить вопросы цен, фрахта и т. д. Я со своей стороны попытаюсь и дальше разъяснять значение этого дела тов. Лукашеву, который пока в здешней сложной обстановке ориентируется с трудом.

Дальнейшие затруднения следует предвидеть по линии фрахта. Американские органы саботируют фрахтование нами американского тоннажа (на эту тему я говорил с госдепартаментом и уладил дело об одном пароходе, но никаких гарантий на будущее нет), нейтральные же страны (скандинавы, греки) не дают никаких обещаний на период после марта месяца.

Наконец, мы в нашей практической работе не забываем и о возможностях сюрпризов по линии провокаций в духе парижского налета. Ликвидация Букниги3? {поныне, правда, не доведенная Амторгом до конца), Амкино, а также перевод Интуриста на консервацию были как нельзя более своевременными мероприятиями. Сейчас речь идет о том, чтобы прежде всего оградить от провокаций Амторг и наши комиссии на заводах. Это наша первейшая забота.

Об обстановке нашей работы в Англии и Франции сужу только по здешним газетам. Мне кажется, что буду прав, если определю условия работы здесь как несколько лучшие, чем во Франции, но худшие, чем в Англии, поскольку, если не считать наших преданных друзей и передовой прослойки интеллигенции, здесь, в отличие от Англии, нет оформленной оппозиции антисоветскому курсу правительства. Те прогнозы, которые давались мною по вопросу о маловероятности разрыва дипломатических отношений с США, не оправдают себя, если французы или англичане пойдут на разрыв. Этот пример окажется заразительным и перевесит одно из основных соображений Рузвельта против разрыва: его нежелание накануне выборов расписываться перед республиканской оппозицией в том, что он «не должен был признавать» СССР. Однако если исходить из чисто американской обстановки, прогноз о маловероятности разрыва остается в силе. Некоторое усиление кампании против нас по мере ликвидации сопротивления белофиннов неизбежно, но если нашим врагам не удастся в ближайшее время открыть против нас новый фронт, то после ликвидации белофиннов может наступить в наших отношениях с американцами известное улучшение или по меньшей мере стабилизация.

Пока же радостно видеть, что наши друзья поддерживают нас здесь энергичнее, мужественнее, чем когда-либо. Достаточно сказать, что их митинги в защиту СССР, против антисоветской кампании, переполнены всегда до отказа. Брошюра «СССР и Финляндия», изданная при нашем содействии редакцией журнала «Совиет Рашия Тудэй», разошлась за месяц тиражом в сто тридцать тысяч экземпляров, четырьмя изданиями, включавшими всю нашу основную документацию плюс документы американской интервенции на Севере в 1918—1919 гг. Лучшие люди передовой американской интеллигенции не теряют с нами контакта, бывают у меня, переписываются. Это в значительной степени облегчает весьма сложную обстановку работы в Вашингтоне, где в наших официальных отношениях мы встречаем враждебное, полубойкотистское отношение.

Данное письмо пришлось писать в невероятной спешке ввиду быст-

97

 


рого отъезда внеочередной диппочты. Прошу извинить небрежный вид письма.

С товарищеским приветом полпред СССР в США К. Уманский

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 23, д. 292, л. 37—41.

 

 

47. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

20 февраля 1940 г.

1. Итальянское агентство «Стефани» распространяет из Стамбула сообщение, будто бы «один советский отряд перешел турецкую границу на Кавказе», что «турецкими властями был послан турецкий отряд для выяснения причин этого перехода», что при этом «сражения не было».

ТАСС уполномочен заявить, что все это сообщение агентства «Стефани» представляет плод больной фантазии его авторов.

2. Бельгийская газета «Либр бельжик» публикует сообщение корреспондента Юнайтед Пресс, в котором говорится, будто «русские усиленно разрабатывают в Финляндии никелевые рудники в районе Лолойки», что «большое количество рабочих занято на постройке шахт» и т. п.

ТАСС уполномочен сообщить, что это сообщение Юнайтед Пресс ни в какой мере не соответствует действительности.

Известия.— 1940. — 20 февр.

 

 

48. БЕСЕДА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ГРЕЦИЯ М. Г. СЕРГЕЕВА С ЗАВЕДУЮЩИМ ИНФОРМАЦИОННЫМ ОТДЕЛОМ МИД ГРЕЦИИ ПАПАДАКИСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

21 февраля 1940 г.

Г-н Пападакис — один из ближайших сотрудников г-на Метаксаса и считается лучшим знатоком внешней политики Греции. На Белградской конференции он был в составе греческой делегации.

В часовой беседе был затронут ряд вопросов, которые можно резюмировать следующим образом:

1. Балканская Антанта[13]

Г-н Пападакис, говоря о своем впечатлении от Белградской конференции постоянного Совета Балканской Антанты, отмечает, что в этом году весь мир придал исключительное значение конференции постоянного Совета Балканской Антанты. Обычно конференции Совета проходили очень скромно, народу присутствовало мало, и мировое общественное мнение не сосредоточивалось на этом вопросе. В этом году в Белграде собралось исключительно много людей, наблюдавших за ходом работы конференции. Результат конференции нас, греков, говорит г-н Пападакис, вполне удовлетворяет. В Белграде все 4 государства, входящие в Балканскую Антанту, пришли к заключению о необходимости сохранения мира в Юго-Восточной Европе. Для Греции это лучшее, что можно пожелать. Греция не хочет войны. Война — это дело великих держав.

98

 


Маленькие страны от войны обычно ничего не выигрывают, и мы не намерены рисковать своим существованием, ввязываясь в войну.

Греция хочет мира, она намерена поддерживать со всеми своими соседями самые лучшие отношения. К этому же сводится и желание остальных трех стран Балканской Антанты. Нужно думать, что и соседние с нами страны понимают это положение и не намерены сейчас поднимать тех территориальных вопросов, которые кажутся им неразрешенными. На Белградской конференции 4 балканские страны приняли ряд общих решений, выраженных в официальном коммюнике, опубликованном по окончании работы конференции. Каждое из этих государств будет осуществлять их, исходя из особенностей той или иной страны. Турция, учитывая заключенный с Англией и Францией пакт о взаимопомощи от 19 X 1939 г.; Греция, учитывая гарантии, данные ей Англией, Францией и Италией; Румыния, учитывая гарантии Англии и Франции; и, наконец, Югославия имеет особые условия, отличные от первых трех стран, т. к. никаких гарантий она не имеет.

2. Греко-болгарские отношения

Касаясь греко-болгарских отношений, г-н Пападакис говорит, что эти отношения за последнее время значительно улучшились. Все то, что вызывало ранее беспокойство, отошло на задний план. Болгария неоднократно заявляла о своих мирных намерениях, и в Греции искренне верят этим словам. Из бесед г-на Сараджоглу с г-ном Кьосеивановым также можно заключить о мирных намерениях Болгарии. Смена кабинета г-на Кьосеиванова не только не может осложнить отношения между обеими странами, но, по мнению г-на Пападакиса, приход к власти кабинета г-на Филова укрепит греко-болгарские отношения. Г-н Филов — бывший председатель болгаро-греческой Лиги и искренний друг Греции.

3. Итало-греческие отношения

По мнению г-на Пападакиса, военные приготовления Италии не могут отразиться на итало-греческих отношениях. Эти военные приготовления не касаются Албании. По имеющимся сведениям, говорит г-н Пападакис, Италия пока не увеличила числа своих войск на греко-албанской границе. Нет также никаких сведений об изменении дислокации итальянских войск в Албании и перемещении их ближе к греческой границе. По его мнению, сентябрьское итало-греческое коммюнике о взаимном отводе войск от греко-албанской границы и обмен письмами от 30 IX 1939 г. дали положительные результаты, и оснований для беспокойства у Греции сейчас нет.

4. Англо-греческие отношения

Г-н Пападакис, говоря об англо-греческих финансово-торговых соглашениях, заключенных в Лондоне, отмечает их большое значение для Греции. В условиях настоящей войны чрезвычайно трудно найти рынок сбыта для тех специфических товаров, которые производит Греция {табак, коринка, оливки), и то положение, что Англия взяла обязательство купить большую партию греческих Табаков, является очень большим положительным моментом для греческого хозяйства. Кроме того, Англия взяла обязательство фрахтовать большую часть греческого торгового флота, доход от которого является существеннейшей статьей платежного баланса. Правда, морская война наносит большой ущерб коммерческому флоту: с сентября по январь уже затонуло свыше 20 греческих судов. Страховые премии не могут компенсировать потерю пароходов, т. к. в целом ряде случаев трудно приобрести новые пароходы. Положительным моментом для Греции является также заключение греко-Французской торговой конвенции, по которой Франция обязалась поку-

99

 


пать греческие товары на сумму не ниже той, которую расходует Греция, покупая французские товары.

5. Военные приготовления Англии и Франции на Ближнем Востоке

Возвращаясь к положению на Балканах и на Ближнем Востоке, г-н Пападакис останавливается на военных мероприятиях Англии и Франции на Ближнем Востоке. Он говорит, что цель этих мероприятий — обеспечить коммуникации союзников. Италия занимает не совсем определенную позицию в современном вооруженном столкновении Англии и Франции с Германией. Не исключено, что в случае побед германской армии Италия выступит на стороне Германии и тогда средиземноморские коммуникации будут находиться в опасности.

Можно ли допустить, что англо-французские войска на Ближнем Востоке направлены против СССР? Он сомневается в возможности использования их против СССР, т. к. слишком многое им пришлось бы преодолеть, прежде чем попасть к границам Кавказа и тем более к тем центрам, которые имеют большое значение. Г-н Пападакис говорит, что численность англо-французских войск сильно преувеличивают, доводя их число до 500 тыс. человек. Он говорит, что, по имеющимся у греков информациям, это число не превышает 120 тыс. человек.

В заключение нашей беседы я обратил внимание г-на Пападакиса на два вопроса:

1. На выполнение тех обещаний, которые были мне даны г-ном Маврудисом и Пападакисом в части изменения необъективной позиции, занятой греческой прессой по отношению к Советскому Союзу. Я привел г-ну Пападакису ряд новых фактов необъективности греческой прессы, которые были мной изложены несколько дней назад греческому посланнику г-ну Маркетису. Г-н Пападакис обещал еще раз переговорить по этому вопросу с г-ном Маврудисом и г-ном Николудисом, вице-министром прессы и туризма, после его возвращения из поездки в Египет.

2. Греческая газета «Эстия» от 16.11.1940 г. поместила призыв греческой атлетической организации о сборе средств в пользу белофиннов. Я подчеркнул, что подобные сборы не могут изменить существующего положения вещей в Финляндии, но они могут не совсем хорошо отразиться на наших отношениях, тем более что упомянутый призыв греческой атлетической организации опубликован в прессе, контролируемой государством. Поэтому я хотел бы, не доводя об этом до сведения министра иностранных дел, дружески обратить внимание г-на Пападакиса на нежелательность подобных сборов, надеясь, что г-н Пападакис сделает все от него зависящее, чтобы избежать в дальнейшем разговоров по подобному вопросу.

Г-н Пападакис ответил, что он искренний сторонник поддержания хороших дипломатических отношений с Советским Союзом, несмотря на различие политического строя, и разделяет высказанное мной мнение о призыве атлетической организации к сбору средств белофиннам и считает нежелательным подобного рода сборы. Он обещал переговорить по этому вопросу с г-ном Маврудисом и полагает, что будут приняты необходимые меры, чтобы избежать в дальнейшем возникновения таких вопросов.

Временный Поверенный в делах СССР в Греции Сергеев

АВП РФ, ф. 084, on. 20, п. 131, д. 5, л. 29—33.

100

 


 

 

49. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОМУ

21 февраля 1940 г.

По вопросу о Финляндии и Швеции с Норвегией, затронутому в Вашей беседе с Батлером*, можете сообщить Батлеру следующее о позиции Советского правительства**:

1) Никаких претензий к Швеции и Норвегии Советское правительство не имеет. Заявление Батлера об опасности, якобы угрожающей этим странам от СССР, ни на чем не основано. СССР не хочет трогать ни Швеции, ни Норвегии, если они сами не вступят в войну на стороне Финляндии формально или фактически. Другое дело, если шведы или норвежцы нарушат свой нейтралитет и вступят в войну. В этом случае СССР вынужден будет тоже выступить с оружием в руках. Это относится не только к Швеции и Норвегии, но и ко всякому другому государству, которое решится нарушить свой нейтралитет в отношении Советского Союза, защищающего безопасность Ленинграда.

2) Советский Союз не возражает против переговоров и соглашения с правительством Рюти — Таннера. Но как нам известно из некоторых источников, это правительство не хочет понять, что после открытия военных действий и после того, как пролита кровь не по нашей вине, ситуация изменилась коренным образом. Рюти и Таннер не понимают, что условия Советского правительства, изложенные в переговорах с Таннером и Паасикиви во имя избежания войны, уже недостаточны после того, как военные действия открылись и кровь обильно пролита. Для Советского правительства стало теперь совершенно ясно, что Финляндия была и остается готовым плацдармом для нападения на Ленинград. Поэтому СССР не может удовлетвориться теми гарантиями безопасности Ленинграда, о которых говорилось до начала военных действий, ввиду чего СССР вынужден требовать новых дополнительных гарантий безопасности Ленинграда. Наши военные требуют не только получения в аренду полуострова Ханко с прилегающими островами, но и получения всего Карельского перешейка, включая линию Выборг — Сартаваллы — северное побережье Ладожского озера. Наши военные считают, что эти условия являются единственно реальной минимальной гарантией безопасности Ленинграда. Этого требуют наши военные, и это поддерживает наше правительство целиком и полностью. Вероятнее всего, что в случае дальнейшего продления военных действий эти условия окажутся также недостаточными. Понятно, что не может быть и речи о какой-либо территориальной компенсации со стороны СССР. Понятно также, что в случае принятия теперь же правительством Рюти — Таннера этих условий Советского правительства советские войска будут эвакуированы из района Петсамо. Советское правительство ценит посредничество Английского правительства, но Советское правительство во избежание недоразумений хотело бы предупредить Английское правительство, что оно пойдет на переговоры и соглашение с правительством Рюти — Таннера лишь в случае принятия им изложенных условий гарантий безопасности Ленинграда.

—— Молотов

___________________
* См. док. 44.
** См. док. 50.

101

 


Дополнение, 22.02.1940 г.

Можете сообщить Батлеру о наших отношениях с Германией следующее:

Первое. Мы считаем смешным и оскорбительным для нас не только утверждение, но даже простое предположение, что СССР будто бы вступил в военный союз с Германией. Даже простачки в политике не вступают так просто в военный союз с воюющей державой, понимая всю сложность и весь риск подобного союза. Какое имеется у Батлера основание считать, что Советским Союзом управляют люди, не понимающие даже того, что доступно пониманию любого простака в политике.

Второе. Хозяйственный договор с Германией* есть всего лишь договор о товарообороте, по которому вывоз из СССР в Германию достигает всего 500 миллионов марок, причем договор экономически выгоден для СССР, так как СССР получает от Германии большое количество станков и оборудования, равно как изрядное количество вооружения, в продаже чего нам неизменно отказывали как в Англии, так и во Франции.

Третье. Как был СССР нейтральным, так он и остается нейтральным, если, конечно, Англия и Франция не нападут на СССР и не заставят взяться за оружие. Упорно распространяемые слухи о военном союзе СССР с Германией подогреваются не только некоторыми элементами в самой Германии, чтобы запутать Англию и Францию, но и некоторыми агентами самой Англии и Франции, желающими использовать воображаемый «переход СССР в лагерь Германии» для своих особых целей в области внутренней политики.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 326, д. 2238, л. 44—53.

 

 

50. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

22 февраля 1940 г.

Я посетил Батлера в соответствии с полученными мной накануне инструкциями из НКИД**. Я начал с заявления, что после нашей встречи 16 февраля***, я решил навести в Москве справки по некоторым вопросам, интересовавшим Батлера, и сейчас я в состоянии сделать ему известные сообщения, которые являются уже не только моим собственным мнением, но которые основаны на информации, полученной мной от моего правительства.

Я начал с советско-германского торгового договора**** и указал, что этот договор[46], как я уже говорил Батлеру во время нашего прошлого свидания, есть чисто деловой договор — договор о товарообороте, основанный на выгоде для СССР. В обмен на экспортируемое сырье СССР получает из Германии станки, оборудование, а также вооружение,

___________________
* См. док. 41.
** См. док. 49.
*** См. док. 44.
**** См. док. 41.

102

 


которого, кстати, СССР никогда не мог получить из Англии и Франции. О размерах товарооборота между СССР и Германией можно судить хотя бы по тому, что советский экспорт, согласно положениям договора, должен составить сумму около 500 млн. марок, т. е. по номинальной ценности марки около 25 млн. фунтов. Весь шум, поднятый английской прессой около советско-германского договора, не имеет под собой никаких оснований. СССР, как нейтральная страна, имеет полное право торговать с Германией, особенно учитывая те трудности и препятствия, с которыми советская торговля в настоящее время сталкивается в Англии[47] и Франции. Я упомянул в этой связи, между прочим, о недавнем налете полиции на наше парижское торгпредство.

Далее я перешел к вопросу о политических отношениях между СССР и Германией и указал, что все толки о наличии между ними «военного союза» являются продуктом паники или злостного измышления. Вступить в военный союз с державой, находящейся в войне,— дело сложное и рискованное. Неужели в Лондоне и Париже думают, что СССР управляется такими политическими простаками (political simpletons), которые этого не понимают? Между СССР и Германией существуют нормальные дружественные отношения, но никакого военного союза нет. Слухи о таком союзе подогреваются известными элементами в самом Лондоне, а также некоторыми агентами Англии и Франции, использующими их для целей внутренней политики. Но на это не следует обращать внимания.

Позиция СССР в европейской войне остается неизменной, как она была определена в ноте Советского правительства державам 17 сентября прошлого года* и как я подтвердил это лорду Галифаксу в разговоре 27 сентября того же года**. СССР был и остается нейтральным в европейской войне, поскольку, конечно, Англия и Франция не вздумают напасть на него. Если бы, однако, они решились на такой шаг, то могут быть уверены, что СССР будет драться до конца и что он для этого хорошо подготовлен.

Затем я коснулся вопроса о Швеции и Норвегии и при этом подчеркнул, что СССР не имеет притязаний к обеим названным странам и что все слухи и разговоры о намерении СССР захватить Нарвик или иной норвежский порт на Атлантическом океане являются клеветнической выдумкой, пускаемой в ход определенными элементами в Англии и вне Англии с антисоветскими целями. Швеции и Норвегии нечего бояться со стороны СССР, если, конечно, они останутся нейтральными и не втянутся в войну — формально или фактически — на стороне Финляндии. Иное дело, разумеется, если бы Швеция и Норвегия пошли по пути интервенции в советско-финскую войну. Тогда СССР вынужден был бы воевать и с ними, но тоже самое случилось бы и со всякой иной страной, которая нарушила бы свой нейтралитет в отношении Советского Союза, защищающего безопасность Ленинграда.

Наконец, я перешел к Финляндии. Я напомнил, что во время нашей предыдущей встречи Батлер интересовался вопросом о возможности мирного урегулирования советско-финского спора. В тот раз я отрицал наличие такой возможности, но сегодня в результате полученных мной из Москвы сведений я могу сообщить, что такая возможность имеется. Советское правительство не возражало бы против вступления в мирные переговоры с правительством Рюти — Таннера и против заключения с ним мира. Однако необходимо иметь в виду, что те условия соглашения

___________________
* См. Документы...— Т. XXII.— Док. 598.
** Там же.— Док. 636.

103

 


между СССР и Финляндией, которые обсуждались во время московских переговоров прошлой осенью, в настоящее время не могут считаться достаточными. Советское правительство в то время готово было пойти на них, с тем чтобы избежать войны. Но теперь, после того как дело дошло до войны, после того как не по нашей вине уже пролито столько крови, ситуация совершенно изменилась. К тому же характер финских укреплений, полностью выявившихся в ходе войны, окончательно подтвердил наши прежние подозрения, что Финляндия была и остается готовым плацдармом для атаки на Ленинград. Ввиду вышеизложенного, если сейчас можно говорить о мире, Ленинград нуждается в новых гарантиях своей безопасности. Конкретно мы понимаем это следующим образом: в дополнение к тем предложениям, которые были выдвинуты советской стороной в московских переговорах (полуостров Ганге с прилегающими островами, полуостров Рыбачий, острова в Финском заливе, ректификация границ на Карельском перешейке), наши военные круги категорически настаивают на переходе к СССР всей территории Финляндии от бывшей советско-финской границы до линии Выборг — Сортавала — северный берег Ладожского озера, иными словами, все Ладожское озеро должно оказаться в границах СССР. Эта точка зрения советского военного командования полностью разделяется и поддерживается Советским правительством. Разумеется, в нынешних условиях не приходится говорить о предоставлении Финляндии каких-либо компенсаций, о чем речь шла во время осенних переговоров. Вместе с тем, однако, если военные действия будут прекращены сейчас, Советское правительство готово эвакуировать Петсамо. Наоборот, если мир в ближайшее время не удастся заключить и военные действия будут продолжаться, то советское военное командование, по всей вероятности, будет настаивать на дальнейших дополнительных гарантиях и, стало быть, на более далеко идущих требованиях. Мне представляется, что мирные условия, выдвигаемые СССР в сложившейся обстановке, должны считаться весьма умеренными. Однако у нас имеются сведения, что в кругах Гельсингфорса не сознают перемены ситуации, происшедшей с октября — ноября прошлого года и не склонны идти дальше того, о чем тогда говорилось.

В заключение я прибавил, что прошлая беседа с Батлером оставила у меня впечатление о готовности Британского правительства содействовать скорейшему прекращению войны в Финляндии. Сейчас ему предоставляется для этого прекрасный случай.

Батлер, слушавший все время с самым напряженным вниманием и даже с известным волнением, прервал тут меня и спросил:

— Вы имеете в виду наше посредничество?

Я ответил, что не предрешаю конкретных форм, в которые может вылиться содействие Британского правительства, ибо это дело самого Британского правительства. Во всяком случае, если бы Британское правительство сочло возможным выступить в качестве посредника, оно должно иметь в виду, что без принятия финнами вышеуказанных условий гарантии Ленинграда Советское правительство не согласилось бы на вступление в переговоры с правительством Рюти — Таннера.

Вслед за тем Батлер заявил, что сделанное только что мной сообщение имеет исключительно важное значение и должно быть доложено правительству, которое уже даст мне свой ответ. Поэтому сейчас он, Батлер, не может сказать мне ничего определенного. Он хотел бы, однако, в целях уточнения выяснить несколько отдельных моментов. Во-первых, касательно нейтралитета СССР: распространяется ли он также и на отношения СССР к странам Ближнего Востока, в частности к тем странам, ко-

104

 


торые являются союзниками Англии и Франции? По этому вопросу в политических кругах сейчас циркулирует много всякого рода сомнений и слухов, и было бы хорошо, если бы Советское правительство могло рассеять также и их. Я ответил, что наши отношения со странами Ближнего Востока регулируются той же нотой от 17 сентября п. г. и что Батлеру следовало бы поменьше придавать значения всякой газетной и не газетной болтовне. Во-вторых, касательно Швеции и Норвегии. СССР не имеет к ним никаких притязаний, если они будут соблюдать нейтралитет, но что значит в нашем понимании термин «нейтралитет»? Я ответил, что, хотя понятие «нейтралитет» допускает известные толкования, но все-таки есть границы, за которые это толкование не может переступать. Так, например, если бы Швеция и Норвегия разрешили транзит иностранных войск через свою территорию на помощь Финляндии,— это было бы несомненным нарушением нейтралитета. В-третьих, касательно Финляндии. Означают ли советские условия мира, что СССР не будет вмешиваться в вопросы внутреннего режима в Финляндии? Я ответил, что СССР не стоит на точке зрения вмешательства во внутренние дела других стран вообще и в данном случае в частности.

Когда я уходил от Батлера, он сразу же направился в кабинет Галифакса для доклада.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 23—28.

 

 

51. БЕСЕДА ПЕРВОГО ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНА С ПОСЛАННИКОМ ЦАРСТВА БОЛГАРИЯ В СССР Т. ХРИСТОВЫМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, т. Лозовскому, Ближневосточн. отдел, Ген. Секретариат

22 февраля 1940 г.

В разговоре с новым болгарским посланником кроме протокольных и бытовых тем были затронуты 2 политических вопроса.

1. Я осведомился у посланника, как оценивает он итоги последней сессии Балканской Антанты [13] в Белграде?

Христов ответил, что сессия Антанты не дала сколько-нибудь значительных результатов. Как известно, Англия и Франция были заинтересованы в том, чтобы через Турцию и Румынию связать Балканскую Антанту с англо-французским блоком. Сараджоглу усиленно работал для осуществления этого плана. Средством для реализации последнего являлось предложение распространить обязательства коллективной взаимной помощи членов Балканской Антанты на защиту их национальных внешних границ. Попытка эта не удалась. Принятое на конференции решение — «заботиться о безопасности» этих границ — не содержит в себе никаких реальных обязательств. Оно даже не может быть истолковано как обязательство о взаимной консультации. Таким образом, надежды англо-французского блока, Турции и Румынии — сообщить пакту Балканской Антанты острие, направленное против Германии и СССР,— потерпели крушение.

Что касается Болгарии, то, по мнению Христова, существенным шагом вперед с точки зрения болгарских территориальных требований является то обстоятельство, что на последней сессии Балканской Антанты

105

 


эти требования подверглись открытому обсуждению и, будучи поставлены в порядок дня, были принципиально признаны заслуживающими рассмотрения.

2. Я осведомился далее у Христова, как он оценивает нынешнюю внешнеполитическую позицию Турции?

Христов ответил, что, по его мнению, Турция зашла уже достаточно далеко в своих обязательствах в отношении Англии и Франции. Стамбул, Анкара и прочие турецкие города полны англичан и французов. Они приезжают в Турцию в качестве военных инструкторов, инженеров, экономистов, коммерсантов. При помощи этих специалистов ведутся работы по укреплению Проливов и пограничных турецких зон. В среде турецкого правительства имеется группа людей, которых Христов определяет как «английских активистов». Главную роль среди них играет Сараджоглу. По-видимому, он метит на пост премьера. С ним заодно идут бывший посол в Лондоне Фетхи, маршал Чакмак, бывший председатель Меджлиса и бывший военный министр Кязим Азалп. В Министерстве иностранных дел активнейшим проводником англо-французской политики является Меменеджоглу. Сам Исмет Иненю, по мнению Христова, оказался более слабым человеком, чем думали до сих пор. Христов весьма положительно отзывается о личной порядочности Исмета, о его политической честности. Однако он считает, что Иненю не на высоте требований, которые предъявляются к главе государства и в данный критический момент. Имеются в среде правительства и в парламенте противники нынешней англо-французской политики Турции. Христов думает, между прочим, что этой политике не сочувствует нынешний председатель Меджлиса Абдул Халик Ренда. Но все эти лица хранят молчание, не решаясь открыто выступать против нынешнего курса турецкой внешней политики.

Перед отъездом Христов был у Иненю с прощальным визитом. Президент с большим волнением говорил посланнику об отношениях Турции с СССР. Иненю жаловался, что не знает, каковы цели советской внешней политики. Он заявлял, что считает необходимым для Турции сохранение прежней дружбы с Советским Союзом.

Особо отметил Христов поведение французского посла в Анкаре Массигли. Этот дипломат не пользуется в Анкаре расположением. Он отталкивает всех своей сухостью и надменностью. Отдавая Христову визит перед отъездом болгарского посланника в Москву, Массигли с большим раздражением говорил о Советском Союзе и старался напугать Болгарию последствиями ее сближения с СССР. Массигли убеждал Христова, что территориальные притязания Болгарии могут получить удовлетворение лишь в том случае, если она доверит свою судьбу англо-французскому блоку [48].

Потемкин

АВП РФ, ф. 074, on. 25, п. 108, д. 3, л. 8—10.

 

 

52. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

24 февраля 1940 г.

1. Агентство Рейтер распространяет сообщение своего стокгольмского корреспондента, будто «семь советских самолетов сбросили 10 фугасных и большое количество зажигательных бомб на шведскую деревню Паяла,

106

 


расположенную в пяти милях от финской пограничной шоссейной дороги».

ТАСС уполномочен заявить, что ни один советский самолет не летал над деревней Паяла и вообще над шведской территорией, а сообщение агентства Рейтер в отношении советских самолетов является злостным вымыслом.

2. Французское агентство Гавас, некоторые французские и английские, а также и отдельные германские газеты распространяют слухи о том, что Советский Союз предъявил требования к Эстонии, Латвии и Литве о предоставлении СССР новых морских баз об увеличении количества «военных баз» и т. п.

ТАСС уполномочен заявить, что все эти сообщения ни на чем не основаны и являются целиком вымышленными.

Известия. — 1940.— 24 февр.

 

 

53. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

24 февраля 1940 г.

Поздно вечером 23-го Батлер позвонил мне по телефону и попросил прийти на следующее утро. Когда 24 февраля я вошел в его кабинет, он начал с извинений по поводу того, что принимает меня он, а не Галифакс, как это следовало бы ввиду принципиальной важности вопроса, о котором идет речь. Галифакс, однако, сегодня находится в отъезде, а правительство не хотело задерживать передачу ответа до понедельника (24-го была суббота). Поэтому, ему, Батлеру, поручено сообщить мне, что Британское правительство думает о сделанных мной 22 февраля заявлениях*.

По словам Батлера, кабинет с большим интересом встретил эти заявления, в особенности те его части, которые касаются разъяснения позиции СССР в отношении Швеции и Норвегии, природы советско-германских отношений, а также линии Советского правительства в европейской войне. Подтверждение нейтралитета, которое было сделано мной 22-го, Британским правительством с удовлетворением принято к сведению. Кабинет полагает, что мои сообщения будут способствовать значительному очищению атмосферы в англо-советских отношениях и сыграть полезную роль в дальнейшем развитии этих отношений.

Несколько иначе стоит вопрос о Финляндии. Британское правительство относится, конечно, с симпатией к готовности СССР кончить войну и заключить мир с «финским правительством». Однако оно считает, что указанные мной мирные условия являются слишком жесткими, ибо переход к СССР той территории на Карельском перешейке и в районе Ладожского озера, о которой я говорил в прошлый раз, означал бы сдачу Финнами всех своих укрепленных позиций. Британское правительство поэтому считало бы для себя невозможным передать такие условия в Гельсингфорс, ибо даже простая их передача все-таки возлагала бы на него известную, хотя бы и косвенную, ответственность за данные усло-

___________________
* См. док. 50.

107

 


вия [49]. Между тем Британское правительство связано решениями Лиги Наций. Общественное мнение в стране также ни в коем случае не поддержало бы подобного шага правительства, ибо оно твердо стоит на той точке зрения, что «агрессия не должна приносить выгоды». Британское правительство, однако, не видит, почему бы Советское правительство не могло сделать свои мирные предложения «финскому правительству» непосредственно? Британское правительство очень сожалеет, что оно сейчас не в состоянии взять на себя посреднической роли, т. к. оно не согласно с данными условиями мира. Это однако, ни в какой мере не означает, что оно питает враждебные намерения в отношении СССР. Совсем напротив, оно хотело бы поддерживать и по возможности улучшить отношения с Советским Союзом.

Я заявил Батлеру, что, разумеется, передам ответ Британского правительства своему правительству в Москву и не стану заранее предвосхищать реакцию последнего на данный ответ. Однако я хотел бы сейчас сделать кое-какие замечания лично от себя. Не могу скрыть от Батлера, что переданный им ответ Британского правительства вызывает у меня чувства удивления и сожаления.

Мое удивление вытекает из того факта, что в течение ряда месяцев я слышу от ряда членов правительства, включая самого Батлера, категорические заверения в нежелании расширять поле войны, в стремлении ограничить европейский конфликт его нынешними размерами. И вот теперь, когда Британскому правительству предоставляется прекрасный случай дать практическое выражение этим добрым намерениям, когда открывается возможность быстро потушить один из очагов войны в Европе, чреватый опасными международными осложнениями,— Британское правительство вдруг заявляет: «Не можем!». При этом в обоснование своих действий оно приводит чрезвычайно неубедительные аргументы (я подверг тут критике ссылки Батлера на «агрессию», роль общественного мнения и т. д.). Невольно возникают сомнения в искренности тех заявлений, которые я слышал раньше, и Британскому правительству не следует удивляться, если у нас, в Советском Союзе, из данного факта сделают не совсем-то лестные для Лондона выводы.

Мое сожаление вызывается тем обстоятельством, что участие Англии в ликвидации финской войны могло бы способствовать известному очищению атмосферы в отношениях между нашими странами. Здесь налицо имелся рычаг, с помощью которого можно было бы дать другой ход опасному развитию советско-английских отношений, наблюдавшемуся в течение последних месяцев. Британское правительство не захотело использовать данного рычага, и я опасаюсь, что этот факт будет иметь неблагоприятные последствия для этих отношений.

Батлер был, видимо, встревожен тем, что я сказал, и стал спорить. Он просил не преувеличивать значения ответа Британского правительства по вопросу о Финляндии и вновь стал подчеркивать, что его возражения относятся не к желанию СССР заключить мир с Финляндией, а исключительно лишь к данным условиям мира. Далее Батлер еще несколько раз повторял, что Британское правительство совсем не хотело бы ссориться с СССР, а, напротив, желало бы поддерживать нормальные отношения между обеими странами сейчас и улучшить их в дальнейшем. Однако все это уже производило впечатление арьергардной акции.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, л. 28—31.

108

 


 

 

54. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА ПЕРВОМУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНУ

24 февраля 1940 г.

23 февраля 1940 г. дали ужин в честь 22-й годовщины РККА и РКВМФ, на котором присутствовали главнокомандующий германской сухопутной армии генерал Браухич, начальник верховного командования генерал Кейтель, заместитель Браухича генерал Фромм, адмирал Витцель, начальник штаба военно-воздушных сил генерал Удет, военные атташе иностранных миссий, находящиеся в Берлине, помощник статс-секретаря министерства иностранных дел Верман и другие, всего 80 человек. Ввиду отсутствия комкора Пуркаева я обменялся тостом с генералом Браухичем. Прием продолжался 4 часа в чрезвычайно дружественной атмосфере при подчеркнутом внимании к Красной Армии, выражавшемся в многочисленных личных поздравлениях. Шведский военный атташе обратился ко мне с предложением о посредничестве Швеции между нами и Финляндией. На вопрос, является ли это предложение официальным, швед ответил, что это его личное предложение. Я ответил, что об этом не может быть и речи. Швед был очень удовлетворен, когда я заверил его в отсутствии у нас всяких притязаний на Скандинавию, а финский вопрос следует рассматривать как помощь финскому народу. В беседе с Браухичем, вернувшимся из Перемышля и других районов Польши, выяснилось, что он очень удовлетворен образцовой перегрузкой нефти и зерна на границе. Браухич сообщил о якобы имеющих место выстрелах отдельных наших пограничных групп в сторону немецкой территории. Браухич подчеркнул, что это сообщение не является официальным заявлением.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 129—130.

 

 

55. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

25 февраля 1940 г. Немедленно

Виделся с политическим директором министерства Бути. В частной беседе и доверительно Бути высказывал пессимизм по поводу перспектив улучшения итало-советских отношений, отмечая, что нынешняя позиция Италии и кампания печати являются результатом «определенной программы». Развивая это положение, Бути в весьма осторожной форме дал мне понять то, что уже [я] передавал Вам в других аспектах из других источников:

1. Берлин отнюдь не возражает против антисоветской кампании Рима. «Чем хуже у Вас отношения со всеми, тем более Вы будете вынуждены удовлетворять стремления Берлина, а затем и выполнять экономические обязательства»,— говорил Бути. Беседа с Шуленбургом в духе моего № 2052 могла бы, быть может, затруднить эту двойную игру на будущее.

109

 


2. Систематическим подогреванием антисоветской атмосферы и активным участием в этом Италия, перебрасывая мост к Англии и Франции, сохраняет эмбриональную возможность разных перспективных антисоветских комбинаций.

3. Пока настоящая война на Западе не началась (а начинать ее никому не хочется), надежды возлагаются на попытку втянуть в более широкий конфликт СССР. Широко сочетая провокацию и шантаж, рассчитывая, что мы будем искать «реванш за Финляндию», здесь да и, видимо, не только в Риме наивно верят в немедленное, в силу нашей реакции, возникновение после или даже наряду с незаконченными финскими операциями других осложнений. Причины заинтересованности обоих борющихся лагерей задержать Италию в таком осложнении не нуждаются в комментариях.

Под крупными заголовками и со ссылкой на личное участие Муссолини сообщается о подписании нового итало-германского экономического соглашения, содержание которого резюмирую дополнительно. Клодиус выехал в Румынию*. Одновременно петитом на последних страницах сообщают и о подписании торгового соглашения с Турцией.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 149—150.

 

 

56. БЕСЕДА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВА С ПОСЛОМ КОРОЛЕВСТВА АФГАНИСТАН В СССР С. А. ХАНОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому, Ген. Секретариат, Пол[пред-ст] во СССР в Кабуле, Ближневосточн. отдел

27 февраля 1940 г.

1) Султан Ахмед сообщил, что по вопросу предоставления участка земли в Кабуле для постройки там нового здания полпредства СССР он запрашивал МИД. Последний ответил, что необходимый участок может быть предоставлен без всякой задержки. Одновременно посол поинцересовался вопросом, на каких началах афганское посольство сможет пользоваться занимаемым им домом в Москве после переезда нашего Полпредства в Кабуле в свое здание, а также сохраним ли мы за собой старый дом, занимаемый в настоящее время нашим полпредством в Кабуле.

Я ответил, что в случае решения Афганского правительства строить дом для своего посольства в Москве мы могли бы на основе взаимности предоставить для этого соответствующий участок. Наряду с этим не исключена возможность оставления и в дальнейшем за нашим Полпредством в Кабуле занимаемого им в настоящее время старого здания.

2) Далее посол, сославшись на имеющиеся слухи относительно происходящей будто бы концентрации советских войск в Ташкенте, просил по этому поводу разъяснений.

Я отметил, что определенная иностранная пресса действительно усиленно распространяет разного рода провокационные слухи о каких-то агрессивных намерениях СССР в отношении Афганистана и даже, более того, в отношении английских интересов на Востоке и в Индии. Эти

___________________
* Карл Клодиус — заведующий экономическим отделом МИД Германии

110

 


измышления распространяются с целью обострить отношения между СССР и его соседями. В связи с этим я указал, что имею заявить, что Советский Союз желает сохранить и укрепить мир с Афганистаном и дальше развивать добрососедские отношения, существующие между нашими странами.

Посол поблагодарил за сделанное мною заявление и подчеркнул, что он полностью удовлетворен полученным ответом.

3) В заключение Султан Ахмед Хан высказал недоумение по поводу причин распространения итальянской прессой всякого рода ложных сообщений с попытками испортить отношения между СССР и Афганистаном? Отметив, что Италия в настоящей войне, как и в предыдущей мировой войне, занимает двуличную выжидательную позицию, посол подчеркнул, что, по его мнению, Италия не может быть заинтересована в том, чтобы союзники одержали победу над Германией, поскольку острие настоящей войны направлено также против Италии и что в случае поражения Германии был бы также нанесен большой удар и по колониальным притязаниям Италии.

Беседу переводил тов. Лейзерзон. В. Деканозов.

АВП РФ, ф. 071, on. 22, п. 192, д. 5, л. 9—10.

 

 

57. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОМУ

27 февраля 1940 г.

В ответ на сделанное от имени английского правительства заявление Галифакса* Советское правительство считает нужным сообщить следующее:

1. СССР, как нейтральная страна, вел и будет вести свою внешнюю торговлю как с воюющими, так и с нейтральными странами, исходя из своих потребностей вывоза и ввоза товаров.

2. В отношении Германии Советское правительство имеет торговое соглашение, которое СССР выполняет и будет выполнять, считая это своим внутренним делом, а не предметом переговоров с третьими странами, так же как советское правительство не предполагает делать предметом советско-английских торговых переговоров вопрос о торговых соглашениях Англии с другими странами.

3. Что касается торговли СССР с Англией[47], то Советское правительство имеет в виду торговые переговоры о товарообороте, по которому СССР обеспечивает ввоз товаров для своих нужд, а не для ввоза в другие страны.

4. СССР всегда точно выполнял и выполняет принятые на себя обязательства и ожидает от контрагентов такого же отношения к своим обязательствам, хотя СССР не может не отметить, что Англия сочла возможным нарушить торговое соглашение с СССР и приняла ряд мер по нарушению торговли СССР с другими странами, например запрещение Англией осенью 1939 года вывоза в СССР оборудования, закуплен-

___________________
* См. док. 53.

111

 


ного в Англии; задержание английскими военными властями в дальневосточных водах советских судов «Селенга» и «Маяковский» с грузами, предназначенными для СССР.

5. Советское правительство согласно восстановить торговые отношения с Англией по товарам, интересующим каждую сторону, на началах взаимности, поскольку такое соглашение не будет требовать нарушения торговых обязательств каждой из сторон в отношении других стран.

6. Советское правительство считает вместе с тем, что освобождение задержанных Англией советских пароходов «Селенга» и «Маяковский» было бы наилучшим условием, дающим возможность начать торговые переговоры и заключить соответствующее соглашение. Передайте этот ответ Советского правительства в письменном виде.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 326, д. 2238, л. 79—80.

 

 

58. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. С. ПАНЮШКИНА [БЕСЕДА С ЗАМЕСТИТЕЛЕМ ПРЕМЬЕР-МИНИСТРА И МИНИСТРОМ ФИНАНСОВ КИТАЯ КУН СЯНСИ, ВОЕННЫМ МИНИСТРОМ ХЭ ИНДИИ, МИНИСТРОМ ЭКОНОМИКИ ВЭН ВЭНЬХАО И ОТВЕТСТВЕННЫМ РАБОТНИКОМ ЦК ГОМИНЬДАНА ШАО ЛИЦЗЫ]

Разослано: т. Лозовскому, Ген. Секретариат

29 февраля 1940 г.

Полпред: Господа, перед обедом в беседе мы затронули с д-ром Куном очень интересный и важный вопрос: отношение СССР к европейской войне. Я хотел бы высказать свое мнение по этому вопросу.

Гости: Пожалуйста.

Полпред: Как известно, отношение СССР ко всякой империалистической, захватнической войне отрицательное. Тов. Молотов в своей речи на 5-й Чрезвычайной сессии Верховного Совета СССР совершенно ясно заявил, что пакт о ненападении, заключенный между Советским Союзом и Германией, обязывает нас сохранять нейтралитет в случае участия Германии в войне. Такова наша политика в отношении этой войны. Мне хочется также затронуть другой вопрос. (За последнее время в китайских газетах стали появляться статьи с пессимистическими нотками в отношении дальнейшей помощи СССР Китаю со ссылкой на то, что СССР увяз в войне с Финляндией. Некоторые думают, что переговоры СССР с Японией преследуют цель улучшения взаимоотношений СССР с Японией за счет Китая. Такое мнение является совершенно неправильным.) Политика СССР ясна, это политика мира, СССР стремится к дружественным, деловым взаимоотношениям со всеми странами, если, конечно, и с их стороны будет такое же стремление. СССР, как известно, вел очень долгие переговоры с такой страной, как Финляндия. Были использованы все средства для мирного разрешения советско-финского вопроса. Однако Финляндия отвергала все мирные предложения СССР. Всему миру ясно, что за спиной Финляндии стоят ее друзья — империалисты Англии и Франции, готовившие территорию

112

 


Финляндии как плацдарм для нападения на СССР. Увидел это и финский народ, обратившийся через свое демократическое правительство к СССР за помощью. Правительство СССР с целью обезопасить Ленинград от нападения со стороны финских и международных агрессоров предприняло свои действия по отношению к Финляндии. СССР не имел и не имеет никаких территориальных притязаний к Финляндии. (Что же касается помощи Китаю со стороны СССР, то я должен заявить, что СССР помогает всем странам, подвергшимся агрессии. Китай как раз представляет такую страну, которая подверглась агрессии со стороны Японии. СССР, как известно, помогал и помогает Китаю в таких масштабах, которые нельзя сравнить ни с одной страной мира. СССР и Китай являются великими соседями, имеющими самые дружественные взаимоотношения. СССР помогал и будет помогать Китаю в его борьбе против агрессора. Всем вам, господа, известна ответная телеграмма т. Сталина маршалу Чан Кайши, в которой т. Сталин желает китайскому народу победить своих врагов. Это является главным моментом в политике СССР к Китаю. Поэтому мне кажется, нет никакого основания высказывать какой бы то ни было пессимизм или сомнения в отношении помощи Китаю со стороны СССР.)

Кун Сянси: У нас нет никаких сомнений в том, что СССР, являясь нашим лучшим другом, по-прежнему будет помогать Китаю, ибо Япония является нашим общим врагом, против которого мы должны бороться вместе. Мы ждем от СССР новой помощи в виде горючего, железа, стали, самолетов. Нами уже сделана заявка на эти предметы, и мы надеемся, что СССР и на этот раз не откажет нам. Великий Сталин очень много внимания уделяет нашей борьбе, поэтому, когда Сунь Фо поехал в СССР, ему удалось сделать очень многое для усиления помощи Китаю со стороны СССР. Мы, в свою очередь, не остаемся в долгу у нашего друга. Китай поставляет СССР руду, вольфрам и др. Однако за последнее время нам не удается отправить очередную партию вольфрама, так как Англия препятствует этому.

Полпред: Некоторые считают, что Англия благосклонно относится к Китаю и к его борьбе.

Кун Сянси: Да, пожалуй, можно сказать, что Англия благосклонно относится к Китаю. История знает немало случаев большой помощи Китаю со стороны Англии. Правда, в последнее время в связи с войной в Европе она не оказывает нам такой помощи, как прежде.

Полпред: Скажите, почему же Англия блокирует Китай и изолирует его от внешней торговли с СССР? Разве она этим не помогает врагу Китая вести борьбу против него? Можно ли это назвать благосклонным?

Куй Сянси: Дело в том, что Англия боится, как бы вольфрам не попал через СССР в Германию, воюющую с Англией. Это заставляет Англию всячески препятствовать вывозу руды и пр. в другие страны, которые могут помочь Германии.

Полпред; Это опасение ни на чем не основано, так как ни одного грамма руды не идет через СССР в Германию. Наши торговые отношения с Китаем начались задолго до европейской войны. Кроме того, простой арифметический подсчет опровергает всякие версии о провозе вольфрама через СССР в Германию. Ведь одна тонна вольфрама, провезенная через Сибирь, Украину, через весь Советский Союз, станет Дороже золота. Не думаю, чтобы Германия пошла на такие жертвы. К тому же количество вольфрама, ввозимого в СССР из Китая, не настолько елико, чтобы СССР продавал его кому-то другому. Я думаю, что все эти опасения совершенно неосновательны.

113

 


Кун Сянси: Мы говорили с англичанами что СССР помогает нам очень во многом, что горючее мы получаем почти исключительно из СССР, что всякая задержка наших поставок ухудшает и осложняет наши торговые отношения, но они, все свое, боятся, что СССР отправит в Германию. Вообще я предлагаю оставить этот разговор о третьих странах. Сейчас здесь представители двух стран — Китая и СССР. Лучше всего поэтому разговор вести об этих странах. Я бы сказал, не рассуждения, а дела, факты должны показать, кто и как помогает и будет помогать Китаю!

Полпред: Скажите, чем объяснить, что китайская пресса очень мало, помещает материалов о Советском Союзе? Почему, например, так скупо освещается внутренняя жизнь СССР и внешняя политика советского правительства? Более того, по обстановке на финской границе вместо положительной информации часто помещают материалы, направленные против СССР, в то время когда в СССР помещаются исключительно положительные материалы о Китае. Так, например, 6 февраля в корреспонденции из Женевы сообщалось о том, что широкие массы финского народа оказывают героическое сопротивление Красной Армии.

Кун Сянси: Я думаю, что это можно объяснить тем, что наша пресса загружена внутренней информацией.

Хэ Инцин: Что же касается отрицательных статей, то я уже отдал приказ о категорическом запрещении помещать всякие статьи, направленные против СССР или Красной Армии. Мы привлекаем к ответственности людей, не выполняющих этот приказ. Относительно указанной корреспонденции я должен заявить Вам, что на редактора наложено административное взыскание на следующий же день после опубликования.

Шао Лицзы: Да, я это подтверждаю. Что касается пессимизма или сомнений, то я, право, не замечал этого в наших газетах.

Кун Сянси: Тут надо еще иметь в виду, что китайские газеты — это не советская пресса. Тут часто тебя отругают, а ты не знаешь за что, китайцы помещают сообщения из разных источников, часто прямо противоположные по смыслу, но им кажется, что этим они сохраняют объективность.

Полпред: Почему бы тогда не поместить сообщения агентства ТАСС из Софии, что шведские волонтеры не хотят больше воевать против Красной Армии и возвращаются домой или что трудящиеся Швеции требуют от своего правительства нейтралитета в советско-финских отношениях?

Шао Лицзы: Нужно заметить, что мы очень мало пишем о СССР. Следует увеличить информацию о Красной Армии и СССР. Но часто сообщения ТАСС очень длинны и технически не оформлены, поэтому происходит задержка в их помещении.

Хэ Инцин: Нужно, чтобы ТАСС заключил с Сентрал Ньюс такой же договор, как и Гавас, Рейтер, Трансошин и Юнайтед Пресс, тогда Сентрал Ньюс будет обязано помещать сообщения ТАСС.

Полпред: Помещать более полную и правдивую информацию о Советском Союзе крайне необходимо. Я думаю, что д-р Кун и гг. Хэ Инцин и Шао Лицзы помогут нам в этом.

Кун Сянси Инцин и Шао Лицзы: Несомненно.

Панюшкин

АВП РФ, ф. 0100, on. 24, п. 196, д. 8, л. 6—10.

114

 


 

 

59. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА ПЕРВОМУ ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. П. ПОТЕМКИНУ

29 февраля 1940 г.

За последнее время Консульский отдел Полпредства СССР в Германии получает большое количество писем по вопросу освобождения из германского плена военнопленных, которые были призваны в польскую армию из областей бывшей Польши, теперь принадлежащих СССР.

Письма поступают как от самих военнопленных, индивидуальные и коллективные, так и от их родственников, проживающих в западных областях УССР и БССР, Многие из родственников военнопленных имеют с ними почтовую связь. Кроме этого, через Консульский отдел НКИД в наш адрес поступают заявления граждан из указанных областей с просьбой отыскать их родственников, которые в настоящее время являются военнопленными.

От НКИД по этому вопросу никаких запросов пока не было и, по-видимому, скоро не будет, так как военнопленных в настоящее время усиленно используют в качестве почти бесплатной рабочей силы на заводах и в сельском хозяйстве.

Полпредство в этом направлении пока никаких шагов не предпринимало и все заявления оставляло без ответа.

Кроме этого, поступают письма от бывших польских граждан, проживающих в германской части Польши, которые разыскивают родственников военнослужащих бывшей польской армии, интернированных Красной Армией. Эти письма оставляли также без ответа.

Прошу Ваших указаний по затронутому вопросу.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, д. 138.

 

 

60. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР А. Г. АКТАЕМ

2 марта 1940 г.

Посол заявляет, что он пришел выразить удовлетворение своего правительства по поводу опровержения, опубликованного ТАСС*, в связи с лживым сообщением агентства Стефани о переходе турецкой границы советским вооруженным отрядом. По мнению Турецкого правительства, такого рода «новости» распространяются с целью омрачить советско-турецкие отношения. Единственным средством пресечения подобных попыток являются ясные и одновременные опровержения. Учитывая, что неблагожелательная пропаганда приняла большие размеры, правительство решило через своего председателя еще раз объяснить политику Турции. Посол надеется, что т. Молотов уже знаком с последней декларацией Сайдама**, и его удовлетворила та ее часть, где говорится о советско-турецких отношениях.

___________________
* См. док. 47.
** Имеется в виду речь премьер-министра Р. Сайдама 29 февраля 1940 г. по национальному радио; текст см. Известия.— 1940. — 3 марта.— Прим. сост.

115

 


Тов. Молотов говорит послу, что он удовлетворен тем, что опровержение ТАСС было подтверждено турецкой стороной. Что же касается слухов, имеющих целью ухудшить отношения между Турцией и СССР, то советская пресса воздерживается от их распространения. Однако нельзя сказать, что в Турции не создаются поводы для таких слухов. В этой связи можно отметить многочисленные поездки Вейгана в Турцию и путешествия членов Турецкого правительства к советской границе, где они осматривают стратегические районы.

Переходя к поднятому послом вопросу о последней речи Сайдама, т. Молотов говорит, что в этой речи привлекает внимание следующее. Сайдам говорит: «В наших отношениях с СССР ничто не изменилось за последние 6 месяцев,— и сразу после этого заявляет,— мы живем в эпоху, когда все скрывают свои намерения». Для чего сказано это Сайдамом? В этих словах Сайдама дается повод заподозрить намерения и внешнюю политику Советского Союза, для чего у Турции нет никаких оснований. Или, может быть, это способ намекнуть на какие-то новые намерения самой Турции? Такие заявления, делаемые на фоне поездок Вейгана и т. п., могут породить новые слухи, и поэтому нельзя отнестись положительно к таким заявлениям.

Тов. Молотов добавляет: что касается лживого сообщения агентства Стефани, то можно было ожидать, что Турецкое правительство его опровергнет первым. Ведь распространялись ложные слухи о переходе советскими войсками турецкой границы. Однако инициативу опровержения взяло на себя правительство СССР. Тов. Молотов указывает послу на спокойную миролюбивую позицию советского правительства и на отсутствие у Турции каких-либо поводов для упреков в отношении СССР.

Актай отвечает, что фраза в речи Сайдама, на которую обратил внимание тов. Молотов, в сочетании с последующими фразами показывает, что она не направлена против СССР. По словам посла, Сайдам в данном случае не имел в виду СССР. Посол получил указание заявить т. Молотову, что Турецкое правительство сохраняет в отношениях с СССР существующее на сегодня положение и будет его сохранять, поскольку его нерушимость будет уважаться. Посол официально заверяет т. Молотова, что последние поездки Вейгана не имеют значения. Турецкое правительство имеет во внешней политике свою линию, которая была определена Сараджоглу во время его пребывания в Москве[60], и с тех пор не подвергалась никаким изменениям.

Тов. Молотов говорит, что он понимает необходимость спокойного отношения ко всяким слухам, но не следует для этих слухов давать поводы.

Актай замечает, что до Турецкого правительства тоже доходит много слухов о политике СССР. Говорят, например, о военном союзе между Германией и СССР. Но в Турции не верят этим слухам, т. к. знают, что они необоснованны.

На это т. Молотов указывает послу, что СССР вел и ведет свою самостоятельную политику, а вовсе не политику какого-либо союзника. У СССР нет оснований менять свою политику, и к слухам, о которых говорил посол, серьезные люди в Турции, по-видимому, не относятся серьезно.

Актай говорит, что президент и правительство Турции считают советскую политику стабильной и именно такой, как ее охарактеризовал т. Молотов.

Тов. Молотов спрашивает посла, как понимать заявление Турецкого

116

 


правительства о том, что Турция не нейтральна, а находится «вне войны».

Посол отвечает, что Турция не нейтральна, т. к. она состоит в союзе с Англией и Францией, но она вне войны, т. к. в ее союзном обязательстве есть оговорка, позволяющая Турции избежать вооруженного конфликта с СССР.

Тов. Молотов указывает, что вопрос может быть поставлен не только об участии Турции в войне против СССР, но и об известных обязательствах, существующих у Турции по отношению к СССР и у СССР по отношению к Турции. Не вносят ли последние решения Балканской Антанты[13] каких-либо изменений в советско-турецкие отношения?

Посол заявляет, что он официально и вполне искренне заверяет Советское правительство, что Балканская Антанта не приняла никаких решений, которые затрагивали бы отношения между Турцией и СССР. Ничего не изменилось, и Турция не предпримет ничего такого, что было бы направлено против Советского Союза.

Далее посол говорит, что он хочет объяснить, почему сообщение Стефани было опровергнуто в Турции уже после того, как его опровергли в СССР. Дело в том, что ТАСС поспешил и дал опровержение в 2 часа ночи. Рано утром оно было получено в Анкаре. Опровержение было ясным, сильным и настолько выражало турецкую точку зрения, что Турции только оставалось к нему присоединиться.

После этого посол говорит, что он хочет затронуть вопрос, не являющийся целью его прихода. Дней 20 тому назад он обращал внимание НКИД на факт нарушения турецкой границы двумя советскими самолетами. Недавно еще один советский самолет перелетел турецкую границу в районе Виче. Послу поручено только обратить на этот факт внимание НКИД.

Тов. Молотов отвечает, что этот факт ему не известен. Если перелет границы имел место, то будут даны указания о недопущении повторения подобных случаев в будущем.

Поблагодарив т. Молотова за ответ, Актай говорит, что теперь он хочет затронуть вопрос личного порядка. Он, посол, просил у своего правительства разрешения выехать в небольшой отпуск, чтобы повидать семью. Однако после отъезда из Москвы послов Великобритании[30], Франции и Италии[2] 10—15-дневное отсутствие турецкого посла могло бы породить разные нежелательные слухи. Поэтому Сараджоглу разрешил Актаю выехать из Москвы только в том случае, если тов. Молотов не найдет отъезд нежелательным и разрешит его.

Тов. Молотов отвечает, что он не может не разрешить, если это послу нужно.

Поблагодарив тов. Молотова за ответ и за прием, посол обещает лично информировать турецких руководящих деятелей о высказанных тов. Молотовым взглядах на советско-турецкие отношения.

Прощаясь с послом, тов. Молотов просит его передать привет правительству и руководителям Турецкой Республики.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, оп, 2, п. 1, д. 9, л. 1—4,

117

 


 

 

61. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО В НКИД СССР

3 марта 1940 г.

В разговорах с журналистами в Госдепартаменте и в корреспонденциях наиболее осведомленных американцев из Берлина указывается на корректный и «умеренный» тон заявления Гитлера Уэллесу" о германской программе, которая излагается следующим образом: невмешательство англо-французов в германскую сферу интересов в Центральной Европе («германская доктрина Монро»), восстановление части Польши, Богемии, Моравии как государственных единиц, открытие немцам доступа к колониальному сырью за счет морской и колониальной гегемонии Англии. Нет никаких признаков, что американцы узнали из заявления Гитлера что-либо новое или что он выдвигает их базу для предложения союзникам мирного плана. Выдвижение подобного плана и вообще «преждевременное» окончание войны явно не входит в расчеты Рузвельта и приобрело бы актуальное значение только, если бы Уэллес нащупал возможность вбить клин между нами и немцами. В беседах и газетах об этом говорят лишь глухими намеками, но в издаваемой не для печати и потому более откровенной корреспонденции «Уомуэй-Итон» (бюллетень 1089 от 27 февраля) говорится: «Логической предпосылкой мирного наступления Рузвельта является западноевропейский союз против большевиков, который базировался бы на сотрудничестве ответственных промышленных деятелей Англии, Франции и Германии. Эта идея отнюдь не фантастична, но требует поддержки со стороны США, которую Рузвельт едва ли может обещать до перевыборов». Самый факт невключения Москвы в маршрут Уэллеса[51] укладывается в эту схему. Поэтому большой интерес проявляется к слухам о том, что Уэллес имеет задание Рузвельта выяснить возможность германского посредничества с целью окончания финского конфликта. Госдепартамент рекомендует журналистам не обращать внимания на эти слухи, и в печати они почти не фигурируют. Однако, хотя здесь известно, что французы относятся к этой идее резко отрицательно, предпочитая держать «рану открытой», вполне вероятно, что Уэллес поставил этот вопрос перед немцами, ибо, во-первых, американцы, что бы ни писала пресса, считают, что падение Выборга плюс позиция скандинавов обрекают белофиннов на разгром до оттепели и поэтому надо торопиться с посредничеством, во-вторых, заинтересованы в том, чтобы сохранить даже сокращенный финский барьер против нас на будущее, в-третьих, хотят проверить, насколько немцы поддаются использованию для нажима на нас, в-четвертых, хотят заработать лавры миротворца Рузвельту перед выборами.

Предвыборные соображения, являющиеся одной из причин поездки Уэллеса, диктуют крайнюю осторожность в переговорах, с тем чтобы оппозиция не могла ни упрекнуть Рузвельта во втягивании в войну, ни использовать провала той или иной мирной инициативы как удар по его престижу. Суммируя ряд бесед с авторитетными людьми (запись ближайшей почтой), прихожу к выводу, что в данный момент цель Рузвельта и отсюда задания Уэллесу следующие: оттягивать развязку на Западе, по возможности предотвратить германское весеннее наступление, усилить влияние США на нейтралов, в частности на скандинавов и Италию и через нее на Балканы, и отрывать их от Германии, суля им кредиты, если они откажутся от клиринговой торговли с немцами, поощрять подготовку скандинавского, балканского и ближневосточного

118

 


фронтов против нас, продолжать развернутую военную экономическую помощь союзникам, выторговывая у англичан уступку в области контроля контрабанды, попутно готовить в переговорах как с немцами, так и союзниками позиции для усиления экономического влияния США в Европе, ослабленной в исходе войны, обещая широкое использование американских золотых запасов в случае отказа европейцев от автаркии и таможенных барьеров. СССР не только не включается в это столкновение, но он имеется в виду как приманка немцам для отрыва от экономического сотрудничества с нами. Несмотря на то что эта схема, наличие которой американцы не отрицают, отдает предвыборной пропагандой и пока нереальна, она вызывает подозрения в деловых английских кругах, как предвестник будущего «наступления доллара» за счет интересов Англии. По сведениям, нуждающимся в проверке, в письме Рузвельта Муссолини и в аналогичных письмах Гитлеру, Даладье и Чемберлену Рузвельт просит проинформировать Уэллеса о взглядах этих правительств на реорганизацию воюющей Европы на базе ликвидации автаркии и протекционизма. О том, что Американское правительство считается с перспективой германского весеннего наступления, говорил мне, в частности, в беседе, упомянутой в письме наркому 62, министр внутренних дел Иккенс, заявивший, что Американское правительство верит в эти перспективы, даже делая поправки на то, что союзники намеренно сгущают краски и прибедняются перед американцами. Со слов лидера производственных профсоюзов Льюиса, его помощник передает мне, что якобы Уэллес в интересах предотвращения серьезных военных действий на Западе имеет задание выяснить возможность трехмесячного перемирия, причем Рузвельт считает, что в случае успеха этого предприятия его кандидатуре в президенты обеспечена победа на июльском съезде демократической партии и на выборах независимо от того, что останется реакция перемирия позже*.

Рузвельту сейчас приходится тормозить вползание США в войну, и он считается со следующими моментами:

1. Несомненный подъем антивоенных настроений, особенно рабочего класса, на фоне ухудшения экономической конъюнктуры, плюс недовольства фермерства, теряющего на падении цен ряда продуктов, не закупленных союзниками (поэтому для победы на выборах Рузвельту желателен ореол миротворца).

2. По мнению Рузвельта, время работает на союзников.

3. Перед выборами конгресс не пойдет на предоставление займов и кредитов союзникам, которые, если оттянуть крупные военные события, пока смогут использовать для военных заказов свою наличность в США (нежелание кредитовать воюющих сказалось на трудном прохождении займа финнам и скандинавам).

4. Выгодно вступить в войну, когда союзники истощат свои резервы в США и предоставление им займа можно будет обусловить некоторыми уступками американскому влиянию в Европе и Латинской Америке (возможно, даже с территориальными уступками США в Карибском море).

5. Военная неподготовленность США и необходимость оглядываться

на Японию, поскольку пока угрозы эмбарго еще не привели к сделке с

ней.

В случае, если Уэллес вернется ни с чем[37], что весьма вероятно, группа Рузвельта все же попытается использовать внутри партии и перед

___________________
* Так в оригинале.

119

 


избирателями поездку Уэллеса, как давшую Рузвельту информацию об угрожающем положении, при котором нельзя менять президента и надо помочь ему в его программе вооружения.

Уманский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2198, л. 98—103.

 

 

62. БЕСЕДА 1-ГО СОВЕТНИКА ПОЛПРЕДСТВА СССР В ГЕРМАНИИ М. Г. ТИХОМИРОВА С ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ ВВС ГЕРМАНИИ М. Ф. КЛЯЙСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

4 марта 1940 г.

4 марта был на квартире у капитана-летчика М. Ф. Кляйса по его приглашению. Кляйс познакомил меня с его женой. В квартире Кляйса, кроме меня и Кляйса, никого не было.

Из моей двухчасовой беседы с Кляйсом заслуживают внимания следующие вопросы.

1. О беседах зам. американского статс-секретаря Уэллеса[37] с Гитлером, Герингом, Риббентропом.

Кляйс говорит, что о существе переговоров Уэллеса с указанными лицами он ничего не знает. Разговоры велись секретно, и вряд ли кто-нибудь будет иметь возможность узнать подробности этих бесед Уэллеса с руководителями немецкого правительства.

Кляйс развил такую идею. Он полагает, что Уэллес не мог предложить что-либо новое. Уэллес не имеет полномочий от Белого дома, но его нельзя было не принять, так как Уэллес выясняет положение воюющих стран; он узнает, кто в чем нуждается и кому потом, по возвращении Уэллеса в США, Америка может продавать свои товары (вооружение). Уэллес, по мнению Кляйса, прибыл в Европу для того, чтобы узнать, насколько велики вооруженные силы сторон. Можно ли рассчитывать на победу Англии и Франции над Германией или же победит в этой войне Германия. Если победит Германия, а в этой победе Кляйс не сомневается, то тогда США присоединят к себе Канаду, прогонят англичан, и это мероприятие американцев будет наруку нам — немцам.

Миссия Уэллеса, с точки зрения Кляйса, чисто моральная. Если бы Уэллес от имени американского правительства предложил Германии лишить Англию владения морским флотом, отдать Германии все морские вооруженные силы, лишить ее колониальных владений, вообще уничтожить Англию как страну капитализма, то тогда мы были бы немедленно за мир. Но ведь этого США не могут предложить, так как США — страна капиталистическая, подобно Англии.

Если бы Уэллес предложил нам, Германии, получить наши довоенные африканские колонии и заключить мир, мы — немцы — этим предложением удовлетвориться не сможем. Такое предложение, если бы оно и было сделано со стороны США, не устранило бы нашей борьбы с Англией. Англия через год-два снова бы начала войну. Она могла бы нас запереть в Атлантике, так как она имеет большой военно-морской флот. Так что новая война была бы неизбежной.

Мы хотим, говорит Кляйс, разгромить Англию, отнять у нее колонии: Африку, Индию. Как это получится, трудно сказать, добавляет Кляйс, но наша цель — расширить жизненное пространство своего государства

120

 


за счет английских колониальных владений и уничтожения Англии как великого врага Германии. Пока существует Англия как страна капитализма, она не даст нам покоя,

Англия — наш основной и вечный враг. Подумайте, говорит Кляйс, Англия начала закупать зерно в Румынии, Венгрии, а зачем? Она это делает только потому, чтобы нас оставить без хлеба, а ведь у Англии много колоний, откуда она может ввозить все, что ей нужно, и значительно дешевле, чем она ввозит с Балкан и Дуная.

На Балканы мы, немцы, Англию никогда не пустим. Было бы неплохо, если бы три страны — Германия, СССР и Италия — разрешили бы балканский вопрос. Балканы — пороховой погреб. Там узел новой войны, и» Англия в этом направлении и ведет свою внешнюю политику... Но Англия, как Вам известно, говорит Кляйс, пытается заставить Турцию запереть Проливы или дать разрешение Англии на право ввода в Черное море своих вооруженных морских сил. Зачем ей, Англии, все это нужно? Во-первых, Англия хочет воевать с СССР, а во-вторых, Англия при наличии своего морского флота в Черном море думает, что ей легче будет подчинить себе Балканы и тогда снова с юго-востока можно будет ударить по Германии.

Вообще, я должен Вам сказать, замечает Кляйс, что Англия ведет чрезвычайно умную внешнюю политику, но ее планы разгадал Гитлер, и она, Англия, будет нами бита. Так что миссия Уэллеса, мне думается, говорит Кляйс, ничего нам не дала и не даст. После этих слов я поинтересовался мнением Кляйса о статье американского корреспондента Лохнера, который выставил пять пунктов требований Германии, выдвинутых якобы Гитлером в качестве программы мира:

1. Польша, Чехословакия, Австрия должны остаться за Германией, и она свободна в выборе политической формы правления в этих странах.

2. За Германией должно остаться влияние на юго-востоке Европы.

3. За Германией должно остаться влияние на Скандинавские страны.

4. Возвращение колоний.

5. Разоружение морских пунктов Англии (Гибралтар, Суэц, Мальта и др.), и при удовлетворении этих пунктов Германия якобы согласна закончить войну миром.

Кляйс назвал этого корреспондента сумасшедшим. А по существу статьи сказал, что этой статьей хотят прощупать нас, Германию, удовлетворимся ли мы этим. Я Вам уже сказал, что Германия не согласится на возвращение только старых колоний, и мы не будем реагировать на эту безумную статью, и наше молчание будет служить доказательством того, что этот корреспондент не является умным. Умный корреспондент таких статей не напишет.

2. О перспективах войны.

Кляйс рассказал мне по этому вопросу следующее: существующее затишье на фронте должно будет скоро измениться наступлением Германии. К этому наступлению мы готовы. После начала наступления война продлится не более 3-х месяцев. Англия будет, безусловно, уничтожена.

От Англии отпадут колонии: Египет, Индия, жемчужина Великобритании, и тогда Англия прекратит свое существование как страна капитализма.

Англия и Франция вести наступления не могут. У них нет для этого сил. Если бы они имели силы, они давно бы начали это наступление. Кляйс заметил, что одна из целей посещения Европы Уэллесом —

121

 


оттянуть начало нашего наступления, но мы это поняли сразу и глупостей не сделаем. Когда мы будем наступать, сказать трудно. Может быть, через 2—3 недели, а может быть, и через месяц, но мы будем наступать: Приказ даст Гитлер. Он выберет момент, и мы победим. Мы, немцы, решили это сделать. Наше наступление нам обойдется в 1 млн. человеческих жертв, пусть будет так. Лучше потерять 1 млн. в 3 месяца, чем 4—5 млн. при затяжном характере войны. Настоящее время работает на нас. Мы много затопили английских судов, и в Англии не поспевают строить, а через некоторое время мы развернем все свои возможности и силы и лишим Англию возможности производить суда. Новых судов Англия выпускать не сможет, а старых недостаточно для борьбы с нами.

О себе Кляйс сказал, что он скоро уедет на Запад, теперь не время отсиживаться в министерстве авиации.

3. О Финляндии.

Кляйс спросил меня, думает ли Союз продолжать борьбу до окончательной победы над Финляндией или же Советское правительство пойдет по пути соглашения с финляндским правительством. Я ответил, что Советское правительство признало правительство Куусинена и оказывает этому правительству посильную помощь в его борьбе с белофиннами.

Далее я поставил перед Кляйсом такой вопрос. Можно ли допустить, что Германия, в силу своего внутреннего напряженного положения, пойдет на соглашение с Англией и Францией, заключит мир, выйдет из войны, и война с Англией и Францией будет перенесена на север, в Финляндию, короче говоря против СССР.

Какую позицию тогда займет Германия по отношению к СССР?

Кляйс дал весьма интересный ответ. Он сказал, что это невозможно. Германия воевать с СССР не хочет и не будет. Но, допустим, сказал он, что если бы это и случилось, то какая бы получилась тогда картина. Мы, немцы, могли бы у вас, СССР, отнять отошедшую к вам территорию бывшей Польши, а дальше бы мы не смогли продвинуться. Мы сейчас не можем поляков сделать немцами, они что волки, сколько их не корми, а они смотрят в другую сторону. В Польше у нас положение не весьма завидное. Там еще много и долго нужно работать и все же поляков трудно ассимилировать.

На Восток мы двигаться не можем, до Урала мы все равно не дойдем. Мы не японцы, которые мечтают расширить свои владения до Уральского хребта. Ваша территория огромная, многолюдная. Тыл у нас не будет спокойным. Все это, конечно, нужно трезво учитывать, и мы учитываем. Далее. Наши интересы совпадают с интересами СССР. Мы и вы, СССР, за социализм, правда, мы идем различными путями. У нас есть еще частный капитал, но это только формально. Владелец предприятия — директор и не более. Цены устанавливает правительство, заказы дает правительство, оно же и регулирует производство.

В СССР нет совсем капиталистов. У вас процесс уничтожения капиталистов проходил стихийно, а у нас этот процесс идет несколько организованнее. Так что, продолжает Кляйс, мы с вами драться не можем, ибо ч нас есть общие интересы. Нас из-за Финляндии в драку с СССР никто не может втянуть. Вы помните, мы предлагали финскому правительству заключить с нами пакт взаимопомощи, но оно нам ответило отказом. Так теперь пусть сами дерутся, нас не интересует судьба Финляндии. СССР подчинит себе Финляндию — это будет для нас лучше. Тогда ни Англия, ни Франция не будут искать на территории Финляндии нового театра войны против Германии.

Господство СССР в Финляндии не ущемляет наших интересов. Бал-

122

 


тийское море — внутреннее море. Если бы даже, допустим, СССР хотел бы выйти из Балтийского моря, то ему путь всегда был бы закрыт нашими подводными лодками. Мы не думаем, что СССР после разгрома Финляндии будет угрожать Швеции и Норвегии, а раз так, то вопрос о нашей борьбе с СССР отпадает. Я вижу угрозу СССР, продолжает Кляйс, не в Балтийском море, а в Черном море. Турки что-то поворачиваются спиной к СССР. Вот здесь, в Черном море, может быть угроза для СССР. Неплохо было бы, если бы в Средиземном море были хозяевами СССР (северная часть), Италия и Испания, можно допустить небольшой флот Франции.

Вопрос о сговоре Германии с Англией и Францией о перенесении фронта войны с Запада на Север отпадает, и Германия на это никогда не пойдет, так как проблема войны Германии с Англией от этого не разрешается.

В конце беседы Кляйс рассказал о себе. Он учился в летной школе в СССР в Липецке. Был в Испании, Польше (о своем участии в польской войне он показал мне много фото), был несколько раньше в Японии, Китае. Кляйс неплохо говорит по-русски. Сейчас он руководит 5-м отделом {штаба] воздушных сил. В 5-й отдел входят: СССР, Прибалтика, Скандинавия, Балканы, Китай и Япония.

Министерство авиации делится на 5 отделов: организационный, хозяйственный, западный, куда входят Англия, Франция, отдел романских стран и 5-й отдел — восточный. Каждый отдел располагает большими воздушными силами и хорошими кадрами.

Кляйс является также руководителем по вопросам военной пропаганды и тесно связан с Гессом — министром пропаганды*.

Прощаясь со мной, Кляйс выразил желание в ближайшие дни вновь встретиться, но на этот раз у меня. Я поблагодарил и сказал, что при первой возможности организую подобную встречу.

М. Тихомиров

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, л. 148—154.

 

 

63. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

4 марта 1940 г.

Я отправился к Батлеру для того, чтобы окончательно решить вопрос о «Селенге». Указал Батлеру на то, что наш пароход задерживается в Гонконге уже почти 2 месяца, что оснований для этого нет никаких и что мы категорически настаиваем на его срочном освобождении, резервируя за собой право предъявить Британскому правительству наш счет за убытки. При этом я ознакомил Батлера с подробностями, касающимися груза «Селенги» (1209 тонн вольфрама, 400 тонн сурьмы, 100 тонн олова, 508 тонн кофе), а также с условиями его отправки из Китая в СССР. Батлер снова очень извинялся за задержку, опять сваливал главную вину на французов и обещал ускорить разрешение

Гак в тексте; очевидно, читать следует Геббельс.

123

 


вопроса. О французах он говорил так много, что я, в конце концов, не:без ехидства спросил его, кто же в сущности распоряжается в Гонконге: англичане или французы. Батлер был несколько смущен и вновь заверил меня, что приложит все усилия к освобождению «Селенги». Вместе с этим он порекомендовал мне еще лично поговорить по этому поводу с министром экономической войны Кроссом.

Покончив с вопросом о «Селенге», я собрался уже уходить домой, но Батлер остановил меня и спросил, нет ли у меня каких-либо дальнейших сообщений от моего правительства по тому предмету, о котором мы говорили в прошлый раз?* Из контекста разговора видно было, что Батлер имеет в виду Финляндию. Я ответил, что ничего нового не могу ему сообщить, да и нахожу это вполне естественным. Британское правительство имело прекрасный случай показать не на словах, а на деле свою готовность способствовать интересам мира и ликвидации войны в одном из углов Европы, но не воспользовалось предоставлявшейся ему оказией. Это, конечно, целиком дело Британского правительства. Но о каких же в таком случае «дальнейших сообщениях» с нашей стороны может идти речь?

Батлер был, видимо, задет моим ответом и стал горячо доказывать, что я не должен недооценивать значения той беседы, которую мы с ним имели 22 февраля**. Пусть Британское правительство отказалось от посредничества в советско-финском споре[49], но все то, что я сообщил ему тогда о позиции СССР в отношении Швеции и Норвегии, о характере советско-германских отношений, о намерении СССР соблюдать нейтралитет в европейской войне, имело серьезный эффект и способствовало известной очистке атмосферы в англо-советских отношениях. Во всяком случае мое сообщение 22 февраля внесло значительное успокоение в правительственные и политические круги. Это важно и открывает дальнейшие перспективы. Батлер прибавил тут же, что, по имеющейся у него информации, настроения в Швеции в последние дни стали также значительно более уравновешенными.

Я возразил Батлеру, что был бы рад, если бы мой демарш 22-го оказал благоприятное влияние на развитие советско-английских отношений, однако я боюсь, что Батлер в оценке данного демарша проявляет излишний оптимизм. Лучшим доказательством может служить радиоречь Саймона от 2 марта, в которой министр финансов, несмотря на мои разъяснения о природе советско-германских отношений, все-таки продолжает называть СССР и Германию «союзниками». Батлер попытался выйти из затруднительного положения ссылкой на то, что Саймон, вероятно, просто оговорился. Я, однако, не согласился с Батлером. Радиоречи обычно предварительно пишутся, и сверх того, Саймон один из крупнейших юристов Англии, который прекрасно учитывает каждый оттенок, каждое выражение. Батлер не знал, что ответить, сделал какую-то заметку на бумаге и сказал, что он возьмет данный случаи на заметку.

Далее Батлер спросил меня, нет ли у меня каких-либо новостей «из дому»? В ответ на мой несколько удивленный взгляд Батлер прибавил, что он очень заинтересован переходом тов. Потемкина из НКИД в Наркомпрос [52], как это надо понять? Не означает ли данный факт какого-либо нового сдвига в советской внешней политике? Я, разумеется, ответил, что ничего подобного он не означает, и тут же довольно подробно

___________________
* См. док. 53.
** См. док. 50.

124

 


охарактеризовал перед Батлером роль Наркомпроса в СССР и стоящие перед ним задачи. В результате Батлер успокоился и, в конце концов, заявил, что, очевидно, переход т. Потемкина на новую работу можно сравнить с теми персональными передвижками в рядах Британского правительства, которые происходят здесь каждые 6—7 месяцев.

Я опять было собрался уйти, но Батлер еще раз меня удержал и повел разговор о перспективах европейской войны. Из слов Батлера вытекало, что Британское правительство очень неясно представляет себе перспективы ближайшего будущего, в частности не знает, в какие формы выльется война нынешней весной и летом, но старается быть готовым к любой неожиданности. Во всяком случае, из заявления Батлера было ясно, что «союзники» сами переходить в наступление не собираются, особенно на Западе. В ходе беседы Батлер, между прочим, высказал мнение, что Гитлер, вероятно, пошел бы сейчас на мир примерно на следующих условиях: марионеточная Польша, составленная из районов, прилегающих к Варшаве (но без Галиции), известное самоуправление для Чехии и Моравии в рамках Германской империи, возвращение Германии ее прежних колоний. В этой связи Батлер рассказал, что так называемый «мирный план лорда Тавистока»[53] («большого дурака», по выражению Батлера), который недавно был опубликован в английских газетах, отнюдь не является фальшивкой, как об этом теперь заявляет Германское правительство. На самом деле этот план был передан лорду Тавистоку «в частном порядке» первым секретарем германской миссии в Дублине. Не подлежит сомнению, что здесь имела место попытка прощупать настроения английских правящих кругов.

Однако Британскому правительству неясно, от кого именно в германских правящих кругах исходят этот план и эта инициатива. Во всяком случае план Тавистока для Англии неприемлем. Батлер не сказал, какие именно пункты плана встречают особенные возражения, но можно было понять, что в первую очередь такие возражения имеются в отношении требования возврата германских колоний.

В ответ на мой вопрос о нынешнем состоянии англо-итальянских отношений (как раз в день моего визита в газетах появились сообщения о задержке англичанами итальянских судов, груженных германским углем) Батлер заявил, что между обеими странами имеется немало трений, связанных с контрабандой и контролем. Муссолини воспринимает такие факты, как задержание итальянских судов, проверку грузов и т. п., весьма болезненно. Тем не менее Британское правительство решило, что оно не может делать для Италии исключения. Батлер, однако, надеется, что в недалеком будущем англо-итальянский спор удастся уладить путем известного компромисса, ибо Великобритания готова снабжать Италию углем на базе товарообмена.

Когда я уже собрался совсем уходить, Батлер завел разговор на весьма «философскую» тему — об общих перспективах европейской культуры и о возможности элиминирования войны вообще. Данный вопрос, между прочим, был недавно затронут Галифаксом в его выступлении на собрании студентов в Оксфорде, причем, как сообщил мне Батлер, он помогал министру иностранных дел в подготовке его доклада. Мы довольно долго спорили по поднятым вопросам и расстались, конечно, оставшись каждый при своем мнении. Батлер выразил, однако, пожелание$встретиться со мной еще раз для обсуждения данной проблемы.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 68, д. 7, я. 31-35,

125

 


 

 

64. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ИРАНЕ М. Е. ФИЛИМОНОВА В НКИД СССР*

4 марта 1940 г.

Имел беседу с новым немецким посланником Эттель, который работал до Ирана в Риме. Из бесед в Берлине с Риббентропом, Риттером и Шнурре он делает выводы, что Германия значительно меньше имеет интересов в Иране, чем СССР. В Берлине считают, что в результате англо-германской войны фактическим государством в Европе должны остаться либо Германия, либо Англия. Все средние, примиряющие, исключаются. Благодаря гениальности товарища Сталина и Гитлера СССР и Германия взаимно понимают друг друга и в целом представляют несокрушимую силу в Европе. Англо-французская пропаганда в Иране ставит своей целью противопоставлять интересы Германии и СССР. По мнению Берлина, СССР ни в коем случае не собирается нападать на Иран. Англичане, пропагандируя идею нападения СССР на Иран, вынашивают план нападения на советский нефтеносный Баку. По мнению Берлина, англичанам не удастся втянуть Иран в блок союзников. В трудную минуту Англия «поможет» Ирану так, как в свое время она лишь нотами «помогла» Польше. Не желая быть втравленным в войну из-за боязни потерять независимость Ирана, шах не пойдет на то, чтобы стать жертвой английской пропаганды. В связи с прошедшими событиями в Польше и настоящими в Финляндии Дафтари, Амир, Хосрови и Аалям выразили свои опасения Эттелю в отношении целостности Ирана. По мнению Эттеля, их опасения увеличиваются под влиянием английской пропаганды. Шах, держась за нейтралитет, не будет инициатором и соучастником превращения саадабадской конвенции [14] в военный союз. В случае нападения на Иран с чьей-либо стороны шах присоединится к Турции, а потом примкнет к союзникам. По мнению Эттеля, при данных международных условиях шах правильно держит политический курс — курс нейтралитета.

Филимонов

Дополнение № 2411.

На беседе турецкий посол сказал Эттелю, что Турция не будет воевать с СССР и, в свою очередь, не ожидает нападения СССР на Турцию. Итальянский посланник Петруци высказывал мысль Эттелю, что Италия, по-видимому, в апреле окончательно присоединится к Германии. В данном случае без подробностей имеется мысль в отношении англо-французских колоний в Африке. Англичане предложили Ирану как материальную гарантию 4/5 шиллинга за тонну нефти, с тем чтобы нефтепродукты англоиранской нефтяной компании из Ирана никуда не вывозились. Под видом оставления иранской нефти в Иране и предполагают субсидировать Иран в сумме 15 миллионов фунтов. Назначение кредита не уточнено, но предполагают, что Иран будет приобретать рельсы, паровозы и военное

___________________
* Помета на документе:
Тов. Деканозову
Филимонов не должен говорить с ним о Кафташеве.
В. Молотов
Тов. Мицкевич , составьте немедленно указание Филимонову В. Д.

126

 


снаряжение. Японские намерения по закупке нефти в Иране Эттель не подтверждает. Эттель, как бы между прочим, сказал, что среди дипкорпуса и верхушечной части полиции существует мнение, что Карташев54 английской разведкой переброшен в Бомбей с целью вызова осложнений между СССР и Ираном. Шах боится, что ему СССР предъявит политические требования за пропажу Карташева.

Эттель спрашивал меня, какие есть соображения для устройства авиалинии Берлин, Москва, Баку, Тегеран. Этот вопрос, по его мнению, поднимался лет десять тому назад, и теперь настала пора к нему возвратиться.

Я ответил, что данный вопрос будет доведен до сведения Наркоминдела. В заключение Эттель обратился с просьбой установить тесный контакт в работе миссий со взаимным обменом мнениями по работе.

Филимонов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 333, д. 2284, л. 97—98; 99—100.

 

 

65. ТЕЛЕГРАММА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С. А. ЛОЗОВСКОГО ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В США К. А. УМАНСКОМУ

4 марта 1940 г.

«За (с поправками)»* В. Молотов

28 февраля нарком дал завтрак Штейнгардту, который неоднократно приглашал Наркома на обед [к себе][55].

Во время завтрака Штейнгардт, изливаясь в горячих чувствах к Советскому Союзу, поставил два политических вопроса.

1. Трения, наблюдающиеся в последнее время между СССР и США, являются плодом недоразумения.

Рузвельт — друг Советского Союза, и СССР заинтересован в том, чтобы он был выбран президентом. Если пройдет республиканский кандидат, то это будет означать разрыв дипломатических отношений.

2. Штейнгардт просил сообщить ему в [«частном»] порядке, на каких условиях Советский Союз готов пойти на мир с финским правительством. Он готов выяснить неофициально намерение по этому вопросу Финского правительства, если Сов[етское] пра[вительство]этого пожелает.

Нарком ответил. Все трения между СССР и США вызваны американской стороной, которая в ряде актов (враждебная кампания прессы, отзыв инженеров [21], недопуск наших специалистов на американские заводы, задержка заказов и поставок, придирки к Буккниге[45] и т. д.) не только не способствовала улучшению взаимоотношений, а как будто намеренно их ухудшает.

Советская сторона не сделала ни одного шага, направленного против

О выборах нарком сказал, что Советское правительство, конечно, желает победы демократической партии и господину Рузвельту [и выразил уверенность, что как Советский Союз, так и правительство США не

Поправки В. М. Молотова в квадратных скобках.

127

 


испытывают боязни перед республиканцами, антисоветский курс которых не может им пойти на пользу, так как громадное большинство американцев стоит за хорошие отношения с СССР].

Что же касается Финляндии, то сейчас преждевременно говорить о мире. Правительство Рюти — Таннера [из-за своего неумного упрямства] еще не понимает своего безнадежного положения. Поэтому наши военные решительно против переговоров, и [Советское правительство убеждено, что для данного момента это правильно!.

Эти два вопроса Штейнгардт обыгрывал в течение трех часов, но каждый раз получал тот же ответ, но в другой форме.

Когда же Штейнгардт заявил, что экономические затруднения между США и СССР в таких условиях могут возрасти, Нарком ответил, [что он этого не думает, да и СССР является экономически самостоятельной державой], которая может обойтись и без поставок из США.

[Вся беседа велась в оживленной и дружественной форме.]

Лозовский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2201, л. 44—45.

 

 

66. СООБЩЕНИЕ ЦЕНТРАЛЬНОЙ СМЕШАННОЙ СССР И ГЕРМАНИИ ПОГРАНИЧНОЙ КОМИССИИ

5 марта 1940 г.

27 февраля 1940 года закончена установка пограничных знаков на всем протяжении около 1500 км советско-германской границы. Всего установлено 2820 пограничных столбов.

В основном закончена топографическая съемка новой границы*.

Известия.1940.—5 марта.

 

 

67.БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

5 марта 1940 г.

Шуленбург сообщил, что он хотел попасть на прием к тов. Молотову сразу же после его приезда из Берлина, но некоторое время был нездоров. Передав приветствия тов. Молотову от фон Риббентропа, Шуленбург поставил следующие вопросы:

1) Германское правительство, соглашаясь в принципе с предложением СССР об учреждении консульств СССР — помимо уже существующих в Праге и Данциге — в Варшаве, Вене, Гамбурге, Кенигсберге и Кракове, просит Советское правительство отложить на один год учреждение консульства в Варшаве. Имея в виду специфичность положения города Варшавы, Германское правительство не хотело бы пока создавать учреждением советского консульства прецедента для других стран.

___________________
* Оригинал сообщения см. АВП РФ, фонд оригиналов За, д. 266, Германия.

128

 


Шуленбург вручил тов. Молотову меморандум по этому вопросу (приложение № 1)*.

Тов. Молотов замечает послу, что Варшава, конечно, представляет для СССР интерес, т. к. через этот город проходят пути сообщения.

Шуленбург отвечает, что положение здесь небезвыходное, и Германское правительство пойдет на то, чтобы временно в г. Варшаве находился соответствующий представитель консульства в Кракове.

Тов. Молотов обещает обсудить вопрос.

2) Германское правительство просит при занятии финской территории частями Красной Армии не подвергать ограничениям германских гонорарных консулов в финских городах.

Шуленбург вручил тов. Молотову памятную записку по этому вопросу (приложение № 2)**.

Тов. Молотов обещает учесть просьбу Германского правительства.

3) Ввиду того что случаи. обстрела советскими пограничниками лиц, принадлежащих к составу германской пограничной охраны, не прекращаются, на границе создается нервозная обстановка. Германская погранохрана не реагировала на такого рода действия, однако за последнее время пограничные германские органы все настоятельнее указывают на необходимость самозащиты.

Германское правительство просит правительство СССР принять необходимые меры к прекращению пограничных инцидентов и ускорить ответ на сделанные предложения Германского правительства относительно предварительного урегулирования пограничных инцидентов.

На вопрос тов. Молотова, отмечены ли жертвы в результате стрельбы советских пограничников, Шуленбург ответил, что жертв не было. Тогда тов. Молотов в шутливом тоне замечает, что он сомневается в наличии фактов стрельбы с советской стороны, так как наши красноармейцы неплохо умеют стрелять...

Шуленбург уверяет, что он имеет достоверные источники информации, и потому это сообщение соответствует действительности.

Тов. Молотов обещает дать соответствующие указания погранвластям. Что же касается германского предложения относительно предварительного урегулирования погранинцидентов, то этот вопрос будет рассмотрен.

4) Об использовании советского экспедиционного судна для передачи сведений о погоде в районе к западу от Англии, о чем посол уже не раз ставил вопрос перед тов. Молотовым***. Германское прави тельство просит вновь обсудить этот вопрос. Имея сведения, что правительство СССР не располагает в данный момент подходящим судном, Германское правительство считало бы возможным использовать для этой цели нормальное торговое судно с соответствующим радиооборудованием, взамен которого Германия в виде компенсации предоставит советской стороне для перевозочных целей подходящее германское судно.

Тов. Молотов отвечает послу, что он консультировался по этому вопросу с моряками, и последние находят, что практически из этого дела ничего не выйдет, т. к. невозможно допустить, чтобы англичане не заметили нахождение такого судна.

Шуленбург на это отвечает, что он не ожидал сегодня же получить ответ тов. Молотова. Он лишь просит еще раз обсудить этот вопрос.

___________________
* Не публикуется.
** Не публикуется.
*** См. док. 8.

129

 


Тов. Молотов еще раз отвечает послу, что обсудить можно, но он не уверен в положительном решении этого вопроса.

Далее тов. Молотов говорит, что, пользуясь случаем, он уведомляет посла, что выход германских транспортных судов из бухты Западная Лица до конца финляндских событий затруднен, т. к. вокруг этого дела уже ходят кое-какие слухи.

Шуленбург не стал обсуждать этот вопрос и на сообщение тов. Молотова ничего не ответил.

5) Германское правительство предлагает обсудить вопрос об обмене американских нефтепродуктов, которые будут доставляться Германией во Владивосток, на соответствующее количество советских нефте продуктов (сверх предусмотренного экономическим соглашением от 11 февраля 1940 г.), доставляемых из Батуми и Баку в порт Балтийского моря.

Шуленбург вручил тов. Молотову по этому вопросу копию меморандума, ранее уже переданного в НКВТ тов. Микояну (приложение № 3)*.

Тов. Молотов отвечает послу, что с точки зрения хозяйственной, видимо, это предложение практично, но здесь должна быть учтена другая сторона — это опасение задержки судов со стороны англичан, т. к. мы уже имеем факт, когда наш пароход «Селенга» англичанами задержан под тем предлогом, что груз, находящийся на «Селенге», предназначен якобы для переотправки в Германию. Тем не менее вопрос будет обсужден.

6) Германское правительство имеет возможность доставлять значительное количество иностранной нефти в Мурманск для дальнейшей переотправки в Германию. Германия могла бы в короткий срок построить нефтехранилища или в Мурманске, или в другом порту на условиях, выдвинутых в меморандуме, переданном НКВТ тов. Микояну, копию которого посол вручил тов. Молотову (приложение № 4)*.

Тов. Молотов отвечает, что поскольку меморандум уже вручен тов. Микояну, то этот вопрос также будет рассмотрен.

7) Германское правительство просит предоставить возможность хранить во владивостокских нефтехранилищах газойль, который будет доставляться Германией во Владивосток для снабжения германских или нейтральных торговых судов.

Тов. Молотов отвечает послу, что он поручит рассмотреть этот вопрос Наркомвнешторгу.

8) Посол, информируя тов. Молотова о прибытии в Москву германской делегации для переговоров об установлении прямого телефонного сообщения Москва — Берлин, просит тов. Молотова оказать содействие в ускорении начала переговоров о прямом пассажирском движении через Минск — Негорелое — Брест — Литовск — Варшава, которые затягиваются со стороны НКПС [56]. Желательно, добавляет далее посол, чтобы переговоры эти велись в Берлине.

Тов. Молотов обещает поинтересоваться этим вопросом.

9) Шуленбург напоминает о германском предложении продлить линию воздушного сообщения Берлин — Москва до Токио и создать линию воздушного сообщения между Германией и Ираном через СССР.

Тов. Молотов отвечает, что вопрос о продлении линии Берлин Москва до Токио он поручит рассмотреть. Что же касается линии, связы-

___________________
* Не публикуется.

130

 


вающей Германию с Ираном через СССР, то желательно пока этот вопрос не ставить, т. к. в данный момент ведутся советско-иранские торговые переговоры и дело идет к благоприятному для обеих сторон концу.

10) Шуленбург спрашивает, к кому обращаться теперь по делам арестованных и другим мелким вопросам, по которым ранее он обращался к 1-му Зам. Наркома тов. Потемкину.

Тов. Молотов отвечает, что либо к Ген. Секретарю тов. Соболеву, либо к Зам. Наркома тов. Деканозову, точнее об этом он сообщит Шуленбургу в другой раз.

Далее Шуленбург просит дать разрешение на выезд из Львова в Германию близким родственникам жены одного из сотрудников посольства, поименованных в записке, которую Шуленбург вручил тов. Молотову. Кроме того, Шуленбург просит оказать помощь жене камердинера посла Ирме Флегель, которая, будучи гражданкой СССР, вышла замуж за немца и теперь в 30-дневный срок высылается из Москвы.

В ходе дальнейшей беседы тов. Молотов выразил надежду, что посол даст некоторую информацию о международных вопросах, т. к. он побывал в Берлине, и, видимо, получил соответствующие сведения.

В ответ на это Шуленбург дает следующую информацию: относительно международной политики, заявляет Шуленбург, он беседовал в Берлине, и характерно, что никто не знает, что произойдет в ближайшем будущем. Неизвестно также, что предполагает фюрер. Шуленбург достоверно знает, что как в беседе с Уэллесом [37], так и ранее фюрер заявил, что в скором времени англичане удивятся тому, что им готовит Германия. В беседе с Уэллесом, кроме того, фюрер сказал, что Германия готова разбить ту волю, которая направлена против нее. Удалось также установить, что Уэллес не привез с собой никаких предложений, как предполагали до его приезда в Берлине. В Берлине было получено сообщение, что Рузвельт запросил некоторые европейские нейтральные страны по вопросу о разоружении и об организации мирового хозяйства после войны. В связи с этим Шуленбург интересуется, не обращался ли Рузвельт к Советскому правительству?*

Тов. Молотов отвечает, что нет, с подобными вопросами Рузвельт к советскому правительству не обращался.

Шуленбург далее информирует тов. Молотова о том, как он узнал в Берлине план касательно Тибета и Афганистана, с которым приезжал в Москву г-н Кляйст [29] и который самому послу казался фантастичным, не исходил от фюрера и от фон Риббентропа. Поэтому вопрос об Афганистане в той постановке, как его ранее ставил Шуленбург**, снимается совсем. Что же касается Тибета, то, может быть, будет идти речь о поездке туда небольшой научной экспедиции.

По вопросу советско-японских отношений Шуленбург говорит, что ему представляется, что перерыв переговоров пограничной комиссии в Харбине не означает перерыва дипломатических переговоров.

Тов. Молотов отвечает, что, конечно, это так, но пограничный вопрос является для нас серьезным вопросом. Работа будет продолжена, и мы делаем кое-какие уступки и думаем, что если японцы поймут, то предлагаемый нами выход их вполне должен удовлетворить. Все вопросы могут быть с успехом решены дипломатическим порядком. Шуленбург заявляет, что он беседовал с Того, но что его трудно

___________________
* См. док. 70.
** См. док. 26.

131

 


понять, но, насколько он его понял, Япония согласна уступить 3/4 какого-то участка и получить одну четверть.

Тов. Молотов отвечает, что ему это понятно, но это, конечно, для нас неприемлемо.

Далее Шуленбург сообщает, что есть слухи об улучшении советско-итальянских отношений, будто даже в Риме уже начаты экономические переговоры.

Тов. Молотов отвечает, что, видимо, Италия сама пускает такие слухи, но ведет она себя в отношении СССР вызывающе. Должен сказать, продолжает тов. Молотов, что позиция Италии советское правительство не интересует.

Тов. Молотов спрашивает посла, соответствуют ли слухи действительности, что Германия имеет планы о государственном устройстве бывшей Польши? Шуленбург отвечает, что, по его предположению, это только слухи, и он думает, что до конца войны этот вопрос решать не имеет смысла. В Берлине ему определенно ответили, что вопрос о Польше остается открытым.

В заключение Шуленбург поздравляет тов. Молотова с успехами Красной Армии в Финляндии и выражает желание услышать от тов. Молотова сообщение, если есть что нового в этом вопросе.

Тов. Молотов, отвечая послу, говорит, что вопрос о Выборге надо считать, конечно, решенным. Выборг днями будет взят. Нотки скептицизма, которые были в германской печати, шутя продолжает тов. Молотов, не оправдались, но это, как говорят, ее дело.

Шуленбург прерывает тов. Молотова и заявляет, что если даже такие нотки и были в германской прессе, то они не соответствуют мнению людей, представляющих Германию в СССР [57]. Видимо, появление их следует объяснять влиянием мировой прессы.

Тов. Молотов говорит далее, что он хочет проинформировать посла о политической стороне дела в вопросе о Финляндии. От финнов через шведов поступило предложение о мирных переговорах. Мы информировали шведов, что мы готовы пойти на переговоры, но соглашение на той базе, о которой шла речь до начала военных действий, нас уже не устраивает. Пролито уже немало крови, и мы убедились, что финны действительно готовили военный плацдарм против СССР. Мы не должны быть беспечны и поэтому сказали шведам, что мы согласны на переговоры при следующих условиях: полуостров Ханко должен быть сдан СССР на определенных условиях, к СССР переходит весь Карельский перешеек, включая Выборг, Выборгский залив, а также северное побережье Ладожского озера, включая г. Сортавалла и острова в Финском заливе, против передачи которых финны во время переговоров не возражали. Причем, мы оговорились, что это самые минимальные требования, на которые наши военные даже не согласны.

На район Петсамо мы не претендовали и не претендуем*. Разумеется, продолжал тов. Молотов, что это условия сегодняшнего дня и если финны будут продолжать упрямиться и заставят нас продолжать военные действия, то, конечно, эти требования будут уже недостаточны.

Шуленбург говорит, что финны, конечно, должны ухватиться за это согласие советского правительства, а затем шутя добавляет: только как же с линией Маннергейма, другую придется строить?

Тов. Молотов ответил в том же тоне, что линия Маннергейма оказалась ненадежной, она прорвана.

___________________
* См. док. 21.

132

 


На этом беседа закончилась.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on, 2, п. 14, д. 155, л. 35—43.

 

 

68. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

5 марта 1940 г.

5 марта во время беседы с Риттером и Шнурре последние после восторженных рассказов о своих впечатлениях от Москвы и руководителей партии и правительства поставили передо мной два вопроса. Германское правительство организовало в составе министерства хозяйства 2 бюро по осуществлению советско-германского торгового договора. Одно бюро ведает промышленными заказами и возглавляется Тер-Недденом, другое бюро ведает военными заказами и возглавляется капитаном Шоттки. Риттер просил обеспечить тесное сотрудничество Торгпредства с этими бюро, якобы в наших же интересах. Они рекомендовали Торгпредству при размещении заказов не иметь дело с отдельными фирмами, а обращаться в эти бюро, которые и назовут, разумеется, только первоклассные фирмы, располагающие незагруженной производственной мощностью и поэтому способные выполнить наши заказы в кратчайший срок. Шнурре просил не прекращать поставок нефти в Германию, которые хочет прервать Союзнефтеэкспорт ввиду отсутствия договоренности о цене. По словам Шнурре, Союзнефтеэкспорт на 200 процентов завысил цены на нефть. Соглашение о ценах будет достигнуто, сказал Шнурре, если не завтра-послезавтра, то через 10—12 дней. Пока же он просит продолжать поставку нефти Германии, за которую Германия рассчитается по условленным позже ценам. В нефти Германия крайне нуждается и придает особое значение непрерывности ее поставок. Перерыв же в поставках нефти поставил бы Германию в чрезвычайно серьезное положение и произвел бы невыгодное впечатление в Англии и других странах, а также свел бы на нет большие технические мероприятия, которые были проведены для осуществления удобной транспортировки нефти и которые себя уже оправдали. Затем Шнурре и Риттер просили советские организации не завышать цены, ибо, по мнению Риттера, это не имеет никакого смысла, поскольку и германские фирмы также тогда запросят более высокие цены. Количество же обмениваемого товара остается при этом неизменным. Советские организации, завышая цены, якобы нарушают договоренность о том, что базисом при калькуляции обеими сторонами цены должно служить Довоенное время, то есть август месяц.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, оп. 1, п. 315, д. 2174, л. 153—154.

133

 


 

 

69. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ.

6 марта 1940 г.

Согласно Вашему указанию, 6 марта посетил Риббентропа и просил информировать меня о переговорах Уэллеса в Берлине [37]. Риббентроп встретил меня очень приветливо и сказал, что он для этой цели хотел меня пригласить к себе. Передаю дословно сообщение Риббентропа: «О поездке Уэллеса нам было сообщено несколько недель тому назад и было указано, что целью его поездки является сбор информации для Рузвельта о мнениях различных правительств о политическом положении. Это подтвердилось. Уэллес приехал и заявил, что он послан Рузвельтом для информирования последнего о мнениях правительств, ибо Рузвельт озабочен положением в Европе. И если Рузвельт мог бы что-нибудь сделать для улучшения положения или если представилась бы какая-либо возможность мира, то он хотел бы, чтобы европейские государства знали, что он готов предоставить им свои услуги. Уэллес добавил, что он не уполномочен делать какие-нибудь предложения или принимать обязательства на счет США, но желал бы слушать мнение Германского правительства о положении. Уэллес беседовал с Гитлером, со мной, Герингом, Гессом и Шахтом. Гитлер заявил Уэллесу примерно следующее: к теме Вашей Германия не имеет ничего сказать, ибо не Германия напала на Англию и Францию, а Англия и Франция напали на Германию. После германо-польской войны Гитлер еще раз предлагал мир западным державам [8], но его предложение было отклонено. Западные державы прокламировали цели войны, которые исключали возможность переговоров. Они говорили о восстановлении Польши, Чехословакии и даже Австрии. Мы на это заявили, что по всем вопросам в Восточной Европе Германия никогда не будет говорить ни с Англией, ни с Францией. Мы заявили, что разграничение сфер интересов между Германией и СССР окончательно и что мы никогда не потерпим, чтобы в этот вопрос вмешивались Англия и Франция или какое-либо третье государство. Между тем Англия и Франция более откровенно объявили о своих военных целях, а именно об уничтожении гитлеризма, что равносильно уничтожению немецкого народа. Германия считает, что эта воля к уничтожению может быть только сломлена германской военной мощью. Мы не оставили Уэллеса в сомнении, что Гитлер не остановится перед тем, чтобы употребить все имеющиеся в его распоряжении насильственные средства и вынудить Англию и Францию к миру. Англо-французским военным целям — уничтожению Германии — Германия не противопоставила цели уничтожения Франции или Британской империи. Но Германия думает, что эта воля правящих кругов английской и французской плутократии к уничтожению должна быть сломлена, прежде чем может быть заключен мир. Мы уверены, что только победой Германия обеспечит новое положение в Европе, и мы сказали Уэллесу, что основанием этому может быть разграничение сфер естественных интересов великих держав, обусловленное удельным весом последних, причем малые государства, исторически доказавшие законность своего самостоятельного существования, должны получить свое место при этом разграничении. Несомненно, сказал я Уэллесу, трагично то, что Англия и Франция намеренно объявили Германии войну в тот момент, когда Германия произвела окончательную ревизию Версальского договора и оконча-

134

 


тельно установила границы сфер своих интересов. В итоге Уэллесу было заявлено, что Германия не верит в волю Англии и Франции к миру и убеждена, что они хотят ее уничтожить. Гитлер заявил, что сломит волю Англии и Франции к уничтожению Германии всеми имеющимися в его распоряжении средствами. Уэллес, уезжая, выразил надежду, что никакая из наций не будет уничтожена и что, как я слышал из других источников, он сказал, что возможности заключения мира представляются ему очень ограниченными. Я лично не верю ни в какую возможность мира».

За это сообщение я поблагодарил Риббентропа и задал ему вопрос о результатах поездки Уэллеса в Рим. Риббентроп ответил, что Уэллес передал Муссолини меморандум — план улучшения экономического сотрудничества наций и осведомился о мнении Муссолини о возможностях заключения мира. • Муссолини заявил, что, прежде чем говорить об улучшении экономических взаимоотношений наций, надо улучшить их политические отношения. Отвечая на вопрос о возможности мира, Муссолини сослался на последнюю речь Гитлера* и подчеркнул, что нельзя дискутировать с Германией о восстановлении Польши и Чехословакии. В заключение Риббентроп сообщил, что получил телеграмму Шуленбурга о данной Вами последнему доверительной информации по финскому вопросу. Риббентроп добавил к этому, что в финском вопросе Германия внутренне с нами, а внешне она сохраняет строжайший нейтралитет[57]. Риббентроп справился также о дне Вашего пятидесятилетия и сказал, что пошлет Вам поздравительную телеграмму.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 315, д. 2174, л. 156—160.

 

 

70. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л. ШТЕЙНГАРДТОМ

8 марта 1940 г.

После взаимных приветствий общего порядка Штейнгардт излагает цель своего визита и заявляет, что он, прибыв в Москву, со всей серьезностью отнесся к порученной ему работе. «Я всем сердцем почувствовал, что необходимо восстановить те отличные отношения, которые существовали между нашими странами. Но в последние 3 месяца я почувствовал себя плохо. В настоящее время в США, не здесь, появились элементы, разжигающие антисоветские тенденции. За упомянутый период 3 месяцев я делал все, что было в моих силах, для восстановления хороших отношений. Сердце мне подсказывало и я делал все, что могло бы заставить правительство воздержаться от ухудшения отношений. До определенного момента мне это удавалось, но, как Вам известно, часть американской прессы осуществляет сильный нажим на Президента.

Г-н Председатель должен еще учесть, что в США имеются 15 миллионов граждан скандинавских национальностей, из которых 4—5 миллионов составляют финны, и они оказывают сильное влияние на мнение населения США. Мы не имеем какого-либо желания в любом случае вмешиваться в переговоры с финской делегацией, которая, как мне известно и чтоуже не является секретом, находится здесь, в Москве. Но если

___________________
* Известия.— 1940.—26 февр.

135

 


мы можем оказать помощь в окончании конфликта, чего мы очень хотим, то, пожалуйста, сообщите нам. Возможно, что с нашим авторитетом мы можем каким-либо образом подействовать на Финляндию [58].

Мы знаем, да это и естественно, что финны должны попросить США помочь им в восстановлении страны.

В настоящее время Президент Рузвельт очень заинтересован существующим положением во всем мире, а особенно в области экономики. Мы признаем в США, что на нас лежит забота о восстановлении порядка в Европе, особенно в областях экономики и торговли.

Мы знаем, что в настоящем положении Европы только США могут помочь в реконструкции и восстановлении стран, которые так сильно повреждены трудностями войны.

Если мы можем в чем-либо помочь Вам в предстоящих переговорах с финнами, то, не вмешиваясь в эти переговоры, мы с большой готовностью окажем возможную помощь[59].

Как только окончится финский конфликт, то я уверен, что отношения между СССР и США установятся и будут такими же хорошими, как и прежде».

Тов. Молотов. Могу Вам сообщить, что, поскольку финны захотели вести переговоры, мы предварительно выдвинули условия для ведения этих переговоров.

Г-н Штейнгардт. Я буду очень рад услышать эти условия, т. к. я слышал очень много сплетен по этому вопросу.

Тов. Молотов. (Излагает условия, выдвинутые СССР предварительно по ведению самих переговоров.)

Это наши минимальные пожелания для ведения переговоров, если, конечно, финны не затянут решение вопроса. Финны просили держать переговоры в секрете, и были сделаны взаимные заверения не разглашать эти переговоры. Надеюсь, что г-н Штейнгардт со своей стороны не предпримет ничего, что нарушило бы наши заверения.

Что касается сообщения г-на Посла о его желании помочь этому делу, то я еще раз благодарю за его предложения, и, если будет необходимо, я воспользуюсь Вашими предложениями.

Я изложил условия моего правительства для ведения переговоров. Со своей стороны, не может ли г-н Штейнгардт информировать о поездке Уэллеса?[37] В чем заключается фактический смысл его поездки?

Г-н Штейнгардт. Было много преувеличений о значении поездки Уэллеса в Европу. Пресса распространяла различные небылицы. Правительство США не думает, что война может остановиться вдруг, но мы ясно видим, что вот уже 6 месяцев, как продолжается война, а до сих пор не было каких-либо серьезных столкновений. США хотят узнать, в чем заинтересованность основных 4 стран, среди которых Италия занимает очень важную позицию. США хотят узнать существующую обстановку, причем сведения о существующем положении в Европе должны быть сообщены Президенту не четырьмя представителями США в европейских странах, а одним определенным лицом. Этим человеком является Уэллес, который ежедневно встречается с Рузвельтом. США хотят узнать, что является идеей каждой страны в ее борьбе. Американское правительство надеется, что оно может привести эти страны к соглашению и поэтому поездка Уэллеса становится особенно важной в области получения информации, которая потом будет сообщена Президенту. Мы надеемся, что такая информация будет весьма полезна для того, чтобы привести войну к концу до того момента, когда уже будет поздно. Лично я думаю, что сейчас поездка не может помочь, но ин-

136

 


формация, полученная Уэллесом, будет впоследствии очень кстати и многому поможет.

Опять отмечаю, что пресса очень преувеличивает значение поездки Уэллеса. Я хочу спросить, не собирается ли СССР отдать Финляндии территорию в Карелии?

На этот вопрос тов. Молотов ответил, что в предложенных условиях не упоминалось о передаче Финляндии какой-либо территории.

Г-н Штейнгардт. У меня нет сомнений, что финское правительство спросит американское правительство о том, должны ли они принимать поставленные условия.

Что было сказано выше, о чем шел разговор, по-моему, может привести к миру и окончанию военных действий.

На этом беседа кончается, так как тов. Молотов сообщает, что у него нет времени для продолжения беседы.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 24, д. 295, л. 7—10.

 

 

71. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

11 марта 1940 г.

Шуленбург поставил следующие вопросы:

1. О взаимном учреждении консульств.

Шуленбург говорит, что уже после того, как он сообщил 5 марта тов. Молотову о согласии Германского правительства на учреждение консульств СССР — помимо уже существующих в Праге и Данциге — в Вене, Гамбурге, Кенигсберге и Кракове, он получил указания из Берлина сообщить правительству СССР, что германское правительство просит советское правительство отложить учреждение консульств не только в Варшаве, но и в Кракове. Учреждением советских консульств в Варшаве и Кракове германское правительство не хотело бы пока создавать прецедента для других стран.

Тов. Молотов спрашивает Шуленбурга, остается ли принципиальное согласие германского правительства на учреждение консульств СССР в Варшаве и Кракове по истечении годичной отсрочки.

Шуленбург отвечает, что из сообщения Берлина этого не вытекает, но он готов запросить. Сам Шуленбург надеется, что решение германского правительства об отсрочке учреждения консульств СССР в Варшаве и Кракове, конечно, носит временный характер.

Тов. Молотов сообщает послу, что он принимает его заявление к сведению, обещает обсудить ответ германского правительства и дать соответствующий ответ советского правительства.

2. Шуленбург сообщает, что ему поручено фон Риббентропом проинформировать тов. Молотова о пребывании Уэллеса в Берлине[37]. По поручению посла присутствующий на беседе советник германского посольства Хильгер зачитывает следующее устное сообщение Шуленбурга, полученное им из МИД для информации тов. Молотова:

«Свою миссию помощник статс-секретаря Сэмнер Уэллес охарактеризовал нижеследующими словами:

137

 


Президент Рузвельт желает установить, имеются ли в данный момент возможности достичь прочного мира в Европе. Мирное состояние, носящее временный характер и не имеющее твердой основы, Президента не интересует. Он, Сэмнер Уэллес, не уполномочен делать от имени США какие-либо предложения или принимать обязательства. Сообщения, которые ему будут сделаны иностранными государственными деятелями, он сохранит в строгой тайне и использует их только для осведомления Президента».

Германская точка зрения была изложена Сэмнеру Уэллесу нижеследующим образом:

1.   Не Германия объявила войну западным державам, а они объявили войну Германии без каких-либо на то оснований. Германия рассматривает восточноевропейское пространство как область интересов, о которой она договорилась с Союзом ССР и которая не может явиться предметом каких-либо переговоров с Англией и Францией.

2.   Германия по окончании польской кампании договорилась с СССР о вопросах, касающихся Востока, и путем произведенной там ревизии, сделавшейся неизбежной, окончательно установила свою европейскую позицию на Востоке.

3.   В начале октября 1939 г. фюрер сделал Англии и Франции последнее мирное предложение[8], которое они приняли за признак слабости и издевательски отвергли. Германия сделала из этого соответствующие выводы и приняла вызов Англии и Франции*.

4. Не Германия, подвергнувшаяся нападению, а напавшие на нее Англия и Франция установили цели войны, которые чем дальше, тем яснее выявились. Они состоят в разгроме германского государства и расчленении германского народа путем системы, худшей, чем Версальская.

5. После такого развития вещей Германия, как страна, подвергнувшаяся нападению, не имеет ничего сказать по вопросу о мире. Германия непоколебима в своей решимости раз и навсегда сломить волю англо-французского блока, направленную к уничтожению Германии, и готова использовать для этого все силы своего 80-миллионного народа. Только после того, как удастся сломить эту направленную на уничтожение Германии англо-французскую волю, может быть построена новая Европа, действительное умиротворение которой может быть достигнуто только обеспечением жизненных интересов больших народов в их естественных жизненных пространствах.

6. Ни о Польше, ни на тему об Австрии или о протекторате над Богемией и Моравией дискуссии с западными державами у Германии быть не может.

7. Внешнеполитическое, внутриполитическое и экономическое положение Германии несравненно лучше, чем оно было в 1914 году.

Уверенность германского народа и его руководства в победоносном окончании войны поэтому непоколебима.

3. По поручению Риббентропа Шуленбург сообщает, что финны в полуофициальной форме обратились к германскому правительству с просьбой о посредничестве. Германское правительство отклонило просьбу финнов, т. к. Германия не хочет вмешиваться в советско-финский конфликт и не препятствует целям СССР, а кроме того, просьба

___________________
* Имеются в виду предложения А. Гитлера в речи в рейхстаге 6 октября 1939 г. (10 окт. отвергнуты Францией, а 12 окт.— Великобританией).

138

 


финнов была отклонена и потому, что сам СССР не просил Германию

о посредничестве [27].

Далее Шуленбург просит тов. Молотова проинформировать его о ходе переговоров.

Тов. Молотов отвечает: в вопросе о мирных переговорах с финнами СССР не проявлял инициативы. Финны упорно добивались контакта с нами через шведов.

В отношении посредничества Германии тов. Молотов говорит, что он помнит позицию Шуленбурга, сообщенную ему ранее*, т. е. что посредничество могло бы последовать лишь в случае просьбы обеих стран. СССР не просил Германию и от Германии к нам предложений не поступало.

Штейнгардт (американский посол) ставил перед нами вопрос о посредничестве[58], но он не передал никаких конкретных предложений финнов, то ему также ничего не было отвечено**.

Когда шведы, сильно обеспокоенные нажимом на них англо-французского блока, упорно и настойчиво стали обращаться к нам с конкретными предложениями финляндского правительства и просили наши предложения, мы пошли им навстречу.

Далее тов. Молотов информирует посла о ходе переговоров с финнами и сообщает, что советская сторона вручила финнам конкретные предложения, однако ясного ответа пока еще нет. Что финны ответят — сказать трудно, но он надеется на удовлетворительный ответ.

Шуленбург не сомневается в удовлетворительном ответе и говорит, что это «нас всех обрадует».

4. Далее Шуленбург говорит," что англо-французский блок нажимает не только на Скандинавию, но и на Турцию: это особенно явствует из одного подслушанного разговора Массигли (французский посол в Анкаре) с Сараджоглу. Массигли говорил Сараджоглу, что хорошо бы зажать СССР в тиски, использовав для этого Петсамо и Дарданеллы (т. е. открыть Дарданеллы). Сараджоглу будто бы при этом разговоре чувствовал себя страшно неприятно и больше отмалчивался. Есть мнение, что турки пока на это не пойдут.

Тов. Молотов замечает, что для турок это слишком опасное дело и они, конечно, не поддадутся англо-французскому нажиму.

5. О специальном атташе немецкого полпредства в Москве по лесному хозяйству.

Шуленбург заявляет, что Геринг, помимо своих непосредственных задач, занимается еще и вопросами лесного хозяйства. Он хочет иметь при немецком полпредстве в Москве специального атташе по лесному хозяйству. Такие атташе в других странах у Германии имеются, например в Стокгольме. На замечание тов. Молотова, что в Германии теперь своих лесов много, Шуленбург ответил, что поэтому-то и необходимо учиться у СССР.

Тов. Молотов в шутливой форме отвечает послу, что он никогда не слышал о дипломатах по лесному хозяйству, однако он поручит своему заместителю тов. Деканозову рассмотреть этот вопрос.

6. О покупных ценах на советские товары.

Шуленбург просит тов. Молотова дать указание Наркомвнешторгу и другим советским организациям не повышать цены на советские товары по сравнению с довоенными, как об этом было условлено. Герма-

___________________
* См. док. 8 и 26.
** См. док. 70.

139

 


ния придерживается этого условия, а советские организации не придерживаются, повышая цены на 30—50% против довоенных на нефть, хлеб и другие товары.

Тов. Молотов отвечает, что если германская сторона будет соблюдать эти условия, в частности по заказам Комиссии Тевосяна, то он повторит свое указание о соблюдении условия о довоенных ценах.

7. Об ускорении поставок металла.

Шуленбург напоминает, что тов. Сталин обещал пойти навстречу просьбе Германии по поставкам металла*, и в письмах, которыми обменялись тов. Микоян с Риттером, такие поставки предусмотрены.

Шуленбург просит об ускорении поставок.

Тов. Молотов отвечает, что данное обещание Германскому правительству будет выполнено, но с соблюдением сроков.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседы записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 54—59.

 

 

72. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

11 марта 1940 г. Немедленно

Макензен был сегодня вечером у меня на обеде, запроектированном две недели назад. Ввиду присутствия других приглашенных я имел с ним лишь беглый разговор, во время которого посол по собственной инициативе сообщил, что Риббентроп коснулся в беседе с Муссолини[60] итало-советских отношений, указав на желательность их улучшения. Муссолини сказал, что разделяет это пожелание и примет соответствующие меры** [61]

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 329, д. 2266, л. 196.

 

 

73. МИРНЫЙ ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

12 марта 1940 г.

Президиум Верховного Совета СССР, с одной стороны, и Президент Финляндской Республики, с другой стороны, руководимые желанием прекратить возникшие между обеими странами военные действия и создать прочные взаимные мирные отношения,

убежденные, что интересам обеих Договаривающихся Сторон соответствует определение точных условий обеспечения взаимной безопасно-

___________________
* См. док. 38.
** См. док. 77.

140

 


сти, в том числе обеспечения безопасности городов Ленинграда и Мурманска, а также Мурманской железной дороги,

признали необходимым заключить в этих целях Мирный Договор и назначили своими уполномоченными

Президиум Верховного Совета СССР:

Молотова Вячеслава Михайловича, Председателя Совета Народных Комиссаров СССР и Народного Комиссара Иностранных дел;

Жданова Андрея Александровича, члена Президиума Верховного Совета СССР,

Василевского Александра Михайловича, комбрига;

Президент Финляндской Республики;

Рюти Ристо, Председателя Совета Министров Финляндской Республики,

Паасикиви Юхо Кусти, министра,

Вальден Карла Рудольфа, генерала,

Войонмаа Вяйнэ, профессора.

Означенные уполномоченные, по взаимном предъявлении своих полномочий, признанных составленными в надлежащей форме и в полном порядке, согласились о нижеследующем:

Статья I

Военные действия между СССР и Финляндией прекращаются немедленно в порядке, предусмотренном прилагаемым к настоящему Договору Протоколом.

Статья II

Государственная граница между СССР и Финляндской Республикой устанавливается по новой линии, по которой в состав территории СССР включаются весь Карельский перешеек с г. Выборгом (Виипури) и Выборгским заливом с островами, западное и северное побережье Ладожского озера с г. Кексгольмом, Сортавала, Суоярви, ряд островов в Финском заливе, территория восточнее Меркярви с г. Куолаярви, часть полуостровов Рыбачьего и Среднего — согласно приложенной к настоящему Договору карте.

Более подробное описание пограничной линии будет установлено смешанной комиссией из представителей Договаривающихся Сторон, каковая комиссия должна быть образована в десятидневный срок со дня подписания настоящего Договора.

Статья III

Обе Договаривающиеся Стороны обязуются взаимно воздерживаться от всякого нападения одна на другую и не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон.

Статья IV

Финляндская Республика выражает согласие сдать Советскому Союзу

в аренду с ежегодной уплатой Советским Союзом 8 млн. финских марок,

сроком на 30 лет, полуостровов Ханко и морскую территорию вокруг

него, радиусом в 5 миль к югу и востоку и в 3 мили к западу и северу

141

 


от него, и ряд островов, примыкающих к нему, в соответствии с приложенной картой, для создания там военно-морской базы, способной оборонять от агрессии вход в Финский залив, причем в целях охраны Морской базы Советскому Союзу предоставляется право держать там за свой счет необходимое количество наземных и воздушных вооруженных сил.

Финляндское Правительство в течение десяти дней с момента вступления в силу настоящего Договора выводит с полуострова Ханко все свои войска, и полуостров Ханко вместе с прилегающими островами переходит в управление СССР, в соответствии с настоящей статьей Договора.

Статья V

СССР обязуется вывести свои войска из области Петсамо, добровольно уступленной Финляндии советским государством, согласно Мирному Договору 1920 года*.

Финляндия обязуется, как это было предусмотрено Мирным Договором 1920 года, не содержать в водах своего побережья Северного Ледовитого океана военных и прочих вооруженных судов, за исключением вооруженных судов размером меньше 100 тонн, каковые Финляндия имеет право держать без ограничения, а также содержать не более 15 военных и прочих вооруженных судов, тоннаж которых не должен превышать 400 тонн для каждого.

Финляндия обязуется, как это было предусмотрено тем же Договором, не содержать в означенных водах подводных лодок и вооруженных воздушных судов.

Равным образом Финляндия обязуется, как это было предусмотрено тем же Договором, не устраивать на этом побережье военных портов, баз для военного флота и военных ремонтных мастерских объемом больше чем потребно для упомянутых судов и их вооружения.

Статья VI

Советскому Союзу и его гражданам, как это было предусмотрено Договором 1920 года, предоставляется право свободного транзита через область Петсамо в Норвегию и обратно, причем в области Петсамо Советскому Союзу предоставляется право учреждения консульства.

Грузы, провозимые через область Петсамо из СССР в Норвегию, а равно грузы, провозимые из Норвегии в СССР через ту же область, освобождаются от осмотра и контроля, за исключением лишь контроля, необходимого ввиду урегулирования транзитного сообщения, а также не облагаются таможенными пошлинами, транзитными и иными сборами.

Упомянутый выше контроль транзитных грузов допускается лишь в форме, соблюдаемой в таковых случаях по установившимся обычаям международного сообщения.

Граждане СССР, направляющиеся через область Петсамо в Норвегию и обратно из Норвегии в СССР, имеют право свободного транзитного проезда на основании выдаваемых подлежащими советскими органами паспортов.

___________________
* См. Документы...—Т. III.—Док. 137.

142

 


При соблюдении действующих общих положений советские невооруженные летательные аппараты имеют право поддерживать воздушное сообщение через область Петсамо между СССР и Норвегией.

Статья VII

Финляндское Правительство предоставляет Советскому Союзу право транзита товаров между СССР и Швецией, и в целях развития этого транзита по кратчайшему железнодорожному пути СССР и Финляндия признают необходимым построить, каждая сторона на своей территории, по возможности в течение 1940 года, железную дорогу, соединяющую г. Кандалакша с г. Кемиярви.

Статъя VIII

По вступлении в силу настоящего Договора возобновляются экономические отношения между Договаривающимися Сторонами, и с этой целью Договаривающиеся Стороны вступят в переговоры для заключения

торгового договора.

Статья IX

Настоящий Мирный Договор вступает в силу немедленно по его подписании и подлежит последующей ратификации.

Обмен ратификационных актов будет произведен в течение десяти дней в г. Москве*.

Настоящий Договор составлен в двух оригиналах, на русском, финском и шведском языках каждый, в г. Москве 12 марта 1940 г.

В. Молотов Ристо Рюти

А. Жданов Ю. Паасикиви

А. Василевский Р. Вальден

Вяйнэ Войонмаа

АВП РФ, ф. 3а — Финляндия, д. 277.

Приложение

ПРОТОКОЛ К МИРНОМУ ДОГОВОРУ МЕЖДУ СССР И ФИНЛЯНДИЕЙ

12 марта 1940 г.

Договаривающиеся Стороны устанавливают нижеследующий порядок прекращения военных действий и отвода войск за установленную Договором государственную границу:

1. Военные действия обеими сторонами прекращаются в 12 час. 13 марта 1940 года по ленинградскому времени.

___________________
* Ратифицирован Президиумом Верховного Совета СССР 19 марта 1940 г. Обмен ратификационными грамотами произведен в Москве 20 марта 1940 г.

143

 


2. С установленного часа прекращения военных действий между расположением передовых частей устанавливается километровая нейтральная полоса, причем в течение первого дня отводится на один километр воинская часть той стороны, которая находится на территории другой стороны, согласно новой государственной границе.

3. Отвод войск за новую государственную границу и продвижение к ней войск другой стороны начинается с 10 час. 15 марта 1940 года на всем протяжении границы от Финского залива до Лиекса и с 10 час. 16 марта севернее Лиекса. Отвод совершается ежедневными переходами не менее 7 километров в сутки, причем продвижение войск другой стороны производится с таким расчетом, чтобы между тыловыми частями отводимых войск и передовыми частями выдвигаемых к новой границе войск другой стороны было бы расстояние не менее 7 километров.

4. Сроки отвода на отдельных участках государственной границы устанавливаются, в соответствии с п. 3, следующие:

а) на участке от истоков р. Тунцайоки, Куолаярви, Такала, восточный берег озера Иоукамо-ярви, отвод войск той и другой стороны заканчивается к 20 час. 20 марта 1940 года;

б) на участке к югу от Кухмониеми в районе Латва отвод войск заканчивается к 20 час. 22 марта 1940 года;

в) на участке Лонгаваара, Вяртсила, ст. Маткаселька отвод войск обеих сторон заканчивается к 20 час. 26 марта 1940 года;

г) на участке ст. Маткаселька, Койцанлахти отвод войск заканчивается к 20 час. 22 марта 1940 года;

д) на участке Койцанлахти, ст. Энсо отвод войск заканчивается к 20 час. 25 марта 1940 года;

е) на участке ст. Энсо, остров Бате отвод войск заканчивается к 20 час. 19 марта 1940 года.

5. Эвакуацию войск Красной Армии из района Петсамо закончить к 10 апреля 1940 года.

6. Командование обеих сторон обязуется при отводе войск за государственную границу принимать необходимые меры в городах и местах, которые переходят к другой стороне, к их сохранности и принять надлежащие меры к тому, чтобы города, местечки, оборонительные и хозяйственные сооружения (мосты, плотины, аэродромы, казармы, склады, железнодорожные узлы, промышленные предприятия, телеграф, электростанции) были бы сохранены от порчи и уничтожения.

7. Все вопросы, могущие возникнуть при передаче одной стороной другой районов, пунктов, городов и других объектов, указанных в пункте 6 настоящего Протокола, разрешаются представителями обеих сторон на месте, для чего на каждой основной дороге движения обеих армий командованием выделяются специальные уполномоченные.

8. Обмен военнопленными производится по возможности в кратчайший срок после прекращения военных действий, на основании особого, соглашения.

В. Молотов Ристо Рюти

А. Жданов Ю. Паасикиви

А. Василевский Р. Вальден.

Вяйнэ Войонмаа.

АВП РФ, ф. За — Финляндия, д. 278.

144

 


 

 

74 БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С ПОСЛАННИКОМ США В ВЕНГРИИ Д. МОНТГОМЕРИ

12 марта 1940 г.

Был у американского посланника Монтгомери, спросившего у меня, как дела с финнами. Я ответил, что могу сказать только, что пишет та или иная газета.

Монтгомери заметил, что у него все спрашивают о цели визита Уэллеса[37] и он отвечает так же, как и я, хотя знает, что многие этому не верят, но на самом деле он ничего не знает.

Затем он спросил, каковы наши отношения с Венгрией. Я ответил, что хорошие. М[онтгомери] заметил, что венгры очень недовольны опубликованием нами заявления Криштоффи после венецианской встречи*.

Я возразил, что причина недовольства мне непонятна. Он ответил, что мы подействовали на итало-венгерские отношения. (Прим.: то же о недовольстве венгров говорил словацкий посланник Спижьяк в феврале месяце, со слов зав. отделом печати МИД.)

«А с Англией и Францией будете воевать?» — спросил М[онтгомери]. Я ответил, что не думаем и стараемся не поддаться на провокации.

«Но Чемберлен думает, и читал вчерашнюю речь его [62], я понял, что война почти началась». Я спросил: «А Вы думаете, Англия и Германия не скоро придут к миру?» Он ответил отрицательно и начал говорить, что он как нейтральный человек встречается с представителями обоих лагерей, собирает все новости, ходит за ними в МИД, но теперь решил ничего Чаки не говорить сам, т. к. Чаки рассказывает содержание беседы с одним посланником другим. Венгры вообще страдают мегаломанией, говорит М[онтгомери], слишком много шумят, и ему очень понравилась отповедь «Таймс» Чаки в ответ на речь Чаки по чехо-словацкому вопросу. «У нас в Америке,— говорит М[онтгомери],— половина населения не знает даже, где находится Венгрия, и я до своего назначения не знал точно, где находится Будапешт, и думал, что Венгрия — около Греции».

Затем начал говорить, что Чаки собирает сплетни среди дипломатов, что Чаки в прошлом году вызвал его и заявил, что если Америка не прекратит пропаганду Бенеша, то у Венгрии с США испортятся отношения. «Я ему ответил, что нас это не очень испугает»,— заявил М[онтгомери]. В конце М[онтгомери] заявил, что хотя он и нейтральный и имеет один и тот же язык с английским посланником, но предпочитает ему немецкого.

Шаронов

АВП РФ, ф. 077, оп, 20, п. 109, д. 3, л. 32.

___________________
* См. док. 16.

145

 


 

 

75. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

12 марта 1940 г. Вне очереди

Мирные переговоры в Москве продолжают действовать разлагающим образом на антисоветские настроения в кругах оппозиции, в частности среди лейбористов. Британскому правительству поэтому приходится маневрировать, и сегодня Чемберлен сообщил лейбористским лидерам, будто бы он очень рад мирным переговорам и надеется, что они приведут к прекращению финской войны. Далее он дал им понять, что Британское правительство отказалось от посредничества [49], главным образом из-за сопротивления французов. В последнем есть доля истины (я в свое время Вам об этом сообщал), но Чемберлену, конечно, совсем не пристало изображать себя невинной овечкой. Впечатление, созданное вчера среди нейтральных журналистов и дипломатов сведениями о нашем демарше 22 февраля и английским отказом принять участие в ликвидации войны*, все больше углубляется. Это разоблачение, судя по многим признакам, сыграет хорошую службу для нас и плохую для союзников.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 325, д. 2233, л. 237.

 

 

76. ПИСЬМО ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВУ

13 марта 1940 г.

Полпредство СССР в Германии располагает возможностью организовать в своем здании просмотр кинокартин, получаемых из Союза. На эти просмотры мы предполагаем приглашать сотрудников МИД, работников министерства просвещения, руководителей кинокамеры**, журналистов, крупных киноактеров и т. д. Эти просмотры дадут нам возможность ближе познакомиться с рядом нужных нам людей и изучить их, и по возможности через них получать нужные нам сведения. Вместе с этим эти просмотры дадут нам возможность ознакамливать немецкую общественность с достижениями советского кино и советской культуры, интерес к которым в Германии сейчас велик.

На подобные просмотры мы можем приглашать от 50 до 60 чел. В качестве первого опыта мы предполагаем в ближайшее время организовать просмотр кинокартины «Петр I» (обе серии), имеющейся в Берлине.

Прошу указаний.

Полпред СССР в Германии Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, л. 189.

___________________
* См. док. 50 и 53.
** Государственная кинопалата Германии.

146

 


 

 

77. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А, А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

14 марта 1940 г.

13 марта в 19 часов меня пригласил к себе Риббентроп и, сославшись на телеграмму Шуленбурга, в которой последний просит информировать его о переговорах Риббентропа в Риме[51], сделал мне следующее сообщение и просил передать его в Москву: «Переговоры с Италией происходили в рамках политики оси и затрагивали целый ряд вопросов, обсуждение которых требовало личного свидания Чиано со мной. В результате переговоров, как уже сообщалось в прессе, у Италии и Германии была констатирована полная ясность в том, что плутократия Запада хочет уничтожить Германию, уничтожить авторитарные государства. Италия и Германия констатировали свою общую волю противодействовать воле западных держав к уничтожению. В то время как Германия борется активно, Италия остается подле Германии и поддерживает Германию во всех областях, которые находятся в ее распоряжении, и это соответствует соглашениям, существующим между этими странами. Один из основных обсуждавшихся в Риме со мной вопросов — это вопрос об угле и другие хозяйственные вопросы. Англия сделала невозможным для Италии получение угля из Германии морским путем. Мы заключили дополнительное соглашение по доставке угля в Италию сухопутным путем. Я также говорил с дуче по русскому вопросу. Я сказал ему, что наши отношения с Россией становятся все более тесными и что с заключением пакта о ненападении и договора о дружбе создан базис для прочного и ясного сотрудничества этих двух стран. Я одновременно сказал Муссолини, что мы, в Германии, сожалеем, что между Италией и Россией не имеется близких взаимоотношений, как между Россией и Германией. В особенности сожалел я об этом потому, что как раз сам Муссолини перед заключением советско-германского соглашения говорил, что он приветствовал бы с точки зрения Италии улучшение отношений Германии с СССР. Мы долго говорили с дуче по русскому вопросу. Дуче сказал, что он сам также желал бы улучшения советско-итальянских отношений. Он напомнил при этом, что в области морских вооружений между Италией и СССР существовали тесные взаимоотношения. Сейчас Муссолини дал распоряжение рассмотреть положительно запросы СССР по этой линии. Мне не ясно, почему ухудшились отношения СССР с Италией»,— заключил Риббентроп и попросил меня дать справку по этому вопросу. Я ответил, что не могу дать справку, но знаю, что советско-итальянские отношения ухудшились тогда, когда в Италии происходила антисоветская демонстрация и антисоветская кампания в печати. Затем Риббентроп спросил меня внезапно, знаю ли я Гельфанда. Я ответил, что лично его не знаю, но знаком с полпредом, который был назначен в Италию. Затем я спросил Риббентропа, почему он так интересуется Гельфандом? Риббентроп ответил, что он берет свой вопрос назад и возвратится к нему в разговоре со мной в ближайшее время, когда получит нужное ему сообщение. Пока же о личности Гельфанда не хотел бы высказываться. Затем Риббентроп высказал сожаление, что нет нашего полпреда в Риме, так как с полпредом можно говорить в другом духе, чем с поверенным в делах. «Во всяком случае,—сказал Риббентроп,— Муссолини желает улучшения советско-итальянских отношений. Если я чем-нибудь могу содействовать этому, То предоставляю свои услуги. В отношении Финляндии я заявил Мус-

147

 


солини о незаинтересованности Германии в ней, о строгом нейтралитете Германии в советско-финском конфликте. Подчеркнул также, что Финляндия в прошлые годы показала себя не очень-то дружелюбно настроенной по отношению к Германии. Поэтому вообще позиция Германии в советско-финском конфликте, заявил я Муссолини, определяется характером советско-германских дружественных отношений. В итоге переговоров в Риме можно констатировать:

1. Единое мнение Италии и Германии о том, что Англия и Франция желали бы предпринять все возможное, чтобы побить Германию и Италию.

2. Наличие у Германии и Италии решимости сломить у западных держав их волю к уничтожению и победить их».

Риббентроп подчеркнул, что сообщает все это для информации Молотова и Сталина. Затем Риббентроп осведомился, нет ли у нас каких-нибудь сдвигов в смысле улучшения отношений с японцами, о чем он говорил в свое время со Сталиным, который разделял тогда его взгляд о необходимости улучшения советско-японских отношений [63]. Я ответил, что не располагаю соответствующей информацией. Затем Риббентроп сообщил мне, что Гитлер дал свое согласие на организацию в Берлине выставки советского народного искусства. Риббентроп высказал также намерение демонстрировать в Германии фильм «Петр Первый», который ему очень понравился.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 175—179.

 

 

78. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

15 марта 1940 г.

14 марта по просьбе Вайцзекера, изложенной в личном письме ко мне, принял бывшего верховного комиссара Лиги Наций в Данциге Карла Буркхардта [64], в настоящее время являющегося заместителем председателя Международного Комитета Красного Креста. Комитет находится в Женеве и, как предупредил меня Буркхардт, ничего не имеет общего с учреждениями Лиги Наций.

Год тому назад, сообщил мне Буркхардт, Международный Комитет Красного Креста имел своего представителя в Красном Кресте СССР. Теперь его нет. СССР является членом международной конвенции Красного Креста, платит регулярно взносы, но не имел за последнее время тесного контакта с Комитетом. С целью установления контакта Буркхардт предложил командировать в СССР одного из членов Комитета, причем выразил готовность поехать сам.

В заключение беседы он подчеркнул желательность снова иметь постоянного представителя Международного комитета в СССР в связи [с тем что] временные командировки его представителей связаны с трудностями выезда из СССР в Швейцарию и наоборот, ввиду отсутствия между этими странами дипломатических взаимоотношений*. Я ответил Буркхардту, что передам его просьбу в НКИД и ответ вышлю в Женеву.

___________________
* Установлены 18 марта 1946 г.— Прим. сост.

148

 


14 марта был на приеме, данном словацким посланником Черняком в связи с годовщиной «независимости» Словакии. На приеме присутствовали послы и посланники, аккредитованные в Берлине, статс-секретари МИД Вайцзекер и Боле, помощник статс-секретаря Верман, начальник президентской канцелярии Мейсснер, Риттер и другие германские видные гражданские и военные чины. В конце приема прибыл Риббентроп.

Немцы [65], посланники Эстонии, Литвы и Болгарии поздравляли с заключением мира с Финляндией и подчеркивали удар, который этим нанесен Англии и Франции.

Риттер заявил, что, заключив мир, мы одержали две победы: военную и политическую. «На такое мудрое решение был способен только Сталин»,— закончил он.

На этом же приеме жена итальянского посла Аттолико, владеющая русским языком, познакомила меня с Ольгой Чеховой — известной в Германии актрисой кино и театра. Ольга Чехова является племянницей народной артистки СССР Книппер-Чеховой и сестрой известного советского композитора Льва Книппера. Ольга Чехова в краткой беседе со мной не проявила никакого желания поехать в СССР, мотивировав тем, что ее не приглашают, мол, на гастроли. «Пригласите меня в Москву, и я поеду. Искусство интернационально»,— заявила она.

15 марта принял югославского посланника Андрича. Никаких конкретных вопросов он не поставил передо мной. Я в свою очередь также не проявил ни малейшего интереса к Югославии в смысле ее позиции по отношению к СССР. Беседа носила поверхностный характер, Андрич справился о наших взаимоотношениях с Италией. Я рассказал, что Италия своими антисоветскими выступлениями во время советско-финляндского конфликта не содействовала их улучшению.

Андрич сообщил, что Германия буквально все скупает в Югославии, так же как и Италия, поддерживая с ней торговые отношения на основе клиринга. «Мы живем со всеми в мире и никто нас не трогает»,— заявил Андрич.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 4, л. 190—191.

 

 

79. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР Л. НАТКЕВИЧУСОМ

16 марта 1940 г.

Наткевичиус поставил следующие вопросы:

1- Об изъятии контрреволюционных групп, проводивших враждебную работу в отношении СССР и Литвы в г. Вильно.

Наткевичус заявляет, что в свое время этот вопрос перед ним был поставлен т. Потемкиным*. Сейчас он имеет специальное поручение своего правительства — рассеять недоразумения, возникшие вокруг этого вопроса. У посланника, как он говорит, было впечатление, что у Советского правительства было какое-то недовольство, и вот в связи с этим он хочет сообщить, что действительно вражеская работа против СССР и

___________________
* См. Полпреды сообщают... М., 1990. — С. 169.

149

 


Литвы со стороны отдельных поляков имела место. Поляки имели даже свои организации, но литовское правительство ликвидировало эти вражеские гнезда. Литовское правительство в этом вопросе другого мнения не имеет и вполне разделяет мнение правительства СССР.

Затем посланник спрашивает т. Молотова, не требуется ли еще что-либо сделать, и если да, то он просит посоветовать.

Тов. Молотов отвечает, что заявление посланника он принимает к сведению и посоветовать ничего не может, т. к. литовское правительство необходимые меры, кажется, принимает.

2. Наткевичус по поручению своего правительства заявляет т. Молотову, что литовское правительство довольно поведением советских войск. Литовское правительство не имеет никаких замечаний и довольно, что войска ведут себя корректно, за исключением кое-каких мелочей вроде, например, того, что в г. Вильно красноармейцы поют песни.

Тов. Молотов спрашивает посланника, не сглаживает ли он острых углов, может быть, есть какое недовольство, а литовское правительство не хочет сказать об этом?

Наткевичус отвечает, что нет. Он выражает удовлетворение литовского правительства поведением советских войск совершенно откровенно.

Далее посланник сообщает, что вопрос о въезде семей нач[альствующего] состава и обслуживающего персонала литовское правительство разрешило положительно.

Тов. Молотов замечает, что иначе и быть не может, т. к. и без семей, и без обслуживающего персонала войскам не обойтись.

3. Посланник сообщает, что в Вильно остались учащиеся бывших польских ВУЗов, место жительства которых — в районах, отошедших к СССР. Он просит, нельзя ли предоставить им возможность посещения родных путем перехода границы по временным удостоверениям.

Тов. Молотов отвечает, что создавать на границе неопределенность положения из-за 1—2 десятков людей нецелесообразно.

4. О возвращении паровозов, вагонов и оборудования ряда фабрик и заводов, вывезенных Красной Армией во время военных действий из Вильно.

Посланник просит положительно решить неоднократно поднимаемый им вопрос о возвращении паровозов, вагонов и другого имущества, перечисленного в вербальной ноте и эд-мемуаре, которые он вручил т. Молотову (приложения № 1 и 2)*.

Тов. Молотов отвечает, что он не находит правильным ставить вопросы о трофеях, и шутя добавляет, что если производить расчеты, то с литовцев потребуется больше за взятие Красной Армией Вильно, переданного Литве.

Наткевичус замечает: «Но ведь мы ваши союзники?..»

Тов. Молотов отвечает: «А у союзников и должны быть взаимные расчеты. А если принимать этот принцип, то с Литвы придется куда больше, чем то, что взято в качестве трофеев Красной Армией в г. Вильно>.

Посланник пространно излагает мотивы, которые побуждают литовское правительство обращаться к СССР с этим вопросом, и еще раз просит о положительном решении этой просьбы литовского правительства.

Тов. Молотов отвечает, что он не находит возможным удовлетворить эту просьбу литовского правительства, и высказывает пожелание покончить с этим вопросом.

___________________
* Не публикуется.

150

 


Посланник просит на оставленный им меморандум по этому вопросу дать письменный ответ.

5. О выкупе советских рублей, имеющихся в Литве.

Посланник заявляет, что в Литве имеется много советских рублей. Их надо или выкупить или обменять. 17 октября 1939 г. литовский банк поставил этот вопрос перед московским Госбанком, который тогда ответил, что он изучит этот вопрос. Однако до сего времени ответа нет. Посланник, передав копию письма литовского банка Госбанку СССР (приложение № 3)*, просит дать соответствующие указания Госбанку.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что он не считает этот вопрос актуальным.

6. Посланник, поблагодарив т. Молотова за передачу архивных материалов, о которых он просил ранее, напоминает об обещании передать Литве библиотеку Врублевых.

Тов. Молотов спрашивает: «А разве обещано передать библиотеку Врублевых»? Получив утвердительный ответ, говорит, что он поручит заняться этим вопросом.

7. Посланник вручил два списка — на 28 и 74 человека, задержанных якобы советскими войсками во время занятия Вильно и Виленской области и увезенных в СССР. Просит об освобождении этих лиц и о передаче их литовскому правительству. (См. списки-приложения № 4 и 5.)

8. Во время проведения работы по демаркации на демаркационной линии советскими властями задержаны ксендз Мишкинис и его брат. Литовское правительство ручается, что они не причастны к шпионажу, и просит их вернуть. Наткевичус оставил по этому вопросу вербальную ноту (приложение № 6)*.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит рассмотреть этот вопрос т. Деканозову.

9. О литовских репатриантах.

Наткевичус вручил список литовских репатриантов на 30 чел. и просит о выдворении их в Литву (приложение № 7)*. Наткевичус сообщает, что сейчас они являются советскими гражданами.

Тов. Молотов отвечает, что поскольку упомянутые в списке лица являются советскими гражданами, то они должны жить в СССР и подчиняться его закону. Однако он спросит прокуратуру, что тут можно сделать, но не обещает о положительном решении этого вопроса.

Посланник замечает, что его предшественник Балтрушайтис передал ему, что т. Молотов в свое время обещал пойти в этом вопросе навстречу.

Тов. Молотов отвечает, что нет, этого он не говорил, а говорил, что выяснит.

10. Посланник просит обсудить вопрос о возможности расширения поставок хлопка Литве.

Тов. Молотов рекомендует обратиться по этому вопросу в Нарком-внешторг т. Микояну.

И. О строительстве казарм для гарнизонов Красной Армии, расположенных в Литве.

Литовское правительство просит, чтобы подряды на строительство казарм передавались не частным подрядчикам, а правительству, которое Располагает соответствующими строительными организациями. Тов. Молотов отвечает, что он обсудит этот вопрос и если цена будет

___________________
* Не публикуется.

151

 


не высока, то он считает возможным передачу подряда по строительству казарм Литовскому правительству.

12. Об утверждении заключенных соглашений о почте, телеграфе, телефоне и о пользовании автотранспортом.

Наткевичус сообщает, что все эти соглашения заключены, но не вошли в силу, а потому он просит ускорить введение в действие этих соглашений.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит заняться этим вопросом.

13. О передаче Литве военнопленных литовцев, служивших в польской армии и находящихся сейчас в лагерях СССР.

Наткевичус заявляет, что он рассчитывает на положительное решение этого вопроса, т. к. Литовское правительство вернуло СССР около 300 интернированных поляков. Наткевичус вручил по этому вопросу вербальную ноту с приложением списка военнопленных на 71 человека (приложение № 8)*.

Тов. Молотов замечает, что мы не просили у Литвы вернуть нам интернированных, а наоборот, об этом просила нас Литва. Вопрос же о возврате Литве находящихся у нас военнопленных литовцев будет рассмотрен.

В заключение посланник спрашивает, доволен ли т. Молотов Литвой.

Тов. Молотов отвечает, что он ничего не имеет сказать, но ему хотелось бы услышать оценку пакта различными слоями общественности Литвы.

Наткевичус отвечает, что общественность Литвы по отношению к СССР настроена хорошо. Дело в том, что у литовцев имеется выбор — либо ориентироваться на Германию, либо на СССР. Выбор падает на СССР.

Тов. Молотов замечает, что вряд ли все слои общественности относятся одинаково. В Литве имеется много католиков, на которых распространяется влияние папы, а папа, как известно, к СССР относится неважно. Хотелось бы узнать оценку пакта различными слоями литовской общественности.

Наткевичус, не давая прямого ответа на поставленный т. Молотовым вопрос, говорит, что влияние папы действительно имеет место, но это не имеет серьезного значения. С ним сейчас идут переговоры о замене епископа.

На этом беседа закончилась.

Записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. I, д. 9, л. 55—61.

 

 

80. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ЦАРСТВЕ БОЛГАРИЯ А. И. ЛАВРЕНТЬЕВА В НКИД СССР

16 марта 1940 г.

Сегодня Попов пригласил меня в МИД.

1. Поздравив с заключением мирного договора с Финляндией, Попов сказал, что болгарский народ с большим удовлетворением встретил этот шаг Советского правительства. Теперь Попов видит две возмож-

___________________
* Не публикуется.

152

 


ности: во-первых, Англия и Франция, потерпевшие поражение на севере, поймут бессмысленность разжигания войны на юге и востоке, во-вторых, напротив, Англия и Франция могут усилить здесь свою активность. Попов не имеет никаких сведений о будущей позиции Англии и Франции. Но многое будет зависеть от политики Советского Союза на Балканах, которая Попову не совсем еще ясна. Я ответил, что Советское правительство в выступлении тов. Молотова в 1939 году на Сессии Верховного Совета* ясно высказало свою позицию по внешнеполитическим вопросам. Что касается стремления Англии и Франции на Балканах, то о них можно судить хотя бы по тому, что эти страны считали возможным протестовать перед болгарским правительством по поводу транзита советских товаров в Германию, в то время как Болгария и Советский Союз являются нейтральными странами. Попов замялся, но потом ответил, что собственно официального протеста не было со стороны Англии и Франции. Но в Париже и Лондоне говорили болгарским посланникам по поводу якобы строительства второй железнодорожной линии между Варной и Руссе, нефтехранилища в Варне и так далее. Но Болгария не будет действовать по указанию Англии.

2. Затем Попов заявил, что он попросил меня в МИД затем, чтобы сообщить, что Болгарское правительство дало согласие на назначение Кузько консулом в Варне. Но со своей стороны он просит принципиального согласия со стороны Советского правительства на организацию болгарского консульства в Одессе. У них нет еще человека, но он ставит этот вопрос в принципиальной форме. Я ответил, что о просьбе Болгарского правительства доведу до сведения Советского правительства. Согласие Болгарского правительства на организацию советского консульства в Варне было дано 5 февраля 1940 года[48]. Тогда Кьосеиванов не поднимал вопроса об организации болгарского консульства в СССР. Попов сказал, что этого он не знал.

Лаврентьев

АВП РФ, ф, 059, on. 1, п. 330, д. 2270, л. 186—187.

 

 

81. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

17 марта 1940 г.

В начале беседы Шуленбург поздравляет тов. Молотова с окончанием финской кампании, с успехами Красной Армии и с мудрым, как он выразился, решением финляндского вопроса.

Тов, Молотов, поблагодарив посла за поздравление, заявил, что ему кажется, что та оценка решения финляндского вопроса, которая дана послом, и само решение отвечают интересам как СССР, так и Германии, так как в результате заключения мирного договора** на Севере стало спокойно.

Затем Шуленбург говорит, что в связи с желанием тов. Молотова, выраженным им в прошлой беседе с Шуленбургом***, получить информа-

___________________
* См. Известия. — 1939.— 1 сент.
** См, док. 73.
*** См. док. 71.

153

 


цию о поездке Риббентропа в Берлин*, посол запросил Берлин и получил оттуда подробную информацию.

По поручению посла присутствующий на беседе советник посольства

Хильгер зачитывает следующее сообщение:

«Информация о поездке в Рим г-на фон Риббентропа

1. В беседе от 13-го сего марта г-н фон Риббентроп в общих чертах уже информировал г-на Шкварцева о своей поездке в Рим****.

2.   При тех тесных дружеских отношениях, которые существуют между Германией и Италией, встречи государственных деятелей обеих стран с целью обсуждения общего положения и вытекающих из него актуальных вопросов являются вещью вполне естественной и разумеющейся само собой.

3. Между национал-социалистической Германией и фашистской Италией существует полное единогласие в том, что западные плутократии стремятся уничтожить Германию и Италию. Между тем как Германия в настоящий момент ведет активную борьбу, Италия поддерживает Германию всеми доступными ей средствами. Такого рода кооперация полностью соответствует существующим между Германией и Италией соглашениям.

4. Особым предметом переговоров служило снабжение Италии углем, которое в будущем будет осуществляться сухим путем.

5.   Г-н фон Риббентроп изложил г-ну Муссолини характер отношений между Германией и СССР, подчеркнув, что эти отношения становятся все более тесными, развиваясь на окончательной и твердой основе существующих политических и экономических соглашений.

6.   Г-н фон Риббентроп выразил сожаление о том, что отношения между СССР и Италией за последнее время развивались не совсем благоприятно. Этот факт достоин тем большего сожаления,что Муссолини еще до заключения соглашения между Германией и СССР указывал на желательность улучшения германо-советских отношений. По мнению г-на фон Риббентропа, между СССР и Италией не существует противоречивых интересов, которые могли бы препятствовать установлению хороших взаимоотношений. Муссолини заявил, что он также желает улучшения советско-итальянских отношений и что соответственно своей принципиальной установке он дал указания, чтобы вопросы, касающиеся экономических взаимоотношений между СССР и Италией, были рассмотрены в возможно положительном смысле. Все, что было сказано г-ном Муссолини на тему о советско-итальянских отношениях, не оставляет сомнения в том, что Италия со своей стороны стремится к улучшению отношений с Советским Союзом.

7.   Г-н фон Риббентроп в разговорах с итальянскими государственными деятелями подчеркнул, что поведение Германии в финском вопросе было продиктовано исключительно характером германо-советских дружеских отношений.

8.   Посещение Папы представляет собой только акт вежливости, вызванный тем фактом, что курия за последнее время неоднократно проявляла желание к улучшению взаимных отношений. Разговор не вышел за рамки общих рассуждений об отношении между национал-социализмом и католической церковью. Г-н фон Риббентроп принципиально считает возможным улучшение взаимоотношений между Германским правительством и курией при условии, что католическая церковь откажется от всякой политической активности служителей католического

___________________
* Так в тексте оригинала; следует читать «Рим».— Прим. сост.
** См. док. 77.

154

 


культа в Германии. Принципиальное соглашение требует, однако, более продолжительного времени и должно быть поэтому пока отложено. По вопросу о германо-советских отношениях г-н фон Риббентроп в разговоре с папой со всей ясностью подчеркнул, что эти отношения покоятся на твердой основе и что Германия надеется их еще более углубить.

Москва, 16 марта 1940 г.»

Шуленбург обращает внимание тов. Молотова на тот факт, что поездка Риббентропа в Рим не содержит якобы ничего сенсационного, а является обычной встречей государственных деятелей дружественных стран.

Далее Шуленбург останавливается на той части информации о беседах Риббентропа с Муссолини, где сказано о советско-итальянских отношениях. Шуленбург заявляет, что ему хочется подчеркнуть, что Муссолини выразил готовность принять меры к улучшению советско-итальянских отношений. В информации не сказано о том, что Муссолини, кроме того, сказал Риббентропу, что не Италия начала ухудшать отношения с СССР, а СССР, поскольку последний первым отозвал своего посла. Сам Шуленбург не видит причин, препятствующих улучшению советско-итальянских отношений.

Шуленбург просит сообщить мнение тов. Молотова относительно информации о беседах Риббентропа с Муссолини, так как Риббентроп желает знать, как отнесется тов. Молотов к этой информации.

Тов. Молотов просит посла передать Риббентропу благодарность за информацию о его беседах в Риме. По мнению тов. Молотова, информация является ценной, так как речь идет об отношениях двух крупных держав. Что же касается вопроса об улучшении советско-итальянских отношений, то, как об этом уже было сказано раньше, он не вызывает интереса. Инициатором ухудшения советско-итальянских отношений был не СССР, а Италия, так как началось с того, что едва успел полпред СССР приехать в Рим, как там начался «кошачий концерт», не говоря уже об антисоветском тоне итальянской печати[2]. С тех пор не произошло никаких существенных изменений, и высказывания Муссолини ничем не подкреплены.

Далее тов. Молотов говорит, что он отмечает как положительное явление, что между Италией и Германией поддерживается дружественный контакт, так как это выгодно для Германии.

Шуленбург говорит, что он не имеет последних данных о поведении итальянской прессы, но он находит, что как итальянская, так и советская пресса в последнее время тон смягчила.

Тов. Молотов замечает, что частично, видимо, антисоветский тон итальянской прессы смягчился.

Шуленбург спрашивает, правильно ли будет, если он сделает такой вывод, что СССР занимает выжидательную позицию в отношении Италии.

Тов. Молотов отвечает, что нет, он этого не сказал. Он сказал, что вопрос этот не представляет сейчас интереса, так как для нас непонятно, для чего нужно было Италии всю эту кашу затевать. Посмотрим, что будет дальше, заключает тов. Молотов.

Шуленбург спрашивает, можно ли так сообщить в Берлин.

Тов. Молотов отвечает, что да, и добавляет, что посмотрим, что будет дальше, а пока сказать что-либо определенное не представляется возможным.

затем Шуленбург поставил перед тов. Молотовым следующие вопросы:

155

 


1. Об имущественных интересах Германии в бывших районах Финляндии, ныне отошедших к СССР.

Шуленбург заявляет, что в районах, отошедших к СССР, имеются предприятия, в которых заинтересована Германия, в частности большой интерес для германского правительства представляет целлюлозная фабрика, в которую германский концерн «Целлштоффабрик» в Валдгофе вложил большие капиталы. Шуленбург просит до решения общего вопроса о судьбе такого рода предприятий дать указания советским воинским частям о проявлении необходимого внимания к сохранности этой фабрики.

Тов. Молотов отвечает, что нашим военным дано строгое указание относиться к ценностям бережно.

2. Об освобождении и выдворении в Германию заключенных в СССР немецких граждан и граждан протектората.

Шуленбург заявляет, что до конца января 1940 года из 430 германских граждан, подлежащих освобождению и высылке в Германию, освобождено только 237 человек. Просит решить вопрос об остальных.

Шуленбург вручает по этому вопросу памятную записку (приложение № 1)*.

3. Об эвакуации арестованных граждан немецкой национальности с территории бывшей Польши.

Шуленбург заявляет, что на основании соглашения об эвакуации эвакуируются также и лица, находящиеся в местах заключения или преследовавшиеся бывшим польским правительством. В настоящее время таких немецких граждан насчитывается около 300 человек.

Шуленбург вручает поименной список на этих лиц и просит распоряжения об их освобождении и эвакуации (приложение № 2)*.

4. Шуленбург вручает четыре списка лиц, которые ранее проживали в районах бывшей Польши, отошедших к СССР, и судьбой которых интересуется ряд влиятельных лиц как в Германии, так и за границей.

Он просит дать соответствующие указания советским властям о выдворении этих лиц в Германию.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит всеми этими вопросами заняться.

В заключение беседы Шуленбург благодарит тов. Молотова за принятие его приглашения на обед, который должен состояться сегодня, 17-го, вечером.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. .2, п. 14, д. 155, л. 60—65.

 

 

82. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С ПАРЛАМЕНТСКИМ ЗАМЕСТИТЕЛЕМ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. О. БАТЛЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

18 марта 1940 г.

1. Я посетил Батлера для того, чтобы заявить протест по поводу задержания и обстрела в Тихом океане (вблизи Японии) советского

___________________
* Не публикуется.

156

 


судна «Владимир Маяковский» и потребовать его немедленного освобождения. Я сообщил Батлеру при этом подробности, касающиеся груза «Маяковского» (4655 тонн меди и 216 тонн молибдена, всего стоимостью 1 444 000 американских долларов). Я предупредил также Батлера, что Советское правительство резервирует за собой право потребовать компенсацию за причиненные убытки и потери. Батлер уже знал о захвате «Маяковского». Он даже сказал, что, получив мою просьбу о срочном свидании, он сразу догадался, в чем дело, и навел сегодня утром некоторые справки касательно инцидента. Он, Батлер, должен прежде всего сказать, что «Маяковский» не был «обстрелян». Произошло же на самом деле вот что: когда английские военные суда сигнализировали «Маяковскому» остановиться, он не сразу исполнил это приказание. Тогда английские военные суда в соответствии с обычными морскими правилами произвели так называемый «предупредительный выстрел» через нос корабля. Далее Батлер сообщил, что «Маяковский» направлен в Гонконг для контроля его груза, ибо у Министерства экономической войны существуют серьезные подозрения, что этот груз идет не в СССР, а в Германию, транзитом через СССР. Я категорически опроверг последнее заявление Батлера и подчеркнул, что груз «Маяковского» предназначен исключительно для наших собственных внутренних нужд, и еще раз настойчиво поставил вопрос об освобождении судна. Батлер ответил, что он регистрирует наш протест, наше требование об освобождении судна и нашу резервацию по вопросу о компенсации. Он учитывает также мое заявление о том, что груз предназначается исключительно для внутренних надобностей СССР. Батлер обещал еще раз снестись с соответственными органами (имелось в виду Министерство экономической войны) и через несколько дней сообщить о результатах. Он уклонился, однако, от каких-либо связывающих его обещаний. Тут же я поднял вопрос о «Селенге» и спросил, долго ли это наше судно будет стоять в Гонконге? Вот уже свыше двух месяцев, как оно задержано и, несмотря на мои неоднократные демарши, оно до сих пор не может двинуться в путь. Батлер еще раз извинился за задержку с «Селенгой» и заявил, что у Британского правительства, собственно, нет возражений против освобождения «Селенги», но, так как в этом деле завязано также Французское правительство (вольфрам, находящийся на «Селенге», шел транзитом через Индокитай), то англичанам приходится согласовывать свои действия по данному предмету с французами. Французы же все время противятся освобождению груза. Батлер, однако, надеется что англичанам в ближайшее время удастся сговориться с французами и «Селенга» будет освобождена[67].

2. Когда мы закончили разговор по вопросу о советских судах, Батлер (как это у него является привычкой) воспользовался случаем для того, чтобы обменяться мнениями со мной по некоторым другим предметам.

частности, он коснулся общего положения в Европе и упомянул между прочим о приезде Самнера Уэллеса [37]. Я спросил тогда Батлера,

то ему известно о настроениях Самнера Уэллеса, поскольку речь идет о перспективах европейского мира, ибо совершенно очевидно, что

Рузвельт послал своего представителя через океан главным образом для ориентировки в данной проблеме. Батлер ответил, что, насколько он знает, Гитлер в разговоре с Самнером Уэллесом развил примерно такую концепцию: Германия будто бы готова восстановить этнографическую Польшу в сравнительно скромных размерах, но с тем, чтобы она перестала представлять из себя какую-либо военную опасность для Германии. Далее, Германия готова создать из Богемии и Моравии из-

157

 


вестную государственную единицу с автономным управлением. Германия требует, однако, возврата своих бывших колоний, допуская, впрочем, различные компромиссы в этой области (т. е. колонии могут быть возвращены не все и не сразу, одни колонии могут быть обменены на другие и т. д.). Однако колонии являются для Гитлера лишь вопросом «престижа». Основное будущее Германии он видит в Европе, и с этой целью требует возможности без всякого вмешательства со стороны западных держав создать свою «экономическую империю» из государств Скандинавии, Центральной и Юго-Восточной Европы путем установления преференциальных тарифов. Короче, Гитлеру рисуется образование огромного экономического блока под гегемонией Германии примерно по тому образцу, как в Оттаве был создан британский экономический блок[68]. Гитлер указал далее, что в его программу входит развитие экономических отношений с СССР. Еще одно впечатление, вынесенное Самнером Уэллесом из разговора с Гитлером, а также вообще из пребывания в Германии,— это то, что все немцы без различия направлений полны страха перед опасностью «Вестфальского мира»[69] (т. е. мира с расчленением Германии), который им будет угрожать в случае военного поражения. Этот страх является сильно цементирующим элементом, заставляющим поддерживать Гитлера даже такие группы и слои населения, которые по другим соображениям относятся к нему отрицательно. Развив указанную выше программу, Гитлер заявил Самнеру Уэллесу, что если в ближайшее время на этой базе не удастся заключить мир с «союзниками», то Германия перейдет к ведению войны всерьез и в течение каких-нибудь 6 месяцев совершенно разгромит Англию и Францию: у Германии будто бы имеются новые военные изобретения, которые должны ей дать решительный перевес в войне.

3. Я поинтересовался характером впечатлений Самнера Уэллеса от Италии. Батлер ответил, что, по мнению американского уполномоченного, Муссолини хотел бы мира, и даже в нем сильно заинтересован, но, конечно, он запрашивает за свое участие в организации мира сравнительно высокую цену. Цена эта, насколько понимает Батлер, сводится примерно к следующему: передача Италии Джибути, предоставление Италии мест в совете Суэцкого Канала, урегулирование статуса итальянцев в Тунисе, интернационализация Гибралтара, финансовая помощь Сити. В порядке уточнения я спросил, имеет ли Батлер в виду только урегулирование статуса итальянцев в Тунисе или же переход самого Туниса к Италии? Батлер ответил, что Италия вряд ли претендует на Тунис, по крайней мере на весь Тунис, и что здесь, по всей вероятности, возможен компромисс между Францией и Италией по линии повышения статуса итальянцев в этой французской колонии. Далее Батлер высказал мнение, что если Муссолини будет иметь надежду на получение указанной цены, то он вместе с Рузвельтом и Папой Римским сможет, пожалуй, принять участие в мирной оффензиве в ближайшее время. Такой оффензивы Батлер отнюдь не исключает, если, конечно, на обратном пути через Италию Самнер Уэллес не узнает чего-либо противоречащего его нынешним впечатлениям.

4. Выслушав указанное сообщение Батлера, путем ряда наводящих вопросов я постарался выяснить, какова же была бы реакция «союзников» на ту базу мира, которую в разговоре с Самнером Уэллесом развили Гитлер и Муссолини. Суммировать настроения Гитлера можно было бы примерно так: хотя Британское правительство имеет вполне определенные, всем известные «военные цели», тем не менее оно заранее не отвергает возможности мира. Ко всякой наметке мирных условий оно го-

158

 


тово подходить «open minded», т. е. с «открытым умом», без заранее предвзятых мнений. Основное, что интересует Британское правительство,— это создание безопасности и прочного порядка в Европе. Именно под этим углом зрения оно готово рассматривать и базу, выдвинутую Гитлером и Муссолини. Из замечаний Батлера было очевидно, что из всех пунктов, о которых говорили эти последние, только один является для Британского правительства абсолютно неприемлемым — интернационализация Гибралтара. Все остальное дискутабельно, хотя, конечно, требует значительных видоизменений и модификации, которые могут быть достигнуты в процессе переговоров.

5. Само собой разумеется, что в разговоре о европейских делах мы не могли обойти ликвидации финской войны. Батлер заявил по этому поводу, что не хочет возвращаться к обсуждению вопроса о происхождении данной войны или об условиях советско-финского мира, а просто с удовлетворением констатирует, что сейчас из советско-английских отношений ушел конфликтный момент. В связи с этим он выражал надежду на возможность улучшения этих отношений. В данной связи Батлер между прочим опять вернулся к вопросу о захвате советских судов в Тихом океане и довольно прозрачно намекнул, что, пожалуй, наилучшим способом для ликвидации данного рода трудностей, а также для укрепления англо-советских отношений вообще было бы возвращение к торговым переговорам, которые имелись в виду в сентябре — октябре прошлого года*. Батлер интересовался также слухами о пресловутом «тройственном блоке» (Германия — Италия — СССР), который будто бы пытается создать Риббентроп и который будто бы должен в первую очередь регулировать положение на Балканах. Я опроверг все эти газетные спекуляции, напомнил Батлеру то, что говорил ему о характере советско-германских отношений 22 февраля**. Советский Союз ведет свою собственную, независимую внешнюю политику, и этого никто не должен забывать. Вместе с тем я обратил внимание Батлера на тот вред, который сенсационная газетная шумиха того типа, какая имеет место в связи со спекуляцией о «тройственном блоке», приносит развитию советско-английских отношений. Батлер согласился со мной и обещал со своей стороны поговорить с дипломатическими корреспондентами крупных газет (он назвал, в частности, «Таймс» и «Дейли Геральд») с тем, чтобы они проявляли больше спокойствия и объективности в изображении всего, что касается СССР. Не знаю, будет ли это иметь особый результат. В заключение Батлер заявил, что Галифакс охотно повидал бы меня, если бы у меня был какой-либо вопрос такой важности, по которому стоило бы обратиться к Министру иностранных дел.

И. Майский

АВП РФ, ф. 069, оп. 24, п. 68, д. 7, л. 54-59,

___________________
* См. Документы... Т. XXII.— Док. 627, 634, 636, 687, 68.1, 689, 709, 719, 724.
** См. док. 50.

159

 


 

 

83. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

18 марта 1940 г. Немедленно

1.Из всей имеющейся в моем распоряжении информации с несомненностью вытекает, что Самнер Уэллес[29] имеет своей задачей не просто застенографировать мнение различных государственных людей Европы, но также прощупать, есть ли в настоящее время какая-либо база для заключения мира между воюющими сторонами, проще, от доклада Уэллеса зависит, выступит ли Рузвельт в ближайшее время с мирной инициативой или нет, а также выставит ли он свою кандидатуру в президенты в третий раз или предпочтет уйти в частную жизнь. Держится Уэллес очень таинственно. В разговорах с министрами и политиками сам говорит очень мало, но ставит много вопросов. Всякое заслушанное мнение сохраняет в секрете и не делится им ни с кем, например, Уэллес содержанием своей беседы с английскими министрами не поделился даже со здешним американским послом. Поэтому «просачивание» собранного Уэллесом очень затруднено. Окончательный вывод Уэллес пока еще не формулировал — это он сделает, вероятно, на пароходе по пути от Италии до США или даже в Вашингтоне.

2. Тем не менее мне удалось из вполне достоверных источников узнать о поездке Уэллеса по Европе следующее: Муссолини произвел на него хорошее впечатление, и он считает его искренним другом мира, с которым Рузвельту следует «кооперировать». Гитлер, вопреки газетным сообщениям, в разговоре с Уэллесом не только не был агрессивен, но, наоборот, поразил последнего своим спокойным, разумным тоном и своей «умеренностью». Гитлер, между прочим, дал понять Уэллесу, что он готов пойти на восстановление небольшой по размерам Польши и на широкую автономию для Богемии и Моравии. Геринг американцу очень понравился, как «деловой и разумный» человек. Вообще из Берлина Уэллес вынес впечатление, что Германия склонна к миру, но что если в ближайшее время мир заключить не удастся, то Гитлер устроит большое наступление на Запад, соединенное с бешеной бомбардировкой Англии с воздуха. В Париже Уэллес констатировал крайнюю воинственность и одновременно известное беспокойство за ход и исход войны. Из французских министров ему больше всего понравились Рейно и Мандель.

3. В Лондоне Уэллес видел короля, Чемберлена, Галифакса, Стэнли, Саймона, Черчилля, Идена, Эттли, Гринвуда, Синклера и других. Первоначально в составленном Британским правительством списке лиц, с которыми Уэллесу надлежало встретиться, был пропущен (конечно, сознательно) Ллойд Джордж. Уэллес сам внес его в список. Тогда британское правительство отвело на беседу с Ллойд Джорджем всего лишь 30 минут и в соответствии с этим составило распорядок дня. Когда, однако, Уэллес приехал к Ллойд Джорджу, он просидел у него 2 часа, безжалостно сломав тщательно приготовленное Британским правительством расписание. Потом Уэллес говорил, что из всех бесед в Лондоне только разговор с Ллойд Джорджем произвел на него впечатление «струи свежего воздуха». Все остальные персонажи в более или менее трафаретной форме повторяли то, что они обычно говорят и печатают о войне и условиях заключения мира. Черчилль к тому же, прибавил он, не понимает, почему так беспокоится Америка: «союзники» сейчас мира заключать не собираются, а если бы они пришли к выводу, что заклю-

160

 


чение мира необходимо, то сумели бы устроиться без всяких посредников. Ллойд Джордж высказался в пользу мира и рекомендовал Рузвельту выступить с соответственной инициативой, используя для своей цели Муссолини и Папу Римского. Общее впечатление Уэллеса таково, что Лондон настроен тоже воинственно, но менее воинственно, чем Париж.

4. Хотя, как я уже говорил выше, Уэллес пока еще не делал окончательных выводов, однако, судя по некоторым замечаниям, у него, видимо, складывается представление, что при сложившемся соотношении сил войну не может выиграть ни та, ни другая сторона и что посредничество в настоящий момент довольно затруднительно. Таково, по крайней мере, было настроение Уэллеса перед отъездом из Лондона. Как повлияло на него и вообще повлияло ли то, что он слышал в Риме на своем обратном пути, сведений пока не имеется.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, я. 325, д. 2233, л. 252—255.

 

 

84. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО В НКИД СССР, ДЛЯ КЕМЕНОВА

19 марта 1940 г.

Имел в виду именно ту завышенную сумму, которую Вы упоминаете и на уплату которой Стоковский с большим трудом добился согласия реакционных хозяев оркестра. По-прежнему считаю, что в подобных случаях, особенно в нынешней обстановке, к делам культурно-политического значения нельзя подходить делячески и расхолаживать крупных деятелей искусства, желающих популяризовать наше искусство[70].

Уманский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2198, л. 131.

 

 

85. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ТУРЕЦКОЙ РЕСПУБЛИКЕ А. В. ТЕРЕНТЬЕВА В НКИД СССР

19 марта 1940 г.

Антисоветский тон турецкой печати в оценке советско-финского мирного договора* в последние дни заметно перемежается с различного рода гаданиями «о дальнейших планах СССР». Одна категория журналистов придерживается того взгляда, что Советский Союз, закончив войну с Финляндией, «не замедлит перейти к разрешению другой интересующей его стратегической проблемы, главным образом на Балканах и

Ближнем Востоке». Все статьи подобного типа заканчиваются предупреждением по нашему адресу и даются советы «не забывать, что Тур-

ция сильна своей дружбой с союзниками, которые немедленно придут ей на помощь в случае какого-либо нападения извне». Другая категория

___________________
* См. док. 73.

161

 


журналистов в своих передовицах проводит ту мысль, что «Советский Союз после финской войны нуждается в отдыхе и поэтому примет все меры к тому, чтобы как можно дольше остаться вне европейской войны». И в том и в другом случае газетчики не скупятся на явно выраженные выпады по отношению к СССР. Заслуживает внимания инспирированный тон нескольких вчерашних статей, помещенных истанбульскими газетами на тему «о возможности подписания турецко-советского пакта о ненападении». Поводом для этих статей послужил оптимизм рейтеровской телеграммы из Амстердама, в которой говорится о дипломатической активности Германии, и телеграмма Анатолийского агентства из Москвы о том, что «внешняя политика СССР вошла в новую фазу и что программа «сталинского мира» исходит из принципа безопасности СССР во всех направлениях — на юге, северо-востоке, на западе и северо-западе». Турки приписывают Германии намерение, во-первых, помешать Советскому Союзу «броситься в новую авантюру», во-вторых, замирить СССР с Италией и, наконец, обеспечить заключение пакта о ненападении между СССР, Румынией и Турцией. Газеты охотно ухватились за сообщение, появившееся в иностранной прессе о «возможности подписания советско-турецкого пакта о ненападении».

Расценивая теперешние советско-турецкие отношения как «нормальные», Ялчин пишет, что «только лишь от желания Советского Союза зависит привести эти отношения к уровню прежней взаимной искренности и доверия». Газеты повторяют тот тезис, что «если и произошли какие-либо изменения во взаимоотношениях между обеими странами, то они возникли не по вине Турции, а по вине Москвы». Тенденциозно излагая историю московских переговоров с Сараджоглу[42], Ялчин делает следующее заключение: «Если в истекший после этих переговоров срок государственные деятели Москвы имели возможность о всем подумать и если они желают вернуться к отношениям сердечной дружбы, то мы это желание встретим с радостью. Турция не откажется заключить с СССР пакт о ненападении в рамках старого проекта. Однако с момента первых переговоров прошло много времени и пакт о ненападении между СССР и Турцией может быть заключен только лишь для защиты турецко-русских интересов, так как мы не согласимся быть инструментом для защиты интересов Германии». Говоря о «возможности» начала каких-то переговоров относительно заключения двустороннего пакта, турки, очевидно, хотят прощупать точку зрения ивызвать нас на какой-то ответ о позиции СССР по отношению к Турции.

Терентьев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 314, д. 2160. л. 221—223.

 

 

86. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ЯПОНИИ К. А. СМЕТАНИНУ

19 марта 1940 г.

17 марта я вызвал Того и сказал ему следующее. Японское правительство заявило в Токио протест против перелета границы на Сахалине двумя советскими самолетами, а также против обстрела и ранения советскими пограничниками 15 марта двух японских полицейских, перешед-

162

 


ших границу (остались лыжи от них на нашей стороне). В связи с этим я вручил Того справку, по которой видно, что за январь — февраль — март было зарегистрировано три случая на Сахалине и 10 случаев на советско-маньчжоугосской границе перелетов японскими самолетами нашей границы. Ввиду этого я предложил: если японское правительство выразит сожаление по поводу этих инцидентов, то таким же образом поступит и Советское правительство. Но дело не только в этом. Если японское правительство стремится раздувать эти и подобные им инциденты и придерживается установки на ухудшение советско-японских отношений, то Советское правительство готово к этому. Если же японское правительство держится другой установки, не хочет раздувать этих инцидентов и стремится к улучшению советско-японских отношений, то и советское правительство будет реагировать соответствующим образом.

Того подтвердил, что ему известно о заявленных японскому правительству протестах, но сказал, что ему ничего не известно о случаях, приведенных в моей справке о нарушениях границы со стороны японских самолетов. Поэтому он должен запросить Токио об этих случаях. Того заявил, что теперь, как и раньше, он подтверждает, что японское правительство стоит за улучшение советско-японских отношений, но будто бы со стороны СССР имеется задержка в ответах на соответствующие японские предложения (о пограничных комиссиях, отдельной рыболовной конвенции).

Я ответил, что нежелание Японии принять предложение СССР по пограничному вопросу в районе недавнего конфликта отрицательно отражается на разрешении всех других вопросов советско-японских отношений.

Кроме того, я предложил ускорить обмен оставшимися после осеннего перемирия военнопленными. Того согласился с этим.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 334, д. 2292, л. 99—100.

 

 

87. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

20 марта 1940 г.

В иностранной печати сообщается, что между Финляндией, Швецией и Норвегией будто бы ведутся переговоры о заключении так называемого «оборонительного союза» с задачами военной охраны границ Финляндии. При этом сообщается, что будто бы Советский Союз не возражает против такого «оборонительного союза» между Финляндией, Швецией и Норвегией.

ТАСС уполномочен заявить, что эти сообщения насчет позиции Советского Союза не отвечают действительности, ибо, как это видно из известной антисоветской речи председателя норвежского стортинга г-на Хамбро от 14 марта, подобный союз был бы направлен против СССР и находился бы в прямом противоречии с Мирным Договором, заключенным СССР и Финляндией 12 марта с. г.*

Известия. - 1940. - 20 марта.

___________________
* См. док. 73.

163

 


 

 

88. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С УПОЛНОМОЧЕННЫМИ ПРАВИТЕЛЬСТВА ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКИ Ю. ПААСИКИВИ И Т. ВОЙОНМАА

20 марта 1940 г.

После обмена ратификационными грамотами, составления о том протокола и после обмена шведским текстом мирного договора*, протокола к нему и составления протокола подписания шведского текста договора Паасикиви поставил следующие вопросы:

1) О Смешанной комиссии по подробному описанию границы. Паасикиви спрашивает, как она должна быть сконструирована, порядок ее работы, сроки и должна ли комиссия иметь какую-либо инструкцию.

Тов. Молотов отвечает, что советская часть этой комиссии уже назначена в составе четырех человек: комбрига Василевского, комбрига Иванова, полковника Иловлева и работника Наркоминдела Маевского. В отношении порядка работ комиссии тов. Молотов заявляет, что вначале эта комиссия должна провести подробное описание границы по карте с последующим составлением дополнительного протокола, а затем провести демаркацию на местности.

Паасикиви предлагает установить срок проведения демаркации на местности на юге к — 1 июля и на севере — к 1 ноября.

Тов. Молотов на это отвечает, что он считает целесообразным провести эту работу быстрее, однако конкретные сроки он назвать не может и проконсультируется об этом с советской делегацией в Смешанной комиссии. Что касается инструкции, то тов. Молотов сообщает Паасикиви, что по опыту работы Смешанной советско-германской комиссии советской делегации соответствующая инструкция давалась.

Паасикиви просит, нельзя ли ознакомиться с этой инструкцией.

На это тов. Молотов отвечает, что он выяснит и, если будет возможность, ознакомит с ней Паасикиви.

2) Паасикиви спрашивает, прибудут ли 22 марта и к какому часу советские войска на полуостров Ханко. Финляндское правительство готово принять советские войска в 12 час. финского времени 22 марта.

Тов. Молотов отвечает, что согласно договору полуостров переходит в управление СССР 22 марта. На полуостров должна вылететь наша военная комиссия для его осмотра и проведения подготовительных работ, о чем мы просили еще 16 марта финляндское правительство, однако ответа до сего времени нет.

Тов. Молотов спрашивает Паасикиви, сможет ли завтра, 21 марта, наша комиссия вылететь на полуостров Ханко.

После долгих объяснений Паасикиви, что финские летчики там изучают возможность посадки самолетов, глубину снега и т. д., он соглашается дать ответ завтра, 21 марта, утром о возможности полета советской военной комиссии на полуостров Ханко.

3) Об установлении дипломатических отношений между СССР и Финляндией. Паасикиви спрашивает, будут ли эти отношения установлены.

Тов. Молотов отвечает, что да, взаимно.

4) О выделении двух уполномоченных из числа гражданских лиц на время отвода войск согласно протоколу к мирному договору для разрешения вопросов, касающихся эвакуации гражданского населения.

___________________
* См. док. 73.

164

 


Тов. Молотов отвечает, что выделенным нами уполномоченным предоставлено право решать все вопросы, вытекающие из протокола.

5) О двухкилометровой зоне между советскими и финскими войсками.

Паасикиви заявляет, что в целях предупреждения всякого рода конфликтов желательно установить временно до проведения демаркации двухкилометровую зону между советскими и финскими войсками.

Тов. Молотов отвечает, что в практике проведения нами подобных мероприятий с Германией и Литвой такого вопроса не поднималось и установление такой зоны ничем не вызывалось, поэтому он находит, что и в данном случае нет смысла устанавливать такую зону. Кроме того, продолжает тов. Молотов, непонятно, от какой линии отходить при установлении этой двухкилометровой зоны. Затем тов. Молотов добавляет, что этим вопросом должна заняться Смешанная комиссия.

Паасикиви с мнением тов. Молотова соглашается.

6) Паасикиви просит дать указание военным не занимать станцию Энзо, так как по карте она должна принадлежать Финляндии, об этом они просили советское правительство через Ассарссона, но ответа не получили.

Тов. Молотов отвечает, что он считает целесообразным сноситься по всем вопросам непосредственно с представителями финляндского правительства, поскольку они находятся в Москве. Что же касается станции, то ему кажется, что этот вопрос должна рассмотреть Смешанная комиссия.

Паасикиви соглашается с мнением тов. Молотова, однако продолжает настаивать, что данная станция принадлежит Финляндии, и просит дать указание частям РККА ее не занимать.

Тов. Молотов замечает, что он без карты не может обсуждать этот вопрос. Необходимо ускорить организацию Смешанной комиссии, которая лучше разбирается в этом вопросе.

7) О предоставлении права выезда в Финляндию со своим имуществом лицам, остающимся на силовой станции в Роухияна, для ее передачи советской стороне.

Паасикиви просит оговорить право выезда со своим имуществом в Финляндию остающихся лиц на этой станции после ее сдачи советской стороне.

Тов. Молотов отвечает, что оставшихся на станции инженеров и рабочих не обидят, услуги их будут вознаграждены и необходимое имущество им будет разрешено вывезти.

8) Об обмене сведениями о минированных зонах.

Тов. Молотов и Паасикиви условились, что обмен соответствующими сведениями с передачей необходимых материалов и карт будет произведен 21 марта. Обмен произведут представитель финляндской делегации и представитель Наркомвоенморфлота.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06. оп. 2, п. 1, д. 10, л. 10.

165

 


 

 

89. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР ВО ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ Я. 3. СУРИЦУ

20 марта 1940 г. Вне очереди

19 марта я принял французского поверенного Пайяра, который сделал следующее заявление от имени правительства:

15 марта полпред Суриц передал на телеграф клерную телеграмму на французском языке на имя Сталина по поводу мира с Финляндией. Эта телеграмма была задержана цензурой, так как в ней были такие выражения, как «планы англо-французских поджигателей войны» потерпели неудачу, СССР остается неприступной крепостью, о которую в будущем разобьются «темные замыслы врагов социализма». Французское правительство считает, как заявил Пайяр, употребление полпредом в клерной телеграмме таких выражений вмешательством во французскую политическую жизнь, что Суриц «лишил необходимого элемента корректности свои отношения с Французским правительством», что «Суриц более не будет считаться «персона грата» Французским правительством» и что Французское правительство просит Советское правительство «положить конец миссии Сурица при Французском правительстве». Пайяр добавил, что, по его мнению, дело в данном случае не идет об отношениях между СССР и Францией, а только о персоне полпреда.

Я пообещал дать ответ после обсуждения в Советском правительстве представления Французского правительства. Смысл этого представления Французского правительства в общем понятен, но, прежде чем дать ответ, я прошу Вас дать свою оценку этому демаршу и сообщить Ваши выводы и предложения.

Отмечаю, что Вы поступили неправильно, не сообщив в НКИД о задержке цензурой Вашей телеграммы, не говоря уже о том, что Вам не следовало подписывать такой клерной телеграммы.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 328, д. 2255, л. 43.

 

 

90. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН К. А. МИХАЙЛОВА С ПОСЛАННИКОМ ГЕРМАНИИ В АФГАНИСТАНЕ X. ПИЛЬГЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

21 марта 1940 г.

Мы устроили обед немцам. На обед пришли посланник Пильгер, военный работник майор Шенк (служит у афганцев, преподает историю военного искусства и тактику афганским офицерам), профессор Фишер, медицинский инспектор г. Кабула.

Вечер прошел в оживленной беседе. Мы показали немцам фильм «Трактористы».

Немец сообщил мне следующее. По его сведениям:

1) афганское правительство весьма обеспокоено возможностью воен-

166

 


ного нападения СССР на Индию через Афганистан. Причем именно боится военного похода СССР на Индию больше, чем непосредственной угрозы со стороны СССР Афганистану. Это беспокойство резко усилилось в связи с заключением советско-финляндского договора о мире*. Теперь, когда СССР получил новую огромную победу, он-де может начать свою борьбу с Англией в Азии, и прежде всего в Индии. Никаких, однако, более или менее решительных мероприятий Афганистан не предпринимает;

2)   Афганистан, по мнению немца, не идет на создание какого-либо военного объединения против СССР. Внутреннее состояние Афганистана слишком непрочно, чтобы он мог решиться на военную авантюру без основательных причин;

3)   никакого договора между афганским правительством и англичанами еще не заключено. Торговые переговоры не закончены;

4)   англичане сконцентрировали на северных и северо-западных границах Индии пятьсот тысяч индийских и английских войск. Они могут с трудом снарядить, снабдив всем необходимым, еще пятьсот тысяч, итого 1 миллион солдат. Вряд ли, однако, англичане по своей инициативе пойдут воевать против Афганистана, поскольку у них много своих забот, особенно внутри самой Индии.

Я спросил немца, кто распространяет здесь слухи о нашей якобы политике нападения на Афганистан. Немец заявил, что, по-видимому, больше всего англичане стараются на этот счет.

Мне кажется, что сообщение немца преследовало цель не столько проинформировать нас, сколько подчеркнуть нам, что афганцы не ведут никакой более или менее серьезной военной подготовки и что англичане не имеют серьезного влияния в Афганистане. Немец прав, что внутреннее положение Афганистана далеко не прочно, чтобы афганское правительство могло пойти на антисоветскую военную авантюру (нам стало известно, в частности, что сведения о призыве в афганскую армию белоэмигрантов не подтвердились). Договор СССР с Финляндией, несомненно, вызывает определенное беспокойство реакционных слоев афганцев, господствующих в афганском правительстве. Вместе с тем договор этот, еще более укрепляющий наши позиции, заставит наиболее трезвых политиков Афганистана сто раз примерить, прежде чем один раз отрезать — долго подумать, прежде чем решиться пойти на авантюру против нас. К сожалению, мы пока не знаем, как идут афгано-английские переговоры. Не исключено, что Англия пойдет на большие уступки афганцам, чтобы еще крепче связать их с собой. Концентрация англичанами 500-тысячной армии на границах с Афганистаном преследует, безусловно, цели морального и военного давления на афганцев. В индийской печати появились сведения о каких-то проектах создания буферного государства в полосе «независимых» афганских племен (Северо-Западная провинция). Вряд ли англичане пойдут на то, чтобы воссоединить племена афганские, живущие в Индии, с племенами, находящимися на территории собственно Афганистана, однако подразнить афганцев перспективой подобного рода воссоединения и сыграть на этом они могут.

Михайлов

АВП РФ, ф. 071, on. 22, п. 192, д. 6, л. 59-61.

___________________
* См. док. 73.

167

 


 

 

91. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ ДЕЛЕГАЦИЕЙ ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

21 марта 1940 г.

Рассматривается вопрос о составе пограничной комиссии, месте ее работы и пребывания.

Паасикиви сообщает, что в состав финляндской комиссии входят: профессор Милмари Бонсдорф — председатель, бывший министр Антти Хаксель, генерал Аппельгрен, подполковник Торсен Аминов.

Паасикиви не мог точно сообщить, где желала бы работать финляндская комиссия, так что место работы пограничной комиссии точно установлено не было.

На запрос Паасикиви об инструкции для работы пограничной комиссии тов. Молотов ответил, что проект инструкции будет передан финляндской делегации 23 марта.

В связи с рассмотрением вопроса о Ханко тов. Молотов ставит вопрос о сохранности водокачки и электростанции и просит принять меры к тому, чтобы при передаче этих объектов в руки советских властей они были в порядке. Ввиду того что финляндская делегация не была знакома с этим вопросом, тов. Молотов просит передать его просьбу в Хельсинки.

Паасикиви обещает сообщить просьбу тов. Молотова и вручает вместе с картой проект условий аренды, определения территории и общего положения острова Ханко.

Паасикиви поднимает вопрос об имуществе граждан местечка Роухияла.

Тов. Молотов заверяет, что в отношении сохранения личного имущества финские граждане не будут обижены, но, конечно, возникает вопрос о том, что они хотят с собой взять.

При установлении сроков работы смешанной пограничной комиссии обе делегации соглашаются, что становление южной границы должно быть осуществлено к 15 июня, а северной границы — к 15 июля. При возникновении каких-либо трудностей установленные сроки могут быть продлены.

Паасикиви передает проект оптации финляндских граждан, условии их существования на переходящей к СССР территории, условий пользования каналом и работы смешанной комиссии.

Вопросы о территориальных водах и торговом договоре обе комиссии условливаются обсудить отдельно, при участии специалистов.

При рассмотрении пункта договора об обмене военнопленными Паасикиви сообщает, что указания правительства по этому вопросу еще не получены.

Тов. Молотов напоминает о заявлении относительно Антикайнена и Тайми, сделанном им делегации во время предыдущих переговоров.

Паасикиви сообщает, что в Хельсинки этот вопрос не дискутировался, но, как уже г-н Рюти упоминал, в разрешении этого вопроса не предвидится особых трудностей.

Тов. Молотов просит сообщить конкретный ответ*.

___________________
* Антикайнен Тойво и Тайми Адольф — находившиеся в заключении деятели финской компартии; освобождены и депортированы в СССР по ходатайству последнего (см. Тайми А. Страницы пережитого.— Петрозаводск, 1951.— С. 217).

168

 


Рассмотрение проекта передачи Ханко, проекта оптации граждан, вопросов о территориальных водах, торговом договоре и финляндских подданных, желающих попасть обратно в Финляндию, с согласия обеих комиссий переносится на следующее заседание, дабы дать возможность советской делегации ознакомиться со всеми поставленными вопросами.

Далее тов. Молотов ставит вопрос относительно оборонительного союза, который сейчас, согласно сведениям прессы, собираются заключить Финляндия, Швеция и Норвегия. Тов. Молотов информирует финляндскую делегацию о советской точке зрения по этому вопросу, которая состоит в том, что Советское правительство считает заключение подобного договора нарушением мирного договора между СССР и Финляндией. Советское правительство, несмотря на то что союз называется «оборонительным», все же фактически за этим словом видит не оборонительный союз, а союз для реванша. Заключение такого союза противоречит не только статье 3 мирного договора между СССР и Финляндией, но вообще всему договору* и мы не можем отнестись положительно к такому союзу. Как показали факты, с момента возникновения идеи создания оборонительного союза основной целью, которую преследовал этот союз, было обеспечение безопасности восточных границ Финляндии. Сами участники организации этого союза — Хамбро и Сандлер — раскрыли сущность последнего, которая сводится к военному реваншу в будущем. При заключении такого союза нельзя рассматривать Швецию как единое целое. Там имеются различные течения, которые возглавляются такими деятелями, как Сандлер, который был в числе лидеров, стоящих за войну с СССР. Не исключена возможность, что имеющиеся в Швеции авантюристы не придут к власти и не создадут агрессивного правительства. Слово «оборонительный» не соответствует фактически своему значению, а лишь за своей завуалированной формой скрывает настоящую цель создаваемого союза. Тов. Молотов также сообщает, что эта точка зрения Советского правительства доведена до сведения шведского правительства.

Паасикиви говорит, что финляндское правительство не несет ответственности за слова Хамбро и Финляндия далека от мысли о реванше.

Политика Финляндии остается такой же нейтральной политикой, как политика Швеции, и никакого реванша Финляндия не имеет в виду. Единственное желание Финляндии — это обеспечить свои границы в будущем согласно статус-кво. Союз, который желает заключить Финляндия, является союзом только оборонительного значения, и Паасикиви думает, что Советский Союз не будет иметь ничего против обеспечения Финляндией безопасности своих границ в будущем.

Тов. Молотов отвечает, что гарантии безопасности обеспечиваются заключением мирного договора, при подписании которого были разрешены все спорные вопросы. И вот теперь, когда спорных вопросов уже нет, вдруг возникает союз для реванша. Советское правительство считает, что участие Финляндии в оборонительном союзе нарушает заключенный между Финляндией и СССР мирный договор.

Паасикиви обещает довести сообщение тов. Молотова до сведения своего правительства.

На этом совещание делегаций заканчивается.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, оп. 2, п. 1, д. 10, л. 11—14.

___________________
* См. док. 73.

169

 


 

 

92. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ КОРОЛЕВСТВА АФГАНИСТАН В СССР С. А. ХАНОМ

23 марта 1940 г.

Поздравив тов. Молотова с его 50-летним юбилеем и пожелав здоровья и успехов в работе, посол поставил следующие вопросы.

1. О Гулям Сайдыке.

Согласно телеграмме, полученной от афганского правительства, быв[ший] министр иностранных дел Гулям Сайдык организует через Советский Союз и Германию интриги против Афганистана. Ввиду того, что афганское правительство, как сообщил посол, получило эти сведения из достоверных источников, посол просил тов. Молотова проинформировать его по этому вопросу.

Тов. Молотов ответил, что высказанное послом сообщение является явной выдумкой. Советское правительство не интересуется Гулям Сайдыком и не имеет с ним никаких отношений. В свою очередь тов. Молотов посоветовал послу не слушать этих информаций, а лучше посмотреть, кто снабжает афганское правительство такими сведениями.

2. О разрешении вопроса о границе.

Посол сообщил, что при разрешении вопроса о границе Советское правительство выдвинуло новые предложения, которые являются более трудными и более тяжелыми для Афганистана.

Далее посол отметил, что в отношении Аму-Дарьи афганское правительство согласно с поставленными условиями и теперь только необходимо ускорить разрешение этого вопроса.

Тов. Молотов ответил, что разрешение пограничного вопроса тянется без конца. Требования, поставленные Советским правительством, не являются более тяжелыми. Афганское правительство выдвинуло некоторые предложения, в соответствии с которыми Советское правительство также выдвинуло свои предложения. Разрешение этого вопроса целиком зависит от афганского правительства, так как оно затягивает переговоры и до сих пор никак не может дать ответа на наши предложения.

Посол ответил, что он приложит все усилия к скорейшему урегулированию вопроса и передаст своему правительству указания тов. Молотова относительно полученной им информации.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 10, л. 35—36.

 

 

93. ОТ ТАСС

24 марта 1940 г.

ТАСС уполномочен заявить, что распространяемые различными иностранными агентствами слухи о предполагаемом приезде Председателя Совнаркома СССР тов. Молотова в Берлин или в один из городов Германии или Западной Украины лишены, всякого основания[71].

Известия.1940.24 марта.

170

 


 

 

94. ДОГОВОР О ТОРГОВЛЕ И МОРЕПЛАВАНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ИРАНОМ

25 марта 1940 г.

Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Его Императорское Величество Шахиншах Ирана, с другой стороны, одинаково одушевленные желанием содействовать развитию торговых отношений между обеими Странами, решили заключить Договор о Торговле и Мореплавании и назначили для этой цели своими уполномоченными:

Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик — Филимонова Матвея Евдокимовича, Чрезвычайного и Полномочного Посла Союза Советских Социалистических Республик в Иране, и Алексеева Петра Ивановича, Торгового Представителя Союза Советских Социалистических Республик в Иране;

Его Императорское Величество Шахиншах Ирана — г. Мозаффара Ааляма, Министра Иностранных Дел Ирана, и г. Садег Васиги, Управляющего Министерством Торговли Ирана,

которые после предъявления своих полномочий, найденных в должной форме и надлежащем порядке, согласились о нижеследующих постановлениях:

Статья 1

Произведения почвы и промышленности, происходящие из таможенной территории одной из Договаривающихся Сторон, при ввозе на таможенную территорию другой Договаривающейся Стороны могут подлежать обложению лишь по минимальным ставкам таможенного тарифа и прочих сборов, которые предусмотрены или будут предусмотрены в таможенном тарифе и в законах страны их ввоза. Но во всяком случае ставки таможенных пошлин и сборов не будут иными или менее благоприятными, чем те, которые применяются или будут применяться к таким же произведениям, происходящим из любой третьей страны.

Равным образом произведения почвы и промышленности, происходящие и вывозимые из таможенной территории одной из Договаривающихся Сторон с назначением на таможенную территорию другой Стороны, не будут подлежать при вывозе их иному или менее благоприятному режиму в таможенном отношении, чем тот, который применяется или будет применяться к таким же произведениям, вывозимым в какое бы то ни было третье государство.

Статья 2

Каждая из Договаривающихся Сторон обязуется также предоставить другой Договаривающейся Стороне безусловный режим наибольшего благоприятствования в отношении:

а) условий взимания таможенных пошлин, надбавок и сборов, упомянутых в статье 1-й;

б) помещения предусмотренных в статье 1-й товаров в склады; пользования для них таможенными складами и другими складами общего пользования; нормирования их прибытия и пребывания в портах и упо-

мянутых складах, а также выбытия из последних;

в) таможенной классификации и толкования применяемых тарифов;

171

 


правил, формальностей, повинностей или платежей, которым могут быть подвергнуты операции по очистке от пошлин;

г) обложения на таможенной территории одной из Договаривающихся Сторон товаров другой Стороны внутренними сборами, падающими на производство, обработку, обращение, потребление или перевозки соответствующих товаров, от чьего бы имени и в чью бы пользу такие сборы не взимались.

В отношении того, что предусмотрено в пункте «г» настоящей статьи, каждая из Договаривающихся Сторон обязана во всяком случае без ущерба для применения наибольшего благоприятствования обеспечить другой Стороне пользование национальным режимом, установленным ею на собственной территории для своих товаров.

Статья 3

Каждая из Договаривающихся Сторон обязуется не применять в отношении ввоза из таможенной территории другой Стороны или вывоза на таможенную территорию этой последней каких-либо ограничений или воспрещений, поскольку они не будут применяться по отношению ко всем другим странам, за исключением распространяющихся без различия на все страны, находящиеся в одинаковых условиях, ограничений или воспрещений, в связи с общественным порядком, государственной безопасностью, здравоохранением и борьбой с болезнями растений и животных.

Статья 4

Режим наибольшего благоприятствования, установленный настоящим Договором в статьях 1 и 2, а также в последующих статьях 8, 10 (пункт 7), 11 и 12 (пункт 5), не распространяется:

1) на права и преимущества, вытекающие из таможенного союза;

2)   на права и преимущества, которые предоставлены или могут быть предоставлены Союзом Советских Социалистических Республик Латвии, Литве, Финляндии и Эстонии;

3)   на льготы, которые каждая из Договаривающихся Сторон предоставила или предоставит в будущем для товарооборота в пограничной полосе, не превышающей 15 километров по ту и по другую стороны пограничной линии.

Статья 5

Союз Советских Социалистических Республик имеет в составе своего Посольства в Иране Торговое Представительство. Это Торговое Представительство имеет своей задачей:

а) содействие развитию экономических отношений между -Союзом Советских Социалистических Республик и Ираном;

б) представительство интересов Союза Советских Социалистических Республик в области внешней торговли;

в) регулирование от имени Союза Советских Социалистических Республик торговых оборотов между Союзом Советских Социалистических Республик и Ираном;

г) ведение торговли между Союзом Советских Социалистических Республик и Ираном.

Торговый Представитель Союза Советских Социалистических Респуб-

172

 


лик в Иране и оба его заместителя входят в состав дипломатического персонала Посольства Союза Советских Социалистических Республик в Иране и пользуются всеми правами и привилегиями, присвоенными членам дипломатических миссий.

Помещение Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Тегеране пользуется экстерриториальностью.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране имеет право пользоваться шифром.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик будет публиковать в «Официальном Вестнике». Ирана фамилии лиц, уполномоченных от его имени к правовым действиям, с указанием предоставленных каждому из этих лиц прав в отношении подписания торговых обязательств Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Иране. О прекращении указанных полномочий Торговое Представительство будет публиковать в «Официальном Вестнике» Ирана и, по своему усмотрению, в одной из газет по месту работы лица, имевшего полномочия. Полномочия будут считаться прекратившимися по отношению к третьим лицам со дня той публикации, которая появилась первой.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране будет иметь, как и ранее, свои Отделения в Пехлеви, Тавризе и Мешеде и будет пользоваться правом открывать, по согласованию с Министерством Торговли Ирана, свои Отделения в других пунктах Ирана по мере надобности.

Статья 6

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране действует от имени Правительства Союза Советских Социалистических Республик. Правительство Союза Советских Социалистических Республик несет ответственность по всем торговым сделкам, заключенным или гарантированным в Иране от имени Торгового Представительства уполномоченными на то лицами.

Для признания торговых сделок заключенными или гарантированными Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране необходимо наличие на сделках, или, соответственно, на гарантии надлежащих подписей лиц, уполномоченных на то Правительством Союза Советских Социалистических Республик или Народным Комиссариатом Внешней Торговли, с опубликованием Торговым Представительством в «Официальном Вестнике» Ирана фамилий этих лиц с указанием предоставленных им прав, как это предусмотрено в ст. 5 настоящего Договора.

Все торговые сделки, заключенные или гарантированные Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране на территории Ирана, подлежат, при отсутствии в сделке оговорки об арбитражном разбирательстве, компетенции иранских судов и иранскому законодательству.

Ввиду установленной в настоящей статье ответственности Правительства Союза Советских Социалистических Республик по сделкам, заключенным или гарантированным в Иране Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране, по претензиям к указанному Торговому Представительству не применяются правила, касающиеся обеспечения и предварительного исполнения реше-

173

 


ний и определений как в производстве судебном, так и в административном.

Принудительному исполнению в отношении Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Иране подлежат лишь вошедшие в законную силу окончательные судебные решения по спорам, возникшим из торговых сделок, подписанных или гарантированных Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в соответствии с тем, что предусмотрено во втором абзаце настоящей статьи.

Указанные решения будут обращаемы исполнением лишь на имущества и права Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Иране, относящиеся к сделкам, упомянутым в настоящей статье, и на другое имущество Торгового Представительства, находящееся в Иране.

Однако принудительное исполнение судебных решений, предусмотренное в предыдущем абзаце настоящей статьи, не может касаться предметов, являющихся, согласно общепринятым нормам международного права, экстерриториальными, а также предметов, необходимых для служебной деятельности Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Иране.

Статья 7

Ответственность по торговым сделкам, заключенным без гарантии Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Иране какой бы то ни было государственной хозяйственной организацией Союза Советских Социалистических Республик, пользующейся, согласно законодательству Союза Советских Социалистических Республик, правами самостоятельного юридического лица, лежит на указанной организации. Ответственность по этим сделкам не падает ни на Правительство Союза Советских Социалистических Республик, ни на его Торговое Представительство в Иране, ни на какую-либо другую хозяйственную организацию Союза Советских Социалистических Республик.

Торговые сделки, заключенные в Иране этими хозяйственными организациями, подлежат, при отсутствии в сделке оговорки об арбитражном разбирательстве, компетенции иранских судов и иранскому законодательству.

Статья 8

Иранские коммерсанты и промышленники, физические лица или лица юридические, образованные согласно иранским законам, будут по отношению к ним лично и к их имуществу пользоваться режимом столь же благоприятным, как и граждане и юридические лица наиболее благоприятствуемого государства, при осуществлении непосредственно или через выбранных ими посредников своей хозяйственной деятельности на территории Союза Советских Социалистических Республик в тех условиях, в каких эта деятельность разрешается советским законодательством.

Государственные хозяйственные организации Союза Советских Социалистических Республик и другие советские юридические лица, обладающие согласно советскому законодательству гражданской правоспособностью, равно как и физические лица — граждане Союза Совет -

174

 


ских Социалистических Республик, будут по отношению к ним лично и к их имуществу пользоваться режимом столь же благоприятным, как юридические лица и граждане наиболее благоприятствуемого государства при осуществлении ими своей хозяйственной деятельности на территории Ирана в тех условиях, в каких эта деятельность разрешается иранским законодательством.

Граждане и юридические лица каждой из Договаривающихся Сторон будут пользоваться на одинаковых условиях с местными гражданскими и юридическими лицами правом свободно искать в судах всех инстанций для отстаивания и защиты своих прав; они ни в каком случае не будут поставлены в этом отношении в условия менее благоприятные, чем граждане и юридические лица наиболее благоприятствуемого государства.

Остается, однако, условленным, что ни одно из постановлений настоящего Договора не может дать торговым обществам и другим экономическим организациям одной из Договаривающихся Сторон права требовать особых привилегий, предоставляемых другой Стороной обществам, условия деятельности которых на ее территории регулируются или будут регулироваться специальными концессиями.

Статья 9

1. Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране и советские хозяйственные организации могут с соблюдением законов и правил о внешней торговле Ирана производить свободно, без трудностей и помех, закупки для вывоза в Союз Советских Социалистических Республик всех товаров иранского происхождения, за исключением тех из них, вывоз которых запрещен из Ирана постановлениями Правительства во все страны.

2. Союз Советских Социалистических Республик будет иметь право ввозить в Иран товары в пределах контингентов, которые будут устанавливаться на каждый год действия Договора о Торговле и Мореплавании. Список этих товаров с указанием размера контингентов будет составляться ежегодно Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране совместно с Министерством Торговли Ирана.

На первый год действия настоящего Договора список будет составлен в момент подписания Договора, а в последующие годы — к началу каждого иранского хозяйственного года.

При составлении вышеуказанных списков на последующие годы будет обеспечено сохранение по крайней мере той процентной доли Союза Советских Социалистических Республик в отношении каждого из товаров, упомянутых в общем контингенте, которая предусмотрена в списке на первый год.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране может включить в список товаров, разрешаемых Правительством Ирана к ввозу на данный хозяйственный год, также и товары, которые не были включены в этот список. Количества этих товаров будут установлены Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране совместно с Министерством Торговли Ирана, которое отнесется благожелательно к соответствующему предложению Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик в Иране.

Контингент ввоза какого-либо из товаров, включенных в список, может быть увеличен в течение года по согласованию между Торговым

175

 


Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране и Министерством Торговли Ирана.

Если в течение действия настоящего Договора Правительство Ирана увеличит путем расширения контингентов размер ввоза какого-либо иностранного товара в Иран, то Союзу Советских Социалистических Республик будет предоставлена доля в этом увеличении пропорционально доле участия Союза Советских Социалистических Республик во ввозе в Иран соответствующего товара до увеличения размеров контингентов.

В тех случаях, когда Иранское Правительство допустит к ввозу в пределах определенных контингентов товары, ввоз которых в настоящее время запрещен, то Союзу Советских Социалистических Республик будет предоставлено в течение срока действия настоящего Договора право на получение доли в этом ввозе, и эта доля будет установлена по согласованию между Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Иране и Министерством Торговли Ирана, которое благожелательно отнесется к соответствующему предложению Торгового Представительства Союза Советских Социалистических Республик.

3. Правительство Ирана будет оказывать Торговому Представительству Союза Советских Социалистических Республик в Иране необходимое содействие в заключении по нормальным ценам и на нормальных условиях коммерческих договоров с иранскими государственными организациями, государственными обществами и обществами, действующими по поручению Правительства Ирана, по закупке иранских товаров и продаже советских товаров, сделки по которым сосредоточены в руках указанных организаций и обществ; со своей стороны Правительство Союза Советских Социалистических Республик соглашается, чтобы ввоз советских товаров, проданных Правительству Ирана и упомянутым организациям и обществам Ирана по соответствующим договорам на риалы, составлял, по крайней мере, сумму не меньшую, чем стоимость товаров, закупленных у Правительства Ирана и указанных организаций и обществ на риалы и вывезенных из Ирана.

4. Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране и советские хозяйственные организации будут иметь право производить продажу советских товаров иранским купцам, товариществам купцов и частным торговым обществам, а также производить покупку иранских товаров у иранских купцов и указанных товариществ и обществ.

Правительство Союза Советских Социалистических Республик соглашается, чтобы соответствующий ввоз в Иран советских товаров, продаваемых купцам, товариществам купцов и частным торговым обществам на риалы, составлял, по крайней мере, сумму не меньшую, чем стоимость товаров, купленных у купцов и упомянутых товариществ и обществ на риалы и вывезенных в Союз Советских Социалистических Республик.

5. Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Иране, а также советские хозяйственные организации будут освобождены при получении импортных лицензий на ввоз товаров в Иран по ежегодным контингентам от представления свидетельств о вывозе иранских товаров.

Министерство Торговли Ирана будет беспрепятственно выдавать Торговому Представительству Союза Советских Социалистических Республик в Иране и советским хозяйственным организациям лицензии на ввоз товаров по ежегодным контингентам, предусмотренным

176

 


в пункте 2 настоящей статьи; указанный в том же пункте список будет рассматриваться как генеральная лицензия.

6. Правительство Ирана соглашается не применять в отношении советских организаций валютных ограничений, ныне действующих, а также ограничений, могущих быть установленными в течение действия настоящего Договора, если бы эти постановления препятствовали осуществлению Договора.

7. Правительство Ирана предоставляет Торговому Представительству Союза Советских Социалистических Республик в Иране, а также советским хозяйственным организациям право участвовать во всех торгах, объявляемых иранскими учреждениями на приобретение за границей материалов и оборудования с применением тех условий, которые устанавливаются для всех участников торгов.

8. Правительство Ирана соглашается предоставить Торговому Представительству Союза Советских Социалистических Республик и советским хозяйственным организациям в течение действия настоящего Договора право устанавливать в соответствии с существующими в Иране законами и постановлениями бензиновые колонки, а также строить нефтяные склады и прочие инсталляции, относящиеся к торговле нефтепродуктами и побочными продуктами производства нефти.

9. Условлено, что каждые полгода Паритетная Комиссия, состоящая из уполномоченных, назначаемых Торговым Представительством Союза Советских, Социалистических Республик в Иране и Министерством Торговли Ирана, просматривает итоги осуществления торговли за истекший полугодовой период действия Договора о Торговле и Мореплавании для приведения практики торговли между обеими Странами в соответствие с духом и смыслом настоящего Договора.

Статья 10

1. Учитывая торговые интересы Ирана, в согласии со статьей 20-й Договора между Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой и Персией от 26 февраля 1921 года и в целях уточнения его постановлений, Союз Советских Социалистических Республик предоставляет свободный транзит через свою территорию произведениям почвы и промышленности Ирана с назначением в любую третью страну.

Со своей стороны Иран предоставляет свободный транзит через свою территорию произведениям почвы и промышленности Союза Советских Социалистических Республик с назначением в любую третью страну.

2. Союз Советских Социалистических Республик предоставляет, кроме того, иранским торговым обществам и купцам право свободно вывозить в любом направлении произведения почвы и промышленности, ввезенные из Ирана на его территорию и там не проданные. При условии установления тождества произведений, которые они вывозят, с теми, которые они ввезли, таможенные пошлины, которые они уплатили при ввозе, будут при вывозе из таможенной территории Союза Советских Социалистических Республик возвращены иранским торговым обществам или купцам.

Эти же права предоставляются Правительством Ирана торгующим организациям и учреждениям Союза Советских Социалистических Республик.

3. Союз Советских Социалистических Республик предоставляет свободный транзит через свою территорию с назначением в Иран ука-

177

 


занным ниже произведениям почвы и промышленности, происходящим из стран, имеющих с Союзом Советских Социалистических Республик торговые договор, конвенцию или соглашение:

а) машины, орудия и материалы, необходимые для фабрик и заводов, равно как и для сельскохозяйственных предприятий; машины, орудия и материалы для сооружения и содержания домов и построек; машины, орудия, инструменты и материалы для оборудования и использования путей и средств транспорта всякого рода и для нужд общественно-полезных предприятий;

б) медикаменты всякого рода, хирургические инструменты и протезные аппараты;

в) бумага и печатные произведения;

г) шелковичная грена;

д) чай;

е) осветительные и отопительные приборы;

ж) велосипеды, мотоциклы, автомобили легковые и грузовые, их принадлежности и отдельные части.

4. В отношении не предназначенных для торговых целей заказов Правительства Ирана, сделанных в третьих странах, с которыми Союз Советских Социалистических Республик имеет торговые договор, конвенцию или соглашение, предоставляется право свободного транзита через территорию Союза Советских Социалистических Республик, без различия в предметах заказа, за исключением оружия и предметов военного снаряжения.

Что касается заказов Иранского Правительства, равным образом не предназначенных для торговых целей и без различия в предметах заказа, изготовленных в третьих странах, с которыми Союз Советских Социалистических Республик не имеет торговых договора, конвенции или соглашения, за исключением оружия и предметов военного снаряжения, то Союз Советских Социалистических Республик будет рассматривать просьбы о предоставлении транзита для предметов таких заказов с наибольшей благожелательностью и предоставлять возможные облегчения.

5. Остается условленным, что постановления настоящей статьи не наносят никакого ущерба транзиту почтовых посылок через Союз Советских Социалистических Республик в Иран, который регулируется специальной конвенцией от 2 августа 1929 года, остающейся в силе в соответствии с постановлениями той же конвенции.

6. Со своей стороны Иран предоставляет свободный транзит через свою территорию в Союз Советских Социалистических Республик произведениям почвы и промышленности, происходящим из стран, имеющих с Ираном торговые договор, конвенцию или соглашение, за исключением оружия и предметов военного снаряжения.

7. Условлено, что в вопросе условий осуществления предусмотренного выше транзита каждая из Договаривающихся Сторон предоставит другой Стороне режим наиболее благоприятствуемого государства.

Статья 11

Договаривающиеся Стороны соглашаются предоставлять друг другу режим наиболее благоприятствуемого государства в том, что касается перевозки пассажиров, багажа, товаров и других грузов по железным дорогам и вообще по сухопутным, водным и воздушным путям.

Каждая из Договаривающихся Сторон предоставляет другой Стороне как в отношении тарифов и транспортных сборов и всяких других сбо-

178

 


ров, связанных с транспортом, так и в том, что касается очередности и порядка отправки и ее быстроты по всем упомянутым выше путям, режим наиболее благоприятствуемого государства.

Статья 12

1. Торговые суда, плавающие под флагом одной из Договаривающихся Сторон в Каспийском море, будут трактоваться в портах другой Стороны при входе, во время пребывания в них и при выходе из них на основаниях, равных во всех отношениях с национальными судами.

2. Указанные суда не будут платить других портовых сборов, кроме законно установленных для национальных судов, на тех же условиях и с теми же исключениями.

При взимании упомянутых сборов не будут рассматриваться в качестве ввозимых или вывозимых товаров:

а) багаж пассажиров, не составляющий части груза; под багажом подразумеваются, помимо небольших ручных мест, также все вещи, перевозимые по багажной квитанции;

б) топливо, продовольствие для экипажа и пассажиров, предметы судового снаряжения и снабжения судна в количестве, необходимом для рейса, поскольку они не выгружаются в порту для оставления в нем;

в) грузы, выгруженные по случаю аварии или во время других случайных остановок в порту, если они снова грузятся на суда в целях их перевозки в порт назначения;

г) грузы, перевозимые судами с тоннажем менее трех с половиной тонн;

д) грузы, перегружаемые на другие суда для дальнейшей их перевозки морем.

3. Каботаж сохраняется за национальными судами Договаривающихся Сторон. Однако условлено, что каждая из Договаривающихся Сторон предоставляет судам под флагом другой Стороны право каботажа для перевозки пассажиров и грузов в Каспийское море.

4. Независимо от предшествующих постановлений, каждая из Договаривающихся Сторон сохраняет за судами своего флага ловлю рыбы в водах, омывающих ее берега, до пределов 10 морских миль, равно как и сохраняет право пользования льготами и преимуществами в отношении ввоза рыбы, составляющей улов экипажа судов, плавающих под ее флагом.

5. В морях других, чем Каспийское море, суда, плавающие под флагом одной из Договаривающихся Сторон, будут пользоваться в территориальных водах и портах другой Стороны в отношении условий судоходства, в том числе сборов всякого рода, теми же правами и преимуществами, какие предоставляются судам наиболее благоприятствуемого государства.

6. Буксиры, имеющие у себя на буксире другие суда, от уплаты портового (потонного) сбора освобождаются.

Статья 13

Договаривающиеся Стороны условливаются, что, в согласии с принципами, провозглашенными Договором от 26 февраля 1921 года между Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой и Персией, на всем протяжении Каспийского моря могут находиться

только суда, принадлежащие Союзу Советских Социалистических Рес-

179

 


публик или Ирану, а равным образом гражданам и торговым и транспортным организациям одной из Договаривающихся Сторон, плавающие соответственно под флагом Союза Советских Социалистических Республик или Ирана.

Статья 14

Мерительные свидетельства, выданные судам, плавающим в Каспийском море соответственно под флагом Союза Советских Социалистических Республик или Ирана, компетентными органами Договаривающихся Сторон, о которых каждая Сторона сообщит другой, будут взаимно признаваться в портах обеих Сторон. Суда, имеющие такие мерительные свидетельства, не будут подвергаться новому осмотру в портах другой Стороны. Равным образом в расположенных на Каспийском море портах обеих Договаривающихся Сторон будут взаимно признаваться свидетельства, выданные судам упомянутыми выше органами и относящиеся к вопросу о годности судна к плаванию и к определению линии нагрузки, а также все другие технические судовые документы.

Статья 15

Договаривающиеся Стороны соглашаются в том, что в отношении санитарных мер, подлежащих применению к судам одной из них, находящимся в портах другой стороны на Каспийском море, будут применяться постановления Международной Санитарной Конвенции, подписанной в Париже 26 июня 1926 года, с учетом тех оговорок, которые были сделаны каждою из Договаривающихся Сторон при подписании этой Конвенции.

Статья 16

Настоящий договор будет ратифицирован* Президиумом Верховного Совета Союза ССР 7 апреля 1940 года и иранским меджлисом 4 апреля 1940 года.

Настоящий Договор заключен сроком на три года. Он вступает в силу со дня обмена актами о ратификации, который состоится в Москве в возможно короткий срок.

Однако Договор вводится временно в действие в день его подписания; время, протекшее между подписанием и обменом актами о ратификации, будет включено в упомянутый трехлетний срок.

Если Договор не будет денонсирован одной из Сторон за 6 месяцев до окончания вышеуказанного трехлетнего срока, то Договор будет считаться автоматически продленным на неопределенное время.

В этом случае он может быть во всякое время денонсирован с предупреждением за 6 месяцев.

Настоящий Договор составлен в двух экземплярах, каждый на русском и персидском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

Совершено 25 марта 1940 года в Тегеране.

___________________
* Ратифицирован Президиумом Верховного Совета Союза ССР 7 апреля 1940 г. Ратифицирован Иранским меджлисом 4 апреля 1940 г.

180

 


В удостоверение чего вышеназванные уполномоченные подписали настоящий Договор и приложили к нему свои печати.

Мозаффар Аалям Матвей Филимонов

Петр Алексеев

 

 

95. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА ШВЕЦИЯ В СССР П. АССАРСОНОМ

25 марта 1940 г.

Посланник, пришедший в сопровождении 1-го секретаря миссии Эйлера, заявляет, что информация, полученная им от своего правительства, полностью совпадает с тем, что он говорил по поводу проектируемого оборонительного союза тов. Молотову во время последней беседы с ним.

После плохого опыта, который имеется в связи с позицией союзников во время войны в Финляндии, в Стокгольме полагают, что теперь более чем когда-либо необходимо объединение северных стран для защиты их нейтралитета и для того, чтобы воспрепятствовать возникновению в Финляндии реваншистского движения. Шведское правительство надеется, что Советское правительство воздержится от комментариев по поводу идеи оборонительного союза до того, как оно узнает те линии, по которым намечается подобное соглашение. Пусть Советское правительство узнает эти линии и тогда оно увидит, что Швеция не позволит вовлечь себя в союз, направленный в каком бы то ни было смысле против СССР, с которым она хочет продолжать поддерживать наилучшие отношения.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что Советское правительство уже не может воздержаться от выражения своей точки зрения, т. к. последняя высказана в сообщении ТАСС*. В этом сообщении содержится ссылка на речь Хамбро, который не является последним человеком в политике своей страны: он отражает мнение определенных ответственных кругов Норвегии. Выступление Хамбро раскрывает смысл проектируемого договора.

Советская позиция в этом вопросе определенна и известна Швеции. Однако это не означает, что если будут предприняты агрессивные шаги против Швеции, Норвегии или Финляндии, то они не будут защищаться. Речь идет не об этом, а о союзе, который в настоящее время обсуждает вся мировая печать.

Если изменится политика Швеции, если Швеция отойдет от политики нейтралитета, то произойдут изменения и в отношении СССР к политике Швеции. Между тем Советское правительство хотело бы поддерживать с правительством Швеции наилучшие отношения.

На это посланник заявляет, что Хамбро в своей речи сказал то, что он и всегда говорит. После Чехословакии он говорил, что нужно предпринять что-то против Германии, после потопления норвежских пароходов он говорил, что нужно что-то предпринять против Англии. Правда, Хамбро — председатель стортинга, но это пост чисто декоративный, без какой-либо ответственности. Шведское правительство не принимает всерьез того, что Хамбро заявил, так же как оно не принимает всерьез

___________________
* См. док. 87.

181

 


тех людей, которые на различных собраниях кричат под впечатлением от английской пропаганды, единственная цель которой — вредить хорошим отношениям Швеции с СССР.

Шведское правительство желает одного: оказать сопротивление любой комбинации, которая повредила бы хорошим отношениям между Швецией и СССР.

Идею оборонительного союза критикуют в Лондоне. Там были весьма разочарованы ходом событий, т. к. хотели вовлечь Швецию в войну, но Швеция самым энергичным образом показала, что она не позволит столкнуть себя с позиций нейтралитета.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что он принимает заявление последнего к сведению. Что же касается позиции Советского правительства по отношению к проекту «оборонительного союза», то она уже определена и выражена.

От Финляндии Советское правительство хочет только одного: чтобы Финляндия точно выполняла свой договор с СССР.

На этом беседа заканчивается. Прощаясь, Ассарсон оставляет памятную записку (текст прилагается при записи)*.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 10, л. 46—48.

 

 

96. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА НОРВЕГИЯ В СССР Э. МАСЕНГОМ

25 марта 1940 г.

Посланник делает тов. Молотову устное заявление по поводу речи Хамбро, приведенное полностью в вербальной ноте, которую он вручает тов. Молотову (текст ноты прилагается при записи)*.

Посланник добавляет, что он читал в иностранных газетах, что будто бы названная речь была произнесена в норвежском парламенте. Это — ошибка. Речь г-на Хамбро не имела никакого отношения к парламенту.

Приняв ноту, тов. Молотов указывает посланнику, что Хамбро является достаточно авторитетным лицом, чтобы выражать политику Норвегии. Его речь была широко распространена, и она характеризует политику определенных кругов Норвегии. Речь проникнута духом реванша. Заключенный мир назван в ней несправедливым, и как «несправедливый» он «долго существовать не может». Это выступление нельзя истолковать иначе, как поддержку некоторых реваншистско-авантюристских стремлений. В свете этой речи вопрос о союзе между Норвегией, Швецией и Финляндией принимает особый характер. Такова оценка этой речи Советским правительством.

Что же касается вопроса об участии Финляндии в этом союзе, то, с точки зрения Советского правительства, такое участие противоречило бы всему договору между СССР и Финляндией.

Для Швеции и Норвегии участие в этом союзе означало отказ от политики нейтралитета. В этом случае Советское правительство сделало бы соответствующие выводы относительно политики Швеции и Норвегии.

___________________
* Не публикуется.

182

 


В этих условиях вопрос о том, где была произнесена речь и ездил ли г-н Хамбро в Стокгольм для переговоров, имеет второстепенное значение. Речь раскрыла смысл проектируемого соглашения. Советское правительство имеет об этом проекте определенное мнение, о котором оно хотело Норвегию и Швецию предупредить.

Посланник говорит, что если речь Хамбро и может быть истолкована в агрессивном смысле, то она нисколько не выражает политики правительства. Посланник недавно был в Норвегии, где беседовал с председателем совета министров и министром иностранных дел, и он убежден в том, что Норвежское правительство не будет вести политики, которая противопоставлялась бы политике Советского Союза. Это решение Норвегии было ясно выражено тем, что Норвежское правительство решительно воспротивилось проходу англо-французских войск через территорию своей страны. Не может быть никаких сомнений в том, что Норвегия и впредь будет вести политику строгого нейтралитета.

Тов. Молотов говорит посланнику, что он уже сообщил последнему об отношении СССР к проекту «оборонительного» союза. Что же касается заявления посланника, то тов. Молотов говорит, что принимает его к сведению.

Приложение: копия ноты норвежской миссии*.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 10, л. 54—55.

 

 

97. БЕСЕДА 1-ГО СЕКРЕТАРЯ ПОЛПРЕДСТВА СССР В ГЕРМАНИИ В. Н. ПАВЛОВА С БЕРЛИНСКИМ КОРРЕСПОНДЕНТОМ ЮГОСЛАВСКОЙ ГАЗЕТЫ «ПОЛИТИКА» РАДУЛОВИЧЕМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

26 марта 1940 г.

26 марта принял Радуловича, берлинского корреспондента югославской газеты «Политика». Радулович интересовался вопросом о наших взаимоотношениях с Италией, улучшаются они или нет, так как в случае их улучшения Югославия сможет установить с СССР дипломатические отношения. Этому в настоящее время препятствует, по его словам, Италия, которая, имея, очевидно, намерение после Албании оккупировать также и Югославию, боится, что в случае существования дипломатических отношений между СССР и Югославией СССР воспротивится осуществлению подобных планов.

Радулович сообщил, что недавно написал для «Политики» статью об СССР в весьма симпатизирующем СССР тоне. Он снова также заговорил о симпатиях народов Югославии к СССР и выразил в заключение беседы надежду, что мечты их осуществятся.

Радулович опять приглашал меня к себе, но я под предлогом занятости отказался.

27 марта принял Хотелета, корреспондента «Юнайтед Пресс». Хотелет справлялся о возможности приезда тов. Молотова В. М. в Берлин [71]. Я сослался на известное опровержение ТАСС** и добавил, что вряд ли

___________________
* Не публикуется.
** См. док. 93.

183

 


можно ожидать выезда тов. Молотова В. М. за границу, принимая во внимание его загруженность работой на посту Председателя СНК и Народного Комиссара Иностранных Дел.

В. Павлов

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 6.

 

 

98. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

26 марта 1940 г.

1. Шуленбург сообщает, что ему поручено Риббентропом проинформировать тов. Молотова о встрече Гитлера и Муссолини в Бреннере .

Перед началом изложения содержания бесед, имевших место при этой встрече, посол отмечает, что встреча Гитлера с Муссолини не имеет ничего особенного и сенсационного. Целью этой встречи являлся непосредственный обмен мнениями между руководителями двух дружественных государств.

Беседа была посвящена главным образом германо-итальянским, германо-советским и советско-итальянским отношениям.

Посол с удовлетворением констатирует, что встреча Гитлера с Муссолини прошла в атмосфере сердечности.

По поручению посла присутствующий на беседе советник германского посольства Хильгер зачитал следующую информацию о встрече Гитлера и Муссолини:

«1. Вопрос о свидании Гитлера и Муссолини в Бреннере был поднят во время последнего пребывания Риббентропа в Риме [60].

2. Целью свидания был непосредственный обмен мнениями об общем политическом положении между фюрером и дуче, которые после начала войны лично более не встречались.

3. Беседа между Гитлером и Муссолини протекала в самой сердечной атмосфере, соответствующей близким дружественным отношениям между союзными странами — Германией и Италией.

4. Обмен мнениями показал, что ввиду упорства западных держав возможности заключения мира в настоящий момент нет.

5. Германия поэтому непоколебима в своей решимости продолжать войну до победного конца.

6. Беседа между фюрером и Муссолини вновь подтвердила, что Италия ясно и безусловно стоит на стороне Германии.

7. В беседе было установлено полное единомыслие о формах дальнейшего сотрудничества между Германией и Италией, направленного против западных держав.

8. К вопросу об отношениях между Германией и СССР Муссолини заявил, что он понимает и приветствует германо-советское сближение. При этом Муссолини упомянул, что в свое время он, после Германии, первым вошел в официальные сношения с Советским правительством.

9. Муссолини ясно дал понять, что он считает желательным улучшение отношений между СССР и Италией.

10. Фюрер подробно изложил Муссолини, как он путем опыта пришел к убеждению, что соглашение между Германией и Англией невозможно, как он поэтому стал искать сближения с Советским Союзом, которое стало возможным благодаря мудрой прозорливости Сталина.

184

 


11. Фюрер подчеркнул, что, по его мнению, между Германией и СССР не только нет никаких противоречий, но что обе страны дополняют друг друга политически и экономически.

12. Фюрер выразил свое твердое убеждение в долговечности германо-советских отношений и заявил, что он исполнен желания и решимости углубить и развить эти отношения.

13. Фюрер и Муссолини констатировали, что ввиду отсутствия каких-либо противоречий между Германией, Советским Союзом и Италией добрые отношения между ними диктуются их общими интересами.

14. В заключение Муссолини указал на бессмысленность тех целей, которые Англия и Франция преследуют в настоящей войне. Миссию заместителя статс-секретаря США Самнера Уэллеса[37] Муссолини охарактеризовал как „чрезвычайно проблематичную"».

После чтения вышеуказанной информации о встрече Гитлера с Муссолини Шуленбург останавливается на вопросе об улучшении советско-итальянских отношений. Он сообщает, что Риббентроп крайне сожалеет, что существующие отношения между СССР и Италией дают повод врагам Германии усматривать отсутствие третьего звена в союзе.

Риббентроп констатирует, что Муссолини совершенно ясно и определенно выразил желание улучшить советско-итальянские отношения. Причем Риббентроп не находит, что СССР должен первым сделать соответствующий шаг. Он желает принять на себя роль посредника и предлагает в качестве первого шага и в целях сохранения престижа той или другой страны одновременное возвращение посла Италии в Москву и полпреда СССР в Рим.

Тов. Молотов отвечает, что он не знает, насколько серьезны пожелания Муссолини. Не ясен до сего времени вопрос, почему у Италии возникло такое отношение к СССР.

Шуленбург замечает, что в прошлой беседе тов. Молотов указал на неопределенность пожеланий Италии. Сейчас в ответ на это Риббентроп подчеркивает, что высказывания Муссолини являются вполне определенными.

Тов. Молотов вновь подчеркивает, что остается неясным, чем было вызвано обострение советско-итальянских отношений со стороны Италии и, главное, в тот момент, когда СССР установил близкие отношения с Германией.

Шуленбург заявляет, что ему также не ясна эта сторона вопроса.

Тов. Молотов благодарит посла и Риббентропа за информацию и обещает доложить ее правительству.

Шуленбург спрашивает, относится ли это заявление тов. Молотова также и к вопросу касательно улучшения советско-итальянских отношений.

Тов. Молотов отвечает, что да, он имеет в виду всю информацию в целом, в том числе и вопрос советско-итальянских отношений.

Затем тов. Молотов спрашивает, собирается ли Италия предпринять какие-либо шаги для улучшения советско-итальянских отношений.

Шуленбург отвечает, что он уже сам указывал итальянскому посланнику на необходимость каких-либо шагов и предпринять что-либо в прессе. Со своей стороны Шуленбург отвечает, что он не видел особых выпадов советской прессы против Италии.

Тов. Молотов говорит, что если советская пресса что-либо и допускала, то лишь в качестве ответных мер на нападки итальянской прессы, но не больше.

185

 


Далее Шуленбург заявляет, что если СССР отнесется неотрицательно к вопросу улучшения советско-итальянских отношений, то он считает возможным найти пути этого улучшения без умаления престижа СССР.

Тов. Молотов еще раз отвечает, что он доложит об этом своему правительству.

Затем Шуленбург сообщает, что он имеет письмо от Риббентропа, в котором последний передает слухи, будто советский поверенный в делах в Италии не принимает мер к улучшению советско-итальянских отношений. Сам Шуленбург выражает сомнение в правдоподобности этих слухов и думает, что это или сплетня, или желание свалить дело «с больной головы на здоровую».

Тов. Молотов отвечает, что, должно быть, не без этого.

2. Шуленбург сообщает, что Риббентроп поручил ему просить тов. Молотова кратко проинформировать его о ходе мирных переговоров с финнами, так как по этому вопросу много всяких пересудов. Гюнтер, например, заявляет, что инициатива этих переговоров исходила от СССР.

Шведская пресса сообщает, что первый шаг был предпринят 29 января, а уже 23 февраля Чемберлен открыто намекал на то, что к Англии обращались с просьбой о посредничестве* [49].

Риббентроп желает знать, был ли нажим со стороны шведов. Что касается желания финнов приступить к переговорам, то о нем как Риббентропу, так и Шуленбургу известно. Кроме того, Риббентропа интересует: было ли оговорено что-либо по вопросу о возвращении финнам Петсамо и шла ли речь об укреплении Аландских островов.

Тов. Молотов отвечает послу, что он нигде не читал и не слышал о заявлении Гюнтера относительно того, что инициатива будто исходила от СССР. Мы сдержанно относились к предложениям о мирных переговорах. Фактически дело обстояло так: шведы передали Коллонтай просьбу финнов начать мирные переговоры и сообщить им условия, на которых СССР согласен заключить мир. При этом шведы обращались с просьбой пойти им навстречу и согласиться на мирные переговоры.

Мы сообщили финнам о своем согласии начать переговоры и сказали, что поскольку уже пролита кровь, то условия мира будут расширенными по сравнению с пожеланиями СССР во время осенних переговоров.

Финны ответили, что они согласны начать переговоры, хотя конкретных условий мы им не передавали и неизвестно было, с чем же, собственно, согласны финны. Поэтому мы дополнительно письменно передали финнам наши требования и вновь получили ответ об их согласии на переговоры.

Германия же нам не заявляла о просьбе финнов (Шуленбург в знак согласия кивает головой).

Что касается Англии, продолжает тов. Молотов, то нашему полпреду было поручено проинформировать по этому вопросу английское правительство в общих чертах, так как мы предполагаем, что шведы их тоже информировали.

Вопроса об Аландских островах в этих переговорах мы не касались.

Что касается района Петсамо, то хотя мы и заняли его, но, идя навстречу Финляндии, вернули ей этот район, поскольку он был уступлен ей Советским Союзом по мирному договору 1920 года**. Никаких условий

___________________
* См. док. 50 и 53.
** См. Документы внешней политики СССР.— Т. 3.— С. 265—282.

186

 


касательно внешней и внутренней политики Финляндии мы не выдвигали, считая, что это дело самой Финляндии. Мы лишь оговорили, что в районе Петсамо не должны создаваться вооруженные базы. Мы ставили задачей обеспечение безопасности Ленинграда, а затем Мурманска и Мурманской железной дороги. В этих же целях обеспечения безопасности поставлен был вопрос и об аренде полуострова Ханко.

Шуленбург дважды спрашивает тов. Молотова, не ставился ли вопрос об Аландских островах.

Тов. Молотов каждый раз отвечал, что вопрос об Аландских островах не ставился.

Шуленбург, поблагодарив тов. Молотова за информацию, заявляет, что он именно так и представлял ход этих переговоров, но, поскольку он имел поручение Риббентропа, еще раз проинформировался у тов. Молотова о ходе переговоров, он вынужден был это сделать.

3. Шуленбург интересуется отъездом тов. Шкварцева из Берлина и спрашивает, была ли на то важная причина и когда он вернется.

Тов. Молотов отвечает, что никаких особых причин для отъезда тов. Шкварцева из Берлина не было и поездка его в Москву имеет лишь информационные цели. Через некоторое время он снова вернется в Берлин.

4. Шуленбург спрашивает, нет ли ответа Советского правительства на вопрос о продлении воздушной линии Берлин — Москва до Токио.

Тов. Молотов отвечает, что так как у нас с Японией ведутся переговоры по другим вопросам и есть некоторая затяжка их, то мы находим нежелательным загружать эти переговоры новыми вопросами.

5. О разрешении транзита через СССР в Маньчжурию трех немецких самолетов, проданных Маньчжоу-Го.

Шуленбург сообщает, что в этой просьбе ранее было немцам отказано. В Берлине огорчены этим отказом, т. к. за проданные самолеты Маньчжоу-Го Германия получает масло и др. продукты.

Тов. Молотов отвечает, что он поручит рассмотреть просьбу.

6. (о. п.)* Шуленбург просит от имени Главного Военно-Морского Командования Германии предоставить на восточном побережье полуострова Камчатки бухту для снабжения германских судов.

Тов. Молотов отвечает, что это сейчас будет затруднительно, так как на Дальнем Востоке англичане недавно задержали еще один наш пароход.

Шуленбург спрашивает: кроме «Селенги»?

Тов. Молотов отвечает, что да, кроме «Селенги».

После этого Шуленбург заявляет, что германское командование думает получить это согласие Советского правительства на всякий случай.

Тов. Молотов еще раз отвечает, что сейчас обстановка не позволяет и с этим делом необходимо подождать.

На этом беседа закончилась.

На беседе присутствовал советник германского посольства Хильгер.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2. п. 14, д. 155. л. 69—76.

___________________
* Особая папка.— Прим. сост.

187

 


 

 

99. В НАРКОМИНДЕЛЕ СССР

27 марта 1940 г.

19 марта французский поверенный в делах в Москве г-н Пайяр сообщил Народному Комиссару Иностранных Дел тов. Молотову, что правительство Франции считает переданную на телеграф и подписанную советским полпредом в Париже тов. Сурицем телеграмму в Москву на имя тов. Сталина по поводу заключения Мирного Договора СССР с Финляндией вмешательством полпреда во внутреннюю политическую жизнь Франции. При этом, по сообщению г-на Пайяра, Французское правительство считает некорректными в отношении Французского правительства определенные выражения подписанной полпредом телеграммы, подчеркнутые в приведенных ниже выдержках из телеграммы, а именно: «Благодаря мудрости Советского правительства и нашей доблестной Красной Армии планы англо-французских поджигателей войны, которые старались разжечь очаг войны на северо-востоке Европы, снова потерпели неудачу», а также «Советский Союз остается неприступной крепостью, о которую в будущем разобьются темные замыслы врагов социализма и трудящихся всего мира». Хотя посылка этой телеграммы не была допущена цензурой, Французское правительство заявило, что Суриц более не будет считаться Французским правительством «персоной грата», и выразило пожелание об отозвании тов. Сурица Советским правительством.

В связи с этим заместитель наркома по иностранным делам тов. Лозовский передал г-ну Пайяру 26 марта следующий ответ Советского правительства:

«1. Правительство СССР не находит по существу оснований для того, чтобы Французское правительство не могло больше считать советского полпреда тов. Сурица «персоной грата» на основании содержания подписанной тов. Сурицем для отправки в Москву телеграммы, в которой даже не упоминается о Французском правительстве.

2. Поскольку, однако, Французское правительство ставит в отношении г-на Сурица формальный вопрос о доверии, правительство СССР сообщает, что г-н Суриц освобождается от обязанностей полпреда СССР во Франции».

Известия.—1940 года. — 27 марта.

 

 

100. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Э. ГАЛИФАКСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лозовскому

27 марта 1940 г.

1. Получив телеграмму из Москвы по вопросу о торговых переговорах, я не мог сразу сделать соответственного демарша ввиду пасхальных каникул: все главки Форин Офиса и других ведомств разъехались из Лондона по провинции. В частности, Батлер, которому я должен был по инструкции из Москвы сделать свое обращение, уехал на 10 дней отдыхать. Поэтому я решил обратиться непосредственно к Галифаксу, тем более что прошлой осенью все вопросы, связанные с торговыми перего-

188

 


ворами, находились в руках Галифакса. Последний только 26-го вечером вернулся из-за города, и я имел возможность повидать его 27-го. 2. Я начал с того, что напомнил Галифаксу попытку открыть торговые переговоры в сентябре — октябре прошлого года, и затем коснулся моего последнего разговора с Батлером 18 марта*. Далее я сообщил, что Советское правительство было бы готово сейчас открыть торговые переговоры, если Британское правительство действительно желает этого и склонно к благоприятному разрешению вопросов советско-английской торговли. Конечно, ведение подобного рода переговоров возможно лишь в соответственно благоприятной атмосфере. С этой точки зрения было бы очень важно, если бы Британское правительство до начала переговоров освободило пароходы «Селенга» и «Маяковский» и в дальнейшем воздерживалось от задержания грузов, идущих в адрес СССР. Такой шаг произвел бы хорошее впечатление в Москве и был бы расценен как симптом готовности со стороны Великобритании к улучшению торговых отношений между нашими странами.

3. Галифакс выслушал мое сообщение и ответил, что он снесется по этому поводу со своими коллегами по кабинету, а также с Министерством торговли и после того сможет уже сказать что-либо более определенное. В связи, однако, с поднятым мной вопросом об освобождении советских судов Галифакс считает необходимым сделать некоторые предварительные замечания. Он вполне понимает неудобства, создаваемые для СССР задержанием его судов и грузов, но, с другой стороны, и СССР должен понять положение «союзников», в частности Англии. Англия ведет сейчас борьбу за жизнь с Германией, в которой блокада последней является одним из важнейших средств войны. Англия поэтому крайне заинтересована в том, чтобы по возможности были закупорены все те каналы, через которые Германия может получать извне нужные ей для ведения войны средства и материалы. Именно под этим углом зрения Британское правительство подходит к вопросу о контроле за судами, направляющимися в страны, смежные с Германией. Британское правительство не делает тут никаких исключений. Суда всех наций подвергаются контролю, включая Америку и Италию, если они идут по указанным выше маршрутам. И тут ничего изменено не может быть.

4. Я возразил, что если Англия настаивает на своих правах воюющей стороны, то СССР, как государство нейтральное, настаивает на своих правах нейтральной стороны, а права нейтральной стороны, как известно, предусматривают полную возможность торговли с обеими воюющими лагерями. Правда, вопрос о правах нейтральных стран сейчас как будто бы не в «моде» (Галифакс в этом месте усмехнулся и вставил: «Не по нашей вине»), но, тем не менее, каждое нейтральное государство вправе защищать свою позицию (Галифакс тут опять вставил: «Если оно — великая держава»). Это именно СССР и собирается сделать, и британскому правительству необходимо с этим считаться. Галифакс ответил, что в вопросе, который мы сейчас обсуждаем, интересы воюющих и интересы нейтральных стран сталкиваются и этот конфликт, очевидно, может быть Решен лишь путем известного компромисса. Если бы можно было изыскать какой-либо способ, который гарантировал бы, что импорт определенных продуктов в СССР производится исключительно лишь для нужд самого СССР, Британское правительство охотно пошло бы нам навстречу в вопросе о незадержке грузов и судов. Такие прецеденты у Британского правительства уже имеются. Англия на протяжении войны заключила

___________________
* См. док. 82.

189

 


с другими странами ряд «военно-торговых договоров», в которых как раз данный вопрос находит свое разрешение. Подобные переговоры ведутся и в настоящее время с некоторыми иностранными государствами. Я возразил, что нельзя ставить на одну доску СССР и страны с частнокапиталистической системой хозяйства. В этих последних странах, конечно, каждый отдельный предприниматель, руководимый лишь своим частным интересом, готов за соответственную сумму реэкспортировать в Германию любой продукт. Здесь блокирующая держава для предупреждения «утечки», пожалуй, может ставить вопрос о специальных мерах контроля. В СССР положение иное. У нас имеется монополия внешней торговли, а при таких условиях единственной гарантией в интересующем Галифакса смысле может быть только слово Советского правительства. К сожалению, я не вижу, чтобы Британское правительство готово было удовлетвориться такой гарантией. Я, например, совершенно официально заявлял, что грузы «Селенги» и «Маяковского» идут в наш собственный адрес, тем не менее удовлетворительного разрешения вопроса не получилось.

5. Галифакс заметил, что, конечно, он понимает разницу между организацией торговли в СССР и других странах, но беда в том, что отношения Советского правительства с Германским правительством, в частности их экономические отношения, такого рода, что способны вызвать у «союзников» большие подозрения о конечном адресе импортируемых СССР продуктов. В этой связи Галифакс опять вытащил из архива различные истории о наличии между Германией и СССР «тесного сотрудничества», «блока», чуть не «альянса». Я опроверг эти утверждения Галифакса, частью высмеял их и прибавил, что позиция Британского правительства кажется мне в высшей степени странной: при всяких условиях СССР в области экономической делает для Германии гораздо меньше, чем США делают для «союзников». Галифакс с этим согласился, но прибавил: «Я думаю, немцы очень хотели бы приостановить наш импорт из Америки, если бы могли». В конечном счете Галифакс еще раз повторил, что доложит поднятый мной вопрос правительству и после того даст ответ*.

6. Далее Галифакс с некоторым колебанием спросил меня, могу ли я сказать ему что-либо об общей линии советской политики в настоящий момент и в ближайшем будущем. Его интересуют как Северная Европа, так и другие части света. Я ответил, что никаких инструкций по этому поводу от моего правительства я не имею, но, если это его интересует, я могу высказать некоторые личные соображения. И тут я повторил пример о том же самом, что я сообщил Батлеру 22 февраля**. Галифакс внимательно слушал и потом спросил, ратифицирован ли уже советско-финский договор***? Я ответил утвердительно. Тогда Галифакс спросил, установлены ли уже окончательно новые границы между СССР и Финляндией? Я ответил, что еще нет, но что соответственная смешанная комиссия в настоящий момент формируется и в ближайшем будущем приступит к своей работе. Галифакс затем поинтересовался, сколько времени протянется работа этой комиссии? Я ответил, что точно не могу сказать, но полагаю, что если особых задержек не будет, то дело, вероятно, удастся закончить сравнительно быстро. Галифакс, наконец, спросил, не ожидаем ли мы каких-либо осложнений при окончательной демаркации границ? Я ответил, что не могу ничего сказать за финскую сторону,

___________________
* См. док. 120.
** См. док. 50.
*** См. док. 73.

190

 


но что СССР привык выполнять заключенные им соглашения. Потом Галифакс с некоторым недоверием в голосе спросил: «Так, значит, у вас нет никаких претензий к Швеции и Норвегии?» Я ответил с полусмехом: «Можете быть спокойны: мы не стремимся к атлантическому берегу Норвегии». Далее Галифакс поинтересовался, что значит весь тот шум, который поднят в германской печати по поводу «тройственного блока» (Германия — Италия — СССР) и его балканских планов. Я порекомендовал Галифаксу проявлять больше скептицизма к газетной шумихе и при этом сослался на то, что говорил Батлеру 22 февраля о характере советско-германских отношений*. В свою очередь я спросил Галифакса, каковы намерения «союзников» в известной части света? Ибо у нас имеется, мягко выражаясь, большая неясность в этом вопросе, которая, конечно, не способствует улучшению атмосферы в советско-английских отношениях. Галифакс уклонился от какого-либо ответа на мой вопрос, а, наоборот, сам задал вопрос о нынешнем состоянии наших отношений с Румынией и Турцией. Я ответил, что отношения с этими странами у нас вполне нормальные. Галифакс еще спросил, не предполагаем ли мы возобновить прерванные в октябре переговоры с Турцией? Я сослался на отсутствие информации.

Полпред СССР в Великобритании И, Майский

АВП РФ, ф. 069, on, 24, п. 68, д. 7, л. 60—65.

 

 

101. БЕСЕДА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С. А. ЛОЗОВСКОГО С ПОСЛОМ США В СССР Л. ШТЕЙНГАРДТОМ

27 март 1940 г.

Я вызвал к себе американского посла в 23 ч. 30 м. для того, чтобы вручить ему подробный меморандум[73] о недружелюбных актах со стороны американских властей по отношению к СССР и к его политическим и хозяйственным органам в США. Обосновывая меморандум, я сказал Штейнгардту, что так называемое моральное эмбарго[74] превратилось в простое эмбарго, что факты, изложенные в меморандуме, означают установление дискриминационного режима по отношению к СССР и что все эти действия наносят серьезный ущерб экономическим взаимоотношениям между Соединенными Штатами и СССР.

Я кратко перечислил изложенные в меморандуме факты и спросил Штейнгардта, как он объясняет то странное обстоятельство, что Соединенные Штаты продают военные материалы, включая самолеты новейшей конструкции, воюющим странам — Англии и Франции - и в то же время чинят препятствия выполнению заключенных еще до войны заказов и продаже советским организациям сырья и машин.

Останавливаясь на выступлении заместителя военного министра Джонсона против Красной Армии[24] и на кампании против полпреда СССР в Вашингтоне, я указал Штейнгардту, что такие вещи были бы невозможны, если бы органы государственной власти не покровительствовали кампании против СССР. Я обратил внимание Штейнгардта, что ни один из членов Советского правительства так не выступал против госу-

___________________
* См. док. 50.

191

 


дарственных деятелей Соединенных Штатов, как это сделал Джонсон; ничего похожего на измышления, печатающиеся в американских газетах об СССР, нельзя найти в советских газетах о Соединенных Штатах; что у нас совершенно невозможно даже отдаленно похожее на то, чем занимается комиссия Дайса*, и что, как ему известно, за все время пребывания г. Штейнгардта в Москве советские газеты ничего против него не писали.

Штейнгардт, пытавшийся несколько раз во время моего изложения и обоснования меморандума прервать меня, произнес длинную адвокатскую речь в защиту американских властей и фирм,. утверждая, что ничего похожего на дискриминационный режим по отношению к СССР нет. По словам Штейнгардта, моральное эмбарго вызвано сентиментализмом американского народа, который чрезвычайно чувствительно относится к бомбардировке женщин и детей.

Я прервал здесь Штейнгардта и сказал, что американская пресса лжет, утверждая, что советская авиация занималась бомбежкой женщин и детей.

Но Штейнгардт, захлебываясь, продолжал расписывать гуманизм американцев и американского миллиардера Рокфеллера, который потратил сотни миллионов на все виды помощи за рубежами Соединенных Штатов. Что касается выступления Джонсона, то в Америке существует, по словам Штейнгардта, свобода слова: каждый министр может говорить то, что хочет, и правительство не имеет права контролировать его выступления.

Отзыв американских специалистов из СССР не является дискриминацией по отношению к СССР[21]. В связи с войной было общее указание всем американским гражданам вернуться на родину. Это коснулось американских граждан, живущих в разных странах, в том числе и в СССР. Если, продолжал Штейнгардт, та или другая американская фирма отзывает своих специалистов, не желает присылать специалистов или не выполняет заключенных соглашений, то в этом случае нельзя винить американское правительство. Это дело каждой фирмы в отдельности, которая руководствуется своими и политическими, и хозяйственными соображениями. Он очень удивлен, что 3 советских инженера были задержаны в течении 24 часов на Острове Слез[75]; он не знает, при каких условиях это было, но считает, что ничего особенного в этом деле нет, так как они жили в очень хорошем отеле. Очевидно, что-то было не ясно в их документах. Штейнгардт считает это мелким вопросом, особенно имея в виду, что ежегодно в Америку едут много сотен советских инженеров, и этот отдельный случай не характеризует отношения американских властей к советским гражданам.

Я спросил, считает ли он нормальным, что по отношению к гражданам СССР, получившим официальные визы и едущим для приема заказов, не только применяется такого рода произвольная мера, но им задается также вопрос, не приехали ли они в Америку для шпионажа?

Штейнгардт, не отвечая на мой вопрос, начал усиленно доказывать, что он выдает советским гражданам десятки виз ежедневно, что американское правительство — за сохранение и развитие экономических и политических отношений между обеими странами, что благодаря Рузвельту было провалено предложение о разрыве дипломатических отношений с СССР и что он, Штейнгардт, в этом же направлении

___________________
* Конгрессмен М. Дайс — председатель комиссии по расследованию антиамериканской деятельности конгресса США.

192

 


работает не покладая рук. Штейнгардт заявил, что перечисленные в меморандуме вопросы о «Бук-книге»[41], об «Интуристе» уже были предметом суждения между ним и Потемкиным, и он не думает, что целесообразно снова поднимать такого рода мелкие дела. Что же касается нападок на полпреда СССР г. Уманского, то это объясняется тем, что он в качестве заведующего Отделом печати НКИД имел столкновения с некоторыми американскими журналистами, которые сейчас воспользовались случаем для того, чтобы свести с ним счеты.

А комиссия Дайса, спросил я Штейнгардта, это не журналисты, это официальная парламентская комиссия, которая занимается нападками не только на советского посла, но и на СССР.

На это Штейнгардт ответил, что никто в Америке не обращает внимания на комиссию Дайса. Эта комиссия нападает также на Рузвельта, на американское правительство, но никто не принимает всерьез Дайса и его комиссию. Он, Штейнгардт, не думает, что имеются какие-нибудь стеснения для работы Амторга[22], который находится на очень хорошем счету в Америке. Возможно, что Амторг испытывает сейчас некоторые трудности при размещении заказов и реализации старых контрактов, но это вызвано тем, что союзники сделали очень большие заказы в Америке; в частности, Англия гарантирует американским фирмам заказы на 1 млрд. долларов. В связи с этим поднялись цены и, возможно, некоторые фирмы, имея лучшие заказы, отказываются выполнять заключенные ранее сделки. Но Американское правительство тут ни при чем, и он снова и снова подчеркивает, что никакой дискриминации по отношению к СССР нет.

Особенно болезненно Штейнгардт реагировал на тот пункт меморандума, в котором было сказано, что американское посольство в Москве советовало пушникам Дикману, Штейну и др. возможно скорее уехать из Ленинграда. Штейнгардт начал уверять, что пушники получили у него на несколько месяцев визы, что он не только не уговаривал их уехать, а, наоборот, всячески содействовал их коммерческим сделкам, что пушники закупили мехов на 56 млн. долларов, и он считает несправедливым упрек, имеющийся в меморандуме. Он очень просит снять этот параграф меморандума, так как иначе ему пришлось бы отложить свою поездку на Кавказ, написать объяснительную записку в Вашингтон, прислать нам опровержение, поскольку вся его деятельность направлена на улучшение взаимоотношений между нашими странами.

В заключение Штейнгардт заявил: «Все, что касается Америки, Вашингтона, пишите, что хотите, я это передам, но то, что касается меня лично, я еще раз прошу изъять из меморандума, так как вы меня ставите этим самым в затруднительное положение».

Считая, очевидно, все свои возражения недостаточно убедительными, Штейнгардт вдруг заметил, что он мог бы, собрав все отдельные неувязки, факты из отношения к нему Бюробина и т. д., также сделать из этого вывод, что имеется какая-то дискриминация по отношению к нему.

Я спросил Штейнгардта, думает ли он серьезно, что выступление заместителя военного министра против СССР и неувязки с Бюробином — факты одного и того же порядка? Ведь Джонсон — это не Бюробин?

Штейнгардт начал выкручиваться, заявляя, что, конечно, это факты различного рода, но если собрать все неувязки, с которыми ему пришлось встретиться в Москве, то из них тоже можно было бы сделать выводы о дискриминации, но он этого не делал и не понимает, почему советское правительство из отдельных фактов делает общий вывод о дискриминации.

193

 


На это я ему ответил, что, если бы дело шло об одном факте, мы бы, конечно, не сделали такого вывода, но поскольку количество таких фактов все больше умножается и правительство Соединенных Штатов устанавливает более благоприятные отношения с воюющими странами, чем с нейтральным СССР, поскольку нам чинятся такие препятствия, которые не чинятся ни Англии, ни Франции, то никакого другого вывода из этого сделать нельзя. Советский Союз не может мириться с дискриминационным режимом по отношению к его учреждениям и гражданам. Дискриминационный режим означает намеренное ухудшение экономических отношений. У нас такое впечатление, что правительство США добивается именно этого.

Штейнгардт вновь начал повторять свою защитительную речь, заявив, между прочим, что наше требование разрешать инженерам посещать военные заводы несправедливо. До войны Соединенные Штаты шли на такого рода привилегии по отношению к СССР, но это сейчас не делается по отношению к какой-либо другой стране, и он не видит оснований, почему это должно делаться по отношению к СССР.

Уверен ли он, спросил я, что французы и англичане, заказывая самолеты новейшего образца и вообще вооружение, не посылают своих инженеров на заводы для того, чтобы посмотреть и проверить, как выполняются заказы?

Штейнгардт начал изворачиваться, заявив, что, конечно, инженеры-приемники приезжают от англичан и французов, но они не ходят на заводы, а лишь принимают готовую продукцию.

Затем Штейнгардт, потерявший к концу беседы свою самоуверенность и убедившийся, что его адвокатские приемы не производят никакого впечатления, начал распространяться о своих симпатиях к СССР.

Штейнгардт заявил, что он считал бы нецелесообразным передавать сейчас в Вашингтон этот меморандум, ибо это может только лишь оживить кампанию против СССР. По его мнению, антисоветская кампания начинает спадать и, поскольку война с Финляндией кончилась, эта кампания еще больше пойдет на убыль. Он, конечно, готов передать немедленно этот меморандум в Вашингтон, но убедительно просит (и его голос зазвучал искренно) изъять из него те параграфы, которые касаются его лично и американского посольства в Москве.

Я сказал, что подумаю над его предложением и перешлю ему меморандум 28 марта в 9 ч. 30 м. утра.

На этом беседа закончилась.

На приеме присутствовали тт. Вальков и Мальгин.

Примечание: По согласованию с тов. Молотовым из меморандума были изъяты два абзаца, которые касались американского посольства. Меморандум был передан Штейнгардту 28 марта в 9 ч. утра.

С. Лозовский

АВП РФ, ф. 0129, on. 24, п. 138а, д. 2, л. 8—13.

194

 


 

 

102. БЕСЕДА НАРКОМА СУДОСТРОЕНИЯ, РУКОВОДИТЕЛЯ ТОРГОВОЙ ДЕЛЕГАЦИИ В ГЕРМАНИИ И. Ф. ТЕВОСЯНА С НАЧАЛЬНИКОМ ШТАБА ВВС ГЕРМАНИИ, ГЕНЕРАЛЬНЫМ ДИРЕКТОРОМ УПРАВЛЕНИЯ АВИАСТРОЕНИЯ ГЕНЕРАЛОМ Э. УДЕТОМ

Разослано: т. Сталину, т. Молотову, т. Ворошилову, т. Микояну

28 марта 1940 г. Особая папка

Генерал Удет заявил, что он сегодня от Мюллера слышал о новых, пожеланиях советской стороны получить самолеты в ближайший месяц.

Тов. Тевосян ответил ему, что называемые советской стороной сроки поставок не являются новыми. К покупке предполагается ничтожное количество образцов самолетов, которые легко могут быть поставлены из текущего производства. Советская сторона всегда полагала, что это количество самолетов может быть поставлено в один, максимум два месяца. Кроме того, 21 марта 1940 г. послу Риттеру было ясно заявлено, что все образцы самолетов советская сторона желает получить в один, максимум два месяца.

Удет сказал, что он только что вчера был у Геринга и докладывал ему несколько иную программу поставок.

Тов. Тевосян сказал, что программа поставок, о которой сообщил Риттер, советскую сторону не удовлетворяет.

Удет заявил, что пожелания советской стороны ему ясны и лично он будет их поддерживать при докладе у Геринга.

Тт. Тевосян и Яковлев просили Удета сообщить конкретные сроки поставок самолетов.

Он сначала отказался, заявив, что должен переговорить с Герингом и с промышленностью.

Тов. Тевосян вторично просил Удета назвать конкретные сроки поставок. Он указал, что смысл покупки образцов в том и состоит, чтобы получить их скорее. Если же указанные в списке самолеты быстро нельзя получить, то советская сторона откажется от их покупки.

Удет ответил, что он лично считает, что пожелания советской стороны удовлетворить можно, и назвал следующие сроки поставок:

а) в апреле месяце самолеты Me-109, учебные самолеты «Фокке-Вульф»;

б) в апреле — мае — Не-100;

в) в мае — Me-110, Ю-88.

Самолеты До-215 могут быть поставлены не ранее июля, так как они еще только вводятся в серию.

Конкретный срок поставки самолета Ме-209 назвать нельзя, т. к. самолет находится в стадии проектирования. При посещении завода можно посмотреть чертежи.

В заключение он подчеркнул, что окончательное решение по срокам даст Геринг. На это потребуется до 3 дней.

Удет спросил, является ли официальным заявление тов. Тевосяна о том, что если самолеты не будут поставлены в апреле — мае, то советская сторона от их покупки откажется.

Тов. Тевосян ответил, что вчера он был у Риттера и официально заявил ему об этом.

Далее тов. Тевосян сказал, что советская сторона желает получить

195

 


самолеты в том же виде, как они поставляются в германский воздушный флот, с тем же вооружением, с теми же приборами и по тем же техническим условиям.

Удет согласился с этим, сделав исключение по двум машинам:

а) с самолетом Me-109 не могут быть поставлены пушки типа Эрликон. Эти пушки изготовляются фирмой «Икариа» по лицензии Эрликона. Согласно лицензионному договору «Икариа» не может поставлять эти пушки за границу.

Мюллер добавил, что этот вопрос можно разрешить, дав пушки как бы заимообразно и составив на них особый договор;

б) с самолетом Ю-88 не может быть поставлен дистанционный компас Патена. Этот компас является секретом, который германская сторона не может передать.

Тов. Тевосян вновь подтвердил пожелания советской стороны получить самолеты с полным вооружением и оборудованием, т. е. в том виде, как они направляются в германский воздушный флот.

Записал Михин

Архив бывшего Политбюро ЦК КПСС, ф. 3, on. 64, д. 668, л. 45—48.

 

 

103. ТЕЛЕГРАММА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР С. А. ЛОЗОВСКОГО ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В США К. А. УМАНСКОМУ

28 марта 1940 г.

Пять перечисленных Вами пунктов и врученный мною Штейнгардту меморандум*[73] охватывают большую сумму конкретных вопросов, которые Вам нужно будет, конечно, изложить в разговоре с Хеллом, но в центре разговора Вам нужно поставить вопрос о «моральном эмбарго»[43] и о том, что «моральное эмбарго» превращается в простое эмбарго и в создание дискриминационного режима по отношению к СССР. В то время как США снабжают Англию и Францию всеми видами вооружения, по отношению к нейтральному СССР создаются препятствия даже по реализации старых заказов и покупке необходимых для советской промышленности машин и сырья. Скажите Хеллу, что дискриминационные мероприятия ведут к значительному сжатию торгово-экономических отношений между СССР и США. Эти вопросы я затронул в своей беседе с Штейнгардтом, обосновывая меморандум. Штейнгардт ответил, что правительство США не имеет никакого отношения к «моральному эмбарго», которое является результатом сентиментализма американского народа. Он отрицал наличие дискриминационного режима, утверждая, что антисоветская кампания пошла на убыль с конца февраля; что недопуск советских инженеров на американские заводы объясняется огромными и выгодными заказами, полученными от Англии; что отзыв американских специалистов из СССР и отказ в посылке в СССР специалистов согласно контрактам есть дело отдельных фирм, а не правительства; что к антисоветскому выступлению Джонсона[24] правительство не имело никакого отношения; что нападки прессы и комиссии Дайса на советского полпреда в США объясняются недружелюбным к нему отношением некоторых журналистов, с которыми Уманский имел столкно-

___________________
* См. док. 101.

196

 


вения в тот период, когда он был зав. отделом печати НКИД; что инциденты с «Бук-книгой»[45], «Интуристом» и задержка трех инженеров на «Острове Слез»[75] — это мелкие инциденты, на которые не нужно обращать внимания, и что сам Рузвельт и он, Штейнгардт, делают все для того, чтобы недопустить до разрыва отношений между СССР и США и всячески преодолеть и уладить все возникающие трения.

Сообщаю Вам эти адвокатские аргументы Штейнгардта на тот случай, если Хелл и другие официальные лица попытаются замазать дискриминационный режим по отношению к СССР аналогичными отговорками. Вам следует, на основе имеющегося у Вас материала, доказать, что это не случайные явления, а результат недружелюбных действий органов власти по отношению к СССР.

Лозовский

АВП РФ, ф, 059, on. 1, п. 320, д. 2201, л. 77—78.

 

 

104. БЕСЕДА НАРКОМА СУДОСТРОЕНИЯ, ГЛАВЫ ТОРГОВОЙ ДЕЛЕГАЦИИ. В ГЕРМАНИИ И. Ф. ТЕВОСЯНА С КОМАНДУЮЩИМ ВВС, МИНИСТРОМ АВИАЦИИ ГЕРМАНИИ РЕЙХСМАРШАЛОМ Г. ГЕРИНГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Молотову, т. Микояну

29 марта 1940 г.

Сов. секретно (Особая папка)

Нас предупредили, чтобы не брали с собой переводчика, так как будет переводчик из министерства. Беседа продолжалась 11/2 часа без переводчика по предложению Геринга. Приглашенный переводчик и сопровождавший нас из министерства ин[остранных] дел Маебаен остались в приемной. В приемной узнали, что перед нами Геринг принимал Риттера и Шнурре.

После приветствий беседу начал Геринг с общеполитических вопросов. Указав, что в основе хозяйственных отношений лежат политические взаимоотношения обоих государств, Геринг усиленно подчеркивал исключительную дружбу Германии к Советскому Союзу, всячески старался показать это нам как интонацией, так и вообще артистическим поведением в процессе всего разговора. Неоднократно подчеркивал, что отношения должны быть основаны на взаимном доверии. Отметив, что, к сожалению, поздно узнал о неудовлетворительном ходе размещения заказов и о том, что мы неудовлетворены сроками поставок, Геринг сообщил нам: он накануне дал распоряжение по срокам поставки самолетов, именно: все самолеты должны быть поставлены в апреле — мае, за исключением Ю-88 и «Дорнье-215», которые будут поставлены в июне. Кроме того, он дал необходимые распоряжения по другим министерствам о быстрейшем продвижении наших дел. Что касается самолетов, то он лично, как командующий воздушным флотом, дает слово, что все будет в порядке.

Самолеты получите в самый короткий срок. Еще не было случая, где я, Геринг, не сдержал бы своего слова. Как представитель совета министров по обороне я даю твердые указания главнокомандующему армией и командующему флотом.

Вы можете быть уверены в том, что Германия сделает все, что она обязана сделать по договору. Он считает, что интересы обеих стран

197

 


требуют, чтобы Германия и СССР были сильны. Германия и СССР должны быть вместе.

Это мнение фюрера. Это он решил твердо и бесповоротно. Об этом фюрер все время твердит нам. Это желание Гитлера известно дуче, об этом знают Англия и Франция.

Если бы не мирный договор с Финляндией*, СССР пришлось бы воевать с Англией и Францией, так как они готовились оказать вооруженную помощь Финляндии. Он лично все время говорил финнам, что бессмысленно воевать маленькому государству с такой большой страной, и предлагал принять условия СССР[76]. Он ежедневно следит за французской печатью, усиливающей травлю СССР, и видит, что французы хотят расширить фронт войны. Германия заинтересована в усилении Красной Армии, точно так же СССР заинтересован в усилении Германии. Он лично убежден в том, что Германия при всех условиях выйдет из этой войны победителем.

Далее Геринг сообщил, что вчера у него был военный атташе Скорняков, которого он просил передать тов. Ворошилову его просьбу об ускорении поставок со стороны Советского Союза. Он обращается также к нам передать тов. Сталину следующие три просьбы: первая — об ускорении отгрузки зерна; вторая — об ускорении отгрузки нефтепродуктов; третья — ускорение отгрузки металлов, в частности никеля.

Повторив еще раз заверения, что Германия выполнит все свои обязательства по договору, Геринг спросил нас, какие у нас имеются к нему вопросы.

Тов. Тевосян начал с того, что о дружественных отношениях Советского Союза к Германии Герингу достаточно известно. Об этом авторитетно сказано нашим руководством в выступлениях тов. МОЛОТОВА, в беседах с тов. СТАЛИНЫМ**. Эта дружба подтверждена хозяйственным соглашением от 11 февраля 1940 г.***, по которому мы взяли на себя серьезные обязательства помочь Германии дефицитным сырьем, металлом. Это доказано тем, что мы тут же после заключения договора начали грузить зерно, нефть. Больше того, мы грузим ежесуточно бензин и газойль, не дожидаясь заключения фирменного договора.

Геринг все время решительно подтверждал и говорил, что все это верно, все это ему известно.

Тов. Тевосян сказал далее: что же касается германских поставок, то до сих пор по договору Германия ничего не отгрузила в СССР, ни одной заклепки. Больше того, не заключено ни одного фирменного договора и нет еще предложений на важнейшие поставки. Геринг перебил тов. Тевосяна и заявил, что он о таком отношении не был никем информирован, очень сожалеет о замедлении с немецкой стороны, возмущен этим. Тут же приказал адъютанту записать о назначении специального человека для наблюдения за работой министерства хозяйства и чтобы, начиная с понедельника, докладывал ему о ходе наших дел, а также чтобы был выделен человек, который был бы связан с Тевосяном и ежедневно узнавал бы от него все претензии. Далее Геринг заявил, что с этого разговора все пойдет по-иному. «Даю честное слово, я этому гарантия». Тов. Тевосян перешел далее к поставке самолетов. В полученных предложениях по самолетам записаны такие сроки поставок, как, например, по Ю-88 — одиннадцать месяцев, по «Фокке-

___________________
* См. док. 73.
** См. док. 2, 29, 38.
*** См. док. 41.

198

 


Вульф» — 8—10 месяцев, по «Дорнье» — 11 месяцев. Такие сроки поставки нас не могут удовлетворить, так как вам понятно, что этими самолетами мы не хотим покрывать текущие потребности Красной Армии, а беря как образцы для ознакомления с германской техникой и для изготовления этих единиц, не нужно много времени. Я еще 21 марта посетил господина Риттера и обратился с просьбой, чтобы образцы вооружения по самолетам, пушкам, танкам и т. д. Германия отгрузила в ближайший месяц. На эту же тему я беседовал с господином Риттером 27 марта. Господин Риттер сообщил, что некоторые самолеты будут испытаны только в июне. Я сказал господину Риттеру и повторяю, что, если самолеты не будут поставлены в ближайший месяц, максимум два, мы самолеты покупать не будем. Мы не пойдем на удлинение сроков. Геринг тут же перебил и начал перечислять типы самолетов и сроки поставок. 85% всех самолетов будет поставлено в апреле, часть в мае. Что касается «Дорнье-215», то он может быть поставлен только в июне, т. к. еще не налажен серийный выпуск. Тов. Тевосян заявил, что, очевидно, имеет место недоразумение, т. к. наши специалисты еще в первый приезд видели самолет До-215 в производстве и летают на нем. Геринг тут же связался по телефону с генералом Удетом и после разговора с ним заявил нам, что До-215 получим 15 апреля. Во время разговора о самолете До-215 Геринг неоднократно оговаривался, называя его До-217, и тут же поправлялся на До-215.

По нашему впечатлению, эта оговорка не случайна, и мы думаем, что у немцев имеется Дорнье-217, который нам не показан.

Далее Геринг сказал, что Ю-88 получите в мае или в крайнем случае в начале июня. Тов. Тевосян ответил, что это поздно, просил один самолет дать в апреле, второй — в мае. Геринг приказал адъютанту записать эти сроки и заявил нам, что он идет на дальнейшее сокращение сроков и сделает все, чтобы все самолеты мы получили в апреле, но на всякий случай берет себе еще один месяц, так как, может быть, небольшой остаток перейдет на май. Это он делает потому, что хочет перед нами сдержать свое слово.

Тов. Тевосян спросил о сроках поставки самолета «Мессершмитт-209». Геринг ответил, что этого самолета в готовом виде нет и сейчас проверит его состояние. И тут же позвонил генералу Удету, после чего заявил нам, что самолет в стадии конструирования, и может сейчас показать чертежи и макет в натуральную величину. Затем Геринг заявил: что касается артиллерии, то недостаточно в курсе дел, но полагает, "что можно дать в короткие сроки. Тов. Савченко сказал, что желание наше заключается в том, чтобы получить комплектно 2 батареи, одну 105-мм зенитную и одну 211-мм гаубичную из валового производства в 2—3 месяца. Геринг ответил, что точные сроки назвать не может, а даст указания, чтобы все было поставлено скорее. Тов. Тевосян заявил, что по крейсеру «Лютцев» еще предложений нет и что самым трудным вопросом будет цена, которая названа слишком высокой. На это Геринг ответил заявлением, что такого крейсера еще никто не имеет и продают они его с болью в сердце.

Тов. Тевосян заявил, что хотел бы разрешить еще вопрос об условиях платежа. Фирмы в своих предложениях требуют 50% задатка при подписании договора, между тем по установившейся практике в течение многих лет и в настоящее время мы платим только через 30 дней после передачи товара в наше распоряжение. Фирмы охотно соглашаются на наши условия платежа, привыкли к ним, но ссылаются на директиву сверху, в которой предлагается требовать от нас 50% задатка. Мы

199

 


заявляем, что не согласны на уплату задатка. Сначала Геринг сделал вид, что не понял, и спросил: разве мы на марки торгуем, а не товар против товара? Когда мы разъяснили ему порядок расчетов, то он заявил, что понял, в чем дело. Нашим фирмам нужны оборотные средства для выполнения ваших заказов. Он подробности этого дела не знает, разберется и даст ответ, но полагает уже сейчас, что этот вопрос не может послужить тормозом.

Далее тов. Тевосян сказал, что мы просим, чтобы поставки вооружений производились по техническим условиям германской армии и флота из валового производства и чтобы эти технические условия были переданы нам для руководства при приемке. Геринг дал согласие. Тов. Тевосян просил, чтобы самолеты и другое вооружение поставлялись комплектно со всеми приборами точно в таком виде, в каком получает германская армия. Геринг дал согласие. Далее в течение 10—15 минут Геринг рассказывал о порядке работ по созданию новых самолетов, начиная с проектного чертежа и до массового появления их в строю. Особенно подчеркнул, что Германия тратит на это 4 года, Англия — 6 лет, а Франция — 7 лет. В заключение он просил о беседе сообщить тов. СТАЛИНУ. Прощаясь, он обратился к тов. Савченко: «Я слышал, что вы охотник». Тов. Савченко подтвердил это. Геринг пригласил его после обеда к себе на охоту. Тов. Савченко поблагодарил.

Тевосян, Савченко

P. S. Во время беседы записывать было неудобно, поэтому беседу записали по памяти.

Архив бывшего Политбюро ЦК КПСС, ф. 3, on. 64, д. 668, л. 49—56.

 

 

105. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

1 апреля 1940 г.

Сейчас уже можно суммировать эффект, произведенный речью товарища Молотова* в правительственных и политических кругах Англии. Этот эффект в общем однороден во всех партиях (хотя, разумеется, имеются различные оттенки), и охарактеризовать его можно следующим образом: англичане с удовлетворением констатируют, что, судя по речи товарища Молотова, между СССР и Германией нет союза, что СССР проводит свою собственную независимую политику и что эта политика является политикой нейтралитета[77]. Бивербрук, например, мне почти с восторгом говорил, что по его интерпретации СССР теперь переходит на позицию «изоляции», и что такая позиция вполне соответствует британским интересам. Очень довольны здесь также тем, что план Риббентропа о «тройственном пакте» на Балканах провалился (так, по крайней мере, истолковывают в Лондоне речь товарища Молотова). С другой стороны, однако, англичане обнаруживают известный скептицизм в отношении заявления товарища Молотова о нейтралитете СССР и склонны занять выжидательную позицию. Многие, тем не менее, считают, что надо сделать попытку использовать представляющуюся возможность улучшить

___________________
* См. Известия.—1940.—30 марта.

200

 


англо-советские отношения и тем самым предупредить «скатывание» СССР в сторону Германии (такова позиция прессы Бивербука «Обсервер», «Ньюс Кроникл», лейбористов). Заявление Черчилля (в радиоречи 30 марта) , что Англия «не хочет воевать с Россией» и что борьбу она ведет с Германией, тоже является попыткой несколько разрядить господствующее в советско-английских отношениях напряжение. В конечном счете можно смело утверждать, что речь товарища Молотова имела в Англии положительный эффект и несомненно сильно затруднит здесь работу враждебных нам элементов. Речь сравнительно хорошо была воспроизведена общей печатью, а сверх того англо-русский парламентский комитет завтра выпускает ее отдельным изданием.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. I, п. 325, д. 2233, л. 297—298.

 

 

106. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА РУМЫНИЯ В СССР Г. ДАВИДЕСКУ

2 апреля 1940 г.

Помета Наркома: «Просмотрено и исправлено. В. Молотов»

Посланник начинает с заявления о том, что после беседы с тов. Молотовым, состоявшейся 17 января*, он с радостью передал своему правительству мнение о том, что дело Бутенко[19], разговоры о котором так нарушали советско-румынские отношения, может считаться законченным. Однако он был опечален, услышав некоторые места доклада тов. Молотова 29 марта**.

Посланнику поручено выразить Председателю Совета Народных Комиссаров СССР удивление румынского правительства версией по делу Бутенко, изложенной в речи от 29 марта. Абсолютно корректная позиция румынских властей была доказана самым ясным образом, и румынское правительство убеждено, что ему нельзя приписать в этом деле никакой вины.

Давидеску заявляет, что настоящее его заявление является официальным. К этому официальному заявлению он делает заявление в частном порядке — о своем разочаровании тем, что он не услышал в речи Молотова благосклонных слов, которые были сказаны в беседе 17 января и которые улучшали атмосферу отношений между СССР и Румынией.

Тов. Молотов отвечает, что он никогда не выражал удовлетворения тем положением, которое было создано исчезновением Бутенко, и напоминает, что он говорил посланнику об этом деле в объяснение затяжки с назначением нового полпреда СССР в Бухарест***. Тов. Молотов говорит, что нельзя поверить тому, что никакие румынские власти не участвовали в исчезновении Бутенко из миссии и из страны. Поэтому легко

___________________
* См. док. 20.
** См. Известия.— 1940.— 30 марта.
*** В тексте оригинала зачеркнуто: «Советское правительство не могло быть Довольно исчезновением своего представителя в Румынии».

201

 


понять позицию Советского правительства в данном вопросе. Что же касается общих замечаний, сделанных в докладе по поводу Румынии, то тов. Молотов указывает, что он только разъяснил то, что должен был разъяснить.

Посланник, возвращаясь к беседе от 17 января, говорит, что тов. Молотов обещал передать на рассмотрение Совета Народных Комиссаров вопрос о назначении полпреда СССР в Бухарест и выражал надежду, что решение по этому вопросу будет благоприятным для советско-румынских отношений. Посланнику было разрешено передать эти слова в Бухарест. Поэтому посланник просит оценить то положение, в которое он-де попал по отношению к своему правительству.

Тов. Молотов отвечает, что Совет Народных Комиссаров в принципе уже решил назначить полномочного представителя СССР в Румынии, т. е. вопрос решен в том духе, о котором тов. Молотов говорил в январе. В настоящее время рассматривается вопрос о кандидатуре на пост полпреда.

Посланник благодарит тов. Молотова за ответ и заявляет, что не замедлит сообщить о нем своему правительству.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 1, д. 10, л. 82—83.

 

 

107. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО В НКИД СССР

3 апреля 1940 г.

Сегодня беседовал с Хеллом в течение часа с лишком. В отличие от холодно-сдержанного тона предыдущих бесед Хелл на этот раз был подчеркнуто любезен, внешне даже дружественен[79]. По основному вопросу о моральном эмбарго[43] и дискриминационному режиму против нас он явно ощущает шаткость американской позиции, которую не в состоянии сейчас чем-либо оправдать, но чувствовались его связанность установкой Рузвельта и отсутствие новых указаний. Никаких твердых обещаний о снятии эмбарго[74] он пока не дал. Разговор, охвативший массу вопросов, начал с общего положения и выступления Молотова*, точный английский текст которого я передал Хеллу. Когда коснулся заявления Молотова о нашем нейтралитете, Хелл спросил, какого типа нейтралитет мы имеем в виду — формальный, юридический или политический, и не является ли наш нейтралитет благожелательным по отношению к одной из воюющих стран. Ответил, что наш нейтралитет является в полном соответствии с международным правом подлинным нейтралитетом, отражающим волю советского народа к неучастию в войне европейских держав и стремление не к расширению, и всяческому сокращению сферы войны, в продолжении которой заинтересован не СССР. В области сферы войны советская политика уже дала ощутимые результаты. Естественно, что, если одна из воюющих стран стала на путь дружественных политических и экономических отношений, а не на путь ухудшения отношений и разжигания вражды к СССР, это не может не отражаться на характере наших отношений с соответствующими

___________________
* См. Известия.—1940.—30 марта.

202

 


странами, но в войне между ними мы придерживаемся нейтралитета. Мы исходили из того, что США также проводят политику нейтралитета, однако отношения между двумя величайшими нейтральными державами — СССР и США оставляют желать лучшего и страдают прежде всего от проводимой Американским правительством дискриминационной линии в торговле с СССР, противоречащей принципам Хелла о равном торговом режиме для всех и резко отличающейся от широкого развертывания торговли, в частности оружием, с англо-французской группой. Хелл, заявив, что политика нейтралитета США также продиктована волей народа, вернулся к вопросу об отношениях с соседними странами и спросил, разделяем ли мы мнение Американского правительства о целях японской политики как направленной к неограниченному господству на Тихом океане и, следовательно, угрожающей всем тихоокеанским державам. Ответил, что планы неограниченной экспансии действительно лелеются экстремистскими японскими военными кругами, однако в отношении СССР даже эти круги вынуждены были пересмотреть свои планы в результате нанесенных нами военных поражений, значительно укрепивших безопасность наших дальневосточных границ. Проинформировал Хелла, по его просьбе, о неурегулированных вопросах наших отношений с Японией по речи Молотова, с которой Хелл, видимо, был слабо знаком. Хелл заявил, что Американское правительство неизменно отрицательно относится к японской экспансии на Азиатском материке. Вставил замечание, что, по имеющимся у нас сведениям, японские заказчики американских товаров, в частности станков, не испытывают затруднений, чинимых нам, и в период введения морального эмбарго против Японии выполнение ее старых авиазаказов не пострадало. По вопросу морального эмбарго заявил Хеллу следующее:

1. Моральное эмбарго на вывоз авиаоборудования, алюминия, молибдена и тех[нической] помощи по строительству крекингов распространено на СССР неправомерно, ибо базировалось на ложной информации о бомбардировке нами гражданского населения. Напомнив Хеллу, что в прошлой беседе он наряду с донесениями американских дипломатов- «очевидцев» ссылался на сообщения американских корреспондентов в Финляндии, я привел ему свидетельство виднейшего американского журналиста, признавшего после окончания войны в телеграмме из Стокгольма, что советские летчики избегали бомбардировок гражданского населения, и сослался также на цифры самих финнов. Хелл возразил, что обязан верить своим представителям и что по вопросу о том, бомбардировалось ли гражданское население, очевидно, Советское правительство с Американским правительством договорились бы лишь в результате расследования беспристрастной международной комиссией.

Я сделал вид, что пропустил это предложение мимо ушей.

2. После окончания войны в Финляндии моральное эмбарго подавно лишено смысла и превратилось в ничем не оправданную систему дискриминационных мероприятий, противоречащих закрепленному в нашем торговом соглашении принципу наибольшего благоприятствования и к тому же выходящих далеко за пределы товаров, перечисленных в заявлениях Американского правительства о моральном эмбарго. Я процитировал Хеллу часть циркуляра Госдепартамента авиапромышленникам 15 декабря о моральном эмбарго с прямым советом посовещаться с Госдепартаментом о порядке нарушения уже заключенных с нами договоров и указал, что подобный совет, естественно, воспринимается промышленниками других отраслей как безнаказанность нарушения договорных обязательств. Я сообщил Хеллу, что мне доподлинно известны факты

203

 


нажима со стороны некоторых органов Американского правительства, созданных в связи с военными заказами союзников, на станкопромышленников, которым рекомендуют передавать англо-французам изготовленные для нас станки. Речь, следовательно, идет о том, что моральное эмбарго дезорганизует всю торговлю СССР и США, а не только в области авиации, удельный вес которой в наших закупках был незначителен. Экономическая независимость Союза позволяет ему обходиться без импорта, но ввиду планового характера нашего хозяйства мы должны иметь ясный ответ, когда прекратится дискриминационный режим, продолжение которого заставит наши заводы надолго переориентироваться на станки других стран, а прекращение которого, как указал Молотов, могло бы привести к росту нашего импорта из США. Привел также, кроме перечисленных в Вашем меморандуме [73] Штейнгардту фактов, новые обстоятельства недопуска наших инженеров на завод «Райта»[80], упомянув, что туда допускаются англичане, французы, китайцы под предлогом, что много заказывают, далее перечислил пароходы, в фрахтовке которых Амторгом[22] на Дальний Восток отказала правительственная комиссия морского флота, рассказал Хеллу, что прокуратура через защитников угрожала членам правления «Бук-книги» , что конфискует все бухгалтерские книги Амторга. Никольский и Ильин не признают себя виновными в притянутом за волосы «нарушении» закона о регистрации.

Указал на вред для культурных и хозяйственных отношений свертывания «Бук-книги», «Интуриста», Амкино, привел новые случаи придирок к нашим людям, например незаконное задержание полицией в штате Охайо трех наших приемщиков на два часа без права снестись по телефону с консулом, унизительный допрос сотрудника ТАСС Ломакина в декабре 1939 года и т. д. Наконец, ознакомил Хелла с копиями переписки между Амторгом и заведующим контрольным отделом Госдепартамента Грином, о которых сообщали Вам вместе с Лукашевым из Нью-Йорка в начале марта, плюс новое письмо Грина, в котором он снова настаивает на ответе Амторга как американской корпорации, будет ли он считаться не только с законами, но и с политикой Американского правительства. Указал Хеллу, что, другими словами, его сотрудник требует, чтобы фирма, формально американская, но созданная на советские государственные капиталы для развития торговли СССР и США и за время своего существования совершившая оборот свыше двух млрд. долларов, вступила на путь дезорганизации того дела, для которого она создана. Ответ Хелла:

1. Поскольку Американское правительство сочло Советское правительство повинным в бомбардировке гражданского населения, моральное эмбарго, действующее против Японии и Германии, автоматически распространилось на СССР, причем Американское правительство следует точным прецедентам, установленным при применении эмбарго к Японии.

2. Никаких дискриминационных мер, выходящих за эти пределы, Американское правительство не имело в виду, и все факты, подобные приведенным мной, он рекомендует обсудить немедленно с заведующими европейским и экономическим отделами Госдепартамента.

3. На случаи придирок к нашим хозяйственникам Госдепартамент быстро реагировал.

4. Вопрос фрахтования американского тоннажа решается в зависимости от интересов распределения тоннажа между Тихим океаном и Атлантикой и не является дискриминацией против нас, но и этот вопрос можно обсудить.

204

 


5. Американское правительство не возражает против вывоза нами из США имеющейся на рынке меди, но обязано оберегать импортное стратегическое сырье, особенно олово и каучук, от разбазаривания и призывает все американские фирмы, включая и Амторг, воздержаться от реэкспорта этого сырья во имя интересов обороны США, причем в ближайшие дни список дефицитного сырья будет увеличен еще на два товара. (Возразил Хеллу, что, во-первых, сообщения о крупных закупках Амторгом стратегического сырья апокрифичны, упомянув, что, например, в первом квартале олова закуплено всего 750 тонн, других товаров, кроме меди, ничтожнейшее количество, во-вторых, продавая США марганец, мы дали американцам больше стратегического сырья, чем закупаем.) В заключение Хелл произнес свою обычную тираду о том, что восстановление отношений с СССР в его интересах, что с этим вопросом связана его личная политическая карьера, что за последние годы, особенно месяцы, он подвергается бесконечным нападкам по вопросу отношений с СССР, что неурегулирование вопроса о долгах было для него тяжелым ударом, что вопрос о пропаганде по-прежнему существует, и так далее. Возразил Хеллу, что, судя по его же письму в комиссию иностранных дел сената, с 1935 года у него не было поводов поднимать перед нами вопрос о так называемой пропаганде. Хелл ответил, что к нему продолжают поступать данные «о деятельности некоторых Ваших людей», но на мое предложение ознакомить нас с этими данными заявил, что не предает им особого значения. Хелл заявил, что, пока обе страны заостряли свою политику против сил агрессии и реакции, ему легче было бороться с противниками советско-американских дружественных отношений, ныне же Американскому правительству не известно дальнейшее направление политики Советского правительства. Ответил ему ссылкой на речь и спросил, должен ли я доложить Советскому правительству, что политика дискриминации будет продолжаться. Ответ Хелла гласил: «Как я уже заявил прессе некоторое время назад, моральное эмбарго не может быть отменено автоматически. Этот вопрос в правительстве еще не стоял. Если бы Советское правительство помогло нам доказать Американскому общественному мнению, что оно твердо стоит на пути нейтралитета и мира, и если бы у нас была уверенность, что на границах СССР не предстоит новых военных событий, подобных финским, то упорядочение наших отношений ускорилось бы». Возразил Хеллу, что о планах в районах наших границ он должен спрашивать не нас, а правительства Западной Европы, что же касается нас, то наша политика нейтралитета и мира сформулирована с предельной четкостью главой Советского правительства. Хелл просил заходить для обмена мнениями о международной обстановке. На вопрос журналистов, о чем говорил с Хеллом и ставил ли я вопрос о моральном эмбарго, я отказался отвечать.

Ответы Хелла на вопросы журналистов переданы ТАСС. Хелл подчеркнул, что о вопросе снятия эмбарго не может сообщить ничего нового «в данный момент».

Выводы:

1. Хелл, несогласный со слишком грубой просоюзнической линией Рузвельта и опасающийся, что нашумевшее разоблачение немцами проделок Буллита[81] и аналогичные факты повредят демократической партии на выборах, по-видимому, не прочь по меньшей мере смягчить остроту отношений с нами и снять эмбарго, которое он не в состоянии членораздельно объяснить ни нам, ни американцам, но связан установкой Рузвельта.

2. Последний, по-видимому, не желает пока лишиться этого рычага

205

 


давления на нас и в угоду англо-французам готов жертвовать перспективами торговли с нами, удельный вес которой снизился ввиду возрастающих закупок союзников.

3. Однако предвыборная обстановка и рост нашего веса после мира с финнами дают возможность давить на Хелла и Рузвельта, используя, в частности, изоляционистских сенаторов обеих партий.

4. Мне кажется, и в Москве, и здесь по всем перечисленным вопросам надо продолжать энергично требовать от американцев удовлетворения наших требований, в частности путем рекомендованных Хеллом переговоров с соответствующими органами Госдепартамента.

5. Хотя Хелл ничего не обещал, он взял новый тон и впервые заговорил о возможности улучшения отношений.

6. По-видимому, здесь не изжита старая иллюзия о перспективе обострения наших отношений с Японией; к этому вопросу Хелл проявил живейший интерес[82].

Уманский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п.320, д. 2198, л. 150—160.

 

 

108. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

5 апреля 1940 г. Москва

4 апреля 1940 года состоялся завтрак в германском посольстве. Присутствовали с нашей стороны, кроме меня, Зав. Центральноевропейским отделом тов. Александров А. М. и тов. Барков В. Н. С германской стороны — посол Шуленбург, советники Хильгер и Швинер и другие дипломатические работники посольства.

Во время завтрака Хильгер сообщил мне, что Советский Союз с 1 апреля с. г. прекратил отгрузку зерна и нефти в Германию, и добавил, что если это вызывается вопросом цен, то данный вопрос может быть урегулирован, и что немецкая сторона хотела бы, чтобы поставка зерна и нефти продолжалась[83].

Я ответил на это, что данного вопроса не знаю, потому что эти дни нахожусь в Москве.

Далее он сообщил, что Нарком судостроения т. Тевосян, находящийся в Берлине, был принят на днях Герингом*. Подробностей беседы он не знает; о данном приеме он получил извещение по телефону из Берлина. В этом он видит особо дружественный акт со стороны Германского правительства.

Хильгер также отметил, что им очень хотелось начать переговоры и урегулировать вопрос железнодорожного пассажирского движения непосредственно между СССР и Германией.

После завтрака была беседа с Шуленбургом и другими присутствовавшими, но она не носила никакого политического характера и сводилась к разговорам Шуленбурга по поводу его жизни в Берлине, а также в Москве.

___________________
* См. док. 104.

206

 


Кроме этого, в беседе он сообщил, что 20 апреля поедет в командировку в г. Берлин.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 16—17,

 

 

109. БЕСЕДА НАРКОМА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ А. И. МИКОЯНА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Молотову

5 апреля 1940 г. Особая папка

Г-н Шуленбург заявил, что его забомбардировали телеграммами из Берлина по поводу приостановки советской стороной поставок нефти и зерновых[83].

Из получаемых им телеграмм из Берлина видно, что ведущиеся в настоящее время в Берлине переговоры по выдаче заказов германским фирмам протекают успешно.

Недавно г-н Геринг принимал тт. Тевосяна и Савченко* и обещал все дать, что требует советская сторона.

Германское правительство очень встревожено и не понимает, почему же прекращены поставки зерна и нефти, а поэтому просит возобновить прерванные поставки зерновых и нефти, которые очень необходимы для Германии.

Что касается задержки поставок угля германской стороной для СССР, то он понимает недовольство последней, но это объясняется особым обстоятельством, а именно холодами в Германии, что просит принять во внимание. Сейчас же поставки угля начались и будут продолжаться беспрерывно.

Тов. Микоян ответил, что он знает о приеме г-ном Герингом тт. Тевосяна и Савченко, которые остались довольны результатами этого приема. Тов. Микоян указал, что до последних дней переговоры в Берлине о выдаче заказов шли плохо, но теперь как будто намечается перелом. Правда, еще законченных соглашений пока нет.

Что касается поставок в Германию, то для нас не является проблемой поставить на 100 тыс. тонн больше или меньше. Но в этом виновата германская сторона.

Он понимает, что для поставок машин требуется некоторое время. Но обещанный уголь, который должен быть поставлен еще в январе месяце, до сих пор не поставлен. Следовательно, своего обещания германская сторона не выполнила. Нужно быть честными в выполнении соглашений. Не можете поставить уголь, так прямо и скажите, мы не будем тогда рассчитывать на ваш уголь. Поэтому понятно, почему приостановлены поставки советской стороной. Наркомвнешторг не может позволить себе дальше оставаться в дураках, ибо фактически происходят не Двусторонний товарооборот, а односторонние поставки товаров Наркомвнещторгом Германии.

Г-н Шуленбург, отвечая на это, просит ему поверить, что в срыве поставок угля не было никакой злой воли. Никто не мог предвидеть с герман-

___________________
* См. док. 104.

207

 


ской стороны, что в Гамбурге не будет угля (откуда он направляется в СССР). Германская сторона это исправит намечающимися отгрузками в апреле, кроме находящегося угля уже в пути. Г-н Шуленбург заверяет, что все обещанное германской стороной будет поставлено в СССР. Он не может уйти сегодня от народного комиссара, чтобы не получить какого-либо положительного ответа после тех указаний, которые им получены из Берлина. Он еще раз указывает, что будут поставлены и уголь, и аэропланы и т. д. и т. п.

Тов. Микоян заявил, что, пока не будет конкретного поворота в германских поставках СССР, он лишен возможности что-либо сделать положительное с советскими поставками в Германию.

Г-н Шуленбург вновь просит начать поставки советских товаров, указывая, что немецкая сторона выполнит все свои обещания как уголь, так и аэропланы в заявленные сроки советской стороной.

В задержке по отгрузке угля не было злой воли. В Берлине будут очень огорчены, если поставленный им вопрос не будет сегодня разрешен.

Тов. Микоян заявил на это, что не германская сторона должна огорчаться, а советская, которая, выполняя свои обязательства, в компенсацию ничего пока реального не получила.

Г-н Шуленбург просит разрешения о приезде в СССР германских представителей на предмет переговоров по дальнейшим закупкам зерна.

Тов. Микоян ответил, что такой приезд возможен, но указал, что поставки советских товаров, в том числе и зерна, он не начнет, как он уже указал выше, до тех пор, пока германская сторона не начнет реально проводить свои поставки для СССР.

Г-н Шуленбург поставил вопрос о цене на советские товары, которые в Берлине считают очень высокими, несмотря на договоренность, что таковые будут на довоенном уровне.

Тов. Микоян ответил, что мы не собираемся повышать цены, если германская сторона будет держаться той же политики. Но в условиях военного времени все же довоенный уровень цен трудно сохранить. По нашим данным, предложенные немецкой стороной цены на уголь выше довоенных цен на 30—40%.

Несмотря на спор, который идет по вопросу цен, выход может быть найден, если германская сторона пойдет на уступки в этом вопросе.

Г-н Шуленбург считает, что все спорные вопросы найдут свое положительное разрешение в самом скором времени, и что поставки с немецкой стороны начнутся немедленно.

Затем по поручению Берлина г-н Шуленбург сообщает ответ по вопросу обеспечения провоза советского леса на Голландию. Прежде всего он напоминает по просьбе г-на Риттера о положительной договоренности между обеими сторонами о провозе советского леса в Англию, исходя из интересов советской стороны, которая получает из Англии цветные металлы и каучук.

В отношении же Голландии дело обстоит по-другому. Германское правительство не может верить ни заверению Голландского правительства, ни фирмам, что направляемый в Голландию лес не будет реэкспортирован в Англию. Они точно знают, что для этого в Голландии созданы крупные спекулятивные организации. Поэтому Германское правительство просит дать заявление с советской стороны, что она не будет интересоваться продвижением леса, направляемого в Голландию морем, после его продажи.

Тов. Микоян отвел просьбу, высказанную г-ном Шуленбургом, указав при этом, что речь идет о поставках советского леса в Голландию и

208

 


Бельгию за валюту, а не по клирингу, как с Германией. Кроме этого, по известным условиям лес продаем мы в указанные страны на условиях «сиф»*.

Далее, если Голландия встретит затруднения в покупке советского леса, то она сумеет купить таковой в Норвегии и Швеции. Следовательно, потерю будет нести только советская сторона. Советская сторона уже понесла потери в поставках леса в эти страны в результате войны, так как в истекшем году не вывезла тех количеств, которые вывозила в предшествовавшие годы.

Лес в Голландию и Бельгию мы предполагаем вывозить Балтийским морем через Кильский канал. Следовательно, это будет находиться под известным контролем Германии. А поэтому нужно найти выход в этом вопросе, чтобы не были нарушены интересы советской стороны.

Г-н Шуленбург, отвечая на заявление тов. Микояна, согласен с тем, что нужно как-то найти положительное разрешение данного вопроса совместными усилиями.

Затем г-н Шуленбург поставил вопрос о целлюлозной фабрике в Кексгольме. По заявлению г-на Шуленбурга, в эту фабрику вложен германский капитал около 30 млн. марок. Во время войны СССР с Финляндией немецкая сторона ставила вопрос у тов. Молотова о возможности сохранения этого предприятия. В настоящее время г. Кексгольм, где находится фабрика, отошел к СССР. Он просит разрешения о приезде в СССР директора концерна, являющегося владельцем вложенного капитала в указанную фабрику, для дальнейшего выяснения судьбы этой фабрики.

Тов. Микоян заявил, что он не в курсе этого дела и данный вопрос не подлежит его компетенции.

Г-н Шуленбург после этого спросил о судьбе пароходов «Селенга» и «Маяковский», верно ли, что они конфискованы французами.

Тов. Микоян ответил, что о конфискации сведений нет, но что после проверки англичанами этих пароходов последние после выхода из Гонконга были задержаны для проверки французами.

Затем тов. Микоян указал, что ему не понятна роль японцев. Все, что мы покупаем, провозим, немедленно появляется в английской печати.

Г-н Шуленбург выразил удивление по данному сообщению и обещал срочно выяснить это в соответствующих инстанциях.

В заключение г-н Шуленбург сделал приглашение тов. Микояну о принятии участия в предполагаемом у него ужине.

Устройство этого ужина приурочивалось к приезду г-на Шнурре, который ожидался 25 марта. Ввиду же прекращения поставок советских товаров приезд г-на Шнурре задержался.

Тов. Микоян ответил, что это дело не столь спешное и можно вполне обождать приезда г-на Шнурре. Беседа продолжалась 1 час.

Записал Точилин

Архив бывшего Политбюро ЦК КПСС, ф, 3, on. 64, д. 668, я. 58—64.

___________________
* Сиф — оплата товара, страховки и перевозки до порта назначения.

209

 


 

 

110. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

5 апреля 1940 г.

«Реконструкция» правительства, о которой было объявлено во вчерашних газетах, не вызвала в политических кругах и вообще в стране большой реакции. Ибо по существу эта «реконструкция» сводится к пересадке одних и тех же лиц на другие места за одним и тем же столом. Было бы, однако, не совсем правильно отрицать всякое значение только что произведенной «перестройки». Наиболее важным моментом последней является возрастание роли Черчилля, который теперь фактически поставлен руководителем всех вооруженных сил Великобритании и, как таковой, окажется в состоянии в гораздо большей степени, чем раньше, влиять не только на ход войны, но и на всю политику правительства. Правда, путем хитроумной расстановки сил в кабинете (в особенности путем назначения Самуэля Хора министром авиации) Чемберлен постарался принять некоторые предохранительные меры против излишнего засилья Черчилля, которого он по-прежнему не любит и боится, как опасного соперника, претендующего на пост премьера. Тем не менее, однако, факт усиления Черчилля, а стало быть, и тенденции «война до конца» не подлежит сомнению. Впрочем, необходимо иметь в виду, что Черчилль — фанатический ненавистник Германии. Это для него «враг номер 1». Ради успешной борьбы с Германией он готов на любую комбинацию и с кем угодно. Как мне передали из хороших источников, сейчас, после окончания финской войны, Черчилль опять готов к улучшению отношений с СССР. Известным подтверждением этого, между прочим, является тот факт, что сын Уинстона Черчилля Рандольф Черчилль (ныне офицер танкового батальона), который с начала финской войны совершенно исчез с моего горизонта (хотя до этого поддерживал с полпредством тесный контакт), на этих днях дважды посетил меня, передавал привет от отца, привел свою молодую жену* (он только что женился) знакомиться с моей женой и вообще всячески старался показать, что хочет восстановить прежние «дружественные отношения». Конечно, данному факту не следует придавать излишнее значение, однако он все-таки симптоматичен, особенно взятый в связи с последней радиоречью Черчилля[78], где он высказался против войны с СССР. Правда, в той речи имеются выпады против «коммунизма» и «разлагающего» влияния его идеологии, но это уже неизменная составная часть черчиллевского мировоззрения. Он не раз заявлял подобные вещи и раньше. 30 марта Черчилль к тому же говорил для США и, помимо всего прочего, старался подыграться под свою аудиторию.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 325, д. 2233, л. 306—307.

___________________
* Памела Дигби Черчилль Хэйуорд Гарриман (Time.— 1944.— №34.— Р. 47).

210

 


 

 

111. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН К. А. МИХАЙЛОВА В НКИД СССР

6 апреля 1940 г.

В свое время я Вам сообщал, что следует ожидать оживления диверсионной деятельности басмачества, укрывшегося в Афганистане и активизирующегося при содействии англичан и турок. Ваш номер 2400 о появлении басмаческой банды подтверждает эти наши сведения. Вчера я посетил мининдела и, вручив ему соответствующую ноту, заявил, что нас чрезвычайно удивляет этот факт неожиданного выступления вооруженных басмачей на нашей границе и мы ждем со стороны афганского правительства принятия, согласно советско-афганскому договору 1931 года*, самых решительных мер пресечения и искоренения антисоветских выступлений басмачей. Али Мухаммед заверил, что афганское правительство примет все необходимые меры. Он заявил также, что премьер якобы еще 2—3 месяца назад дал строгий приказ пресечь всякую антисоветскую деятельность басмачей. Полагаю, что это заявление МИДа косвенным образом служит признанием факта безусловного оживления басмачества, поэтому нам следует усилить охрану нашей границы на всем протяжении, и особенно в тех ее пунктах, которые считаются басмачами наиболее легкопереходимыми.

Во время вчерашней встречи Али Мухаммед заявил мне, что он в скором времени ответит на наш последний меморандум по вопросу о границе и что афганцы, дорожа дружбой с СССР, якобы предполагают несколько сблизить свои позиции с нашими, но намерены поставить на разрешение вопрос о речной границе. Я заявил ему, что для афганского правительства было бы лучше безоговорочно принять наши предложения о границе и тем оценить по достоинству доброжелательность СССР.

Михайлов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 322, д. 2215, л. 115—116.

 

 

112. ТЕЛЕГРАММА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИРАН М. Е. ФИЛИМОНОВУ

6 апреля 1940 г.

По полученному сообщению, 30 марта в 14 часов 33 минуты два трехмоторных самолета типа моноплан зеленой окраски нарушили государственную границу, перелетев из Ирана на нашу территорию между высотами Шишнавир и Караул-таш (на крайнем юго-востоке Азербайджанской ССР).

Углубившись на советскую территорию на 8 километров, указанные

___________________
* См. Документы... — Т. XIV.— С. 392 — 395.

211

 


самолеты пролетели над селениями Перембель и Ярдымлы и повернули вновь на иранскую территорию*.

Посетите Ааляма и оставьте ему по этому поводу памятную записку[73].

Деканозов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 333, д. 2286, л. 86.

 

 

113. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

Разослано: т. Сталину, т. Ворошилову, т. Микояну, т. Кагановичу, т. Деканозову, т. Лозовскому

9 апреля 1940 г.

1. Шуленбург сообщает, что ему поручено Риббентропом проинформировать тов. Молотова по поводу предпринятой Германским правительством акции в отношении Северных стран.

Дело в том, что несколько времени тому назад Германское правительство предупредило Скандинавские страны, что в случае какой-либо акции в этих странах со стороны Англии и Франции Германское правительство примет немедленно ответные меры. Сейчас это произошло. Германскому правительству стало известно, что Англия и Франция решили использовать территорию Северных стран в военных целях против Германии, для чего хотели занять определенные территории этих стран. Германское правительство решило опередить англо-французское намерение и в 5 часов 25 минут 9 апреля вручило Датскому и Норвежскому правительствам специальные меморандумы, в которых заявило, что Германское правительство вынуждено занять отдельные стратегические пункты в Дании и Норвегии[85].

В меморандумах заявлено, что эта акция Германского правительства ни в какой мере не затрагивает неприкосновенности и самостоятельности Норвегии и Дании. Этой акцией Германское правительство хочет лишь предупредить возникновение на Севере нового очага войны.

Шуленбургу специально поручено заявить тов. Молотову, что указанная мера Германского правительства направлена только в отношении Дании и Норвегии, но не касается Швеции и Финляндии и не затрагивает интересов СССР.

По поручению посла Хильгер зачитывает содержание меморандума, врученного Германским правительством Датскому и Норвежскому правительствам (копия меморандума прилагается)**.

После прочтения меморандума Шуленбург добавляет, что Риббентроп поручил ему заявить тов. Молотову, что у Германского правительства имеются документальные доказательства того, что Англия на днях намеревалась высадить свои войска в Норвегии и Дании.

Тов. Молотов отвечает послу, что ему понятны действия Германского правительства, так как, видимо, Англия слишком далеко зашла в отношении нарушения нейтралитета Норвегии и Дании. Не исключено,

___________________
* См. также док. 124.
** Не публикуется.

212

 


что Англия действительно готовилась к занятию побережья Норвегии и Дании. Поэтому меры Германии в отношении Норвегии и Дании следует считать вынужденными.

На вопрос тов. Молотова, в какой мере касается эта акция Швеции, Шуленбург отвечает, что ни Швецию, ни Финляндию эта акция Германского правительства не затрагивает.

На вопрос тов. Молотова, как Шуленбург оценивает отношение Датского и Норвежского правительств к указанным мерам Германского правительства, Шуленбург заявляет, что он думает, что и Дания, и Норвегия будут вести себя разумно. Оказать какое-либо сопротивление ввиду незначительного количества их войск они не смогут, чего они делать как будто и не намереваются.

Тов. Молотов спрашивает посла, соответствует ли действительности сообщение, что Копенгаген занят немецкими войсками, а Норвежское правительство из Осло эвакуировалось в гор. Хамар.

Шуленбург отвечает, что у него пока нет об этом данных.

Далее Шуленбург говорит, что нажим со стороны англо-французского блока производится не только на севере, но и на юге. По имеющимся данным, Англия и Франция особенно нажимают на Турцию и пытаются сговориться с Турцией о блокаде Черного моря с тем, чтобы воспрепятствовать переотправке нефти из Батуми на Дунай.

Тов. Молотов замечает, что турки едва ли будут единодушны в согласии на такие действия Англии и Франции и вряд ли что из этого дела выйдет, так как для Турции это очень опасное мероприятие.

2. Шуленбург спрашивает тов. Молотова, верны ли слухи о торговых переговорах тов. Майского с Лондоном.

Тов. Молотов отвечает, что никаких переговоров с Лондоном нет, и добавляет, что в свое время, недели три назад, Советский Союз сообщил Лондону, что, прежде чем разговаривать о торговле, Английское правительство должно освободить советские пароходы «Селенга» и «Маяковский». Однако англичане пароходы не освободили, а передали их французам. Так как переговоры имели своей целью освобождение упомянутых пароходов, которые не освобождены, то и переговоры не состоялись.

3. Затем тов. Молотов спрашивает посла, намерен ли он разговаривать сегодня о текущих вопросах советско-германских отношений и есть ли у посла к нему какие-нибудь вопросы.

Шуленбург отвечает, что он сегодня не намерен был разговаривать по текущим делам, но охотно воспользуется предоставленным ему правом, чтобы поставить вопрос о задержке виз со стороны НКИД, о бухте Западная Лица, о торговых делах и т. п.

Тов. Молотов заявляет, что он также намерен коснуться некоторых вопросов, и прежде всего вопроса о торговых делах.

Он узнал, что хоз[яйственные] органы СССР несколько перестарались, приостановив отправку товаров в Германию, в частности нефти и зерна. Причем они имели для этого известное основание, т. к. Германское правительство само задерживало предусмотренные СССР поставки. Но поскольку на днях г-н Геринг заверил наших хозяйственников в Берлине[86], что со стороны Германии задержки будут устранены, то нашим хоз{яйственным| органам дано указание отменить запрещение поставки нефти и зерна.

Шуленбург заявляет, что он очень признателен тов. Молотову и что Берлин также будет рад этому заявлению тов. Молотова. Что же касается германских поставок в СССР, то поставки уже начались (вышли уже в СССР два парохода).

213

 


Кроме того, Германское правительство готово уже сейчас сдать крейсер и выясняет у советской стороны технические условия его поставки.

4. О взаимном обмене консульствами.

Тов. Молотов сообщает, что ввиду того, что Германское правительство не дало согласия на организацию советских консульств в Варшаве и Кракове, Советское правительство предлагает следующий вариант решения этого вопроса: СССР учреждает консульства в Праге, Вене и Кенигсберге и предоставляет право Германскому правительству учредить консульства в трех городах СССР по выбору Германского правительства.

Шуленбург сообщает, что Германское правительство в таком случае учредит свои консульства в Ленинграде, Владивостоке и Батуми. Однако он просит резервировать за ним право заменить Батуми на Одессу, если того пожелает Берлин.

Тов. Молотов дает согласие.

5. О целлюлозной фабрике в Кексгольме.

Тов. Молотов вручает Шуленбургу вербальную ноту* по вопросу о целлюлозной фабрике в Кексгольме и добавляет, что это — официальная точка зрения Советского правительства, которая проводится в отношениях со всеми другими странами, а именно: все предприятия и соответствующее имущество на территориях, отошедших от Финляндии к СССР, по советским законам считаются национализированными.

Однако, учитывая дружественные отношения СССР с Германией и специальную просьбу об этой фабрике Германского правительства, в качестве исключения, причем совершенно конфиденциально, Советское правительство согласно после производства оценки этой фабрики уплатить Германии третью часть установленной при оценке стоимости.

Шуленбург отвечает, что он сохранит конфиденциальность этого вопроса и так как он сам не может дать на него ответ, то он запросит об этом Берлин.

6. а) О задержке выдачи виз немцам со стороны НКИД. Шуленбург заявляет, что, в то время как германская сторона

немедленно выдает визы всем советским гражданам, о которых просит НКИД или полпредство в Берлине, советская сторона допускает некоторые задержки.

Так, например, не выдаются визы Венцслеву — картографу смешанной пограничной советско-германской комиссии — на обратный въезд из Берлина в Москву и жене сотрудника полпредства Рупперти.

б) О выдворении немцев, арестованных еще польским правительством, из районов бывш[ей] Польши.

Шуленбург заявляет, что, несмотря на то что ранее уже было условлено о выдворении этих лиц, до сего времени советские власти задерживают их отправку в Германию.

в) О выдворении немцев, арестованных в СССР.

Шуленбург сообщает, что часть арестованных немцев в СССР до сего времени еще не освобождена.

Тов. Молотов отвечает, что по всем этим поставленным Шуленбургом вопросам он сделает необходимые указания об устранении задержек в их решении.

Записал С. Козырев

Архив бывшего Политбюро ЦК КПСС, ф. 045, on. 1, д. 299, л. 45—50.

___________________
* Не публикуется.

214

 


 

 

114. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА РУМЫНИЯ В СССР Г. ДАВИДЕСКУ

9 апреля 1940 г.

Тов. Молотов заявляет, что он пригласил посланника для того, чтобы вручить ему меморандум о случаях обстрела с румынской стороны советской охраны левого берега Днестра, жителей и территории СССР. (Копия меморандума прилагается.)

В меморандуме приведены 15 случаев обстрела левого берега Днестра с румынской стороны. Такое поведение румынских частей недопустимо, и встает вопрос — управляются ли кем-нибудь румынские войска, расположенные близ советской территории.

Обращая внимание посланника на эти факты и прося довести содержание меморандума до сведения Румынского правительства, тов. Молотов заявляет, что он от имени НКИД настаивает на том, чтобы подобные случаи больше не повторялись. Повторение таких инцидентов не приведет ни к чему хорошему. Тов. Молотов подчеркивает, что он рассчитывает на немедленное принятие Румынским правительством соответствующих мер.

Приняв меморандум, посланник заверяет тов. Молотова, что эти инциденты не связаны с той линией, которой придерживается его правительство в вопросе о советско-румынских отношениях. Румынское правительство желает поддерживать с СССР отношения дружбы и доброго соседства. Посланник заявляет об этом по поручению короля Румынии.

Далее Давидеску говорит, что улучшение отношений между СССР и Румынией зависит от Советского правительства. Лучшим средством избежания пограничных инцидентов было бы назначение представителя СССР в Бухарест. Посланник СССР смог бы вместе с Румынским правительством обсуждать и регулировать подобные вопросы.

Тов. Молотов обращает внимание посланника на то, что улучшение советско-румынских отношений, как показывают факты, зависит прежде всего не от Советского Союза. Ведь огонь был открыт с румынской стороны, советские части сами себя не обстреливают. Остается предположить, что румынские войска плохо управляются или же в них глубоко проникли какие-нибудь враждебные СССР элементы, например поляки.

Что же касается вопроса о назначении полпреда СССР в Румынии, то тов. Молотов напоминает посланнику о том, что он ему уже сообщил о принятом по этому поводу Советским правительством решении*. Вместе с тем тов. Молотов обращает внимание посланника на случай, имевший место при проезде через Бухарест посла СССР Сурица. Сотрудники миссии СССР в Бухаресте, которые пришли встретить тов. Сурица, были задержаны на вокзале румынскими полицейскими вместе с поверенным в делах СССР тов. Куколевым. Таковы условия, в которых находится полпредство СССР в столице Румынии. Как же можно после этого говорить, что улучшение советско-румынских отношений зависит от Советского Союза?

Присутствовавший при беседе тов. Деканозов добавляет, что недавно Установлен был факт минирования моста через р. Днестр, который был после указания советской стороны разминирован, но потом снова заминирован румынскими властями.

___________________
* См. док. 106.

215

 


Тов. Молотов указывает посланнику, что обстрелы советской территории, бесцеремонное задержание сотрудников полпредства румынской полицией на вокзале в Бухаресте, минирование моста в Тирасполе — все эти факты не соответствуют словам посланника о желательности улучшения отношений между СССР и Румынией.

Давидеску отвечает, что факт задержания сотрудников полпредства СССР на вокзале в Бухаресте ему не известен. Сообщив, что он наведет справки и после этого даст тов. Молотову ответ, посланник выражает глубокое сожаление по поводу этого случая и говорит, что будет произведено строгое расследование и виновные понесут наказание. Он пытается объяснитю это задержание «мерами охраны», принятыми полицией по отношению к тов. Сурицу и к встречавшим его лицам.

Тов. Молотов высмеивает эти слова посланника: получилось так, что меры охраны были направлены против самих охраняемых.

По поводу вопроса о мосте в Тирасполе посланник заявляет, что он уже направил по этому вопросу в НКИД ноту и категорически заверяет тов. Молотова, что мост не минирован.

Затем посланник просит тов. Молотова дать указание Центральной телефонной станции о том, чтобы ему, посланнику, разрешили сегодня вечером переговорить по телефону с Бухарестом для того, чтобы он мог немедленно доложить своему Правительству о беседе с тов. Молотовым.

Тов. Молотов отвечает, что дело улучшения советско-румынских отношений зависит не от того, по телефону или по телеграфу будет передавать свои сообщения посланник. Тов. Молотов еще раз указывает, что он просит обратить серьезное внимание Румынского правительства на инциденты с обстрелом советской территории с румынской стороны, и настаивает на принятии немедленных мер для прекращения подобных случаев.

Тов. Молотов говорит, что он хочет предупредить на этот счет Румынское правительство.

Прощаясь, Давидеску говорит, что он немедленно сообщит в Бухарест содержание настоящей беседы.

Тов. Молотов принял посланника в присутствии тов. Деканозова.

Приложение: копия меморандума, врученного посланнику*.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 0125, on. 24, п. 118, д. 3, л. 24—27.

___________________
* Не публикуется.

216

 


 

 

115. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА СУДОСТРОИТЕЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ, ГЛАВЫ ТОРГОВОЙ ДЕЛЕГАЦИИ СССР В ГЕРМАНИИ И. Ф. ТЕВОСЯНА В ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП(б) ИЗ БЕРЛИНА*

12 апреля 1940 г. Вне очереди

12 апреля был принят Герингом. Со мной был секретарь полпредства Павлов, Кроме Геринга присутствовал его адъютант Боденшатц. Беседу начал я словами, что подробно доложил товарищу Сталину содержание нашей прошлой беседы и в ответ на это товарищ Сталин поручил мне от его имени передать следующее[86]. Далее передал точно содержание телеграммы товарища Микояна. После фразы об общности наших интересов в Европе Геринг сразу оживился и дал реплику [на] сделанное мной сообщение. Геринг заявил, что он убежден и не сомневается в соблюдении нами наших обязательств. После последней беседы с Вами, сказал он, я созвал заседание, на котором четко подчеркнул, что Германия должна соблюдать свои обязательства. Мне говорили наши, что отдельные поставки задерживаются из-за неполучения от русских данных, что из СССР, например, угольный синдикат не может получить своевременно данных, какого качества требуется уголь. Я дал строгие указания всем германским учреждениям выполнять договора. Эту фразу Геринг повторял несколько раз в течение беседы. Могут быть, сказал он далее, расхождения коммерческого порядка. Я надеюсь, что дело пойдет лучше. Я нажал на соответствующие учреждения, чтобы с нашей стороны все было в порядке. Риттеру и Шнурре дано указание рассматривать жалобы и связаться в нужных случаях со мной. В случае возникновения трудностей прошу обращаться к Риттеру и Шнурре и в необходимых случаях непосредственно ко мне. Я бы не хотел, сказал Геринг, чтобы нас упрекнули в несоблюдении условий договора при соблюдении его русскими. Я лично стою на точке зрения прочного сотрудничества с СССР, ибо считаю, что наибольшая общность имеется там, где имеется общий враг. Затем Геринг спросил, имеем ли мы хорошие истребители и в достаточном ли количестве. Я ответил утвердительно. На вопрос, чьей лицензией пользуетесь, ответил, что самолеты собственной конструкции. Далее Геринг спросил, как показали наши самолеты в войне с финнами. Ответил, что с хорошей стороны. Геринг заметил, что финны много говорили о советских самолетах, но он этому не верит. Вы же имели в Финляндии абсолютное превосходство. В современной войне сильный воздушный флот имеет решающее значение, морской флот по значению уступает авиации. Это показали наши действия в Норвегии. Переходя к событиям в Норвегии, Геринг сказал: установлено, что англичане хотели занять Норвегию. 5 транспортов [с] оружием были уже в Норвегии. Но мы опередили англичан на 8 часов. Подчеркнув значение авиации, Геринг сказал, что Англия, являясь первой морской державой, не смогла помешать Германии занять Норвегию. Спрашивается, где же был английский флот? Это показывает, какую существенную роль сыграла германская авиация. Дальше Геринг еще

___________________
* Помета на документе: «Не рассылать» [Помета секретариата ПБ ЦК ВКП (6)]

217

 


подчеркнул, что германские обязательства будут выполнены и что самолеты мы получим в апреле — мае. Я заявил, что мы приступили к заключению фирменных договоров, но мы просили генерала Удета о том, чтобы в число поставок включить самолет «Дорнье-217» и ряд моторов, и что по просьбе Удета мы представим это в письменном виде. Геринг ответил, что «Дорнье-217» находится еще в разработке и первые образцы будут в июне. Он с нетерпением ждет результатов испытаний. В заключение я поблагодарил Геринга за его вмешательство, которое дало уже результаты, и выразил надежду, что имеющиеся еще трудности дружными усилиями обеих сторон будут преодолены.

Тевосян

Архив бывшего Политбюро ЦК КПСС, ф. 03, on. 64, д. 668, л. 68—70.

 

 

116. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

13 апреля 1940 г.

Тов. Молотов вызвал к себе германского посла Шуленбурга и поставил перед ним следующие вопросы.

1. По поводу слухов о намерении Германского правительства нарушить нейтралитет Швеции[87].

Тов. Молотов заявил послу, что за последнее время появился ряд сообщений касательно того, что Германскому правительству, возможно, придется нарушить нейтралитет Швеции. Пишут об этом по-разному. Советское правительство хотело бы знать, отвечают ли эти слухи действительным намерениям Германского правительства или же эти слухи являются выдумкой.

Нам кажется, продолжает тов. Молотов, что Германское правительство не должно быть заинтересовано в нарушении нейтралитета Швеции, так как Швеция в силу сложившихся сейчас обстоятельств будет ближе к Германии и дальше от англо-французского блока. Поскольку Советский Союз имеет известную заинтересованность в сохранении нейтралитета Швеции, то правительство СССР считает, что было бы лучше не нарушать нейтралитета Швеции. Из прошлого сообщения Шуленбурга тов. Молотов помнит, что послом было специально подчеркнуто, что германская акция в Дании и Норвегии не касается Швеции и Финляндии. Мне казалось, продолжает тов. Молотов, что заявленная тогда позиция Германии по отношению к Швеции отражала интересы Германского правительства.

Шуленбург ответил тов. Молотову, что он как раз намерен был еще раз подчеркнуть, что Германское правительство не намеревается предпринимать какие-либо меры против Швеции и Финляндии. Слухи же всевозможного рода вокруг этого вопроса, конечно, имеются. Что касается самой Швеции, то последняя сама заявила о своем нейтралитете и подчеркнула это имевшим место на днях фактом запрещения Хамбро произнести речь по радио из Стокгольма, куда он прибыл с этой целью. Из этого следует, что Швеция намерена поддерживать нейтралитет, а Германское правительство не намерено его нарушать. Германии невыгодно нарушать нейтралитет Швеции, так как это означало бы иметь еще одну страну,

218

 


в которой необходимо было бы держать немецкие войска. Хотя и нет никаких признаков и поводов говорить о нарушении Германией нейтралитета Швеции, как кажется послу, тем не менее он о вопросе тов. Молотова уведомит Берлин и полученный ответ не замедлит довести до его сведения.

В ответ на это тов. Молотов заявил, что ему кажется, что не в интересах Швеции и не в интересах Германии нарушить нейтралитет Швеции. Советский Союз здесь также имеет свою заинтересованность и выражает пожелание не нарушать шведского нейтралитета.

Шуленбург заявил, что это пожелание тов. Молотова соответствует интересам германского правительства. «И в первую очередь»,— добавляет тов. Молотов.

2. О продаже Советскому Союзу неконтактных мин.

Тов. Молотов просил Шуленбурга передать Германскому правительству его предложение о продаже Советскому Союзу некоторого количества неконтактных мин. Тов. Молотов, сославшись на имевший место в прошлой беседе разговор о возможной попытке англичан блокировать германский экспорт в Черном море, спросил, не могло ли бы Германское правительство продать некоторое количество этих мин для использования их в Черном море. Раньше имел место разговор об этих минах, но тогда Германское правительство заявило, что это является военным секретом. Но, может быть, Германское правительство продаст определенное количество мин, не раскрывая секрета их производства?

Шуленбург ответил, что он запросит об этом Берлин и ответ сообщит тов. Молотову дополнительно.

В конце беседы Шуленбург просил тов. Молотова рассмотреть просьбу германской делегации в Смешанной советско-германской пограничной комиссии — переговоры о правовом режиме советско-германской границы вести в Берлине, поскольку первая часть этой работы — подготовка и заключение пограничной конвенции — велась в Москве. Сами переговоры о правовом режиме границы начать в первой половине мая.

Тов. Молотов ответил, что он выяснит этот вопрос.

Беседу записал С. Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 95—97.

 

 

117. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В США К. А. УМАНСКОМУ

13 апреля 1940 г. Сов. секретно.

Включение Мурманска и Архангельска в «боевую зону»[76] является со стороны Рузвельта, конечно, выпадом против СССР. Тем не менее мы считаем нецелесообразным потребовать у Американского правительства объяснения по этому поводу, так как Рузвельт не откажется от своей прокламации и наш словесный протест повис бы в воздухе. Сделать же протест только для того, чтобы зафиксировать ответственность Американского правительства на случай будущих событий, нецелесообразно,

219

 


так как мы этого факта не забудем и при случае напомним американцам и об этой антисоветской выходке.

Наше отношение к скандинавским событиям изложено в передовой «Известий»*.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2201, л. 92.

 

 

118. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО В НКИД СССР

15 апреля 1940 г. В. Молотов

Кеменову, копия Щеглову**. Как уже сообщалось полпредством, американские радиокомпании сейчас заинтересованы трансляцией в США из других стран, в том числе СССР, исключительно политического репортажа об откликах на международные события, по меньшей мере обзоров печати, причем предпочитают, чтобы это делалось кем-либо из американских корреспондентов соответствующих столиц, соглашаясь на соблюдение соответствующих цензурных правил, в крайнем случае — местным анонимным диктором на английском языке. Подобная трансляция практикуется здесь по несколько раз в день по 10—15 минут из Берлина, Лондона, Парижа, Рима, Стокгольма, иногда Токио. К подобным передачам из СССР радиокомпании проявляют громадный интерес***, например, наверное, согласились бы транслировать из Москвы первомайский парад, перевод соответствующего выступления описательного репортажа. Художественную передачу радиокомпании возьмут только изредка, в случае нашего согласия на политическую передачу. В обоих случаях, как показал опыт прошлых лет, приличная слышимость достигается лишь в случае трансляции через одну из западноевропейских станций. Год назад успешно практиковалась передача Москвы через Женеву. Учитывая, что здесь прекрасно слышны германские и итальянские коротковолновые станции, можно было бы транслировать через Берлин или Рим. При подобной позиции всех трех крупнейших американских радиокомпаний и в случае если политический репортаж по-прежнему вызывает у нас возражение, остается лишь передача для США без трансляции через американскую компанию, то есть трансляция для американских радиолюбителей через Берлин или Рим с максимальной возможностью оповещения слушателей США через дружественную прессу о предстоящей программе. В деле радиоинформации в США мы отстаем от всех крупных европейских стран, прежде всего ввиду неудовлетворительной слышимости Москвы даже на лучших любительских приемниках из-за атмосферных помех, которые, по мнению наших специалистов, будут устранены лишь в случае установки мощного коротковолнового передатчика значительно южнее и по возможности западнее Москвы, например в Одессе, Львове, после чего необходимость трансляции через Европу отпадает. Рекоменду-

___________________
* Статья в «К последним событиям в Скандинавии» (см. Известия.—1940.— 11 апр.).
** Помета на документе: т. Лозовскому. Прошу разобраться в этом деле.
*** По вопросу советско-американских культурных связей см. также док. 84.

220

 


ем в опытном порядке, с оповещением минимум за десять дней, организовать из Москвы для США в начале мая юбилейный концерт из произведений Чайковского с трансляцией через Берлин или Рим, а также заново поставить перед руководством вопрос о политических передачах, весьма желательных ввиду того, что этим путем, в обход враждебной прессы, наша информация дойдет до многомиллионной аудитории, причем технически это проще, ибо голос проходит лучше музыки. Срочно,

Уманский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 320, д. 2198, л, 193—195.

 

 

119. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА С ПОСЛАННИКОМ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В ГЕРМАНИИ К. СКИРПОЙ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

19 апреля 1940 г.

19 апреля 1940 г. принял литовского посланника Скирпа, который узнал о моем приезде в тот же день,

Скирпа сообщил, что в конце марта был в Литве, посетил Вильно. Поляки, по его словам, ведут еще там пропольскую агитацию. Всего их насчитывается в Вильно и в окрестностях около 70 000 человек. Работы им, как нелитовцам, литовцы не предоставляют, но выдают небольшое пособие.

Затем Скирпа перешел к последним событиям, причем весьма скептически, как всегда он делает, оценил военно-стратегическое положение Германии. По его мнению, неизвестно, кто выиграл от оккупации Норвегии и Дании — англичане или немцы. Возможно, что англичане, не отвечающие сейчас активно на действия немцев, стремились просто к рассеиванию немецких сил. Немцы же, заняв Норвегию и Данию, оказались в трудном положении, так как их коммуникации находятся под ударом английского флота, в несколько раз более сильного, чем германский.

Далее Скирпа сообщил о концентрации войск на юге Германии. В частности, в Краков, по полученным им сведениям, переброшено 4 дивизии, всего в настоящее время в бывшей Польше немцы держат 18 дивизий. По-видимому, Германия при усилении английского саботажа на Балканах зажжет там огонь войны.

Скирпа сообщил также о закрытии литовско-германской границы, якобы произведенном по распоряжению гестапо без ведома МИДа.

Я спросил его о германо-литовском договоре, подписание которого состоялось три дня тому назад. Немцы, как мне сообщил Скирпа, желали купить очень многое, но очень жались в отношении своих поставок Литве.

Договор предусматривает объем литовско-германского товарооборота в 120 млн. лит. Кроме того, Германия предоставляет Литве право транзита товаров на Балканы на сумму в 50 млн. лит. Вообще Германия определяет размеры торговли Литвы со всеми странами, за исключением Советского Союза.

Ваше положение благоприятное, заметил я. Нет, возразил мне Скирпа. Мы, сказал он, экономически больше всего связаны с Германией,

221

 


политически — с Советской Россией. Пока вы в дружбе с Германией, мы спокойны. Я заверил его, что мы всегда будем в хороших отношениях с Германией и им беспокоиться нечего.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 41—42.

 

 

120. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Э. ГАЛИФАКСОМ

19 апреля 1940 г.

1. Галифакс пригласил меня к себе и извинился за задержку с ответом на наше предложение о торговых переговорах. Дело будто бы было в том, что последние 12 дней англичане слишком заняты были Норвегией. Теперь, однако, он может сообщить мне решение английского правительства. При этом Галифакс вручил мне письменный документ следующего содержания:

«Правительство Его Величества обсудило недавно выраженное советским правительством пожелание (suggestion), чтобы между Великобританией и Советским Союзом были возобновлены торговые переговоры. Необходимо учитывать, что для Правительства Его Величества в настоящее время исключительное значение имеет приспособление его экономии ческой политики с таким расчетом, чтобы получался максимальный эффект под углом зрения ведения войны. Поэтому всякое торговое соглашение, которое оно может заключить с нейтральным правительством, должно быть связано с нынешними военными условиями. В особенности Правительство Его Величества хотело быть успокоено (reassured) как насчет количества советских продуктов, идущих в Германию, так и насчет конечного адреса товаров, импортируемых Советским Союзом из-за границы, т. е. чтобы эти товары предназначались не для Германии, а для потребления в самом СССР. Правительство Его Величества было бы радо узнать, какие конкретные предложения о торговом соглашении готово было бы сделать Советское правительство с учетом вышеуказанных соображений».

2. Прочитав документ, я сказал Галифаксу, что, конечно, передам его в Москву и полностью резервирую ответ советского правительства. Однако сейчас в порядке уточнения я хотел бы выяснить два момента. Во-первых, как Галифакс, вероятно, помнит, во время наших осенних разговоров по торговым вопросам имелось в виду заключение простого товарообменного соглашения на 1940 г. между СССР, с одной стороны, и Англией, с другой стороны. Из только что врученного мне документа вытекает, что сейчас Британское правительство совершенно иначе подходит к вопросу о торговых переговорах. Надо ли это понимать в том смысле, что Британское правительство потеряло интерес к товарообменному соглашению того типа, которое имелось в виду в октябре прошлого года? Значит ли это, что Британское правительство сейчас заинтересовано только в так называемом «военно-торговом соглашении»? Галифакс помедлил несколько мгновений, точно обдумывая, и затем ответил, что Англия, конечно, не потеряла совершенно интереса к товарообмену с СССР. Обе страны могли бы дать друг другу нужные и полезные вещи. Однако по сравнению с октябрем прошлого года обшая

222

 


ситуация сильно изменилась, и в настоящее время Британское правительство едва ли могло пойти на какое-либо серьезное соглашение с СССР, если бы оно не имело того или иного отношения к основной проблеме всей британской политики — блокаде Германии.

3. Во-вторых, я обратил внимание Галифакса на фразу в его документе: «Правительство Его Величества хотело бы быть успокоено, как насчет количества советских продуктов, идущих в Германию...» и сказал, что она вызывает у меня по меньшей мере некоторое изумление. Если бы Британское правительство ставило вопрос о том, чтобы СССР не реэкспортировал в Германию ввозимых им из-за границы товаров определенной категории, я это еще мог бы понять, хотя наша, советская точка зрения по данному вопросу значительно расходится с британской. Но если Британское правительство ставит вопрос об ограничении экспорта в Германию товаров советского производства, то это является уже вмешательством в наши внутренние дела и попыткой заставить нас отойти от политики нейтралитета. Британское правительство не имеет на это никакого права. Галифакс несколько смутился и заявил, что я неправильно понимаю соответственное место документа. Смысл указанной мной фразы состоит будто бы в том, что Англия хочет обеспечить за собой равное с Германией право на советском рынке. Англия не хочет оказаться в положении покупателя, который, заявив о своем желании купить тот или иной продукт, в ответ получает с советской стороны: «Извините, все эти товары уже забронированы за Германией». Я заметил, что, как имел уже случай объяснить это раньше, СССР является нейтральной державой и будет настаивать на осуществлении своих прав нейтральной державы. В число же этих прав входит полная свобода торговли с обоими воюющими лагерями. Что касается опасений Галифакса, что Англия может быть поставлена в не равные с Германией условия на советском рынке, то я могу сказать только следующее: в торговле решающую роль играет выгода. Кто предлагает лучшие условия, тот в первую очередь получает товары. Кроме того, на рынке очень важно также своевременное выступление покупателя: кто опаздывает, тот получает меньше или даже совсем не получает товаров. Германия уже заключила с нами ряд торговых соглашений и, конечно, в результате их обеспечила себе получение определенного количества определенных продуктов с советского рынка. Это необходимо заранее учитывать. Поэтому я отнюдь не исключаю, что, если мы начнем торговые переговоры и англичане заявят нам о желании получить те или иные продукты, возможно, что в известных случаях мы вынуждены будем ответить: в данный момент такого продукта на рынке нет, все наличное количество его уже продано. Я привел при этом несколько гипотетических примеров (нефть, лен и т. д.), оговорившись, что совершенно не знаю состояния рынка в данный момент и беру абсолютно случайные примеры. Тем не менее я полагаю, что две такие страны, как СССР и Британская Империя, несомненно, всегда сумеют найти достаточно привлекательные статьи для взаимного товарообмена. Но если принять ту интерпретацию указанной выше Фразы, которую дает Галифакс, то я должен пожалеть о неудачной Редакции документа, ибо данная редакция может дать повод к разного Рода нежелательным недоразумениям. Галифакс ответил, что важны нe слова, а тот смысл, который в них вкладывается. Смысл же британского документа, по мнению Галифакса, сводится к следующему: британское правительство готово открыть переговоры и посмотреть, найдется ли почва, найдутся ли пути для соглашения между обеими сторонами. Впроцессе переговоров могут быть уточнены все интересующие Лондон и

223

 


Москву вопросы, в том числе и та фраза документа, которая вызвала мои возражения. Галифакс просит только иметь в виду, что всякое соглашение является продуктом компромисса. Британское правительство претендует на права воюющей стороны, Советское правительство претендует на права нейтральной стороны — надо попытаться найти какую-то здоровую среднюю линию между интересами обеих держав.

4. В заключение я задал Галифаксу вопрос: а как же теперь будет с «Селенгой» и «Маяковским»? Галифакс развел руками и ответил, что оба судна сейчас находятся уже вне компетенции Британского правительства. Я, однако, напомнил Галифаксу, что они еще находились в компетенции Британского правительства, когда я 27 марта беседовал с ним по вопросу о торговых переговорах*. А сверх того, Лондон и Париж все время так энергично подчеркивают существующую между ними тесную связь, как политическую и военную, так и экономическую, что, мне кажется, я вправе предъявить претензии по поводу «Селенги» и «Маяковского» Британскому правительству, хотя суда в настоящий момент находятся в руках Французского правительства. Галифакс стал что-то говорить о том, что, хотя Англия и Франция «союзники», все-таки они различные государства, но не успел развить свою мысль. Я продолжал нажимать и хотел вырвать у Галифакса хотя бы какое-либо обещание насчет освобождения советских судов в будущем, но все эти мои попытки окончились ничем: Галифакс отказался как-нибудь ангажироваться.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 70, д. 43, л. 6—10.

 

 

121. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

[20 апреля 1940 г.]

1. Английская газета «Ньюс кроникл» и французское агентство «Гавас» распространяют сообщение, что будто бы между СССР и Румынией ведутся переговоры с участием французского посла в Румынии и достигнуто соглашение об отводе советских и румынских войск на 10 километров от границы. ТАСС уполномочен заявить, что это сообщение является вымышленным от начала до конца.

2. Иностранная печать распространяет слухи о предстоящих политических переговорах Советского правительства с прибывающей в Москву югославской делегацией, имеющих будто бы целью укрепить положение Югославии в отношении ее соседей. ТАСС уполномочен заявить, что это сообщение является целиком вымышленным. На самом деле в Москву приезжает югославская хозяйственная делегация для переговоров с соответствующими хозяйственными органами СССР по вопросам установления торговых отношений между обеими странами[89].

3. Японская печать в связи с недавним приемом японского посла г. Того Народным Комиссаром Внешней Торговли т. Микояном по вопросам советско-японской торговли распространяет слухи о том, что СССР ищет соглашения с Японией любой ценой, чтобы освободить руки на Юго-Востоке и вообще в Европе. ТАСС уполномочен заявить, что эти слухи совершенно не соответствуют действительности и являются смехо-

___________________
* См. док. 100.

224

 


творными, так как японцы не могут не понимать, что ввиду известной обстановки на Дальнем Востоке именно они прежде всего нуждаются в соглашении с СССР, а не наоборот.

Известия. — 1940. — 20 апр.

 

 

122. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА ШВЕЦИЯ В СССР П. АССАРССОНОМ

20 апреля 1940 г.

Посланник заявляет, что он получил от своего правительства инструкции передать т. Молотову благодарность по поводу сделанного Шведскому правительству через т. Коллонтай сообщения о том, что СССР желает видеть Швецию нейтральной в обстановке, создавшейся в Скандинавии после занятия Германией Дании и Норвегии. Это сообщение рассматривается Шведским правительством как очень важное и очень высоко им оценивается. Затем посланник передает т. Молотову благодарность за быстрое урегулирование инцидента, созданного бомбардировкой деревни Паяла*.

По словам Ассарссона, в Швеции весьма счастливы тем, что не только там, но и в Москве имеется заинтересованность в расширении торговых отношений между обеими странами.

Посланник говорит, что он убедился в том, что т. Молотов был всегда прав во время их совместных бесед.

Тов. Молотов отвечает посланнику, что советская политика отличается последовательностью и на деле соответствует тому, что т. Молотов заявлял посланнику. Это в полной мере можно видеть и во второстепенном вопросе об убытках в Паяла, и в большом вопросе о нейтралитете Швеции. Этот вопрос был поставлен Правительством СССР перед правительством Германии**, и, с точки зрения Правительства СССР, ответ германского правительства является вполне удовлетворительным. В нейтралитете Швеции заинтересованы Германия, СССР и сама Швеция.

Ассарссон говорит о наличии в Швеции твердой решимости защищать всеми силами нейтралитет страны в том случае, если немцы потребуют транзита войск через шведскую территорию или англичане приблизятся с севера к железным рудникам. Ассарссон спрашивает т. Молотова, не считает ли он эту политику наилучшей.

Тов. Молотов отвечает, что политику нейтралитета нужно последовательно применять, а следовательно, когда нужно, то и защищать.

Выразив свое удовлетворение словами т. Молотова, посланник говорит, что он считает положение в Скандинавии весьма серьезным, так как немцы оказались в Норвегии в трудном положении. Шведы опасаются, что война может, прежде всего с юга, приблизиться к шведской границе, после того как Скагеррак будет закрыт англичанами.

Тов. Молотов указывает, что посланник в данном случае говорит о будущем, а речь идет о политике нейтралитета, проводимой в настоящее время. В данных условиях эта политика является наиболее целесообразной.

___________________
* См. док. 23 и 52.
** См. док. 116.

225

 


Согласившись с замечанием т. Молотова, посланник заявляет, что он очень удовлетворен происходящим сближением между СССР и Швецией, которое, как уже говорил т. Молотов, ничто не разделяет.

Тов. Молотов отвечает, что, и по его мнению, почва для недоразумений между СССР и Швецией отсутствует.

Посланник сообщает, что в настоящее время в Москве находится шведская торговая делегация, в которую входят три крупных деятеля шведского коммерческого мира. Переговоры, которые будет вести делегация, имеют для Швеции серьезное значение. Делегация уже имела встречу с т. Микояном, и последний, по словам посланника, проявил к этому вопросу большой интерес.

Перед отъездом делегации один из ее членов, руководитель шведукой кооперации, беседовал с военным министром Швеции. Военный министр восхищен качеством советских самолетов. По мнению министра, было бы желательным обсудить вопрос о приобретении в СССР для Швеции 60 самолетов-бомбардировщиков и 60 самолетов-истребителей. Посланник полагает, что если бы СССР продал свои самолеты Швеции, то это имело бы вообще большое значение.

Тов. Молотов отвечает, что по этому вопросу нужно переговорить в Народном Комиссариате Обороны, так как он, «как человек штатский», в этом вопросе недостаточно компетентен.

Посланник просит рассматривать его слова не как прямое предложение правительства, а как мысль, которую можно было бы обсудить в предстоящих переговорах.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 2, д. 11, л. 42—44.

 

 

123. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВУ

20 апреля 1940 г. Немедленно

МОЛОТОВУ. 20 апреля посетил Риббентропа, которого просил передать Гитлеру от Вас, Советского правительства и также свое поздравление с днем рождения и пожелание успехов в работе. Риббентроп благодарил и обещал сейчас же передать это Гитлеру. Затем я спросил Риббентропа, как он расценивает положение на Балканах, имея в виду статью «После Норвегии — Балканы» в сегодняшнем номере «Фолькишер-Беобахтер». Риббентроп ответил, что он этой статьи не читал еще, и просил рассказать ее содержание. При передаче заключительных слов автора статьи: «Германский отпор на берегу Норвегии — и не только там — позаботиться о том, чтобы планы союзников о распространении войны были бы не забыты» Риббентроп усмехнулся и попросил принести ему газету. Тем временем он заявил, что Германия абсолютно заинтересована в поддержании покоя на Балканах. Территориально Германия в Балканах не заинтересована, но заинтересована в Балканских странах экономически. Германия поддерживает политические, экономические связи с Югославией, Румынией, Болгарией, Венгрией. Мы заинтересованы, заявил он далее, в нормальном продол-

226

 


жении этих связей. Эти связи являются бельмом на глазу у англичан. Недавно англичане послали быстроходные катера вверх по течению Дуная с агентами «Секрет-Сервис» для производства взрывов в порожистом течении Дуная у Железных ворот. Агенты были задержаны румынами. В настоящее время на Дунае работает международная комиссия для того, чтобы воспрепятствовать подобным актам Англии. Англия после своих неудач в Скандинавии делает много шума на юго-востоке. Много говорят также о том, продолжал Риббентроп, что турки занимают несимпатизирующую немцам позицию. Полагают, что турки откроют англичанам и французам Дарданеллы. Пойдут ли турки на это так легко — сказать трудно, закончил он. Риббентроп рассказал также о том, что до войны полагали, что воздушный флот не может быть действенным противником крупных единиц военно-морского флота. Думали, что авиабомбы слишком легки для нанесения существенных повреждений тяжелым кораблям. 7 месяцев войны показали, что самолет является более острым противником крупных военных кораблей. Дредноут оказался слабым противником самолета. Далее Риббентроп, говоря о значении оккупации Норвегии и Дании, сказал, что, надеюсь, Германия скоро выиграет эту войну и тогда еще более укрепятся советско-германские торговые отношения. Затем Риббентроп спросил меня, докладывал ли я в Москве о разговоре с ним по поводу отношений СССР с Италией*. Молотов в беседе со мной не затронул этого вопроса, о котором я в свое время докладывал. Риббентроп справился о здоровье товарища Сталина и товарища Молотова. Прощаясь, Риббентроп еще раз поблагодарил за поздравления Гитлеру и сказал, что тотчас же передаст их ему.

Шкварцев

АВП РФ, ф, 059, on. 1, п. 315, д. 2174, л. 264—266.

 

 

124. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

20 апреля 1940 г. Немедленно

Из источника, за абсолютную достоверность которого не могу ручаться, но который безусловно заслуживает внимания, я получил следующею информацию: в двадцатых числах марта на аэродроме в Хестоне (Лондон) два бомбовоза последнего американского типа были замаскированы как гражданские самолеты и снабжены фотоаппаратами. Один из этих самолетов вылетел в Ирак, а оттуда, с аэродрома в Хабания, совершил полет в Баку специально для фотографических съемок нефтепромыслов и районах**. Около 12 апреля названный самолет вернулся в Лондон, привезя с собой удачно сделанные снимки с Баку и района, покрывающего площадь примерно в 100 квадратных миль. По словам команды самолета, полет прошел без особых затруднений, лишь однажды самолет был обстрелян (но без повреждений), когда находился над советской территорией. Самолет имел марку «G-AGAR». Второй замаскированный

___________________
* См. док. 77.
** См. док. 112.

227

 


самолет, вопреки первоначальным предположениям, отправлен в Баку не был, так как первый привез вполне достаточный фотографический материал. 15 апреля эскадрилья бомбовозов вылетела из Хестона (Лондон) в Хабания (Ирак). Все это приходится, видимо, рассматривать не в плоскости какого-либо немедленного выступления англичан против нас (общая военно-политическая ситуация сейчас несколько иного порядка), а в плоскости подготовки на случай конфликта с СССР в дальнейшем ходе войны.

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 325, д. 2234, л. 50—51.

 

 

125. БЕСЕДА НАРКОМА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ А. И. МИКОЯНА С СОВЕТНИКОМ ПОСОЛЬСТВА ГЕРМАНИИ В СССР Г. ХИЛЬГЕРОМ

21 апреля 1940 г. Особая папка

1. Г-н Хильгер заявил, что он вынужден был явиться по настоятельному поручению Берлина по ряду вопросов, и прежде всего об ускорении поставки зерна. Так, из обещанных им 1 млн. тонн зерна из старого урожая была заключена только одна сделка на 150 тыс. тонн. В настоящее время . между германской стороной и «Экспортхлебом» ведутся разговоры на заключение сделки в 360 тыс. тонн. Мнение «Экспортхлеба» мы поняли так, что только это количество будет поставлено до июня месяца. Этим положением в Берлине очень разочарованы. Германская сторона хотела бы в настоящее время заключить сделку по зерновым на все оставшееся количество и вместе с этим просит ускорить отгрузки.

Г-н Хильгер напоминает, что со стороны Германского правительства в требованиях советской стороны ни в чем не отказывается, в частности он указывает на заключение сделки по углю.

Тов. Микоян заявил, что первый приезд германской делегации по заключению сделки с «Экспортхлебом» на зерновые, последние уже договорились на 330 000 тонн, хотя вопрос остался открытым в отношении цен, но который также наверное будет разрешен в скором времени.

Что касается отгрузок зерновых в Германию, то на основании указания правительства СССР он дал распоряжение об усилении отгрузок. Так, если в апреле отгрузки примерно составляют 2500 тонн ежедневно, то в мае они поднимутся до 5000 тонн, а в июне — до 7 тыс. тонн ежедневно. Следовательно, с апреля по июнь будет поставлено в Германию зерновых более 400 тыс. тонн, а вместе с зимними отгрузками, считая с начала, составит немного меньше 600 тыс. тонн.

Г-н Хильгер говорит, что все же это не будет соответствовать обусловленному количеству, а именно 1 млн. тонн, которое они хотели бы получить из старого урожая до июня месяца. Германская сторона просит в настоящее время заключить сделку на весь остаток зерновых на прежних условиях, а также и на прежних ценах (на условиях сделки в октябре).

Тов. Микоян ответил, что отгрузки зерновых мы очень усилим в мае и июне. Что касается поднятого вопроса о заключении сделки

228

 


на оставшееся количество зерновых, то он должен будет поговорить с «Экспортхлебом», рассмотрит данный вопрос и затем даст ответ.

2. Г-н Хильгер сообщил по направляемым поездам с углем на пограничные станции СССР: последние не справляются с приемкой. Так, по состоянию на 16 апреля, из 47 отправленных поездов пограничными станциями СССР приняты только 17 поездов. Он просит принять это сообщение во внимание и принять необходимые меры.

Тов. Микоян отверг это сообщение как неверное, при этом привел конкретные данные НКПС в подтверждение фактического положения дела с приемкой, которая идет без задержки на пограничных станциях СССР. Вместе с этим тов. Микоян указал, что поезда немецкой стороной могли быть отправлены, но, очевидно, находятся они еще в пути, за что советская сторона не ответственна. Жел[езные] дороги СССР готовы принять все количество угля, которое в состоянии подать германские жел[езные] дороги. Пока же по 20 апреля СССР получил всего-навсего 38 тыс. тонн угля, что крайне мало.

Г-н Хильгер был смущен фактическим положением по данному вопросу, ничего не ответил в подтверждение своего сообщения и обещал проверить.

3. Г-н Хильгер поставил вопрос о нефтепродуктах, а именно просил об усилении отгрузок, а также о невозможности принятия цен по нефтепродуктам, требуемым «Союзнефтеэкспортом», и ведущихся сейчас переговорах с германской делегацией. Он указал, что если взять довоенные цены Гольфа за 100%, то цены, по которым идет сейчас поставка нефтепродуктов со стороны СССР, равняются 220%. «Союзнефтеэкспорт» же еще требует повышения таковых на 10%.

Тов. Микоян заявил, что нефтепродукты отгружаются и все количество будет своевременно поставлено. Что же касается расчета германской стороны в отношении цен, то таковой ошибочен. Цены на нефтепродукты мы проверили и снизили против декабрьского контракта на 10%. Так что цены можно считать в настоящее время нормальными, отвечающими духу наших соглашений. Мы отошли при исчислении наших цен от базы румынских цен и пошли в этом вопросе навстречу германской стороне согласно ее просьбе.

Г-н Хильгер заявил о получении им телеграммы из Берлина по этому вопросу, в которой сообщается, что утверждение цен по заключенному договору на уголь в 4,7 млн. тонн будет находиться в зависимости от разрешения вопроса о ценах на нефтепродукты.

Тов. Микоян указал, что для него постановка вопроса о ценах на нефтепродукты в настоящее время является странной. Все время идет гонка в повышении цен на мировом рынке, мы же понижаем таковые даже против декабрьского контракта.

Когда были в Москве господа Риттер и Шнурре, то они не только не возражали против цен декабрьского контракта, но были довольны ими. Поэтому постановкой вопроса о ценах он удивлен.

Г-н Хильгер передает тов. Микояну таблицу сравнительных цен и просит тов. Микояна помочь убедить Берлин в вопросе цен на нефтепродукты. Тов. Микоян обещает поручить «Нефтеэкспорту» дать расчеты, Доказывающие справедливость советских цен на нефтепродукты.

4. Г-н Хильгер просит обратить внимание тов. Микояна, что заключенная сделка Германским Акц[ионерным] О[бщест]вом «Металлогезельшафт» с «Промсырьеимпорт» на никель и медь, по имеющимся у него якобы сведениям, со стороны «Промсырьеимпорт» не подтверждена, и он просил бы выяснить этот вопрос.

229

 


Тов. Микоян ответил, что он не знает точно, но это выяснит, и если это верно, обяжет «Промсырьеимпорт» подтвердить договор.

5. Г-н Хильгер просит также обратить внимание на задержку заключения сделки по асбесту из-за плохого ассортимента, предлагаемого «Союзнефтеэкспортом», а также высоких цен.

Тов. Микоян обещал поинтересоваться этим вопросом.

6. Г-н Хильгер просит оказать содействие в устранении затруднений, якобы имеющих место со стороны железнодорожных агентов ст[анции] Снятынь по задержке транспортов, направляемых транзитом из Румынии в Германию. По его словам, происходит это потому, что железнодорожные агенты с большой строгостью придерживаются требования, чтобы каждый поезд имел тоннаж не менее 1000 тонн. Если же имеется недостача, то транспорт задерживается несколько дней допополнения предписанного тоннажа. При этом г-н Хильгер вручил тов. Микояну по данному вопросу меморандум.

Тов. Микоян ответил, что железнодорожный персонал должен точно выполнять свои функции. Контроль же, осуществляемый по транзиту из Румынии, вытекает из заключенного на этот предмет соглашения.

Следовательно, нужно было бы при заключении соглашения оговорить допускаемую возможность в ту или другую сторону недостачи или превышения тоннажа в транспортах. Тов. Микоян обещал передать меморандум на усмотрение НКПС.

7. Г-н Хильгер выражает просьбу Германского правительства что-либо предпринять на предмет усиления попыток по закупкам сырья из третьих стран, хотя они и знают большие трудности в этом вопросе.

Тов. Микоян ответил, что «Промсырьеимпорт» имеет насчет этого указание, но он встречает теперь большие затруднения. Первое время, когда это было легко осуществить, было пропущено.

8. Г-н Хильгер просит разрешить вопрос о пропуске транзитом 2-х автоматических орудий для испытательных целей в Афганистан.

Тов. Микоян спросил, кому направляются эти орудия. Так как г-н Хильгер не смог ответить на вопрос, тогда тов. Микоян предложил выяснить и сообщить точно назначение их и тогда вернуться к этому вопросу.

9. Г-н Хильгер сообщает, что при германском посольстве в Москве имеется в настоящее время атташе по лесному хозяйству. Он просил бы его представить в НКВТ, а затем дать возможность поддерживать контакт с «Лесоэкспортом».

Тов. Микоян ответил, что переговоры по запродаже леса происходят в настоящее время в Берлине. Затем тов. Микоян спросил: разве германская сторона собирается по каждому товару назначать атташе при Посольстве?

Г-н Хильгер ответил, что атташе по лесу является представителем генерала* Геринга, и он считает, что в Наркомвнешторге не откажут его принять, но это можно обождать до приезда г-на Крутикова.

10. Г-н Хильгер просит разрешить вопрос об изменении места платежа и валюты по выданным в свое время векселям фирме «Вестен» (ликвидированная в Ростове), а именно Париж и французские франки на Цюрих и швейцарские франки.

Тов. Микоян обещал разобраться в этом вопросе. Беседа продолжалась 1 час.

Записал Точилин

___________________
* Так в тексте; следует читать «рейхсмаршала».

230

 


Приложение

МЕМОРАНДУМ

Транзитное сообщение из Румынии в Германию по советской железнодорожной линии Снятынь — Перемышль связано в последнее время с возрастающими техническими затруднениями. Так, например, все чаще повторяются случаи, что скоропортящиеся продукты (мясные товары) принуждены на ст. Орасени ожидать приема в течение нескольких дней. Согласно имеющимся данным, вышеупомянутые задержки и затруднения вызываются неуступчивостью советских железнодорожных органов, с большой строгостью и педантичностью придерживающихся требования, чтобы каждый поезд имел тоннаж не менее 1000 тонн. Малейшая недостача приводит к тому, что советские железные дороги отказывают транспортам в приеме и заставляют их ждать по несколько дней до пополнения предписанного тоннажа. Кроме того, задержки вызываются очень сложным и кропотливым контролем состояния вагонов, причем малейшие недостатки ведут к отказу в приеме составов.

Германская сторона была бы очень признательна подлежащим советским центральным органам, если бы они дали распоряжение железнодорожным агентам на ст. Снятынь избегать мероприятий, влекущих за собой задержку транспортов.

Москва, 18 апреля 1940 г.

Архив бывшего Политбюро ЦК КПСС, ф. 3, on. 64, д. 668, л. 72 78.

 

 

126. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. И. ШАРОНОВА С МИНИСТРОМ ТОРГОВЛИ И ПРОМЫШЛЕННОСТИ ЮГОСЛАВИИ И. АНДРЕСОМ

26 апреля 1940 г.

На открытии выставки познакомился с Андресом и имел с ним беседу, продолжавшуюся около 20 минут.

Андрес говорит, что хотя его и считают инициатором начала переговоров с нами, но в этом большую роль сыграл Принц-Регент, который, относясь раньше отрицательно к этому, по своей инициативе вызвал его и предложил начать переговоры.

Андрес предложил свою кандидатуру для поездки в Москву, но Регент решил, что, поскольку нет дипотношений, лучше послать представителем не настоящего, а бывшего министра.

Андрес много говорил о родстве славянских народов (сам он хорват), о том, что СССР, безусловно, проводит политику Петра Первого, что СССР вернулся к панславизму, и когда я ему сказал, что славянство, общий язык, традиции и т. д.— это одно, а панславизм до и после нашей Революции — несколько другое, и на его реплику о Дарданеллах ответил, что теперь хлебный экспорт через Черное море у нас значительно меньше, он, видимо, все-таки не поверил в отсутствие у нас идей панславизма.

Сопровождавшие Андреса Михайлович (директор экспортного отдела), директор телеграфного агентства и референт по СССР говорили о том, что в Белграде население очень довольно возобновлением отноше-

231

 


ний и что все уверены, что на другой день после заключения торгового соглашения будут установлены и дип[ломатические отношения] .

На последнее я ничего не отвечал.

Мне Андрес сказал, что Геринг ему в Берлине заявил: «Исход войны будет зависеть от того, кому будет помогать СССР».

Эстонский посланник Маркус говорит, что здесь идет «брожение умов» по поводу последнего абзаца статьи Викторова относительно нейтралитета малых стран*.

«Что же, Вы считаете ненужным существование малых стран?» — спросил он. Я ответил, что, наоборот, считаем необходимым, но малая страна должна сказать, с кем она идет.

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 48.

 

 

127. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

26 апреля 1940 г.

Посетил Риббентропа**, которого просил передать Гитлеру от имени своего правительства, а также от своего поздравления с днем рождения и пожелания успеха во всей работе. Риббентроп поблагодарил и обещал сейчас же передать это Гитлеру.

После поздравления я спросил Риббентропа, как он рассматривает положение на Балканах, принимая во внимание статью «После Норвегии — Балканы» в газете «Фелькишер Беобахтер» от 20 апреля с. г. Риббентроп ответил, что статью эту он еще не читал, так как был весь день занят, и попросил передать ее содержание. При передаче заключительных слов автора статьи «Германский отпор на берегах Норвегии — и не только там — позаботится о том, чтобы планы союзников по распространению войны были бы не забыты» Риббентроп усмехнулся и попросил принести ему газету. Тем временем он заявил мне, что Германия абсолютно заинтересована в сохранении мира на Балканах. Территориально, сказал он, Германия не заинтересована в Балканских странах. Она заинтересована в них экономически, стремясь к нормальному продолжению своих широких торговых связей с Югославией, Румынией, Болгарией и Венгрией. Но эти связи являются, по выражению Риббентропа, бельмом на глазу у англичан. Тут Риббентроп сообщил о том, что англичане послали вверх по течению Дуная быстроходные катера с агентами английской разведки для производства взрывов в порожистом течении Дуная у Железных Ворот.

Агенты были задержаны румынами. В настоящее время международная комиссия, состоящая из представителей Югославии, Болгарии и Румынии, расследует этот случай и примет все меры, чтобы воспрепятствовать в будущем подобным актам Англии. Англия, по заявлению

___________________
* Правда.— 1940.— 18 апр. В заключительном абзаце статьи Я. Викторова «Малые страны и нейтралитет» отрицательно оценивалось «самоубийственное» стремление этих стран проводить политику нейтралитета.
** См. док. 123.

232

 


Риббентропа, после своей неудачи в Скандинавии делает много шума на Юго-Востоке.

Затем Риббентроп затронул позицию Турции в современной войне, назвав эту позицию не симпатизирующей немцам. Полагают, сказал он, что турки откроют англичанам и французам Дарданеллы. Пойдут ли турки на этот акт так легко, сказать трудно, заключил Риббентроп.

Затем Риббентроп рассказал о том, что до войны думали, что воздушный флот не может быть действенным противником крупных единиц военно-морского флота. Думали, что авиабомбы слишком легки для нанесения существенных повреждений тяжелым кораблям. 7 месяцев войны показали, что самолеты являются более острым противником крупных военных кораблей. Английский дредноут оказался слабым противником самолета. Далее Риббентроп, говоря о значении оккупации Норвегии и Дании, сказал, что «надеемся, Германия скоро выиграет эту войну и тогда еще более укрепятся советско-германские дружественные отношения».

Затем Риббентроп спросил меня, докладывал ли я в Москве о разговоре с ним по поводу отношений Италии. Я ответил, что тов. Молотов в" беседе со мной не затронул этого вопроса, о котором я в свое время докладывал.

В заключение беседы Риббентроп справился о здоровье тов. Сталина и тов. Молотова. Я ответил, что они здоровы и чувствуют себя прекрасно.

Прощаясь, Риббентроп еще раз поблагодарил за поздравления Гитлеру и сказал, что он тотчас же передаст их ему.

Посетил венгерского посланника Стояй, перед моим приходом только что вернувшегося из Министерства Иностранных Дел. Стояй был в хорошем приподнятом настроении. Я спросил его о положении в Венгрии. Он ответил, что Венгрия обеспокоена сейчас намерениями союзников закрыть Дунай путем затопления барж с камнями у Железных Ворот. Таким образом англичане, сказал он, думают отрезать Черное море от Центральной Европы. Положение же на границе Венгрии с Югославией, Германией и СССР, по словам Стояй, абсолютно спокойно. Позицию Румынии Венгрия считает сомнительной. Румыния, по мнению Венгрии, колеблется и, будучи связанной английскими гарантиями, в некоторой степени идет навстречу англичанам. Внутриполитическое положение Румынии, по мнению Стояй, также непрочно.

Венгрия не нарушит, заявил Стояй далее, по своей инициативе мира на Балканах. Осуществление своих территориальных притязаний к Румынии Венгрия откладывает до того времени, когда вообще в Европе будет устанавливаться новый порядок. Однако если, продолжал Стояй, мир на Балканах будет нарушен не Венгрией, а другими странами, то Венгрия осуществит свои ревизионистские требования раньше указанного срока..

На мой вопрос о торговых взаимоотношениях с Италией Стояй ответил, что они очень тесные. Я спросил его — получает ли Венгрия от Италии самолеты и в каком количестве? Стояй ответил, что самолеты они получают как от Италии, так и от Германии, в каком количестве, ему неизвестно, так как это является делом военного министерства.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, ст. 23, п. 95, д. 5, л. 43—45.

233

 


 

 

128. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

26 апреля 1940 г.

Шуленбург поставил следующие вопросы:

1. По поводу слухов о советско-английских торговых переговорах.

Шуленбург просил тов. Молотова дать ему разъяснение по поводу этих слухов, сославшись на английскую прессу, в которой за последнее время имеется большое количество сообщений о якобы ведущихся по инициативе Советского Союза советско-английских торговых переговорах[91].

Тов. Молотов ответил, что фактически вопрос о советско-английских торговых переговорах обстоит так:

с английской стороны еще в сентябре — октябре прошлого года было выражено желание возобновить торговлю и ставился этот вопрос. Но конкретного разрешения он тогда не получил. Вопрос этот был снят, и снова появились намеки на возможность возобновления таковых переговоров в марте с. г.

Советский Союз поставил обязательным предварительным условием возобновления каких-либо переговоров немедленное освобождение пароходов «Селенга» и «Маяковский», задержанных англичанами. В течение целого месяца англичане молчали по этому поводу, и только примерно 19 апреля 1940 г. Галифакс заявил тов. Майскому, что Англия ничего не имеет против того, чтобы вести торговые переговоры с СССР. То, что сказал Галифакс, ничего ясного еще не представляет, но англичане хотят узнать наше отношение к вопросу о возобновлении переговоров и ставят не прямым, а косвенным образом два вопроса:

1) Чувствуется, что англичане хотят узнать, что представляет из себя торговля Советского Союза с Германией и нельзя ли ее ограничить.

2) Обязательное условие, которое ставят англичане, это чтобы товары, которые Англия будет продавать СССР, не попадали в Германию.

Мы решили ответить на этот зондаж так:

1)   Наши отношения с Германией — это дело только Советского Союза. У нас есть договор с Германией и мы его выполняем. Всякие переговоры с Англией совершенно не касаются хозяйственных отношений СССР с Германией.

2) Что касается закупки товаров Советским Союзом в Англии, то мы будем покупать таковые для внутреннего потребления. Но не собираемся брать в этом отношении на себя никаких обязательств.

Мы снова ставим вопрос об освобождении пароходов «Селенга» и «Маяковский» как обязательное условие возобновления каких бы то ни было переговоров, хотя они сейчас находятся в руках французов, а не англичан.

2. О ходе закупки Советским Союзом товаров и металлов для Германии.

Шуленбург сообщил, что Германское правительство очень озабочено тем, что развернутые в соглашении от 29 января 1940 г. перспективы посылки ряда товаров и закупки металлов и других товаров посредством СССР осуществляются чрезвычайно долго. «Промсырьеимпорт» затягивает покупку партии олова в Японии у фирмы «Ушима». ввиду того что тов. Борин боится риска покупки, заявляя, что может

234

 


быть предъявлено обвинение в нарушении нейтралитета. По заявлению тов. Микояна Шуленбургу, Япония саботирует посылку товаров. В то же время Шуленбургом из Берлина получена телеграмма, подтвержденная особым посланником фюрера в Японии по экономическим вопросам Гельферихом, прибывшим вчера из Токио в Москву, о том, что сведения об японском саботаже не подтверждаются. Японцы стремятся только сохранить видимость нейтралитета перед Англией и Америкой. В Кобэ находилось до 6 тыс, тонн товаров, предназначенных для отправки в Германию, и японцы приложили много усилий для того, чтобы ее осуществить. На сегодня из этих товаров осталось только 1,5 тыс. тонн. Японцы утверждают, что если перевозка будет осуществляться на японских пароходах во Владивосток, то англичане не посмеют задерживать их пароходы, так как Япония рассматривает эти воды как свои внутренние. Японцы согласны транспортировать любые товары только под одним условием, что они не будут вынуждены заявлять официально, что товары, перевозимые ими, предназначены для Германии.

Тов. Молотов ответил, что это для него ново и он несколько удивлен. По имеющимся у него данным, Англия, Франция и Америка всеми способами пытаются осуществить блокаду, примерами чего может служить следующее: оборудование завода КИМ, заказанное в Америке, задерживается; Английское правительство объявило и все время усиливает блокаду Владивостока; «моральное эмбарго»[43], объявленное Америкой во время войны с Финляндией, не снято. Что же касается японского саботажа, то явным подтверждением такого является то, что японская печать своими открытыми публикациями о выходе из американских гаваней советских пароходов, груженных теми или иными товарами, давала пищу для осуществления этой блокады, явно желая выслужиться перед Англией. Как это назвать? Иначе, как саботажем, назвать это трудно. Если мы упоминаем «Селенгу» и «Маяковского», то только потому, что это — советские пароходы. А ведь кроме них задержан еще ряд фрахтованных иностранных судов с товарами, предназначенными для отправки.

Я в первый раз слышу о возможности купить олово в Японии и проверю Ваше сообщение об этом. Не так давно мы обращались к Японии сами по вопросу о закупке металлов, каучука, но она отказалась, ссылаясь на опасность блокады со стороны Англии. Что же касается вопроса об отправке товаров на японских судах, то я не возражаю. Я думаю, что отношения Германии с Японией лучше, чем наши с таковой, и поэтому Вам этот вопрос, понятно, известней.

3. О поставках зерна Советским Союзом Германии.

Шуленбург сообщил, что Германское правительство просит закончить поставку зерна по соглашению, заключенному с Союзэкспортхлебом До конца августа с. г. В вопросе о ценах на ячмень и некоторые другие культуры Германия идет навстречу Советскому Союзу и доплачивает Добавочно 7 млн. марок. До конца июня, согласно договору, будет поставлено 430 тыс. тонн, Германское правительство просит поставить в течение июля — августа с. г.

Тов. Молотов ответил, что он посоветуется по этому вопросу с тов. Микояном.

4. О ценах Союзнефтеэкспорта на нефтепродукты, поставляемые в Германию.

Шуленбург, возвращаясь к вопросу, поднятому им в его беседе с тов. Молотовым 16 апреля о завышении Союзнефтеэкспортом цен на нефтепродукты, вновь просил о вмешательстве тов. Молотова в этот вопрос.

235

 


Тов.Молотов ответил, что он рассмотрит и проверит этот вопрос. База для хозяйственных расчетов с Германией должна быть одна, и Советский Союз не собирается обторговывать Германию. Цены, безусловно, должны быть сравнимые.

5. О неконтактных минах.

Шуленбург сообщил, что, согласно полученной им телеграмме, Германия не может сейчас поставить неконтактные мины Советскому Союзу, так как она их производит в недостаточном количестве и сама испытывает в них большую нужду. В случае если в этих минах будет острая нужда, можно будет вернуться к этому вопросу*.

6.О пограничной комиссии.

Шуленбург просил разрешить вопрос о работе смешанной пограничной комиссии по установлению правового режима на границе во второй половине мая в Берлине.

Тов. Молотов ответил, что он даст тов. Деканозову указание спешно разрешить этот вопрос.

7. О возобновлении культурной связи между СССР и Германией.

Шуленбург просил разрешения, в порядке возобновления культурной связи между СССР и Германией, устроить выставку по дорожному строительству в Москве и сообщил, что выставка кустарных изделий народов Советского Союза уже отправлена в Берлин.

Тов. Молотов ответил, что он приветствует устройство выставки дорожного строительства, считая это полезным делом, и окажет содействие в устройстве таковой.

8. Шуленбург в порядке информации сообщил, что Шнурре командирован Германским правительством в Финляндию для выяснения возможности закупки там металлов, никаких других целей, кроме вышеуказанной, данная командировка не преследует.

9. Шуленбург сообщил, что все пожелания тов. Молотова о связи с Осло, в особенности шифром, приняты во внимание германским МИДом, который принимает все меры к осуществлению таковых.

Записал Иванов

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 110—114.

 

 

129. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПРЕДСТАВИТЕЛЕМ ПРАВИТЕЛЬСТВА КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕНЕРАЛОМ ХЭ ЯОЦЗУ

28 апреля 1940 г.

В начале беседы Хэ Яоцзу благодарит т. Молотова за теплый прием, оказанный ему в Москве со стороны Наркоминдела и ВОКС'а. Хэ Яоцзу сообщает, что Китайское правительство назначило в Москву нового посла Шао Лицзы, а Хэ Яоцзу получил приказание Чан Кайши вернуться в Китай[92].

Хэ Яоцзу сообщает, что он в течение 10 лет изучает советско-китайские отношения, лично соприкасался в своей работе с военными совет-

___________________
* См. док. 116.

236

 


пиками Советского Союза, отмечает их плодотворную деятельность и обещает по приезде в Китай продолжать поддерживать с ними тесный контакт.

Затем Хэ Яоцзу сообщает, что он получил несколько телеграмм от Чан Кайши, в которых последний высказывает свое мнение по политическим вопросам.

В этих телеграммах Чан Кайши особенно подчеркивает советско-китайскую дружбу и успехи Китая в борьбе против японской агрессии, достигнутые благодаря помощи Советского Союза Китаю. По отдельным вопросам международной политики Чан Кайши высказывает следующее мнение:

1) О политическом положении на Дальнем Востоке

Чан Кайши считает желательным, чтобы внешняя политика обеих стран на Дальнем Востоке была единой.

Общественное мнение Китая признает правильными мероприятия Советского Союза, связанные с обеспечением мира на Балтийском море. Мирный договор с Финляндией был встречен китайским народом с восторгом. Китайский народ питает надежду, чтобы Советский Союз применил активную политику и на Дальнем Востоке против агрессии. Китайское правительство готово идти на переговоры с Советским правительством о тех мероприятиях (политических, экономических и военных), которые обеспечили бы мир на Дальнем Востоке. Китайское правительство с честью будет выполнять обязательства, вытекающие из этой политики, вплоть до предоставления СССР после победы над Японией китайских портов для базирования военно-морских сил СССР*.

Исходя из факта прекращения работы Комиссии по уточнению границ между Монголией и Маньчжурией, Чан Кайши уверен, что Советский Союз стоит на позиции справедливости, наносит этим удар японским агрессорам и укрепляет веру китайского народа в свою борьбу. Если бы Советский Союз принял меры, чтобы сковать японские силы на границе Монголии, то это было бы равносильно прямой помощи Китаю в его сопротивлении. Проведение в жизнь этих задач означало бы безграничное развитие отношений между Советским Союзом и Китаем, особенно по экономическим вопросам. В этих целях Китайское правительство готово пригласить экономических советников СССР, чтобы поручить им изучить экономические вопросы с точки зрения как интересов Советского Союза, так и Китая.

В прошлом году Чан Кайши, исходя из положения на Дальнем Востоке и внутреннего кризиса Японии, явившегося следствием решительного сопротивления Китая, предполагал о возможных комбинациях японской политики по расколу держав, заинтересованных в дальневосточных вопросах, с тем чтобы нажать на Китай и спровоцировать Англию и США против Советского Союза. Сейчас же обстановка изменилась. В Тихом океане начинается волнение. В США растет антияпонское настроение, У японцев все больше и больше появляется растерянность. Чан Кайши Думает, что если бы Советский Союз и США достигли взаимопонимания в вопросе о помощи Китаю, то тихоокеанский вопрос был бы разрешен без вмешательства других стран.

2) О военной помощи Китаю

За три года вооруженного сопротивления китайского народа японская военщина истощила свои государственные ресурсы и ослабила

___________________
* Советско-китайский договор о Порт-Артуре от 14 августа 1945 г, (см. Известия.—1945.—28 авг.).

237

 


свои военные силы. В оккупированной территории Китая она застряла, как в трясине, откуда ей уже трудно выбраться. Китай смог бы до конца сокрушить Японию, и тем был бы ликвидирован источник бедствий на Дальнем Востоке, но для достижения этой цели он нуждается в материальной и военно-технической помощи Советского Союза.

Учитывая приближение экономического краха Японии, японская военщина в 1940 году, вероятно, прибегнет к самым опасным для Китая и рискованным мерам. Китай должен быть готов оказать решительное сопротивление, поэтому Чан Кайши просит именно в этот период оказать Китаю всестороннюю помощь.

Чан Кайши просит Советское правительство помочь в первую очередь китайской армии военным имуществом, список которого Хэ Яоцзу передал т. Ворошилову. Кроме того, Хэ Яоцзу просил т. Молотова:

а) оказать помощь авиационной школе в гор. Кулиджи*, расширив эту школу по окончании первого курса, и отремонтировать ей самолеты;

б) ускорить решение вопроса о постройке авиационного завода в г. Урумчи;

в) увеличить число военных советников в Китае;

г) поручить сообщить условия Китайскому правительству, на которых оно могло бы приобретать в Советском Союзе горючее для самолетов, смазочные масла, коммуникационные материалы, материалы связи и здравоохранения. В этих материалах Китай в настоящее время сильно нуждается.

В заключение своего заявления Хэ Яоцзу просит т. Молотова передать т. Сталину письмо, в котором он касается всех перечисленных выше вопросов. Кроме того, Хэ Яоцзу просит передать его желание встретиться с т. Сталиным, так как он на эту встречу возлагает большие надежды, ибо китайский народ прислушивается к каждому слову т. Сталина.

Тов. Молотов отвечает, что он с большим интересом выслушал сообщение Хэ Яоцзу, обещает вопросы, поставленные перед т. Молотовым, доложить Правительству и письмо передать т. Сталину. Затем т. Молотов, подчеркивая, что поставленные Хэ Яоцзы вопросы представляют большой интерес, говорит, что по ним будут сделаны соответствующие практические выводы и будет дан ответ.

Что же касается отношений с Японией, то, продолжает т. Молотов, у нас с ней не только пограничные вопросы, но и ряд других, по которым мы ведем с японцами переговоры. По ряду из этих вопросов мы договорились, а по остальным переговоры продолжаются.

Наши отношения с Китаем определяются дружественной симпатией Советского Союза к китайскому народу.

На этом беседа закончилась.

Беседу записал Козырев

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 2, д. 11, л. 64—67.

___________________
* Так в оригинале; имеется в виду г. Кульджа (Инин).

238

 


 

 

130. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ США В СССР Л. ШТЕЙНГАРДТОМ

28 апреля 1940 г.

Поблагодарив т, Молотова за оказанный им визит, посол упомянул о беседе, которую он имел с т. Лозовским[93].

Посол сообщил т. Молотову свое мнение относительно меморандума, переданного ему т. Лозовским*. Посол считает, что часть вопросов меморандума правильна, часть вызвана недоразумением, а часть вопросов, по его мнению, возникла благодаря деятельности отдельных лиц, настроенных враждебно по отношению к нам.

Посол обещал по приезде в США уладить все недоразумения по мере своих возможностей.

Тов. Молотов ответил, что, зная об отъезде посла, у которого одна нога уже находится в поезде, он не хочет отвлекаться деловыми вопросами о советско-американских отношениях, т. к. и сам посол сообщил, что считает свой визит лишь долгом вежливости.

Согласившись с замечанием т. Молотова, посол опять заверил, что по приезде в США он сделает со своей стороны все, чтобы урегулировать возникшие недоразумения.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 2. д. 11, л. 63.

 

 

131. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ДЕЛОВЫХ КРУГОВ ГЕРМАНИИ X. ИОНАСОМ И X. АШЕНБРЕННЕРОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

29 апреля 1940 г.

29 апреля принял Ионаса — директора ярмарки в Кенигсберге, явившегося в сопровождении Ашенбреннера — представителя этой ярмарки в Берлине. Ионас от имени председателя Восточнопрусского правительства гауляйтера Коха передал мне приглашение СССР принять участие в Кенигсбергской выставке, которая должна открыться 18 августа с. г.** Я поблагодарил Ионаса и сказал, что доложу о приглашении своему правительству и ответ передам Ашенбреннеру. Ионас владеет русским языком, с 1915 по 1922 год был в СССР уполномоченным Шведского Красного Креста по эвакуации военнопленных. Позже участвовал в работах германской комиссии по археологическим раскопкам в Грузии. Был знаком с целым рядом людей, оказавшихся впоследствии врагами народа (например, с Канделаки).

Ионас сообщил мне, что СССР всегда и раньше, за исключением периода натянутых советско-германских отношений, был представлен в самом широком объеме на выставке в Кенигсберге.

Кенигсберг, заявил мне Ионас, является важным центром на пути

___________________
* См. также док. 107.
** См. также док. 39.

239

 


советско-германской торговли и служит пунктом изучения стран Восточной Европы в настоящее время, главным образом СССР. В Кенигсберге, сообщил он далее, существует специальный институт по изучению СССР, в котором заняты 15 сотрудников. Институт выписывает 80 советских технических, экономических и других журналов и газет и обладает наибольшей в Германии библиотекой об СССР. Это учреждение следит за экономическим развитием СССР: постройкой новых заводов, шахт, открытием новых месторождений ископаемых и пр. Институт располагает картотекой 15 000 советских фабрик и заводов. Располагая огромным материалом, он обслуживает все германские учреждения, снабжая их всякого рода справками и т. п.

В конце беседы Ионас еще раз повторил приглашение на выставку и выразил надежду, что оно будет принято.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 56—57.

 

 

132. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Э. ГАЛИФАКСОМ

Разослано: т. Молотову

29 апреля 1940 г.

1. Инструкции из Москвы пришли к вечеру 27 апреля. Галифакс был на «уикэнде» и вернулся только в понедельник. Поэтому я смог повидать его лишь 29-го в 6 часов вечера. Я вручил Галифаксу наш ответ, который он тут же бегло прочитал. Затем Галифакс заметил, что сейчас еще не может сказать ничего определенного по поводу нашего ответа, т. к. должен посоветоваться с представителями Министерства Торговли и Министерства Экономической войны. Пока же Галифакс заявил, что хотел бы твердо знать, желает ли действительно СССР торгового соглашения с Англией. Я возразил, что его вопрос кажется мне непонятным: инициатива возобновления переговоров исходит от нас, и, если бы СССР не имел намерения заключать торгового соглашения, он, очевидно, не стал бы делать первого шага. Наоборот, я имею право спросить Галифакса: действительно ли Британское правительство хочет торговых переговоров и торгового соглашения с СССР? Я основываю свой вопрос на истории с «Селенгой» и «Маяковским», а также на реакции Британского правительства на мой демарш 27 марта*. Дело тут не только в задержке с получением английского ответа, но также — и в еще большей степени — в самом характере этого ответа. Галифакс пожал плечами и сказал, что Британское правительство, конечно, хотело бы соглашения с СССР, но оно не уверено, что это возможно. Во-первых, соглашение должно быть так или иначе увязано с нынешними военными условиями, а во-вторых, Британское правительство не уверено, что СССР в состоянии продать Англии те продукты, которые она желала бы приобрести. Ведь возможно, что это могут быть те же самые продукты, в которых заинтересована Германия, и возможно, что все наличное количество этих продуктов, предназначенных для экспорта, уже продан[0]

___________________
* См. док. 100.

240

 


Германии. Я возразил, что все подобные гипотетические предположения преждевременны и что, очевидно, данный вопрос может быть разрешен только в процессе переговоров. При всяких условиях я все-таки исключаю положение, когда бы две такие державы, как СССР и Великобритания, не нашли бы, чем обмениваться, если только желание торговать имеется с обеих сторон. Галифакс согласился, что затронутый им вопрос может быть выяснен только в ходе переговоров, и вслед за тем коснулся другого вопроса — о месте и методе самих переговоров. При этом он спросил меня, имею ли я какие-либо указания по данному поводу от моего правительства. Я ответил, что пока таких указаний не имею, да это и вполне понятно: разговор на тему о торговом соглашении находится еще в слишком прелиминарной стадии для того, чтобы заниматься уточнением более конкретных деталей. Тогда Галифакс стал развивать ту мысль, что хорошо было бы вести переговоры в Лондоне: Министерства Торговли и Экономической войны в настоящее время страшно перегружены переговорами с целым рядом стран и едва ли могли бы выделить из своей среды достаточно ответственную делегацию для поездки в такое отдаленное место, как Москва. Поэтому с английской точки зрения было бы гораздо целесообразнее, если бы переговоры могли вестись в Лондоне, куда Советское правительство в случае надобности, может быть, согласилось бы прислать несколько экспертов в подкрепление тех советских представителей, которые уже имеются здесь на месте. Во всяком случае, Галифакс просил меня выяснить в Москве данный вопрос. Я обещал это сделать. Слушая мотивировку Галифакса о желательности ведения переговоров в Лондоне, я все-таки никак не мог отделаться от впечатления, что, по существу, дело не в перегрузке названных им министерств, а в том, что у Мининдела (как и вообще у многих членов британского правительства) существует какой-то почти панический страх перед мыслью о ведении переговоров в Москве. Возможно, что тут играют роль воспоминания о прошлогодних московских переговорах, из которых англичане вышли без большой для них славы. Возможно также, что Галифакса до некоторой степени связывает опасение, как бы объявление о торговых «переговорах в Москве» не вызвало неблагоприятного для правительства эффекта в консервативной партии. В заключение Галифакс заметил, что, как он мне уже говорил в прошлый раз, он рассматривает торговые переговоры как первый шаг, который должен проложить дорогу к общему улучшению англо-советских отношений, чего он очень хотел бы. Я реагировал на это словами, что если таковы действительные намерения Британского правительства, то самый подход его к торговым переговорам должен был бы быть несколько иным, чем тот, который до сих пор наблюдался.

2. Далее Галифакс коротко коснулся некоторых текущих событий. Прежде всего он спросил меня, верны ли слухи, газетные сведения о том, что будто бы между СССР и Финляндией подготовляется какое-то соглашение в отношении Аландских островов*. Я ответил, что из официальных источников мне ничего не известно по этому поводу. Кгазетным же историям следует относиться с большой осторожностью. Затем Галифакс спросил, считаю ли я, что нейтралитет Швеции находится в опасности? Я ответил, что если судить по прессе, то шведскому нейтралитету как будто бы действительно угрожает опасность — и притом с двух сторон. Дальнейшая беседа между нами приняла следующий характер:

___________________
* Соглашение СССР и Финляндской Республики от 11 октября 1940 г.

241

 


Галифакс (усмехнувшись и махнув рукой): Ну, во всяком случае, с нашей стороны Швеции ничего не угрожает. Мы не занимаем территорий нейтральных стран.

Майский (полушутя): Даже из-за железной руды?

Галифакс: Да, даже из-за железной руды. Мы стоим на страже международных принципов и международного права.

Майский (в еще более шутливой форме): Но ведь еще так недавно в Англии была столь популярна формула о «технических нарушениях» международного права! (Эта формула употреблялась для оправдания минирования норвежских территориальных вод.)

Галифакс (с некоторой горячностью): Одно дело положить несколько мин в территориальных водах нейтральной страны, и совсем другое дело — захватить столицу и порты нейтральной страны вооруженной силой. Тут есть большая разница!

Майский (совсем в шутливой форме): Готов согласиться, что разница действительно есть, но не в принципе, а лишь в степени и эффективности.

Галифакс: Вы не правы. На протяжении минувших шести месяцев Британское правительство, если бы оно этого хотело, могло бы в любой момент без всякого труда оккупировать весь западный берег Норвегии. Почему мы этого не сделали? Потому, что «союзники» ведут войну во имя иных принципов и иными методами, чем Германия.

Майский: Предоставим судить об этом истории.

В связи с вопросом о Норвегии Галифакс категорически отрицал, что Англия и Франция подготовляли ее захват, и издевался над последней германской «Белой книгой» (выпущенной 27 апреля), которая утверждает, будто бы немцы вынуждены были оккупировать Норвегию для того, чтобы предупредить аналогичную акцию со стороны «союзников».

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 70, д. 43, л. 19—23.

 

 

133. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДА В НКИД СССР

29 апреля 1940 г. Немедленно

Имел сегодня продолжительную беседу с Чиано. После вопроса о визе для корреспондента ТАСС (чем министр обещал заняться и дать мне надежду на положительный ответ) мы говорили на общеполитические темы. Заявление Чиано сводится к следующему:

1) Министр категорически опровергает настойчиво циркулирующие снова слухи о его предстоящем переводе на другой пост.

2) Касаясь отношений с Францией и Англией, Чиано подтвердил, что как здесь Франсуа Понсе, так и в Париже французы неоднократно предлагали переговоры с Италией по спорным вопросам. Ни разу, однако, французы своих предложений об эвентуальных уступках не конкретизировали, ограничиваясь общими намеками. Всякий раз Чиано по указанию Муссолини отвечал, что Италия пойти на такие переговоры не может. В последний раз министр указал Франсуа Понсе, что предложение Парижа несвоевременно: «Оно делается либо слишком поздно, либо

242

 


слишком рано». Отказываясь от переговоров, Чиано одновременно подчеркивал твердое решение Италии «долгое время» не менять политики невмешательства в войну. Англичане, по словам министра, предложений подобных французским вообще ни разу не делали. Если не считать зашедшие в тупик экономические переговоры, то в области политики Лондон до сих пор никакой инициативы в отношении Италии не проявлял.

3) Неделю назад, в связи с общим напряжением и ростом нервозности, Чиано пригласил к себе французского посла и английского поверенного в делах и заявил им следующее: «Италия вступать ныне в войну не собирается. Она стремится лишь к сохранению своего нынешнего положения и отношений с другими странами. Прогерманская позиция Рима не должна являться для Парижа и Лондона новостью. Муссолини считает, что для всех «выгоднее стрельба итальянских газет, чем пушек». Если Италия решит вступить в войну, она лояльно поставит об этом Париж и Лондон в известность. Все слухи о подготовке итальянского нападения на Югославию или Корфу являются вздором. Муссолини поэтому считает, что во взаимных интересах необходимо оздоровить атмосфнру, не выискивать ни несущзствующих опасностей, ни нереальных взаимных соглашений, а просто сохранить существующее положение». Чиано добавил, что в разговоре с англичанами он снова протестовал против недопустимой формы морской блокады. Министр указал, насколько «нервирует» Муссолини состояние человека, зажатого за горло и вынужденного терпеть порою оскорбительные формы обыска и задержек всех идущих в Италию пароходов. Именно это положение, заявил министр англичанину, может явиться той искрой, которая вызовет пожар. В этой части беседы Чиано признался мне, что английское экономическое давление временами невыносимо и что Рим направляет в основном свои усилия к разрешению именно этого вопроса.

4) После разговора с англо-французскими представителями Чиано вызвал и югославского посланника. Министр «в торжественной форме» заверил Кристича в самых мирных намерениях Рима. Чиано обвинял Белград в необоснованной нервозности и панике, в лихорадочном возведении укреплений на албанской границе, в ряде пограничных там конфликтов, в начавшихся антиитальянских манифестациях и прочем. Министр, естественно, отрицал причастность Италии к делу Стоядиновича[94] и желание оказать на Югославию нажим в целях эвентуального пропуска войск в Венгрию. По словам Чиано, войска в случае нужды всегда могут быть переброшены через Австрию и в югославском транзите Рим не нуждается. «Я,— говорил министр,— просто и ясно заявил Кристичу: Италия стремится к статус-кво на Балканах, и всякое нападение на Югославию находится по ряду причин в прямом противоречии с итальянскими интересами». Чиано, далее, откровенно признал, что в случае вступления Италии в войну Рим будет заинтересован в том, чтобы путем давления с трех сторон (включая Венгрию и Албанию) держать Белград в покорности.

5) Касаясь, далее, Балкан и повторив известную уже установку Италии, Чиано говорил о беспокойстве Румынии и о своих разговорах с местным румынским посланником, якобы последний действительно как бы жаловался на советскую угрозу и передавал о беспокойстве Бухареста в связи с последней беседой товарища Молотова с Давидеску*. «Я ему ответил,— сказал Чиано,— что Италия в целом симпатизирует Румынии и стремится к расширению с ней экономической и культурной

___________________
* См. док. 114.

243

 


связи. Однако Рим считает, что его путь к Бухаресту лежит через Будапешт. Основой итальянской политики является Венгрия, и отношения с Румынией в решающей степени определяются настоящими и будущими венгерско-румынскими отношениями». Чиано, далее, в общем не отрицал, что Бухарест пытается дополнительно через Рим действовать в Берлине в проблеме румыно-советских отношений, однако говорил он это несколько иронически.

6)   Министр одновременно подчеркивал, что в настоящий момент Италия настоятельно рекомендует Будапешту ни в какой форме не поднимать свои территориальные требования к Румынии и Болгарии, ибо «осложнения в какой-либо части дунайского сектора вызовут осложнения на Балканах в целом. Мы же этого сейчас не хотим». Было ясно, что такая линия Рима, как я уже сообщал, сохранится, пока Италия вольно или невольно не вступит в войну.

7)   Говорили мы затем о положении в Скандинавии и о перспективе расширения конфликта. Чиано заявил, что Гитлер систематически посылает личные письма Муссолини. В последнем, на днях привезенном письме Гитлер пишет, что немецкие войска в Норвегии довел до 10 дивизий. Свои позиции там считает прочными. Опровергает намерение Германии выступить в Швеции. Это не даст выгоды, создав дополнительные немалые трудности. Чиано добавил, что шведы будут сопротивляться, имеют неплохую армию и выгодные территориальные условия. По всем признакам операции на какой-то промежуток времени ограничатся Норвегией. Чиано сказал, что Аттолико переводится послом при Ватикане, а в Берлин по просьбе немцев назначается Альфиери.

8) Потом Чиано рассказывал мне о положении здесь с сырьем, и в частности с углем. Дабы не удлинять телеграмму, резюмирую это в дипломатической почте.

9) Касаясь Ближнего Востока и армии Вейгана, министр сказал, что по документальным итальянским данным эта армия за последний месяц не выросла и фактически состоит из пяти полных дивизий вместе со специальными частями и авиацией не более 120 тысяч человек, из которых три хорошие, а две никуда негодные. Прощаясь, Чиано по обыкновению приглашал заходить почаще. В приемной, кстати, сидел местный польский посол*. Мы притворились, что друг друга не видим. Принимал его явно не Чиано.

Гельфанд

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 330, д. 2267, л. 49—54.

 

 

134. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

[1 мая 1940 г.]

Японское агентство Домей Цусин передает 28 апреля сообщение, что будто бы советский полпред в Китае Панюшкин вручил Чан Кайши «категорическое предостережение против возможных последствий мер,

___________________
* Посол Польши генерал Болеслав В. Длугошевский в это время еще выполнял свои обязанности в Риме; персонал итальянского посольства в Варшаве по требованию Риббентропа был вынужден покинуть Варшаву 20 марта 1940 г.

244

 


предпринятых Чунцинским правительством в связи с отношениями между коммунистами и Гоминьданом» и давал ему советы, сколько и каких секретарей и служащих китайское правительство должно подобрать в штат вновь назначенного китайского посла в СССР и т. п.

ТАСС уполномочен заявить, что все это сообщение не содержит ни одного слова правды и является не более как грязной провокационной выдумкой Домей Цусин.

Известия.1940.1 мая.

 

 

135. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОВЕРЕННОМУ В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ИТАЛИЯ Л. Б. ГЕЛЬФАНДУ

1 мая 1940 г.

Получил Вашу последнюю телеграмму о беседе с Чиано*. Добываемые Вами сведения, конечно, очень ценны для нас. Однако должен Вам сказать, что не следовало бы слишком близко связываться с Чиано. Мы расцениваем Чиано как отрицательный фактор в отношениях между СССР и Италией[5]. Если бы не Чиано и его окружение, отношения СССР с Италией были бы лучшими. События последних месяцев показали, что Чиано является непримиримым врагом Советского Союза. Сообщаю это для Вашего сведения.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 330, д. 2269, л. 57 -58.

 

 

136. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

[4 мая 1940 г.]

1. В некоторых иностранных газетах появились сообщения, будто бы Советский Союз предложил Финляндии обменять Выборг (Виипури) на Аландские острова, а агентство Рейтер 1 мая передало по радио сообщение своего парижского корреспондента о том, что якобы «СССР обратился к Финляндии с предложением отдать ей обратно Ханко и Выборг в обмен на Аландские острова и Петсамо». ТАСС уполномочен заявить, что все эти сообщения ни на чем не основаны и являются полностью вымышленными.

2. Голландская газета «Маасбоде», а также некоторые другие иностранные газеты сообщают, что будто бы «СССР на прошлой неделе вручил Германскому правительству ноту, в которой Советское правительство заявило, что оно рассматривало бы действия Германии против Швеции как недружелюбный акт, что, кроме того, СССР заявил, что он не может допустить оккупации Аландских островов Германией». ТАСС уполномочен заявить, что это сообщение не отвечает действительности. На самом деле, в соответствии со статьей 3 Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом о взаимной информации и консультации, две недели тому назад в Москве имел место обмен информа-

___________________
* См. док. 133.

245

 


цией по вопросу о нейтралитете Швецки между представителями СССР и Германии, причем было констатировано, что оба государства считают себя заинтересованными в сохранении нейтралитета Швеции*.

Известия.—1940.—4 мая.

 

 

137. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

4 мая 1940 г.

Меня пригласил к себе Риббентроп. Риббентроп принял меня весьма дружелюбно и не в Министерстве, а в своей личной канцелярии-квартире, расположенной рядом с Министерством иностранных дел. Извинившись за позднее время (8 час. вечера), Риббентроп сказал, что хочет проинформировать меня о последних политических событиях. Пригласив меня к карте, Риббентроп подробно осветил состояние германских военных операций в Норвегии и сказал, что вчера они почти были закончены. В южной части Норвегии немцы уже полностью укрепились, и там имеют место лишь столкновения с небольшой рассеянной группой норвежцев.

Затем он спросил, не слышал ли я о том, что англичане высадили десант в Северной Норвегии в городе Киркенес.

Далее Риббентроп сообщил, что между шведским королем и Гитлером произошел обмен письмами. Письма Гитлера и короля Риббентроп держал в руке.

В своем письме к Гитлеру, сказал Риббентроп, шведский король писал, что он через шведского адмирала Тамма, которого принимал Гитлер**, узнал, что Гитлер спрашивал Тамма, будет ли Швеция оказывать сопротивление, если англичане или французы попытаются перейти норвежско-шведскую границу. Отвечая на этот вопрос, продолжал Риббентроп, шведский король в письме Гитлеру заявил, что Швеция намерена сохранять строжайший нейтралитет и даст отпор всяким попыткам нарушить неприкосновенность ее территории, откуда бы эти попытки ни исходили. Такое же заявление шведский король, по словам Риббентропа, сделал Англии и Франции. Гитлер, заявил мне Риббентроп, с удовольствием принял к сведению заявление шведского короля. В своем письме к нему Гитлер повторил заверения, которые были уже им ранее даны в начале военных действий в Норвегии, а именно о том, что эти действия не затронули Швеции. Германия, пишет далее Гитлер, в этом письме будет уважать нейтралитет Швеции.

Германское правительство, продолжал Риббентроп, ознакомилось с документами, подтверждающими политику строжайшего нейтралитета, проводимую Швецией и разоблачающей подготовку Норвежского правительства к выступлению на стороне англичан. Не Германия виновата в разрушениях и пролитой крови в Норвегии, Германия не имела намерений расширять театр военных действий. Действия Германии в Норвегии

___________________
* См. док. 116.
** Целью миссии главнокомандующего ВМФ Швеции вице-адмирала Ф. Тамма было обсуждение германского транзита через Швецию в Нарвик; прием А. Гитлером состоялся 16.04.1940 г. (см. Staatsmanner und Diplomaten bai Hitler.—Frankfurt am Main: 1967.—S. 121 — 128).

246

 


следует рассматривать как оборонительные мероприятия. Гитлер, продолжал далее Риббентроп, пишет, что он располагает доказательствами, что англичане хотели отрезать Германию от шведской руды и атаковать ее с фланга.

В конце своего письма Гитлер, по словам Риббентропа, говорит, что опередил англичан и оказал услугу Скандинавии. Гитлер также приветствует решимость Швеции защищать свой нейтралитет.

Затем Риббентроп сообщил мне, что англичане после своей неудачи в Скандинавии подняли большой шум вокруг Средиземного моря. Он считает это английской театральностью, призванной сгладить или даже скрыть неудачи Англии в Норвегии.

Затем Риббентроп объяснил поражение англичан «их идиотской пропагандой» и надсмехался над Черчиллем.

Риббентроп сообщил, что у него на складе имеется большое число документов, добытых в Польше и Норвегии, которые интересны для СССР. Их нельзя опубликовывать в настоящее время, но сейчас [они] разбираются и со временем будут преданы огласке. Эти документы, по словам Риббентропа, свидетельствуют с большей убедительностью о планах и закулисной работе некоторых дипломатов, направленной к тому, чтобы столкнуть СССР с Германией. Только лишь благодаря проницательности Сталина и Гитлера удалось сорвать эти планы, заключил Риббентроп.

Я сказал, что это большое счастье, что два великих народа живут в мире и дружбе.

Меня пригласил к себе зав. протокольным отделом МИДа Дернберг и сделал мне, следующее официальное сообщение:

Указом Гитлера от 24 апреля Тербовен назначен имперским комиссаром занятых областей Норвегии и является в настоящее время носителем гражданской власти в этих областях. Если Советское правительство имеет политические или общие вопросы, относящиеся к Норвегии, то оно должно обращаться по ним через Полпреда в Берлине в Министерство иностранных дел. По вопросам местного характера дипломатический представитель СССР в Осло может обращаться к Тербовену или к представителю МИДа в Осло.

Я ответил, что доложу об этом своему правительству, и, если будет по этому поводу поручение, я свяжусь с Министерством иностранных дел.

Был у турецкого посла Гереде. Осведомился о его мнении о событиях в Средиземном море. Гереде, отвечая на мой вопрос, начал с изложения позиции Турции в настоящее время. «Я недавно вернулся из Анкары,— начал Гереде,— где встречался и беседовал с руководителями турецкой политики — президентом республики, с премьер-министром и министром иностранных дел, а также со своими товарищами по турецкому парламенту.

Общее впечатление от этих разговоров таково, что Турция стремится остаться в стороне в этой войне, если на нее никто не нападает. Такого же мнения,— продолжал Гереде,— держится его старый товарищ — начальник генерального штаба турецкой армии, который сказал, что Турция, конечно, укрепляет свою армию, но не желает вмешиваться в эту войну и является часовым в Босфоре и Дарданеллах, точно соблюдая условия конвенции Монтре»[96]. По моему мнению, сказал Гереде, англичане, концентрируя свой флот в восточной части Средиземного моря, намерены оказать некоторое давление на Италию.

Италия же, по его мнению, в войне на стороне Германии не выступит, так как окажется в этом случае блокированной и отрезанной

247

 


от экономических источников сырья. Германии выступление на ее стороне Италии также невыгодно, ибо Германия должна будет ей в этом случае оказывать помощь материалами и людьми.

Я поблагодарил Гереде за сообщения и спросил его о торговом договоре, который Турция предполагает заключить с Германией.

Гереде сообщил, что объем договора определяется в 20 млн. турецких фунтов. Причем на 13 млн. обе стороны закупают друг у друга товары по заранее составленным спискам. В настоящее время в Турции работает германская комиссия, возглавляемая Наненом, которая подготовляет это торговое соглашение. Турецкое правительство уже представило списки тех товаров, которые она хочет получить от Германии. Германская сторона еще такого списка не составила. Немцы, по словам Гереде, намереваются закупить в Турции различные растительные масла, шерсть, хлопок, минералы, табак, сухие фрукты. Турция думает получить в Германии вооружения. Мы, сказал Гереде, заключая настоящее торговое соглашение с Германией, не стремимся организовать очень широкий товарообмен между этими двумя странами, ибо это в условиях войны и морской блокады было бы сделать чрезвычайно трудно. Турция, заявил он, стремится лишь сохранить торговые отношения с Германией.

Затем я сказал Гереде, что если он имеет какие-нибудь ко мне вопросы, то я на них постараюсь ответить. Гереде спросил о новостях. Я ему сообщил содержание своей беседы с заведующим протокольным отделом МИДа Дернбергом. Гереде заявил, что немцы точно так же поступили в бывшей Польше и бывшей Чехословакии, но прибавил, что все это довольно интересно.

В заключение беседы Гереде много распространялся об исторической дружбе между народами Турции и СССР и намерениях Турции продолжать ту же политику дружбы в отношении к СССР. Вспомнил о помощи, которую оказывал СССР Турции, сожалел по поводу неудач в переговорах Сараджоглу в Москве[42] и выразил мнение, что стоит в этом направлении еще поработать. При этом он подчеркнул, что последнее является его личным мнением.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 64—68.

 

 

138. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

5 мая 1940 г.

Шуленбург поставил следующие вопросы:

1.О советско-итальянских взаимоотношениях.

Возвратясь к вопросу об улучшении советско-итальянских взаимоотношений, Шуленбург сообщил, что Риббентроп в своей телеграмме, полученной посольством 2 дня тому назад, просил снова поднять этот вопрос. В свете последних мировых событий это было бы очень желательно и сыграло бы большую пропагандистскую роль. Вопрос об улучшении советско-итальянских взаимоотношений обсуждался в Бреннере между Гитлером и Муссолини, где последний заявил, что никаких противоре-

248

 


чий между СССР и Италией не существует и хорошие отношения между обеими странами должны быть естественным следствием. Риббентроп из своего визита в Италию вынес твердое впечатление, что для Советского Союза нет ни малейшего повода сомневаться в желании Италии улучшить свои взаимоотношения с СССР. По мнению Риббентропа, первым шагом для улучшения советско-итальянских взаимоотношений явился бы взаимный обмен послами между обеими державами. Новыми элементами, способствующими улучшению взаимоотношений Советского Союза с Италией, является то, что итальянская пресса в течение последних месяцев прекратила свою антисоветскую кампанию, и конкретные заявления со стороны Чиано и Муссолини об их желании улучшить эти взаимоотношения.

Изложив все вышесказанное, Шуленбург задал вопрос, может ли он передать Риббентропу, что Советский Союз согласен послать своего посла в Италию при условии, что Италия одновременно пошлет своего посла в СССР.

Тов. Молотов ответил, что он в предыдущий раз, когда поднимался этот вопрос*, уже высказывал в общих чертах свое мнение. Никаких изменений в оценке, данной им в прошлый раз, нет. И кратко изложил снова содержание своего высказывания:

1) Со стороны СССР не имели место никакие враждебные шаги по отношению к Италии.

2) Со стороны Италии нет никаких признаков улучшения отношений с СССР.

Поэтому никакой реакции со стороны Советского правительства нет и не может быть, так как нет никаких новых данных к этому. Италия не отзывала своего посла из Советского Союза, он уехал в «отпуск». Когда же Советский Союз послал в Италию своего посла, то, во-первых, его очень долго не принимали, а во-вторых, когда он приехал, то ему устроили кошачий концерт. В силу сложившихся обстоятельств Советский Союз также вынужден был предоставить своему послу отпуск. Для того чтобы предпринять какие-либо конкретные шаги в деле улучшения советско-итальянских отношений, необходимо, чтобы со стороны Италии был какой-либо повод. Со стороны Германии ясно выражено стремление к улучшению взаимоотношений между СССР и Италией, но его не видно со стороны Италии.

Тов. Молотов прямо поставил вопрос: может ли он сообщить Советскому правительству, что итальянское правительство через Риббентропа выразило пожелание урегулировать отношения с СССР путем взаимного обмена послами и предпринять дальнейшие шаги к всеобщему улучшению отношений.

Шуленбург на это ответил утвердительно, и тов. Молотов заявил, что он сообщит этот вопрос Правительству Советского Союза.

2. О югославской торговой делегации.

Шуленбург просил(тов. Молотова проинформировать его о задачах делегации и о ходе переговоров с ней.

Тов. Молотов ответил, что югославская делегация носит чисто экономический характер. Переговоры с ней ведет тов. Микоян. Есть основания полагать, что будет заключено клиринговое соглашение о товарообмене в довольно ограниченных размерах.

3. О завышении Союзнефтеэкспортом цен на нефть. Шуленбург, вновь возвратясь к этому вопросу, сообщил, что, по

___________________
* См. док. 98.

249

 


его данным, разрыв между довоенными ценами на нефть и ценами, предлагаемыми Союзнефтеэкспортом, все еще достигает 100%. Учитывая 20-процентную надбавку к довоенным ценам, германское правительство предлагает за нефть 36 млн. марок, а советские хозяйственники требуют 71,5 млн. Ссылаясь на то, что Германское правительство снизило цены на уголь, поставляемый в Советский Союз Германией, до 11 марок за тонну, т. е. ниже себестоимости, причем разницу в ценах доплачивает Германское правительство, Шуленбург просил тов. Молотова урегулировать вопрос о ценах на нефть.

Тов. Молотов ответил, что он хочет одновременно разрешить в комплексе вопросы продажи Германией Советскому Союзу крейсера «Лютцов», поставки угля и цен на нефть Союзнефтеэкспорта. Советское правительство согласно пойти навстречу Германии в вопросе о ценах на нефть в случае, если: 1) Германское правительство уступит крейсер «Лютцов» за сумму в 90 млн. марок; 2) темпы поставки угля будут значительно увеличены по сравнению с настоящими, так как на сегодняшний день Германия поставила всего около 80 тыс. тонн из обусловленных 4,7 млн. тонн.

При окончании беседы тов. Молотов передал Шуленбургу 2 памятные записки:

1. О согласии НКИД на ведение переговоров в Берлине о заключении между СССР и Германией соглашения о пограничных правовых взаимоотношениях в конце мая с. г. (Приложение № 1)*.

2. О возможности предоставить Ирану в аренду советскую землечерпалку для очистки иранских портов — не ранее последних месяцев текущего года (Приложение № 2)*.

Беседу записал Иванов

АВП РФ, ф. Об, on. 2, п. 14, д. 155, л. 115—118.

 

 

139. БЕСЕДА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ГРЕЦИЯ М. Г. СЕРГЕЕВА С ПОСЛАННИКОМ ВЕНГРИИ В ГРЕЦИИ ДЕ ВЕЛИКСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

7 мая 1940 г.

Присутствовавший на концерте в ознаменование 100-летия со дня рождения Чайковского венгерский посланник сказал мне, что, по его сведениям, лидеры оппозиционных партий Кафандарис, Миланас, Теотокис и Песманджоглу сделали Метаксасу заявление, требуя создания Правительства национального объединения. В сделанном заявлении подчеркивается, что Греция сейчас как никогда является угрожаемой, поэтому необходимо иметь правительство из всех политических партий, которые могли бы взять на себя всю полноту ответственности за могущие быть принятыми решения.

Однако, по имеющимся у него сведениям, Метаксас отклонил это требование об организации Правительства национального объединения. Греческий король также относится к этому неодобрительно.

___________________
* Не публикуется.

250

 


Я заметил венгерскому посланнику, что во время нашей прошлой беседы в конце апреля месяца он хотел посетить Метаксаса, чтобы получить от него ряд информаций, и спросил его, был ли он за это время у. Метаксаса. Венгерский посланник ответил, что у Метаксаса он будет завтра, но он не надеется на то, чтобы Метаксас сказал ему что-нибудь особенное. Во всяком случае, если сведения, которые получит он у Метаксаса, будут интересны, он мне о них сообщит.

На этом беседа закончилась.

Поверенный в делах СССР в Греции М. Сергеев

АВП РФ, ф. 084, on. 20, п. 131, д. 5, л. 133—134.

 

 

140. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

9 мая 1940 г.

Легким шифром.

Немедленно

Текст меморандума, врученного мне вчера Галифаксом, следующий: «1) Правительство Его Величества рассмотрело меморандум, сообщенный Его Превосходительством советским Послом 29 апреля 1940 года, в котором изложены взгляды Советского правительства в отношении пожелания (suggestion), выдвинутого господином Майским несколько недель назад о том, чтобы между Великобританией и Советским Союзом были возобновлены торговые переговоры.

2) Необходимо отметить, что Советское правительство в своем меморандуме не выдвинуло никаких конкретных предложений, которые отвечали бы пожеланиям Правительства Его Величества, изложенным в его меморандуме от 19 апреля.

3) Советское правительство указывает, что целью его предложения о торговом соглашении является импорт товаров для собственного потребления Советского Союза, а не для реэкспорта в другие страны. Правительство Его Величества было бы радо узнать, правильно ли оно поняло, что Советское правительство предприняло бы активные шаги для обеспечения того, чтобы товары, которые могли бы быть импортированы в результате эвентуального соглашения, потреблялись действительно внутри Советского Союза и ни в какой форме не реэкспортировались в Германию или оккупированные Германией территории и чтобы никакие эквивалентные количества таких товаров, как результат импорта этих товаров, не пересылались в Германию или оккупированные Германией территории. Правительство Его Величества было бы также радо узнать, не имеется ли у Советского правительства каких-либо соображений по вопросу о средствах, с помощью которых могло бы устанавливаться окончательное направление и утилизация товаров, импортированных из Соединенного королевства.

4) Правительство Его Величества в меморандуме от 19 апреля подчеркивало свое желание быть успокоенным (reassured) в отношении количества советских товаров, идущих в Германию. Советское правительство в своем ответе указывает, что оно не имеет с Германией торгового соглашения между Советским правительством и Германией и оно поэтому не в состоянии судить, делают ли обязательства, принятые на себя

251

 


Советским правительством, невозможным для него в настоящее время заключить с Соединенным королевством торговое соглашение на основаниях, которые имело в виду Правительство Его Величества. Правительство Его Величества относится с уважением к позиции Советского правительства в отношении заключенных им договоров. Дело было бы, однако, сильно облегчено, если бы Правительству Его Величества были бы сообщены данные, указывающие количество и природу товаров, которые Советское правительство обязалось поставлять Германии в соответствии с советско-германским договором, а также период, в течение которого эти товары должны поставляться; также, может ли Советское правительство лимитировать поставку Германии существенных военных материалов и готово ли оно поставлять такие же материалы Соединенному королевству; наконец, исключает ли договор возможность ограничения транзита через территорию Советского Союза в или из Германии и оккупированных ею районов. Правительство Его Величества заявило о своем намерении вести экономическую войну против Германии до пределов своих возможностей, и в этих условиях оно не может относиться с безразличием к количеству товаров, которые посылаются из нейтральных стран в Германию или оккупированные Германией территории. Однако желанием Правительства Его Величества является облегчить торговлю между Соединенным королевством и Советским Союзом, и, если бы оно могло быть успокоено в отношении снабжения, которое Германия получает из Советского Союза и транзитом через Советский Союз, Правительство Его Величества, со своей стороны, готово было бы обсудить, какие продукты из Соединенного королевства или из других британских источников могли бы быть предоставлены Советскому правительству для его собственного потребления и в какой мере оно могло бы предоставить в распоряжение Советского правительства альтернативный рынок для собственных продуктов последнего, могущих в противном случае пойти в Германию.

5) Правительство Его Величества отмечает, что СССР, по мнению Советского правительства, всегда выполнял и выполняет взятые на себя обязательства. Правительство Его Величества не может, однако, согласиться с утверждением Советского правительства, что Великобритания нарушила «временное торговое соглашение» 1934 года* запрещением экспорта в Советский Союз известного оборудования осенью 1939 года или задержанием в дальневосточных водах советских судов «Селенга» и «Маяковский». По первому пункту оно должно выразить сожаление о возникшем недоразумении. Ограничения, упомянутые в параграфе 4 меморандума Советского правительства от 29 апреля, были введены Правительством Его Величества в качестве меры военного времени,, имеющей целью сохранение запасов, потребных для его собственных нужд. Эти ограничения касаются экспорта Соединенного королевства во все страны и потому не являются нарушением положений «временного торгового соглашения» 1934 года.

6) Что же касается пароходов «Селенга» и «Маяковский», то Советское правительство осведомлено о необходимости производства детального выяснения конечного направления груза названных судов. Это расследование производится французскими властями, которыми названные суда в настоящее время задерживаются, и все представления, которые Советское правительство считало бы желательным сделать по

___________________
* Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных с иностранными государствами.—Вып. VIII.— М., 1935. — С. 103—113.

252

 


данному вопросу в соответствии с только что указанным, должны быть адресованы французскому правительству. Необходимо учитывать, что, поскольку задержание нейтральных судов, провозящих контрабанду, и является общепризнанным средством экономической войны, от которого союзные правительства не могут отказаться, неизбежно возникновение трудностей, если нейтральная страна позволяет использовать свою территорию в качестве канала снабжения Германии. Поэтому, если Советское правительство желает избежать таких инцидентов, как инциденты с «Селенгой» и «Маяковским», лучшим средством для достижения подобного результата было бы заключение соглашения с Правительством Его Величества относительно контрабандного контроля.

7) В заключение Правительство Его Величества считает необходимым заявить, что оно было бы радо получить указания по вопросу об отношении Советского правительства к вышеуказанным пунктам, с тем чтобы оно могло подвергнуть дальнейшему рассмотрению возможность вступления в торговые переговоры.

8 мая 1940 года».

Майский

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 325, д. 2234, л. 109 — 114.

 

 

141. ОПРОВЕРЖЕНИЕ ТАСС

[10 мая 1940 г.]

1. Английская газета «Дейли Экспресс» сообщает, что будто бы «Швеция принимает участие в секретных переговорах в Москве, которые могут устранить опасения Швеции относительно возможности германского вторжения, что в этих переговорах участвуют СССР, Финляндия и Швеция, причем русские предложили этим двум уцелевшим скандинавским странам, заключить пакты о взаимопомощи, аналогичные тем, которые были заключены в прошлом году Советским Союзом с тремя балтийскими государствами».

ТАСС уполномочен заявить, что все это сообщение не соответствует действительности и является сплошным вымыслом.

2. В английских и французских газетах усиленно муссируются слухи о переходе советской внешней политики на рельсы панславизма, что исходя из этого, как сообщает «Дейли Экспресс», «Советский Союз убеж дает Румынию оказать Югославии помощь, если Италия нападет на последнюю».

ТАСС уполномочен заявить, что все эти сообщения являются не только неправильными, но и смехотворными, ибо, по мнению ответственных советских кругов, панславизм вообще, а в области внешней политики в особенности, есть насквозь реакционное течение, совершенно несовместимое с политикой Советского государства.

Известия.—1940. —10 мая.

253

 


 

 

142. ПРИЕМ В. М. МОЛОТОВЫМ МИНИСТРА ПРОСВЕЩЕНИЯ СЛОВАЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ И. СИВАКА

10 мая 1940 г.

10 мая 1940 года Председатель Совнаркома и народный комиссар иностранных дел тов. Молотов принял Министра просвещения Словакии г-на И. Сивака. На приеме присутствовал Чрезвычайный Посланник и Полномочный Министр Словакии г-н Ф. Тисо[96].

Известия,1940. — 11 мая.

 

 

143. БЕСЕДА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ДАНИИ И. Ф. ВЛАСОВА С СОВЕТНИКОМ МИССИИ ГЕРМАНИИ В ДАНИИ Г. ХЕНЗЕЛЕМ

Разослано: т. Молотову, т. Лазовскому, Ген. Секретариат

10 мая 1940 г.

Я пригласил Хензеля с женой пообедать со мной в Полпредстве.

Сразу же по приходу Хензель начал интересоваться, как относится Советский Союз к начавшимся событиям в Бельгии и Голландии. При этом он коротко рассказал, что Германия решила взять на себя обеспечение голландского и бельгийского нейтралитета и послало свои войска в обе эти страны. Как Голландия, так и Бельгия под давлением Англии попытаются, очевидно, оказывать сопротивление германским войскам. В оказании этого сопротивления им будут помогать как Англия, так и Франция, но решающего значения эта помощь, по мнению Хензеля, иметь не будет, так как англо-французы не успеют сконцентрировать достаточно сил в каком-либо определенном пункте, ибо немецкие войска наступают одновременно в ряде пунктов. Относительно позиции Советского Союза в теперешних событиях в Бельгии и Голландии я ему сказал, что никаких официальных сообщений из Москвы нет. При этом я ему добавил, что, по моему личному мнению, Голландия и Бельгия со своим фиктивным «нейтралитетом» являлись одними из первых кандидатов на предоставление своей территории англо-французским войскам, и поэтому Германия постаралась опередить Англию и Францию, как это было и в Норвегии.

Относительно Норвегии Хензель сказал, что в основном борьбу там можно считать законченной. Англичане будут стараться удерживать за собой Северную часть Норвегии и возможно город Нарвик, но решающего значения на дальнейшее положение в Норвегии это иметь не будет. В свете теперешних новых событий в Бельгии и Голландии вопрос о Норвегии и тем более о Дании становится неактуальным. По словам Хензеля, ряд из официальных датчан говорили ему, что с уходом англичан из Центральной и Южной Норвегии и с окончательным определением Швеции как нейтральной страны положение в Дании и особенно на острове Зеландия будет становиться с каждым днем все более спокойным. При этом Хензель, однако, отметил, что германской миссии здесь, германским руководителям и военным работникам придется все же быть начеку, так как еще не совсем ясно, как будут развиваться события Бельгии и Голландии. В частности, Хензелю приходится больше беспоко-

254

 


иться еще и потому, что посланник Ренте Финк срочно выехал в Берлин, а Хензелю приходится оставаться здесь в качестве поверенного.

Касаясь вопроса о захвате англичанами Исландии, Хензель отметил, что англичане предприняли этот шаг скорей всего с той целью, чтобы иметь хотя бы видимость каких-то «успехов». А кроме этого, англичане, очевидно, надеются, что в дальнейшем они смогут каким-либо образом использовать хорошее стратегическое положение Исландии. Хензель говорит, что захват Англией Исландии, однако, большого значения не имеет, так как Исландия слишком отдалена от берегов Западных Держав. По мнению Хензеля, вопрос об Исландии будет окончательно решаться «со всеми другими вопросами». Под этим он, очевидно, подразумевает, что при заключении мира «все другие вопросы» будут поставлены на рассмотрение какой-либо международной конференции.

Хензель считает, что опасность отторжения от Дании может грозить так же и Гренландии, которой усиленно «интересуются» в настоящее время САСШ и Канада. Никаких официальных заявлений со стороны этих двух стран пока нет, но из отдельных высказываний канадской и американской прессы видно, что обе эти страны не прочь были бы купить Гренландию за деньги. В связи с тем, что Гренландия в настоящее время ни имеет никакой связи с Данией, Соединенные Штаты осуществляют сейчас так называемую материальную помощь Гренландии. Датское правительство якобы не желает, чтобы эта «помощь» могла развиться в Какие-либо более тесные формы связи САСШ с Гренландией, и поэтому оно посылает на днях в САСШ датскую делегацию во главе с председателем Управления Гренландии Ольдендовом. Поездка этой делегации проводится с согласия Германии и имеет своей основной целью продемонстрировать перед американцами наличие традиционной связи Дании с Гренландией. Кроме этого, члены датской делегации, очевидно, примут участие в организации в Америке материальной помощи Гренландии.

Хензель давал довольно оптимистическую оценку перспективам борьбы Германии против Англии и Франции, подчеркивая при этом, что отсутствие единства в правительственном английском лагере значительно ухудшает положение Англии. Хензель считает, что если вместо Чемберлена английским кабинетом будет руководить Черчилль или Галифакс, то на этом Германия только выиграет, так как «эти лица наделают еще больше глупостей, чем Чемберлен».

В разговоре с Хензелем я затронул вопрос, не сможет ли Италия поступить таким образом, что сейчас она будет занимать выжидательную позицию, а затем стала бы на сторону Англии и Франции. При этом я подчеркнул, что при такой комбинации Италия, несомненно бы, потеряла. Хензель на это мне ответил, что Италия, возможно, и в дальнейшем будет продолжать оставаться нейтральной, но на стороне Англии и Франции Италия не выступит. При этом варианте, когда Италия не стоит на стороне Англии и Франции, Хензель считает, что так же и Турция не сможет выступить на стороне Англии и Франции, тем более что, согласно своему договору о взаимопомощи с Англией, Турция имеет возможность использовать ряд имеющихся в договоре оговорок, с тем чтобы избежать участия в войне на стороне англо-французов (так, например, оговорка о том, что Турция вступит в войну лишь после того, как будет нарушена ее территория, а также оговорка о неучастии Турции в войне против Советского Союза).

Относительно САСШ Хензель говорит, что с этой стороны Германии также пока опасность не грозит, он объясняет это тем, что до ноября

255

 


месяца (перевыборы президента) САСШ не смогут ничего предпринять против Германии. После же перевыборов президента Соединенным Штатам нужен будет еще некоторый период для перестройки своей внешней и внутренней политики, а за это время Германия успеет сделать еще «очень многое». При этом Хензель отметил, что Гитлер якобы говорил, что «для Германии 1940 год будет являться самым решающим годом». Поэтому, по мнению Хензеля, «Германия будет действовать чрезвычайно быстро и, пока САСШ смогут пойти на какое-либо решительное действие в пользу Англии и Франции, будет вообще уже поздно».

Поверенный в делах СССР в Дании Власов

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 72-74.

 

 

144. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО

Разослано: Наркому т. Лазовскому, Ген. Секретариат

10 мая 1940 г.

В кулуарах 8-го всеамериканского научного конгресса, на открытие которого я был приглашен наряду с другими главами миссий для заслушания речи Рузвельта, встретил быв[шего] посла в Москве Дэвиса и имел с ним продолжительный разговор. Я напомнил Дэвису о нашем разговоре в начале марта, когда, посетив его в Госдепартаменте, я дал ему картину проводимых Американским правительством по отношению к нам дискриминационных мер, подрывающих наши торговые отношения, над развитием которых он, Дэвис, так много-де работал. Я сказал Дэвису, что за истекшее время, несмотря на мою беседу с Хэллом и два совещания в Госдепартаменте в начале апреля, не только не наступило улучшения, но даже обострились некоторые старые трудности, в частности по вопросу о фрахте. Я привел Дэвису ряд фактов, напирая, в частности, ,на предпочтительный, по сравнению с нами, режим, которым пользуются по вопросу о фрахте японцы. Дэвис заявил, что он не сомневается в юридической правоте всех наших доводов и глубоко огорчен ухудшением отношений, которым он по-прежнему продолжает придавать громадное значение с точки зрения интересов обеих стран. Он заявил, что внутри Госдепартамента, пользуясь своим положением «координатора» всей поступающей от американских посольств за границей информации, из которой он делает сводки для Рузвельта и Хэлла, он неизменно стремится проявлять максимум объективности по отношению к СССР и, в частности, разбить легенду об СССР как военном союзнике Германии (Дэвис сейчас является «начальником специального отдела» Госдепартамента; однако, по имеющимся у нас сведениям, его функции не только информационные; так, например, передают, что Дэвис возглавляет работу по сбору и учету всех дореволюционных претензии к нам американских кредиторов). Дэвис сетовал на то, что в Госдепартаменте мало людей, понимающих СССР, и заявил, что он старается восполнить этот пробел. Вся беда в том, что Госдепартамент находится под нажимом общественного мнения, настроенного резко антигермански и ложно считающего СССР союзником Германии. Он, Дэвис, знает, что если СССР и был вынужден, ввиду безумных ошибок Чемберлена И

256

 


Даладье, пойти на сближение с Германией в интересах собственной безопасности, то от этого до союза с Германией — дистанция огромного размера. «С немцами у вас брак по расчету, душой вы с нами, с демократиями, с жертвами агрессии». Я заявил Дэвису, что его мнение об отсутствии союза СССР с Германией абсолютно правильное, что, как я дважды разъяснил Хэллу, наша политика есть политика последовательного нейтралитета, но что наше общественное мнение считает, что в данной европейской войне речь идет не о защите демократии, а о столкновении империалистических интересов; естественно, что наши отношения с Германией, вступившей на путь уважения наших прав и интересов, иные, чем с англо-французами, пытавшимися до войны втянуть нас в драку с Германией и использовать в интересах своего блока, а затем отомстить нам руками финнов, как не раз заявляли руководители Советского правительства, мы готовы поддерживать ровные деловые отношения с любой страной, уважающей наши права и интересы; если между двумя величайшими нейтральными державами мира — СССР и США в обстановке войны в Европе и на Дальнем Востоке отношения не улучшаются, а ухудшаются, то, по-моему, это происходит от того, что США все дальше отходят от политики нейтралитета; давление по вопросу об СССР исходит не от общественного мнения, а от влиятельных людей, пытающихся нападками на СССР прикрыть свой отход от нейтралитета или свести внутриполитические счеты с прогрессивными элементами[102]. Дэвис заявил, что действительно позиция США сейчас может быть более точно определена как позиция страны «невоюющей», чем нейтральной. Это продиктовано национальными интересами США. Он надеется, что, если и когда англичане протянут нам руку, она не повиснет в воздухе. Пока же он, Дэвис, всегда к моим услугам, чтобы помочь по конкретным вопросам, хотя отношения с СССР и не входят в его компетенцию. Договорились о семейном обеде у меня дома в ближайшее время.

Дэвис очень тепло говорил о тов. Молотове, говорил, что у него остались «самые светлые воспоминания» о встречах с ним и тов. Сталиным. [...]

Полпред СССР в США К. Уманский

АВП РФ, ф. 06, on, 2, п. 23, д. 293, л. 1—3.

 

 

145. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

10 мая 1940 г.

1. Шуленбург сказал, что Германским правительством ему поручено передать сообщение о том, что германские войска утром 10 мая введены на территорию Бельгии, Голландии и Люксембурга. Сообщение о вводе германских войск Шуленбург хотел передать тов. Молотову еще до его осуществления, то есть в ночь с 9 на 10 мая, но ввиду происшедшей досадной задержки с аэропланом в Кенигсберге материалы прибыли в Москву только утром 10 мая. Зная о том, что тов. Молотов уже информирован о вводе германских войск на территорию Бельгии, Голландии и Люксембурга, Шуленбург не настаивал на срочности его приема тов. Молотовым.

257

 


Шуленбург передал тов. Молотову:

1) меморандум германского правительства правительству Люксембурга (приложение № 1)*;

2)   меморандум Германского правительства правительствам Бельгии и Голландии (приложение № 2)*;

3) доклад Германского министерства внутренних дел (приложение № 3)*;

4)   доклад главного командования германской армии (приложение № 4)*.

После передачи этих материалов Шуленбург сообщил, что у него нет точных данных о ходе военных действий, но, по-видимому, германские войска развивают активные военные действия не только на границах Бельгии и Голландии, но и на всем Западном фронте, атакуя линию Мажино. И добавил, что все балканские страны и весь Юго-Восток, очевидно, почувствуют в связи с предпринятыми Германией действиями в Бельгии и Голландии большое облегчение.

Тов. Молотов сказал, что он не сомневается в том, что германские войска сумеют защитить Германию. Союзники окажутся в трудном положении. В дальнейшем могут развиться очень интересные события в связи с отношением Соединенных Штатов Америки к занятию Исландии Англией. В обращении Гитлера к войскам Западного фронта говорится о том, что сейчас происходят события, которые окажут свое влияние на 1000-летний период дальнейшей германской истории. Это говорит о масштабе и размахе операции, проводимой на Западном фронте.

2. Шуленбург сообщил, что Берлин благодарит тов. Молотова за предыдущую информацию о югославской делегации** и просил, если возможно, сообщить новые данные о таковой, возможно имеющиеся у тов. Молотова в результате его беседы с югославской делегацией. По словам Шуленбурга, председатель югославской делегации Джорджевич говорил румынскому послу в Москве о том, что Югославия полна решимости возобновить свои дипломатические взаимоотношения с Советским Союзом.

Тов. Молотов сказал, что ничего особенного к предыдущей информации он добавить не может. В беседе, которую он имел с югославской делегацией, он информировался о положении в Югославии. Были затронуты только хозяйственные вопросы. Югославская делегация дала понять, что хозяйственные переговоры, которые они ведут,— это только начало в улучшении взаимоотношений между Югославией и Советским Союзом. Но как югославская делегация, так и тов. Молотов не развивали этого вопроса. Советский Союз не форсирует развития этого вопроса и предоставляет его течению времени, имея в виду возможное дальнейшее развитие взаимоотношений на основе торговых связей. Из беседы с югославской делегацией тов. Молотов вынес впечатление, что в самой Югославии идет еще внутренняя борьба по вопросу о взаимоотношениях с Советским Союзом, осложняемая чрезвычайно запутанными взаимоотношениями между национальностями внутри Югославии.

3. Тов. Молотов сообщил Шуленбургу о том, что Советское правительство поручило ему передать Германскому правительству по вопросу об угольных поставках следующее. Вопрос о приемочной способности советских железных дорог улажен с НКПС. Желательно минимальное количество ежедневной отгрузки угля из Германии в Советский Союз по-

___________________
* Не публикуется.
** См. док. 138.

258

 


высить с 5 до 10 поездов. Было бы желательно, чтобы это пожелание Советского Союза было учтено и выполнено Германией.

Шуленбург ответил, что он немедленно передаст пожелание тов. Молотова Германскому правительству.

Записал Иванов

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 122—124.

 

 

146. ТЕЛЕГРАММВ ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ. А. А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

10 мая 1940 г. Вне очереди.

10 мая утром меня пригласил к себе Вейцзеккер. Он передал мне меморандумы и приложения к ним, врученные немцами голландцам и бельгийцам. Я прошу обратить внимание, заявил Вейцзекер, что эти документы кроме доказательства намерений Англии и Франции распространить театр войны на территории Бельгии и Голландии предъявляют Бельгии, Голландии обвинения в том, что Бельгия односторонне вооружилась против Германии в сотрудничестве с западными державами, Голландия совместно с Англией и Францией готовила в Германии вновь переворот и устранение Гитлера. Я ответил, что передам кратко содержание документов и сообщение Вейцзеккера Советскому правительству. Затем Вейцзеккер сообщил мне, что Риббентроп хочет пожать мне руку. Я согласился, и после приема итальянского министра Паволини Риббентроп сообщил мне, что Гитлер предпринял эту акцию в самый последний момент. Германия, заявил Риббентроп, внимательно следила за голландским и бельгийским нейтралитетом. Мы знали, продолжал он, об очень тесных взаимоотношениях бельгийского и в особенности голландского генеральных штабов с западными державами. Мы имели сведения о посещении Бельгии и Голландии представителями военного командования союзников. Сообщения аналогичного характера учащались, и наконец вчера мы узнали о том, что по пути в Бельгию и Голландию находятся транспорты войск союзников с целью оккупации портов названных стран. Германия своевременно решила пресечь эту попытку. Германия, заявил в заключение Риббентроп, была бы довольна, если на ее границах находились бы действительно нейтральные страны, но она не может терпеть угрозы своим экономическим центрам. Риббентроп подчеркнул, что подробности изложены в документах и что тем не менее сообщение это он сделал мне лично, принимая во внимание особенно дружественные взаимоотношения между нашими странами. Прощаясь со мной, Риббентроп сказал, что война — суровая вещь, но виноваты бельгийцы и голландцы. При этом Риббентроп повторил мне сказанное уже Вейцзеккером. Я ответил Риббентропу, что его сообщение и содержание документов Доложу до сведения своему правительству.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 316, д. 2175, л. 71 — 73.

259

 


 

 

147. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА В НКИД СССР

10 мая 1940 г.

Сегодня вместе с сотрудниками полпредства был на приеме, который был дан для всего дипкорпуса итальянским послом Аттолико в связи с его отъездом из Берлина. Имел беседу с Риттером. Риттер сообщил, что позицией нашей прессы, которая, как он сказал, поддерживала действия Германии в Норвегии, все германские круги остались очень довольны. Риттер выразил надежду, что советская пресса также относится и к последней акции Германии. То же самое Риттер сказал Тихомирову, Кобулову в отдельных беседах с каждым из них. Затем Риттер сказал, что он не особенно доволен ходом советско-германских торговых дел, которые не так быстро идут, как он себе представлял. Трудности, по мнению Риттера, состоят в недоверии, которое питают наши товарищи к министерству. Они, сказал Риттер, не обращаются в министерство, а предпочитают иметь дело непосредственно с большим числом фирм, и причем наиболее загруженных, которые не могут быстро выполнить советские заказы. Наши товарищи, по мнению Риттера, думают, что министерство рекомендует им второклассные фирмы. Мы, заявил Риттер, полны самых серьезных намерений, доказательством чему служит та энергия, с которой Гитлер взялся за осуществление советско-германского хозяйственного соглашения.

Из разговоров с представителями дипкорпуса ясно, что для большинства иностранных дипломатов последние действия Германии были неожиданными.

Население Берлина, по нашим личным наблюдениям, восприняло сообщения об оккупации Бельгии и Голландии без всякого энтузиазма — равнодушно. Немецкие генералы, присутствовавшие на приеме у Аттолико, также не выражали радости и скорее были озабочены.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 316, д. 2175, л. 75—76.

 

 

148. ДОГОВОР О ТОРГОВЛЕ И МОРЕПЛАВАНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И КОРОЛЕВСТВОМ ЮГОСЛАВИЯ

[11 мая 1940 г.]

Союз Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Королевство Югославии, с другой стороны, одушевленные желанием создать длительные условия дружбы и сотрудничества путем установления и развития экономических отношений между обеими странами и их народами, решили заключить Договор о торговле и мореплавании и назначили для этой цели своими Уполномоченными —

Президиум Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик:

Анастаса Ивановича Микояна, Народного Комиссара Внешней Торговли Союза ССР.

260

 


От имени Его Величества Петра II, Короля Югославии, Королевские

Регенты:

г-на Милорада Джорджевича, бывшего Министра Финансов, и г-на Саву Обрадовича, заместителя Министра Торговли и Промышленности, которые, после обмена своими полномочиями, найдя их в должной форме и надлежащем порядке, согласились о нижеследующих постановлениях:

Статья I

Произведения почвы и промышленности, происходящие из территории одной из Договаривающихся Сторон, при ввозе их на территорию другой Договаривающейся Стороны не будут облагаться ввозными пошлинами или другими сборами или налогами более высокими, чем те, которые взимаются при ввозе подобных же товаров какого бы то ни было третьего государства.

Обе Стороны соглашаются равным образом предоставить друг другу режим наиболее благоприятствуемого государства в отношении вывозных пошлин или других сборов или налогов, взимаемых при вывозе товаров.

Кроме того, обе Стороны также гарантируют друг другу режим наиболее благоприятствуемого государства в отношении способа взимания таможенных пошлин, тарификации и классификации товаров, толкования таможенного тарифа, возврата таможенных пошлин, реэкспорта, перегрузки и складирования товаров.

Статья II

Произведения почвы и промышленности одной из Договаривающихся Сторон после провоза их транзитом через территорию одного или нескольких третьих государств не будут при ввозе на территорию другой Договаривающейся Стороны облагаться пошлинами или сборами более высокими, чем те, которыми они были бы обложены, если бы ввозились непосредственно из страны своего происхождения. Эти постановления применяются как в отношении товаров, перевозимых прямо, так и после перегрузки, переупаковки или помещения на складах.

Статья III

Внутренними пошлинами или сборами какого бы то ни было наименования, которые налагаются или могут быть наложены на территории одной из Договаривающихся Сторон в пользу государства, местных органов или обществ на производство, перевозку, покупку, продажу или потребление товара, не могут облагаться товары другой Стороны более высоко или более обременительным образом, чем подобные же товары наиболее благоприятствуемого государства.

Статья IV

До заключения ветеринарной конвенции ввоз живого скота и продуктов животного происхождения одной из Договаривающихся Сторон при ввозе их на территорию другой Стороны или при транзите их через нее будет регулироваться ее внутренним законодательством и правилами.

261

 


К ввозу, вывозу и транзиту семян и растений одной из Договаривающихся Сторон будет применяться режим наиболее благоприятствуемого государства.

Статья V

Суда каждой из Договаривающихся Сторон и их грузы будут пользоваться в портах другой Стороны при входе, выходе и во время пребывания в них режимом наибольшего благоприятствования как в отношении пошлин и сборов всякого рода (каково бы ни было их наименование и характер), взимаемых от имени и в пользу государства, муниципалитетов, корпораций публичных властей, должностных лиц, концессионеров или различных учреждений, так и в отношении причаливания судов, предоставления им мест погрузки и разгрузки в портах, рейдах, заливах, устьях рек, бассейнах, пользования лоцманскими услугами, морскими каналами, шлюзами, мостами, подвижными мостами, устройствами, сигналами и огнями, служащими для обозначения судоходных вод, подъемными кранами, складами, верфями, доками и ремонтными мастерскими, а равно в отношении всех формальностей и распоряжений — административных, таможенных и других,— которым должны будут подчиняться суда, их экипажи и грузы.

Национальность судов будет взаимно признаваться, согласно законам и постановлениям каждой из Договаривающихся Сторон, на основании документов и патентов, находящихся на судне и выданных надлежащими властями соответствующей Стороны.

Мерительные свидетельства, выданные или признаваемые одной из Договаривающихся Сторон, будут признаваться и другой Стороной, и соответствующие суда не будут подвергаться в ее портах новому измерению тоннажа и не будут обязаны уплачивать какие бы то ни было сборы за измерение.

Статья VI

Правительство Союза ССР соглашается не считать нарушением постановлений о государственной монополии внешней торговли и, следовательно, будет облегчать доставку и погрузку в портах Союза ССР на югославские суда провианта, предназначенного для их экипажа, а равно топливных и смазочных материалов, предназначенных для надобностей судов.

Правительство Королевства Югославии, со своей стороны, обязуется разрешать вывоз и облегчать доставку и погрузку в югославских портах на суда Союза ССР провианта, предназначенного для их экипажа, а равно топливных и смазочных материалов, предназначенных для надобностей судов.

Номенклатура провианта, топливных и смазочных материалов, упомянутых выше, а также количественные нормы предусматриваются в списках, подлежащих согласованию между Правительствами Договаривающихся Сторон.

Статья VII

Если судно одной из Договаривающихся Сторон потерпит бедствие или кораблекрушение у берегов другой, то судно и груз будут пользоваться теми же преимуществами и льготами, которые законодательство и пра-

262

 


вила соответствующей Стороны предоставляют в аналогичных обстоятельствах судам наиболее благоприятствуемого государства. Капитану и экипажу, равно как и самому судну и его грузу, будет оказана помощь и содействие в той же мере, как и национальным судам, экипажам и грузам.

Условлено, что предметы, спасенные с судна, потерпевшего бедствие или кораблекрушение, не будут облагаться никакими таможенными пошлинами, если только эти предметы не будут предназначены для потребления внутри страны.

Статья VIII

Постановления настоящего Договора не распространяются:

а) на выполнение портовых служб, включая лоцманскую проводку, буксировку, спасание и оказание помощи на морях и водах;

б) на каботажное судоходство.

Однако суда каждой Договаривающейся Стороны могут следовать из одного порта другой Стороны в иной ее порт в целях выгрузки части или всего груза, привезенных и?-за границы, или же в целях принятия на борт целого или части груза с местом назначения в иностранное государство.

Статья IX

Положения статей V — VII настоящего Договора не будут применяться к судам на внутренних водных путях.

Во всем том, что касается судоходства по Дунаю и его притокам и каналам, по которым допущено или будет допущено плавание иностранных судов, суда Союза ССР и их грузы будут во всяком случае пользоваться в югославских портах во всех отношениях правами и льготами, предоставляемыми настоящим Договором судам Союза ССР и их грузам.

Статья X

При перевозках по железным дорогам и водным путям пассажиров, багажа и товаров обе Договаривающиеся Стороны взаимно предоставляют режим наиболее благоприятствуемого государства в том, что касается отправки, стоимости перевозки и сборов, относящихся к транспорту.

Обе Договаривающиеся Стороны согласны на то, чтобы администрации их железных дорог приступили к заключению конвенции о прямых тарифах.

Статья XI

Союз ССР разрешит свободный транзит по железным дорогам и водным путям через свою территорию товаров, отправляемых из Югославии в Германию, Прибалтийские и Скандинавские страны и обратно.

Королевство Югославии разрешит свободный транзит по железным Дорогам и водным путям через свою территорию товаров, отправляемых из СССР в третьи страны и обратно.

Товары, отправляемые одной из Договаривающихся Сторон транзитом через территорию другой, будут освобождаться на территории этой последней от всяких транзитных сборов, даже если эти товары во время перевозки подвергаются перегрузке, складированию и новой погрузке.

263

 


Свободный транзит разрешается в отношении пассажиров и их багажа при условии выполнения формальностей, предписываемых законами той страны, через которую осуществляется транзит.

Статья XII

В отношении почтовой, телеграфной и телефонной связи между Договаривающимися Сторонами будут применяться положения Всемирной Почтовой Конвенции и Международной Конвенции Электросвязи, поскольку эти вопросы не будут регулироваться иначе между обеими Договаривающимися Сторонами.

Статья XIII

Юридические лица, имеющие свое местопребывание на территории одной из Договаривающихся Сторон, будут одинаково признаваться на территории другой. Эти лица так же, как и граждане каждой Договаривающейся Стороны, будут иметь право обращаться в суд как для предъявления иска, так и для защиты своих прав.

Во всяком случае, они будут пользоваться таким же режимом, как юридические лица и граждане наиболее благоприятствуемого государства.

Статья XIV

Постановления настоящего Договора не распространяются:

а) на права и преимущества, которые предоставлены или будут предоставлены каждой из Договаривающихся Сторон для облегчения пограничных сношений с соседними государствами в полосе, не превышающей 15 километров с каждой стороны границы;

б) на права и преимущества, вытекающие из таможенного или экономического союза;

в) на льготы, которые Союз ССР предоставил или предоставит в будущем Латвии, Литве, Эстонии и Финляндии или континентальным азиатским государствам, территории которых граничат с территорией Сою за ССР.

Статья XV

Договаривающиеся Стороны обязуются давать исполнение арбитражным решениям по спорам, возникающим из заключаемых их гражданами, организациями или учреждениями торговых сделок, если разрешение спора соответствующим арбитражем — специально для этой цели образованным или постоянно действующим — было предусмотрено в самой сделке или же в отдельном соглашении, облеченном в требуемую для самой сделки форму.

В исполнении арбитражного решения, вынесенного в соответствии с изложенным выше в настоящей статье, может быть отказано лишь в следующих случаях:

а) если арбитражное решение на основании законов той страны, в которой оно вынесено, не приобрело значения вступившего в силу окончательного решения;

б) если арбитражное решение обязывает сторону к такому действию.

264

 


которое недопустимо по законам страны, в которой испрашивается исполнение решения;

в) если арбитражное решение противоречит основным началам социально-политического строя страны, в которой испрашивается исполнение решения.

Постановления об исполнении, равно как и самое исполнение арбитражных решений, будут иметь место в соответствии с законодательством Договаривающейся Стороны, дающей исполнение решений.

Статья XVI

Настоящий Договор будет ратифицирован в кратчайший срок, и обмен ратификационными грамотами будет произведен в Белграде*.

Настоящий Договор входит в силу в день обмена ратификационными грамотами.

Он останется в силе в течение 3-х лет и может быть денонсирован по истечении этого срока с предупреждением за три месяца. Если он не будет денонсирован, то он будет считаться продленным с молчаливого согласия, причем каждая Сторона будет иметь право денонсировать его с предупреждением за три месяца.

В удостоверение чего Уполномоченные Представители обеих Договаривающихся Сторон подписали настоящий Договор и приложили к нему печати.

Учинено в г. Москве 11 мая 1940 года в двух экземплярах, каждый на русском и сербо-хорватском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

А. Микоян М. Джорджевич

С. Обрадован

Ведомости Верховного Совета СССР, 1940, № 23.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

К Договору о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия

В связи с подписанием сего числа Договора о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия нижеподписавшиеся Уполномоченные обеих Сторон условились о следующих постановлениях:

1. Союз Советских Социалистических Республик будет иметь в Королевстве Югославия свое Торговое Представительство, на которое. возлагаются следующие функции:

а) содействие развитию экономических отношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия;

б) представительство интересов Союза Советских Социалистических Республик в области внешней торговли;

в) регулирование от имени Союза Советских Социалистических Республик торговых оборотов между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия;

___________________
* Ратифицирован Президиумом Верховного Совета СССР 23 мая 1940 г. Обмен ратификационными грамотами проходил в Белграде 1 июня 1940 г.

265

 


г) ведение торговли между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Королевстве Югославия является органом, осуществляющим в Королевстве Югославия монополию внешней торговли Союза Советских Социалистических Республик.

Торговое Представительство Союза ССР имеет свое местопребывание в городе Белграде.

Открытие Отделений Торгового Представительства в других городах Королевства Югославия может последовать по соглашению Правительства Союза ССР и Правительства Королевства Югославия.

Торговый Представитель Союза Советских Социалистических Республик в Королевстве Югославия и два его заместителя пользуются всеми правами и привилегиями, присвоенными членам Дипломатических Миссий.

Помещения, занимаемые Торговым Представительством Союза Советских Социалистических Республик в Королевстве Югославия и его Отделениями, пользуются экстерриториальностью.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Королевстве Югославия и его Отделения имеют право пользоваться шифром.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Королевстве Югославия не подлежит правилам о торговом реестре. Оно будет публиковать в официальном органе Правительства Королевства Югославия фамилии лиц, уполномоченных от его имени к правовым действиям, а также сведения об объеме прав каждого из этих лиц в отношении подписания торговых обязательств Торгового Представительства.

Торговое Представительство Союза Советских Социалистических Республик в Королевстве Югославия действует от имени Правительства Союза Советских Социалистических Республик. Правительство Союза Советских Социалистических Республик несет ответственность лишь по торговым сделкам, которые будут заключены или гарантированы в Королевстве Югославия от имени Торгового Представительства и подписаны уполномоченными на то лицами.

Все принадлежащие Торговому Представительству Союза ССР в Королевстве Югославия и Союзу ССР иммунитеты суверенного государства признаются, в частности, и в отношении деятельности по внешней торговле, со следующими только изъятиями, на которые Союз ССР выражает свое согласие:

Споры по торговым сделкам, заключенным или гарантированным на территории Королевства Югославия Торговым Представительством Союза ССР, согласно предыдущему абзацу, подлежат рассмотрению судами Королевства Югославия, при отсутствии условия о третейском разбирательстве или об иной подсудности. При этом, однако, не допускается обеспечение исков к Торговому Представительству. Принудительное исполнение вошедших в законную силу окончательных судебных решений, вынесенных против Торгового Представительства по упомянутым спорам, может иметь место, но лишь в отношении товаров и долговых требований Торгового Представительства.

2. Королевство Югославия будет иметь в Союзе Советских Социалистических Республик временную Торговую Делегацию, на которую возлагаются следующие функции:

266

 


а) содействие развитию экономических отношений между Королевством Югославия и Союзом Советских Социалистических Республик;

б) представительство интересов Королевства Югославия в области внешней торговли;

в) наблюдение за осуществлением торговых оборотов между Королевством Югославия и Союзом Советских Социалистических Республик.

Временная Торговая Делегация Королевства Югославия будет иметь свое местопребывание в городе Москве.

Глава временной Торговой Делегации Королевства Югославия в Союзе ССР и два его заместителя пользуются всеми правами и привилегиями, присвоенными членам Дипломатических Миссий.

Помещение, занимаемое временной Торговой Делегацией Королевства Югославия в городе Москве, пользуется экстетриториальностью.

Временная Торговая Делегация Королевства Югославия в Союзе Советских Социалистических Республик имеет право пользоваться шифром.

3. В случае установления дипломатических отношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия пункт 2 настоящего Протокола утратит силу, и указанные в нем функции временной Торговой Делегации Королевства Югославия перейдут к Коммерческому Атташе Миссии Королевства Югославия в Союзе ССР.

4. Настоящий Дополнительный Протокол составляет неотъемлемую часть подписанного сего числа Договора о торговле и мореплавании между Союзом Советских Социалистических Республик и Королевством Югославия.

Москва, 11 мая 1940 г.

А. Микоян М. Джорджевич

С. Обрадович

АВП РФ, ф. 3а — Югославия, д. 2.

 

 

149. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В США К. А. УМАНСКОГО С МИНИСТРОМ ЗЕМЛЕДЕЛИЯ США Г. УОЛЛЕСОМ

Разослано: т. Молотову, т. Лазовскому, Ген. Секретариат

13 мая 1940 г.

13 мая состоялся прием в венгерской миссии в честь делегатов на конгресс Американской Ассоциации Международного Права. Из имевшихся у меня бесед следует упомянуть о разговоре с Министром земледелия Уоллесом — одним из наиболее влиятельных членов кабинета Рузвельта. С Уоллесом у меня за последние годы установились очень хорошие отношения. На этот раз он был сдержаннее обычного, но не проявлял того холодка, которым нас обычно окружают сейчас американские официальные лица. Уоллес просил меня прежде всего рассказать ему точнее о советско-германских переговорах по вопросу о нейтралитете Швеции, о чем он видел лишь мельком заметку в газетах. Изложил ему точно сообщение ТАСС*. Уоллес заявил, что заявление это про-

___________________
* См. док. 136 и 141.

267

 


изводит прекрасное впечатление и свидетельствует о том, что СССР исходит прежде всего из собственных интересов и считается с возможностью опасности для себя со стороны Германии в Балтике. Я возразил, что министр прав только в той части, в которой он указывает, что СССР исходит из собственных интересов государственной безопасности и что к этому следует добавить и заинтересованность в восстановлении европейского мира; что же касается опасений агрессии со стороны Германии, то наши отношения с ней таковую исключают; я поражен тем, что, несмотря на весь ход европейской войны в США, по-видимому в результате неизжитых иллюзий враждебных нам элементов, все еще верят в возможность стравить нас с немцами; эти иллюзии уже принесли громадный вред, и пора их забыть. Уоллес спросил меня затем, не опасаемся ли мы движения немцев на Балканы и окажем ли мы в этом случае помощь югославам и болгарам. Я ответил, что у нас нет оснований полагать, что Германия собирается вторгаться в балканские страны, что, наоборот, судя по американской прессе, намечается якобы союзническая операция в районе Салоник, что у нас нет обязательств взаимной помощи с балканскими странами, но, что самое важное, как в Балтике, так и на Балканах у нас имеются решительно все предпосылки для ограждения нашей безопасности на наших границах и на подступах к ним. Уоллес заявил, что он не считает исключенным, что СССР «тряхнет стариной» и снова защитит Болгарию. Я ограничился заявлением, что наши отношения с болгарами за последнее время развиваются весьма хорошо, и перешел к вопросам советско-американских отношений. Я изложил Уоллесу все основные факты дискриминации по отношению к нашей торговле и указал, что это вредит не только нынешним, но и будущим нашим торговым отношениям с США. В связи с некоторыми нашими недавними закупками сельскохозяйственных товаров в США это не может не интересовать и его как минзема. Я специально остановился на вопросе о фрахтовке нами американского тоннажа. Уоллес ответил мне с предельной откровенностью: «Если англичане задерживают в Тихом океане ваши пароходы, значит, они считают, что вы везете, с их точки зрения, контрабанду для немцев; в этих условиях мы не заинтересованы в том, чтобы рисковать нашим тоннажем, которого у нас недостаточно; урегулируйте вопрос с англичанами, и все будет в порядке». Я напомнил Уоллесу, что американское правительство в ряде нот не признало законности многих английских действий, связанных с «контрабандным контролем», и что если оно сейчас становится на точку зрения правоты англичан, то оно ослабляет свою собственную позицию и к тому же в угоду англичанам подрывает свою собственную позицию, и, к тому же, в угоду англичанам, подрывает свою торговлю с крупнейшей нейтральной державой. Уоллес начал расспрашивать меня о содержании и объеме нашей торговли с немцами. Я заявил, что не располагаю информацией на эту тему, но$предполагаю, что вынужденное сокращение нашей торговли с США [25] приведет к переводу ряда заказов в Германию с соответствующим увеличением и нашего вывоза в Германию. Уоллес рассмеялся и заметил, что таким образом США, желая помочь Англии, на самом деле помогают немцам развивать торговлю с СССР. Я ответил, что министр не далек от истины.

Мы перешли к вопросам агрокультуры. Я подробно рассказывал Уоллесу о своих впечатлениях на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке, о беседах своих с академиком Цыциным, о котором Уоллес много

268

 


знает и расспрашивал меня и раньше, а также о т. Лысенко. Уоллес выразил надежду, что «кончится война и поеду к вам на выставку».

Полпред СССР в США К. Уманский

АВП РФ, ф. 0129, on. 2, п. 23, д. 293, л. 10—12.

 

 

150. ПРИЕМ НАРКОМОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВЫМ ГЛАВЫ ТОРГОВОЙ ДЕЛЕГАЦИИ КОРОЛЕВСТВА ШВЕЦИЯ Г. ЭРИКСОНА

16 мая 1940 г.

16 мая 1940 года Председатель Совнаркома СССР и Нарком иностранных дел тов. В. М. Молотов принял Председателя шведской торговой делегации Министра регулирования хозяйства Швеции г-на Г. Эриксона[98].

На приеме присутствовал шведский посланник г-н В. Ассарссон.

Известия. —1940.17 мая.

 

 

151. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА С ПОСЛАННИКОМ ЛАТВИЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В ГЕРМАНИИ Э. КРЕВИНЬШЕМ

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

16 мая 1940 г.

16 мая был у латвийского посланника Эдгарса Кревиньша. Он в энтузиазме от военных успехов немцев и уверен в безостановочном движении их вплоть до Парижа.

Кревиньш осведомился у меня, правильны ли слухи о том, что я обращался в Министерство иностранных дел и брал под защиту Швецию. Я ответил, что Германское и Советское правительства обменялись заявлениями о взаимной заинтересованности в нерушимости шведского нейтралитета.

Я спросил Кревиньша, слышал ли он о назначении нового финского посланника в Берлин. Кревиньш ответил, что он знает об этом. Я осведомился, не известны ли Кревиньшу причины смены финского посланника в Берлине. Кревиньш ответил, что в Хельсинки разочаровались в своей «горячей» политике по отношению к Германии. Такое же разочарование постигло и прежнего финского посланника Вуоримаа, который хорошо знаком с Кревиньшем.

Кревиньш спросил меня, не слышал ли я о Швейцарии. Я ответил отрицательно и задал ему этот же вопрос. Кревиньш ответил, что имеются слухи о возможной оккупации Швейцарии Германией [99]. Курс швейцарского франка, по словам Кревиньша, резко упал.

Кревиньш спросил меня о ходе наших торговых дел с Германией. Выполняют ли немцы свои обязательства и не опаздывают ли со сроками поставок? Я ответил, что у нас установлены твердые сроки поставок так же очевидно, как и в латвийско-германском договоре. Кревиньш ответил утвердительно и заявил, что немцы не выполняют своих обяза-

269

 


тельств по договору с Латвией: не дают угля, не поставили некоторых машин. Благодаря этому, сказал Кревиньш, клиринг не выдерживается и Германия оказывается должником Латвии. Мы, таким образом, закончил он, финансируем войну, которую ведет Германия.

Какие же меры Вы предпринимаете, спросил я. Мы говорим немцам, заявил рассмеявшись Кревиньш, что будем жаловаться на них Иосифу Виссарионовичу.

Коснувшись снова военных событий на фронте, я заявил, что Латвия себя в отличие от других нейтральных стран может чувствовать совершенно спокойно. Кревиньш восторженно согласился со мной и сообщил, что такого же мнения придерживаются сейчас дипломаты балканских стран, раньше скептически относившиеся к советско-латвийскому пакту о взаимопомощи.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 93—94.

 

 

152. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛАННИКОМ КОРОЛЕВСТВА ДАНИЯ В СССР Л. БОЛЬТ-ЙОРГЕНСЕНОМ

17 мая 1940 г.

Посланник начал с выражения удовлетворения тем, что тов. Молотов согласился его принять, так как это подчеркнет, по мнению посланника, значение того заявления, которое он пришел сделать.

Посланник по тексту памятной записки зачитывает свое заявление, содержащее предложение датского правительства — прислать в Москву делегацию для переговоров о расширении советско-датской торговли на основе клиринга (текст памятной записки прилагается).

Выслушав посланника, тов. Молотов говорит, что он понял сообщение последнего как выражение желания датского правительства увеличить экспорт товаров в СССР. Если это так, то желательно знать, какие именно товары датское правительство намерено экспортировать.

Посланник отвечает, что, насколько ему известно, до сего времени Дания ввозила из Советского Союза главным образом хлеб и корм для скота, а продавала Советскому Союзу суда, металлы, моторы, главным образом продукцию промышленности. Посланнику не известно, какие именно товары хочет экспортировать в СССР его правительство, однако он знает, что в сложившихся условиях Дания не имеет девиз, чтобы оплатить ввоз из СССР. Поэтому желательно было бы изучить возможность расширения советско-датской торговли на базе клиринга. Посланник предполагает в ближайшее время выехать в Копенгаген и рассчитывает принять там участие в обсуждении этих вопросов.

До последнего времени Дания посылала в Англию в большом количестве сельскохозяйственные товары: масло, бекон, яйца и др. Возможно, что датское правительство имеет намерение увеличить экспорт этих товаров в СССР. Более точной информацией по этому вопросу посланник, к сожалению, не располагает.

Тов. Молотов заявляет, что в предварительном порядке он может ответить, что Правительство СССР готово рассмотреть этот вопрос и что оно положительно относится к расширению советско-датского товарооборота, причем Советский Союз интересуют главным образом про-

270

 


мышленные изделия. По вопросу, поставленному посланником, нужно запросить НКВТ, после чего посланнику будет дан ответ либо тов. Молотовым, либо непосредственно тов. Микояном.

Посланник спрашивает, может ли он рассматривать ответ тов. Молотова как заявление о том, что СССР готов начать с Данией торговые переговоры, дата которых будет фиксирована позднее.

Тов. Молотов отвечает, что он считает свой ответ предварительным, а окончательный ответ будет дан через несколько дней, после выяснения этого вопроса в НКВТ.

Далее тов. Молотов заявляет, что он, со своей стороны, желал бы поставить посланнику вопрос о том, как в настоящее время идут дела в Дании.

Посланник отвечает, что положение в Дании нормальное и спокойное. Дания оккупирована Германией, и ее положение можно сравнить с положением Эстонии, Латвии и Литвы. Правительство руководит страной вполне независимо. Все существенные вопросы обсуждаются министерством иностранных дел с министерством иностранных дел Германии. Дания не имеет никаких оснований жаловаться. Все сведения, распространяемые английскими радиостанциями о том, что в Дании плохо, являются ложными.

Тов. Молотов указывает посланнику, что положение в Дании несравнимо с положением в Эстонии, Латвии и Литве: в прибалтийских странах нет военной оккупации, Советский Союз имеет с этими странами договоры о взаимной помощи.

Посланник отвечает, что он хотел сказать, что вопрос о германской оккупации является чисто военным, т. к. немцы не вмешиваются во внутренние дела Дании.

— А Советский Союз,— отвечает на это тов. Молотов,— не вмешивается ни во внутренние, ни во внешние дела прибалтийских стран.

Прощаясь, посланник говорит, что он будет ждать окончательного ответа тов. Молотова на свое заявление.

Приложение: Текст памятной записки, оставленной посланником*.

Беседу записал Подцероб

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 2, д. 12, л. 128—130,

 

 

153. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

17 мая 1940 г.

В начале беседы Шуленбург сообщил, что им только что получены из Германии известия о том, что на Западном фронте германские войска одержали ряд крупных успехов. В Бельгии, к югу от Вавра, германские войска прорвали фронт и взяли Намюр. Бронетанковые дивизии французов разбиты у Динан и отходят на запад, преследуемые германской авиацией и бронетанковыми частями. К югу от Седана линия Мажино прорвана германскими войсками на участке в 100 км. Противник отходит на запад. Бои в Голландии продолжают развиваться благоприятно

___________________
* Не публикуется.

271

 


для Германии. Остров Толлен в провинции Зюдерзее сдался. Общий отход противника в западном направлении является чрезвычайно благоприятным для германских войск и серьезно угрожает противнику.

Тов. Молотов заметил, что эти сообщения чрезвычайно важны, особенно для судьбы Парижа. Голландия, очевидно, почти вся занята германскими войсками. Положение нужно расценивать как оптимистическое.

Затем Шуленбург поставил ряд вопросов.

1. О ценах на нефть, поставляемую Советским Союзом Германии.

Шуленбург сообщил, что Берлин производит на него настоятельный

нажим по вопросу о снижении цен на нефть. Он может сообщить тов. Молотову, что по решению Германского правительства цена на крейсер «Лютцов» снижена на 100 млн. марок. Это снижение цены является политическим решением. Причем разницу в стоимости и продажной цене крейсера уплачивает Германское правительство. Советские хозяйственные организации в вопросе о ценах на нефть пошли на уступки, но до сего времени цены на нефть превышали довоенные на 80%. Вопрос о ценах сейчас отпадает, так как в последнее время положение изменилось и мы получили сообщение о том, что Советское правительство приняло предложение Геринга об установлении цен на нефть: за основу берутся гольф-цены плюс 50%. Шуленбург сказал, что эти цены являются вполне приемлемыми для Германии, и просил увеличить в связи с событиями количество поставляемой ежедневно нефти с 1 тыс. тонн до 2 тыс. тонн.

Тов. Молотов ответил, что как только Советское правительство узнало, что цена на крейсер «Лютцов» снижена на 100 млн. марок, оно приняло решение о снижении цен на нефть, взяв за основу предложение Геринга.

Тов. Молотов в связи с вопросом о поставке нефти поставил вопрос о неудовлетворительном ходе поставок Германией угля. На сегодня из обусловленного количества поставляемого угля получено только 170— 180 тыс. тонн, что является совершенно недостаточным. Необходимо развить и форсировать переброски угля морским путем, так как этим путем уголь не доставляется до сего времени. По поводу поставки угля сухопутным путем НКПС утверждает, что он может ежедневно принимать большее количество поездов с углем, чем их поставляет Германия.

Шуленбург ответил, что количество поездов с углем увеличилось до 12 в сутки. Советские железнодорожные власти чинят большие препятствия в форсировании этих перевозок, задерживая вагоны, обратную их отправку и пр. Завтра в адрес Ленинграда выходит первый пароход, груженный углем. В соглашении о поставке угля предусматривалось, что перевозки морским путем будут производиться советскими судами, но до сих пор ни одно советское судно не пришло в германские порты для погрузки угля. Можно ли в дальнейшем рассчитывать на советский тоннаж для погрузки угля в Гдыне? Шуленбург просил учесть, что возможность отправки угля в Мурманск в количестве 40 тыс. тонн на сегодня отпала, и заверил, что с германской стороны будет сделано все возможное, чтобы удовлетворить требования Советского правительства о форсированной поставке угля.

2. О затяжке по вине советских комиссий переговоров по поставке Германией различного оборудования.

Шуленбург сообщил, что с германской стороны имеются жалобы на то, что переговоры советскими комиссиями ведутся чрезвычайно медленно. Комиссии ведут переговоры с рядом фирм, не способных поставить требуемое оборудование, и предъявляют требования по поставке

272

 


оборудования такими фирмами, как «АЭГ» и ряд других известных фирм, которые на сегодня, в связи с военной обстановкой, так загружены, что не в состоянии выполнить этих заказов.

Тов. Молотов ответил, что с советской стороны также имеются жалобы на отсутствие до сих пор договоров по артиллерийским поставкам и ряду других вопросов, и заметил, что наша структура проще, так как все производство находится в руках государства, а в Германии имеется ряд фирм, с которыми приходится вести переговоры, что чрезвычайно осложняет дело. Германское правительство должно оказать советским комиссиям содействие в ведении этих переговоров и заключении договоров с фирмами.

Шуленбург ответил, что в Германии на сегодня фирмы связаны указаниями правительства, что требуемое содействие будет оказано, и вручил тов. Молотову письмо о ценах на нефть, количестве поставляемой нефти, поставках угля и передаче заказов (Приложение № 1)*.

3. О пограничных ремах и их использовании.

Шуленбург просил оказать помощь в быстрейшем урегулировании вопроса об" использовании пограничных речных путей. В середине апреля с. г. германской стороной был передан проект урегулирования этого вопроса, но до сих пор ответа еще не получено.

Тов. Молотов ответил, что сегодня или вчера германскому посольству послана ответная нота, содержащая принципиальное согласие на ведение переговоров. До заключения соглашения возможно обоюдное пользование фарватером пограничных рек.

4. О работе комиссий по эвакуации беженцев.

Шуленбург заявил, что вопрос об эвакуации беженцев был поднят в свое время советской стороной, причем указывалось на значительные затруднения, причиняемые Советскому правительству наплывом свыше 60 тыс. беженцев на территорию Советского Союза из областей, находящихся сейчас в сфере германских интересов. Берлин не с большим восторгом отнесся к этому предложению, но согласился принять этих беженцев, поставив ряд условий:

1) В числе этих 60 тыс. в Германию будут возвращены лица немецкого происхождения, не успевшие в свое время по различных причинам эвакуироваться с территории СССР во время работы комиссии Гофмейера.

2) Совместно с беженцами будут эвакуированы все лица германской национальности, находящиеся в заключении в тюрьмах на территории Западной Украины и Белоруссии.

3)  Совместно с беженцами будут эвакуированы семьи польских чиновников, ныне работающих на территории, находящейся в сфере германских интересов.

По вопросу об эвакуации совместно с беженцами лиц немецкого происхождения и заключенных была договоренность между советской комиссией и комиссией Гофмейера по окончании работ этих комиссий 15 марта с г. Комиссия по эвакуации беженцев должна была эвакуировать 60 тыс. беженцев, располагая для этого сроком в 6 недель. По приезде ей был Дан срок для работ в 4 недели. В силу этого комиссия не успела осуществить полностью эвакуацию беженцев, эвакуировав только 40 тыс. таковых. Если будет разрешен вопрос о продлении работ комиссии, то германская сторона примет еще 20 тыс. беженцев, из которых ее интересуют только

___________________
* Не публикуется.

273

 


около 3 тыс. (лица немецкого происхождения и заключенные). Из 150 заключенных на сегодня выдано только 12.

Вопрос о продлении работы комиссии возбуждался в НКИД в течение 10 дней, но до сего дня разрешения не получил. 17 мая германское посольство получило от германской комиссии по эвакуации беженцев телеграмму о том, что местные власти требуют ее выезда 17-го же. По этому поводу велись разъяснительные разговоры с тов. Козыревым, который сообщил, что вопрос о сроке выезда комиссии является недоразумением, а все остальные вопросы подлежат разрешению в беседе Шуленбурга с тов. Молотовым.

Тов. Молотов ответил, что ему понятно, почему германское посольство не получило ответа на возбужденные им вопросы.

К вопросу о продлении работы комиссии по эвакуации беженцев германское посольство присоединило еще ряд вопросов, решение которых находится в компетенции Советского правительства, а не НКИД. Так, по вопросу об эвакуации лиц немецкого происхождения соглашение было заключено между обоими правительствами, а не между комиссиями. Нельзя смешивать вопросы эвакуации лиц немецкого происхождения и эвакуации.

На вопросы об условиях, поставленных в связи с эвакуацией беженцев, тов. Молотов дал следующие ответы:

1. Вопрос об эвакуации лиц немецкого происхождения он считал исчерпанным. Никто не поднимал вопроса о продлении работы комиссии. Если требуется дальнейшее продление этой работы, то вопрос должен быть поставлен совершенно отдельно, а не в связи с эвакуацией беженцев.

2. О работе комиссии по эвакуации беженцев. Количественно план эвакуации не был выдержан как одной, так и другой стороной. Советская сторона не считала нужным продлить срок работы комиссии. Большая часть работы сделана. Вопрос исчерпан. Если и ставился вопрос о продлении работы этой комиссии германской стороной, то только в неофициальных разговорах.

3. О лицах германского происхождения, оставшихся в заключении в бывших польских тюрьмах. Германское правительство имеет право требовать передачи таковых на основе п. 1 соглашения. Но для выдачи этих лиц мало иметь согласие самого лица и германского правительства. С этим вопросом связан ряд следственных процедур, которые требовалось провести, а поэтому освобождение может проводиться только постепенно. Принципиально вопрос не оспаривался, все дело только в сроках.

Все вопросы, поставленные Шуленбургом, можно разрешить в дальнейшем с тов. Деканозовым.

На повторный вопрос Шуленбурга, возможно ли продлить работу германской комиссии по эвакуации беженцев, тов. Молотов ответил, что если германская сторона считает нужным, то комиссия может продолжить свою работу. Завершение вопроса о сроке для работы этой комиссии, так же как и прочие вопросы, необходимо согласовать с тов. Деканозовым.

По окончании беседы Шуленбург с просьбой о содействии вручил тов. Молотову две памятных записки: о выдаче Германии ряда лиц, судьбой которых интересуется Риббентроп (приложение № 2) *, и о выда-

___________________
* Не публикуется.

274

 


че Германии ирландского подданного О. Рурке по ходатайству Германского правительства.

Беседу записал Иванов

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 170—175.

 

 

154. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Э. ГАЛИФАКСОМ.

20 мая 1940 г.

Галифакс совершенно неожиданно пригласил меня к себе в седьмом часу вечера и заявил, что кабинет пришел к выводу о нецелесообразности ведения торговых переговоров путем обмена нотами и меморандумами. Кабинет считает, что переговоры будут успешнее, если какой-либо крупный политический деятель Англии поедет в Москву и путем непосредственного контакта с руководителями СССР выяснит на месте возможности улучшения англо-советских отношений вообще и заключения торгового соглашения в частности. Ввиду указанного кабинет решил, что, если Советское правительство не имеет возражений, он направит в Москву Стаффорда Криппса в качестве «специального уполномоченного», который проведет там некоторое время и постарается разрешить поставленные перед ним задачи. Галифакс просил меня сообщить об этом в Москву и в возможно кратчайший срок получить ответ, так как Британское правительство не хотело бы откладывать реализацию своего намерения. Он, Галифакс, предполагает, что если бы все обстояло хорошо, то Криппс мог бы выехать в СССР 23—24 мая. Я заявил Галифаксу, что немедленно же передам в Москву содержание нашей беседы, но пока воздерживаюсь от высказывания каких-либо суждений по решению Британского правительства. В порядке уточнения хотел бы только выяснить, едет ли Криппс в качестве официального представителя Британского правительства? Галифакс ответил на это утвердительно. Далее я спросил, какова, собственно говоря, цель поездки Криппса? Галифакс ответил: выяснить и исследовать возможности улучшения англо-советских отношений вообще и торговых в частности. Наконец, я спросил, едет ли Криппс один или во главе какой-либо делегации? Галифакс ответил, что пока никакой делегации посылать с Криппсом не предполагается и сейчас с ним едут только 1—2 человека: его личный секретарь, а также, кажется, один экономический эксперт, который может оказаться полезным Криппсу в случае разговоров в Москве на торговые темы. В зависимости, однако, от хода московских разговоров Криппс мог бы принять то или иное дальнейшее решение. Если окажется нужным, Британское правительство сможет послать в Москву Дополнительно количество людей для ведения торговых или каких-либо иных переговоров.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 70, д. 43, л. 3132.

275

 


 

 

155. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА ПОЛНОМОЧНОМУ ПРЕДСТАВИТЕЛЮ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОМУ

21 мая 1940 г.

Передайте в письменном виде следующий ответ Советского правительства на меморандум Английского правительства от 8 мая:

«Советское правительство рассмотрело меморандум Английского правительства от 8 мая сего года* относительно вопроса торговых переговоров между Англией и СССР, впервые поставленного г-ном Галифаксом в его беседе с полпредом СССР в Лондоне еще осенью 1939 г. и вновь выдвинутого г-ном Батлером в беседе с г. Майским 18 марта сего года, и считает необходимым сообщить Английскому правительству следующее:

1. Советское правительство не может принять точку зрения Английского правительства о подчинении торговой политики СССР военным задачам того или иного иностранного государства.

Советское правительство придерживалось и придерживается той точки зрения, что суверенное государство имеет право вести свою внешнюю торговлю как с воюющими, так и с нейтральными странами на принципах равенства сторон и взаимности обязательства без подчинения своей внешней торговли военным целям одного из воюющих государств.

2.   Отвечая на вопрос Английского правительства о предназначении импортируемых из Англии в СССР товаров, Советское правительство в своем ответе от 29 апреля сего года Английскому правительству уже заявило, что Советское правительство имеет в виду торговые переговоры о товарообороте, по которому СССР обеспечивает ввоз товаров для своих нужд, а не для вывоза в другие страны.

3.   Изложенные в пунктах 3 и 4 меморандума Английского правительства вопросы о торговых отношениях СССР с Германией (содержание договоров, размеры и сроки поставок товаров из СССР в Германию) относятся исключительно к компетенции самого Советского правительства и не могут являться предметом обсуждения в процессе торговых переговоров между СССР и Англией так же, как Советское правительство не намерено выдвигать на обсуждение содержание договоров, размеры и сроки поставок товаров Англией другим странам.

4.   Советское правительство не может согласиться с утверждением Английского правительства, высказанным в пункте 5 меморандума относительно того, что запрещение экспорта английских товаров в СССР явилось «недоразумением». Ссылки Английского правительства на то, что якобы меры запрещения экспорта английских товаров касались всех стран, не Могут быть признаны убедительными, так как Английское правительство вело торговлю с другими странами и не препятствовало этим странам производить закупки в Англии, тогда как оплаченные советские заказы на оборудование были аннулированы английским правительством.

5.   Советское правительство не может признать убедительными объяснения Английского правительства, изложенные в пункте 6 меморандума относительно задержания советских пароходов «Селенга» и «Маяков-

___________________
* См. док. 140.

276

 


ский», и считает ответственным за задержание названных пароходов английское правительство,

6. Советское правительство не может не отметить, что сам факт выдвижения со стороны Английского правительства на обсуждение вопросов, относящихся исключительно к компетенции Советского правительства, а также изложенный в пункте 6 меморандума ответ по вопросу о советских пароходах «Селенга» и «Маяковский» не свидетельствуют о наличии желания у Английского правительства «облегчить торговлю между Англией и СССР», как это сказано в указанном меморандуме.

В заключение Советское правительство считает необходимым еще раз подчеркнуть, что оно согласно на ведение торговых переговоров на принципах равенства и взаимных обязательств без какого-либо прямого или косвенного подчинения торговых переговоров военным целям, находящимся в противоречии с политикой нейтралитета Советского Союза».

Жду сообщения об исполнении настоящего поручения.

Молотов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 326, д. 2238, л. 101—103.

 

 

156. СООБЩЕНИЕ ТАСС, К ВОПРОСУ О ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫХ ПЕРЕГОВОРАХ МЕЖДУ СССР И ВЕЛИКОБРИТАНИЕЙ О ТОРГОВЫХ ОТНОШЕНИЯХ

22 мая 1940 г.

В иностранной печати появились неправильные сообщения, искажающие ход и характер предварительных переговоров между Советским Союзом и Англией по вопросу о торговых отношениях.

В связи с этим ТАСС уполномочен заявить следующее:

1. Еще осенью 1939 года Министр Иностранных Дел Англии г-н Галифакс сообщил полпреду СССР в Лондоне т. Майскому о желании Английского правительства вступить в переговоры с правительством СССР о торговом соглашении.

В ответ на это Советское правительство выразило принципиальное согласие на ведение торговых переговоров.

Однако ряд мер, предпринятых Английским правительством по сокращению и ограничению торговли с СССР (аннулирование советских заказов на оборудование), задержание советских торговых судов с грузами для СССР, враждебная позиция, занятая английским правительством в отношении СССР во время конфликта между СССР и Финляндией, а также руководящая роль Английского правительства при исключении СССР из Лиги Наций не могли способствовать удовлетворительному развитию этих переговоров.

2. После заключения Мирного Договора между СССР и Финляндией г-н Батлер, зам. министра иностранных дел от имени Английского правительства снова 18 марта 1940 г.* сделал т. Майскому предложение начать торговые переговоры.

На это полпред СССР т. Майский 27 марта сообщил г. Галифаксу**,

___________________
* См. док. 82.
** См. док. 100.

277

 


что Советское правительство согласилось бы на торговые переговоры, если бы английское правительство выразило действительную готовность к благоприятному разрешению вопросов англо-советской торговли и, в частности, до начала переговоров освободило бы задержанные английскими властями советские пароходы «Селенга» и «Маяковский».

19 апреля г-н Галифакс вручил т. Майскому ответ английского правительства*, в котором последнее, наряду с пожеланием узнать конкретные предложения Советского правительства о торговом соглашении, выставило требование гарантий, чтобы товары, импортируемые Советским Союзом из-за границы, предназначались не для Германии, а для потребления в самом СССР. Кроме того, Английское правительство связало вопрос о заключении торгового соглашения между СССР и Англией с ограничением торговых отношений между СССР и Германией.

29 апреля с. г.** т. Майский сообщил г-ну Галифаксу ответ Советского правительства на предложения Английского правительства.

Основное содержание этого ответа сводится к следующему:

а) СССР в качестве нейтральной страны торговал и будет торговать как с воюющими, так и с нейтральными странами, исходя из собственных потребностей вывоза и ввоза товаров.

б) С Германией Советский Союз имеет торговое соглашение, которое СССР выполняет и будет выполнять, не считая допустимым делать его предметом переговоров с третьими странами, так же как СССР не предполагает делать вопрос о торговых соглашениях Англии с другими странами предметом переговоров между обеими странами.

в) Советское правительство согласно восстановить торговые отношения с Англией на началах взаимности и поскольку такое соглашение не будет требовать нарушения торговых обязательств каждой из сторон в отношении других стран. При этом Советское правительство имеет в виду переговоры о торговом соглашении, по которому СССР обеспечивает ввоз товаров из Англии для своих нужд, а не для вывоза в другие страны.

г) Освобождение задержанных английскими властями советских пароходов «Селенга» и «Маяковский» явилось бы наилучшим условием для начала переговоров и заключения торгового соглашения.

3. 8 мая с. г. г-н Галифакс передал т. Майскому меморандум***, содержащий точку зрения английского правительства на ответ Советского правительства от 29 апреля с. г. В своем меморандуме Английское правительство вместо конкретных предложений по вопросу о торговых переговорах выдвинуло целый ряд новых вопросов о торговых отношениях СССР с Германией. К числу таких вопросов относятся: содержание торговых соглашений между СССР и Германией, количество и сроки поставок товаров из СССР в Германию, возможности ограничения и контроля поставок военных материалов из СССР в Германию и транзита товаров через СССР в Германию, определение способов контроля по использованию товаров, ввозимых из Англии в СССР, предоставление СССР рынка для советских товаров, экспортируемых в Германию, и др.

По вопросу о задержании английскими властями двух советских пароходов «Селенга» и «Маяковский» с грузами, предназначенными для

___________________
* См. док. 120
** См. док. 132.
*** См. док. 140.

278

 


потребления в СССР, Английское правительство вместо ответа, по существу, ограничилось формальной ссылкой на то, что суда переданы французскому правительству, и предложило Советскому правительству заключить соглашение о контроле над контрабандой.

В меморандуме г-н Галифакс вновь подчеркнул желание Английского правительства подчинить торговые отношения между Англией и СССР задачам войны, ведущейся Англией.

4. 20 мая с. г.* Наркоминдел т. Молотов отправил ответ Советского правительства на меморандум г-на Галифакса от 8 мая сего года.

Советское правительство в своем ответе подчеркнуло, что оно не может подчинить торговую политику СССР военным задачам того или иного иностранного государства.

Советский Союз, как суверенное государство, будет вести свою внешнюю торговлю как с воюющими, так и с нейтральными странами на принципах полного равенства сторон и взаимности обязательств.

Новые вопросы, изложенные в меморандуме г-на Галифакса от 8 мая с. г. о торговле СССР с Германией, относятся целиком и полностью к компетенции Советского правительства и не могут являться предметом обсуждения при торговых переговорах между СССР и Англией.

Что касается импорта из Англии, то Советское правительство уже заявило 29 апреля с. г., что оно намерено ввозить товары из Англии для своих нужд, а не для экспорта в другие страны.

Объяснения Английского правительства относительно задержания советских пароходов «Селенга» и «Маяковский» не могут быть признаны убедительными, и Советское правительство считает ответственным за задержание названных пароходов Английское правительство.

Советское правительство отмечает, что сам факт выдвижения со стороны Английского правительства на обсуждение вопросов, относящихся исключительно к компетенции Советского правительства, не свидетельствует о наличии желания у Английского правительства вести торговые переговоры с СССР.

Известия.1940.22 мая.

 

 

157. БЕСЕДА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО С МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ВЕЛИКОБРИТАНИИ Э. ГАЛИФАКСОМ

Разослано: т. Молотову

22 мая 1940 г.

Ответ Советского правительства на британский меморандум от 8 мая был получен в Лондоне утром 21-го. Расшифровка и исправления заняли несколько часов, так что текст окончательно был готов лишь к концу рабочего дня. Вручить наш ответ Галифаксу я смог поэтому только 22-го. Тем временем 21-го вечером по радио было передано коммюнике ТАСС**, излагавшее ход предварительных торговых переговоров с Англией начиная с марта месяца, причем в коммюнике передавалась также сущность того ответа советского правительства на меморандум 8 мая, который я должен был передать только 22-го.

___________________
* См. док. 155.
** См. док. 156.

279

 


Когда я вручил Галифаксу наш ответ, он весьма бегло просмотрел его и с подчеркиванием заявил, что он уже знаком с содержанием представленного мной документа из печати (на столе у Галифакса лежали бюллетени Рейтера). Я сразу заметил, что Галифакс в очень плохом настроении. Это немедленно же подтвердилось. Галифакс выразил большое удивление по поводу того, что Советское правительство публикует в печати документы, адресованные другому правительству, еще до того, как эти документы вручены адресату. С раздражением Галифакс стал говорить, что если Советское правительство предпочитает подобный метод переговоров, то он не понимает, какой смысл вообще имеет обмен дипломатическими документами, дипломатическими беседами и т. д. Я кратко отпарировал это заявление министра иностранных дел, и он немного успокоился. Галифакс затем спросил меня, имею ли я уже ответ по вопросу о поездке Криппса в Москву*. Я ответил отрицательно. Тогда Галифакс, указывая пальцем на врученный мной ему документ, спросил, ждет ли Советское правительство ответа на него? Прежде, однако, чем я успел как-либо реагировать на вопрос Галифакса, он тут же добавил, что, пожалуй, лучше всего пока на этот документ не отвечать. Лучше подождать разрешения вопроса о поездке Криппса, а там видно будет. По мнению Галифакса, многие из тех вопросов, которые затронуты в советском документе, легче всего могли бы быть разрешены путем личных переговоров Криппса с руководителями Советского правительства. Я ответил, что не мое дело давать какие-либо указания Галифаксу, но что, насколько я понимаю, точка зрения Советского правительства на торговые переговоры вполне ясна.

Полпред СССР в Великобритании И. Майский

АВП РФ, ф. 069, on. 24, п. 70, д. 43, л. 36—37.

 

 

158. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ЯПОНИИ В СССР С. ТОГО

23 мая 1940 г. В начале беседы Того, выразив свое сожаление по поводу того, что в течение 8 месяцев со дня подписания соглашения о прекращении военных действий** в районе Номонхана еще не закончено разрешение вопроса о границе в этом районе, сообщил, что в сегодняшней беседе он хотел бы еще раз говорить по этому вопросу. Что касается Нумургенского района, заявил Того, то в отношении этого района у нас уже имеется договоренность. Нерешенным только остается вопрос о площади, которая будет принадлежать той или другой стороне в Номонханском районе. Касаясь предложения т. Молотова, высказанного им в прошлой беседе, относительно разрешения вопроса о границе, начиная от озера Буир-Нур, Того указал, что о содержании прошлой беседы он подробно информировал Японское правительство и последнее считает, что участок территории в данном районе имеет несколько иной характер, чем остальные участки. Но для того, чтобы быстрее разрешить спорные вопросы и улучшить отношения между Японией и СССР, японское правительство готово, идя навстречу пожеланиям советской сто-

___________________
* См. док. 154.
** 15 сентября 1939 г. См. Документы внешней политики. 1939 год.— Кн. 2.— С. 85—86, 90.

280

 


роны, обсудить и этот вопрос. Как известно, продолжал Того, этот треугольник в течение долгого времени занимался японо-маньчжурскими войсками и лишь в мае прошлого года этот треугольник был занят монгольскими войсками. Хотя маньчжурское правительство твердо убеждено в том, что этот треугольник принадлежит Маньчжоу-Го, однако, принимая во внимание дискуссию, могущую возникнуть вокруг данного вопроса, и значительное время, которое потребуется для обсуждения этого вопроса, Японское правительство готово сделать уступку и предлагает северную часть этого треугольника признать территорией Маньчжоу-Го, а южную часть — территорией МНР. Так как японская сторона делает еще одну уступку, то она придерживается прежнего предложения, по которому в районе Номонхана граница должна будет пройти по параллели 119° 15' восточной долготы. Причем восточная часть будет принадлежать Маньчжоу-Го, западная часть — МНР.

Затем Того указал, что если граница в районе недавнего конфликта не будет разрешена, то улучшение общих взаимоотношений будет весьма сомнительным. Если же принять во внимание нынешнюю серьезную обстановку в Европе, то уточнение границы в районе конфликта в сравнении с этой обстановкой не является большим делом. Поэтому он надеется, что Советское правительство, учтя пожелания Японского правительства о быстрейшем разрешении этого вопроса м учтя его новую уступку, пойдет навстречу японской стороне в разрешении этого вопроса.

Тов. Молотов попросил Того указать на карте ту границу, которую предлагает Того в районе озера Буир-Нур-Номонхан.

Того начал свой ответ с заявления о том, что по Нумургенскому району уже имеется договоренность.

Тов. Молотов указал Того, что поскольку не имеется договоренности относительно разрешения других вопросов, то нельзя считать, что имеется договоренность и в отношении Нумургенского района.

Того заявил, что он также считает, что все вопросы должны быть разрешены вместе, и его слова относительно Нумургенского района следует понимать таким образом, что в отношении Нумургенского района у обеих сторон уже нет разногласий.

Касаясь треугольника в районе озера Буир-Нур, Того указал, что японская сторона границей этого треугольника считает границу, идущую по рекам Уршин-гол, Хундулин-гол, Шарильджин-гол и далее до совпадения с рекой Халхин-гол. Хотя маньчжурская сторона и считает территорию этого треугольника территорией, принадлежащей к Маньчжоу-Го, однако в целях быстрого разрешения этого вопроса японская сторона предлагает территорию данного треугольника разделить линией, идущей от точки пересечения рек Уршин-гол и Хундулин-гол до пересечения с рекой Халхин-гол в пункте, находящемся на параллели 118° восточной долготы. При этом северная часть должна принадлежать Маньчжоу-Го, а южная часть — МНР.

Тов. Молотов ответил, что предложение Того более или менее ясно. Однако советская сторона предлагает восстановить прежнюю границу и не делить треугольник ни на какие части, т. к. эта территория принадлежала и принадлежит МНР. Там находились монгольские части, и если Того указывал, что там были маньчжурские части, а потом эта территория была занята монгольскими войсками, то это лишь означает, что было восстановлено существующее положение.

Далее тов. Молотов указал Того, что ему не понятны причины разногласий, ибо хотя вопрос и небольшой, но японская сторона не идет

281

 


навстречу пожеланиям советской стороны даже несмотря на то, что в районе Нумурген-гола советской стороной были сделаны большие уступки. Создается впечатление, заявил т. Молотов, что японская сторона ищет этих мелких разногласий, которые, возможно, нужны ей как козырь для своих взаимоотношений с Америкой. Возможно, что это выгодно Японии с точки зрения ее взаимоотношений с Америкой.

Касаясь ссылки Того на нынешнюю международную обстановку, т. Молотов указал, что эта ссылка правильна, однако ему не понятно, почему, невзирая на две уступки, сделанные им в прошлых беседах, японская сторона не идет навстречу пожеланиям советской стороны.

В заключение т. Молотов заявил, что предложения, сделанные им от имени Советского правительства в прошлых беседах, являются окончательными, и он предлагает установить границу в таком виде, как это было предложено в прошлых беседах, и уточнить границу, начиная от озера Буир-Нур, с учетом тех поправок, которые были приняты советской стороной. Если бы эти предложения были приняты японской стороной, то этим самым можно было бы разрешить вопрос о границе в районе конфликта.

Того ответил, что своей ссылкой на нынешнее международное положение он хотел выразить ту мысль, что вопрос о границе в районе конфликта является маленьким и незначительным вопросом в сравнении с теми большими изменениями, которые можно ожидать в Европе. Японское правительство, заявил Того, относится с должным вниманием к предложениям советской стороны, однако правительство Маньчжоу-Го не соглашается с тем, что спорный район является территорией МНР, и потому нынешние переговоры между ним и наркомом имеют целью урегулировать споры, имеющиеся по этим районам. Ход переговоров показывает, что имеется большая уступка с японской стороны. То же самое можно сказать и об участке в районе озера Буир-Нур. Маньчжурская сторона имеет много документов, которые подтверждают принадлежность территории этого треугольника Маньчжоу-Го, однако он здесь не будет касаться этого вопроса, и если нарком поймет позицию японо-маньчжурской стороны, которая настаивает на принадлежности этой территории Маньчжоу-Го, то он легко может убедиться, что позиция японо-маньчжурской стороны правильна и заслуживает того, чтобы еще раз подумать над этим вопросом и приложить свои усилия к скорейшему разрешению его.

Что касается предположения наркома о взаимоотношениях Японии с Америкой, согласно которому Япония якобы думает заигрывать с Америкой, то т. к. нарком об этом сказал весьма кратко, он хотел бы узнать об этом более подробно, с тем чтобы потом дать более исчерпывающий ответ.

Тов. Молотов ответил Того, что он согласен с заявлением Того о том, что разногласия по пограничному вопросу являются мелкими, но он удивлен бесконечной затяжке в разрешении этого вопроса с японской стороны, несмотря на то что советская сторона сделала уступки японской стороне в интересующих ее районах. Потому-то, продолжал т. Молотов, он и высказал свое предположение о том, что, возможно, японская сторона считает нужным наличие мелких недоразумений в своих взаимоотношениях с другими странами, в том числе и с Америкой. Затягивание с разрешением пограничного вопроса имеет место, и возможно, что японская сторона считает нужным показать, что у Японии нет урегулированных взаимоотношений с СССР, и возможно, что это играет какую-то роль. Однако это дело японской стороны, и своим предполо-

282

 


жением, говорит т. Молотов, он пытался лишь уяснить затяжку разрешения пограничного вопроса. Тов. Молотов подчеркнул, что такое положение не выгодно для обеих сторон, но в данном случае он может говорить только за советскую сторону.

В ответ на это Того заявил, что, хотя он с большим интересом относится к предположению Наркома, однако это предположение не соответствует действительности. Отношения Японии с Америкой Наркому известны. Сейчас нельзя сказать ничего определенного о том, намерена или нет Америка еще более ухудшить свои отношения с Японией. Во всяком случае, добавил Того, японское правительство независимо от своих взаимоотношений с Америкой желает урегулировать взаимоотношения с СССР, и он мог бы заявить, что Япония отнюдь не намерена затягивать разрешение пограничного вопроса ради разрешения своих вопросов с Америкой. Хотя советская сторона и думает, что она сделала уступки, однако японская сторона сделала в несколько раз большие уступки. Что же касается территории в районе озера Буир-Нур, то в 1927 г. МНР признала этот район принадлежащим Маньчжоу-Го. Следовательно, согласно предложению японской стороны, последняя хочет получить лишь половину территории в данном районе.

На вопрос т. Молотова, какое соглашение с МНР имеется в виду, Того ответил, что особого соглашения не было, но в 1927 г. правительство Маньчжоу-Го уведомило правительство МНР о том, что оно установило заставу на берегу реки Халхин-Гол, на что было получено согласие со Стороны правительства МНР. Этим самым, заявил Того, МНР признала, что данная территория является территорией Маньчжоу-Го. Этот факт относится уже ко времени после образования независимой МНР в 1924 г.

Касаясь Номонханского района, Того указал, что в соответствии с соглашением о прекращении военных действий этот район должен был бы заниматься японо-маньчжурскими войсками. Однако японская сторона делает большую уступку, отказываясь от половины Номонханского района и потому, в свою очередь, желает, чтобы советская сторона также сделала уступку.

Тов. Молотов заявил Того, что ему больше нечего добавить к тому, что им уже было сказано. В соглашении от 15 сентября прошлого года было сказано, что войска остаются на тех же позициях, на которых они находились к моменту прекращения военных действий. Советская сторона пошла на уступки в этих районах, но японская сторона не идет навстречу пожеланиям советской стороны, что заслуживает сожаления.

Затем т. Молотов подчеркнул, что его предложение об уступке треугольника в районе Номонхана остается в силе и он будет ожидать положительного разрешения данного предложения, с тем чтобы после Разрешения этого второстепенного вопроса перейти к разрешению других вопросов.

Того снова, повторив свои слова о том, что японская сторона в несколько раз большие сделала уступки, чем советская сторона, указывает, что, по его мнению, также выходит, что советская сторона затягивает разрешение данного вопроса из-за незначительных уступок, и поэтому высказанное наркомом предположение в отношении японской стороны он может применить и к советской стороне.

Затем Того заявил, что он желает, чтобы советская сторона обсудила его новый проект, предложенный в нынешней беседе, и на основами принципа взаимной уступчивости приложила все усилия к разреше-

283

 


нию этого вопроса, добавив при этом, что японская сторона сделала большие уступки, и поэтому он желает, чтобы советская сторона приняла во внимание эти уступки и пошла бы навстречу японскому пожеланию, ответ на которое он был бы счастлив услышать в следующей беседе с Наркомом.

В ответ на это т. Молотов заявил, что предложения, сделанные им в прошлой беседе, являются окончательными и было бы хорошо, если бы японская сторона соответствующим образом обдумала бы эти предложения и нашла бы способ к разрешению спорного вопроса.

В заключение т. Молотов добавил, что он не будет вступать в полемику с Того по отдельным частным моментам в беседе, а что же касается основных моментов наших взаимоотношений с Японией, то они послу хорошо известны.

Того снова выразил пожелание о том, чтобы советская сторона пошла навстречу японским предложениям и, указав на слова т. Молотова относительно взаимоуступчивости, сказал, что он ожидаеу и надеется в ближайшее время увидеться с Наркомом, с тем чтобы в следующей беседе советская сторона проявила еще большую уступчивость.

Тов. Молотов заявил Того, что он не только говорит об уступках, но и уступает.

В ответ на это Того снова повторил, что японская сторона сделала еще большие уступки.

Беседу записал Забродин

АВП РФ, ф, 06, on. 2, п. 2, д. 12, л. 144—151.

 

 

159. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И. М. МАЙСКОГО В НКИД СССР

23 мая 1940 г. Вне очереди.

Сегодня Батлер пригласил меня к себе и сообщил, что прежние меморандумы по вопросу англо-советских торговых переговоров, за которые ответственно прошлое правительство, сдаются в архив и, чем меньше о них будет вспоминаться, тем лучше. Новое правительство* хочет начать переговоры снова и уже совсем иначе. Оно готово к заключению товарообменного соглашения с СССР, и потом Батлер сделает французскому правительству представление о необходимости освободить «Селенгу» и «Маяковский». Что касается задержания «Норбрина» в порту Виктория (Канада), то по этому вопросу Батлер уже говорил с новым министром экономической войны Долтоном и думает, что для ускорения и облегчения ликвидации данного дела мне следовало бы самому также повидаться с Долтоном. Британское правительство, конечно, продолжает интересоваться вопросом о Владивостоке как о возможном канале снабжения Германии, но оно готово не связывать его с вопросом товарообменного соглашения. Далее Батлер стал говорить, что теперь, с образованием нового правительства, наступает новая полоса в отношениях Англии с СССР, что новое правительство действи-

___________________
* Коалиционное правительство премьер-министра У. Черчилля было создано 10 мая 1940 г.

284

 


тельно хотело бы улучшить англо-советские отношения и что ему, который уже с давних пор был сторонником такого улучшения, теперь будет легче работать. В этой связи Батлер задал мне вопрос о том, когда можно ожидать ответа Советского правительства по вопросу поездки Криппса*. Я ответил, что данный вопрос передан на рассмотрение Советского правительства. Батлер просил по возможности ускорить ответ, ибо правительство возлагает большие надежды на миссию Криппса: как умный человек и очень видный политик, он лучше, чем обыкновенный дипломат, сумеет оценить положение и найти общий язык с Советским правительством по вопросам, о которых интересы Англии и СССР не расходятся. По мнению Батлера, заключения Криппса и его советы будут иметь очень большое значение для Британского правительства[33].

Майский

АВП РФ., ф. 059, on, 1, п. 235, д. 2234, л. 189—190.

 

 

160. ТЕЛЕГРАММА ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ РУМЫНИЯ П. Г. КУКОЛ ЕВА ЗАМЕСТИТЕЛЮ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. Г. ДЕКАНОЗОВУ**

24 мая 1940 г.

Деканозову. Сообщаю кратко беседу с министром труда Ралеа:

1. Ралеа отметил, что успех немцев не должен благоприятно расцениваться как нами, так и ими ввиду того, что после расправы с союзниками немцы должны будут пойти на Балканы и Советский Союз, что подтверждается в опубликованных материалах близких соратников Гитлера.

2. Румынскую мобилизацию он связывает с тем, что венгры мобилизовали 4 корпуса войск, югославы также призвали ряд контингентов под ружье. Сейчас неизвестно, что может быть завтра, а поэтому правительство решило также мобилизовать свои войска, которые в основном направляются в Трансильванию.

3. Положение на Балканах он считает напряженным и полагает, что в первой половине июня итальянцы могут выступить на стороне немцев. Их удар может быть по Африке, Корсике и Югославии.

4. Что касается румыно-югославского военного союза, то он направлен против венгерской агрессии, в случае же итальянской агрессии на Югославию, то он от конкретного ответа воздержался, но полагает, что в данном случае им придется помощь оказать.

5. Интересовался, каково будет отношение Советского Союза в случае возникновения конфликта на Балканах.

8. Считает, что мы должны быть заинтересованы в сохранении мира на Балканах, что зависит от нас. В ответ на последние два во-

___________________
* См. док. 154.
** Помета на документе: Тов. Деканозову. Надо спросить, что именно Ралеа говорил о Бессарабии (стр. 2).
В. Молотов
Тов. Новикову. Составьте телеграмму Куколеву П. Г.

285

 


проса я заявил: «Каково будет отношение моего правительства в случае военного конфликта на Балканах, мне неизвестно, однако мы против того, чтобы поле битвы было бы расширено. Что касается сохранения мира, то это зависит в первую очередь от самих балканских стран и их внешней политики».

7. Основным вопросом для посещения меня являлся вопрос об отношениях Румынии с СССР. Ралеа отметил улучшение отношений между СССР, Болгарией и Югославией. Что касается Румынии, то до сих пор это никак не удается, несмотря на их попытки через Давидеску в Москве. В правительстве имеется большая тенденция приблизиться к СССР, и на этой почве была не раз дискуссия. Ралеа считает, что в настоящее время нет препятствий к разрешению всех спорных вопросов, как-то о Бессарабии и назначении посланника в Бухарест, и они готовы это с нами обсуждать.

Он высказал желание о заключении торгового договора и, возможно, даже пакта о взаимной помощи, так как наша политика с балтийскими странами показала реальность и обеспечивает полную независимость страны. Учитывая заявление Молотова о нашем желании иметь дружественные отношения с соседями, Ралеа полагает, что я им в этом посодействую. В беседе Ралеа заявил, что он просит считать этот разговор не официальным, а исходящим от сторонников Советского Союза и его друзей, которые всегда стремятся к самым близким отношениям с СССР и отстаивают эту позицию в правительстве.

Если Вы считаете необходимым что-либо уточнить, телеграфьте, так как в подробный разговор не вступал. Одновременно просил бы сообщить, какой точки зрения придерживаться с членами правительства в разговорах, придерживаться ли того, чтобы они преимущественно обращались к нам с посылкой в Москву авторитетной комиссии, или же мы в этом пока не заинтересованы,.

Из беседы с Ралеа сильно заметна боязнь немцев, в то же время неверие в устойчивость союзников и доверие к Советскому Союзу.

Куколев

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 318, д. 2191, л. 104—107.

 

 

161. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОСЛОМ ГЕРМАНИИ В СССР Ф. ШУЛЕНБУРГОМ

25 мая 1940 г.

В беседе Шуленбург поставил следующие вопросы:

1. О поставках нефтепродуктов.

Шуленбург сообщил, что им получен ряд телеграмм из Берлина, в том числе и от Риббентропа, с просьбами усилить поставку нефтепродуктов, что является чрезвычайно важным ввиду событий, происходящих сейчас на Западном фронте.

Вопрос о ценах на нефть улажен благодаря вмешательству Председателя Совета Народных Комиссаров тов. Молотова, за что ему весьма благодарны, и сейчас стоит только вопрос о программе поставок нефтепродуктов на ближайшие 5 месяцев. По этому вопросу ведутся переговоры между германскими хозяйственниками и «Союзнефтеэкспор-

286

 


том». Расхождения небольшие, достаточно только указания тов. Молотова для того, чтобы «Союзнефтеэкспорт» выполнил просьбу Германского правительства.

При этом Шуленбург вручил тов. Молотову памятную записку по этому вопросу (Приложение № 1)*.

Тов. Молотов ответил, что вопрос о желаемом количестве нефтепродуктов не вызывает возражений с советской стороны.

Он говорил несколько часов тому назад по этому вопросу с тов. Микояном, и все предложения германского правительства приняты. Дано полное согласие. При теперешних операциях действительно нужны и автобензин, и газойль для немецкой армии, действия которой замечательно успешные.

2. О поставках зерна.

Шуленбург сообщил, что количество зерна, которое должно было быть отгружено до 20 мая с. г., составляло 140 тыс, тонн, фактически же за этот срок отгружено 63 300 тонн, из которых германскую границу перешли только 28 тыс. тонн, и просил тов. Молотова дать указания об увеличении зерновых поставок до размеров, предусмотренных заключенными договорами.

При этом Шуленбург вручил памятную записку (Приложение № 2)*.

Тов. Молотов ответил, что он передаст эту просьбу тов. Микояну.

3. О визите герцога Саксен-Кобургского.

Шуленбург сообщил, что герцог Саксен-Кобург-Готский, посланный Германским правительством со специальным поручением в Соединенные Штаты Америки и Японию, 29.V., на обратном пути, будет проезжать через Москву и остановится здесь на 2 дня. Герцог желает лично выразить свою благодарность Советскому правительству за оказанные ему внимание и любезность при его проезде через территорию Советского Союза.

Тов. Молотов ответил, что он учтет это пожелание**.

4. Слухи о военном пакте СССР с Болгарией и о концентрации советских войск в Западной Украине.

Шуленбург просил тов. Молотова разъяснить ему те слухи, которые сейчас циркулируют, относительно того, что якобы Советский Союз заключил военный пакт с Болгарией и концентрирует свои войска в Буковине и в окрестностях Львова. Как на источник слухов о военном пакте СССР с Болгарией он указал на теперешнее длительное пребывание в Советском Союзе полпреда и военного атташе СССР в Болгарии.

Тов. Молотов ответил, что он может сказать только то, что ему известно. За лиц, которые знают о Советском Союзе больше, чем он сам, он отвечать не может. Единственное, что он может сообщить, это то, что мы вызывали полпреда Лаврентьева из Софии для того, чтобы узнать, как он работает, так как он является новым работником. Об остальном же ничего особого ему неизвестно.

5. О сведениях относительно Греции, Турции и Сирии.

Шуленбург просил его информировать, нет ли у Советского правительства каких-либо новых данных относительно положения в Греции, Турции и Сирии. По берлинским источникам ему известно, что турки панически боятся вступления в войну. Единственной причиной их вступления в войну может быть вызов со стороны Италии. Что касается Италии, то даже в Берлине не знают, какие шаги предпримет

___________________
* Не публикуется.
** См. док. 168.

287

 


Италия и в чем они будут заключаться. Об этом, возможно, знает только фюрер.

Тов. Молотов ответил, что никаких особых данных о положении в этих странах у него нет. Турецкий маршал Чакмак ездил в штаб Вейгана в Сирию. Это заслуживает внимания, но сказать, что эта поездка определяет позицию Турции или изменяет ее, нельзя. Турции нужно быть очень осторожной. Греки и югославы очень напуганы Италией. Если даже в Берлине не знают о намерениях Италии, то кому же лучше знать, чем Берлину.

6. О военных атташе.

Шуленбург сообщил, что советским военным атташе было показано в Германии очень многое, а именно: фабрики, заводы, аэродромы и т. д. Германские военные атташе жалуются, что им почти ничего или очень мало что показывают в СССР. По его мнению, поездка военных атташе СССР на фронт не встретит препятствий.

Тов. Молотов ответил, что, насколько ему известно, на фронт наших военных атташе в Германии не приглашают. Просьба Шуленбурга будет учтена.

Беседу записал Иванов

АВП РФ, ф. 06, on. 2, п. 14, д. 155, л. 181—184.

 

 

162. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В ГЕРМАНИИ А. А. ШКВАРЦЕВА

Разослано: т. Молотову, т. Деканозову, Ген. Секретариат

28 мая 1940 г.

Принял греческого посланника Рангабе. Рангабе сообщил о капитуляции Бельгии. Теперь в кольце немцев, сказал он, находятся примерно 40 французских дивизий. Кроме этих 40 дивизий Франция располагает еще 60 дивизиями, из которых 20 сконцентрировано на франко-итальянской границе. Равновесие между великими державами, являвшееся основой мира, продолжал Рангабе, нарушено.

Я крайне обеспокоен характером будущего мира. Мы не должны иметь второго Версаля, и я надеюсь, заключил Рангабе, что Гитлер будет благоразумен.

Затем Рангабе спросил, когда, по моему мнению, вступит в войну Италия. Я ответил, что 2—3 дня тому назад печать сообщала об антианглийских демонстрациях в Италии, в последнее же время о них не слышно. Рангабе сообщил, что в дипломатических кругах ходят 2 версии относительно Италии. По одной из них Гитлер сдерживает Муссолини от вступления в войну, по другой, наоборот, оказывает давление на Италию с целью заставить вступить ее в войну. Позиция Италии зависит от того, что думает Германия, заключил Рангабе и спросил мое мнение об отношении Германии к Италии. Я ответил, что поскольку мы не располагаем соответствующим материалом, то на этот вопрос ответить трудно. Рангабе спросил также, вступит ли в войну Америка. Я ответил, что, по моему личному мнению, нет.

Рангабе сообщил мне о слухах относительно концентрации наших войск на Юге, на румынской границе. Я ответил, что не имею офици-

288

 


альных сообщений по этому поводу и считаю все это болтовней журналистов.

Рангабе, несмотря на мой ответ, пытался меня спрашивать, чем вызвана концентрация наших войск. Очевидно, опасностью войны на Балканах, сказал он. Я ответил, что угрозы войны на Балканах нет, так как внимание воюющих стран приковано к Западному фронту.

Я плохо сплю, заявил мне затем Рангабе. На мой вопрос, почему. Рангабе ответил, что он очень обеспокоен общим положением. Я спросил Рангабе, пребывает ли в таком беспокойстве и греческое правительство. Рангабе ответил, что нет, так как оно получило от Италии и Англии заверения в том, что последние не нарушат целостности Греции. Но я, заявил Рангабе, не уверен в этих заверениях. Бельгия и Голландия имели не только заверения, но и договоры, добавил он. Я спросил Рангабе, каковы отношения Греции с Италией, Югославией, Турцией и Болгарией. Он ответил, что отношения Греции с этими странами хорошие. Тогда Вам нечего беспокоиться, заявил я Рангабе. Он возразил мне, что неизвестно, каковы будут последствия войны при дальнейшем ее развитии. Затем Рангабе спросил меня, не предложит ли СССР посредничество в деле заключения мира между воюющими державами. Я ответил, что ни одна из них не обращалась к нам с такой просьбой, и спросил Рангабе, почему он задает такой вопрос. Рангабе ответил, что, по его мнению, за такую задачу могут взяться две страны — СССР и США. СССР желает мира, продолжал Рангабе, и не потерял самостоятельности в результате договора с Германией. Я заявил, что СССР ведет самостоятельную политику и не думает о войне.

Рангабе осведомился также о наших взаимоотношениях с Турцией. Я ответил, что наши взаимоотношения с Турцией покоятся на взаимном выполнении заключенных с ней договоров.

Шкварцев

АВП РФ, ф. 082, on. 23, п. 95, д. 5, л. 106 — 107.

 

 

163. СООБЩЕНИЕ ТАСС

[30 мая 1940 г.]

Ввиду ряда неверных и противоречивых сообщений, появившихся в английской печати о поездке г-на Криппса в Москву, ТАСС уполномочен заявить:

В ответ на предложение английского правительства послать в Москву в качестве специального и чрезвычайного уполномоченного Английского правительства г-на Криппса Народный Комиссар иностранных дел В. М. Молотов поручил И. Майскому довести до сведения Английского правительства, что правительство СССР не может принять в качестве особого или чрезвычайного уполномоченного ни г-на Криппса, ни кого-либо другого. Если английское правительство действительно хочет вести переговоры о торговле, а не просто ограничиться разговорами о каком-то несуществующем повороте в отношениях между Англией и СССР, то оно могло бы это сделать через своего посла в Москве г-на Сиидса или другое лицо на посту посла в Москве, если г-н Сиидс будет заменен другим лицом.

289

 


 

 

164. БЕСЕДА АТТАШЕ ПОЛПРЕДСТВА СССР В КОРОЛЕВСТВЕ ВЕНГРИЯ Н. А. ЧЕМОДАНОВА С КОРРЕСПОНДЕНТОМ АМЕРИКАНСКОГО АГЕНТСТВА ЮНАЙТЕД ПРЕСС X. Г. ГОРРЕЛЛОМ

30 мая 1940 г.

30 мая приехал ко мне для беседы американский корреспондент агентства Юнайтед Пресс г-н X. Г. Горрелл. Он знаком с корреспондентом ТАСС т. Лисиным и просил т. Лисина познакомить его со мной.

Он спрашивал меня, что я думаю о развертывании войны на Балканах и в Средиземном море. Я сказал, что затрудняюсь ответить на этот вопрос.

Далее он спросил о целях проведения мобилизации и сосредоточения советских войск у границы Бессарабии. Я ответил, что по этому вопросу мне ничего пока не известно, и сослался на речь т. Ворошилова в день 1 Мая, в которой он сказал, что международная обстановка очень запутана и что в целях обороны страны весь советский народ и Красная Армия находятся начеку.

Затем он спросил о венгерско-югославских отношениях. Я сказал, что по этому вопросу лучше всего надо спросить венгерское министерство иностранных дел.

На его вопрос о советско-венгерских отношениях я ответил, что этот вопрос не в моей компетенции, что по данному вопросу может сказать только Полпред, и добавил, что т. Сталин на XVIII партсъезде сказал, что СССР придерживается добрососедских отношений со всеми граничащими с ним государствами.

Далее он спросил, верны ли слухи о назначении т. Лаврентьева в Лондон, а т. Майского в Софию. Я ответил, что официально у нас об этом ничего не говорится.

О содержании переговоров т. Молотова с Криштоффи я отказался отвечать и начал спрашивать его.

На мои вопросы он отвечал охотно.

Я спросил его, что писала американская печать о посланиях Рузвельта Муссолини[100]. Он сказал, что подробности этих посланий держатся в секрете, но американская печать писала о них очень много. Весь смысл сводится к тому, что Рузвельт предупреждал Муссолини не вступать в войну, что иначе это будет война и против Америки. В целях избежания войны в Средиземном море Америка хочет действовать совместно с СССР, улучшить с ним свои отношения.

На мой вопрос, вступят ли США в войну, если Италия будет воевать, он высказал свое личное мнение, что Америка, конечно, будет воевать, но без объявления войны.

На вопрос об окончании войны он сказал, что война может кончиться скоро и без победы, т. к. Германия сильна в военном отношении, а Англия — экономически, притом Америка может сказать «довольно» — и война прекратится. Тогда соберутся за круглым столом на мирную конференцию все великие державы — Англия, Франция, Германия, Америка, Россия и Италия, причем Россия в этой конференции будет играть большую роль. Нового Версаля не будет.

Затем я спросил его, как он описывает в своих телеграммах позицию СССР на Балканах. Он ответил, что их агентство нейтрально и

290

 


он пишет, что СССР отстаивает статус-кво на Балканах и что мир на Балканах зависит от политики Москвы и Рима,

На мой вопрос об отношениях США с Японией он ответил, что эти отношения плохие и могут привести к войне. Мы сильны, заявил он, и это принесет нам победу. Наш флот провел маневры и остался в Тихом океане. Если США будут воевать, то в первую очередь в Тихом океане. Если Япония захватит Голландскую Индию, то Америка безусловно вступит в войну. Американцам, сказал он, очень понравилось, как прошлый год Красная Армия хорошо била японцев.

Я его спросил, что в связи с тем, что Рузвельт однажды заявил, что французская оборонительная линия является первой оборонительной линией Америки и что эта линия теперь прорвана немцами, как в этом случае поступит Америка? Он ответил, что Америка помогает и будет помогать союзникам. Он интересовался тем, почему изменилась вправо внешняя политика СССР. Ведь в Испании он сам видел, как Советы сильно боролись против Италии и Германии. Неужели СССР хочет расширения войны?

Я сказал, что СССР не хочет расширения войны и не хочет для других таскать каштаны из огня. Ведь Англия в своих интересах хотела столкнуть Германию с СССР. А в Испании шла борьба за демократический строй, который в подлинном смысле предполагает не расширение, а сужение театра войны и установление мира. Ссылаясь на доклад т. Молотова В. М.*, я сказал, что СССР проводит активную и самостоятельную, никому не подчиняющуюся внешнюю политику.

Он спросил, верны ли слухи о том, что отношения между СССР и Германией за последнее время ухудшились.

Я сказал, что факты говорят обратное. Последние опровержения ТАСС в связи с советско-английскими торговыми переговорами — лишнее тому доказательство**.

Он сказал, что в Америке думают так, что Гитлер завоюет всю Европу и потом будет воевать с Россией.

Я заметил, что у нас с Германией хорошие отношения и что Германии нужны колонии, которых у СССР нет и которые имеются у Англии и Франции. Зачем же ему воевать с СССР?

Он промолчал.

Далее он сказал, что СССР как великой державе нужен выход к Средиземному морю, нужны Дарданеллы.

По этому вопросу я ничего не сказал ему.

Он рассказывал, что в Будапеште он только 4 мес. и что он часто беседует с советником немецкого посольства г. Вольфом. Немецкий посланник его принять отказался. Ему бы очень хотелось встретиться с нашим Полпредом в частной беседе. Он бы мог ему рассказать много интересного. Будучи в Испании, он часто встречался с советским послом Розенбергом.

Я обещал поговорить с Полпредом по этому вопросу, но твердо ему обещать не мог, заявив, что наш Полпред никаких интервью не дает.

Ему очень бы хотелось побывать в Москве, где он еще не был.

Атташе Полпредства СССР в Венгрии Н. А. Чемоданов

АВП РФ, ф. 077, on. 20, п. 109, д. 3, л. 52—53.

___________________
* См. Известия.— 1940.—30 марта.
** См. док. 156.

291

 


 

 

165. ТЕЛЕГРАММА ПОЛНОМОЧНОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ СССР В КОРОЛЕВСТВЕ АФГАНИСТАН К. А. МИХАЙЛОВА В НКИД СССР

30 мая 1940 г.

В связи с капитуляцией бельгийской армии и систематическими поражениями англо-французских войск в войне с немцами среди афганских правящих клик все более растет тревога за судьбу Англии, с которой афганское правительство связывает и свою судьбу. Афганские народные массы и некоторая бестактная буржуазная молодежь, напротив, высказывают свою радость по поводу поражения Англии — исконного врага афганского народа.

Наджибулла* в беседе со мной, пытаясь скрыть действительное настроение афганского правительства, сообщил, что среди афганцев почти нет таких, которые сейчас верили бы в возможность более или менее приличного выхода Англии из войны. Большинство склоняются к тому, что Англия и Франция должны будут вскоре капитулировать или пасть костями.

Пильгер** сообщил мне"", что англичане, как мы и раньше это предполагали, соблазняют афганцев готовностью предоставить им свободный выход к морю севернее Карачи, вероятнее всего, через Белуджистан. Англичане обещают на свои средства построить железную дорогу для связи будущего порта с экономическими центрами Афганистана. Афганское правительство якобы колеблется лезть в петлю англичан. По сообщению дальнего соседа, главные представители афганского правительства растеряны и заботятся прежде всего о безопасности личного имущества, стремясь направить его движимую часть в Америку. Вместе с тем афганское правительство продолжает путем усиления подкупа объединять вокруг себя племена. Вскоре в южную провинцию выезжает военный министр с задачей заручиться поддержкой племен. По сведениям, нуждающимся в проверке, заготовлено свыше 50 тысяч афганских паспортов для распределения их среди мусульман, ожидаемых из Индии.

Михайлов

АВП РФ, ф. 059, on. 1, п. 322, д. 2215, л. 188—189.

 

 

166. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ПОВЕРЕННЫМ В ДЕЛАХ ВЕЛИКОБРИТАНИИ В СССР Д. ЛЕ РУЖЕТЕЛЕМ

31 мая 1940 г.

Ле Ружетель по поручению Английского правительства сообщил, что английский посол Сиидс отзывается, а вместо него в качестве Чрезвычайного и Полномочного посла со специальной миссией назначается Стаффорд Криппс. Ле Ружетель пояснил, что назначение Криппса

___________________
* Наджибулла Хан — начальник общеполитического департамента МИД Афганистана.
** Посланник Германии в Кабуле.

292

 


послом со специальной миссией вызвано его положением как члена палаты общин, так как по английским законам член палаты, не может быть назначен в качестве простого посла. Ле Ружетель запросил агреман на Криппса.

Тов. Молотов, напомнив Ле Ружетелю, что он еще 28 мая передал ответ Советского правительства по этому вопросу, отметил, что назначение того или иного лица послом в Москве является делом английского правительства. Советское же правительство считает, что вновь назначаемый посол должен иметь такие же полномочия и функции, какими обладал Сиидс.

Тов. Молотов добавил, что у него создается мнение, что английское правительство хочет послать какого-то «левого» деятеля. Советское правительство находит необходимым заявить, что будет неправильной точка зрения, будто какой-то «специальный» английский деятель является лучшей кандидатурой на пост посла в Москве. Советское правительство желает, чтобы послом в Москве было лицо, представляющее действительное мнение английского правительства. Что же касается г-на Криппса, то Советское правительство согласно с этой кандидатурой, но без каких-либо специальных полномочий.

Тов. Молотов выразил надежду, что Английское правительство учтет точку зрения Советского правительства.

Ле Ружетель ответил, что в статуте и функциях Криппса не будет никаких расхождений с полномочиями, статутом и функциями предшествующего посла, за исключением титула, присвоение которого мотивируется исключительно техническими целями. Его полномочия будут приблизительно такими, какими были полномочия французского посла в Берлине Понсе, имевшего подобный титул, так как он являлся членом палаты. В отношении же каких-либо предложений относительно назначения посла на базе партийных предпочтений Ле Ружетель не имеет оснований думать, что это предположение соответствует действительным намерениям Английского правительства.

Тов. Молотов еще раз отметил, что назначение любого лица в качестве посла в Москву является делом Английского правительства. Советское правительство не считает необходимым иметь в Москве «левого» или «правого» английского деятеля, а согласно на любую кандидатуру, выражающую действительное мнение Английского правительства. В отношении же титула т. Молотов сказал, что современная обстановка и современные условия — особые, и. Советское правительство считает своим долгом заявить, что назначение нового посла должно быть сделано на такой же основе, как было сделано назначение предыдущего посла.

Советское правительство согласно принять г-на Криппса, если он будет аккредитован в СССР без специального титула. Если же Английское правительство не находит возможности избежать подобного титула, то Советское правительство не будет ничего иметь против назначения на должность посла в Москве какого-либо другого лица.

Л. Ружетель обещал сообщенное т. Молотовым передать своему правительству.

Беседу записал Потрубач

АВП РФ, ф, 06, on. 2, п. 2, д. 12, л. 173—174.

293

 


 

 

167. БЕСЕДА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В. М. МОЛОТОВА С ВРЕМЕННЫМ ПОВЕРЕННЫМ В ДЕЛАХ США В СССР У. ТАРСТОНОМ

31 мая 1940 г.

Тарстон заявил, что ему поручено сообщить тов. Молотову о беспокойстве Американского правительства в связи с сообщениями американской Миссии в Бухаресте, а также других источников о наличии большого напряжения в Румынии. Это напряжение вызвано тем, что вдоль румынской границы в прилегающих пограничных районах Советского Союза наблюдается передвижение войск, строительство различных дорог и выселение крестьян, что свидетельствует о возможности распространения войны на Балканы. Американское правительство будет очень благодарно за всякую информацию, которая может быть дана Советским правительством в отношении этих сообщен